Слободан Милошевич
Выбор редакции
26 декабря 2017, 07:31

МТБЮ: Трибунал умер, да здравствует трибунал?

В декабре официально завершилась деятельность Международного трибунала по бывшей Югославии (МТБЮ). 21 декабря состоялась церемония...

22 декабря 2017, 07:13

Почему Гаагский трибунал закрыт с позором

21 декабря, стал частью европейской истории Международный трибунал по бывшей Югославии. И частью довольно позорной. На территории  парламента Нидерландов, в присутствии генсека ООН Антониу Гутерреша и голландского монарха Виллема-Александра пройдет торжественная церемония закрытия этого международного «органа устрашения». Юридическая машина, созданная, как тогда считали, на довольно короткий срок, расследовала военные преступления, совершенные на Балканах. Но свое правосудие  трибунал вершил без малого четверть века, с 1 января 1991 года. Среди целей МТБЮ было указано предотвращение новых преступлений и восстановление мира в регионе. Остановила ли работа трибунала продолжение конфликта на Балканах? Ответ однозначный - нет. Начавшиеся в 1990-х процессы продлились вплоть до 2008 года, когда непризнанное Косово провозгласило свою независимость от Сербии. Конечно, в Европе миссию трибунала считают «успешно выполненной». Однако в Сербии и России уверены - это был орган устрашения и наказания. За 24 года работы было исписано  два с половиной миллиона страниц стенограмм допросов. Осужден за это время 161 человек. В общей сложности трибунал приговорил сербских военных к 1000 годам тюремного заключения. Счастливым исключением стал лидер Сербской радикальной партии (СРП) Воислав Шешель - в марте 2016 года он был полностью оправдан. Однако в ожидании вердикта политик провел в следственном изоляторе Гааги почти 12 лет.. Последними из вынесенных вердиктов были приговоры Ратко Младичу и Ядранко Прличу. На этом моменте, как заявил 6 декабря председатель трибунала Кармел Агиус на заседании Совбеза ООН,  международный судебный орган счел свою миссию выполненной.

22 декабря 2017, 02:04

22.12.2017 02:04 : Международный трибунал по бывшей Югославии завершил свою работу

Официальная церемония закрытия прошла в Гааге. Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш поблагодарил суд за работу. Все незавершенные в рамках трибунала процессы переходят под юрисдикцию Международного остаточного механизма для уголовных трибуналов. За время работы МТБЮ были выдвинуты обвинения в отношении 161 человека. 90 из них осуждены. Среди подсудимых – бывший президент Сербии и Югославии Слободан Милошевич и бывший вице-президент Сербии Воислав Шешель. Первый президент Республики Сербской Радован Караджич и сербский генерал Ратко Младич признаны виновными в геноциде.

21 декабря 2017, 21:10

Образец избирательного правосудия: гаагского трибунала больше нет

Международный трибунал по бывшей Югославии закрыт. Правда, за 24 года он успел дать миру десятки примеров так называемого избирательного правосудия.

21 декабря 2017, 19:32

Международный трибунал по Югославии закрывается, но осадок остается

Международный трибунал по бывшей Югославии (МТБЮ) завершает свою работу. В четверг в Гааге пройдет торжественная церемония по этому случаю с участием генерального секретаря ООН Антониу Гутерриша, короля Нидерландов Виллем-Александера, председателя МТБЮ Кармела Агиуса, представителей голландского правительства и дипломатического корпуса. Без сомнений на мероприятии будет сказана масса теплых слов в отношении инстанции, отмечены ее важность и достигнутые успехи. И конечно, говорить о том, что МТБЮ их не заслуживает, нельзя. Однако в истории трибунала остаются и "темные пятна", и о них официальным лицам придется умолчать. Миссия выполнена? О выполнении возложенной на суд миссии по привлечению к ответственности виновных в преступлениях, совершенных во время конфликтов на Балканах в 1991-2001 годах, наверняка будут говорить практических все выступающие. И если посмотреть с практической стороны, то это действительно так. С июля 2011 года в розыске не оставалось ни одного человека. Обвинения были выдвинуты в отношении 161 человека. Из них 90 человек были осуждены и 19 оправданы. Еще 13 дел переданы в национальные суды, по двум делам ведутся повторные процессы в Международном остаточном механизме для уголовных трибуналов (МОМУТ) - структуре, созданной СБ ООН специально для завершения работы, начатой МТБЮ и Международным уголовным трибуналом по Руанде. Кроме того, 17 человек умерли до вынесения приговора, а в отношении 20 обвинения были сняты в ходе расследования за недостаточностью улик. МТБЮ не ведет официальную статистику относительно национальности обвиняемых и осужденных, объясняя свою позицию тем, что люди оказываются на скамье подсудимых на основании свидетельских показаний и улик, а не на основании их национальности. Однако известно, что в списках тех, кто был привлечен к суду, сербы составляют 66%, хорваты - 20%, бошняки (мусульмане) и албанцы - по 6%, македонцы и черногорцы - по 1%. Максимальный срок - пожизненное заключение - получили шесть человек, и все они сербы. Показателен и тот факт, что сербы были осуждены в общей сложности на более чем тысячу лет, тогда как суммарный срок всех обвинительных приговоров в отношении хорватов составил менее 300 лет, а для остальных национальностей - и того меньше. В связи с этим неудивительно, что гаагский трибунал неоднократно подвергался критике, в том числе с российской стороны, за необъективность, выливающуюся в более строгие приговоры сербам, нежели в отношении хорватов, боснийских мусульман и косовских албанцев. Но вспомнит ли кто об этом в такой торжественный момент? Вряд ли. На семь лет дольше Также вряд ли пойдет речь и о том, что работа трибунала растянулась на гораздо больший срок, чем планировалось. Изначально МТБЮ, созданный в 1993 году, собирался закончить рассмотрение всех имеющихся дел к 2009 году, а всех апелляций - к 2010 году. Однако эти сроки несколько раз сдвигались в связи с арестом новых подозреваемых и задержками в ходе судебных процессов. Последний раз срок его работы продлевался в декабре 2016 года - до 31 декабря 2017 года. В этот раз продления не ожидается, однако при этом стоит принять во внимание, что свою работу инстанция так до конца и не выполнила: в МОМУТ передано рассмотрение апелляции прокуратуры по делу лидера Сербской радикальной партии Воислава Шешеля. В предапелляционной стадии находится дело бывшего лидера боснийских сербов Радована Караджича, приговоренного к 40 годам тюремного заключения. Эта же инстанция занимается вопросами, связанными с предстоящей апелляцией командующего армией боснийских сербов Ратко Младича на пожизненный приговор. Кроме того, механизм пересматривает дело двух бывших сотрудников МВД Сербии Йовицы Станишича и Франко Симатовича. Профессионализм врачей под вопросом Скорее всего не будет поднята и тема врачей, которые следят за здоровьем лиц, находящихся в центре содержании обвиняемых в Гааге. А вместе с тем, к их работе высказывалось и высказывается немало претензий. Чего стоит хотя бы ситуация с бывшим президентом Союзной Республики Югославия Слободаном Милошевичем (1997−2000), судебный процесс против которого был прекращен в связи с его смертью 11 марта 2006 года. По версии МТБЮ, он скончался от инфаркта миокарда. Однако при этом существуют серьезные подозрения, что во время нахождения в центре содержания обвиняемых экс-президенту не оказывалась необходимая помощь и что трибунал фактически убил Милошевича, не позволив ему получить должное лечение. И это при условии, что Российская Федерация была готова предоставить все необходимые условия для лечения экс-президента в Москве и его возвращения в Гаагу. Аналогичная ситуация складывается в настоящее время и вокруг Младича. Состояние его здоровья вызывает серьезную обеспокоенность уже достаточно давно. На это неоднократно обращали внимание его родственники и адвокаты. В августе этого года экс-генерала уже в четвертый раз посетил депутат Госдумы, председатель Общественного комитета России в защиту генерала Младича Павел Дорохин. И, по его словам, Младич выглядел хуже, чем два года назад. Бывший командир армии боснийских сербов жаловался на то, что правая сторона тела - грудь, рука, нога - постоянно болят и плохо действуют. Однако единственная поблажка, которая была сделана судом, заключалась в том, что слушания по его делу проводились не пять, а четыре дня в неделю. Качество медицинских услуг в Гааге вызывает большие сомнения. Поэтому Россия дважды заявляла о своей готовности принять Младича на лечение и вернуть его в Гаагу по требованию МТБЮ, однако инстанция дважды отказала экс-генералу во временном освобождении. Не разрешил трибунал и его лечение в Сербии. В ноябре Младич был признан виновным в геноциде, нарушении законов и обычаев войны и преступлениях против человечности и приговорен к пожизненному тюремному заключению. Теперь защита намеревается подать апелляцию на это решение (которую уже будет рассматривать МОМУТ), однако не устает повторять, что здоровье экс-генерала вызывает гораздо большую обеспокоенность, чем что бы то ни было еще. Удивительные самоубийства Еще одна неприятная для МТБЮ тема - это самоубийства. За всю историю трибунала их произошло всего три. Первым покончил с собой бывший мэр города Вуковар, хорватский серб Славко Докманович. Еще до завершения судебного процесса в июне 1998 года он повесился в собственной камере. Его тело было обнаружено охранником, совершавшим обход каждые полчаса. Гораздо более загадочной оказалась история Милана Бабича, первого президента Республики Сербская Краина (1991−1992). В 2004 году был приговорен к 13 годам лишения свободы за организацию выдворения несербского населения с территории республики, а в 2006 году совершил самоубийство. При этом в трибунале до сих пор не могут объяснить, как Бабичу удалось повеситься в камере с круглосуточным видеонаблюдением. Однако самое резонансное самоубийство произошло менее месяца назад прямо во время слушаний в МТБЮ 29 ноября. Услышав решение апелляционной палаты оставить в силе приговор, предусматривавший 20 лет тюремного заключения, бывший генерал хорватской армии Слободан Праляк достал небольшую склянку и выпил ее содержимое. Позднее в тот же день МТБЮ констатировал его смерть, а 1 декабря голландская прокуратура сообщила, что причиной гибели стал цианистый калий. Следственные органы Нидерландов занимаются расследованием данного дела. Однако существуют большие сомнения относительно того, смогут ли они ответить на наиболее насущные вопросы - как экс-генерал смог сначала раздобыть яд, а затем пронести его в зал заседаний. Как отметил ряд экспертов, в том числе из России, после этого случая гаагский трибунал полностью потерял свою легитимность. И благо, что это были последние слушания, проходящие в МТБЮ.(http://tass.ru/opinions/4...)

21 декабря 2017, 09:03

21.12.2017 09:03 : В Гааге сегодня официально завершит свою работу Международный трибунал по бывшей Югославии

Предметом рассмотрения трибунала, учрежденного в 1993 году, стали военные преступления, связанные с нарушением законов и обычаев ведения войны, а также геноцидом на территории бывшей Югославии. Речь идет, среди прочего, об осаде Сараева, резне в Сребренице и других массовых убийствах. Обвиняемыми по делам, которые рассматривал трибунал, проходил 161 человек, однако до конца довести удалось далеко не все судебные расследования. Так, бывший президент Сербии Слободан Милошевич, умер в тюрьме так и не дождавшись решения трибунала, а совсем недавно один из приговоренных экс-генералов боснийских хорватов Слободан Пральяк на рассмотрении апелляции, прямо в зале суда принял цианистый калий. Бывший же командующий армией Ратко Младич получил пожизненный срок, его сообщников приговорили к 20 годам тюрьмы. Международный трибунал по бывшей Югославии стал первым в мировой истории органом для рассмотрения дел о военных преступлениях, учрежденным ООН.

21 декабря 2017, 06:04

21.12.2017 06:04 : В Гааге сегодня официально завершит свою работу Международный трибунал по бывшей Югославии

Предметом рассмотрения трибунала, учрежденного в 1993 году, стали военные преступления, связанные с нарушением законов и обычаев ведения войны, а также геноцидом на территории бывшей Югославии. Речь идет, среди прочего, об осаде Сараева, резне в Сребренице и других массовых убийствах. Обвиняемыми по делам, которые рассматривал трибунал, проходил 161 человек, однако до конца довести удалось далеко не все судебные расследования. Так, бывший президент Сербии Слободан Милошевич, умер в тюрьме так и не дождавшись решения трибунала, а совсем недавно один из приговоренных экс-генералов боснийских хорватов Слободан Пральяк на рассмотрении апелляции, прямо в зале суда принял цианистый калий. Бывший же командующий армией Ратко Младич получил пожизненный срок, его сообщников приговорили к 20 годам тюрьмы. Международный трибунал по бывшей Югославии стал первым в мировой истории органом для рассмотрения дел о военных преступлениях, учрежденным ООН.

20 декабря 2017, 20:25

Международный трибунал по бывшей Югославии прекращает свою деятельность

В четверг свою деятельность после 24 лет работы прекратит Международный трибунал по бывшей Югославии (МТБЮ). МТБЮ был создан в 1993 году, за время деятельности он выдвинул обвинения против 161 человека, в отношении 154 обвиняемых дела были завершены, трибунал заслушал показания 4650 свидетелей. Целью деятельности трибунала было расследование военных преступлений, преступлений против человечности и геноцида, совершенных во время войн в Югославии в 1991–2001 годах. Среди тех, кто предстал перед МТБЮ,— бывший президент Сербии и Югославии Слободан Милошевич, бывший вице-президент Сербии Воислав Шешель, первый президент Республики Сербской Радован Караджич, сербский генерал Ратко Младич.МТБЮ на протяжении всей своей работы подвергался резкой критики, его обвиняли в пристрастности, так как 68% осужденных трибуналом — сербы. По мнению экспертов, прекращение деятельности МТБЮ отражает отход от практики создания трибуналов по конкретным делам (ранее действовали подобные трибуналы по Руанде и Сьерра-Леоне) и передачу…

18 декабря 2017, 13:54

США не хватает желания действовать как сверхдержава для сдерживания России — FT

В течение последних 25 лет американцы думали, что их страна — незаменимый мировой игрок. После победы в Холодной войне США присутствовали везде. Они поддержали процесс реконструкции Восточной Европы и расширение Евросоюза и НАТО на восток. […]

18 декабря 2017, 12:45

США не хватает желания действовать как сверхдержава для сдерживания России - FT

Нравится это Вашингтону или нет, но Путин смог грубой силой добиться, чтобы с его страной считались в решении некоторых проблем.

13 декабря 2017, 13:11

Унижая олимпийскую Россию, Запад отрабатывает югославский сценарий

Американский блогер о позоре Европы, которая не может защитить своих

09 декабря 2017, 10:26

Югославская прелюдия

Резюме: В большинстве горячих точек Запад изначально выбирает «правильную» сторону, которой и оказывается помощь – политическая, военная, дипломатическая – для победы над «неправым» неприятелем. Начиналось все с Югославии первой половины 1990-х годов.

09 декабря 2017, 10:20

Политика: Гаагский трибунал способен навредить России даже после своей смерти

Международный трибунал по бывшей Югославии – позорное наследие российской внешней политики 1990-х годов завершает свою работу, чуть-чуть не дотянув до 25-летнего юбилея. К чему пришло судилище, объективность которого подчас оценивают даже ниже, чем «троек» НКВД? И какие еще сюрпризы способен преподнести МТБЮ после своей бесславной кончины? После вынесения вердиктов по делам Ратко Младича и Ядранко Прлича МТБЮ завершил основную часть своей работы и прекратит существование уже к концу декабря. Об этом объявил на заседании Совета Безопасности ООН председатель Трибунала – мальтийский судья Кармел Агиус, призвав не оставлять без ответа то, что «некоторые используют ситуацию» вокруг самоубийства генерала Праляка в своих интересах.  Кто именно и в каких интересах, Агиус, проведший в должности судьи МТБЮ 16 лет, не пояснил. В любом случае, лично его интересы, как и интересы некоторых других бывших и пока еще действующих судей и прокуроров Трибунала, учтены в полной мере. Члену Апелляционного суда Мальты 1945-го рождения грозили пенсия и ловля тунца, а теперь его слушает весь Совет Безопасности ООН. Еще до самоубийства генерала Праляка мальтиец прославился тем, что вел дело одного из главных и печально известных мусульманских военных лидеров Насера Орича и оправдал его, а затем приговорил к 32 годам заключения Радослава Брджанина – главу кризисного штаба сербской автономии Боснийская Краина. Американец Теодор Мерон и бельгиец Серж Брамерц – наиболее раскрученные из членов Трибунала (если забыть о Карле дель Понте) 24-летнюю деятельность МТБЮ тоже оценили положительно. Первый заявил, что итоги «превзошли самые оптимистичные ожидания его сторонников» и не подтвердили сомнения скептиков, более того, Трибунал «прояснил и укрепил фундаментальные принципы международного гуманитарного права». Брамерц же сообщил, что Трибунал привлек к правосудию «самых злостных преступников югославских войн», а остальных, по его мнению, должны судить сами страны бывшей Югославии. При этом, отвечая критикам, считающим, что деятельность МТБЮ не привела к примирению на Балканах, бельгиец выразил уверенность, что дело не в вердиктах Трибунала, а в том, что в самом регионе не «признают громадных злодеяний прошлого», то есть – не прониклись и не каются. Брамерц – единственный судья за всю историю МТБЮ, который регулярно позволял себе иметь собственное мнение и идти против «трибунальского мейнстрима». Например, оспаривал оправдательный вердикт албанскому боевику и нынешнему премьеру Косова Рамушу Харадинаю. Не получилось, но попытка зачтена, пусть даже общий характер поведения бельгийца не характеризует его как «героя-одиночку». Скорее, он из тех судей, которые воспринимали МТБЮ не столько как инструмент Фемиды, сколько как бюрократический аппарат для «исправления людей» и принуждения целых наций к пересмотру своих взглядов, истории и идеологии. По сути, это европейское либеральное мессианство. Отличие Брамерца от остальных лишь в том, что он пытался исправить сразу всех, а не отдельно взятых сербов. «Слишком многие слушают военных преступников, которые прячутся за утверждениями об общей ответственности. Они настаивают, что судят не их, а их народы», - резюмировал бельгиец, подчеркнув «индивидуальную ответственность» каждого из осужденных за совершенные злодеяния. Этой фразой он явно пытался откреститься от наиболее сомнительного постулата, специально изобретенного в МТБЮ и ранее в юридической практике не существовавшего – «общей ответственности». На практике это означало, что Трибунал голословно обвинял сербских генералов и политиков в существовании некоего общего заговора с целью физического уничтожения мирного населения. То есть, политики и генералы собрались, например, в кафане и договорились между собой, что будут заниматься геноцидом мусульман и албанцев. Аналог Ванзейской конференции 1942 года, только без каких-либо физических доказательств для разбора в Нюрнберге. Впоследствии эта политика была скорректирована. Поскольку всех обвиняемых сербов невозможно было совместить во времени и пространстве (НКВД в процессах 1937 года, судя по стенограммам, хотя бы пытался создавать видимость доказательной базы, подгоняя реальные перемещения фигурантов под выдуманные обвинения), в МТБЮ придумали множество «маленьких Ванзее», но тоже – без реальных доказательств их наличия. По умолчанию стали считать, что «все обвиняемые так думали», и эта уникальная по юридическим меркам «мыслепрактика» легла в основу десятков приговоров. Одновременно предполагалось, что мусульмане, албанцы и хорваты «так» не думали, ибо по определению хорошие ребята, которым не повезло жить рядом со злыми сербами. Теперь актеры прячутся за занавесом. Четверть века фарса завершились эффектным жестом генерала-театрала Праляка. Герой на осле Продолжая сравнение с театром, нельзя не упомянуть, что наиболее характерный пример «эффективности» и «компетентности» МТБЮ и его отдельно взятых судей откровенно комичен. С 1995 по 1998 годы одним из самых разыскиваемых Трибуналом «преступников» был боснийский серб Грубан Малич, которого обвиняли в массовых изнасилованиях мусульманок в лагере Омарска. Тогдашний главный прокурор МТБЮ южноафриканец Ричард Голдстоун лично включил Малича в список подозреваемых, и какое-то время британский спецназ действительно пытался его изловить. В Балканах Голдстоун ничего не понимал и не обратил внимания ни на карикатурное имя «Грубан», ни на албанскую фамилию (mali – гора). Зато охотно читал американские СМИ, где и прошла информация о «серийном насильнике Грубане Маличе». Тут надо понимать, что байка про «ритуальные изнасилования» мусульманок, которые совершались якобы для того, чтобы собственные семьи в силу консервативных традиций отрекались от жертв, и общая численность бошняков сокращалась, - одна из самых тиражируемых в массовой культуре. На ней построено бесчисленное количество фильмов и эпизодов популярных сериалов – от пропагандистского, но реалистичного «Закона и порядка» до карикатурных «Касла» и «Костей». Голдстоун – не менее показательный для МТБЮ персонаж, чем Агиус, а в ЮАР фигура и вовсе культовая. Бывший Верховный судья Трансвааля десятилетиями подрывал систему апартеида изнутри, пытаясь трактовать законодательство настолько узко, насколько это было возможно, и со временем стал чем-то вроде «Десмонда Туту от юриспруденции». Дальнейшая его карьера уникальна. ООН назначила его главой международной комиссии по расследованию войны в Газе в 2008-2009 годах (операция «Литой свинец»). Затем он – еврей по происхождению – входил в комиссию по идентификации нацистских преступников, скрывающихся в Аргентине. Тогда конфликта интересов никто не заметил, но итоги работы Голдстоуна в Газе все-таки вызвали международный скандал, после которого он несколько раз пересматривал выводы собственного доклада и каялся. Но вернемся к розыску насильника. Классик сербской литературы, автор гротескных повестей Миодраг Булатович в далеком 1966 году написал рассказ «Герой на осле или Время позора», в котором действует персонаж Грубан Малич – балканская помесь Дон Кихота и солдата Швейка, постоянно попадающая в трагикомические ситуации (это вообще характерный для Балкан жанр, что хорошо видно по фильмам Кустурицы). Тридцать лет спустя (точнее, в 1995-м) журналист Небойша Еврич без тени улыбки и под стакан ракии рассказал американским коллегам (включая Саманту Пауэр – будущего постпреда США в ООН, а тогда репортера четырех американских изданий в Сараево), что Грубан Малич - один из самых жестоких военных преступников, повинный в массовом изнасиловании мусульманок в лагере Омарска. Не Бог весть какая шутка, но издеваться над доверчивыми, напичканными стереотипами американцами было что-то вроде командной игры не только на Балканах. По законам жанра байка быстро обросла шокирующими подробностями, перекочевала на страницы уважаемых изданий и так дошла до прокурора Голдстоуна. Обман вскрылся довольно быстро (Еврич сам дал задний ход, увидев, до чего разросся его юмор), но бюрократический механизм МТБЮ работал уже на полную, и «военного преступника №3» Грубана Малича три года не могли исключить из списка разыскиваемых лиц, тратя ресурсы на его поиски. Ричард Голдстоун стал объектом насмешек, в его профессионализме публично усомнились даже сокурсники по университетам Виттватерсранда и Гарварда. Но все это не помешало карьере южноафриканца в качестве международного прокурора, что уже само по себе характеризует всю эту систему наднациональных судов и расследований. А Небойша Еврич написал книгу «Герой на осле едет в Гаагу», что было уже вовсе не смешно. Сербская жатва и русский позор Суммарно МТБЮ присудил сербам более 1000 лет тюрьмы. Вместе с черногорцами они составили более 60% всех осужденных. Хорваты, например, всего 18%, при этом многие из них, как и албанцы, впоследствии были оправданы, либо же добились серьезного сокращения сроков. Исключения единичны. Первым, кого осудил МТБЮ, стал Дражен Эрдемович, простой хорватский солдат (впоследствии амнистирован). Последний приговор отклонил апелляцию Ядранко Прлича – одного из руководителей Хорватской Республики Герцег-Босна (фото: Jasper Juinen, Nikola Solic/Reuters) Хуже того, осужденные хорваты, мусульмане и албанцы – это либо рядовые исполнители «от сохи», либо офицеры не старше капитана. Тогда как все политическое и военное руководство Сербии и Республики Сербской (президент Югославии Милошевич, президенты РС Караджич и Плавшич, президент Сербской Краины Бабич, министр обороны Югославии Ойданич, глава МВД РС Станишич, премьер Сербии Никола Шаинович, командующий Армии сербской Младич, начальник разведки РС Толимир и многие другие) попали в тюрьму либо навсегда, либо надолго, либо же умерли при странных обстоятельствах или покончили с собой. Исключения есть и в данном случае, например, формального президента Сербии в 1997-2002 годах Милана Милутиновича оправдали, но его и судить-то было странно – про Милутиновича каждая балканская собака знала, что он тихий, бесцветный, ни на что не влияющий человек. По факту получилось, что военные преступления совершали исключительно сербы, а всё остальное – «эксцессы исполнителей». Так МТБЮ окончательно превратился в инструмент «борьбы добра со злом», что нанесло серьезный удар по самосознанию сербов. Они страдали от коллективного «комплекса жертвы» еще со времен турецкой оккупации, а деятельность МТБЮ только усугубила эту деформацию национального менталитета. Все сербские государства и квазигосударства оказались загнаны в угол – и уже там добиты массовой культурой как главным пропагандистским механизмом современности. В более широком смысле МТБЮ дискредитировал и всю международную юридическую систему. Многие юристы ставят под сомнение уже то, что учрежденные ООН трибуналы вообще вправе судить физических лиц – такие суды должны учреждаться через международные договора, а не через резолюции Совбеза. Тем более, что выработать действительно независимую бюрократическую систему оказалось невозможным. «Беспристрастный инструмент правосудия» в современном мире это фикция, мираж, как и вся так называемая «романтическая политика», построенная на мессианстве, а не на реальных дипломатических обстоятельствах. Возникает вопрос: зачем вообще это было нужно? И как во всё это вляпались мы? Россия поддержала создание МТБЮ и даже некоторое время в его финансировала, но ни один российский судья или прокурор (и даже адвокат, что странно) в его работе не участвовал. Тут дело даже не в главе МИД Андрее Козыреве (хотя и в нем тоже), а в общей ситуации в стране, которая в те годы даже с внутренней политикой не справлялась, а уж внешней для нее практически не существовало. О фактической гибели отечественной внешнеполитической системы в первой половине 90-х сейчас мало пишут (в отличие, например, от развала экономики), а ведь сам факт существования МТБЮ – наглядный пример того хаоса, что творился тогда не только в высотке на Смоленской площади, но и в Кремле. Провернуть весь этот фарш назад не удастся никогда, и никто персонально за него не ответит (не тащить же Козырева из его уютного дома в США в российский суд за измену Родине, хотя хотелось бы). Но практика международных трибуналов с почти неограниченными полномочиями должна быть забыта как страшный сон. Москва больше никогда не позволит ООН создать нечто подобное. Миф и осиновый кол Даже теперь МТБЮ не уходит «в никуда», оставив после себя только незабываемые впечатления. Некоторое время будет сохраняться так называемый «остаточный механизм» - временная структура с ограниченным мандатом. Кроме того, архивы Трибунала, отдельно взятые досье и ордера, включая высосанные из пальца, никуда не денутся. Предполагается, что они будут предоставлены в распоряжение местных правоохранительных систем, например, Боснии и Черногории. Президент БиГ Алия Изетбегович, президент Хорватии Франьо Туджман и президент Сербии Слободан Милошевич на подписании Дейтонских соглашений (фото: Yannis Behrakis/Reuters) То есть, черногорское правительство, вступившее в НАТО и в одночасье превратившееся в главного русофоба Балкан, теперь сможет по собственной инициативе преследовать, например, граждан России и Сербии, ссылаясь на какие-нибудь «файлы МТБЮ». Судьба всей этой документации должна быть каким-то образом прояснена, иначе она будет использоваться как инструмент политического или личного давления – вплоть до бытового шантажа (к слову, автору этих строк закрыт въезд в ряд крупных европейских стран как раз на основании неких «файлов МТБЮ» по делу Здравко Толимира). И все же морально-этические последствия работы МТБЮ гораздо страшнее. Несправедливость и ангажированность его деятельности привела не к примирению на Балканах, что декларировалось как главная цель работы, а к усилению межгосударственного недоверия и к созданию целой системы секретных или полусекретных соглашений между международными организациями (ОБСЕ, ЕС, НАТО) и отдельно взятыми странами. Система секретных договоренностей по принципу «ты мне – я тебе» сроду не работала на мир, а только лишь разгоняла конфликты, создавая краткосрочные преференции для отдельных своих участников. Сейчас, увы, все идет к тому же, и труп МТБЮ еще долго будет «работать Дракулой», провоцируя из гроба новую кровь. Осиновый кол в этом смысле – универсальное средство, но чтобы его вбить, требуется политическая воля. Например, дезавуирование задним числом наиболее провокационных приговоров или некое (хотя бы щадящее) публичное осуждение всей практики Трибунала. Однако в закреплении результатов работы МТБЮ заинтересованы слишком многие. Это и целые страны, и международные организации, засветившиеся в войнах в Югославии, и отдельные лица (судьи, прокуроры, политики, журналисты), сделавшие себе на Трибунале имя и карьеру. И главное: МТБЮ работал не столько на правосудие, сколько на создании политического и гуманитарного мифа, ставшего неотъемлемой частью идеологии западного глобализма. А это уже слишком значимо, чтобы можно было надеяться на пересмотр отношения к результатам работы МТБЮ – в противном случае рухнет вся пирамида. Правда, это отнюдь не означает того, что не стоит и пытаться. В Сербии уже создан альтернативный трибунал, который, конечно же, никто в Европе всерьез не воспринимает. Имеются и собственные инструменты пропаганды, хотя им сложно тягаться с Голливудом, который 25 лет эксплуатирует образ серба-садиста. Есть, наконец, позиция России, правда, наиболее ярко ее озвучивал покойный Виталий Чуркин, в 1991-93 годах работавший спецпредставителем президента РФ по урегулированию конфликтов в бывшей Югославии. Но нужно еще желание заниматься этой долгой и тяжелой работай. Стремление не оставлять результаты деятельности МТБЮ в виде абсолютной победы одной силы над другой якобы в рамках международной юридической системы (если от нее теперь вообще хоть что-то осталось). Теги:  история, Косово, Сербия, Совбез ООН, Балканы, Черногория, Гаагский трибунал, Хорватия, Босния и Герцеговина, Югославия, военные преступления, международное право, Ратко Младич, МТБЮ

08 декабря 2017, 00:56

Конец МТБЮ. Как трибунал по бывшей Югославии стал судилищем сербов

24 года работы трибунала по бывшей Югославии не примирили народы, а только добавили новых обид.

04 декабря 2017, 21:32

Милошевич признан невиновным? О чём предпочитают помалкивать в Гааге

Спустя 11 лет после смерти Милошевича Гаагский трибунал по-тихому признал, что не нашел доказательств вины первого президента Сербии. Эксперт не исключает, что со временем начнется реабилитация и других сербов.В конце осени Международный гаагский трибунал по бывшей Югославии приговорил сербского генерала Ратко Младича к пожизненному заключению, признав его виновным в геноциде и преступлениях против человечности. В тексте приговора сербское издание RTS неожиданно обнаружило слова о другом знаменитом подсудимом трибунала -бывшем президенте Сербии Слободане Милошевиче, который умер в тюрьме Гааги от инфаркта. Оказалось, что расследуя дело Ратко Младича, "суд не нашел доказательств, что Милошевич был согласен с геноцидом боснийских мусульман"."Почему это вы говорите, что Сербия граничит с Косово? Ведь Гаага не граничит с Нидерландами"Слободан Милошевич стал первым президентом Сербии в 1991-2000 годах. Он возглавлял борьбу за сохранение единства Югославии. В 1992-1995 годах Сербия под руководством Милошевича поддерживала сербские меньшинства в Хорватии и Боснии и Герцеговине. В конце 90-х он пытался не допустить выхода из состава страны Косово и ввел в эту провинцию сербские войска. В ответ НАТО начало бомбардировки Сербии.В 2001 году, после того как Милошевич проиграл президентские выборы, он был арестован по инициативепремьер-министра Зорана Джинджича и тайно передан Международному трибуналу по бывшей Югославии (МТБЮ). Это вызвало в стране массовое возмущение и уличные беспорядки. По мнению ряда сербских историков и политологов, реальным инициатором выдачи Милошевича суда в Гааге стал посол США в Белграде Уильям Монтгомери. "Тогда он фактически был премьер-министром Сербии", - писал сербский военный историк Милован Дрецун.Суд над Милошевичем начался в 2002 году и продолжался 4 года. Сербский лидер отказался от помощи адвокатов и сам защищал себя в суде. Он не признал себя виновным ни по одному пункту обвинений. В феврале 2002 года политик выступил в суде с речью, в которой обвинил НАТО в преступлениях против человечности во время бомбардировок Сербии. В частности, он указал, что в результате авианалетов были уничтожены всего 7 сербских танков, зато погибли сотни мирных жителей. Особенно от Милошевича доставалось прокурору Ричарду Мею, над которым сербский экс-президент откровенно издевался: "Почему это вы говорите, что Сербия граничит с Косово? Ведь Гаага не граничит с Нидерландами. Косово - это Сербия".Из-за ухудшения здоровья бывшего сербского лидера процесс прерывался 22 раза. МИД РФ неоднократно обращал внимание трибунала на состояние Милошевича и просил отпустить его на лечение в Россию, причем Москва давала гарантии возвращения экс-президента на скамью подсудимых. Однако поправить здоровье его так и не отпустили.В 2006 году сербский лидер написал свое последнее письмо, адресованное русским дипломатам: "Я думаю, что настойчивость, с которой мне не позволяют получить медицинскую помощь в России, в первую очередь мотивируется страхом, что в результате тщательных исследований неизбежно откроется, как в ходе суда велась злонамеренная кампания против моего здоровья", - писал он. Спустя три дня, 11 марта 2006 года, Милошевич умер в тюрьме Гааги от инфаркта миокарда, так и не дождавшись приговора."Лидеров западных стран нужно за это судить"Международный трибунал вспомнил покойного президента Сербии уже не в первом своем приговоре. Ранее суд не нашел доказательств того, что Милошевич задумал геноцид мусульманского населения бывшей Югославии - это зафиксировано в приговоре от 24 марта 2016 года лидеру боснийских сербов Радовану Караджичу. Тогда фамилию экс-президента на 2590 страницах плотного текста приговора обнаружил итальянскийжурналист Джульетто Кьеза.В приговоре говорится, что Милошевич регулярно встречался с Караджичем и "находил с ним понимание по многим вопросам". Оба лидера "не хотели создания исламского государства" на территории бывшей Югославии. Кроме того, они считали необходимым не допустить независимости Боснии и Герцеговины."Если они хотят бороться (имеется в виду борьба босняков за независимость - Ред.) - мы тоже будем бороться", - якобы сказал Караджичу Милошевич. В результате, ничего криминального международному трибуналу обнаружить не удалось, что он и признал в приговоре бывшему лидеру боснийских сербов."Западные СМИ умолчали об этом. А в действительности лидеров западных стран нужно за это судить", - написал Джульетто Кьеза в своем блоге. Не менее категоричен был и британский журналист Нил Кларк. "Вердикт Гаагского трибунала, что один из самых демонизированных политиков современной эпохи был признан невиновным в тех ужасных преступлениях, в которых его обвиняли, должен был быть в заголовках прессы всего мира, Но он не был. И международный суд закопал этот факт глубоко в 2590-страничный вердикт по делу лидера боснийских сербов Радована Караджича", - заявил Кларк."К сожалению, тот факт, что международный трибунал при рассмотрении дел Караджича и Младича не нашел доказательств вины Милошевича, не означает, что сербский экс-президент оправдан, - сказал АиФ.ru доктор юридических наук, профессор кафедры международного права МГИМО Дмитрий Лабин - Дело в отношении Милошевича был закрыто с его смертью. На нынешних процессах рассматривали только иски в отношении Караджича и Младича. Оправдание памяти Милошевича не входит в компетенцию нынешнего суда". Тем не менее, по словам эксперта, решение международного трибунала не следует считать окончательным и не подлежащим сомнению."Упущения и ошибки во время многочисленных процессов признала прокурор международного трибунала Карла Дель Понте, которая сказала, что если бы она знала все обстоятельства дел, то вела бы их по-другому". Отметим, что Дель Понте в своих воспоминаниях не раз обвиняла во вмешательстве в дела трибунала различные страны организации, в том числе США и их союзников по НАТО.Лабин не исключил, что со временем начнется реабилитация нынешних подсудимых международного трибунала по бывшей Югославии. Пока же обвиняемым приходится защищать себя самостоятельно. Причем порой такими крайними методами, какими это сделал хорватский генерал Слободан Пральяк. На прошлой неделе он со словами "Пральяк не преступник, я отвергаю ваш вердикт" покончил с собой прямо в зале суда, приняв яд - после того как международный трибунал отказался оправдать его по делу о геноциде боснийских мусульман. Впрочем, пока, судя по приговорам Гаагского трибунала, суд считает именно сербов главными виновниками трагических событий на Балканах. Общее количество лет заключения, к которым приговорены сербы, составило 855, в то время, как хорваты получили тюремные сроки на 118 лет, а мусульмане и албанцы - всего на 38,5 и 13 лет соответственно.(http://www.aif.ru/society...)

04 декабря 2017, 21:32

Милошевич признан невиновным? О чём предпочитают помалкивать в Гааге

Спустя 11 лет после смерти Милошевича Гаагский трибунал по-тихому признал, что не нашел доказательств вины первого президента Сербии. Эксперт не исключает, что со временем начнется реабилитация и других сербов.В конце осени Международный гаагский трибунал по бывшей Югославии приговорил сербского генерала Ратко Младича к пожизненному заключению, признав его виновным в геноциде и преступлениях против человечности. В тексте приговора сербское издание RTS неожиданно обнаружило слова о другом знаменитом подсудимом трибунала -бывшем президенте Сербии Слободане Милошевиче, который умер в тюрьме Гааги от инфаркта. Оказалось, что расследуя дело Ратко Младича, "суд не нашел доказательств, что Милошевич был согласен с геноцидом боснийских мусульман"."Почему это вы говорите, что Сербия граничит с Косово? Ведь Гаага не граничит с Нидерландами"Слободан Милошевич стал первым президентом Сербии в 1991-2000 годах. Он возглавлял борьбу за сохранение единства Югославии. В 1992-1995 годах Сербия под руководством Милошевича поддерживала сербские меньшинства в Хорватии и Боснии и Герцеговине. В конце 90-х он пытался не допустить выхода из состава страны Косово и ввел в эту провинцию сербские войска. В ответ НАТО начало бомбардировки Сербии.В 2001 году, после того как Милошевич проиграл президентские выборы, он был арестован по инициативепремьер-министра Зорана Джинджича и тайно передан Международному трибуналу по бывшей Югославии (МТБЮ). Это вызвало в стране массовое возмущение и уличные беспорядки. По мнению ряда сербских историков и политологов, реальным инициатором выдачи Милошевича суда в Гааге стал посол США в Белграде Уильям Монтгомери. "Тогда он фактически был премьер-министром Сербии", - писал сербский военный историк Милован Дрецун.Суд над Милошевичем начался в 2002 году и продолжался 4 года. Сербский лидер отказался от помощи адвокатов и сам защищал себя в суде. Он не признал себя виновным ни по одному пункту обвинений. В феврале 2002 года политик выступил в суде с речью, в которой обвинил НАТО в преступлениях против человечности во время бомбардировок Сербии. В частности, он указал, что в результате авианалетов были уничтожены всего 7 сербских танков, зато погибли сотни мирных жителей. Особенно от Милошевича доставалось прокурору Ричарду Мею, над которым сербский экс-президент откровенно издевался: "Почему это вы говорите, что Сербия граничит с Косово? Ведь Гаага не граничит с Нидерландами. Косово - это Сербия".Из-за ухудшения здоровья бывшего сербского лидера процесс прерывался 22 раза. МИД РФ неоднократно обращал внимание трибунала на состояние Милошевича и просил отпустить его на лечение в Россию, причем Москва давала гарантии возвращения экс-президента на скамью подсудимых. Однако поправить здоровье его так и не отпустили.В 2006 году сербский лидер написал свое последнее письмо, адресованное русским дипломатам: "Я думаю, что настойчивость, с которой мне не позволяют получить медицинскую помощь в России, в первую очередь мотивируется страхом, что в результате тщательных исследований неизбежно откроется, как в ходе суда велась злонамеренная кампания против моего здоровья", - писал он. Спустя три дня, 11 марта 2006 года, Милошевич умер в тюрьме Гааги от инфаркта миокарда, так и не дождавшись приговора."Лидеров западных стран нужно за это судить"Международный трибунал вспомнил покойного президента Сербии уже не в первом своем приговоре. Ранее суд не нашел доказательств того, что Милошевич задумал геноцид мусульманского населения бывшей Югославии - это зафиксировано в приговоре от 24 марта 2016 года лидеру боснийских сербов Радовану Караджичу. Тогда фамилию экс-президента на 2590 страницах плотного текста приговора обнаружил итальянскийжурналист Джульетто Кьеза.В приговоре говорится, что Милошевич регулярно встречался с Караджичем и "находил с ним понимание по многим вопросам". Оба лидера "не хотели создания исламского государства" на территории бывшей Югославии. Кроме того, они считали необходимым не допустить независимости Боснии и Герцеговины."Если они хотят бороться (имеется в виду борьба босняков за независимость - Ред.) - мы тоже будем бороться", - якобы сказал Караджичу Милошевич. В результате, ничего криминального международному трибуналу обнаружить не удалось, что он и признал в приговоре бывшему лидеру боснийских сербов."Западные СМИ умолчали об этом. А в действительности лидеров западных стран нужно за это судить", - написал Джульетто Кьеза в своем блоге. Не менее категоричен был и британский журналист Нил Кларк. "Вердикт Гаагского трибунала, что один из самых демонизированных политиков современной эпохи был признан невиновным в тех ужасных преступлениях, в которых его обвиняли, должен был быть в заголовках прессы всего мира, Но он не был. И международный суд закопал этот факт глубоко в 2590-страничный вердикт по делу лидера боснийских сербов Радована Караджича", - заявил Кларк."К сожалению, тот факт, что международный трибунал при рассмотрении дел Караджича и Младича не нашел доказательств вины Милошевича, не означает, что сербский экс-президент оправдан, - сказал АиФ.ru доктор юридических наук, профессор кафедры международного права МГИМО Дмитрий Лабин - Дело в отношении Милошевича был закрыто с его смертью. На нынешних процессах рассматривали только иски в отношении Караджича и Младича. Оправдание памяти Милошевича не входит в компетенцию нынешнего суда". Тем не менее, по словам эксперта, решение международного трибунала не следует считать окончательным и не подлежащим сомнению."Упущения и ошибки во время многочисленных процессов признала прокурор международного трибунала Карла Дель Понте, которая сказала, что если бы она знала все обстоятельства дел, то вела бы их по-другому". Отметим, что Дель Понте в своих воспоминаниях не раз обвиняла во вмешательстве в дела трибунала различные страны организации, в том числе США и их союзников по НАТО.Лабин не исключил, что со временем начнется реабилитация нынешних подсудимых международного трибунала по бывшей Югославии. Пока же обвиняемым приходится защищать себя самостоятельно. Причем порой такими крайними методами, какими это сделал хорватский генерал Слободан Пральяк. На прошлой неделе он со словами "Пральяк не преступник, я отвергаю ваш вердикт" покончил с собой прямо в зале суда, приняв яд - после того как международный трибунал отказался оправдать его по делу о геноциде боснийских мусульман. Впрочем, пока, судя по приговорам Гаагского трибунала, суд считает именно сербов главными виновниками трагических событий на Балканах. Общее количество лет заключения, к которым приговорены сербы, составило 855, в то время, как хорваты получили тюремные сроки на 118 лет, а мусульмане и албанцы - всего на 38,5 и 13 лет соответственно.(http://www.aif.ru/society...)

04 декабря 2017, 00:13

Милошевич признан невиновным? О чём предпочитают помалкивать в Гааге

Спустя 11 лет после смерти Милошевича Гаагский трибунал по-тихому признал, что не нашел доказательств вины первого президента Сербии. Эксперт не исключает, что со временем начнется реабилитация и других сербов.

03 декабря 2017, 20:20

Яд в Гааге оправданный Шешель назвал героическим поступком

Хорватский генерал Слободан Пральяк, услышав в свой адрес обвинительный приговор со сроком в 20 лет на Международном трибунале по бывшей Югославии в Гааге, достал флакон яда, открутил крышку и со словами "Пральяк — не военный преступник! Я отвергаю ваш вердикт" выпил смертоносную жидкость.

30 ноября 2017, 06:18

Россия против НАТО. Предпосылки конфликта

Второй вариант конфликта между РФ и НАТО – безъядерный. По мнению автора, шансы на то, что страны, участвующие в нем, смогут воздержаться от применения ядерного оружия, исчезающе малы

29 ноября 2017, 19:57

В Гаагском суде умер генерал

Осужденный хорват Праляк принял неизвестное вещество прямо в судебном зале

31 октября 2014, 08:33

Свобода посмертно. ЕС "реабилитировал" Слободана Милошевича

Евросоюз на очередном саммите полпредов санкции против России предсказуемо не отменил, но, похоже, окончательно определился с условиями. И это совсем не деэскалация конфликта на Украине, в которой Москва уже участвует едва ли не больше, чем сама Украина. Накануне ЕС, как заявил его представитель, снял запреты, до сих пор действовавшие против экс-президента бывшей Югославии Слободана Милошевича. И сразу стало понятно, что для европейского "снисхождения" всего-то и надо, чтобы государство распалось, его лидер скончался в тюрьме специально для этого созданного Гаагского трибунала, и после его весьма странной смерти прошло восемь лет. ЕС "благородно" вернул Милошевичу свободу перемещения, когда он уже не только переместился, но и освоился там, откуда не возвращаются. Причем, речь не идет об официальной реабилитации самого Милошевича. Как минимум потому, что его так и не осудили. Не рассматривается в качестве причины "пощады" и отсутствие собственно субъекта. В ЕС мотивируют неактуальность санкций светом нынешних отношений между Брюсселем и Белградом, подразумевая, видимо, европейские перспективы Сербии. Хотя, по сути, ее интересы, как и при Милошевиче, так же ни во что не ставят. Ну, разве что не бомбят. И то потому, что "отбомбили" себе уже все, что хотели. Между тем, сама формулировка помилования - это явное свидетельство того, что лишь от покладистости того или иного государства зависит отношение Запада к его гражданам. Пусть и с двадцатилетним опозданием, но это и есть провозглашение истинной причины нападения на Белград. Когда решили, что и насильно будет мил. Если не Милошевич. И все же отмена санкций против последнего президента Югославии и его близких - это символический жест. Правда, не сразу скажешь, чего в нем больше, демонстрации расположения или все-таки страха. То, как Сербия вместе с Владимиром Путиным совсем недавно отмечала освобождение от нацистов, могло заставить Брюссель задуматься о том, что годы влияния на Белград были потрачены впустую. Антифашистские плакаты здесь соседствовали с антинатовским содержанием. А от скандирования "Россия и Сербия - вместе навсегда" у западных ястребов, наверняка, вновь взыграл кровавый азарт с мыслями о том, что тогда, видимо, недобомбили. Прощая Милошевича, ЕС, между прочим, вольно или нет, но признает его историческую и политическую ценность, коль скоро полагает, что, несмотря на все грехи, в которых Запад его обвинял, для Сербии он остается знаковой фигурой. Таким его всегда считала и эксперт по Балканам, директор Института Славяноведения Елена Гуськова. - Почему ЕС вдруг вспомнил о Милошевиче? - Я бы назвала это явление политическим цинизмом. Уже давно нет Слободана Милошевича, уже давно все забыли про эти санкции. Они просто поставили точку в этой истории и имитировали свою деятельность. К нынешнему Белграду введение санкций и их отмена не имеют абсолютно никакого отношения......... (http://ria.ru/radio_brief...)

11 марта 2013, 11:26

Семь лет назад был убит Слободан Милошевич

Запись опубликована Nstarikov. You can comment here or there.Семь лет назад – 11 марта 2006 года, в «демократической тюрьме» умер  президент Югославии Слободан Милошевич. Его судьба — наглядный урок всем тем, кто готов поверить Западу на слово, кто готов идти на уступки. Муаммар Каддафи, который также попытается договориться в 2011 году, еще был всеми признанным лидером Ливии, когда Слободан Милошевич пошел Западу на уступки и стал договариваться. Сербские войска были выведены из Косово. В «благодарность» исконная сербская территория — Косово под протекторатом США и НАТО объявила независимость. Сам же Милошевич был выдан сербскими либералами, пришедшими к власти, на судебную расправу в Гаагу. Его мужественное поведение в суде привело к невозможности доказать то, что требовалось доказать для обвинения сербов и их президента во всех мыслимых грехах. Не сломив Милошевича и не имея возможности доказать обвинение, Запад не имел никаких других вариантов кроме того, что был выбран. Выпустить и оправдать Слободана Милошевича нельзя, обвинить не выходит. Выход один – убить его прямо в тюрьме. Что и случилось. Предлагаю вашему вниманию свидетельство очевидца этого процесса. Материал, который публикуется, подготовлен Александром Борисовичем Мезяевым. Это профессор, заведующий кафедрой конституционного и международного права Университета управления «ТИСБИ» (г. Казань). Он лично участвовал в суде со стороны Слободана Милошевича. В 2003—2006 годах был ответственный секретарем Группы юристов Российской Ассоциации международного права по наблюдению за процессом «Прокурор против Слободана Милошевича» в Международном трибунале по бывшей Югославии. Убийство президента Югославии Слободана Милошевича: необходимость независимого международного расследования Ровно семь лет назад, 11 марта 2006 года был убит президент Югославии Слободан Милошевич. О том, что его смерть не была случайной, догадываются многие. Однако наше расследование показало, что имеются прямые свидетельства того, что было совершено убийство, и Международный трибунал по бывшей Югославии (МТБЮ) является прямым участником этого преступления. Впрочем, более удивительно другое  — данные свидетельства содержатся в официальных документах самого трибунала. Итак, 11 марта 2006 года МТБЮ сообщил, что Слободан Милошевич «найден мёртвым в своей тюремной камере».[1] На следующий день было объявлено, что проводившееся голландскими  судебными патологоанатомами под эгидой прокуратуры МТБЮ вскрытие показало, что С.Милошевич умер от инфаркта миокарда.[2]  Наконец, 14 марта решением судебной палаты судебный процесс и всё дело в целом были полностью прекращены.[3] Таким образом, Гаагский трибунал попытался закрыть длившееся почти семь лет юридическое дело. Однако точку в этом деле ставить явно рано. Скорее, следует ставить вопрос об открытии нового дела. Дела против самого Гаагского трибунала. Ибо имеются самые серьёзные доказательства того, что МТБЮ организовал и осуществил убийство одного из своих обвиняемых. Прежде всего, следует отметить, что заявление о «естественной» причине смерти С.Милошевича, не соответствуют действительности. По окончательному официальному сообщению прокуратуры Гааги смерть С.Милошевича произошла от инфаркта миокарда. Однако данный вывод далеко не достаточен и, тем более, не равнозначен выводу о естественности причины смерти. Следует признать, что у МТБЮ были чрезвычайно веские причины для убийства С.Милошевича. Ещё в 2003 году, когда я наблюдал за ходом процесса непосредственно в зале суда в Гааге, я начал постепенно приходить к выводу о том, что наиболее вероятным исходом судебного процесса должна стать смерть обвиняемого. Главной причиной, по которой трибунал был заинтересован в смерти С.Милошевича состояла в полной несостоятельности обвинений против него. Ещё во время Обвинительной части процесса стало ясно, что прокуратура построила свою схему на фактах, не соответствующих действительности. Важное уточнение: прокуратуре было заранее известно о ложности этих фактов, то есть речь идёт о сфальсифицированным обвинительном заключении. Положение усугубилось тем, что для доказательства обвинительного заключения были представлены сфальсифицированные свидетельства. Представление лживой информации для доказательства лживого обвинительного акта превратили процесс в фарс. Фактически, прокуратура загнала сама себя в угол. Процесс рухнул ещё в первой своей фазе. Вторым фактором, послужившим причиной именно такого окончания процесса стала стратегия самого Слободана Милошевича. Эту стратегию с полным основанием можно назвать смертельной. Дело в том, что С.Милошевич мог выбрать две стратегические линии: 1)Традиционную, которой пользуется абсолютное большинство обвиняемых как на любом процессе, так и в Гаагском трибунале, в частности, и которая, надо признать, сохранила бы С.Милошевичу надежду на сохранение жизни. Эта стратегия личной защиты, которая выглядит примерно так: «я ничего не знал», «меня неправильно информировали», «лично я приказов не отдавал» и т.д. Избери С.Милошевич эту стратегию, и Гаагский трибунал охранял бы его здоровье как зеницу ока, ибо им был нужен обвинённый Милошевич. При фальсификации доказательств его обвинение было бы делом не столь уж сложным. Тем более, что половина всех свидетелей обвинения были засекреченными – трибунал готовил себе запасной плацдарм для вынесения неправосудного приговора, основанного на показаниях, которые были бы неизвестны никому, кроме самих судей! 2)Другая стратегическая линия  заключалась в том, чтобы не просто отмежеваться от приписываемых ему преступлений, а самому доказать кто в действительности совершил все эти преступления. Начавшаяся в августе 2004 года Защитная часть процесса стала воистину окончательной катастрофой для МТБЮ. Речь шла уже не только о том, виновен или невиновен сам Милошевич, а о том, что делать с неопровержимыми доказательствами того, как было организовано о осуществлено одно из крупнейших международных преступлений – уничтожение государства Югославия. Те, кто внимательно следил за процессом, не могли не видеть: С.Милошевича судят именно за то, что он оказал главное сопротивление этому международному преступлению. При этом становилось ясно, что сам Гаагский трибунал является частью механизма осуществления этого преступления. Возникает вопрос: что мог сделать МТБЮ в данной ситуации? Совершенно очевидно, что он не мог ни осудить С.Милошевича (на основании норм права), ни оправдать его (оправдание означало бы признание его правоты). Ясно, что смерть С.Милошевича и прекращение этого опаснейшего процесса объективно являлись единственным выходом для МТБЮ. Согласно имеющимся в нашем распоряжении фактам, убийство С.Милошевича было совершено следующим образом. C.Милошевичу были созданы условия, которые серьёзно ухудшили состояние его здоровья.[4] Затем ему было отказано не только в адекватном лечении резко ухудшившейся болезни сердца, но и в необходимых исследованиях для постановки диагноза. Наконец, в критической ситуации трибунал отказал С.Милошевичу в оказании срочной медицинской помощи. Причем сделал это осознанно при наличии всей необходимой информации о его критическом состоянии. Гаагский трибунал постоянно подчёркивал, что С.Милошевич имел доступ к самым лучшим врачам. Этот аргумент лукав. Возможно, что это были лучшие врачи Нидерландов, но вот какие они давали заключения. Доктор Аартс: «Атеросклероз – нормальное явление для пациента его [С.Милошевича] возраста. Доктор де Лаат: [в последние 6 месяцев жизни С.Милошевич испытытвал сильнейшие шумы и напряжение в голове с частничной  потерей слуха и зрения] «Причины возможной потери слуха неясны. Возможно, что они сердечно-сосудистого характера». Однако делается вывод, что «необходимо использование не наушников, а слухового аппарата»!  (Как видим, для того, чтобы подстраховать себя, «доктор» указывает возможную причину, но его рекомендация воистину издевательская).[5] Доктор Споелстра: «предполагая», что «пациент использует наушники» [консультант не знает о том, что пациент вынужден использовать наушники уже пятый год!] предлагает решить проблему “получше настроив громкость в наушниках”.[6] Доктор Фальке [главный тюремный врач]: «Я обсудил отчёт трёх врачей с лором из госпиталя Броново. Его мнение: ухудшение слуха – от старости. […] Ничего больше сейчас предпринять нельзя”.[7] 4 ноября 2005 года по требованию Слободана Милошевича группа из трёх врачей произвела его медицинский осмотр. В состав группы входили: доктор медицинских наук, профессор М.В.Шумилина (Россия),  профессор Ф.Леклерк (Франция) и профессор В.Андрич (Сербия). Заключение доктора Шумилиной было предельно жестким. Она сразу заявила, что речь идёт о неадекватном лечении и необходимости специализированного обследования и лечения. Она также предупреждала, что существует опасность серьёзных нарушений не только сердца, но и мозга.[8] Кардиологу Ф.Леклерку не предоставили возможности ознакомиться с результатами медицинских осмотров пациента, включая как специфические, так и самые элементарные (записи измерения давления). По фактически единственной предоставленной ему возможности обследования С.Милошевича — снятия ЭКГ, заключение врача было: «чрезвычайно аномально».[9] В своём совместном мнении международная группа врачей предупредила трибунал, что «состояние больного тяжёлое, и грозит дальнейшим ухудшением». Они отметили, что необходимо более детальное исследование для постановки диагноза. Врачи заявили, что С.Милошевичу должен быть предоставлен немедленный полный (физический и умственный) отдых на период в 6 недель, который уменьшит или, по крайней мере, хотя бы стабилизирует течение болезни.[10] Заключение доктора М.Шумилиной вызвало сильнейшее раздражение. Впервые независимая медицинская экспертиза подтвердила на весь мир: причиной всё  ухудшающегося состояния здоровья Слободана Милошевича является  длительное неправильное лечение и вообще нежелание лечить. Заключение М.Шумилиной попытались дискредитировать: лечащий врач С.Милошевича стал активно искать врачей, которые ставили под сомнение её заключение, а прокуратура даже  намекала на то, что доктор Шумилина находится в заговоре с Милошевичем.  14 декабря 2005 года М.Шумилина в своём письме в трибунал заявила, что попытки ряда врачей принизить значение её заключения недопустимы. Так, она отметила, что «атеросклероз является результатом не возраста в 64 года [как утверждали тюремные врачи!], а следствием длительного неправильного лечения артериальной гипертензии.» Она ещё раз предупредила власти трибунала и тюрьмы о том, что «сердечно-сосудистый фактор развития болезни не должен быть недооценён».[11] В декабре 2005 года директор Научного Центра сердечно-сосудистой хирургии им. Бакулева, главный кардиохирург МЗ РФ академик Л.А.Бокерия в своём письме президенту МТБЮ Ф.Покару ещё раз напомнил ему, что состояние здоровья С.Милошевича является «критическим» и вновь назвал  причину этого – «неправильное лечение». У президента Гаагского трибунала не должно было оставаться сомнений в трактовке заключения доктора Бокерия: «речь идёт о необходимости предотвратить сердечно-сосудистую катастрофу».[12] В декабре 2005 года Слободан Милошевич обратился к судьям с просьбой временно освободить его для лечения в Москве. Несмотря на то, что все требования, предъявляемые к условиям временного освобождения для лечения, которые предъявлялись к другим обвиняемым, в «деле» С.Милошевича были выполнены, суд отказал Милошевичу во временном освобождении для оказания срочной медицинской помощи.[13] Следует отметить, что решение судебной палаты было абсолютно незаконным ещё и потому, что трибунал проигнорировал гарантии, данные Российской Федерацией, отклонив их, без объяснения причин. В 2009 году мне удалось встретиться с одним из судей, принимавших решение об отказе С.Милошевичу в лечении в России – судьей Яном Бономи (Британия). Судья отказался отвечать на мой вопрос о том, почему он просто проигнорировал гарантии, предоставленные Российской Федерацией.[14] Одним из важнейших этапов осуществления плана по недопущению разрешения на временное освобождение стала провокация по обвинению С.Милошевича в манипуляции со своим здоровьем, а именно в том, что он сознательно ухудшает состояние своего здоровья для того, чтобы выехать в Россию и, таким образом, «скрыться от правосудия». Анализ этой провокации имеет принципиальное значение, ибо в полной мере раскрывает mens rea (умысел) должностных лиц трибунала на совершение преступления. С.Милошевич был обвинён в том, что он не принимает прописанные ему лекарства и принимает не прописанные. В данной провокации участвовали как тюремные власти, так и лечащий врач С.Милошевича. Начало провокации было положено начальником тюрьмы Т.МакФадденом и тюремным врачом П.Фальке, которые после просьбы С.Милошевича о его временном освобождении для лечения, стали бомбардировать судебную палату и секретариат трибунала своими записками. Информация, содержавшаяся в этих записках должна была исключить положительное решение о временном освобождении. Так, в своём письме в секретариат трибунала от 19 декабря 2005 года начальник тюрьмы МакФадден сообщал, что «давно подозревал, что С.Милошевич не следует предписанному ему медицинскому режиму», а именно, что он не принимает назначенные ему препараты и принимает не назначенные.[15] С целью установить, действительно ли это так, у С.Милошевича были взяты пробы крови, результаты которых показали, что “С.Милошевич не принимает назначенные ему лекарства и принимает не назначенные”.[16] Более того, начальник тюрьмы сообщил, что тюремный врач в дальнейшем «отказался нести полную ответственность» за здоровье С.Милошевича. А затем заявил, что «не я, ни вы [обращение к секретарю трибунала] не можем нести ответственность за здоровье С.Милошевича».[17] Как видим, все три главных должностных лица и органа трибунала, которые, согласно Правилам МТБЮ несут главную ответственность за здоровье содержащихся в тюрьме трибунала, сняли с себя полную ответственность за здоровье Слободана Милошевича. При этом совершенно очевидно, что выводы, содержащиеся в письме начальника тюрьмы являются следственными, а не медицинскими. На самом деле, результаты крови были следующими: «в крови обнаружен низкий уровень предписанных лекарственных препаратов и низкий уровень не предписанных лекарственных препаратов». Без каких-либо дополнительных объяснений, начальник тюрьмы квалифицирует данное заключение по анализу крови как результат умышленных действий С.Милошевича. Ниже мы увидим, что для такого вывода не было оснований, но самое главное в том, что аналогичный вывод сделал не только начальник тюрьмы, но и врач. В своём письме от 6 января 2006 года П.Фальке повторяет выводы начальника тюрьмы: «пробы показали, что он принимает назначенные препараты в недостаточных количествах или не принимает их вообще», а также что он «принимает препараты не предписанные ему ни мной, ни другими».[18] Проводивший исследование крови токсиколог Д.Угес, несмотря на ряд оговорок,[19] также сделал вывод: «имеются серьёзные основания считать, что имело место нерегулярное принятие предписанных препаратов. Очевидно, что это может быть причиной высокого давления».[20] Итак, как видим, не только тюремные власти, но и врачи делают следственные выводы. Все, кроме одного. В своём заключении доктор Тоу назвал пять возможных причин низкой концентрации предписанных препаратов в крови С.Милошевича, а именно: 1)слабая абсорбция гастроэнтерологии; 2)недостаточно точное следование предписаниям; 3)взаимодействия с другими субстанциями; 4)пониженная абсорбция энзимов; 5)быстрый обмен веществ для СYР2D6.[21] Эти замечания доктора Тоу являются элементарными и, кстати, далеко не исчерпывающим списком иных возможностей. Возникает вопрос: каким образом было возможно не предположить эти вероятности? Ответ очевиден. Это можно было сделать только с умыслом. Однако до опубликования отчёта доктора Тоу, П.Фальке не допускал никаких других объяснений, кроме как непринятия препаратов. Несмотря на то, что Фальке вообще не обладает необходимой квалификацией для того, чтобы делать те заключения, которые он делал, он сознательно формировал у судебной палаты негативный образ С.Милошевича,[22] который специально ухудшает своё здоровье, чтобы уехать на лечение. Однако ситуация оказалась гораздо более серьёзной, нежели предвзятость или неквалифицированность. Речь идёт о mens rea на совершение преступления. 12 января 2006 года Слободан Милошевич сам потребовал провести новый анализ крови. Этот анализ, проведённый после приёма предписанных Фальке лекарственных препаратов и под постоянным наблюдением, показал, что в крови обнаружен тот же самый уровень препаратов, что и раньше. Утверждения начальника тюрьмы, а главное – врачей во главе с Фальке, рухнули. Однако наиважнейшим элементом mens rea указанных лиц было то, что они скрыли этот факт от судебной палаты. Тюремные власти (начальник тюрьмы и его заместитель) в своих депешах в трибунал постоянно подтверждали, что приём лекарств обвиняемыми трибунала является вопросом повышенного внимания вообще, а уж в отношение С.Милошевича – в особенности. В то же время, утверждая о своих подозрениях, а затем – утверждениях, они не смогли привести ни одного факта непринятия лекарств С.Милошевичем за все почти 5 лет его содержания в тюрьме. Таким образом, заключение врачей, руководства тюрьмы, секретариата и прокуратуры в данных обстоятельствах были не только необоснованными, но и ложными. В своих отчётах в судебную палату П.Фальке утверждал, что С.Милошевич также «принимает не предписанные ему препараты». Однако в отчёте токсиколога Угеса названо только два таких препарата -  Диазепам и Нордазепам. Назначенные адвокаты установили, что именно Фальке прописал С.Милошевичу Диазепам в середине октября 2005 года. При этом, второй препарат – Нордазепам – по признанию делавшего повторную экспертизу доктора Тоу, превращается в организме человека из Диазепама.[23]  Наконец, по заключению доктора Угеса уровень обоих препаратов в крови «слишком низок для любого фармакологического эффекта».[24]   Если учесть, что оба препарата могут находиться в крови длительное время (несколько месяцев) и то, что они не могут оказать негативного воздействия на высокое давление (и даже косвенным образом оказывать положительное воздействие при высоком давлении), становится ясно, что против С.Милошевича была организована провокация. То, что это была именно провокация, подтверждается опять-таки mens rea всех участников. В своём представлении в судебную палату назначенные адвокаты отмечали: «Ни один из отчётов, направленных в судебную палату не содержал  информацию о том, что [называемый во всех отчётах «непредписанным»] Диазепам неоднократно предписывался С.Милошевичу самим тюремным врачом Фальке: а) в течение всего периода содержания С.Милошевича в тюрьме; б) особенно в течение трёх дней в середине октября 2005 года».[25] «В отсутствие этой информации судебная палата не могла сделать правильный вывод», — заключили в своём представлении в суд назначенные адвокаты. Сказано, однако, слишком мягко. На самом деле совершенно очевидно, что в судебную палату была представлена сфальсифицированная информация, которая была направлена на то, чтобы судебная палата сделала неверный вывод. Эта часть провокации провалились столь очевидно, что даже прокуратура трибунала была вынуждена признать, что «более не считает, что Обвиняемый принимал Диазепам инчае, чем это было ему назначено».[26] Однако, несмотря на очевидный провал, секретариат и доктор П.Фальке попытались оправдаться. Однако, как всегда бывает в случаях откровенной лжи, оправдание получилось ещё более неуклюжим. Так, Фальке сообщает, что на самом деле, последним зарегистрированным приёмом Диазепама С.Милошевичем была не середина октября, а 7 ноября 2005 года, то есть на три недели ближе к забору крови на анализ. Отсюда оправдательный вывод секретаря трибунала: «Таким образом, низкий уровень Диазепама в крови С.Милошевича не связан с фактом предписания этого препарата доктором Фальке 15-17 октября 2005 года».[27]  Это и есть ответ на обвинение адвокатов в том, что врачи и секретариат скрыли назначение Диазепама и что этот препарат не может быть назван «непредписанным»! Оправдания тюремного врача и секретаря по сути представили новые доказательства их недобросоветсности и поставили новые вопросы. Назначенные адвокаты обратили внимание на то, что дата 7 ноября 2005 года не записана в документах, переданных С.Милошевичу в ответ на его запрос представить ему всю медицинскую документацию. Позднее, врач и секретариат представили судебной палате медицинскую карту выданных С.Милошевичу лекарств. Оказалось, что этот вариант карты отличается от того, который был выдан С.Милошевичу. И разница касалась как раз Диазепама! В первом варианте копии карты приём этого препарата был обозначен как “продолжать принимать”[28], а во второй копии (этого же самого документа, но представленного уже в судебную палату) как “по требованию”.[29] Фальке вводит в заблуждение и других врачей, которые проводили свои экспертизы. Как доктор Тоу как видно из его отчёта, не знает о приёме С.Милошевичем Диазепама 7 ноября 2005 года (так как он ссылается только на 15-17 октября того же года). Также из отчёта доктора Угеса ясно, что он не был проинформирован о том, что С.Милошевичу был назначен один из бензодиазепинов (в данном случае – диазепама), причём назначен самим Фальке, и совсем недавно. Как прямое следствие этого, ни Тоу, ни Угес не рассматривали действие диазепама принятого 7 ноября 2005 года. Таким образом, налицо все факты, доказывающие то, что было совершено  умышленное преступление: фальсификация представленных документов (переписывание медицинской карточки назначенных С.Милошевичу препаратов);[30] утаивание необходимой информации; сообщение ложной информации; отказ адвокатам в возможности выяснения точной информации.[31] 7 марта 2006 года, за три дня до гибели С.Милошевича, судьям внезапно сообщили, что в крови С.Милошевича (взятой 12 января!!!) найден не назначенный ему препарат – Рифампицин, который по утверждению доктора Тоу мог вызвать нейтрализацию назначенных  препаратов для лечения повышенного давления.[32]  До сих пор никто не объяснил, почему информация о содержании Рифампицина в крови С.Милошевича скрывалась и от самого С.Милошевича, и от судебной палаты целых 2 месяца (!). До сих пор судебная палата не потребовала объяснений от должностных лиц трибунала и лечащего врача Фальке, что заставило их скрывать эту критически важную информацию. Закрытие дела С.Милошевича в Гаагском трибунале при данных обстоятельствах означает, что трибунал не желает выяснить этот и многие другие факты. То есть, выступает либо организатором преступления, либо его соучастником в форме сокрытия преступников. Однако, сопоставив факты и даты, невозможно не сделать вывод о том, что информацию о наличии Рифампицина в крови скрывали в ожидании решения трибунала о временном освобождении С.Милошевича. Таким образом, имеются все правовые основания для возбуждения дела о насильственной смерти президента С.Милошевича и проведении независимого расследования. P.S. В 2011 году Международный трибунал по бывшей Югославии отказал генералу Р. Младичу в выборе А. Мезяева своим адвокатом. Основанием отказа была названа «деятельность Мезяева, которая наносит ущерб репутации трибунала». [1] См.: Сообщение Секретариата МТБЮ CC/MOW/1050ef – “Slobodan Milosevic found dead in his cell at the detention unit”, 11 March 2006. [2] См. Сообщение Секретариата МТБЮ AM/MOW/1052e – “Preliminary Autopsy Results of Slobodan Milosevic”, 12 March 2006. [3] См.: Prosecutor v. S.Milosevic, [Trial Chamber] Order Terminating the Proceedings, 14 March 2006. [4] Речь идёт не о самом факте лишения свободы или условий пребывания в тюремном заключении. В значительной своей части действия тюремных властей и МТБЮ нарушали свои собственные Правила. [5] Письмо доктора Дж. Де Лаар – тюремному врачу Фальке от 28 ноября 2005 года // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p. 45801 [6] См. Письмо доктора Споелстра  от 21.11.2005 // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p. 45807. [7] Из отчёта П.Фальке – судебной палате от 14.11.2005   // Confidential Attachment B to the Assigned Counsel Request for Provisional Release Pursuant to Rule 65, 20 December 2005. [8] Заключение доктора М.Шумилиной, с.2  // Confidential Annex A  [“Partly Confidential Materials on the Assignment Counsel Motion for Provisional Release”] to the Assigned Counsel Motion to lift the confidential status of all pleadings and medical reports relating to (i) the assigned counsel request for provisional release, and (ii) the litigation arising from the medical treatment of Mr. Slobodan Milosevic in the United Nations detention unit, 17 March 2006, Tab.1. [9] Report [of Professor Leclercq] on medical examination of Mr. Milosevic, // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p. 45841. [10] См.: Joint Opinion of the Combined Medical Examination of Mr. Slobodan Milosevic Carried Out on 4 November 2005  // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45839. [11] Письмо профессора М.Шумилиной в Международный трибунал по бывшей Югославии от 14 декабря 2005 года, // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45787. [12] Письмо академика Л.А.Бокерия президенту МТБЮ Ф.Покару от [12декабря 2005 года], // Confidential Attachment A to the Assigned Counsel Request for Provisional Release Pursuant to Rule 65. [13] См.: [Trial Chamber] Decision on the Assigned Counsel Request for Provisional Release, 23 February 2006. [14] Полностью интервью А.Мезяева с судьёй Бономи см.: «Казанский журнал международного права», №3 (2009—2010). С.99-102. [15] См. Письмо Начальника тюрьмы ООН Т.МакФаддена – секретарю МТБЮ от 19 декабря 2005 года,  // Документ МТБЮ – IT-02-54-T, p.45640. [16] Internal Memorandum from T.MacFadden, Chief of Detention, to H.Holtius, Registrar of 19 December 2005, para 3. [17] Ibid., para 4. [18] Письмо П.Фальке – секретарю МТБЮ Х.Хольтиусу от 6 января 2006 года: «Re: Medical Data concerning Mr. Slobodan Milosevic», // Документ МТБЮ IT-02-54-T, p.45634 [19] Так, Угес ссылается на ряд факторов, осложняющих его работу, в частности, отсутствие диагноза (!) и невысокую точность методики анализа крови. В значительной степени общий тон письма выглядит следующим образом: «бывает так, а бывает и совсем по-другому». Таким образом, очевидна попытка Угеса снять с себя ответственность за какие-либо точные результаты. Тем более странны его выводы: это вновь выводы не врача, а следователя, а также выводы, находящиеся вне рамок медицинской компетенции, ибо токсиколог не может делать выводы о причинах давления. [20] Письмо Р.Угеса на запрос секретаря МТБЮ от 24 января 2006 года, // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45627. [21] Cм.: Assigned Counsel Submission of 20 January 2006, para 9, p.5. [22] Ibid., para 10. [23] См.: Report of Dr. Touw, 20.01.2006, p.3, //  Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45566. [24] См. Report of Dr.Uges, 24.01.2006., //  Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45627. [25] См.: Assigned Counsel Submissions Pursuant to Order on Release of Medical Information of 6 February 2006, para 26. [26] Confidential Submissions on Accused’s Medical Condition of  28.02.2006, para 5. [27] Сonfidential Deputy Registrar Submission Pursuant to the Trial Chamber’s Order for Submissions from Registrar on Medical Information of 14 Frebruary 2006. [28] Медицинская карта, приложенная в: Attachment A to the Confidential submissions, filed by Assigned Counsel 6.02.2006 [29] Attachment A to the Assigned Counsel Submission of 20 February 2006. [30] Кроме того, доктор Фальке изъял из представленных С.Милошевичу документов все свои медицинские записи (См.: Assigned Counsel Submission 20.02.2006, para 18). [31] Так, запрос назначенных адвокатов на проведение беседы с медсестрой, выдававшей С.Милошевичу лекарства, был отклонён начальником тюрьмы. (Там же, пара 15). [32] Internal Memorandum of 7.03.2006, from J.Hocking, Deputy Registrar; to: Judge Robinson,  // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45508.

11 марта 2013, 11:26

Семь лет назад был убит Слободан Милошевич

Запись опубликована Nstarikov. You can comment here or there.Семь лет назад – 11 марта 2006 года, в «демократической тюрьме» умер  президент Югославии Слободан Милошевич. Его судьба — наглядный урок всем тем, кто готов поверить Западу на слово, кто готов идти на уступки. Муаммар Каддафи, который также попытается договориться в 2011 году, еще был всеми признанным лидером Ливии, когда Слободан Милошевич пошел Западу на уступки и стал договариваться. Сербские войска были выведены из Косово. В «благодарность» исконная сербская территория — Косово под протекторатом США и НАТО объявила независимость. Сам же Милошевич был выдан сербскими либералами, пришедшими к власти, на судебную расправу в Гаагу. Его мужественное поведение в суде привело к невозможности доказать то, что требовалось доказать для обвинения сербов и их президента во всех мыслимых грехах. Не сломив Милошевича и не имея возможности доказать обвинение, Запад не имел никаких других вариантов кроме того, что был выбран. Выпустить и оправдать Слободана Милошевича нельзя, обвинить не выходит. Выход один – убить его прямо в тюрьме. Что и случилось. Предлагаю вашему вниманию свидетельство очевидца этого процесса. Материал, который публикуется, подготовлен Александром Борисовичем Мезяевым. Это профессор, заведующий кафедрой конституционного и международного права Университета управления «ТИСБИ» (г. Казань). Он лично участвовал в суде со стороны Слободана Милошевича. В 2003—2006 годах был ответственный секретарем Группы юристов Российской Ассоциации международного права по наблюдению за процессом «Прокурор против Слободана Милошевича» в Международном трибунале по бывшей Югославии. Убийство президента Югославии Слободана Милошевича: необходимость независимого международного расследования Ровно семь лет назад, 11 марта 2006 года был убит президент Югославии Слободан Милошевич. О том, что его смерть не была случайной, догадываются многие. Однако наше расследование показало, что имеются прямые свидетельства того, что было совершено убийство, и Международный трибунал по бывшей Югославии (МТБЮ) является прямым участником этого преступления. Впрочем, более удивительно другое  — данные свидетельства содержатся в официальных документах самого трибунала. Итак, 11 марта 2006 года МТБЮ сообщил, что Слободан Милошевич «найден мёртвым в своей тюремной камере».[1] На следующий день было объявлено, что проводившееся голландскими  судебными патологоанатомами под эгидой прокуратуры МТБЮ вскрытие показало, что С.Милошевич умер от инфаркта миокарда.[2]  Наконец, 14 марта решением судебной палаты судебный процесс и всё дело в целом были полностью прекращены.[3] Таким образом, Гаагский трибунал попытался закрыть длившееся почти семь лет юридическое дело. Однако точку в этом деле ставить явно рано. Скорее, следует ставить вопрос об открытии нового дела. Дела против самого Гаагского трибунала. Ибо имеются самые серьёзные доказательства того, что МТБЮ организовал и осуществил убийство одного из своих обвиняемых. Прежде всего, следует отметить, что заявление о «естественной» причине смерти С.Милошевича, не соответствуют действительности. По окончательному официальному сообщению прокуратуры Гааги смерть С.Милошевича произошла от инфаркта миокарда. Однако данный вывод далеко не достаточен и, тем более, не равнозначен выводу о естественности причины смерти. Следует признать, что у МТБЮ были чрезвычайно веские причины для убийства С.Милошевича. Ещё в 2003 году, когда я наблюдал за ходом процесса непосредственно в зале суда в Гааге, я начал постепенно приходить к выводу о том, что наиболее вероятным исходом судебного процесса должна стать смерть обвиняемого. Главной причиной, по которой трибунал был заинтересован в смерти С.Милошевича состояла в полной несостоятельности обвинений против него. Ещё во время Обвинительной части процесса стало ясно, что прокуратура построила свою схему на фактах, не соответствующих действительности. Важное уточнение: прокуратуре было заранее известно о ложности этих фактов, то есть речь идёт о сфальсифицированным обвинительном заключении. Положение усугубилось тем, что для доказательства обвинительного заключения были представлены сфальсифицированные свидетельства. Представление лживой информации для доказательства лживого обвинительного акта превратили процесс в фарс. Фактически, прокуратура загнала сама себя в угол. Процесс рухнул ещё в первой своей фазе. Вторым фактором, послужившим причиной именно такого окончания процесса стала стратегия самого Слободана Милошевича. Эту стратегию с полным основанием можно назвать смертельной. Дело в том, что С.Милошевич мог выбрать две стратегические линии: 1)Традиционную, которой пользуется абсолютное большинство обвиняемых как на любом процессе, так и в Гаагском трибунале, в частности, и которая, надо признать, сохранила бы С.Милошевичу надежду на сохранение жизни. Эта стратегия личной защиты, которая выглядит примерно так: «я ничего не знал», «меня неправильно информировали», «лично я приказов не отдавал» и т.д. Избери С.Милошевич эту стратегию, и Гаагский трибунал охранял бы его здоровье как зеницу ока, ибо им был нужен обвинённый Милошевич. При фальсификации доказательств его обвинение было бы делом не столь уж сложным. Тем более, что половина всех свидетелей обвинения были засекреченными – трибунал готовил себе запасной плацдарм для вынесения неправосудного приговора, основанного на показаниях, которые были бы неизвестны никому, кроме самих судей! 2)Другая стратегическая линия  заключалась в том, чтобы не просто отмежеваться от приписываемых ему преступлений, а самому доказать кто в действительности совершил все эти преступления. Начавшаяся в августе 2004 года Защитная часть процесса стала воистину окончательной катастрофой для МТБЮ. Речь шла уже не только о том, виновен или невиновен сам Милошевич, а о том, что делать с неопровержимыми доказательствами того, как было организовано о осуществлено одно из крупнейших международных преступлений – уничтожение государства Югославия. Те, кто внимательно следил за процессом, не могли не видеть: С.Милошевича судят именно за то, что он оказал главное сопротивление этому международному преступлению. При этом становилось ясно, что сам Гаагский трибунал является частью механизма осуществления этого преступления. Возникает вопрос: что мог сделать МТБЮ в данной ситуации? Совершенно очевидно, что он не мог ни осудить С.Милошевича (на основании норм права), ни оправдать его (оправдание означало бы признание его правоты). Ясно, что смерть С.Милошевича и прекращение этого опаснейшего процесса объективно являлись единственным выходом для МТБЮ. Согласно имеющимся в нашем распоряжении фактам, убийство С.Милошевича было совершено следующим образом. C.Милошевичу были созданы условия, которые серьёзно ухудшили состояние его здоровья.[4] Затем ему было отказано не только в адекватном лечении резко ухудшившейся болезни сердца, но и в необходимых исследованиях для постановки диагноза. Наконец, в критической ситуации трибунал отказал С.Милошевичу в оказании срочной медицинской помощи. Причем сделал это осознанно при наличии всей необходимой информации о его критическом состоянии. Гаагский трибунал постоянно подчёркивал, что С.Милошевич имел доступ к самым лучшим врачам. Этот аргумент лукав. Возможно, что это были лучшие врачи Нидерландов, но вот какие они давали заключения. Доктор Аартс: «Атеросклероз – нормальное явление для пациента его [С.Милошевича] возраста. Доктор де Лаат: [в последние 6 месяцев жизни С.Милошевич испытытвал сильнейшие шумы и напряжение в голове с частничной  потерей слуха и зрения] «Причины возможной потери слуха неясны. Возможно, что они сердечно-сосудистого характера». Однако делается вывод, что «необходимо использование не наушников, а слухового аппарата»!  (Как видим, для того, чтобы подстраховать себя, «доктор» указывает возможную причину, но его рекомендация воистину издевательская).[5] Доктор Споелстра: «предполагая», что «пациент использует наушники» [консультант не знает о том, что пациент вынужден использовать наушники уже пятый год!] предлагает решить проблему “получше настроив громкость в наушниках”.[6] Доктор Фальке [главный тюремный врач]: «Я обсудил отчёт трёх врачей с лором из госпиталя Броново. Его мнение: ухудшение слуха – от старости. […] Ничего больше сейчас предпринять нельзя”.[7] 4 ноября 2005 года по требованию Слободана Милошевича группа из трёх врачей произвела его медицинский осмотр. В состав группы входили: доктор медицинских наук, профессор М.В.Шумилина (Россия),  профессор Ф.Леклерк (Франция) и профессор В.Андрич (Сербия). Заключение доктора Шумилиной было предельно жестким. Она сразу заявила, что речь идёт о неадекватном лечении и необходимости специализированного обследования и лечения. Она также предупреждала, что существует опасность серьёзных нарушений не только сердца, но и мозга.[8] Кардиологу Ф.Леклерку не предоставили возможности ознакомиться с результатами медицинских осмотров пациента, включая как специфические, так и самые элементарные (записи измерения давления). По фактически единственной предоставленной ему возможности обследования С.Милошевича — снятия ЭКГ, заключение врача было: «чрезвычайно аномально».[9] В своём совместном мнении международная группа врачей предупредила трибунал, что «состояние больного тяжёлое, и грозит дальнейшим ухудшением». Они отметили, что необходимо более детальное исследование для постановки диагноза. Врачи заявили, что С.Милошевичу должен быть предоставлен немедленный полный (физический и умственный) отдых на период в 6 недель, который уменьшит или, по крайней мере, хотя бы стабилизирует течение болезни.[10] Заключение доктора М.Шумилиной вызвало сильнейшее раздражение. Впервые независимая медицинская экспертиза подтвердила на весь мир: причиной всё  ухудшающегося состояния здоровья Слободана Милошевича является  длительное неправильное лечение и вообще нежелание лечить. Заключение М.Шумилиной попытались дискредитировать: лечащий врач С.Милошевича стал активно искать врачей, которые ставили под сомнение её заключение, а прокуратура даже  намекала на то, что доктор Шумилина находится в заговоре с Милошевичем.  14 декабря 2005 года М.Шумилина в своём письме в трибунал заявила, что попытки ряда врачей принизить значение её заключения недопустимы. Так, она отметила, что «атеросклероз является результатом не возраста в 64 года [как утверждали тюремные врачи!], а следствием длительного неправильного лечения артериальной гипертензии.» Она ещё раз предупредила власти трибунала и тюрьмы о том, что «сердечно-сосудистый фактор развития болезни не должен быть недооценён».[11] В декабре 2005 года директор Научного Центра сердечно-сосудистой хирургии им. Бакулева, главный кардиохирург МЗ РФ академик Л.А.Бокерия в своём письме президенту МТБЮ Ф.Покару ещё раз напомнил ему, что состояние здоровья С.Милошевича является «критическим» и вновь назвал  причину этого – «неправильное лечение». У президента Гаагского трибунала не должно было оставаться сомнений в трактовке заключения доктора Бокерия: «речь идёт о необходимости предотвратить сердечно-сосудистую катастрофу».[12] В декабре 2005 года Слободан Милошевич обратился к судьям с просьбой временно освободить его для лечения в Москве. Несмотря на то, что все требования, предъявляемые к условиям временного освобождения для лечения, которые предъявлялись к другим обвиняемым, в «деле» С.Милошевича были выполнены, суд отказал Милошевичу во временном освобождении для оказания срочной медицинской помощи.[13] Следует отметить, что решение судебной палаты было абсолютно незаконным ещё и потому, что трибунал проигнорировал гарантии, данные Российской Федерацией, отклонив их, без объяснения причин. В 2009 году мне удалось встретиться с одним из судей, принимавших решение об отказе С.Милошевичу в лечении в России – судьей Яном Бономи (Британия). Судья отказался отвечать на мой вопрос о том, почему он просто проигнорировал гарантии, предоставленные Российской Федерацией.[14] Одним из важнейших этапов осуществления плана по недопущению разрешения на временное освобождение стала провокация по обвинению С.Милошевича в манипуляции со своим здоровьем, а именно в том, что он сознательно ухудшает состояние своего здоровья для того, чтобы выехать в Россию и, таким образом, «скрыться от правосудия». Анализ этой провокации имеет принципиальное значение, ибо в полной мере раскрывает mens rea (умысел) должностных лиц трибунала на совершение преступления. С.Милошевич был обвинён в том, что он не принимает прописанные ему лекарства и принимает не прописанные. В данной провокации участвовали как тюремные власти, так и лечащий врач С.Милошевича. Начало провокации было положено начальником тюрьмы Т.МакФадденом и тюремным врачом П.Фальке, которые после просьбы С.Милошевича о его временном освобождении для лечения, стали бомбардировать судебную палату и секретариат трибунала своими записками. Информация, содержавшаяся в этих записках должна была исключить положительное решение о временном освобождении. Так, в своём письме в секретариат трибунала от 19 декабря 2005 года начальник тюрьмы МакФадден сообщал, что «давно подозревал, что С.Милошевич не следует предписанному ему медицинскому режиму», а именно, что он не принимает назначенные ему препараты и принимает не назначенные.[15] С целью установить, действительно ли это так, у С.Милошевича были взяты пробы крови, результаты которых показали, что “С.Милошевич не принимает назначенные ему лекарства и принимает не назначенные”.[16] Более того, начальник тюрьмы сообщил, что тюремный врач в дальнейшем «отказался нести полную ответственность» за здоровье С.Милошевича. А затем заявил, что «не я, ни вы [обращение к секретарю трибунала] не можем нести ответственность за здоровье С.Милошевича».[17] Как видим, все три главных должностных лица и органа трибунала, которые, согласно Правилам МТБЮ несут главную ответственность за здоровье содержащихся в тюрьме трибунала, сняли с себя полную ответственность за здоровье Слободана Милошевича. При этом совершенно очевидно, что выводы, содержащиеся в письме начальника тюрьмы являются следственными, а не медицинскими. На самом деле, результаты крови были следующими: «в крови обнаружен низкий уровень предписанных лекарственных препаратов и низкий уровень не предписанных лекарственных препаратов». Без каких-либо дополнительных объяснений, начальник тюрьмы квалифицирует данное заключение по анализу крови как результат умышленных действий С.Милошевича. Ниже мы увидим, что для такого вывода не было оснований, но самое главное в том, что аналогичный вывод сделал не только начальник тюрьмы, но и врач. В своём письме от 6 января 2006 года П.Фальке повторяет выводы начальника тюрьмы: «пробы показали, что он принимает назначенные препараты в недостаточных количествах или не принимает их вообще», а также что он «принимает препараты не предписанные ему ни мной, ни другими».[18] Проводивший исследование крови токсиколог Д.Угес, несмотря на ряд оговорок,[19] также сделал вывод: «имеются серьёзные основания считать, что имело место нерегулярное принятие предписанных препаратов. Очевидно, что это может быть причиной высокого давления».[20] Итак, как видим, не только тюремные власти, но и врачи делают следственные выводы. Все, кроме одного. В своём заключении доктор Тоу назвал пять возможных причин низкой концентрации предписанных препаратов в крови С.Милошевича, а именно: 1)слабая абсорбция гастроэнтерологии; 2)недостаточно точное следование предписаниям; 3)взаимодействия с другими субстанциями; 4)пониженная абсорбция энзимов; 5)быстрый обмен веществ для СYР2D6.[21] Эти замечания доктора Тоу являются элементарными и, кстати, далеко не исчерпывающим списком иных возможностей. Возникает вопрос: каким образом было возможно не предположить эти вероятности? Ответ очевиден. Это можно было сделать только с умыслом. Однако до опубликования отчёта доктора Тоу, П.Фальке не допускал никаких других объяснений, кроме как непринятия препаратов. Несмотря на то, что Фальке вообще не обладает необходимой квалификацией для того, чтобы делать те заключения, которые он делал, он сознательно формировал у судебной палаты негативный образ С.Милошевича,[22] который специально ухудшает своё здоровье, чтобы уехать на лечение. Однако ситуация оказалась гораздо более серьёзной, нежели предвзятость или неквалифицированность. Речь идёт о mens rea на совершение преступления. 12 января 2006 года Слободан Милошевич сам потребовал провести новый анализ крови. Этот анализ, проведённый после приёма предписанных Фальке лекарственных препаратов и под постоянным наблюдением, показал, что в крови обнаружен тот же самый уровень препаратов, что и раньше. Утверждения начальника тюрьмы, а главное – врачей во главе с Фальке, рухнули. Однако наиважнейшим элементом mens rea указанных лиц было то, что они скрыли этот факт от судебной палаты. Тюремные власти (начальник тюрьмы и его заместитель) в своих депешах в трибунал постоянно подтверждали, что приём лекарств обвиняемыми трибунала является вопросом повышенного внимания вообще, а уж в отношение С.Милошевича – в особенности. В то же время, утверждая о своих подозрениях, а затем – утверждениях, они не смогли привести ни одного факта непринятия лекарств С.Милошевичем за все почти 5 лет его содержания в тюрьме. Таким образом, заключение врачей, руководства тюрьмы, секретариата и прокуратуры в данных обстоятельствах были не только необоснованными, но и ложными. В своих отчётах в судебную палату П.Фальке утверждал, что С.Милошевич также «принимает не предписанные ему препараты». Однако в отчёте токсиколога Угеса названо только два таких препарата -  Диазепам и Нордазепам. Назначенные адвокаты установили, что именно Фальке прописал С.Милошевичу Диазепам в середине октября 2005 года. При этом, второй препарат – Нордазепам – по признанию делавшего повторную экспертизу доктора Тоу, превращается в организме человека из Диазепама.[23]  Наконец, по заключению доктора Угеса уровень обоих препаратов в крови «слишком низок для любого фармакологического эффекта».[24]   Если учесть, что оба препарата могут находиться в крови длительное время (несколько месяцев) и то, что они не могут оказать негативного воздействия на высокое давление (и даже косвенным образом оказывать положительное воздействие при высоком давлении), становится ясно, что против С.Милошевича была организована провокация. То, что это была именно провокация, подтверждается опять-таки mens rea всех участников. В своём представлении в судебную палату назначенные адвокаты отмечали: «Ни один из отчётов, направленных в судебную палату не содержал  информацию о том, что [называемый во всех отчётах «непредписанным»] Диазепам неоднократно предписывался С.Милошевичу самим тюремным врачом Фальке: а) в течение всего периода содержания С.Милошевича в тюрьме; б) особенно в течение трёх дней в середине октября 2005 года».[25] «В отсутствие этой информации судебная палата не могла сделать правильный вывод», — заключили в своём представлении в суд назначенные адвокаты. Сказано, однако, слишком мягко. На самом деле совершенно очевидно, что в судебную палату была представлена сфальсифицированная информация, которая была направлена на то, чтобы судебная палата сделала неверный вывод. Эта часть провокации провалились столь очевидно, что даже прокуратура трибунала была вынуждена признать, что «более не считает, что Обвиняемый принимал Диазепам инчае, чем это было ему назначено».[26] Однако, несмотря на очевидный провал, секретариат и доктор П.Фальке попытались оправдаться. Однако, как всегда бывает в случаях откровенной лжи, оправдание получилось ещё более неуклюжим. Так, Фальке сообщает, что на самом деле, последним зарегистрированным приёмом Диазепама С.Милошевичем была не середина октября, а 7 ноября 2005 года, то есть на три недели ближе к забору крови на анализ. Отсюда оправдательный вывод секретаря трибунала: «Таким образом, низкий уровень Диазепама в крови С.Милошевича не связан с фактом предписания этого препарата доктором Фальке 15-17 октября 2005 года».[27]  Это и есть ответ на обвинение адвокатов в том, что врачи и секретариат скрыли назначение Диазепама и что этот препарат не может быть назван «непредписанным»! Оправдания тюремного врача и секретаря по сути представили новые доказательства их недобросоветсности и поставили новые вопросы. Назначенные адвокаты обратили внимание на то, что дата 7 ноября 2005 года не записана в документах, переданных С.Милошевичу в ответ на его запрос представить ему всю медицинскую документацию. Позднее, врач и секретариат представили судебной палате медицинскую карту выданных С.Милошевичу лекарств. Оказалось, что этот вариант карты отличается от того, который был выдан С.Милошевичу. И разница касалась как раз Диазепама! В первом варианте копии карты приём этого препарата был обозначен как “продолжать принимать”[28], а во второй копии (этого же самого документа, но представленного уже в судебную палату) как “по требованию”.[29] Фальке вводит в заблуждение и других врачей, которые проводили свои экспертизы. Как доктор Тоу как видно из его отчёта, не знает о приёме С.Милошевичем Диазепама 7 ноября 2005 года (так как он ссылается только на 15-17 октября того же года). Также из отчёта доктора Угеса ясно, что он не был проинформирован о том, что С.Милошевичу был назначен один из бензодиазепинов (в данном случае – диазепама), причём назначен самим Фальке, и совсем недавно. Как прямое следствие этого, ни Тоу, ни Угес не рассматривали действие диазепама принятого 7 ноября 2005 года. Таким образом, налицо все факты, доказывающие то, что было совершено  умышленное преступление: фальсификация представленных документов (переписывание медицинской карточки назначенных С.Милошевичу препаратов);[30] утаивание необходимой информации; сообщение ложной информации; отказ адвокатам в возможности выяснения точной информации.[31] 7 марта 2006 года, за три дня до гибели С.Милошевича, судьям внезапно сообщили, что в крови С.Милошевича (взятой 12 января!!!) найден не назначенный ему препарат – Рифампицин, который по утверждению доктора Тоу мог вызвать нейтрализацию назначенных  препаратов для лечения повышенного давления.[32]  До сих пор никто не объяснил, почему информация о содержании Рифампицина в крови С.Милошевича скрывалась и от самого С.Милошевича, и от судебной палаты целых 2 месяца (!). До сих пор судебная палата не потребовала объяснений от должностных лиц трибунала и лечащего врача Фальке, что заставило их скрывать эту критически важную информацию. Закрытие дела С.Милошевича в Гаагском трибунале при данных обстоятельствах означает, что трибунал не желает выяснить этот и многие другие факты. То есть, выступает либо организатором преступления, либо его соучастником в форме сокрытия преступников. Однако, сопоставив факты и даты, невозможно не сделать вывод о том, что информацию о наличии Рифампицина в крови скрывали в ожидании решения трибунала о временном освобождении С.Милошевича. Таким образом, имеются все правовые основания для возбуждения дела о насильственной смерти президента С.Милошевича и проведении независимого расследования. P.S. В 2011 году Международный трибунал по бывшей Югославии отказал генералу Р. Младичу в выборе А. Мезяева своим адвокатом. Основанием отказа была названа «деятельность Мезяева, которая наносит ущерб репутации трибунала». [1] См.: Сообщение Секретариата МТБЮ CC/MOW/1050ef – “Slobodan Milosevic found dead in his cell at the detention unit”, 11 March 2006. [2] См. Сообщение Секретариата МТБЮ AM/MOW/1052e – “Preliminary Autopsy Results of Slobodan Milosevic”, 12 March 2006. [3] См.: Prosecutor v. S.Milosevic, [Trial Chamber] Order Terminating the Proceedings, 14 March 2006. [4] Речь идёт не о самом факте лишения свободы или условий пребывания в тюремном заключении. В значительной своей части действия тюремных властей и МТБЮ нарушали свои собственные Правила. [5] Письмо доктора Дж. Де Лаар – тюремному врачу Фальке от 28 ноября 2005 года // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p. 45801 [6] См. Письмо доктора Споелстра  от 21.11.2005 // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p. 45807. [7] Из отчёта П.Фальке – судебной палате от 14.11.2005   // Confidential Attachment B to the Assigned Counsel Request for Provisional Release Pursuant to Rule 65, 20 December 2005. [8] Заключение доктора М.Шумилиной, с.2  // Confidential Annex A  [“Partly Confidential Materials on the Assignment Counsel Motion for Provisional Release”] to the Assigned Counsel Motion to lift the confidential status of all pleadings and medical reports relating to (i) the assigned counsel request for provisional release, and (ii) the litigation arising from the medical treatment of Mr. Slobodan Milosevic in the United Nations detention unit, 17 March 2006, Tab.1. [9] Report [of Professor Leclercq] on medical examination of Mr. Milosevic, // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p. 45841. [10] См.: Joint Opinion of the Combined Medical Examination of Mr. Slobodan Milosevic Carried Out on 4 November 2005  // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45839. [11] Письмо профессора М.Шумилиной в Международный трибунал по бывшей Югославии от 14 декабря 2005 года, // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45787. [12] Письмо академика Л.А.Бокерия президенту МТБЮ Ф.Покару от [12декабря 2005 года], // Confidential Attachment A to the Assigned Counsel Request for Provisional Release Pursuant to Rule 65. [13] См.: [Trial Chamber] Decision on the Assigned Counsel Request for Provisional Release, 23 February 2006. [14] Полностью интервью А.Мезяева с судьёй Бономи см.: «Казанский журнал международного права», №3 (2009—2010). С.99-102. [15] См. Письмо Начальника тюрьмы ООН Т.МакФаддена – секретарю МТБЮ от 19 декабря 2005 года,  // Документ МТБЮ – IT-02-54-T, p.45640. [16] Internal Memorandum from T.MacFadden, Chief of Detention, to H.Holtius, Registrar of 19 December 2005, para 3. [17] Ibid., para 4. [18] Письмо П.Фальке – секретарю МТБЮ Х.Хольтиусу от 6 января 2006 года: «Re: Medical Data concerning Mr. Slobodan Milosevic», // Документ МТБЮ IT-02-54-T, p.45634 [19] Так, Угес ссылается на ряд факторов, осложняющих его работу, в частности, отсутствие диагноза (!) и невысокую точность методики анализа крови. В значительной степени общий тон письма выглядит следующим образом: «бывает так, а бывает и совсем по-другому». Таким образом, очевидна попытка Угеса снять с себя ответственность за какие-либо точные результаты. Тем более странны его выводы: это вновь выводы не врача, а следователя, а также выводы, находящиеся вне рамок медицинской компетенции, ибо токсиколог не может делать выводы о причинах давления. [20] Письмо Р.Угеса на запрос секретаря МТБЮ от 24 января 2006 года, // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45627. [21] Cм.: Assigned Counsel Submission of 20 January 2006, para 9, p.5. [22] Ibid., para 10. [23] См.: Report of Dr. Touw, 20.01.2006, p.3, //  Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45566. [24] См. Report of Dr.Uges, 24.01.2006., //  Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45627. [25] См.: Assigned Counsel Submissions Pursuant to Order on Release of Medical Information of 6 February 2006, para 26. [26] Confidential Submissions on Accused’s Medical Condition of  28.02.2006, para 5. [27] Сonfidential Deputy Registrar Submission Pursuant to the Trial Chamber’s Order for Submissions from Registrar on Medical Information of 14 Frebruary 2006. [28] Медицинская карта, приложенная в: Attachment A to the Confidential submissions, filed by Assigned Counsel 6.02.2006 [29] Attachment A to the Assigned Counsel Submission of 20 February 2006. [30] Кроме того, доктор Фальке изъял из представленных С.Милошевичу документов все свои медицинские записи (См.: Assigned Counsel Submission 20.02.2006, para 18). [31] Так, запрос назначенных адвокатов на проведение беседы с медсестрой, выдававшей С.Милошевичу лекарства, был отклонён начальником тюрьмы. (Там же, пара 15). [32] Internal Memorandum of 7.03.2006, from J.Hocking, Deputy Registrar; to: Judge Robinson,  // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45508.