• Теги
    • избранные теги
    • Международные организации32
      • Показать ещё
      Страны / Регионы74
      • Показать ещё
      Разное34
      • Показать ещё
      Люди14
      • Показать ещё
      Компании26
      • Показать ещё
      Показатели3
      Сферы1
      Издания1
Союз для Средиземноморья
24 декабря 2015, 12:29

Европейский союз в Сирии: жертва или зачинщик хаоса?

В 2011-2013 гг. ЕС наложил комплекс санкций, торпедировавших сирийскую экономику.  Трансформация Арабского Востока на рубеже 2010−11 годов заставила ЕС переосмыслить выдвинутый им в 2008 г. «Союз для Средиземноморья». Брюссель решил отныне не мириться с...

23 мая 2015, 11:11

Чижов: странам программы "Восточного партнерства" навязывался выбор между Россией и ЕС

БРЮССЕЛЬ, 22 мая. /ТАСС/. Проект "Восточного партнерства" сразу был нацелен на то, чтобы оторвать страны этой программы от России, считает глава российской дипломатической миссии при Евросоюзе Владимир Чижов. "Основа „Восточного партнерства" изначально была двусмысленная, что и подтвердили последующие события", - заявил высокопоставленный дипломат российским журналистам в пятницу в Брюсселе. Он коротко изложил "предысторию появления на свет „Восточного партнерства". "Прежде всего, появилась европейская политика соседства, которая с самого начала вызывала и продолжает вызывать много вопросов как в немалой степени искусственная затея, когда под одну гребенку взялись причесывать несопоставимые страны от Белоруссии до Ливии и Алжира, и туда же прихватили Палестину с Израилем. Во время французского председательства в ЕС в 2008 году тогдашний президент Франции Николя Саркози реанимировал известный еще с 90-х годов Барселонский процесс и трансформировал его в Союз для Средиземноморья, как бы отделив южное соседство от восточного. Но, правда, из Союза для Средиземноморья тоже ничего не получилось, но это отдельная история", - рассказал Чижов. "А в 2009 году в качестве своего рода ответа на эту инициативу два известных политика, которые в то время возглавляли министерства иностранных дел своих стран - Радослав Сикорский в Польше и Карл Бильдт в Швеции - выступили отцами-основателями „Восточного партнерства". У нас, естественно, тогда, в 2009 году, сразу появились вопросы: что это, зачем и на что направлено?", - продолжил российский дипломат. "Искусственная, придуманная дилемма" По его словам, стало совершенно очевидно, что Россия "как страна-участница этой затеи изначально не имелась в виду". "Ну, и нам тоже было понятно, что Россия не является и не будет являться ни объектом, ни субъектом данной инициативы. Но при этом мы предложили Евросоюзу рассмотреть возможные конкретные проекты, которые могли бы представлять интерес как для Евросоюза, так и для России и фокусных государств на трехсторонней основе", - сказал постпред. Он уточнил, что это предложение было сформулировано тогда же в 2009 году. "Вот прошло шесть лет, и за все это время Евросоюз ни разу ни с одним проектом к нам не обратился, что не могло не укрепить нас в мысли о том, что политическая цель данной инициативы не направлена на взаимодействие с Россией, а наоборот: весь этот проект по большому счету преследует цель оторвать фокусные страны от России и является инструментом некой искусственной конкуренции с ней за регион, который они сами называли „общим соседством", - пояснил дипломат. Он полагает, что фокусные страны, по сути дела, поставили перед „искусственной, придуманной дилеммой: либо с ЕС, либо с Россией". "Эта линия, - подчеркнул постпред, - усилилась после того, как на свет появилась Евразийская экономическая интеграция. Хотя линия эта существовала и до рождения "Восточного партнерства". (http://tass.ru/politika/1...)

23 мая 2015, 01:03

Чижов: Странам «Восточного партнерства» навязывался выбор между Россией и ЕС

Страны «Восточного партнерства» изначально столкнулись с необходимостью выбора между Россией и Евросоюзом, считает глава российской дипломатической миссии при Евросоюзе Владимир Чижов. «Основа «Восточного партнерства» изначально была двусмысленная, что и подтвердили последующие события», — приводит РИА «Новости» слова Чижова в пятницу в Брюсселе. Он коротко изложил «предысторию появления на свет «Восточного партнерства». «Прежде всего, появилась европейская политика соседства, которая с самого начала вызывала и продолжает вызывать много вопросов как в немалой степени искусственная затея, когда под одну гребенку взялись причесывать несопоставимые страны от Белоруссии до Ливии и Алжира, и туда же прихватили Палестину с Израилем. Во время французского председательства в ЕС в 2008 году тогдашний президент Франции Николя Саркози реанимировал известный еще с 90-х годов Барселонский процесс и трансформировал его в Союз для Средиземноморья, как бы отделив южное соседство от восточного. Но, правда, из Союза для Средиземноморья тоже ничего не получилось, но это отдельная история», — сказал Чижов. «А в 2009 году в качестве своего рода ответа на эту инициативу два известных политика, которые в то время возглавляли министерства иностранных дел своих стран — Радослав Сикорский в Польше и Карл Бильдт в Швеции — выступили отцами-основателями «Восточного партнерства». У нас, естественно, тогда, в 2009 году, сразу появились вопросы: что это, зачем и на что направлено?», — продолжил российский дипломат. По его словам, стало совершенно очевидно, что Россия «как страна-участница этой затеи изначально не имелась в виду». «Ну, и нам тоже было понятно, что Россия не является и не будет являться ни объектом, ни субъектом данной инициативы. Но при этом мы предложили Евросоюзу рассмотреть возможные конкретные проекты, которые могли бы представлять интерес как для Евросоюза, так и для России и фокусных государств на трехсторонней основе», — сказал постпред. Он уточнил, что это предложение было сформулировано тогда же в 2009 году. «Вот прошло шесть лет, и за все это время Евросоюз ни разу ни с одним проектом к нам не обратился, что не могло не укрепить нас в мысли о том, что политическая цель данной инициативы не направлена на взаимодействие с Россией, а наоборот: весь этот проект по большому счету преследует цель оторвать фокусные страны от России и является инструментом некой искусственной конкуренции с ней за регион, который они сами называли «общим соседством», — пояснил В.Чижов. Он полагает, что фокусные страны, по сути дела, поставили перед «искусственной, придуманной дилеммой: либо с ЕС, либо с Россией». «Эта линия, — подчеркнул постпред, — усилилась после того, как на свет появилась Евразийская экономическая интеграция. Хотя линия эта существовала и до рождения «Восточного партнерства». Я хорошо помню, как накануне расширения Евросоюза на страны Центральной и Восточной Европы 2004 года не скрывался лозунг: «Либо вперед к светлому будущему с ЕС, либо назад в темное прошлое с Россией». Вот этот менталитет, к сожалению, очень живуч, и в ходе реализации концепции «Восточного партнерства» не раз проявлялся. Но при этом формально, да, нас заверяли шесть лет назад и все последующие шесть лет: «Восточное партнерство» не направлено против чьих бы то ни было интересов, в том числе и российских. Не убедительно!», — заявил постпред РФ при Евросоюзе. Четвертый саммит «Восточного партнерства» открылся в четверг в Риге. «Восточное партнерство» – проект Евросоюза по развитию сотрудничества с европейскими и закавказскими постсоветскими республиками. Три из шести стран – участниц проекта – Украина, Молдавия и Грузия – в 2014 году подписали соглашения об ассоциации с ЕС. Российский постпред при Евросоюзе Владимир Чижов ранее заявил, что работа над итоговой декларацией достаточно напряженная: некоторые страны хотят усилить антироссийскую направленность, другие этому препятствуют. Также известно, что черновой вариант декларации саммита не содержит положения о безвизовом режиме для Грузии и Украины с Европейским союзом в 2016 году и что участники саммита согласовали часть декларации о роли Европейского союза в решении конфликтов на территории бывшего Советского Союза. Закладки:

27 июня 2014, 21:53

«Европейский выбор» Молдовы: международный и внутренний контекст

«Европеизация» Молдовы давно стала элементом политико-идеологических дискуссий вокруг судеб постсоветского пространства в целом. В этом контексте сущность происходящих процессов часто редуцируется. Факты подбираются так, чтобы либо обосновать провал идеи интеграции Молдовы в ЕС, либо показать, что этот путь является естественным выражением национальных интересов этой страны. Но прежде всего необходимо разобраться, о какой «европеизации» идет речь, как повлияли на «европейские перспективы» Молдовы ключевые для региона события 2013 г. - первой половины 2014 гг. – Вильнюсский саммит и украинский кризис, и какие факторы действуют против «европейского выбора» Кишинева. Все это приобретает особую актуальность в связи с приближающимися парламентскими выборами в Молдове, которые пройдут в ноябре 2014 года.   Первичный вариант проекта евроинтеграции   С расширением Европейского союза на восток в 2004‒2007 гг. на его восточных и южных границах оказались страны, являющиеся, согласно официальным декларациям ЕС, источниками разнообразных угроз, особенно в области «мягкой» безопасности (нелегальная миграция, организованная преступность, «замороженные конфликты» и т.д.). Была провозглашена так называемая политика соседства в отношении государств Восточной Европы и Средиземноморья. Слабости этой политики заключались в отсутствии дифференциации между «странами соседства» и в малообоснованной надежде Евросоюза на автоматический трансфер норм и практик «good governance» («хорошего управления») в эти страны, причем без серьезных обязательств со стороны Брюсселя.   Уже к 2008 г. стало понятно, что необходимы и более серьезная дифференциация «соседства», и выработка системы стимулов для государств-соседей. Отдельные страны ЕС увидели в этом возможность закрепить за собой ту или иную нишу в рамках политики соседства. В европейском дискурсе, особенно в связи с «цветными революциями», усиливался акцент на восточном направлении, которое стало постепенно рассматриваться как зона прямой ответственности ЕС [1]. Появились французский проект «Союза для Средиземноморья» и польско-шведское предложение по созданию Восточного партнерства. Во втором случае наметилась даже конкуренция между инициаторами проекта и Германией, традиционно значимым игроком в Восточной Европе, которая предпочла действовать во многом с оглядкой на позицию России.   Российско-грузинский военный конфликт 2008 г. усилил интерес государств-членов ЕС к Восточному партнерству. Польско-шведское предложение, опубликованное еще в июне 2008 г., приняли на общеевропейском уровне. Оно предусматривало, что «альтернатива более глубокой интеграции с ЕС должна быть распространена на всех восточных соседей» [2]. В сфере сотрудничества по внутренней безопасности в качестве долгосрочной цели был обозначен безвизовый режим, а в качестве краткосрочной – подписание соглашения об упрощении визовых процедур. В экономическом плане планировалось создание «углубленной и всеобъемлющей зоны свободной торговли» (Deep and Comprehensive Free Trade Area, DCFTA) между отдельными странами Восточного партнерства и ЕС. Этот торговый режим предполагал имплементацию восточными странами-соседями европейского законодательства в сфере таможенного регулирования, сертификации продукции, защиты интеллектуальной собственности, антимонопольной политики и т.д. Планировалось также объявить о создании политической ассоциации, которая бы закрепила привилегированный статус отношений между ЕС и странами Восточного партнерства.   Для Молдовы DCFTA может иметь крайне противоречивые последствия. Изначальная позиция Брюсселя – добиться максимальной либерализации молдавского рынка для европейских товаров при сохранении системы квотирования молдавского экспорта по некоторым ключевым для страны сельскохозяйственным товарам (фрукты и овощи, мясомолочная продукция) [3]. Квоты на сельскохозяйственную продукцию, установленные в соответствии с нынешним соглашением, резко ограничивают молдавский экспорт: так, в ходе парламентских дебатов по соглашению об ассоциации было указано, что ЕС позволяет Молдове поставлять в год лишь 40 граммов яблок на одного жителя ЕС [4].   Кроме этого, конкуренция с европейскими товарами на молдавском рынке может поставить молдавских производителей в очень трудное положение [5]. Поэтому Кишинев просил и получил значительное время для так называемого переходного периода (от 3 до 10 лет для разных категорий товаров) с целью временной защиты своего внутреннего рынка. Однако этот переходный период может оказаться недостаточным для обеспечения защиты внутреннего производства. Молдове также крайне трудно будет воспользоваться преимуществами свободной торговли из-за несоответствия ее продукции высоким техническим стандартам Евросоюза [6]. Выигрыш от вхождения на рынки ЕС, если таковой возможен, наступит далеко не сразу после подписания соглашения и во многом будет зависеть от способности конкретных молдавских компаний по продвижению своих товаров.   Второй «трек» сближения заключался в либерализации визовых процедур, полная свобода передвижения для молдавских граждан была определена лишь как цель на далекую перспективу. С 1 июля 2013 г. упрощены визовые процедуры для отдельных категорий жителей страны ‒ журналистов, близких родственников граждан ЕС, сотрудников транспортных компаний [7]. Чтобы добиться этого, Молдова сделала несколько серьезных шагов в области институциональных реформ и внутренней безопасности.   Таким образом, выгоды и стимулы, предлагаемые Евросоюзом Кишиневу, в первичном варианте были ограниченными. Молдова рассматривалась как пусть привилегированный, но внешний партнер, часть внешнего, а не внутреннего пространства Объединенной Европы. Над дискурсом интеграции превалировал дискурс безопасности: ЕС стремился не столько сблизиться с соседями, сколько «стабилизировать» их. Европейские элиты были скованы «усталостью от расширения», которая лишь усугубилась вследствие глобального финансового кризиса и процессов ренационализации в Европе.   Их поддержка Молдове носила в основном политико-дипломатический и финансовый характер. Внимание ЕС к публичной дипломатии в Молдове резко выросло. С целью поддержки «европейской перспективы» страну, в частности, еще до Вильнюсского саммита посетили: 22 августа 2012 г. ‒ канцлер ФРГ Ангела Меркель, 29‒30 ноября 2012 г. ‒ глава Европейской комиссии Жозе Мануэль Баррозу, 21 октября 2013 г. – министры иностранных дел Польши и Швеции. Это означало появление Молдовы во внешнеполитической повестке дня как отдельных ведущих государств-членов (прежде всего, Германии, Швеции и Польши), так и органов ЕС.   Достаточно весома финансовая поддержка, которую ЕС оказывал и оказывает Молдове. Вливания уже превысили 100 млн евро в год [8], страна лидирует среди других государств Восточного партнерства в размере помощи на душу населения. Формально объемы помощи увязывались с определенной программой реформ. При существующей в Молдове партийно-политической системе финансовые вливания предназначались для возмещения возможных потерь молдавских элит от этих реформ и служили стимулом для поддержания ими проевропейского курса. Не случайно некоторые противоречия внутри правящего Альянса за европейскую интеграцию зачастую рассматривались молдавской общественностью как конфликты вокруг распределения финансовой помощи Евросоюза. Таким образом, помощь определялась не столько конкретными потребностями отдельных министерств или отраслей экономики Молдовы, сколько представляла собой политический жест со стороны ЕС.   Кроме наращивания публичной дипломатии и финансовой поддержки, ЕС пытался влиять на структурирование внутриполитического пространства Молдовы. Европейские чиновники и политики называли Альянс за европейскую интеграцию, который правил страной с 2009 г., «проевропейским» и увещевали молдавское руководство сохранять единство. В основном благодаря менторским, дисциплинирующим усилиям комиссара ЕС по расширению и политике соседства Штефана Фюле, лидеры трех партий, составляющих Альянс (Либерально-демократической, Либеральной и Демократической), смогли преодолеть свои разногласия и после нескольких месяцев политического кризиса весной 2013 г. сформировать проевропейски настроенное правительство под руководством Ю. Лянкэ. 18 мая 2013 г., в разгар кризиса, Фюле прибыл в Кишинев, где собрал за одним столом лидеров рассорившегося Альянса [9], а также поучаствовал в гей-параде ‒ выразив таким образом поддержку закону о недискриминации, который мыслился как закон, демонстрирующий движение Молдовы в сторону Европы, но подвергся критике со стороны Партии коммунистов Республики Молдова (ПКРМ) и православной митрополии Молдавии [10]. А в конце октября 2013 г., приняв в Брюсселе лидеров молдавской правящей коалиции, Фюле резко раскритиковал непрозрачные процедуры приватизации госсобственности, намерение ведущих молдавских партий изменить основы избирательной системы в своих интересах и использование евроинтеграционных лозунгов в чисто электоральных целях [11]. Такое давление извне сдерживало тенденции, наметившиеся в молдавской политике в 2012‒2013 гг.   Первичный вариант евроинтеграции требовал от молдавского правительства значительных реформ (при наличии серьезных внутренних проблем) и обещал не так много выгод, которые можно было бы продемонстрировать собственному электорату. Месседж, исходивший от Евросоюза в плане перспектив членства, был резко негативным. Доклад Еврокомиссии, оценивавший прогресс молдавских реформ, говорил о серьезных структурных проблемах Молдовы на пути европеизации: «В 2012 г. при поддержке ЕС началась имплементация амбициозных реформ в судебной и правоохранительной системах, в сфере борьбы с коррупцией. Эти первые шаги выявили сложность стоящих проблем, в особенности необходимость борьбы с коррупцией на всех государственных и общественных уровнях» [12]. Такое заключение не предвещало Молдове ничего хорошего в плане конкретных шагов по сближению и перспектив членства в ЕС.   После Вильнюсского саммита и украинского кризиса   Обострение украинского кризиса усилило внимание Запада к проблеме будущего ближайших соседей России. Уже отказ В. Януковича подписать соглашение об ассоциации вызвал в Европейском союзе волну возмущения по поводу России, которая сумела воспользоваться слабостями «европейского предложения» Украине и выработала для Киева свой пакет стимулов. В отношении Молдовы Россия располагает такими рычагами, как активизация приднестровского и гагаузского вопросов, она также заявляла о готовности ввести против торговые и миграционные ограничения в случае подписания Кишиневом соглашения об ассоциации с ЕС. Произошла резкая политизация подхода ЕС к странам Восточного партнерства. На практике это означало готовность Брюсселя брать на себя более широкие обязательства по интеграции этих стран в европейское политическое, экономическое и социальное пространство. В контексте такой политизации ускорилась работа по завершению процесса подписания и ратификации соглашения о политической ассоциации с Молдовой и другими странами Восточного партнерства. Причем Молдова стала в еще большей степени рассматриваться как символ успешного хода всего проекта.   Одним из первых решений ЕС стала отмена квот на импорт молдавского вина. Во многом это произошло в связи с очередным запретом на ввоз молдавского вина в Россию, который был введен с сентября 2013 г. В результате молдавский экспорт в Россию за январь-апрель 2014 г. сократился примерно на четверть по сравнению с тем же периодом предыдущего года [13]. Еврокомиссия предложила продумать возможность отмены квот и для молдавской животноводческой продукции [14]. Решение в отношении молдавского вина было оперативно проведено через все необходимые процедуры согласования в Совете ЕС и Европейском парламенте и уже вступило в силу.   Молдавское правительство и представительство Еврокомиссии ведут большую информационную работу, разъясняя бизнес-сообществу страны новые условия деятельности. Совместно с Европейским инвестиционным банком и Европейским банком реконструкции и развития Еврокомиссия запускает специальную программу кредитов (объемом в 1 млрд евро) для стран, подписавших соглашения о политической ассоциации и создании углубленной и всеобъемлющей зоны свободной торговли. Льготное кредитование по этой программе предназначено для модернизации производства на малых и средних предприятиях [15].   Откликаясь на просьбу Кишинева, глава Еврокомиссии Ж. Баррозу во время своего визита в Молдову 12 июня 2014 г. заявил, что в знак солидарности квоты на импорт определенных видов молдавских овощей и фруктов в ЕС будут удвоены [16]. В этом видна попытка дальнейшей диверсификации молдавского экспорта в связи с ожидаемыми торговыми ограничениями со стороны России, а также недовольством, которое вызывают у молдаван низкие квоты для молдавской сельскохозяйственной продукции на рынках ЕС; можно предполагать, что это не последнее повышение квот.   Возросла готовность резко активизировать работу по обоим трекам, политическому и экономическому, формальной программы Восточного партнерства. Европейский союз отказался от своих прежних стандартов в подходе к оценке успешности внутренних реформ в Молдове. Фактически он закрывает глаза на то, что для успешного функционирования перенятого европейского законодательства республике требуются значительные усилия и время. Подписание соглашения об ассоциации, запланированное сначала на осень 2014 г., перенесено на 27 июня. Решение проблем с имплементацией необходимых законодательных норм перенесено на так называемый переходный период.   Еще до Вильнюсского саммита 2013 г. появился доклад Европейской комиссии о том, что Молдова готова к безвизовому режиму с ЕС. С 28 апреля 2014 г. молдавские граждане, обладающие биометрическим паспортом, получили право безвизового въезда на территорию Шенгенской зоны на срок, не превышающий 90 дней в течение полугода [17]. Сохранились некоторые ограничения (в частности, необходимо на границе предъявить документы, доказывающие наличие финансового обеспечения поездки, а также ее цель [18]), но, тем не менее, символическое снятие визового барьера все же произошло. Особенно резким был контраст этого решения с тем жестким отказом, который получила от Брюсселя Москва в рамках диалога по визовой либерализации.   Ускоренная подготовка к подписанию соглашения об ассоциации и визовая либерализация были предприняты во многом в связи с молдавской внутриполитической ситуацией. В ноябре 2014 г. в стране пройдут парламентские выборы, на которых будет либо подтвержден, либо отменен мандат нынешнего молдавского правительства на проведение проевропейского курса. Правящий Альянс в ходе политического кризиса в значительной степени дискредитировал не только себя, но и идею европейской интеграции, так как именно с ней электорат ассоциирует нынешнее правительство. Ведущей оппозиционной партии ‒ Партии коммунистов удалось, со своей стороны, успешно воспользоваться кризисом правительства и неясностью европейских перспектив Молдовы: она увеличила свое влияние, выдвигая антиевропейские, антирумынские и проевразийские лозунги.   Как показывают все социологические опросы, в молдавском обществе имеется примерно равное (по 40%) количество сторонников европейской и евразийской интеграции [19]. Геополитические ориентации в значительной степени объясняются осознанием прагматических выгод: большинство граждан Молдовы выступает за экономическое партнерство и с ЕС, и с Россией, а носители пророссийских настроений не возражают против получения румынского гражданства, потому что оно облегчает трудоустройство в странах Европы [20]. Партия коммунистов известна как проводник «бумажной европеизации»: ее лидер В. Воронин является сторонником скорее автономистского курса, помогавшего ему в бытность его президентом в 2001‒2009 гг. поддерживать режим личной власти – как при довольно близких, так и враждебных отношениях с Москвой. Для ЕС эта партия как политический партнер неприемлема, и Брюссель делает все для победы на выборах проевропейских сил.   Еще одним шагом Брюсселя стала помощь диверсификации молдавского импорта газа и электроэнергии. Еврокомиссия поддержала на политическом, организационно-техническом и финансовом уровнях строительство газового и электроэнергетического интерконнекторов, которые свяжут Молдову с энергорынками ЕС. В частности, трубопровод Яссы-Унгены позволит снизить зависимость Молдовы по импорту газа от России (на сегодня 100%-ную), обеспечив примерно на треть ее потребности . Строительство трубопровода должно быть завершено уже летом этого года [21].   Однако Молдова так и не получила обещания членства в Евросоюзе в обозримом будущем. Вместе с тем политический язык Евросоюза заметно изменился: к словам о партнерстве, модернизации, сближении сегодня прибавились официальное «признание европейских перспектив» Молдовы и тезис о том, что соглашение об ассоциации не является финальной стадией сближения между двумя сторонами [22]. Формулировка явно компромиссная, не содержащая конкретных, обусловленных сроками обязательств, но она подразумевает готовность ЕС к дальнейшим шагам по интеграции Молдовы в Общий рынок ЕС и ее участию в различных общеевропейских программах.   Вызовы и перспективы   Пока говорить об устойчивой европейской перспективе Молдовы не приходится, поскольку существуют как внутренние, так и внешние факторы, поддерживающие состояние турбулентности.   Во-первых, будет сохраняться хрупкость конструкции проевропейского правительства страны. Молдавский электорат остается расколотым, и постоянно требуются усилия для консолидации сторонников проевропейского курса. Партия коммунистов (ПКРМ), несмотря на престарелый возраст ее лидера, продолжает быть сильнейшей в республике.   «Антиевропейские» (точнее, направленные против одностороннего выбора в пользу привилегированных отношений с ЕС) лозунги сохраняют привлекательность. Особенно действенными их делает прорумынский, унионистский подтекст евроинтеграции для Молдовы, на который прямо указывается в политической платформе ПКРМ: «Обвалившийся рейтинг идеи европейской интеграции – это приговор наших граждан не только этой самой политике, но и ее европейским покровителям, приложившим руку к дискредитации и профанации европейского выбора Молдовы… интеграция в Румынию полностью подменила собой европейскую интеграцию, став практически открытой программой их [Альянса] правления» [23]. Еще более определенно ПКРМ выразила свою позицию в заявлении по поводу событий в Украине: «Не европейские свободы, не европейские стандарты, не верховенство права, не модернизация экономики, не перспектива интеграции в ЕС, а захват рынка, ограничение украинского суверенитета, невозможность эффективно и прагматично использовать партнерство с Россией, взлет цен и тарифов, деиндустриализация – вот что такое Соглашение об ассоциации с ЕС» [24].   Вряд ли последний кризис в рядах ПКРМ дает повод говорить о конце самой партии или даже лидерства в ней Воронина. Как известно, на последнем пленуме ЦК Партии коммунистов из руководящих партийных органов была выведена группа влиятельных членов во главе с давним советником Воронина М. Ткачуком. По сообщениям газеты «Панорама», М. Ткачук выступил на этом пленуме против Воронина из-за его двойственных высказываний об ассоциации с ЕС и перспективах интеграции в Евразийский союз [25]. Воронин, судя по его интервью последних лет, является последовательным сторонником сближения Молдовы одновременно и с Таможенным, и с Европейским союзом, рассуждая скорее в технократических терминах модернизации экономики и доступа к рынкам, без каких-либо конкретных размышлений об участии в евразийской интеграции [26]. Его публичные речи и интервью зачастую противоречат друг другу, так как нацелены на разные аудитории и отвечают соответствующей политической конъюнктуре. На практике же В. Воронин остается сторонником модели многовекторности во внешней политике, которая, по его мнению, сможет наилучшим образом обеспечить сохранение суверенитета и развитие Республики Молдова.   Именно ПКРМ способна на грядущих выборах завоевать голоса тех, кто разочарован нынешним молдавским правительством. В стране процветает политический клиентелизм, власть дискредитирована политическим кризисом 2013 г., скандалами с непрозрачной приватизацией госсобственности, уменьшением социальных выплат, отсутствием видимых улучшений социально-экономических условий в контексте сближения с Евросоюзом. Реальные последствия соглашения о политической ассоциации с ЕС пока лишь предмет для баталий, они проявятся в среднесрочной перспективе. Однако уже сейчас можно сказать, что успешность Молдовы на рынках ЕС будет во многом определяться тем, как станут функционировать государственные институты в плане регулирования и поддержания институциональной среды для ведения бизнеса, насколько прочными окажутся основы правового государства. Без этих необходимых предпосылок существование Молдовы, будь то внутри или вне пределов тех или иных интеграционных блоков, не станет радужным. Стоит учитывать и крайне низкую стартовую позицию молдавской экономики. Недостаток инвестиций, структурно-технологическая отсталость, резкий отрыв в уровне социально-экономического развития как от стран ЕС, так и от государств Таможенного союза, сформировавшиеся за постсоветский период, труднопреодолимы в принципе [27].   Значительными (хотя и в разной мере) точками напряженности в контексте европеизации выступают также Приднестровье и Гагаузия. На уровне практической политики существует противоречие между приоритетом евроинтеграции и приоритетом реинтеграции Молдовы. Дело в том, что реинтеграция, подразумевающая воссоединение двух берегов Днестра, на данный момент окончательно зашла в тупик: Тирасполь объявил, что лучшим выходом из ситуации политического конфликта считает «цивилизованный развод» с Молдовой и в качестве собственного внешнеполитического приоритета рассматривает «евразийский вектор». В заключении Молдовой соглашения о создании углубленной и всеобъемлющей зоны свободной торговли с ЕС Приднестровье видит экономическую угрозу своему существованию. Вступление Приднестровья в DCFTA в ее нынешней конфигурации приведет в сфере правового регулирования и таможенной деятельности к укреплению суверенитета Кишинева под эгидой общих норм ЕС, имплементируемых на обоих берегах Днестра. Это чревато разнообразными последствиями ‒ от более широкого присутствия молдавских таможенников на приднестровской территории до либерализации внутренних отпускных цен на газ и отмены большого количества защитных импортных пошлин. В среднесрочной перспективе речь могла бы идти о переформатировании социально-экономического механизма Приднестровья и его подведении под молдавскую юрисдикцию. [28].   Значимым мотивом в отказе Приднестровья от участия в DCFTA была, конечно же, позиция Российской Федерации, которая считает, что Брюссель и Кишинев фактически хотят в одностороннем порядке пересмотреть нынешние условия приднестровского урегулирования. Еврокомиссия не скрывает в этом случае политической мотивации: «Соглашение об ассоциации и углубленная и всеобъемлющая Зона свободной торговли помогают усилению территориальной целостности Молдовы и никак иначе. Это хорошая платформа для объединения страны, которая адекватно воспринимает свои интересы», ‒ заявил Штефан Фюле [29]. Для Европейского союза недопустимо возникновение правовой коллизии, когда на территории одного государства возникает два режима торговли. Поэтому Брюссель оказывает экономическое давление на Тирасполь, заявляя, что режим автономных преференций, по которому Приднестровье сейчас ведет торговлю с ЕС и который предусматривает нулевые пошлины на несельскохозяйственные товары, перестанет действовать с 2016 г. В этом случае к приднестровскому экспорту будет применяться режим наибольшего благоприятствования, и тарифы возрастут до 12‒17 % [30]. Проблема для Приднестровья заключается в том, что ¾ его экспорта завязано именно на рынки ЕС, Молдовы и Украины.   В этой связи в европейском политико-экспертном сообществе давно существует мнение, что «мягкая сила» ЕС и Молдовы в связи с либерализацией торговли и визового пространства побудит в конце концов Тирасполь отказаться от приднестровской государственности [31]. Однако едва ли вхождение в зону свободной торговли с ЕС является приемлемым для Приднестровья в политическом плане. Нельзя забывать, что Россия уже несет основные расходы по обеспечению социальной стабильности в Приднестровье: не взимаются платежи за газ, поставляемый в непризнанную республику, осуществляется гуманитарный проект, предполагающий доплату каждому приднестровскому пенсионеру 15 долларов к ежемесячной пенсии, а также выплаты на детское питание, кредитование сельского хозяйства и т.д. Кроме этого, Россия начала осуществлять в 2012 г. масштабный проект, связанный с постройкой 12 социальных объектов (больницы, школы, университетские корпуса), общим бюджетом около 100 млн долларов [32]. Даже в случае серьезных экономических проблем социальная стабильность будет так или иначе поддерживаться российскими вливаниями и далее.   Тем не менее окончательное решение по участию Приднестровья в DCFTA пока не принято. Но и в случае фактического выпадения Тирасполя из этого торгового режима евроинтеграция Молдовы вряд ли будет поставлена под угрозу. Это скорее проблема для Евросоюза. В Молдове уже фактически смирились с тем, что урегулирование приднестровского конфликта не будет достигнуто в кратко- и среднесрочной перспективе. Для Евросоюза же проблема маргинализации Приднестровья означает возможность повторения кипрского сценария, при котором одна часть государства сближается с ЕС, а другая остается в международно-правовом смысле серой зоной. Германия столкнется с окончательным провалом идеи Мезебергского меморандума 2010 г., который предполагал развитие тесного сотрудничества между ЕС и Россией в области безопасности и использование приднестровского урегулирования как совместного пилотного проекта [33]. Но в нынешних геополитических обстоятельствах в Евросоюзе, по-видимому, принято политическое решение, что приднестровский вопрос не должен препятствовать сближению Молдовы с ЕС. А это означает, что Приднестровье постепенно теряет свою роль российского инструмента влияния на внешнюю политику Кишинева.   Второй территорией, вокруг которой растет политическая напряженность в последний год, является Гагаузия. В феврале 2014 г. местными властями был организован референдум, на котором абсолютное большинство проголосовавших высказалось за интеграцию Молдовы в Евразийский союз [34]. Идея проведения референдума вызвала серьезную озабоченность как в Кишиневе, так и в Брюсселе. Поначалу Кишинев пытался применить политико-юридические инструменты для его предотвращения, а высшее руководство страны вместе с чиновниками Еврокомиссии осуществило визит в Комрат с целью уговорить местные элиты и общественность отказаться от проведения референдума, в том числе обещая щедрую финансовую поддержку. Сам референдум явился хорошим политтехнологическим ходом башкана (главы) Гагаузии М. Формузала, который, с одной стороны, уронил таким образом популярность доминирующей в Гагаузии Демократической партии, а с другой ‒ создал себе хороший ресурс для игры на общенациональном уровне после своего скорого ухода с поста руководителя автономии. Для Гагаузии этот референдум во многом означал возможность заявить о себе, привлечь к своим проблемам внимание Кишинева, Брюсселя и Москвы, получить определенные политико-административные и финансовые преференции. В частности, Россия отдельно отменила ограничения на импорт гагаузского алкоголя [35]. Реальной угрозы сепаратизма в Гагаузии пока нет ‒ прежде всего потому, что, в отличие от Приднестровья, у автономии, нашедшей в 1994 г. взаимопонимание с Кишиневом, отсутствует для этого экономическая база. Регион крайне беден, почти не имеет собственной промышленной базы. Тем не менее Гагаузия, наряду с другими пророссийскими территориями (Бельцы, Сороки, Тараклия), остается очагом напряженности и может создать большие проблемы для молдавского правительства.     Суммируя внутриполитические вызовы, можно сказать, что сближение Молдовы с ЕС является крайне рискованной стратегией как для молдавского правительства, так и для Брюсселя. Общественное мнение по вопросу евроинтеграции не является консолидированным; высока торгово-экономическая и энергетическая зависимость республики от России. Брюссель повторяет политику, проводившуюся им в преддверии Вильнюсского саммита Восточного партнерства в ноябре 2013 г.: расчет на то, что благодаря быстрым точечным действиям соглашение об ассоциации удастся продавить. С Молдовой добиться этого будет проще, чем с Украиной: молдавское правительство является скорее идеологически, нежели прагматически мотивированным. Тем не менее, возникает вопрос о стабильности достигаемых результатов.     Дальнейшая устойчивость евроинтеграционного движения будет в значительной степени зависеть от постоянной готовности Брюсселя брать на себя новые политико-институциональные и экономические обязательства перед Молдовой. Вопрос в том, насколько сегодняшнее внимание к странам Восточного партнерства носит конъюнктурный характер. Приоритетом интеграционного проекта ЕС фактически объявлены сегодня Западные Балканы, а их интеграция займет очень долгое время. Молдова же до сих пор воспринимается широкими кругами европейской общественности и элитами как аутсайдер ‒ близкий, но внешний партнер Евросоюза. Самый распространенный образ Молдовы в европейских СМИ – беднейшая восточноевропейская страна, где родители вынуждены бросать своих детей одних на родине, чтобы искать поденную работу за рубежом [36]. Так как молдаване активно получают румынские паспорта (на данный момент ‒ до 100 000 паспортов в год), образ Молдовы сильно страдает от отношения в Евросоюзе к Румынии, ассоциируемой с проблемой цыганской нелегальной миграции. В некоторых старых членах ЕС раздача румынских паспортов молдаванам вызывает большую обеспокоенность: так, Э. Лансли, глава Палаты общин Великобритании, призвал британское правительство закрыть эту «лазейку для молдаван», отметив, что «Молдова не является частью Европейского союза, это центр торговли людьми» [37]. Вот почему Ангела Меркель, выступая в Бундестаге в преддверии Вильнюсского саммита Восточного партнерства, заверяла немецкий парламент, что сближение с Молдовой, Украиной и Грузией вовсе не подразумевает каких бы то ни было обязательств по вопросу членства этих стран в ЕС и основывается на идее их постепенной политической и социально-экономической модернизации в соответствии с европейскими нормами [38].   Единственным последствием заявления министров иностранных дел Германии, Франции и Польши от 31 марта 2014 г., в котором они признали ошибочность политики, ставящей страны Восточного партнерства в ситуацию искусственного выбора между ЕС и Россией [39], является то, что Еврокомиссия сейчас проводит консультации с Москвой по перспективе заключения соглашения об ассоциации с Молдовой и Украиной. Речь идет не о полноценном участии России в этих переговорах, а скорее об информировании российской стороны о содержании планируемых договоренностей.   До сих пор неизвестно, какова может быть реакция Москвы на заключение соглашения о политической ассоциации. Из уст В. Путина, сопредседателя межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству с Молдовой Д. Рогозина, а также представителей экономического блока российского правительства уже не раз звучали предупреждения о том, что зона свободной торговли, создаваемая между ЕС и Молдовой, будет несовместима с торговым режимом, существующим в рамках аналогичного соглашения внутри СНГ, участником которого является и Молдова. (Для справки: в 2012 г. Молдова экспортировала в Россию треть своей продукции [40], среди которой продовольственные товары и сельхозсырье, металлы и изделия из них, машины, оборудование и транспортные средства, текстиль.) Кроме того, Москва заявила о возможности отмены льготного режима для молдавских мигрантов, которые сейчас могут находиться на территории России без регистрации до 90 дней [41]. По сообщениям прессы, российские таможенники при пересечении молдавскими гастарбайтерами российской границы уже ставят штамп о нарушении пограничного режима, который подразумевает запрет на повторный въезд [42]. Так как большинство молдавских мигрантов работают в России нелегально [43], они вынуждены будут либо платить взятки за право повторного пересечения российской границы, либо неопределенное время оставаться на территории России, либо искать альтернативные пути рабочей миграции. Молдавский аналитический институт Expert-Grup пришел к выводу, что в случае систематической реализации этой меры потери Молдовы могут составить около 750 млн долларов в год, или 10 % ее ВВП [44].   Применение Россией перечисленных мер несет немалые риски и ей самой. Во-первых, российско-молдавские отношения находятся под пристальным вниманием Еврокомиссии, которая обязательно вмешается в возможный политэкономический конфликт на стороне Молдовы. Во-вторых, планомерная реализация торговых и миграционных ограничений может привести к проблемам для российского экспорта в Молдову, а также ‒ в перспективе ‒ к выходу Кишинева из соглашения о зоне свободной торговли в СНГ и самого Содружества. Фактор взаимозависимости будет ограничивать российские власти в применении запретительных мер, хотя то или иное давление со стороны Москвы на Кишинев естественно и неизбежно. Для Молдовы, которая уже пережила несколько винных эмбарго со стороны России (в результате которых доля винной продукции в ее общем экспорте уже сократилась с 30% в 1997‒2005 гг. до 10% в 2006‒2012 гг. [45]), подобная ситуация не будет неожиданной и катастрофичной.   Судя по всему, Москва постарается повлиять на результаты парламентских выборов в Молдове в ноябре 2014 г. Россия уже символически обозначила свою позицию. В 2013 г. на парад 9 мая в Кишинев и Тирасполь прибыл Дмитрий Рогозин. Он, в частности, заявил: «Национальным интересам Молдовы отвечает сближение с Россией, Таможенным и Евразийским союзом. Это сближение выстрадано людьми, и рано или поздно оно случится, потому что это естественный ход истории. У наших стран одна история, и мы должны быть вместе» [46]. На праздничном концерте, устроенном посольством РФ в Молдове, Рогозин демонстративно беседовал с лидером Партии коммунистов В. Ворониным, не встретившись официально ни с одним представителем других молдавских партий. Там же присутствовал и российский певец И. Кобзон, который со сцены поблагодарил В. Воронина словами «спасибо за все, что Вы делаете» и призвал публику «тоже поздравить Владимира Николаевича» [47].   Россия сохраняет интерес к идее создания в Молдове левоцентристского альянса, несмотря на то что эта идея провалилась в 2010 г., когда после парламентских выборов Молдову посетил тогдашний глава Администрации Президента РФ Сергей Нарышкин [48]. В то время переговоры велись в основном с Демократической партией и ПКРМ. Возможно, что зондаж такого сценария будет проводиться и в этом году. В любом случае Россия будет принимать информационное участие в молдавских выборах, которое благодаря вещанию в Молдове российских каналов было регулярным в 2000-е годы.   Выбор Молдовы во многом зависит от внутриполитического расклада, от способности нынешнего проевропейского правительства получить поддержку электората, а также от готовности Евросоюза на постоянной основе содействовать этому своей финансовой, организационно-технической и политической помощью. Российский фактор также играет здесь важную роль, хотя ее и не следует переоценивать. Главное же, что определяет ситуацию, ‒ это наблюдающийся в стране внутренний раскол по вопросу о фундаментальных ориентирах внешней политики, который усугубляется геополитическими противоречиями вокруг будущего Молдовы на уровне отношений ЕС ‒ Россия.   Примечания: [1] См., напр.: Lippert B. Wider Neighbourhood as the EU's "Zone of Responsibility". SWP Comments 2012/C 42, Dezember 2012, http://www.swp-berlin.org/en/publications/swp-comments-en/swp-aktuelle-details/article/wider_neighbourhood_as_the_eus_zone_of_responsibility.html [2] Polish-Swedish Proposal on the Eastern Partnership, June 2008, http://www.enpi-info.eu/library/content/polish-swedish-proposal-eastern-partnership [3] Text of the Association Agreement: Annexes of Title V. Trade and trade-related matters, http://eeas.europa.eu/moldova/assoagreement/pdf/md-aa-annexes-title-v-trade-related-matters-part1_en.pdf [4] Брюссель позволит Молдове в рамках ассоциации поставить всего 40 грамм яблок на каждого жителя, http://moldnews.md/rus/news/66938 [5] Что даст Молдавии зона свободной торговли с ЕС. Deutsche Welle, 20.11.2012. [6] European aspirations and human development of the Republic of Moldova. National Human Development report 2012. P. 50, http://www.undp.md/presscentre/2012/NHDR/2012%20NHDR%20English.pdf [7] Facilitated visa regime with EU for some Moldovans, http://www.moldova.org/facilitated-visa-regime-with-eu-for-some-moldovans-237642-eng/ [8] EU - Moldova relations: basic facts, http://eeas.europa.eu/delegations/moldova/eu_moldova/ [9] Комиссар по вопросам расширения и политики добрососедства Штэфан Фюле собрал за столом переговоров лидеров демпартии и либерал-демократов, http://www.canal3.md/rus/news/politics/item8019/ [10] Геи и гомофобы обошлись друг без друга // Коммерсант-Молдова, 19.05.2013. [11] Евроинтеграторам досталось за неевропейскость // Коммерсант-Молдова, 09.11.2013. [12] Implementation of the European Neighbourhood Policy in Republic of Moldova Progress in 2012 and recommendations for action, Brussels, 20.3.2013, http://ec.europa.eu/world/enp/docs/2013_enp_pack/2013_progress_report_moldova_en.pdf [13] Экспорт молдавских товаров в Россию с января по апрель 2014 года, в сравнении с тем же периодом 2013 года, уменьшился на 23,6%, http://ava.md/economics/025502-eksport-moldavskih-tovarov-v-rossiq-sokratilsya-na-chetvert.html [14] EU-Moldova: With I. Leancă about Vilnius summit and beyond, 24.10.2013, at http://ec.europa.eu/commission_2010-2014/fule/headlines/news/2013/10/20131023_en.htm [15] José Manuel Durão Barroso, President of the European Commission. Opening remarks at the Moldova Investment Conference, Chisinau, 12 June 2014, http://europa.eu/rapid/press-release_SPEECH-14-451_en.htm [16] Remarks by President Barroso following his meeting with the Prime Minister of Moldova, Iurie Leancă, http://europa.eu/rapid/press-release_SPEECH-14-453_en.htm [17] Moldovans to travel visa-free in Schengen Zone, http://www.rferl.org/content/eu-moldova-visa-free-schengen/25319640.html [18] Frequently Asked Questions on the Schengen visa-free regime for citizens of the Republic of Moldova, http://eeas.europa.eu/delegations/moldova/press_corner/all_news/news/2014/20140604_en.htm [19] См., например, Polling Memo: EU remains attractive but not a default option for Moldovans, January 2014, at http://www.cepolicy.org/sites/cepolicy.org/files/attachments/polling_memo_-_eu_remains_attractive_but_not_a_default_option_for_moldovans_0.pdf [20] Результаты социологического исследования (второй этап, январь 2012 г.) «Геополитический выбор Молдовы и общественные настроения», http://www.politcontakt.ru/wp-content/uploads/2012/07/moldova_2012.pdf [21] EU-Moldova pipeline to be ready by mid 2014, http://www.moldova.org/eu-moldova-pipeline-ready-mid-2014/ [22] См., например, Remarks by President Barroso following the meeting between the European Commission and the Government of the Republic of Moldova. Brussels, 15 May 2014, http://europa.eu/rapid/press-release_SPEECH-14-383_en.htm?locale=FR [23] Доклад Председателя ПКРМ Владимира Воронина: почему ПКРМ не признала президента, куда ушел Мишин и что будет дальше, http://www.kp.ru/online/news/1171901 [24] Позиция Партии коммунистов Республики Молдова по ситуации в Украине, http://i.md/2014/02/26/6178 [25] Кто «раздел» Воронина на пленуме? Дебаты с последнего пленума ЦК, где лидер ПКРМ избавился от «группы Ткачука», http://pan.md/news/Kto-razdel-Voronina-na-plenume/50235 [26] Воронин призывает интегрироваться и в ТС, и в ЕС, http://ava.md/politics/018510-voronin-prizivaet-integrirovat-sya-i-v-ts-i-v-es.html; Владимир Воронин: «Они просто хотят отделиться по Днестру от Украины и России» // Коммерсант-Молдова, 19.07.2013. [27] Вектор счастья. Экономист Елена Горелова об экономической обоснованности геополитического выбора Молдовы // Коммерсант-Молдова, 15.06.2013. [28] Ястребчак В.В. Влияние углубленного и всеобъемлющего соглашения о зоне свободной торговли между Республикой Молдова и Европейским союзом на ситуацию вокруг Приднестровья, Кишинев, 2013, http://2013.europa.md/images/dox4download/societatea_civila/analize_studii/2013-11/Vladimir_Iastrebciak_Policy_Paper_DCFTA.pdf [29] Štefan Füle: Citizens of Moldova to enjoy lower prices and better quality products once the AA is signed/INTERVIEW, http://www.moldova.org/stefan-fule-citizens-of-moldova-to-enjoy-lower-prices-and-better-quality-products-once-the-aa-is-signedinterview-239291-eng/ [30] The Impact of the EU-Moldova DCFTA on the Transnistrian Economy: Quantitative Assessment under Three Scenarios, http://get-moldau.de/download/policypapers/2013/2013.06.04_DCFTA%20Transnistria_en.pdf?PHPSESSID=6c02e2f5cb4fdbeb810dce5855d78abd [31] См., например, Isachenko D. On the Political Economy of Unrecognized State-building Projects // The International Spectator. - 2009. - Vol. 44, No 4. - C. 61-75. [32] Devyatkov A. (2014), ‘Giving “Asymmetric Response” to the EU: Russian Soft Power Experiment in Transnistria’, CEURUS EU-Russia papers, No. 17, http://ceurus.ut.ee/wp-content/uploads/2011/06/EU-Russia-17_Devyatkov.pdf [33] Меморандум по итогам встречи Президента России Д. Медведева и Федерального канцлера Германии А. Меркель 4–5 июня 2010 года, г. Мезеберг 5 июня 2010 года, http://kremlin.ru/ref_notes/575 [34] ЦИК Гагаузии обнародовал окончательные итоги референдума о будущей судьбе автономии, ИТАР-ТАСС, 05.02.2014, http://itar-tass.com/mezhdunarodnaya-panorama/940951 [35] Роспотребнадзор разрешил поставки в Россию продукции еще одного винзавода из Гагаузии // Golos.md, 23.05.2014 [36] Nielsen N., Moldova and the EU: On a long road to nowhere? “Euobserver”, 21.11.2013, http://euobserver.com/foreign/122157 [37] Moldovans 'using passport loophole' claims Tory backbencher, The Independent, 21 March 2013, http://www.independent.co.uk/news/uk/home-news/moldovans-using-passport-loophole-claims-tory-backbencher-8544147.html [38] Angela Merkel, Abgabe einer Regierungserklärung durch die Bundeskanzlerin: Gipfel der Östlichen Partnerschaft am 28./29. November 2013 in Wilna, “Deutscher Bundestag. Stenographischer Bericht, 2. Sitzung”, 18.11.2013, at http://dip21.bundestag.de/dip21/btp/18/18002.pdf [39] Joint Statement on Ukraine of the Weimar Triangle Foreign Ministers Frank-Walter Steinmeier (Germany), Laurent Fabius (France), and Radoslaw Sikorski (Poland) in Weimar, 31.03.2014, http://www.auswaertiges-amt.de/EN/Infoservice/Presse/Meldungen/2014/140331_Gemeinsame_Erkl%C3%A4rung_zur_Ukraine.html [40] Exporturile pe ţări (1997-2012), Biroul Naţional de Statistică al Repiblicii Moldova, http://www.statistica.md/public/files/serii_de_timp/comert_exterior/serii_anuale/rom/2013/Export_tari.xls [41] Россия готова отменить льготный миграционный режим для Молдавии, http://top.rbc.ru/politics/06/06/2014/928881.shtml [42] Япанжи Г. Россия выгоняет молдавских гастарбайтеров, Московский комсомолец, 18.09.2013, www.mk.ru/politics/article/2013/09/18/917253-rossiya-vyigonyaet-moldavskih-gastarbayterov.html [43] Mukomel V., Cheianu-Andrei D. Moldovans in the Russian Federation: socio-economic profile and policy challenges, Report of the International Organization for Migration, Chisinau, 2013, http://www.iom.md/attachments/110_rfinaleng.pdf [44] Iurie Morcotilo, Alexandru Fala, Aspectul migrațional în securitatea economică a Republicii Moldova: Analiză instituțională, “Expert-Grup”, 18.02.2014, http://expert-grup.org/ro/biblioteca/item/929-aspectul-migrational-in-securitatea-economica-a-republicii-moldova-analiza-institu%C8%9Bionala&category=184 [45] Structura exporturilor pe secţiuni şi capitole, conform Nomenclatorului Mărfurilor (NM) (1997-2012), Biroul Naţional de Statistică al Republicii Moldova, http://www.statistica.md/public/files/serii_de_timp/comert_exterior/serii_anuale/rom/2013/Structura_export_sectiuni_capitole_NM.xls [46] День победы евразийской интеграции // Коммерсант-Молдова, 09.05.2013. [47] Иосиф Кобзон в Кишиневе на 9 мая, http://www.youtube.com/watch?v=iShbYJHHKxw [48] Российский эмиссар Нарышкин проводит встречи в Кишиневе, http://dniester.ru/content/rossiiskii-emissar-naryshkin-provodit-vstrechi-v-kishineve   Постоянный адрес статьи: http://www.perspektivy.info/oykumena/politika/_jevropejskij_vybor_moldovy_mezhdunarodnyj_i_vnutrennij_kontekst_2014-06-26.htm

17 сентября 2013, 08:42

Мнения: Владимир Дергачев: Есть ли у Сирии настоящие друзья?

И по сей день у России отсутствует четко выраженный политический проект, способный вывести российско-арабские отношения на новый уровень, есть только модели приложения усилий, носящих признаки сиюминутного интереса. Каких-то 30 лет тому назад, когда я начинал изучать арабский язык в МГУ, довольно часто приходилось слышать почти хрестоматийное для того времени утверждение о незыблемости арабского единства, любовь к которому, как это формулировалось, «сильнее любви к самой жизни». О многочисленных противоречиях, разделявших арабские государства, советская пропагандистская машина предпочитала умалчивать, резервируя таким образом поле для политического и идеологического маневра – СССР стремился к поддержанию ровных отношений со всеми странами данного региона, пытаясь удерживать в орбите своих интересов их максимальное количество, делая одновременно ставку на те из них, которые по принятой тогда классификации относились к группе избравших курс «социалистической ориентации». Сегодня ситуация принципиально иная, и не только в российско-арабском срезе внешнеполитического блока, но и в самом арабском сообществе. Еще недавно совершенно невероятной представлялась ситуация, когда Лига Арабских государств (одной из основательниц которой, кстати, была Сирия) исключила бы из своего состава страну, где идет кровопролитная война, в то время как другие заявили бы о готовности оплатить военную акцию самопровозглашенного мирового «хранителя демократических ценностей» против своего единокровного соседа, а именно – Сирийской Арабской Республики. Сразу признаюсь в исключительно предвзятом отношении к этой стране, где прожил в свое время около полутора лет. И эта предвзятость несет больше положительный заряд, хотя и с некоторыми оговорками. Исключительно красивая и разноплановая, с очень доброжелательными людьми, изумительной природой, богатейшим историческим наследием – эпитетов может быть бесконечно много, но есть один штрих, который никак не удавалось добавить к общей палитре и о чем довольно часто приходилось думать. Изъян в восприятии стал очевиден много позже. Достоинство – вот та черта, которая отличает сирийцев от соседей по региону, то, за что безуспешно боролись египтяне и тунисцы, положившие начало «арабской весне», провозглашая его обретение на предреволюционных митингах и постреволюционных баталиях в качестве одной из своих главных задач. У сирийцев нет необходимости бороться за это чувство – оно присуще им органически и не зависит от того, какой режим установлен в стране – кровавая диктатура полковника Адиба Шишекли (умудрившегося в далеком 1951 году совершить целых два переворота) или либерала Башара Асада, преданного сегодня всеми без исключения средиземноморскими соседями. И последнее удивляет больше всего: совсем недавно та же Турция проявляла готовность выступить в качестве посредника в сирийско-израильском противостоянии, но, видимо, возобладали исторические амбиции Османской империи – стремление вновь обрести статус региональной сверхдержавы оказалось сильнее миротворческих порывов, особенно когда складывается столь благоприятная ситуация и можно воспользоваться слабостью своего соседа, отношения с которым всегда складывались очень неровно. Но если позиция Турции относительно внутреннего сирийского конфликта просчитывалась достаточно легко, то отношение Франции к своему партнеру по Союзу по Средиземноморью, куда сирийский лидер нанес в свое время редкий для себя визит в западноевропейскую страну, стало неприятной и непредсказуемой неожиданностью. Об интересах Вашингтона, стоящего рядом с консервативными либо откровенно прозападными ближневосточными государствами по другую сторону сирийского конфликта, западная пресса стыдливо умалчивает и сегодня, а в искренность рассуждений западных политиков о приоритетности гуманитарных норм и прав человека верится слабо. Так что не будет преувеличением сказать, что полная неспособность Запада выработать единый подход в связи с якобы имевшей место 21 августа химической атакой в Сирии стала новым фактором дестабилизации в этом регионе, в то время как российская позиция по сирийскому вопросу выглядит достаточно основательно. Уместно в этой связи сказать несколько слов и о ситуации внутри Сирии, вернее, о том, что привело к нынешнему положению вещей. Будем откровенны: не все удалось осуществить молодому президенту для демократизации внутриполитической жизни у себя дома. Слишком сильны позиции, оберегаемые старой гвардией, которая была взращена в предыдущий период единоличного правления его отца. Мощными оказались и скрытые ограничители на пути сделанных в сторону реформ шагов, сохранялось упорное противодействие бюрократического аппарата – важнейшего элемента системы власти любой, а особенно арабской страны. Но говорить о репрессивном режиме, узурпаторстве сегодня бы полностью противоречило истинному положению вещей в Дамаске. Последние годы (до разгорания внутреннего конфликта) складывались для страны очень тяжело: северные районы поразила продолжительная засуха, приведшая к нехватке продовольствия и росту цен, происходящему на фоне истощения внутренних ресурсов и замедления темпов экономического роста. Совокупность данных факторов при росте напряженности в регионе (разгром «Флотилии мира», провокации исламистов на египетско-израильской границе, вечно кипящий ливанский котел, строительство новых поселений в Израиле, постоянно меняющиеся приоритеты у «Хезболлы») негативно влияло на положение местного населения, но революционной ситуации здесь так и не сложилось. Возможно, понимание этого факта (коренным образом отличающего сирийский вариант «весны» от египетских и ливийских событий) вызвало колебания в поведении заокеанского «демократизатора» и заставило говорить о планировании ограниченного ракетного удара, который, как теперь можно надеяться, все-таки не состоится. Теперь немного о роли России. Не раз доводилось выслушивать от арабских политиков, дипломатов, бизнесменов и представителей низших слоев общества, что годы перестройки нанесли существенный урон нашим позициям на арабском Востоке. Отсутствие приоритетов, четко выстроенной внешнеполитической стратегии в этом регионе привели к тому, что, лишившись старых друзей, мы, как водится, не обрели новых. И по сей день у России отсутствует четко выраженный политический проект, способный вывести российско-арабские отношения на новый уровень, а есть только различные направления и модели приложения усилий, носящих признаки сиюминутного интереса. Сирия в этом плане – скорее счастливое исключение, чем правило, однако и оно имеет спонтанный характер запоздалого реагирования на запущенную проблему. Будем откровенны: ни одна из сторон сирийского конфликта не заслуживает безоговорочной поддержки, включая режим Башара Асада, что получило отражение в заявлениях нашего президента. Но чтобы избежать в данной ситуации обвинений в ложности ценностных посылок, нашему внешнеполитическому ведомству давно бы следовало определиться со своими стратегическими интересами в данном районе земного шара, для чего имеются все основания. И первое среди них – географическая близость к границам России (в отличие от США, интересы якобы безопасности которых с этой точки зрения – явно надуманный тезис). В этом случае России уже не придется лихорадочно подыскивать аргументы для обоснования своей активности и в пожарном порядке выдвигать «прорывные» инициативы для отстаивания своих жизненных интересов, либо конструировать стратагемы для спасения регионального союзника, будь то диктатура либо демократия. И хотя историческая память наших дружественных отношений пока еще сильна, постоянно пользоваться багажом прежних лет невозможно. Да и чувство собственного достоинства не обретается одномоментно – это итог осознания собственных возможностей и способность отстаивать имеющиеся интересы до конца, принципиально и последовательно, в любой ситуации. Конечно, Сирия – не единственная страна, которой Россия оказывает дипломатическую поддержку, ведет технико-экономическое сотрудничество и сотрудничает в военной сфере. Причем интерес к этим направлениям не ослабевает, но есть один нюанс, отличающий эти связи: в двусторонних контактах никогда (с момента установления дипотношений в 1944 году) не было отсутствия взаимопонимания либо резкого отчуждения, как, например, с Египтом во времена А. Садата или с полковником Каддафи, не торопившимся выполнять свои обязательства, взятые перед российской стороной на высшем уровне. А когда надо было защитить сирийцев от возможного удара во время одной из арабо-израильских войн, наши корабли за одну ночь пересекли половину Средиземного моря, чтобы встать на рейде у Тартуса – спешили так, что едва не взорвались котлы. Увы, сегодня подобные возможности у России отсутствуют: соотношение военных потенциалов пока складывается не в нашу пользу. К счастью, период взаимного бряцания оружием уже в прошлом – на смену пришли более цивилизованные методы ведения дел, хотя и не все мировые державы готовы придерживаться норм международного права. А что касается интересующего сегодня весь мир региона, несмотря на всю противоречивость сложившейся здесь политико-экономической палитры, наблюдаемое разнообразие подходов и интересов, можно сказать, что одним из факторов «арабского единства» на настоящий момент является желание этих стран диверсифицировать свои связи с Россией. Может быть, подобный подход станет хорошей основой для дальнейшего многопланового и постоянного взаимодействия с региональными игроками – и не только с Сирией – уже после того, как дым канонерок рассеется над Средиземным морем. Теги:  внешняя политика России, Сирия, Башар Асад, химическое оружие Закладки: 

13 сентября 2013, 08:45

В мире: Россия и Китай укрепляют свой союз в рамках ШОС

В пятницу в Бишкеке состоится саммит стран Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Объединяющая Россию и Китай с четырьмя среднеазиатскими государствами организация играет все большую роль не только в региональной, но и в мировой политике. На фоне сирийского кризиса это станет еще заметнее – из наблюдателей в состав постоянных членов ШОС может быть переведен Иран. На саммитах ШОС любят подчеркивать, что организация представляет почти половину человечества. Действительно, кроме шести стран-членов наблюдателями являются еще пять государств, среди которых – миллиардная Индия. ШОС уже давно переросла просто региональный союз, созданный Россией и Китаем для сохранения стабильности в Средней Азии – теперь это ключевая структура для Евразии. «Сейчас ШОС впервые сможет выступать как организация, реально влияющая на стабильность в мире, – считает заведующий отделением востоковедения НИУ ВШЭ, профессор Алексей Маслов. – А ведь до этого многие рассматривали ШОС то ли как мертворожденную, то ли как организацию ради организации, вроде АСЕАН, чтобы просто собираться и беседовать между собой. За последний год начался более активный обмен информацией, как в рамках борьбы с терроризмом, так и в других сферах, организационные структуры стали работать значительно более серьезно, создан Университет ШОС. Да и в целом организация стала более узнаваемой». При своем создании ШОС задумывалась для обеспечения стабильности и безопасности в регионе, напоминает Маслов, но потом на какой-то момент это отошло на задний план, и вперед вышли экономические проекты. «Но, как показала практика, осуществленных крупных совместных экономических проектов до сих пор нет – есть некоторые инфраструктурные проекты, вроде строительства сквозной автомобильной дороги, но основные экономические связи до сих пор осуществляются в основном на двусторонней основе. А сейчас, как ни странно, ситуация в Сирии и вокруг Северной Кореи возродила надежды на крепкий стратегический союз. Угрозы стимулировали изменение характера ШОС – он стал более сплоченным. И вопросы экономики становятся частью стратегического сотрудничества». В Бишкеке статус наблюдателя может получить Армения – за согласием на это Китая армянский премьер специально ездил в Пекин. Среди наблюдателей в ШОС – Иран и Афганистан, которые давно уже хотели быть приняты в число полноценных членов, но раньше Москва и Пекин не торопились с этим решением. «Сейчас идет много непубличных разговоров о том, что на этом саммите Иран наконец-то будет принят в состав постоянных членов ШОС, но не факт, что это состоится, – говорит Алексей Маслов. – Ведь сегодня, на фоне сирийского кризиса, получилось, что по сути ШОС – вместе со всеми странами-наблюдателями – классический противник НАТО. И прием Ирана будет рассматриваться как явный выпад против всей той системы, которую создавали США, пытаясь заблокировать Иран». Формально в центре внимания ШОС стоят экономические вопросы, но понятно, что на этот раз главы государств будут говорить о войне и мире. Причем как применительно к сирийскому кризису, так и к предстоящему в следующем году выводу американских войск из Афганистана. Бишкек станет местом международного дебюта нового иранского президента Хасана Роухани – и понятно, что для Владимира Путина будут очень важны переговоры с руководителем государства, еще более, чем Россия, заинтересованного в стабилизации ситуации вокруг Сирии. С афганским лидером Хамидом Карзаем, которого волнуют уже не столько способы удержания власти, сколько варианты сохранения Афганистана как единого государства и предотвращения новой гражданской войны, у Москвы и Пекина тоже есть о чем поговорить. «Вывод войск НАТО из Афганистана приведет к исчезновению основного контролера, ограничивающего поставки наркотиков в Таджикистан и далее, – говорит Маслов, – поэтому страны ШОС должны выработать общие механизмы того, как дальше поступать с Афганистаном». Среднеазиатские страны с ужасом ожидают возможного взрыва в Афганистане, понимая, что пожар перекинется к ним – в чем абсолютно не заинтересованы в том числе и Россия с Китаем. После ухода США зонтик безопасности над Кабулом смогут держать только эти две страны – впрочем, для начала афганцам нужно будет самим определиться с межплеменными отношениями и возвращением к власти талибов. Но это вопросы хоть и близкого – но все-таки будущего. А сирийская ситуация требует действий уже сейчас. Именно в ШОС собраны главные союзники Сирии и противники западной экспансии – Россия, Китай и Иран. Поэтому естественно, что ШОС всячески поддержит российскую инициативу о международном контроле над сирийским химическим оружием и, может быть, даже и предложит свое участие в этом процессе. Накануне саммита, по пути на встречу «двадцатки» в Санкт-Петербурге, председатель КНР Си Цзиньпин посетил три среднеазиатских страны – Казахстан, Узбекистан и Туркменистан. Выступая в Астане, Си заявил о том, что страны региона стоят «перед лицом беспрецедентных шансов и вызовов», и предложил, опираясь на исторический опыт, развивать «экономическую полосу Шелкового пути». Китай сейчас выбрал следующую стратегию – он все время говорит об общности своей судьбы с отдельными странами Центральной Азии и использует для этого тезис о Шелковом пути, утверждая, что, например, Китай и Узбекистан вместе начинали его, говорит Алексей Маслов. И тем самым он пытается перетянуть симпатии стран ШОС на свою сторону – это китайская тактика историзма. «Она подкрепляется и очень большими кредитами – правда, не нужно их путать с инвестициями, их придется возвращать, – говорит Маслов. – А Россия сейчас очень активно развивает – в двустороннем порядке, как и Китай – целый ряд инфраструктурных проектов в Средней Азии: например, в Казахстане и Таджикистане. Так что наряду с тем, что Россия и Китай сотрудничают в рамках ШОС, есть и определенное противостояние. С точки зрения России ШОС должна использоваться не для влияния на страны, а для стабилизации». Соперничество России и Китая в Средней Азии не является препятствием для сотрудничества. «Де-факто страны Центральной Азии уже находятся под определенным влиянием Китая, – считает специалист в области евразийской интеграции Валерий Муниров. – Связано это, естественно, с увеличением товарооборота – в основном поставками сырья и топлива из Центральной Азии в Китай и встречным расширением рынка сбыта китайских товаров. Однако надо учитывать, что преимущественно тюрко-мусульманское население Центральной Азии исторически всегда относилось настороженно к Китаю, особенно когда он находился в очередном цикле своего могущества. С другой стороны, также исторически ряд стран этого региона тесно связан с Россией, которая, имея большой опыт совместного общежития с тюрко-мусульманским населением, может гармонизировать отношения Китая с государствами Центральной Азии». Как раз общая история и совпадение нынешних интересов может помочь сближению. «Российская сторона разделяет оценку председателя КНР о том, что народы Китая, Центральной Азии и России – это «народы единой судьбы», ибо все они принадлежат к не западным цивилизациям, – говорит заместитель директора Института российско-китайского стратегического взаимодействия Андрей Девятов. – В XIII веке народы наших стран жили в едином государстве – Великой империи Чингисхана. Ее возрождение в форме «клятвенного союза семьи народов не западных цивилизаций» позволит грозной силой подавления беспорядков и распространением просвещения и добродетели обеспечить великое спокойствие совместного процветания». «В чем же корень проблемы возрождения инфраструктуры Шелкового пути в ракурсе тихоокеанской политики Китая?» – спрашивает Девятов. «Дело тут в том, что между берегами Тихого океана под защитой морской мощи США существует извечная свобода мореплавания, тогда как сухопутные пути сообщения Китая с Азией и Европой ограничены транспортными коридорами, разделены границами государств с пунктами пропуска и таможнями. И именно свобода мореплавания по курсу реформ и открытости Дэн Сяопина обеспечила расцвет специальных зон развития приморских провинций Китая, а затем и зон свободной торговли со странами Тихоокеанского региона. Тогда как в пределах территории стран ШОС на сухопутных путях подачи сырья и топлива на китайскую фабрику XXI века сотрудничество поныне ограничено в основном заботами о борьбе с террористами, экстремистами, сепаратистами и наркоторговцами». Образцом же свободы безопасного и беспошлинного перемещения товаров по сухопутным путям между Тихим океаном, Каспием, Средиземноморьем и Балтикой была, по мнению эксперта, Великая империя Чингисхана. В своем выступлении в Астане глава КНР выделил пять основных направлений укрепления сотрудничества ШОС и ЕврАзЭС (организации, из которой во многом и вырастает Таможенный союз). Это усиление политического согласования, развитие дорожной сети от Тихого океана до Балтики, усиление экономических связей, ликвидация торговых барьеров, усиление валютных потоков, усиление народных связей. Фактически китайцы предлагают не просто углубление евразийской интеграции, в первую очередь экономической. «Китай вообще настаивает на значительно более глубокой интеграции в рамках ШОС, чем Россия – в частности, он предлагает создать зону свободной торговли, – говорит профессор Маслов. – Для России это не очень выгодно, потому что у нас есть свой Таможенный союз, и здесь получается конфликт интересов. Китаю нужны новые рынки сбыта, и зона свободной торговли в ШОС откроет свободный доступ китайским товарам на российский рынок. Китай сейчас во всем мире проводит одну и ту же политику, пытаясь через нее решить свое экономическое противостояние с США – неважно, через ШОС или в странах Африки или Латинской Америки: он хочет выступать экономическим стабилизатором ситуации. Выдавать кредиты и тем самым через мягкую силу влиять на эти регионы. ШОС в известном смысле служит для легитимизации действий Китая. Россия вряд ли может поддержать максимальное расширение зоны свободной торговли, чтобы она захватила и Таможенный союз, и ШОС, потому что в этом случае это будет уже почти половина мира. Поэтому Россия не поднимает вопроса о глубокой экономической интеграции, а говорит о расширении экономического сотрудничества. Нам интересней совместные проекты». Если мы сумеем в ближайшее время, за 10–15 лет, создать свою самообеспечивающуюся индустрию на Дальнем Востоке, то уже не будем столь тесно привязаны к Китаю, как сейчас, считает Маслов. «К тому же, в последний год наступил переломный момент – Россия сама начала строить объекты в Китае, а ведь раньше было все наоборот. Например, мы участвуем в создании НПЗ, в строительстве Тяньваньской АЭС. Россия пытается выровнять ситуацию. Если мы создадим индустрию и начнем получать деньги не только от продажи энергоресурсов, то тогда мы можем не бояться китайского экономического присутствия у нас». Строя планы отношений с Китаем на будущее, Россия уже исходит из того, что она выступает от лица Евразийского союза. Для усиления мер экономического доверия можно было бы начать обсуждение перспективы создания зоны свободной торговли между будущим Евразийским союзом и Китаем, возможно, вместе с АСЕАН, считает Валерий Муниров. Административной площадкой для такого обсуждения может стать ШОС, а прикладным финансовым инструментом, по аналогии с Банком развития БРИКС, мог бы стать Банк ШОС. Вопрос создания общего фонда или банка ШОС обсуждался очень долго, причем все было только на стадии поиска технической модели, – говорит Маслов. – Но сейчас Китай резко пытается стимулировать этот вопрос. «Отказ от долларовых расчетов уже сейчас активно происходит в рамках ШОС – так же, как и в рамках БРИКС. Инициатором, естественно, выступает Китай, переводящий все на двусторонние расчеты – и сейчас в ней завязаны все страны ШОС. Китай по сути создает параллельную финансовую систему. России этого выгодно – потому что в данном случае рубль котируется наравне с юанем. Другое дело, что не факт, что создание параллельной финансовой системы сразу позитивно скажется на развитии мировой экономики – потому что доллар пока что стабилизирует, а не дестабилизирует мир». Внешнеполитическая активность Си Цзиньпина в преддверии саммита ШОС проходила на фоне обострения ситуации вокруг Сирии в проявленной части и обострения финансово-экономической войны в скрытой части, говорит Валерий Муниров. То есть главным текущим вопросом для стран ШОС является опасность переноса военных действий в Среднюю Азию – стратегически важный регион добычи и путей доставки сырья и топлива. А главным среднесрочным вопросом – переустройство мировой финансовой системы под предлогом форс-мажора «большой войны». В нынешнем глобальном мире ни одна страна, какой бы мощной она ни была, не сможет самостоятельно противостоять таким вызовам, как угроза большой войны в Центральной Азии, сказал Муниров агентству «Синьхуа»: «Это под силу только крупным военно-политическим блокам. На Западе такой блок есть – это НАТО, а вот на Востоке, где как раз и разыгрывается сценарий «управляемого хаоса», его пока нет. Но зато уже есть ШОС, которая может быстро превратиться в полноценный военно-политический блок, с совместным планированием и распределением зон ответственности. В перспективе ШОС неминуемо должна из региональной организации стать глобальной, поскольку сегодня главные политические вопросы – вопросы войны и мира – уже давно решаются на глобальном уровне. Результатом такого военно-политического сотрудничества должно стать военное прикрытие развертывания как минимум двух валютных зон: будущего Евразийского союза и зоны юаня». Вполне очевидно, что только мощное силовое прикрытие инфраструктуры нового Шелкового пути обеспечит безопасность путей сообщения, а главное – долгосрочный мир и совместное процветание народов вдоль этого пути, говорит Андрей Девятов: «Именно интересы безопасности будут способствовать превращению ШОС в военный союз, прежде всего КНР и РФ». Теги:  саммит, ШОС, Россия и Китай, Центральная Азия Закладки: 

13 сентября 2013, 06:45

ПОНАРС Евразия, Уроки Таджикистана для cирийского конфликта

  Джордж Гаврилис, Центр международного диалога им. Э. Холлингса, Вашингтон Целью серии встреч американского госсекретаря Джона Керри с российскими официальными лицами было улучшить прохладные российско-американские отношений и сблизить позиции Вашингтона и Москвы по Сирии. Одна из встреч между Джоном Керри и российским министром иностранных дел Сергеем Лавровым проходила в Париже. В ходе встречи Лавров вновь дал понять, что Москва будет побуждать сирийское правительство к участию в мирных переговорах. Это стало шагом вперед по сравнению с предыдущими встречами, когда Лавров заявлял, что Россия не является почтальоном для связи с Башаром Асадом. Посылаемые Москвой сигналы малоинтересны тем участникам внешнеполитического процесса в Вашингтоне, которые выступают за интервенцию. Эксперты и журналисты отмечают, что благодаря российской военной помощи правительственные силы в Сирии обладают мощными средствами противовоздушной обороны, которые, по всей видимости, смогут свести на нет активность американских самолетов в сирийском небе. Поэтому международное сообщество продолжает возлагать на Россию бóльшую часть вины за блокирование попыток посредничества и поощрение режима Асада к продолжению борьбы. Имидж России в посреднических усилиях в Сирии, резко контрастирует с тем, сколь мало акцентировалась ее роль в прекращении гражданской войны в Таджикистане в 1990-х годах. Соответствующее соглашение было результатом трехлетних усилий Миссии наблюдателей Организации Объединенных Наций в Таджикистане (МНООНТ), соседних государств и, возможно, в наибольшей степени, интенсивных совместных усилий США и России в рамках «второго направления дипломатии». В совокупности эти акторы организовали восемь раундов мирных переговоров, много раз способствовали возобновлению нарушавшегося режима прекращения огня, выступали посредниками в переговорах с различными группами, разрабатывали ключевые разделы мирного соглашения и сформировали контактную группу для мониторинга его исполнения и урегулирования возникавших при этом проблем. Хотя успешное посредничество в таджикистанском конфликте вошло в учебники, этот пример оказался сброшенным со счетов и забытым. Возвращение к таджикистанскому опыту - это не просто ностальгический взгляд в прошлое, на те времена, когда российско-американские отношения были более дружественными. Это также хороший пример того, как регрессировали выработанные международным сообществом механизмы посредничества. В то время как компактная и гибкая посредническая инициатива в Таджикистане была предназначена для того, чтобы остановить гражданскую войну, посреднические усилия в Сирии стали своеобразным голосованием за режим или против него. Однако еще более тревожно то обстоятельство, что главный ущерб посредническим усилиям наносит разрозненность и соперничество подходов, которых придерживаются государства, находящиеся в лагере противников режима Асада. Забытый опыт Таджикистана Вскоре после получения независимости в 1991 году Таджикистан погрузился в пучину разрушительной гражданской войны. На территории страны сражались проправительственные силы, полевые командиры и группировки оппозиции (как исламистской, так и светской). Затянувшийся конфликт стал причиной гибели десятков тысяч людей, полмиллиона человек стали беженцами, а 80% населения страны оказались в условиях нищеты. Когда в 1994 г. гражданская война интенсифицировалась, группа внешних акторов заложила основу для посредничества. ООН послала в страну своих специальных представителей, ОБСЕ открыла свой центр в июне, а небольшой миротворческий контингент стран СНГ начал действовать в сентябре. Тем временем, наблюдательной миссии ООН в Таджикистане (МНООНТ), уполномоченной Советом Безопасности, было поручено осуществление мониторинга развития конфликта и соблюдения соглашений о прекращении огня между местными командирами. Параллельно этим усилиям, возглавляемый американо-российской группой экспертов-посредников межтаджикский диалог вылился в организацию серии встреч с оппозицией и представителями правительства. В рамках диалога состоялось 35 раундов переговоров, многие из которых прошли в Москве. Наиболее существенным результатом стало то, что крайне разрозненную таджикскую оппозицию удалось склонить к тому, чтобы провести встречу и выработать общую платформу для переговоров. К 1994 году, во время встречи в Тегеране, руководство антиправительственных сил создало Объединенную таджикскую оппозицию – объединение, включавшее в себя крупную Партию исламского возрождения. Несмотря на прогресс в переговорах и подписание соглашения о прекращении огня в октябре 1994 г., гражданская война продолжалась. Время от времени миротворцы от стран СНГ, российские военнослужащие и наблюдатели ООН становились жертвами насилия. В январе 1995 г. на таджикско-афганской границе в засаду боевиков оппозиции попал российский отряд, в результате чего девять российских военнослужащих погибло, а их тела были обезображены. Насилие также применялось в отношении наблюдателей МНООНТ: в телеграмме ООН сообщалось, что «военные наблюдатели ООН останавливались военнослужащими правительственной армии, подвергались физическому воздействию, их жизни угрожали, а оборудование похищалось». Конфликт формально закончился в июне 1997 г., когда правительство и оппозиционные группы подписали мирное соглашение в Москве. За реализацией соглашения было поручено наблюдать контактной группе, в которой особо активные роли играли Россия, Иран, МНООНТ и ОБСЕ. При всем различии в методах и стратегических интересах, члены контактной группы были озабочены двумя важнейшими общими проблемами: желанием предотвратить возобновление гражданской войны и ограниченностью бюджетов. Россия выполняла свою роль, на долгосрочной основе поддерживая небольшой миротворческий контингент и предоставляя свои военные подразделения для охраны границы Таджикистана с Афганистаном. Миротворческие подразделения охраняли ключевые объекты вокруг столицы, в то время как пограничники не давали экстремистам возможности пересекать границу для того,  чтобы расстроить мирное соглашение. Посредничество в Таджикистане оказалось малозатратным и эффективным способом вмешательства в гражданскую войну. Из него вытекает несколько уроков, два из которых высокоактуальны для сирийского кризиса. Во-первых, посредники не должны соперничать друг с другом. Иран, Россия, ООН и США неформально, но на регулярной основе работали вместе. Они информировали представителей других посредников, избегали дублирования своих усилий и стремились положить конец конфликту во имя стабильности в регионе, достижение которой они оценивали выше, нежели утверждение собственных идеологических позиций во внешней политике. Во-вторых, посредничество на высоком уровне подкреплялось усилиями на местах. Посредники не надеялись на то, что соглашения, достигнутые между элитами в Вашингтоне, Москве или где-то еще, непременно дойдут до полевых командиров. Они настаивали на том, что представители оппозиции и правительства должны сдерживать своих подчиненных на местах, и они подкрепили это учреждением групп наблюдателей (действовавших под небольшой охраной и при слабых гарантиях безопасности) для контроля за ходом выполнения договоренностей о прекращении огня. Посредники устойчиво придерживались своей линии и сохраняли своих наблюдателей и миротворцев на местах, даже когда те подвергались нападениям и угрозам, демонстрируя воюющим сторонам свою решимость поддержать процесс прекращения огня. Сегодня Таджикистан остается авторитарной, коррумпированной и бедной страной, однако ситуация в нем достаточно стабильна, чтобы снять опасения относительно возможности возвращения к вооруженному конфликту. Пробуксовывание в Сирии Многие политики и эксперты, вероятно, заметят, что Таджикистан и Сирию нельзя сравнивать, и что в Сирии на карту поставлено гораздо больше. В конце концов, события в Сирии имеют место на фоне происходящих во всем регионе потрясений «арабской весны», российско-американские отношения слишком подорваны для достижения компромисса по поводу Сирии, а роль экстремистских группировок делает очень рискованной практически любую интервенцию. Короче говоря, Сирия представляет собой сложный случай для продуктивного внешнего вмешательства. Вместе с тем, посредничество в Таджикистане также имело место на фоне крупномасштабных потрясений в регионе: оно произошло после распада Советского Союза, когда отряды движения «Талибан» вступили в Кабул и наводнили соседний Афганистан. Более того, совместные российско-американские посреднические усилия имели место, несмотря на неуправляемые разногласия и ухудшающиеся отношения из-за противоположных позиций по конфликтам в бывшей Югославии. Наконец, в связи с тем, что гражданская война в Таджикистане завершилась миром, легко забылось то обстоятельство, что в первые годы это был чрезвычайно сложный конфликт, в котором свою роль играли экстремистские группировки. В этом отношении политическая и военная динамика происходящего в Сирии не так уж и отличается от событий в Таджикистане в 1990-х годах. Причина неудачи попыток найти разрешение сирийского конфликта с помощью международных усилий заключается скорее в самих посредниках, нежели в противоборствующих сторонах. Пытаясь справиться с гражданской войной в Сирии, потенциальные посредники мешали друг другу своими конфликтующими методами посредничества и упустили возможность установить устойчивое присутствие в зоне конфликта для того, чтобы договориться о прекращении огня и поддерживать его. Когда идет речь о соперничестве или разногласиях по поводу ситуации в Сирии, внимание большинства экспертов естественно привлекают разногласия между группой тех государств, которые считают, что Асад должен уйти (США, Турция и большинство арабских государств) и лагерем стран, полагающих, что Асад должен остаться (такая позиция приписывается Ирану и России). Полагаю, однако, что более деструктивное соперничество происходит внутри лагеря тех стран, которые считают, что Асад должен уйти. Это выходит за рамки межведомственных споров в США по поводу того, стоит ли вмешиваться в конфликт, и если да, то как. В течение последних двух лет США, Турция, Египет, Катар, Франция, Великобритания и другие соперничали друг с другом в сфере дипломатических акций и организации конкурирующих между собой мероприятий. Например, Турция изначально приняла у себя оппозиционеров и затем поддержала предложенный Кофи Аннаном план ООН; тогда как Франция затеяла инициативу «Друзья Сирии» с целью оказать давление на Асада. В ноябре 2012 г. в Каире значительная часть сирийской оппозиции и Свободной сирийской армии вступила в Сирийскую национальную коалицию, однако эта группа остается разрозненной и слабо связанной с враждующими сторонами на местах, с сирийским гражданским обществом и остающимися в стране политическими группами. Главный мотив этого соперничества состоит в том, что ряд стран стремится самоутвердиться и заработать побольше политического капитала в меняющемся ближневосточном регионе. Турция хочет приобрести роль ведущего регионального центра силы, вновь заняв заветное место посредника – место, которое она потеряла, когда ухудшились ее отношения с Израилем, и ее роль в урегулировании палестино-израильского конфликта была утрачена. После широкомасштабных антиправительственных протестов в Турции, которые весьма осложнили внутреннюю и внешнюю политику премьер-министра Реджепа Тайипа Эрдогана, сделать это будет все более и более сложно. Подвергающееся критике правительство Египта желает восстановить ту архитектуру посредничества, которой страна обладала до революции, и с раздражением относится к усилиям таких честолюбивых внешних игроков, как Катар. Как заявил автору один египетский журналист, «Катар – это ненастоящий центр силы, и мы не ожидаем от него чего-либо последовательного в будущем». Катар успешно проложил себе дорогу, используя свои нефтяные деньги для спонсирования оппозиции и вооруженных группировок на Ближнем Востоке от Ливии до Сирии. Представитель сирийской оппозиции заметил по этому поводу, что «Катар раздает оружие как конфеты, что вызывает беспокойство даже у саудовцев».  В результате такого соперничества различные группы оппозиции внутри Сирии и за ее пределами получили возможность развивать связи с предпочитаемыми ими государствами для получения помощи и укрепления своего влияния. Таким образом, ранее в ходе конфликта была упущена возможность побудить оппозицию действовать на основе менее разнородной и более единой платформы. Несмотря на свое название, недавно ставшая явью Сирийская национальная коалиция является коалицией скорее по наименованию, нежели в реальности, будучи разноголосой и не давая правительству Асада особых оснований вступать с ней в полноценные переговоры. Непродуктивное и ознаменовавшееся раздорами майское заседание коалиции в Стамбуле ясно показало, что оппозиция с течением времени становится более раздробленной. В то время как успехи международного сообщества в сплочении оппозиции оказались неблестящими, его роль в самих сирийских событиях остается огромной. Как показал конфликт в Таджикистане, посреднические миссии имеют ключевое значение во время гражданских войн. Они убеждают воюющие стороны соблюдать договоренности о прекращении огня и собирают в основном объективную информацию о происходящем на местах, которую международное сообщество может использовать для вмешательства с целью урегулирования. Однако в Сирии миссии по наблюдению и контролю не были эффективными, послав воюющим сторонам сигнал о том, что у международного сообщества не хватает смелости для обеспечения чреватого неприятностями присутствия на месте конфликта. Например, Лига арабских государств, которая послала небольшую группу наблюдателей в Сирию в начале конфликта, оказавшись неспособной гарантировать их безопасность, держала их, в основном, в защищенных местах, а затем отозвала из страны. Последовавшая за этим посредническая миссия ООН во главе с Кофи Аннаном, которая началась в феврале 2012 г., существенно большего не добилась. Посредник из близких к этой миссии кругов отметил, что на эффективность ее работы сильно давила необходимость продемонстрировать быстрый прогресс. Не будучи в состоянии добиться и обеспечить соблюдение прекращения огня, миссия переключилась на выполнение более частных задач, таких как переговоры о временном прекращении огня в одном из городов для того, чтобы студенты смогли сдать университетские экзамены. Подобного рода минимизация задач оставляла мало шансов для достижения договоренности о прекращении огня или для поддержания такого режима. Данная миссия завершилась в августе 2012 г., и на пути усилий спецпредставителя ООН Лахдара Брахими поправить ситуацию стоят серьезные препятствия. Критиковать Россию за тот тупик, в который зашел вооруженный конфликт в Сирии, столь же соблазнительно, сколь и некорректно. Дипломатия тех государств, которые работают с лагерем оппозиции, не выполнила двух условий, которые необходимы для эффективного посредничества в гражданских войнах: помочь разрозненной оппозиции собраться под общим руководством не только де-юре, но и де-факто, а также подкрепить это присутствием на месте с целью контроля над прекращением огня между враждующими полевыми командирами. Неудивительно, что политики за рубежом не хотят признавать, что сирийская оппозиция остается разобщенной и оторванной от своих сирийских корней. За закрытыми дверями эти политики гораздо более откровенны. Как недавно признал интенсивно работающий над разрешением ситуации в Сирии американский правительственный чиновник, “у оппозиции ничего не продвигается и у нее нет связей с политическими и общественными группами в Сирии.” Путь вперед Все громче звучат голоса тех, кто считает, что Сирия – это новое Сомали, зарождающееся в Средиземноморье. Эти тенденциозные предсказания коллапса сирийского государства, хотя и красочны, но преувеличены. Сирийский конфликт заходит в тупик, так как проправительственные и антиправительственные силы в основном укрепились в географически разделенных и легко обороняемых частях страны. С переходом Эль-Кусайра в руки верных Асаду сил, Дамаск взял под контроль коридор к оплотам проправительственных сил на побережье, что усугубляет тупиковость ситуации. Этот тупик может дать международному сообществу столь важный шанс перезагрузить свою стратегию посредничества. Для этого требуется, однако, выполнение ряда условий, что в сложившейся ситуации маловероятно. Во-первых, это потребовало бы прекращения соперничества в стане поддерживающих оппозицию стран-посредников. Последние должны выработать четкие и скоординированные условия своего взаимодействия с оппозицией. Это означает не решение вопроса о том, поставлять или не поставлять оппозиции оружие, а, скорее, распределение сфер полномочий и обязательств поддерживающих оппозицию стран по отношению друг другу по таким вопросам, как взаимное информирование по поводу контактов и сотрудничества с оппозиционными группами внутри Сирии и за ее пределами. Это могло бы в значительной степени способствовать повышению продуктивности действий международного сообщества по объединению оппозиции и подталкиванию к переговорам представителей находящегося у власти правительства. Это могло бы также заложить основу для создания более сильной и эффективной Контактной группы по Сирии по аналогии с той, которая была создана для урегулирования конфликта в Таджикистане. Однако в процессе подготовки к переговорам, которые должны пройти позже этим летом, политики по-прежнему уделяют слишком много внимания козням России и Ирана вместо того, чтобы сосредоточиться на вопросе о том, как сгладить разногласия между странами, поддерживающими оппозицию. Во-вторых, продуктивным шагом могло бы стать создание новой группы наблюдателей по образцу МНООНТ. Такая группа должна быть подготовлена к решению проблем посредничества и прекращения огня, даже сталкиваясь с угрозами и насилием по отношению к наблюдателям. Однако в последние годы излюбленной практикой стало посылать в зоны конфликтов высокопоставленных представителей, которые десантируются в эти зоны и эвакуируются из них как только ситуация становится небезопасной. Оригинал: George Gavrilis. "The Pitfalls of Competing Mediation: What Tajikistan Teaches Us About Syria". PONARS Eurasia

11 сентября 2013, 18:01

Континентальный Союз — стабильность Евразийского континента

По своему экономическому и геополитическому потенциалу Евразия - ключевой континент планеты. В нем проживает большинство (75%) мирового населения, а также сосредоточена основная масса природных ресурсов. При всей своей значимости, следует признать, что на настоящий момент этот континент является одновременно и самым нестабильным. Около 80% конфликтов в мире происходят именно на евразийских просторах. Эпицентр нестабильности приходится на Ближний Восток. Существуют две основные предпосылки перманентного конфликтогенного состояния на Евразийском пространстве, в особенности на Ближнем Востоке. Во-первых, они связаны с самой природой народов региона: относительно молодое население арабских стран больше подвержено националистическим лозунгам, больше заряжено на борьбу и протест, нежели европейцы, теряющие понятие о национальном государстве. К этому можно прибавить искусственые пост-колониальные границы, сильное влияние реоигиозных течений и экономическую остсталость, усугубляемую нехваткой и неравномерным распределением ресурсов. Помимо местных условий на «благодатную» конфликтогенную среду оседает внешнее воздействие, оказываемое Соединенными Штатами. С целью усиления своего влияния, а также обеспечения интересов ВПК, американского энергетического капитала и банковской элиты Вашингтон систематически дестабилизирует ситуацию на Мировом Острове*. Осуществляется это либо в открытой форме — через военные интервенции — или с помощью использования т.н. «мягкой силы» — путем поддержки оппозиции и подготовки государственных переворотов. В результате американского вмешательства развитие стран Ближнего Востока отнюдь не стало мирным и демократичным. Яркие примеры — Афганистан (после 2001) и Ирак (после 2003), в которых ежедневно происходят террористические акции. Надо отметить, что издержки американской вовлеченности в дела региона отражаются не только на странах-объектах американской геополитики, но и на стабильности остальных государств Евразии. Курдская часть Турции, российский Кавказ и западные провинции Китая не редко становятся целью террористических групп, базирующихся как раз там, куда вмешиваются США. К дестабилизации ведут не только попытки Америки усилить свои позиции в регионе, как это было Афганистане, Ираке и Грузии**, но также и постепенная сдача этих самых позиций. Сегодня, когда американская экономика с каждым днем сдает свои позиции, остается все меньше ресурсов на поддержание своего внешнего влияния. Уменьшение финансово-экономического, и, следовательно, политического контроля в отдельных странах ведет к образованию вакуума силы, который, прежде чем будет заполнен, временно превращается в политический хаос. Подобный сценарий, когда ослабление американского контроля влечет за собой нестабильность, наблюдается в странах «Арабской весны». Правительства, прежде бывшие оплотом безопасности в «подбрюшье» Ближнего Востока и находившиеся в тесных контактах с Вашингтоном, устраняются более прогрессивными, но радикальными по духу исламистскими режимами. Если Бен Али, Мубарак и даже Каддафи позиционировались как борцы с терроризмом, религиозным фанатизмом и самое главное — гаранты мира с Израилем, то внешняя политика новых лидеров непредсказуема. Кроме рисков, исходящих от новых режимов, отрекающихся от американского господства, на безопасности региона негативно может отразиться стремление США вернуть утраченные позиции. Новые руководители арабского мира, не опирающиеся на Вашингтон, могут вынудить его поддерживать альтернативные оппозиционные группы. В результате возникнут новые очаги напряженности. Нечто подобное мы видели в Египте, где смещение Мурси с поста президента привела к массовым беспорядкам, организованным Братьями- мусульманами. Анализируя политику США в «Арабский весне», можно отметить, что истеблишмент смирился с тем, что местные элиты потеряли кредит доверия среди своего населения и посему вынужден отказываться от старых режимов. Для сохранения своего влияния на охваченные революцией страны Белый дом активно содействует оппозиции и стремительно рвет все свои связи с диктаторами. Наиболее трагичный опыт попыток Америки зацепиться за Средиземноморье — гражданские войны в Ливии и Сирии, приведшие к разделению двух государств. В результате первой резко выросла опасность для соседних с Ливией стран — Мали, Нигер и Чада, куда из южноливийских регионов перемещаются исламистские боевики [1]. Сирийская война таит более серьезные последствия, даже если Асад останется у власти. Например, ныне воюющие на стороне режима курды позднее могут потребовать свой пай за вклад в победу режима — предоставление суверенитета сирийскому Курдистану, что вызовет «эффект домино» в соседней Турции и Иране. Учитывая, что иракские курды фактически обладают независимостью после падения С.Хусейна, в будущем не исключается совместная борьба турецких, иракских, иранских и сирийских курдов за создание своего государства. В любом случае, видится, что вмешательство США в дела Ближнего Востока, будь-то с целью поддержки революций или достижения лояльности новых режимов, не благоприятствует безопасности в регионе. Одновременно пассивность континентальных стран в построении эффективной системы безопасности увеличивает риски будущих кризисов, превосходящих по своему размаху отдельные арабские революции. Опасность возрастет до предела, если в конфликт будут затянуты Иран и Турция либо в форме их военного вмешательства в сирийский конфликт, либо же в результате перемещения революционной волны в сами эти республики. Перманентные конфликты на Ближнем Востоке ставят под угрозу не только достижение мира в Евразии, но также и выживание региональных держав в лице Китая, России, Индии и Европы. США, остающиеся главным действующим игроком на Ближнем Востоке, не рискуют так, как континентальные страны. В худшем случае, теряя нити контроля над арабскими странами, Вашингтон поставит под вопрос свое глобальное доминирование. Для России, Китая, ЕС проблема стоит намного острее ввиду их близкого географического положения к актуальным или потенциальным зонам конфликта — речь идет об их территориальной целостности. Существующие механизмы безопасности, напрямую или косвенно касающиеся евразийской безопасности, не способны гарантировать стабильность в регионе по многим причинам. Во-первых, они не охватывают все центры силы Евразии. Например, в СБ ООН Германия и Индия не имеют постоянного представительства, хотя по геополитическому потенциалу — одни из главных действующих акторов***. Во-вторых, по географическому охвату существующие механизмы, как НАТО, ОБСЕ, ЛАГ, ШОС, зачастую ограничиваются отдельными регионами или субрегионами и не служат комплексной платформой для обеспечения безопасности на всем пространтсве Евразии. Чтобы не допустить хаоса на Ближнем Востоке и следовательно на всем континете, центры политического могущества, а именно, Евросоюз, Россия, Китай и Индия, должны предпринять решительные шаги по выстраиванию прочной модели континентальной безопасности, тем более, что последняя отвечает интересам каждого из них. Европейский Союз Сегодня, когда ЕС неуверенно выбирается из экономического кризиса, было бы весьма недальновидно допустить разжигание конфликтов вблизи своих границ. Во-первых, нарушение порядка в странах Средиземноморья обязательно оборачивается ростом нелегальной иммиграции в Евросоюз, рассматривающаяся Брюсселем как одна из главных угроз европейской безопасности [2]. Содержание мигрантов требует выделение дополнительных финансовых ресурсов, которых у ЕС с трудом хватает, чтобы восстановить ситуацию в Греции, Кипре, Испании и Португалии. Во-вторых, нестабильность в ближневосточных государствах негативно сказывается на экономике Европейского союза, все еще зависимого от поставок газа и нефти из Северной Африки и Персидского залива. Несмотря на активную работу в области возобновляемых источников энергии последние еще не могут быть заменой традиционным углеводородам. Любые серьезные сокращения в импорте энергоресурсов грозят дальнейшей рецессией для европейских стран. Кроме экономических издержек беспорядки по периметру границ ЕС ставят крест на европейской геополитике по созданию вокруг Европы «кольца хорошо управляемых государств» [3]. В целом, будущие вооруженные конфликты на границах ЕС негативно скажутся на перспективах европейского проекта. Финансовые проблемы, вызванные перебоем поставок энергии на европейский рынок, поставят под удар будущее валютного и экономического союза. Со своей стороны, нелегальная иммиграция может привести к выходу отдельных стран из Шенгенской зоны, что фактически случилось в Тунисской революции. Тогда Франция временно приостановила свободу передвижения из Италии [4]. Следует отметить, что мнения в Европе по поводу методов достижения безопасности в третьих странах разделяются. Некоторые политики, как С. Берлускони, считали, что антиисламистски настроенные диктаторы — лучшая гарантия стабильности южных границ Европы, и необходимо сохранить режимы Бен Али, Мубарака и др. С другой стороны, Д. Кэмерон и депутаты Европарламента высказываются за полную поддержку повстанцев, даже если это требует применения военной силы со стороны стран-членов. В каждом из этих мнений есть доля истины: Брюсселю нужны стабильные режимы на Ближнем Востоке, которые косвенно обеспечивают безопасность и Евросоюза. Тем не менее, невозможно игнорировать естественные процессы, связанные с пробуждением арабской молодежи, требующей демократических перемен. Так или иначе, первостепенной целью европейской дипломатии должно быть обеспечение мирного политического развития в странах Ближнего Востока. Последнее возможно лишь тогда, когда вопросы мира и войны будут решаться не в штаб-квартире НАТО, а совместно со странами континента во главе с Россией, КНР и Индией. Европе необходимо переосмыслить свою внешнюю политику и обратить более пристальное внимание на Восток. Отношения с Россией и Китаем не должны протекать сугубо в экономическом русле, а должны быть расширены до сотрудничества в сфере безопасности. Активное взаимодействие с континентальными державами не только позволит спокойно продолжить европейскую интеграцию, но и станет дополнительным козырем для освобождения Европы из-под американского военного ига, сохраняющегося на протяжении почти семидесяти лет. Россия Эрозия американского господства открывает возможности для возвращения России на постсоветское пространство, как когда-то закат английского господства позволил восстановить Российскую империю в лице СССР. Как бы мнения не расходились среди российской элиты, надо признать, что, если Россия намерена стать ведущим актором мировой политики, основной целью ее геополитики должно быть пространство СНГ. Но прежде, чем Россия вновь стала настолько сильной, что может игнорировать беспорядки в мире или же обратить их в свою пользу, ей следует серьезно позаботиться о том, чтобы не допустить хаоса на Евразийском континенте. На сегодняшний день Россия, даже будучи второй ядерной державой, не способна в одиночку предотвратить конфликты в своем ближайшем окружении. Совместная с КНР поддержка сирийского режима, конечно демонстрирует удачный пример взаимодействия континентальных держав для сдерживания волны насилия. Однако ясно и то, что пока Европа находится по ту сторону баррикад и нет точек соприкосновения по созданию всеобъемлющей системы безопасности на континенте, тактические взаимодействия не могут в обозримом будущем привести к стабильности. Как для ЕС, стремящегося построить вокруг себя кольцо дружественных государств, для России мир на евразийских просторах благоприятствует реализации ее стратегических интересов — интеграции стран СНГ. Напротив, волнения в арабском мире, а, возможно, в будущем и в Иране могут поставить палку в колеса Евразийского проекта. С падением режима Асада волна беспорядков переместится в Иран, а оттуда — в регионы жизненно важных интересов России — Кавказ («ахиллесову пяту» российского могущества) и Центральную Азию (подбрюшье Сибири). Это было бы не только концом российского влияния на постсоветском пространстве, но поставило бы под угрозу целостность самой многонациональной и многоконфессиональной России. Помимо угроз территориального характера не менее опасны и экономические. Постоянный рост цен на энергоносители вследствие сокращения предложения нефти и газа в мире, подстегивают инфляцию на российском рынке и ослабляют позиции российского рубля. Если ситуация на Ближнем Востоке выйдет из-под контроля и гражданские войны выльются в межгосударственные, то сырьевая российская экономика может серьезно пострадать от неконтролируемой инфляции, не говоря уже о неизбежной массовой иммиграции из юга. Учитывая вышесказанное, находящаяся на пути из Азии в Европу Россия должна взять на себя инициативу по привлечению континентальных держав, в первую очередь, КНР и ЕС, а также Индии, Турции и Ирана в обсуждение и воплощение проекта континентальной коллективной безопасности. Китай Высокие темпы роста экономики — одна из главных целей любого правительства Китая. Обладая огромным населением, КНР должна постоянно поддерживать стабильный рост своей промышленности. Чтобы обеспечивать перетекающее из западных деревень в восточные урбанизированные части население необходимым количеством рабочих мест требуется минимум 6-7% роста ВВП ежегодно. Экономическая мощь Китая таит в себе одновременно и его слабость. Малейшие финансово-экономические трудности способны вылиться в социальный кризис, последствия которого в полуторомиллиардном государстве непредсказуемы. Такой кризис вполне реален, если ситуация на континенте пойдет по конфликтному сценарию. Растущий Китай как ни кто другой заинтересован в безопасности нефте- и газотранспортных артерий, соединяющих китайское восточное побережье с Персидским заливом. Нарушение поставок энергоносителей станет серьезным испытанием на прочность для социально-экономического развития Народной Республики. Экономическая уязвимость дополняется и политическими рисками. Как бы это не скрывалось китайскими СМИ, проблемы, приведшие к революциям в арабских странах (безработица, отсутствие свободы слова, жесткие режимы) не чужды и в КНР. Кроме того, как и в России, в Китае проживают представители нетитульного этноса (уйгуры, тибетцы и др.), жаждущие обрести независимость. В информационную эпоху китайские власти будут вынуждены удовлетворять демократические потребности своего пробуждающегося населения. При этом необходимо будет поставить этот процесс под очень строгий контроль. Рост беспокойства вблизи китайских границ при отсутствии эффективной системы безопасности способен вызвать беспорядки и даже гражданскую войну в самой Поднебесной. Упущение из-под контроля политического развития в соседствующих регионах, откуда волна революций может стихийно перекинуться в западные провинции, было бы недопустимым для государства, рассчитывающего на глобальное лидерство. Индия, Турция и Иран Те же соображения, касающиеся Китая, актуальны и для Индии. Во многом угрозы безопасности двух стран схожи: большая перенаселенность в сочетании с низкими показателями ВВП на душу населения (140-у место в мире!) [5], наличие достаточно пестрого национального и религиозного состава, а также близость к «Мировым Балканам»**** не может не беспокоить индийское руководство. Географическое положение страны таит в себе дополнительную опасность: Индия находится в опасной близости к Пакистану, который потенциально может стать новым пристанищем «Арабской весны». Приход исламистов к власти в Исламабаде может разжечь революционный огонь в населенных мусульманами северо-западных штатах Индии со всеми вытекающими отсюда последствиями для территориальной целостности страны. Ситуация может показаться еще более устрашающей для Дели, если принять во внимание ядерный потенциал Пакистана. Для Ирана и Турции система коллективной безопасности в Евразии необходима ,прежде всего, с точки зрения сохранения территориального единства. После интервенции в Ирак и нынешнего хаоса в Сирии шансы на создание единого Курдистана растут. Если иранское руководство еще хоть как-то осознает это и борется с дестабилизацией в регионе, то Турция только подливает масла в огонь, оказывая военную помощь сирийским повстанцам. Проблема усугубляется и тем, что поддерживая вольнодумство вовне, Эрдоган самыми жесткими средствами подавляет его внутри государства. Такое сочетание внешней и внутренней политики ставит под угрозу безопасность не только Турции, но всего Ближнего Востока. Хотя геополитический потенциал двух региональных государств не сравним с ЕС, Китаем или Россией, положение в сердце «Мировых Балкан» отводит им ключевую роль в обеспечении региональной стабильности. Если безопасность в Евразии зависит от большого квартета — Россия, Китай, Индия и Евросоюз, то ответственность мира на Ближнем Востоке во многом ложится именно на турецкое и иранское правительство. Подводя итоги, надо отметить, что для каждого из перечисленных континентальных сил есть свои выгоды в формировании системы евразийской безопасности. Для Китая и Индии — это залог территориальной целостности и социально-экономической стабильности, для России — необходимое условие возвращения на постсоветское пространство, для ЕС — возможность мирного довершения интеграции. Координированное сотрудничество стран континента в области построения системы безопасности способно удержать регион от будущих потрясений, обостряемых в результате ухода США из Ближнего Востока. Идея союза состоит не в том, чтобы сформировать общее экономическое пространство или таможенный союз между КНР, Россией и Европой, а прежде всего — систему коллективной безопасности для Евразии, базирующуюся на общих принципах и юридически обязательных нормах. Последняя должна стать своего рода Священным Союзом нового времени. Если в 19 веке он гарантировал порядок только Старого Света, то сегодняшняя система будет отвечать за стабильность целого континента. Перефразируя Хаусхофера надо отметить, что мир в Евразии невозможен, пока самые крупные ее народы (европейцы, русские, индусы и китайцы) всячески избегают обсуждение вопросов континентальной безопасности. * Мировой остров — термин, введенный английским геополитиком Х.Маккиндером, обозначающий Евразию. ** Одним из дестабилизирующих последствий укрепления влияния США в Грузии можно считать войну в Южной Осетии 2008 года, развязанную поддерживаемым американцами М. Саакашили. *** Индия — второе население и экономика континента, Германия — сильнейшая экономика Европы и пятая в мире. **** Мировые Балканы — термин З.Бжезинского, обобщающий геграфическое пространство между Палестиной и Синцьзянем (Зап. Китай) с высоким конфликтогенным потенциалом.  Список литературы: 1. Libya Rejects Neighbors’ Claims of Destabilizing Regionю Jakarta Globe. 31.05.2013. (http://www.thejakartaglobe.com/international/libya-rejects-neighbours-claims-of-destabilizing-region/). 2. Bericht uber die Umsetzung der Europaischen Sicherheitsstrategie –Sicherheit schaffen in einer Welt im Wandel –Zusammenfassung. Brussel, den 11. Dezember 2008, S407/08. (http://www.consilium.europa.eu/ueDocs/cms_Data/docs/pressdata/DE/reports/104634.pdf.) 3. Javier Solana. Secure Europe in a better world. EU High Representative for the common foreign and security policy. European Council, Thessaloniki, 20/06/2003. (http://ue.eu.int/ueDocs/cms_Data/docs/pressdata/en/reports/76255.pdf). 4.France blocks Italian trains carrying migrants. BBC News. Europe. 17 April 2011. (http://www.bbc.co.uk/news/world-europe-13109631) 5.International Monetary Fund. Gross domestic product based on purchasing-power-parity (PPP) per capita GDP. (http://www.imf.org/)

02 апреля 2013, 11:37

Поле битвы Восточное Средиземноморье: в воздухе ...

В последние годы споры вокруг ресурсов Южно-Китайского моря давали пищу для журналистов всего мира. Но сегодня другой водоем — Средиземное море — быстро становится у всех на слуху, точно, как его кузен с Востока. Разведочное бурение у берегов Кипра, Египта, Израиля, Ливана, Сирии и Турции обнаружило огромные запасы природного газа. Конкуренция за право использовать найденные ресурсы лишь углубляет существующую напряженность в регионе по поводу суверенитета и морских границ. Без более активного участия других держав, эти разногласия будет очень трудно решить.Израиль настаивает, что именно он является основным бенефициаром щедрот восточного Средиземноморья, главным образом из-за географического распределения последних открытий. В 2009 и 2010 годах американо-израильский консорциум по изучению морского дна обнаружил в районе Хайфы огромные месторождения «Тамар» и «Левиафан», запасы которых в совокупности составляют примерно 26 трлн. кубических футов (TCF) природного газа. Эти открытия оказались очень своевременными. С самого начала «Арабской весны» Израиль страдал от частых перебоев в поставках газа из Египта и от угрозы возможного прекращения контракта вообще, ведь именно эта страна ранее предоставляла 40% объема газа, потребляемого Израилем, по ценам ниже рыночных. Месторождения «Тамар» и «Левиафан» после их разработки могли бы позволить обеспечивать экономику Израиля электричеством в течение следующих 30 лет и даже позволить ему стать нетто-экспортером энергии.Ливан, с которым Израиль до сих пор не провел демаркацию морских границ, заявляет, что часть территории месторождения «Левиафан» площадью 330 квадратных миль принадлежит ему: обе страны уверенны, что это часть их личной зоны экономических интересов. Этот спор наряду с угрозами группировки «Хезболла» атаковать израильские газовые платформы, повышает нагрузку на и без того маломощные военно-морские силы Израиля. До недавнего времени основной стратегической задачей израильского ВМФ было патрулирование береговой линии и поддержание блокады Сектора Газа. Для обеспечения защиты морских буровых установок флотом министр обороны Израиля Эхуд Барак и начальник генерального штаба Бени Ганц утвердили план по закупке четырех новых военных кораблей. Израиль также поработал над расширением политического, военного и экономического сотрудничества с другими заинтересованными в проекте сторонами, в том числе с Кипром.Поскольку Кипр подписал соглашение о морских границах с Израилем еще в 2010 году, то он стал вторым по величине бенефициаром газового бума. Остров лежит на пути возможного экспорта израильского газа на европейские рынки. Кипр также претендует на собственные месторождения газа. Месторождение «Афродита», которое находится рядом с «Левиафаном», может содержать до 7 трлн. кубических футов природного газа, чего достаточно, чтобы удовлетворить внутренние потребности греков-киприотов на десятилетия вперед. Но и это месторождение оспаривается другими субъектами. Самопровозглашенная Турецкая Республика Северного Кипра претендует на совместное владение природными ресурсами острова и выступает против попыток Никосии заключить морские буровые контракты в одностороннем порядке.Как и Северный Кипр с Ливаном, Турция посматривает в сторону израильско-кипрского газового эльдорадо с опасением. Анкара не признает пограничных соглашений Кипра с его соседями и опасается, что турков-киприотов не допустят к дележу будущей прибыли от реализации газа. Турция также считает возможный экспорт газа через Кипр и Грецию угрозой своим позициям в качестве транзитной страны, поставляющей каспийский и центрально-азиатский газ на европейские рынки. Анкара, таким образом, выступает против сотрудничества между Израилем и Кипром и поддерживает Ливан в пограничных спорах с Израилем. Поднимая ставки, Турция запланировала крупные военно-морские учения в регионе, место проведения которых совпадает с буровыми работами греко-киприотских подрядчиков, и уже направила туда свои собственные суда на геологоразведку в спорных водах, намереваясь сверлить от имени турок-киприотов над месторождением «Афродита», которое частично находится в пределах морской экономической зоны Израиля.Все эти телодвижения происходят на фоне продолжающегося ухудшения турецко-израильских отношений, стоит вспомнить лишь атаку израильских коммандос на турецкие корабли с гуманитарной помощью на пути в Газу в мае 2010 года. Это и другие инциденты побудили Турцию выделять больше ресурсов для обеспечения безопасного прохода своих гражданских и торговых судов в восточной части Средиземного моря. Будучи крупнейшей и наиболее боеспособной морской державой в регионе, а Турция может выставить около 200 военных судов, среди которых фрегаты, корветы, подводные лодки, боевые катера, десантные корабли и суда поддержки, ВМФ Турции радостно встретили расширение своей миссии.Два оставшиеся прибрежные государства региона — Египет и Сирия – до сих пор остаются слишком озабоченными своими внутренними проблемами, чтобы внятно ответить на открытие новых газовых месторождений. Египет является вторым по величине африканским производителем газа, с 77 трлн. кубических футов доказанных запасов, 80% которых сосредоточены в дельте Нила и в Средиземном море. В то же время революционные потрясения поставили под вопрос надежность Каира в качестве поставщика, замедлив геологоразведку и выставив на показ целый ряд проблемам в обеспечении безопасности трубопроводов. В Сирии же разведка была практически полностью остановлена в связи с продолжающимся насилием и жесткими международными санкциями. Отсутствие соглашений между Сирией и Кипром о границах исключительных экономических зон не сулит ничего хорошего для стабильности в будущем, особенно, если Башара аль-Асада заменит более дружественный Анкаре режим. Но, в конце концов, Египет и Сирия выйдут из политического кризиса и вновь заявят о себе в регионе.Хотя открытого военно-морского конфликта в Восточном Средиземноморье в ближайшем будущем вряд ли стоит ожидать, все более вероятным сценарием становится череда точечных вспышек насилия на море. Поскольку военно-морские силы государств региона начинают работать в непосредственной близости один от другого и с большей интенсивностью, то даже незначительная авария или провокация может быть ошибочно принята за акт агрессии. Рискованные маневры, такие, как, например, вмешательство в военно-морские учения других государств, тактика «поигрывания мускулами» (когда корабли одного государства заставляют суда другого изменить направление движения или дислокацию), учебные атаки, «глушение» судов условного противника низколетящими самолетами и другие «наезды», скорее всего, станут более распространенными. В условиях постоянного недоверия и в ситуации неопределенности такие провокации легко могут привести к непропорциональному возмездию.Напряженность можно было бы снизить, задействовав несколько простых приемов. С одной стороны, расширение и упорядочение многонациональных военно-морских учений поможет углубить прямые контакты между армиями стран региона и сделать просчет менее вероятным. Тем не менее, такие учения становятся все более редкими. Турция не проводила совместных учений с Израилем с 2009 года, хотя регулярно участвует в мероприятиях с союзниками по НАТО, в том числе с Грецией. Израильский военно-морской флот не участвовал в крупных международных маневрах с 2006 года, за исключением двух крупномасштабных учений с Соединенными Штатами. Крошечные ВМС Ливана, Кипра и Сирии находятся сегодня в еще большей изоляции.Весь регион больше всего выиграет от обновления усилий по устранению фундаментальных политических споров. Конфликт был бы гораздо менее вероятен, если бы Израиль и Ливан урегулировали свои морские границы, если бы греки- и турки-киприоты согласились на распределение газовых доходов и если бы Израиль и Турция достигли соглашения по инцидентам в нейтральных водах. Но окно возможностей для достижения этих сделок сужается. Как только газ из новых месторождений поступит на внутренние и международные рынки (начиная со второй половины 2013 года), Израиль и Кипр обретут инструменты влияния совсем другого уровня. Понимая это, Ливан, Северный Кипр и Турция сегодня будут крайне скептически относиться к попыткам Израиля и Кипра достичь хоть какого-нибудь урегулирования ситуации.В связи со всеми обстоятельствами любые серьезные попытки урегулирования этих конфликтов требуют посредничества и наблюдения со стороны внешних сил. Недавно вновь утвердившаяся на мировой арене Россия, похоже, готова сыграть эту роль, но ее нейтралитет и военная мощь все еще остаются под сомнением. В недрах РФ находится примерно четверть от общемировых разведанных запасов природного газа (около 1 680 триллиона кубических футов), страна обеспечивает 71% импорта газа в Центральной и Восточной Европе. Будущее производство в Восточном Средиземноморье будет слишком маргинальным, чтобы компенсировать доминирующее положением России на этих рынках. Тем не менее, российская государственная газовая монополия Газпром финансово заинтересована в развитии этих месторождений. Газпром активно продвигает свои лицензии на добычу с израильских и кипрских месторождений и готов предоставить помощь в налаживании производства сжиженного природного газа и соответствующей инфраструктуры.Израиль и Кипр видят в России как поставщика технических решений, так и источник потенциальной политической поддержки. Россия неоднократно публично поддерживала право Кипра исследовать шельфовые месторождения в его исключительной экономической зоне. Русский флот в то же время стремится восстановить свое некогда ощутимое местное влияние, на пике которого русские могли похвастаться наличием здесь у них 96 военных кораблей во время Войны Судного дня в 1973 году. Но уже в 1991 году здесь было от 5 до 8 военных кораблей, а во время большей части времени после окончания Холодной войны в Средиземноморье не было ни одного русского корабля. Но уже с 2011 года Россия провела три военно-морских учения в Средиземном море, в масштабах, не виданных со времен СССР. Во время последних в январе 2013 года русским удалось развернуть больше 20 боевых кораблей и подводных лодок от Черноморского, Балтийского и Северного флотов, а также привлечь дальнюю авиацию и команды ПВО. Учения проводились на протяжении более чем в 21 000 морских миль, во время них была проведена проверка устойчивости систем управления во время различных сценариев — от стихийных бедствий и борьбы с терроризмом до противодействия авиаударам и противолодочной войны. Комментируя учения, министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил: «Мы не заинтересованы в дальнейшей дестабилизации Средиземноморского региона, а присутствие нашего флота является безусловным фактором стабильности».Однако, способность России сохранить свое присутствие в восточной части Средиземного моря зависит отчасти от того, чем окончится война в Сирии, а события там разворачиваются явно не в интересах Москвы. Сирия является главным партнером Кремля в регионе, здесь находится единственная российская военная база за пределами бывшего Советского Союза: военно-морская станция логистического обслуживания в Тартусе. Хотя командование ВМФ России надеется сохранить этот объект, оно уже начинает вести себя так, будто режим Асада рухнет. Вместо того, чтобы пытаться защитить объект, ВМФ России, скорее всего, собирается эвакуировать его. В этом случае России станет еще труднее развивать партнерские отношения с Израилем и Кипром, о чем свидетельствуют последние сигналы русских попыток финансового спасения Кипра. Перспектива переброски военно-морской базы на территории эти стран по-прежнему остается весьма призрачной, а присутствие России в регионе, скорее всего, будет ограничено уже в ближайшее время.Будучи союзником и партнером большинства из стран-участниц потенциального восточно-средиземноморского конфликта, роль регионального менеджера по обеспечению безопасности больше всего подошла бы Соединенным Штатам Америки. Тем не менее, на повестке дня возникают новые вопросы по поводу их возможности установить баланс сил в регионе. У США есть три основных интереса в Восточном Средиземноморье: они стремятся поддерживать экономическую и политическую безопасность своих союзников, в их интересах удержать регион интегрированным в глобальные рынки, а также обеспечить здесь безопасность граждан США и работающих на энергетических объектах специалистов. Позиция Вашингтона по поводу местных споров вокруг газовых месторождений очень напоминает позицию Москвы. Соединенные Штаты также поддерживают право Кипра на разведку энергоисточников в нейтральных водах, поощряя при посредничестве ООН переговоры насчет воссоединения острова. Такая позиция, наряду с участием американских фирм в израильских газовых проектах, делает Соединенные Штаты привлекательной альтернативой России для некоторых местных субъектов, нуждающихся во внешнеполитической поддержке. С точки зрения Анкары, однако, все более трудно смотреть на Вашингтон в качестве беспристрастной силы.Что еще более важно, так это то, что реальный стратегический фокус интересов США все еще находится в регионе Персидского залива и Азиатско-Тихоокеанского региона. Во времена Холодной войны и в 1990-х годах Шестой флот США сохранял за собой доминирующее присутствие в Средиземном море, в среднем насчитывая в своем составе четыре подводные лодки, экспедиционный корпус морской пехоты и, как минимум, одну авианосную группу в сопровождении от шести до восьми основных кораблей. Эта сила с тех пор снизилась из-за продолжающихся военных операций в Ираке и Афганистане. Сегодня единственным кораблем, который остается на постоянном боевом дежурстве от Шестого флота, является судно USS Mount Whitney.Соединенные Штаты становятся все более лавирующими в использовании таких инструментов внешней политики, как учебные развертывания и многонациональные учения, оба из которых крайне необходимы для поддержания спокойствия в Восточном Средиземноморье. Учитывая новые национальные приоритеты США и влияние сокращений финансирования Пентагона, возвращение к присутствию в Средиземном море в масштабах времен Холодной войны представляется крайне маловероятным в ближайшем будущем. Соединенные Штаты в противовес России могут попытаться больше полагаться на военно-морские силы европейских государств и таким образом снять с повестки дня потенциальные риски для своих союзников. Такой подход союзнической балансировки, однако, может оказаться недостаточным, поскольку и Франция, и Соединенное Королевство сами ограничены мерами жесткой экономии бюджетных средств и бременем продолжающихся военных операций в Северной Африке и Мали.Поэтому пришло время для новой, «реалистичной» Восточно-Средиземноморской стратегии, которая будет учитывать как мрачные реалии регионального политического тупика, так и беспрецедентные бюджетные и ресурсные ограничения. Такая стратегия должна основываться на трех составляющих: доверии, снижении рисков и экстренном реагировании. Для повышения взаимопонимания, обмена накопленным опытом и подталкивания региональных элит к сотрудничеству друг с другом, Вашингтон должен объединить Восточное Средиземноморье в военном плане, путем запуска на поток военных программ совместного обучения с ВМФ США, взаимодействия на уровне военных учебных заведений и спонсирования неформальной дипломатии усилиями местных аналитических центров, университетов и неправительственного сектора.Плоды от этих усилий в будут основном долгосрочными, поэтому Соединенные Штаты должны также принять незамедлительные меры для повышения эксплуатационной безопасности на море путем создания в Восточном Средиземноморье дата-центров по обмену информацией и горячих линий на случай чрезвычайных ситуаций, похожих на те, которые были предложены для акватории Южно-Китайского моря. Наконец, ВМФ США понадобится план реагирования на кризисы при условии отсутствия крупных сил. Развертывание военных кораблей в непосредственной близости от потенциально возможной ситуации на море будет иметь важное значение для предотвращения дальнейшей эскалации и защиты американского торгового флота. Поскольку усиленное внимание США приковано сегодня к Азии, любые реальные шаги по обеспечению безопасности в средиземноморском регионе потребуют от Соединенных Штатов сделать как можно больше, но с минимальными затратами.Любая из проблем, стоящих перед странами Восточного Средиземноморья – споры вокруг газовых месторождений, нарастание «дипломатии канонерок», арабо-израильский конфликт, статус разделенного Кипра, сирийская гражданская война – все это грозные политические проблемы, затрагивающие фундаментальные национальные интересы всех вовлеченных стран. Более того, еще больше затрудняет достижение стабильности их принципиальная неразделяемость. Как только региональные игроки попытаются окончательно решить любую из этих проблем в условиях устойчивого кругового недоверия, военный конфликт станет еще более распространенным явлением. Будущая стабильность в регионе зависит от того, насколько мощный внешний арбитр сможет навязать свою политическую волю, военную мощь и стратегическое видение, чтобы посеять страх и трепет в душах местных разжигателей напряженности. Ведь даже в эпоху ограниченности ресурсов и спада внешнеполитических амбиций, Соединенные Штаты остаются единственным реальным претендентом на эту миссию.   Юрий Жуков Источник: http://hvylya.org/analytics/geopolitics/pole-bitvyi-vostochnoe-sredizemnomore-v-vozduhe-zapahlo-gazom.html

01 апреля 2013, 11:06

Поле битвы Восточное Средиземноморье: в воздухе запахло газом

В последние годы споры вокруг ресурсов Южно-Китайского моря давали пищу для журналистов всего мира. Но сегодня другой водоем — Средиземное море — быстро становится у всех на слуху, точно, как его кузен с Востока. Разведочное бурение у берегов Кипра, Египта, Израиля, Ливана, Сирии и Турции обнаружило огромные запасы природного газа. Конкуренция за право использовать найденные ресурсы лишь углубляет существующую напряженность в регионе по поводу суверенитета и морских границ. Без более активного участия других держав, эти разногласия будет очень трудно решить.Израиль настаивает, что именно он является основным бенефициаром щедрот восточного Средиземноморья, главным образом из-за географического распределения последних открытий. В 2009 и 2010 годах американо-израильский консорциум по изучению морского дна обнаружил в районе Хайфы огромные месторождения «Тамар» и «Левиафан», запасы которых в совокупности составляют примерно 26 трлн. кубических футов (TCF) природного газа. Эти открытия оказались очень своевременными. С самого начала «Арабской весны» Израиль страдал от частых перебоев в поставках газа из Египта и от угрозы возможного прекращения контракта вообще, ведь именно эта страна ранее предоставляла ​​40% объема газа, потребляемого Израилем, по ценам ниже рыночных. Месторождения «Тамар» и «Левиафан» после их разработки могли бы позволить обеспечивать экономику Израиля электричеством в течение следующих 30 лет и даже позволить ему стать нетто-экспортером энергии.Ливан, с которым Израиль до сих пор не провел демаркацию морских границ, заявляет, что часть территории месторождения «Левиафан» площадью 330 квадратных миль принадлежит ему: обе страны уверенны, что это часть их личной зоны экономических интересов. Этот спор наряду с угрозами группировки «Хезболла» атаковать израильские газовые платформы, повышает нагрузку на и без того маломощные военно-морские силы Израиля. До недавнего времени основной стратегической задачей израильского ВМФ было патрулирование береговой линии и поддержание блокады Сектора Газа. Для обеспечения защиты морских буровых установок флотом министр обороны Израиля Эхуд Барак и начальник генерального штаба Бени Ганц утвердили план по закупке четырех новых военных кораблей. Израиль также поработал над расширением политического, военного и экономического сотрудничества с другими заинтересованными в проекте сторонами, в том числе с Кипром.Поскольку Кипр подписал соглашение о морских границах с Израилем еще в 2010 году, то он стал вторым по величине бенефициаром газового бума. Остров лежит на пути возможного экспорта израильского газа на европейские рынки. Кипр также претендует на собственные месторождения газа. Месторождение «Афродита», которое находится рядом с «Левиафаном», может содержать до 7 трлн. кубических футов природного газа, чего достаточно, чтобы удовлетворить внутренние потребности греков-киприотов на десятилетия вперед. Но и это месторождение оспаривается другими субъектами. Самопровозглашенная Турецкая Республика Северного Кипра претендует на совместное владение природными ресурсами острова и выступает против попыток Никосии заключить морские буровые контракты в одностороннем порядке.Как и Северный Кипр с Ливаном, Турция посматривает в сторону израильско-кипрского газового эльдорадо с опасением. Анкара не признает пограничных соглашений Кипра с его соседями и опасается, что турков-киприотов не допустят к дележу будущей прибыли от реализации газа. Турция также считает возможный экспорт газа через Кипр и Грецию угрозой своим позициям в качестве транзитной страны, поставляющей каспийский и центрально-азиатский газ на европейские рынки. Анкара, таким образом, выступает против сотрудничества между Израилем и Кипром и поддерживает Ливан в пограничных спорах с Израилем. Поднимая ставки, Турция запланировала крупные военно-морские учения в регионе, место проведения которых совпадает с буровыми работами греко-киприотских подрядчиков, и уже направила туда свои собственные суда на геологоразведку в спорных водах, намереваясь сверлить от имени турок-киприотов над месторождением «Афродита», которое частично находится в пределах морской экономической зоны Израиля.Все эти телодвижения происходят на фоне продолжающегося ухудшения турецко-израильских отношений, стоит вспомнить лишь атаку израильских коммандос на турецкие корабли с гуманитарной помощью на пути в Газу в мае 2010 года. Это и другие инциденты побудили Турцию выделять больше ресурсов для обеспечения безопасного прохода своих гражданских и торговых судов в восточной части Средиземного моря. Будучи крупнейшей и наиболее боеспособной морской державой в регионе, а Турция может выставить около 200 военных судов, среди которых фрегаты, корветы, подводные лодки, боевые катера, десантные корабли и суда поддержки, ВМФ Турции радостно встретили расширение своей миссии.Два оставшиеся прибрежные государства региона — Египет и Сирия – до сих пор остаются слишком озабоченными своими внутренними проблемами, чтобы внятно ответить на открытие новых газовых месторождений. Египет является вторым по величине африканским производителем газа, с 77 трлн. кубических футов доказанных запасов, 80% которых сосредоточены в дельте Нила и в Средиземном море. В то же время революционные потрясения поставили под вопрос надежность Каира в качестве поставщика, замедлив геологоразведку и выставив на показ целый ряд проблемам в обеспечении безопасности трубопроводов. В Сирии же разведка была практически полностью остановлена в связи с продолжающимся насилием и жесткими международными санкциями. Отсутствие соглашений между Сирией и Кипром о границах исключительных экономических зон не сулит ничего хорошего для стабильности в будущем, особенно, если Башара аль-Асада заменит более дружественный Анкаре режим. Но, в конце концов, Египет и Сирия выйдут из политического кризиса и вновь заявят о себе в регионе.Хотя открытого военно-морского конфликта в Восточном Средиземноморье в ближайшем будущем вряд ли стоит ожидать, все более вероятным сценарием становится череда точечных вспышек насилия на море. Поскольку военно-морские силы государств региона начинают работать в непосредственной близости один от другого и с большей интенсивностью, то даже незначительная авария или провокация может быть ошибочно принята за акт агрессии. Рискованные маневры, такие, как, например, вмешательство в военно-морские учения других государств, тактика «поигрывания мускулами» (когда корабли одного государства заставляют суда другого изменить направление движения или дислокацию), учебные атаки, «глушение» судов условного противника низколетящими самолетами и другие «наезды», скорее всего, станут более распространенными. В условиях постоянного недоверия и в ситуации неопределенности такие провокации легко могут привести к непропорциональному возмездию.Напряженность можно было бы снизить, задействовав несколько простых приемов. С одной стороны, расширение и упорядочение многонациональных военно-морских учений поможет углубить прямые контакты между армиями стран региона и сделать просчет менее вероятным. Тем не менее, такие учения становятся все более редкими. Турция не проводила совместных учений с Израилем с 2009 года, хотя регулярно участвует в мероприятиях с союзниками по НАТО, в том числе с Грецией. Израильский военно-морской флот не участвовал в крупных международных маневрах с 2006 года, за исключением двух крупномасштабных учений с Соединенными Штатами. Крошечные ВМС Ливана, Кипра и Сирии находятся сегодня в еще большей изоляции.Весь регион больше всего выиграет от обновления усилий по устранению фундаментальных политических споров. Конфликт был бы гораздо менее вероятен, если бы Израиль и Ливан урегулировали свои морские границы, если бы греки- и турки-киприоты согласились на распределение газовых доходов и если бы Израиль и Турция достигли соглашения по инцидентам в нейтральных водах. Но окно возможностей для достижения этих сделок сужается. Как только газ из новых месторождений поступит на внутренние и международные рынки (начиная со второй половины 2013 года), Израиль и Кипр обретут инструменты влияния совсем другого уровня. Понимая это, Ливан, Северный Кипр и Турция сегодня будут крайне скептически относиться к попыткам Израиля и Кипра достичь хоть какого-нибудь урегулирования ситуации.В связи со всеми обстоятельствами любые серьезные попытки урегулирования этих конфликтов требуют посредничества и наблюдения со стороны внешних сил. Недавно вновь утвердившаяся на мировой арене Россия, похоже, готова сыграть эту роль, но ее нейтралитет и военная мощь все еще остаются под сомнением. В недрах РФ находится примерно четверть от общемировых разведанных запасов природного газа (около 1 680 триллиона кубических футов), страна обеспечивает 71% импорта газа в Центральной и Восточной Европе. Будущее производство в Восточном Средиземноморье будет слишком маргинальным, чтобы компенсировать доминирующее положением России на этих рынках. Тем не менее, российская государственная газовая монополия Газпром финансово заинтересована в развитии этих месторождений. Газпром активно продвигает свои лицензии на добычу с израильских и кипрских месторождений и готов предоставить помощь в налаживании производства сжиженного природного газа и соответствующей инфраструктуры.Израиль и Кипр видят в России как поставщика технических решений, так и источник потенциальной политической поддержки. Россия неоднократно публично поддерживала право Кипра исследовать шельфовые месторождения в его исключительной экономической зоне. Русский флот в то же время стремится восстановить свое некогда ощутимое местное влияние, на пике которого русские могли похвастаться наличием здесь у них 96 военных кораблей во время Войны Судного дня в 1973 году. Но уже в 1991 году здесь было от 5 до 8 военных кораблей, а во время большей части времени после окончания Холодной войны в Средиземноморье не было ни одного русского корабля. Но уже с 2011 года Россия провела три военно-морских учения в Средиземном море, в масштабах, не виданных со времен СССР. Во время последних в январе 2013 года русским удалось развернуть больше 20 боевых кораблей и подводных лодок от Черноморского, Балтийского и Северного флотов, а также привлечь дальнюю авиацию и команды ПВО. Учения проводились на протяжении более чем в 21 000 морских миль, во время них была проведена проверка устойчивости систем управления во время различных сценариев — от стихийных бедствий и борьбы с терроризмом до противодействия авиаударам и противолодочной войны. Комментируя учения, министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил: «Мы не заинтересованы в дальнейшей дестабилизации Средиземноморского региона, а присутствие нашего флота является безусловным фактором стабильности».Однако, способность России сохранить свое присутствие в восточной части Средиземного моря зависит отчасти от того, чем окончится война в Сирии, а события там разворачиваются явно не в интересах Москвы. Сирия является главным партнером Кремля в регионе, здесь находится единственная российская военная база за пределами бывшего Советского Союза: военно-морская станция логистического обслуживания в Тартусе. Хотя командование ВМФ России надеется сохранить этот объект, оно уже начинает вести себя так, будто режим Асада рухнет. Вместо того, чтобы пытаться защитить объект, ВМФ России, скорее всего, собирается эвакуировать его. В этом случае России станет еще труднее развивать партнерские отношения с Израилем и Кипром, о чем свидетельствуют последние сигналы русских попыток финансового спасения Кипра. Перспектива переброски военно-морской базы на территории эти стран по-прежнему остается весьма призрачной, а присутствие России в регионе, скорее всего, будет ограничено уже в ближайшее время.Будучи союзником и партнером большинства из стран-участниц потенциального восточно-средиземноморского конфликта, роль регионального менеджера по обеспечению безопасности больше всего подошла бы Соединенным Штатам Америки. Тем не менее, на повестке дня возникают новые вопросы по поводу их возможности установить баланс сил в регионе. У США есть три основных интереса в Восточном Средиземноморье: они стремятся поддерживать экономическую и политическую безопасность своих союзников, в их интересах удержать регион интегрированным в глобальные рынки, а также обеспечить здесь безопасность граждан США и работающих на энергетических объектах специалистов. Позиция Вашингтона по поводу местных споров вокруг газовых месторождений очень напоминает позицию Москвы. Соединенные Штаты также поддерживают право Кипра на разведку энергоисточников в нейтральных водах, поощряя при посредничестве ООН переговоры насчет воссоединения острова. Такая позиция, наряду с участием американских фирм в израильских газовых проектах, делает Соединенные Штаты привлекательной альтернативой России для некоторых местных субъектов, нуждающихся во внешнеполитической поддержке. С точки зрения Анкары, однако, все более трудно смотреть на Вашингтон в качестве беспристрастной силы.Что еще более важно, так это то, что реальный стратегический фокус интересов США все еще находится в регионе Персидского залива и Азиатско-Тихоокеанского региона. Во времена Холодной войны и в 1990-х годах Шестой флот США сохранял за собой доминирующее присутствие в Средиземном море, в среднем насчитывая в своем составе четыре подводные лодки, экспедиционный корпус морской пехоты и, как минимум, одну авианосную группу в сопровождении от шести до восьми основных кораблей. Эта сила с тех пор снизилась из-за продолжающихся военных операций в Ираке и Афганистане. Сегодня единственным кораблем, который остается на постоянном боевом дежурстве от Шестого флота, является судно USS Mount Whitney.Соединенные Штаты становятся все более лавирующими в использовании таких инструментов внешней политики, как учебные развертывания и многонациональные учения, оба из которых крайне необходимы для поддержания спокойствия в Восточном Средиземноморье. Учитывая новые национальные приоритеты США и влияние сокращений финансирования Пентагона, возвращение к присутствию в Средиземном море в масштабах времен Холодной войны представляется крайне маловероятным в ближайшем будущем. Соединенные Штаты в противовес России могут попытаться больше полагаться на военно-морские силы европейских государств и таким образом снять с повестки дня потенциальные риски для своих союзников. Такой подход союзнической балансировки, однако, может оказаться недостаточным, поскольку и Франция, и Соединенное Королевство сами ограничены мерами жесткой экономии бюджетных средств и бременем продолжающихся военных операций в Северной Африке и Мали.Поэтому пришло время для новой, «реалистичной» Восточно-Средиземноморской стратегии, которая будет учитывать как мрачные реалии регионального политического тупика, так и беспрецедентные бюджетные и ресурсные ограничения. Такая стратегия должна основываться на трех составляющих: доверии, снижении рисков и экстренном реагировании. Для повышения взаимопонимания, обмена накопленным опытом и подталкивания региональных элит к сотрудничеству друг с другом, Вашингтон должен объединить Восточное Средиземноморье в военном плане, путем запуска на поток военных программ совместного обучения с ВМФ США, взаимодействия на уровне военных учебных заведений и спонсирования неформальной дипломатии усилиями местных аналитических центров, университетов и неправительственного сектора.Плоды от этих усилий в будут основном долгосрочными, поэтому Соединенные Штаты должны также принять незамедлительные меры для повышения эксплуатационной безопасности на море путем создания в Восточном Средиземноморье дата-центров по обмену информацией и горячих линий на случай чрезвычайных ситуаций, похожих на те, которые были предложены для акватории Южно-Китайского моря. Наконец, ВМФ США понадобится план реагирования на кризисы при условии отсутствия крупных сил. Развертывание военных кораблей в непосредственной близости от потенциально возможной ситуации на море будет иметь важное значение для предотвращения дальнейшей эскалации и защиты американского торгового флота. Поскольку усиленное внимание США приковано сегодня к Азии, любые реальные шаги по обеспечению безопасности в средиземноморском регионе потребуют от Соединенных Штатов сделать как можно больше, но с минимальными затратами.Любая из проблем, стоящих перед странами Восточного Средиземноморья – споры вокруг газовых месторождений, нарастание «дипломатии канонерок», арабо-израильский конфликт, статус разделенного Кипра, сирийская гражданская война – все это грозные политические проблемы, затрагивающие фундаментальные национальные интересы всех вовлеченных стран. Более того, еще больше затрудняет достижение стабильности их принципиальная неразделяемость. Как только региональные игроки попытаются окончательно решить любую из этих проблем в условиях устойчивого кругового недоверия, военный конфликт станет еще более распространенным явлением. Будущая стабильность в регионе зависит от того, насколько мощный внешний арбитр сможет навязать свою политическую волю, военную мощь и стратегическое видение, чтобы посеять страх и трепет в душах местных разжигателей напряженности. Ведь даже в эпоху ограниченности ресурсов и спада внешнеполитических амбиций, Соединенные Штаты остаются единственным реальным претендентом на эту миссию.источник: Foreign Affairs,

28 марта 2013, 11:00

Поле битвы Восточное Средиземноморье: в воздухе запахло газом

Поле битвы Восточное Средиземноморье: в воздухе запахло газом Юрий Жуков, «Foreign Affairs» В последние годы споры вокруг ресурсов Южно-Китайского моря давали пищу для журналистов всего мира. Но сегодня другой водоем — Средиземное море — быстро становится у всех на слуху, точно, как его кузен с Востока. Разведочное бурение у берегов Кипра, Египта, Израиля, Ливана, Сирии и Турции обнаружило огромные запасы природного газа. Конкуренция за право использовать найденные ресурсы лишь углубляет существующую напряженность в регионе по поводу суверенитета и морских границ. Без более активного участия других держав, эти разногласия будет очень трудно решить. Израиль настаивает, что именно он является основным бенефициаром щедрот восточного Средиземноморья, главным образом из-за географического распределения последних открытий. В 2009 и 2010 годах американо-израильский консорциум по изучению морского дна обнаружил в районе Хайфы огромные месторождения «Тамар» и «Левиафан», запасы которых в совокупности составляют примерно 26 трлн. кубических футов (TCF) природного газа. Эти открытия оказались очень своевременными. С самого начала «Арабской весны» Израиль страдал от частых перебоев в поставках газа из Египта и от угрозы возможного прекращения контракта вообще, ведь именно эта страна ранее предоставляла 40% объема газа, потребляемого Израилем, по ценам ниже рыночных. Месторождения «Тамар» и «Левиафан» после их разработки могли бы позволить обеспечивать экономику Израиля электричеством в течение следующих 30 лет и даже позволить ему стать нетто-экспортером энергии. Ливан, с которым Израиль до сих пор не провел демаркацию морских границ, заявляет, что часть территории месторождения «Левиафан» площадью 330 квадратных миль принадлежит ему: обе страны уверенны, что это часть их личной зоны экономических интересов. Этот спор наряду с угрозами группировки «Хезболла» атаковать израильские газовые платформы, повышает нагрузку на и без того маломощные военно-морские силы Израиля. До недавнего времени основной стратегической задачей израильского ВМФ было патрулирование береговой линии и поддержание блокады Сектора Газа. Для обеспечения защиты морских буровых установок флотом министр обороны Израиля Эхуд Барак и начальник генерального штаба Бени Ганц утвердили план по закупке четырех новых военных кораблей. Израиль также поработал над расширением политического, военного и экономического сотрудничества с другими заинтересованными в проекте сторонами, в том числе с Кипром. Поскольку Кипр подписал соглашение о морских границах с Израилем еще в 2010 году, то он стал вторым по величине бенефициаром газового бума. Остров лежит на пути возможного экспорта израильского газа на европейские рынки. Кипр также претендует на собственные месторождения газа. Месторождение «Афродита», которое находится рядом с «Левиафаном», может содержать до 7 трлн. кубических футов природного газа, чего достаточно, чтобы удовлетворить внутренние потребности греков-киприотов на десятилетия вперед. Но и это месторождение оспаривается другими субъектами. Самопровозглашенная Турецкая Республика Северного Кипра претендует на совместное владение природными ресурсами острова и выступает против попыток Никосии заключить морские буровые контракты в одностороннем порядке. Как и Северный Кипр с Ливаном, Турция посматривает в сторону израильско-кипрского газового эльдорадо с опасением. Анкара не признает пограничных соглашений Кипра с его соседями и опасается, что турков-киприотов не допустят к дележу будущей прибыли от реализации газа. Турция также считает возможный экспорт газа через Кипр и Грецию угрозой своим позициям в качестве транзитной страны, поставляющей каспийский и центрально-азиатский газ на европейские рынки. Анкара, таким образом, выступает против сотрудничества между Израилем и Кипром и поддерживает Ливан в пограничных спорах с Израилем. Поднимая ставки, Турция запланировала крупные военно-морские учения в регионе, место проведения которых совпадает с буровыми работами греко-киприотских подрядчиков, и уже направила туда свои собственные суда на геологоразведку в спорных водах, намереваясь сверлить от имени турок-киприотов над месторождением «Афродита», которое частично находится в пределах морской экономической зоны Израиля. Все эти телодвижения происходят на фоне продолжающегося ухудшения турецко-израильских отношений, стоит вспомнить лишь атаку израильских коммандос на турецкие корабли с гуманитарной помощью на пути в Газу в мае 2010 года. Это и другие инциденты побудили Турцию выделять больше ресурсов для обеспечения безопасного прохода своих гражданских и торговых судов в восточной части Средиземного моря. Будучи крупнейшей и наиболее боеспособной морской державой в регионе, а Турция может выставить около 200 военных судов, среди которых фрегаты, корветы, подводные лодки, боевые катера, десантные корабли и суда поддержки, ВМФ Турции радостно встретили расширение своей миссии. Два оставшиеся прибрежные государства региона — Египет и Сирия – до сих пор остаются слишком озабоченными своими внутренними проблемами, чтобы внятно ответить на открытие новых газовых месторождений. Египет является вторым по величине африканским производителем газа, с 77 трлн. кубических футов доказанных запасов, 80% которых сосредоточены в дельте Нила и в Средиземном море. В то же время революционные потрясения поставили под вопрос надежность Каира в качестве поставщика, замедлив геологоразведку и выставив на показ целый ряд проблемам в обеспечении безопасности трубопроводов. В Сирии же разведка была практически полностью остановлена в связи с продолжающимся насилием и жесткими международными санкциями. Отсутствие соглашений между Сирией и Кипром о границах исключительных экономических зон не сулит ничего хорошего для стабильности в будущем, особенно, если Башара аль-Асада заменит более дружественный Анкаре режим. Но, в конце концов, Египет и Сирия выйдут из политического кризиса и вновь заявят о себе в регионе. Хотя открытого военно-морского конфликта в Восточном Средиземноморье в ближайшем будущем вряд ли стоит ожидать, все более вероятным сценарием становится череда точечных вспышек насилия на море. Поскольку военно-морские силы государств региона начинают работать в непосредственной близости один от другого и с большей интенсивностью, то даже незначительная авария или провокация может быть ошибочно принята за акт агрессии. Рискованные маневры, такие, как, например, вмешательство в военно-морские учения других государств, тактика «поигрывания мускулами» (когда корабли одного государства заставляют суда другого изменить направление движения или дислокацию), учебные атаки, «глушение» судов условного противника низколетящими самолетами и другие «наезды», скорее всего, станут более распространенными. В условиях постоянного недоверия и в ситуации неопределенности такие провокации легко могут привести к непропорциональному возмездию. Напряженность можно было бы снизить, задействовав несколько простых приемов. С одной стороны, расширение и упорядочение многонациональных военно-морских учений поможет углубить прямые контакты между армиями стран региона и сделать просчет менее вероятным. Тем не менее, такие учения становятся все более редкими. Турция не проводила совместных учений с Израилем с 2009 года, хотя регулярно участвует в мероприятиях с союзниками по НАТО, в том числе с Грецией. Израильский военно-морской флот не участвовал в крупных международных маневрах с 2006 года, за исключением двух крупномасштабных учений с Соединенными Штатами. Крошечные ВМС Ливана, Кипра и Сирии находятся сегодня в еще большей изоляции. Весь регион больше всего выиграет от обновления усилий по устранению фундаментальных политических споров. Конфликт был бы гораздо менее вероятен, если бы Израиль и Ливан урегулировали свои морские границы, если бы греки- и турки-киприоты согласились на распределение газовых доходов и если бы Израиль и Турция достигли соглашения по инцидентам в нейтральных водах. Но окно возможностей для достижения этих сделок сужается. Как только газ из новых месторождений поступит на внутренние и международные рынки (начиная со второй половины 2013 года), Израиль и Кипр обретут инструменты влияния совсем другого уровня. Понимая это, Ливан, Северный Кипр и Турция сегодня будут крайне скептически относиться к попыткам Израиля и Кипра достичь хоть какого-нибудь урегулирования ситуации. В связи со всеми обстоятельствами любые серьезные попытки урегулирования этих конфликтов требуют посредничества и наблюдения со стороны внешних сил. Недавно вновь утвердившаяся на мировой арене Россия, похоже, готова сыграть эту роль, но ее нейтралитет и военная мощь все еще остаются под сомнением. В недрах РФ находится примерно четверть от общемировых разведанных запасов природного газа (около 1 680 триллиона кубических футов), страна обеспечивает 71% импорта газа в Центральной и Восточной Европе. Будущее производство в Восточном Средиземноморье будет слишком маргинальным, чтобы компенсировать доминирующее положением России на этих рынках. Тем не менее, российская государственная газовая монополия Газпром финансово заинтересована в развитии этих месторождений. Газпром активно продвигает свои лицензии на добычу с израильских и кипрских месторождений и готов предоставить помощь в налаживании производства сжиженного природного газа и соответствующей инфраструктуры. Израиль и Кипр видят в России как поставщика технических решений, так и источник потенциальной политической поддержки. Россия неоднократно публично поддерживала право Кипра исследовать шельфовые месторождения в его исключительной экономической зоне. Русский флот в то же время стремится восстановить свое некогда ощутимое местное влияние, на пике которого русские могли похвастаться наличием здесь у них 96 военных кораблей во время Войны Судного дня в 1973 году. Но уже в 1991 году здесь было от 5 до 8 военных кораблей, а во время большей части времени после окончания Холодной войны в Средиземноморье не было ни одного русского корабля. Но уже с 2011 года Россия провела три военно-морских учения в Средиземном море, в масштабах, не виданных со времен СССР. Во время последних в январе 2013 года русским удалось развернуть больше 20 боевых кораблей и подводных лодок от Черноморского, Балтийского и Северного флотов, а также привлечь дальнюю авиацию и команды ПВО. Учения проводились на протяжении более чем в 21 000 морских миль, во время них была проведена проверка устойчивости систем управления во время различных сценариев — от стихийных бедствий и борьбы с терроризмом до противодействия авиаударам и противолодочной войны. Комментируя учения, министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил: «Мы не заинтересованы в дальнейшей дестабилизации Средиземноморского региона, а присутствие нашего флота является безусловным фактором стабильности». Однако, способность России сохранить свое присутствие в восточной части Средиземного моря зависит отчасти от того, чем окончится война в Сирии, а события там разворачиваются явно не в интересах Москвы. Сирия является главным партнером Кремля в регионе, здесь находится единственная российская военная база за пределами бывшего Советского Союза: военно-морская станция логистического обслуживания в Тартусе. Хотя командование ВМФ России надеется сохранить этот объект, оно уже начинает вести себя так, будто режим Асада рухнет. Вместо того, чтобы пытаться защитить объект, ВМФ России, скорее всего, собирается эвакуировать его. В этом случае России станет еще труднее развивать партнерские отношения с Израилем и Кипром, о чем свидетельствуют последние сигналы русских попыток финансового спасения Кипра. Перспектива переброски военно-морской базы на территории эти стран по-прежнему остается весьма призрачной, а присутствие России в регионе, скорее всего, будет ограничено уже в ближайшее время. Будучи союзником и партнером большинства из стран-участниц потенциального восточно-средиземноморского конфликта, роль регионального менеджера по обеспечению безопасности больше всего подошла бы Соединенным Штатам Америки. Тем не менее, на повестке дня возникают новые вопросы по поводу их возможности установить баланс сил в регионе. У США есть три основных интереса в Восточном Средиземноморье: они стремятся поддерживать экономическую и политическую безопасность своих союзников, в их интересах удержать регион интегрированным в глобальные рынки, а также обеспечить здесь безопасность граждан США и работающих на энергетических объектах специалистов. Позиция Вашингтона по поводу местных споров вокруг газовых месторождений очень напоминает позицию Москвы. Соединенные Штаты также поддерживают право Кипра на разведку энергоисточников в нейтральных водах, поощряя при посредничестве ООН переговоры насчет воссоединения острова. Такая позиция, наряду с участием американских фирм в израильских газовых проектах, делает Соединенные Штаты привлекательной альтернативой России для некоторых местных субъектов, нуждающихся во внешнеполитической поддержке. С точки зрения Анкары, однако, все более трудно смотреть на Вашингтон в качестве беспристрастной силы. Что еще более важно, так это то, что реальный стратегический фокус интересов США все еще находится в регионе Персидского залива и Азиатско-Тихоокеанского региона. Во времена Холодной войны и в 1990-х годах Шестой флот США сохранял за собой доминирующее присутствие в Средиземном море, в среднем насчитывая в своем составе четыре подводные лодки, экспедиционный корпус морской пехоты и, как минимум, одну авианосную группу в сопровождении от шести до восьми основных кораблей. Эта сила с тех пор снизилась из-за продолжающихся военных операций в Ираке и Афганистане. Сегодня единственным кораблем, который остается на постоянном боевом дежурстве от Шестого флота, является судно USS Mount Whitney. Соединенные Штаты становятся все более лавирующими в использовании таких инструментов внешней политики, как учебные развертывания и многонациональные учения, оба из которых крайне необходимы для поддержания спокойствия в Восточном Средиземноморье. Учитывая новые национальные приоритеты США и влияние сокращений финансирования Пентагона, возвращение к присутствию в Средиземном море в масштабах времен Холодной войны представляется крайне маловероятным в ближайшем будущем. Соединенные Штаты в противовес России могут попытаться больше полагаться на военно-морские силы европейских государств и таким образом снять с повестки дня потенциальные риски для своих союзников. Такой подход союзнической балансировки, однако, может оказаться недостаточным, поскольку и Франция, и Соединенное Королевство сами ограничены мерами жесткой экономии бюджетных средств и бременем продолжающихся военных операций в Северной Африке и Мали. Поэтому пришло время для новой, «реалистичной» Восточно-Средиземноморской стратегии, которая будет учитывать как мрачные реалии регионального политического тупика, так и беспрецедентные бюджетные и ресурсные ограничения. Такая стратегия должна основываться на трех составляющих: доверии, снижении рисков и экстренном реагировании. Для повышения взаимопонимания, обмена накопленным опытом и подталкивания региональных элит к сотрудничеству друг с другом, Вашингтон должен объединить Восточное Средиземноморье в военном плане, путем запуска на поток военных программ совместного обучения с ВМФ США, взаимодействия на уровне военных учебных заведений и спонсирования неформальной дипломатии усилиями местных аналитических центров, университетов и неправительственного сектора. Плоды от этих усилий в будут основном долгосрочными, поэтому Соединенные Штаты должны также принять незамедлительные меры для повышения эксплуатационной безопасности на море путем создания в Восточном Средиземноморье дата-центров по обмену информацией и горячих линий на случай чрезвычайных ситуаций, похожих на те, которые были предложены для акватории Южно-Китайского моря. Наконец, ВМФ США понадобится план реагирования на кризисы при условии отсутствия крупных сил. Развертывание военных кораблей в непосредственной близости от потенциально возможной ситуации на море будет иметь важное значение для предотвращения дальнейшей эскалации и защиты американского торгового флота. Поскольку усиленное внимание США приковано сегодня к Азии, любые реальные шаги по обеспечению безопасности в средиземноморском регионе потребуют от Соединенных Штатов сделать как можно больше, но с минимальными затратами. Любая из проблем, стоящих перед странами Восточного Средиземноморья – споры вокруг газовых месторождений, нарастание «дипломатии канонерок», арабо-израильский конфликт, статус разделенного Кипра, сирийская гражданская война – все это грозные политические проблемы, затрагивающие фундаментальные национальные интересы всех вовлеченных стран. Более того, еще больше затрудняет достижение стабильности их принципиальная неразделяемость. Как только региональные игроки попытаются окончательно решить любую из этих проблем в условиях устойчивого кругового недоверия, военный конфликт станет еще более распространенным явлением. Будущая стабильность в регионе зависит от того, насколько мощный внешний арбитр сможет навязать свою политическую волю, военную мощь и стратегическое видение, чтобы посеять страх и трепет в душах местных разжигателей напряженности. Ведь даже в эпоху ограниченности ресурсов и спада внешнеполитических амбиций, Соединенные Штаты остаются единственным реальным претендентом на эту миссию. ИСТОЧНИК: Foreign Affairs, перевод «ХВИЛЯ»

22 марта 2013, 15:46

Об империализме и империалистической пирамиде

Статья для теоретического и политического журнала “El Machete” КП Мексики Алека Папарига Генеральный секретарь ЦК Компартии Греции С 11 по 14 апреля 2013 состоится 19ый съезд Коммунистической партии Греции, основной задачей которого, помимо рассмотрения отчета о деятельности партии и определения задач на период до следующего 20го съезда, является разработка Программы партии и ее Устава. Одним из вопросов, поднимаемых оппортунизмом против партии, является наша оценка (которая, конечно, не является новой, т.к. как она указана и в текущей программе, разработанной на 15ом съезде, в 1996г.), что греческий капитализм находится в своей империалистической стадии развития, в промежуточном положении в международной империалистической системе, и имеет сильную зависимость от США и ЕС. Они ополчаются против позиции, что защита границ, суверенных прав Греции, с точки зрения рабочего класса и народных слоев, является неотъемлемой частью борьбы за свержение власти капитала. Греческий народ не должен защищать военные планы того или иного империалистического полюса, прибыльность той или иной группы монополистов. Коммунистическая партия Греции имеет богатый опыт, абсолютно подтверждающий ленинское положение о связи, существующей между империализмом - как высшей стадии капитализма - и оппортунизмом в рабочем движении. Этот вопрос, конечно, касается не только Греции, но и всех капиталистических стран. Не случайно, что экономической сутью империализма является монополия с ее чертами, которые недооценены или игнорируются даже коммунистическими партиями, перешедшими на позиции оппортунизма до, и особенно после победы контрреволюции в социалистических странах. Оппортунистическая концепция об империализме и отрицание существования международной империалистической системы (империалистической пирамиды) Термин «империализм» стал очень модным в последнее время. В Европе и в Греции его стали использовать силы, которые в предыдущие годы не делали это так часто или с такой легкостью. Проблема состоит в том, что они представляют империализм как нечто иное и отличное от капитализма, как политическую концепцию, оторванную от экономической базы. Такой тезис поддерживал настоятельно отец оппортунизма – Каутский. Оппортунизм, в частности, показывает что не в состоянии модернизироваться, повторяет Каутского, в буквальном смысле умышленно погружается в антинаучные аргументы, подходя к вопросу поверхностно, не вникая в суть вопроса. Ему не выгодно и, следовательно, он не может увидеть всю картину мирового капиталистического хозяйства, его международных взаимных отношений. Тот, кто не хочет понять экономическую сущность империализма и на этой основе рассмотреть идеологическую и политическую надстройку, в конечном счете, оправдывает, поддерживает его, распространяет иллюзии среди рабочих, народных масс, что есть хороший и плохой капитализм, хороший и неэффективный способ буржуазного правления. В конце концов, оппортунизм является сторонником капиталистического общества, но без «крайностей», называет «крайностями» законы капиталистической экономики и их последствия. Он скрывает от народов классовую сущность войны, которую он осуждает с моральной точки зрения в связи с ее трагическими последствиями, культивирует иллюзии, что капитализм сможет сохранить мир, если будут установлены принципы равенства и свободы, политические договоренности между воюющими капиталистическими странами, если будут установлены правила в межкапиталистической конкуренции. Оппортунизм, реформизм с видом новатора повторяет самую старую, устаревшую концепцию, что империализм отождествляется с военным нападением на другую страну, с политикой военной интервенции, блокады, с попыткой возродить старую колониальную политику. В Европе для оппортунистов империализм отождествляется с Германией и, как они говорят, с догматическим авторитарно-либеральным правлением. Политика США при президентстве Обамы является для них прогрессивной, в связи с тем, что существуют некоторые различия в управлении кризисом по сравнению с конкурирующей Германией. США считается империалистической страной только по отношению к Латинской Америке. Прогрессивной считается любая попытка буржуазного класса, например Франции, Италии, конкурировать с немецким капитализмом. Основная позиция оппортунизма в Греции состоит в том что страна находится под немецкой оккупацией, превращается или уже превратилась в колонию атамана разбойников – г. Меркель и кредиторов. Главным противником, кроме самой Германии, ими была провозглашена тройка из представителей ЕС, Европейского центрального банка и Международного валютного фонда, которая контролирует и вмешивается в управление внешним и внутренним долгом, бюджетным дефицитом. Они предъявляют обвинение буржуазному классу страны и правительственным партиям в предательстве, антипатриотизме, в подчинении, раболепстве перед Германией, кредиторами или банкирами. Они критикуют КПГ за ее оценку положения греческого капитализма в международной империалистической системе, которую они не признают и считают, что Греция является страной, оккупированной в основном Германией, называя режим неоколониальным. Они произвольно трактуют фразу В. И. Ленина в его известной работе «Империализм как высшая стадия капитализма», что одна горстка, очень небольшое число государств грабит подавляющее большинство государств в мире. Значит, империализм отождествляется с очень небольшим числом стран, которые можно пересчитать по пальцам одной руки, а все остальные являются подчиненными, угнетенными, колониями, оккупированными вследствие подчинения либеральной концепции. И сегодня стран, находящихся на вершине, в первых рядах международной империалистической системы (представленной в форме пирамиды, чтобы иллюстрировать различные ступени, которые занимают капиталистические страны) мало, даже можно сказать, используя ленинское выражение, их всего лишь горстка. Но это не означает, что все другие капиталистические страны являются жертвами сильных капиталистических государств, что буржуазия в большинстве стран поддалась давлению, несмотря на ее общий интерес, что она развращена. Это не означает, что борьба народов должна иметь анти-немецкое направление в Европе, а в Америке быть направленной только против США. Не случайно, что оппортунисты в Греции в качестве положительного примера преодоления кризиса приводят Бразилию и Аргентину, восхваляют политику Обамы. Их настойчивое утверждение, что нет империалистической пирамиды, т.е. нет международной империалистической системы, (а есть только очень небольшое число стран, которые могут быть классифицированы как империалистические, в основном за счет их господствующего положения и возможности принимать решения о развязываниилокальной и мировой войны), не является случайным или результатом ошибочного мнения, а сознательным. Отсюда – демонстрация их готовности взять на себя ответственность за формирование правительств буржуазного управления кризисом. Самое главное, утверждая, что существует стадия между капитализмом и социализмом, они преследуют четкую цель, с одной стороны, обеспечить отказ рабочего класса от борьбы за рабочую власть, а, с другой, обещают, что в далеком и неопределенном будущем капитализм, путем реформ превратится мирно и без жертв в социализм, в их «социализм», который предполагает сосуществование капиталистической собственности наряду с некоторыми формами самоуправления. Мы отмечаем, что когда они говорят о независимой и достойной Греции, которая сопротивляется г-же Меркель, то имеют в виду, что страна должна оставаться членом ЕС, между тем надеются на самороспуск НАТО и тем самым на освобождение от зависимости и военно-политических обязательств, которые он налагает. Они утверждают, что Греция, являясь членом ЕС и НАТО, может обращаться за займами, кредитами, инвестициями к другим странам, таким как США, Россия, Китай, между тем считают, что правительства Бразилии и Аргентины достигли освобождения своих народов от МВФ. Как будто инвестиции этих государств не нацелены на обеспечение максимально возможной прибыли и эксплуатацию дешевой рабочей силы, на длительное использование внутренних ресурсов и сырья до их истощения. Они даже не стесняются утверждать, что капиталистическая реставрация в социалистических странах отменила холодную войну, и что мир стал лучше, потому что он стал многополярным, т. е. имеет много центров и новых сил. Тем не менее, они “забывают” то, что эти новые "центры" и "силы", основаны на развитии капиталистических производственных отношений, на господстве монополий в экономике, и что мы имеем дело с новыми восходящими империалистическими силами. В заключение, мир не стал лучше, не стал более обнадеживающим, после того как перестало существовать противоборство между империализмом и социализмом, как утверждают апологеты капитализма. Оппортунизм оправдывает свою деградацию, произвольно трактуя цитаты Маркса и Ленина. Существование и деятельность Коммунистической партии Греции, а главное авантюрная тактика представляться заменой коммунистического движения, приводит их к использованию отрывочных фраз Ленина и даже Маркса и Энгельса, чтобы обвинять нашу партию в отказе от научного социализма. Сегодня важно помнить некоторые ключевые моменты ленинской концепции империализма, которые были подтверждены, а также выделить те события, которые ускоряются и требуют еще больше, чем раньше, отождествить антиимпериалистическую борьбу с антикапиталистической. Ответ капитализму – это не возвращение в период капитализма свободной конкуренции, разрозненных капиталистических предприятий, которое, в частности, не представляется возможным. Ответ капитализму – это необходимость и актуальность социализма, готовность в условиях революционной ситуации. Готовность, которая, конечно, не может примириться с оппортунизмом в ежедневной борьбе. Даже если мы представим невозможное, что возможен возврат к капитализму свободной конкуренции, то он неизбежно приведет снова к рождению монополии. Крупный размер предприятий несет в себе тенденцию к монополии. Уже Маркс разъяснил, что свободная конкуренция порождает монополию. История показывает, что монополия как результат концентрации капитала, как основной закон современной стадии развития капитализма, является общей тенденцией во всем мире и может сосуществовать рядом с докапиталистическими формами хозяйства и собственности. Экономический кризис ускорил в конце 19-го века создание монополий, как и все циклические экономические кризисы ускорили концентрацию и централизацию и появление мощных монополий, конкурирующих на более высоком уровне. Появление монополий и их рост, расширение и внедрение не происходит одновременно, в одно и то же время во всех странах, пусть даже в соседних, но уж точно происходит одним и тем же способом. Вывоз капитала преобладает над вывозом товаров. Появление и укрепление монополий, даже если они ограничены определенными отраслями на национальном уровне, в конечном итоге вызывает полную анархию капиталистического производства, основной чертой которого в 20ом веке и по сей день является несоответствие между развитием промышленности и сельскохозяйственного производства, несоответствие между ростом разных отраслей промышленности. Несоответствие затрагивает не только отрасли производства, но и проявляется при внедрении и использовании технологий. Политика ограбления, аннексии, превращения государств в протектораты, политика расчленения стран – это не результат политической безнравственности со стороны мощного империалиста, даже не вопрос трусости и подчинения буржуазии страны, которая попадает под зависимость, а это вопрос вывоза капиталов и присущей капитализму неравномерности на национальном и международном уровне. Греция является одним из характерных примеров, который, безусловно, имеет универсальное значение, потому что это явление не греческое. Наша страна обладает значительными производительными возможностями, но они были развиты выборочно в ходе капиталистического развития, в то время как вступление страны в ЕС и в целом ее связь с мировым капиталистическим рынком привели к еще более ограничительному использованию внутренних источников. Вкратце отметим, что Греция имеет значительные внутренние источники энергии, ценные минеральные ресурсы, промышленное, ремесленное и сельскохозяйственное производство. т.е. источники, которые способны удовлетворить большую часть народных потребностей, обеспечить продуктами питания и электроэнергией, транспортом, объектами общественной инфраструктуры и доступным жильем для народа. Сельскохозяйственное производство может поддержать промышленность в различных отраслях. Однако Греция, не только в результате кризиса, но и в связи со всеобщим процессом включения в империалистическую пирамиду, еще больше деградирует, зависит от импорта, в то время как греческие продукты остаются непроданными и закапываются в землю. Это характерная черта, показывающая последствия капиталистической собственности и капиталистической конкуренции как на европейском, так и на мировом уровне. Как Каутский, так и современный оппортунизм, разделяет капитал на отдельные части, и концентрирует свою критику на одной из его форм. Напомним, что для Каутского врагом является одна часть капитала – промышленный, который своей империалистической политикой наступает в первую очередь на аграрные области, и таким образом, создает дисбаланс между ростом промышленности и сельскохозяйственного производства. Якобы речь идет о структурных отклонениях. Приблизительно то же самое утверждают и современные оппортунисты, которые концентрируют свой огонь на банковской системе, банкирах, банковском капитале. Причем, хотя они считают себя марксистами, в то же время игнорируют связь банковского капитала с промышленным. Дисбалансы, появляющиеся между различными секторами и отраслями даже в сильнейших капиталистических развитых странах, приписываются иррациональности или аморальной спекуляции. Поэтому они ставят различие между прибыльностью и спекуляцией. Но даже в период, когда в зените своего сияния находилась звезда оппортуниста Каутского, не подтвердилась позиция о том, что экспорт капитала был направлен исключительно в аграрные районы. И в то время при проведении политики так называемых аннексий с помощью финансового капитала, попадали и промышленные районы. Если бы капитализм в его империалистической стадии поддерживал без исключения все потенциальные возможности каждой страны, то тогда не было бы такого уровня капиталистического накопления, необходимого для вывоза капиталов и для высасывания сырья и рабочего класса большого числа стран, которые он связывает множеством нитей зависимости и взаимозависимости. Призывы к патриотизму, чтобы оправдать стратегию буржуазного класса и получить максимально возможную долю при перераспределении в условиях беспощадной империалистической конкуренции Оппортунисты и националистические партии в Греции кричат, что буржуазия, греческое государство и буржуазные партии являются непатриотичными, предательскими. На самом деле буржуазия нашей страны, как и ее партии, прекрасно понимают, что даже в условиях неравенства им желательнее вступить в империалистический союз, так как они только так могут претендовать на часть распределяемого пирога, только так у них сохранится надежда на внешнюю военно-политическую поддержку на тот случай, если система начнет трещать по швам, если будет бушевать классовая борьба. Чтобы с помощью военных структур ЕС и НАТО сокрушить народное движение. Патриотизм буржуазного класса отождествляется с защитой гнилой капиталистической системы. В условиях, когда межимпериалистические противоречия приведут к военной конфронтации, буржуазия Греции должна будет выбрать сторону самого мощного империалиста, того империалистического союза, на стороне которого она будет бороться за распределение рынков, надеясь урвать хотя бы небольшую часть. Буржуазия не в силах защитить суверенные права и интересы народа, а действует исключительно в своих собственных интересах. Но если понадобится, она проигнорирует и собственные интересы, чтобы не потерять свою власть, сохранить ее как можно дольше. Теория о горстке господствующих стран Когда Ленин говорит о горстке стран, которые грабят большое число стран, он на множестве примеров и в подробностях показывает различные формы грабежа колониальных, полуколониальных или неколониальных стран. На вершине пирамиды находится небольшое число стран, так как финансовый капитал (один из пяти ключевых признаков капитализма в его империалистической фазе – это слияние банковского капитала с промышленным) распространяет свои сети во все страны мира. Положение о “горстке стран” определяет различные формы отношений между капиталистическими странами, характеризующимися неравномерностью, в этом и заключается смысл пирамиды, чтобы образно показать глобальную капиталистическую экономику. Прежде всего, Ленин дает понять, что империализм – это монополистический капитализм, глобальная капиталистическая экономика, пролог социалистической революции в каждой стране. Ленин уточняет признаки империализма: концентрация производства и капитала, слияние банковского и промышленного капитала и создание финансовой олигархии, вывоз капиталов, формирование международных монополистических союзов. Он, конечно, не рассматривает политику аннексий, зависимости, исходя из морального аспекта, или как явление, которое отражает определенные политические взгляды в рамках буржуазной политической системы, как это систематически делают оппортунисты. В международных отношениях империализм непосредственно связан с появлением финансового капитала на империалистической стадии капитализма, и с его острой необходимостью постоянно расширять экономическую почву и за пределами национальных границ, с целью вытеснения конкурентов. Вытеснение конкурентов можно было бы сделать легче путем колонизации, а также путем превращения колонии в независимое политическое государство, чтобы ушла в прошлое капиталистическая страна – метрополия, а на ее место пришла другая капиталистическая сила, растущая за счет экспорта капиталов, непосредственных иностранных инвестиций. Важным и абсолютно доказанным является различное положение колониальной Англии и восходящей Германии как империалистической державы. Передел мира в конце 19-го и начале 20-го века, о котором упоминает Ленин, происходит между самыми мощными капиталистическими странами, но в этой игре, при формировании общего отрицательного соотношения сил не оставались безучастными, пассивными все остальные капиталистические государства. Мощные капиталистические страны делили не только колонии, но и неколониальные страны, в то время как рядом с крупными колониальными странами существовали и небольшие колониальные, через которые начинается новая колониальная экспансия. При этом упоминается, что существуют небольшие страны, имеющие колонии, тогда как крупные колониальные страны не могут прийти к консенсусу в дележе. Ленин подчеркивает, что колониальная политика существовала и в докапиталистических обществах, но капиталистическую колониальную политику отличает то, что она опирается на монополию. Он подчеркивает, что многообразие отношений между капиталистическими государствами в период империализма преобразуются во всеобщую систему, являются частью отношений передела мира, становятся звеньями в цепи действий всемирного финансового капитала. И в период, указанный Лениным, а тем более сегодня, отношения зависимости и расхищения сырья направлены против и неколониальных стран, т. е. государств с политической независимостью. После Второй мировой войны и создания международной социалистической системы было осуществлено вынужденное максимальное объединение империализма против сил социализма-коммунизма, и усилилась его агрессия, многообразная экономическая, политическая и военная экспансия. Под влиянием нового баланса сил начался быстрый демонтаж колониальных империй, французской и английской. Самые мощные капиталистические государства были вынуждены признать независимость национальных государств под ударами движений, борющихся за национальную независимость, которым оказывали всестороннюю поддержку и выражали солидарность социалистические страны, рабочее и коммунистическое движение. В послевоенный период ряд стран не полностью вступили в военно-политические и экономические союзы империализма, так как у них была возможность развивать свои экономические отношения с социалистическими странами, несмотря на то, что соотношение сил оставалось в пользу капитализма. Это еще раз подтверждает многообразие отношений взаимозависимости и обязательств в рамках глобального капиталистического рынка. За последнее десятилетие 20-го века ситуация начинает меняться в результате двух взаимодействующих между собой факторов, хотя каждый из них имеет свою самостоятельность. Уже зрелые и наиболее сильные капиталистические страны, находящиеся на вершине пирамиды и имеющие, конечно, другие истоки, но ту же стратегическую целенаправленность проводят различную промонополистическую политику под влиянием экономического капиталистического кризиса 1973 года. Современная стратегия поддержки капиталистической прибыльности в условиях растущей конкуренции и быстрой интернационализации отказывается от нео-кейнсианских рецептов, которые были особенно полезны для тех стран, которые пострадали от ущерба, причиненного войной. Проводится широкая приватизация, растёт вывоз капиталов, реже делаются уступки, а постепенно они отменяются, особенно в социальной сфере. Они были предоставлены трудящимся в прошлом, для того чтобы обуздать рабочее движение, на которое оказывали влияние завоевания социализма, а в основном для подкупа части рабочего класса и промежуточных социальных слоев. Об этом свидетельствует тот факт, что современная промонополистическая политика носит глобальный характер, не является случайной формой управления, а стратегическим выбором, так как принимаются антирабочие, антинародные меры для того чтобы препятствовать тенденции нормы прибыли к понижению, почти во всех странах, не только в ЕС, но и за его рамками, как, например, в Латинской Америке. Меры, направленные на ликвидацию рабочих завоеваний, принимаются как либеральными, так и социал-демократическими правительствами, а также левоцентристскими, правоцентристскими. Капиталистическая реставрация предоставила возможность империализму начать новую волну нападок при помощи окрепшего оппортунизма, встречая меньшее сопротивление, в то время как сформировались новые рынки в бывших социалистических странах. В результате разладилось взаимопонимание лидирующих капиталистических сил, которые в прошлом сплачивались против социализма, оставляя на второй план свои противоречия. Начался новый виток межимпериалистического противостояния за раздел новых рынков, в результате чего имели место военные операции на Балканах, в Азии, на Ближнем Востоке и в Северной Африке. В этой войне приняли участие и государства, которые не были интегрированными в империалистические межгосударственные союзы. Это является доказательством того, что империалистическая система существует как мировая система, и в ней участвуют все капиталистические страны, даже те, которые отстают в развитии и сохраняют остатки докапиталистических форм хозяйства. Ведущие силы занимают вершину этой системы, между ними есть жесткая конкуренция, и любые, заключенные между ними соглашения носят временный характер. В конце 20-го века существовали три центра империализма, в основном сформированные после Второй мировой войны – это Европейское Экономическое Сообщество, которое впоследствии стало Европейским Союзом, США и Япония. Сегодня количество империалистических центров возросло, и появились новые формы союзов, как например: Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), в эпицентре которой находится Россия, БРИКС – союз Бразилии, России, Индии, Китая и Южной Африки, Меркосур (Общий рынок стран Южной Америки), союз латиноамериканских стран АЛБА и т.д. Империалистическую политику поводят не только капиталистические страны, находящиеся на вершине империалистической пирамиды, но и те, которые занимают более низкие ступени, даже те, которые имеют сильную зависимость от более крупных сил, считающихся региональными державами. Например, такой державой в нашем регионе сегодня является Турция, а также Израиль, арабские государства и такие силы, посредством которых монополистический капитал захватывает новые территории в Африке, Азии, Латинской Америке, следовательно существует явная зависимость и взаимозависимость. Зависимость и взаимозависимость экономик, конечно, не является равноценной, определяется экономической силой каждой страны, а также некоторыми другими военно-политическими элементами, в зависимости от особых связей союзов. И даже если одна или несколько стран находятся в высших эшелонах ведущих держав мира и возглавляют процесс капиталистической интернационализации, передела сфер, они не перестают жить в условиях взаимозависимости с другими странами. В Европе, например, Германия является лидером, но вывоз капитала и промышленных товаров зависит от способности европейских стран, Китая поглощать их. Уже сегодня, в связи с кризисом, проявляется ограничение этой возможности, и поэтому есть опасения у представителей высших эшелонов власти и правительства, а также у части буржуазии особенно в промышленности. Развитие американской экономики во многом зависит от Китая и противоборствующих интересов ЕС, битва между долларом, евро и йеной очевидна. В Тезисах ЦК к 19му съезду отмечается, что тенденция к изменению соотношения сил между капиталистическими государствами отражается и на доле стран в потоке капитала в форме прямых иностранных инвестиций (ПИИ), а также на резервных капиталах в форме ПИИ, которые были ввезены. Возрастает количество государств-сателлитов крупнейших империалистических держав. Возрастает количество региональных капиталистических стран, играющих особую роль в политике союзов и в привлечении той или иной силы пирамиды. Межимпериалистические противоречия существуют в альянсах любого рода, и все эти разнообразные отношения, которые охватывают все капиталистические страны мира без исключения, составляют империалистическую пирамиду. Наша позиция о существовании империалистической пирамиды ни в коем случае не означает, что мы согласны с позициями «сверхимпериализма», в чем нас ошибочно обвиняют некоторые. Наоборот! Мы всегда указываем, что внутри этой империалистической системы, которую мы сравниваем со схемой пирамиды, продолжают развиваться и проявляться сильные противоречия между империалистическими государствами, монополиями, за контроль над источниками сырья, над транзитнымиэнергетическими маршрутами, долями рынков и т.д. Буржуазия может сформировать единый фронт для наиболее эффективной эксплуатации трудящихся, но она всегда начинает точить ножи, когда речь заходит о дележе империалистической "добычи". Также смешным является обвинение в наш адрес, что ссылка на «пирамиду» есть «структуралистический подход» к империализму. Ленин, как известно, использовал схему "цепи". Схема, которую мы используем каждый раз, дается для того, чтобы помочь трудящимся осознать реальность империализма как монополистического капитализма, как капитализма, который гниет и умирает, и в который встраивается каждая капиталистическая страна на основе своей силы (экономической, политической, военной и т.д.). Конечно, эта наша позиция находится в очевидном противостоянии с так называемым "культурным подходом" к империализму, который как и Каутский, отрывает политику империализма от экономики. Как говорил Ленин, такой подход привел бы нас к ошибочной оценке, что монополии в экономике могут быть совместимы с не монополистическим, ненасильственным, незахватным образом действий в политике. Неравномерность развития становится еще более очевидной не только среди мощных капиталистических стран, по сравнению с менее мощными, но и среди стран,являющихся твердым ядром ​​самых мощных держав. Это характерно для Европы, в которой усиливается разрыв между Германией, с одной стороны, и Францией - Италией, с другой. Однако наиболее важной особенностью является заметное снижение доли США, ЕС, Японии в мировом валовом продукте. Еврозоне не удалось сохранить второе место, она скатилась на третье, в то время как на второе место вышел Китай. Отмечается увеличение доли Китая, Индии в мировом ВВП, в то время как остаются стабильными доли Бразилии, России, Индии, Китая и Южной Африки в мировом ВВП. Что касается ПИИ, примечательна тенденция к укреплению капиталов, имеющих происхождение или конечный пункт назначения – восходящие державы группы БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южная Африка). Укрепляется статус Китая в качестве пункта назначения прямых иностранных инвестиций (ПИИ). Он повышает свою долю в притоках ПИИ, особенно после вспышки капиталистического кризиса в 2008 году. В качестве экспортера капитала Китай увеличивает свою долю в общемировом потоке ПИИ. Эта доля удвоилась за период 2007-2009 годов и после этого сохраняется на высоком уровне. Напротив, после проявления кризиса наметилась тенденция к уменьшению доли развитых капиталистических экономик в притоке и оттоке капиталов в виде ПИИ. Конечно, они еще не теряют первенство (находятся на расстоянии от предыдущей группы стран), т.к. и в условиях кризиса львиная доля капиталов направляется в США и страны ЕС или из них. Аналогичная тенденция складывается с долей импорта и экспорта товаров. Постоянным является увеличение доли Китая как в общем объеме экспорта товаров, так и в общем объеме импорта. Доля Индии в экспорте и импорте увеличивается, но гораздо более медленными темпами, в то время как Россия, Южная Корея и Южная Африка стабильно движутся вверх. Единственными странами-членами ОЭСР, которые превосходят США по производительности труда (объем производства в единицу времени) являются Норвегия, Ирландия, Люксембург, и к ним приближаются Германия, Франция, Бельгия и Голландия. В Тезисах к 19ому съезду подчеркивается, что изменения в соотношении сил между капиталистическими государствами повышает вероятность всеобщего изменения роли Германии в вопросе евроатлантических отношений и изменений в империалистических союзах. Определяющими факторами для такого процесса являются, с одной стороны, связи взаимозависимости экономик США и ЕС, а с другой – конкуренция евро и доллара в качестве международных резервных валют и укрепление сотрудничества России с Китаем. О положении Греции в империалистической системе Те, кто говорят о подчинении и оккупации страны, не признают вывоз капитала из Греции (характерная черта капитализма на империалистическом этапе). Такой экспорт был существенным до кризиса, и продолжается в условиях кризиса. Это вывоз капитала для инвестиций в производство других стран и, конечно, в европейские банки, пока не будут сформированы условия для повторного их ввода в процесс получения максимально возможной прибыли. Т.е. они видят только дефицит капиталов, а не сверхнакопление. Они не видят проблемы сверхнакопления, потому что тогда им придется признать природу капиталистического экономического кризиса, что приведет к краху их политического промонопольного предложения. Не только буржуазные партии, но и оппортунисты, с некоторыми незначительными различиями между ними, поддерживаютукрепление конкурентоспособности отечественных монополий. Это неизбежно ведет к осуществлению реакционной реструктуризации, использованию более дешевой рабочей силы, усилению государственного терроризма, репрессий и антикоммунизма, и одновременно акцентирует внимание на экспансии греческого капитала в наш широкий регион (Балканы, Восточное Средиземноморье, Черное море). Речь идет, в частности, о порочном круге, который приводит к новому и более глубокому циклу кризиса. Ленин в своей работе о империализме добавляет, что сравнение не может быть сделано между развитыми и отсталыми капиталистическими странами, а между вывозом капитала. То, что оппортунисты во всем мире не хотят делать, не осмеливаются признать, потому что только этот критерий достаточен для опровержения их представления об оккупации Греции, греческой колонии. И с этой точки зрения, все эти перечисленные данные подтверждают, что современная борьба должна иметь антимонополистическое, антикапиталистическое направление и ни в коем случае не может быть только антиимпериалистической, как утверждают оппортунисты. Согласно их утверждениям, империализм отождествляется с агрессивной внешней политикой, с неравенством в отношениях, с войной, с так называемым национальным вопросом, оторванным от классовой эксплуатации, от отношений власти и собственности. Дело в том, что интеграция страны в империалистические межгосударственные союзы, причем с самой развитой формой, как ЕС, ограничивает некоторые возможности применения тактических ходов со стороны буржуазии. Сводит к минимуму, например, возможность маневрировать в денежно-кредитной политике, поскольку она подпадает под юрисдикцию Европейского Центрального Банка. Это касается не только периода кризиса, так как эти соглашения между государствами-членами были подписаны давно, за 20 лет до кризиса в еврозоне. Согласно этим соглашениям, сознательно уступаются национально-государственные права, признается верховенство европейского права по многим вопросам, несмотря на то, что еврозона, и в целом ЕС, не устроен в форме федерации. И это именно то направление, демонстрирующее классовые интересы буржуазии, которые будут отражены в принятии элементов федерализма в ЕС, если будут преодолены соответствующие межимпериалистические разногласия. Ситуация в Африке, в регионах Евразии и на Ближнем Востоке подтверждает, что в международную империалистическую систему включены все капиталистические страны, независимо от того, имеют ли они возможность проводить политику экспансии под собственную ответственность. Впрочем 20ый и 21ый век показывают, что даже США – первая империалистическая держава, не может справиться с мировыми делами империализма самостоятельно, без многообразной помощи и поддержки своих союзников, без создания пусть даже временных союзов. Греция является не только страной-членом ЕС и НАТО, страной, имеющей стратегическое значение для США, в связи с ее географическим положением; находясь там, где встречаются три континента – Европа, Азия, Африка, она является важной военной базой и плацдармом для боевых действий, и страной, внутри и рядом с которой, проходят нефтепроводы и газопроводы. На протяжении 20-го века и начала 21-го, там, где было необходимо, она содействовала проведению военных операций и поддержанию империалистического мира военными силами, как это было во время войны в Югославии, Афганистане, Ираке и Ливии, и продемонстрировала свою готовность в случае войны с Сирией. Таким образом, позиция КПГ о том, что Греция органически вписывается в империалистическую систему и играет активную роль в войне, выступая в качестве союзника протагонистов, полностью подтверждается. Такой выбор выгоден буржуазии, которая дважды приглашала английского и американского империализма, чтобы подавить вооруженный народ, с помощью военных средств. Когда современные оппортунисты хотят предостеречь собственную буржуазию от попадания в положение бедного родственника при дележе рынков, вспоминают о национальном вопросе, но когда дело доходит до вопроса о борьбе за социализм, тогда заявляют, что социализм или станет глобальным, или, не может быть построен в одной стране и исключают национальный уровень борьбы, т.е. отрицают необходимость обострения классовой борьбы, необходимость готовности субъективного фактора в условиях революционной ситуации. Борьба за освобождение человека от всех форм эксплуатации, борьба против империалистической войны, не будет иметь положительного результата, если не будет сочетаться с борьбой против оппортунизма. Независимо от политической силы оппортунизма в каждой стране, не следует его недооценивать или оценивать, исходя из парламентских критериев, так как корни оппортунизма – в той же империалистической системе. Когда буржуазия видит, что начинает испытывать трудности в управлении своими делами, она опирается на оппортунизм, как широко распространенную концепцию, как политическую партию, для того, чтобы выиграть время, перегруппировать буржуазную политическую систему, подорвать устойчивый рост рабочего революционного движения. Концентрация сил, союз рабочего класса с беднейшими слоями самозанятых, должны развиваться в постоянном антимонополистическом антикапиталистическом направлении, в сторону завоевания рабочей власти. Антимонополистическое антикапиталистическое направление выражает необходимый, способствующий прогрессу компромисс между интересами рабочего класса – отменить все формы капиталистической собственности: крупной, средней, мелкой, и колеблющимися слоями (в силу их положения в капиталистической экономике), заинтересованными в упразднении монополий, обобществлении концентрированных средств производства, но в то же время питающими иллюзии по поводу пользы небольшой частной собственности, и не способными понять, что не только долгосрочные, но и их среднесрочные интересы могут быть удовлетворены при социалистической власти. Любой другой компромисс по поводу того, что они могут справиться в условиях монополистического капитализма, т.е. на империалистической стадии капитализма, является вредным, утопическим, неэффективным. КПГ в условиях, когда еще не сформирована революционная ситуация, старается не только предотвратить отток, не только добиться у буржуазии некоторых временных уступок, но и подготовить субъективный фактор, т.е. партию рабочего класса и его союзников для достижения стратегических задач в условиях революционной ситуации. В этих условиях, когда невозможно предсказать все заранее, должно приниматься во внимание углубление экономического кризиса, усиление межимпериалистических противоречий, которые доходят до боевого противоборства, возможность создания таких предпосылок и развития событий в Греции. В условиях революционной ситуации роль организованного и политического авангарда рабочего движения – Коммунистической партии, ее готовность, является определяющим для сплочения и революционной ориентации большинства рабочего класса, особенно промышленного пролетариата, для привлечения авангардных частей народных слоев.

21 марта 2013, 21:43

Asia Times Online (Гонконг). Пепе Эскобар: Падение Дома Европы

 Тема не нова, но раскрыта интересно.  Пришли волхвы - суровы и седы,И день померк, и век златой угас,Обрекши нас скитаться в темноте,А вместо счастья подаривСкорбь, ложь, неверье,Вздохи, похоть, желчь,Коварство, недоверие...Сердца озлобились,А мысли притупились,Угрюмы и немы,Без цели, без надежд.Меж царств - вражда,Вся жизнь – раздор,Оковы и стенанья.Нет и не будет песен, шуток,Ни светлого лица, ни радости,Лишь скорбьУистен Хью Оден, «Золотой Век».К несчастью, у нас нет пост-модерн версии Данте, ведомого Вергилием, чтобы рассказать пораженному миру о том, что действительно происходит в Европе в самом начале последних итальянских всеобщих выборов.На первый взгляд итальянцы проголосовали, подавляющим большинством сказав «Нет» – жёсткой экономии (вводимой по-немецки), увеличению налогов, сокращению бюджета, теоретически разработанного для спасения евро. Говоря словами левоцентриста мэра Флоренции Маттео Ренци: «Наши граждане громко и ясно высказались, но возможно, их послание было не совсем понято». В действительности, вполне понято.В этой морально/эксистенциальной пьесе, сыгранной согласно самым эксцентричным традициям commedia dell 'arte – четыре главных действующих лица.Одержавший Пиррову победу Пьер Луиджи Берсани, лидер левоцентристской коалиции, неспособный сформировать правительство. Бесспорный проигравший – бывший технократ Голдман Сакс и временно исполняющий обязанности премьер-министра Марио Монти.И есть ещё два настоящих победителя: «два клоуна» – по крайней мере, с немецкой точки зрения, да и с точки зрения Лондонского Сити, по версии The Economist. Эти «клоуны» – независимое комическое движение 5 Звёзд Беппе Грилло и известный миллиардер и бывший премьер-министр Сильвио «Бунга-Бунга» Берлускони.В довершение неразберихи в четверг Берлускони был приговорён к году заключения судом Милана из-за скандала с подслушиванием. Он подаст апелляцию, и, как и ранее, когда он был обвинён и признан виновным, он окажется на свободе. Его мантра останется прежней: «Итальянское правосудие ‘подвергло меня гонениям’».И сколько всего ещё! Эти четыре героя – Берсани, Монти, Грилло, Берлускони – оказались в самом сердце эпической шекспировской трагедии: политического провала тройки (Еврокомиссия, Европейский Центральный Банк и МВФ), что в переводе на язык политики означает крушение Евросоюза и распад его на части. Вот что получилось из того, что проект ЕС мыслился не политическим «союзом» – а, по сути, зоной евро, как общей валюты. Неудивительно, что самым важным механизмом европейского слияния был Европейский Центральный Банк. Но оставьте все надежды европейских политиков, спрашивающих своих рассерженных граждан о реальном Европейском Союзе. Неужели кто-то ещё желает этого? И в каком виде?Знакомьтесь – АбсурдистанПочему же так произошло в Италии? Вряд ли есть лучшее объяснение, чем данное Марко Каттанео в его блоге, где он пытается осмыслить «Абсурдистан».Всё началось с закона о выборах, который даже в Италии был определён, как ulna porcata (порядочная гадость), утверждавшего «непропорциональную систему» (политтехнологам на заметку), которая могла привести лишь к неуправляемой ситуации.В неподражаемом описании Каттанео, в Сенате коалиция «Один за Всех, Все за Одного» (Берзани) получила 31,6% голосов. Коалиция «Все за Него» (Берлускони) получила 30,7%. И новый бренд движения «Один это Один, Остальные – Ничто» (Грилло) получил 23,8%.И всё же, вопреки логике, в итоге «Все за Него» получили 116 мест, «Один за Всех, Все за Одного» получили 113 мест, а «Один это Один, Остальные Ничто» – всего 54 места.На улицах, от Неаполя до Турина и от Рима до Палермо, звучит другое объяснение. Не менее 45% итальянцев, – от ушедших на пенсию государственных служащих, живущих на 1 000 евро в месяц (US$1,300), до банкиров с 10 миллионами евро в месяц – не хотят никаких изменений вообще. Ещё 45% – безработные, малооплачиваемые – хотят радикальных перемен. А 10% всегда безразличны. Прибавьте это к лазанье неуправляемости. Вот и экстракт – крупица мудрости из капучино-за-стойкой. Финансы Абсурдистана вскоре дойдут до состояния несчастного Эллинистана – этого соседа, потомка Платона и Аристотеля. А затем Абсурдистан станет образцом для Европы и мира – где 1% населения контролирует 99% национального богатства. От Лоренцо де Медичи к Берлускони; вот уж поистине Упадок и Разрушение! Бунга-Бунга, малышка!До смерти утомлённый (в том числе и обвинениями в мошенничестве с налогами в октябре 2012; он вывернулся) выгодоприобретатель от сомнительных законов, явно разработанных для защиты его самого и его огромной бизнес-империи – вот раблезианская сага о Бунга-Бунга. Он превзошёл всех (на данный момент). Сильвио Берлускони может в итоге вернуться в молодость. Как же он справился на этот раз?Это просто, если смешать мощные СМИ миллиардера (и корпоративный контроль) со странными обещаниями – вроде списания ненавидимых многими налогов на собственность. Как компенсировать дефицит? Да просто: Сильвио пообещал новые налоги на спекуляции и сомнительные сделки, чтобы вернуть деньги, которые итальянцы держали в швейцарских банках.Имеет ли значение, что Швейцария пояснила – уйдут годы, чтобы эта схема заработала? Да, конечно же, нет. Даже широкая оппозиция Сильвио была вынуждена признать, что эта идея была «гениальным приёмом». Почти 25% итальянцев голосовали за партию Сильвио. Почти треть поддержала его правую коалицию. В Ломбардии – неофициально считающейся итальянским Техасом – коалиция разнесла левоцентристов вдребезги; с другой стороны, Тоскана традиционно голосовала за левых, а Рим стал квинтэссенцией колеблющегося города.Избиратели Сильвио в основном – владельцы мелкого и среднего бизнеса, это Северная Италия, которая тянет экономику. Все они сходят с ума из-за налогов – от легионов уклоняющихся от налогов до тех, кто задыхается под их тяжестью. Очевидно, что их совершенно не волнует дефицит бюджета Рима. И все они считают, что немецкий канцлер Ангела Меркель должна гнить в девятом круге Дантовского ада. Со своей стороны фрау Меркель рассматривает идею тихо пройти по водам еврозоны к третьему сроку на грядущих сентябрьских выборах. Держи карман шире – благодаря избирателям Сильсио и Беппе Грилло. Вот вам и пропасть между севером и югом в Европе. Саммит ЕС в этом месяце будет – выражаясь литературно – буйным.Эти потрясные полит-клоуныВ ЕС вдруг всё покатилось к чёрту. Ле Монд настаивает, что Европа не в агонии. Ох, да конечно, она – в коме.И всё же Брюссель (кишащая бюрократами Еврокомиссия) и Берлин (немецкое правительство) просто не помышляют о плане Б: или аскетизм, или крах. Предсказуемо, что министр финансов Нидерландов Йерун Дэйселблум – новый глава замечательно непрозрачного политического комитета, который управляет евро – заявил: то, что делает Монти (и что вызывает отторжение у итальянцев) «имеет решающее значение для всей еврозоны». В 2012 году итальянская экономика сократилась на 2,2% – более 100 000 мелких предпринимателей разорились (да, они все голосовали за Сильвио) и безработица превысила 10% (в действительности – более 15%). У Италии, вероятно, самый большой долг в еврозоне после Греции. Но Абсурдистан снова твердит о жёстких мерах экономии; итальянский финансовый дефицит намного ниже, чем французский или голландский.Откупоривайте шампанское: Франция в отвесном падении. Там не только промышленный спад, но и продолжительная рецессия, социальные волнения и государственный долг выше 90% ВВП. Франция, вторая по величине экономика ЕС, запросила у Еврокомиссии ещё год на снижение дефицита до уровня менее 3% ВВП. Йенс Вайдман, президент Бундесбанка, заорал: «Забудьте об этом».Португалия тоже просит у тройки некоей свободы. Португальская экономика сокращается (на 2%) третий год подряд, а безработица превышает 17%. Испания увязла в жуткой рецессии, да ещё и с чудовищным долговым кризисом. ВВП упал в 2012 году на 0,7% и по данным Ситибанка в этом году упадёт ещё на 2,2%. Безработица составляет потрясающие 26%, а среди молодёжи – более 50%. Не каждый может вытянуть счастливый билетик, играя за Барселону или Реал Мадрид. У Ирландии самый высокий дефицит в еврозоне – 8%, и только что реструктурированные долги ирландских банков.В Греции – рецессия пятый год подряд, безработица более 30% – и это после проведения двух пакетов мер строгой экономии. Афины бегают по кругу, пытаясь оторваться от кредиторов и одновременно частично смягчить драконовские сокращения. Греки категоричны: ситуация хуже, чем в Аргентине в 2001 году. Вспомните, Аргентина тогда объявила дефолт.И даже Голландия – в серьёзном банковском кризисе. А помимо прочего, Дэвид Кэмерон погрузил британское будущее в Европе в полный хаос. Итак, ещё раз подошла очередь Сильвио – а кого ж ещё? – придать всему этому пикантности. Только Cavaliere мог выдать, что пресловутый спред – разница между тем, сколько Италия и Германия платят за займы на рынках облигаций – был «изобретён» в 2011 году Берлином (немецким правительством) и Франкфуртом (Европейски Центральным Банком), а потому они могут избавиться от него, Сильвио, и «избрать» технократа Монти.Немецкие СМИ – весьма предсказуемо – с удовольствием не берут пленных. Италию и итальянцев по обыкновению высмеивают за «ребячество», «неуправляемость», «главный риск еврозоны». (Читайте, например, Der Spiegel).Сверхпопулярный таблоид Bild даже предложил новую пиццу; не Quattro Stagioni (Четыре Сезона), а Quattro Stagnazioni (Четыре Стагнации).Вердикт таков: Италия «в руках политических клоунов, которые могут подорвать евро или вынудить страну уйти». Даже либерально-прогрессивная Der Tagesspiegel в Берлине определила, что Италия «представляет опасность для Европы». Пир Штейнбрук, бывший министр финансов Германии и кандидат от социал-демократов, который будет соперником Меркель в сентябре, подвёл итог: «До известной степени я в ужасе оттого, что два клоуна выиграли выборы».Так что, какое бы правительство не возникло в Италии, послание Брюсселя, Берлина и Франкфурта остаётся прежним: если вы не будете урезать, урезать и урезать, то будете жить сами по себе.Германия, со своей стороны, имеет один лишь план – план А. Он звучит так: «Забудьте о Средиземноморском Клубе». Это означает более тесную интеграцию с Восточной Европой (а дальше – Турция). Свободные торговые сделки с США. Больше деловых связей с Россией – ключевые в энергетике – и БРИКС в целом. При всех государственных вывертах факт остается фактом: немецкие «умные головы» уже ведут двойную игру в еврозоне. Народ желает качественного послабленияВ весьма подходяще названном фильме Подружка в коме, поставленном Аннализой Пирас в соавторстве с бывшим редактором The Economist Биллом Эмметтом, делается попытка разобраться в итальянских пороках и добродетелях.Но в Италии – не только Прадо или Мазерати, ветчина по-пармски или вино Брунелло, Италия сохраняет драгоценные блёстки: лучшее в мире приложение – Atom, позволяющее персонализировать функции мобильного телефона даже при том, что оно создано не компьютерной фирмой, а какими-то четырьмя неизвестными двадцатилетними в Риме, как сообщила Republic.Философ Франко Берарди – который ещё в 70-е примкнул к Итальянскому движению за автономию – верно оценил, что само то, сегодня Европа жива, является прямым следствием 1990-х, когда финансовый капитал украл европейскую модель и заизвестковал её неолиберализмом.Соответственно, можно провести детальный анализ того, как финансовые Хозяева Вселенной использовали последствия финансового кризиса 2008 года для турбо-накачки политической дезинтеграции ЕС с помощью цунами сокращений зарплат, ненадёжности работы для молодёжи, выравнивания пенсий и жёсткой приватизации всего и вся. Неудивительно, что около 75% итальянцев пришли к решению сказать «Нет» Монти и Меркель. Результат: европейцы – от Клуба Средиземноморья до некоторых северных экономик – сыты по горло оплатой долгов, накопленных финансовой системой. Движение Грилло само по себе – даже получив 8,7 миллиона голосов – неспособно править Италией. Некоторые из его (смутных) идей имеют огромную притягательность для молодёжи, в частности односторонний дефолт по долгам государства (посмотрите на пример Аргентины, Исландии и России), национализация банков и подтверждённый, гарантированный доход каждому из «граждан» по 1 000 евро ежемесячно. А затем должен быть референдум за референдумом – по соглашениям о свободной торговле, членстве в НАТО и, конечно же, оставаться или нет в еврозоне.Что уже сделало движение Грилло, так это показало, насколько неуправляемая Европа находится под влиянием мантры о жёской экономии Монти-Меркель. Теперь мяч на стороне суда европейской финансовой элиты. Большинство не станет возражать и позволит Италии стать второй Грецией.Итак, мы возвращаемся к началу, пройдя полный круг. Единственным выходом было бы политическое переформулирование ЕС. К тому же большая часть Европы наблюдает – беспомощно – за смертью государства всеобщего благоденствия, принесённого на алтарь Рецессии. И всё это происходит параллельно со скатыванием Европы к глобальной невостребованности – вопреки мадридскому Реалу и мюнхенской Баварии. Падения Дома Европы может превратиться в чистый ужас, выходящий за рамки воображения Эдгара По – демонстрируя элементы (уже видимые) фашизма, нео-диккенсовской эксплуатации рабочих и широкомасштабной социальной, гражданской войны. В этом смысле неспешная реконструкция социально ориентированной Европы может стать не более чем воздушным замком.Что бы с этим поделал Данте? Вот великий Роберто Бениньи, уроженец Тосканы, читает и подробно комментирует 12 песен – от XI до XXII – из Ада Данте, центральной части Божественной Комедии. Завороженный, я наблюдал по RAI, итальянскому телевидению – площадь перед легендарной церковью Санта-Кроче во Флоренции, окружённой строительными лесами, причём космическое совершенство слов маэстро придавало всему этому особый смысл.Если бы только его дух мог пролить свет на обитателей дантовского Ада – от Монти до Меркель, от Сильвио до Банкиров ЕЦБ – сразу сравняв Человека со звёздами и указав путь носящейся без руля и без ветрил Европе.Оригинал публикации: The Fall of the House of Europe, Переводчик: sparling-05Источник: Полюс Мира

21 марта 2013, 18:50

Asia Times Online (Гонконг). Пепе Эскобар: Падение Дома Европы

Падение Дома Европы Пепе Эскобар Пришли волхвы - суровы и седы, И день померк, и век златой угас, Обрекши нас скитаться в темноте, А вместо счастья подарив Скорбь, ложь, неверье, Вздохи, похоть, желчь, Коварство, недоверие...   Сердца озлобились, А мысли притупились, Угрюмы и немы, Без цели, без надежд. Меж царств - вражда, Вся жизнь – раздор, Оковы и стенанья.   Нет и не будет песен, шуток, Ни светлого лица, ни радости, Лишь скорбь   Уистен Хью Оден, «Золотой Век». К несчастью, у нас нет пост-модерн версии Данте, ведомого Вергилием, чтобы рассказать пораженному миру о том, что действительно происходит в Европе в самом начале последних итальянских всеобщих выборов. На первый взгляд итальянцы проголосовали, подавляющим большинством сказав «Нет» – жёсткой экономии (вводимой по-немецки), увеличению налогов, сокращению бюджета, теоретически разработанного для спасения евро. Говоря словами левоцентриста мэра Флоренции Маттео Ренци: «Наши граждане громко и ясно высказались, но возможно, их послание было не совсем понято». В действительности, вполне понято. В этой морально/эксистенциальной пьесе, сыгранной согласно самым эксцентричным традициям commedia dell 'arte – четыре главных действующих лица. Одержавший Пиррову победу Пьер Луиджи Берсани, лидер левоцентристской коалиции, неспособный сформировать правительство. Бесспорный проигравший – бывший технократ Голдман Сакс и временно исполняющий обязанности премьер-министра Марио Монти. И есть ещё два настоящих победителя: «два клоуна» – по крайней мере, с немецкой точки зрения, да и с точки зрения Лондонского Сити, по версии The Economist. Эти «клоуны» – независимое комическое движение 5 Звёзд Беппе Грилло и известный миллиардер и бывший премьер-министр Сильвио «Бунга-Бунга» Берлускони. В довершение неразберихи в четверг Берлускони был приговорён к году заключения судом Милана из-за скандала с подслушиванием. Он подаст апелляцию, и, как и ранее, когда он был обвинён и признан виновным, он окажется на свободе. Его мантра останется прежней: «Итальянское правосудие ‘подвергло меня гонениям’». И сколько всего ещё! Эти четыре героя – Берсани, Монти, Грилло, Берлускони – оказались в самом сердце эпической шекспировской трагедии: политического провала тройки (Еврокомиссия, Европейский Центральный Банк и МВФ), что в переводе на язык политики означает крушение Евросоюза и распад его на части. Вот что получилось из того, что проект ЕС мыслился не политическим «союзом» – а, по сути, зоной евро, как общей валюты. Неудивительно, что самым важным механизмом европейского слияния был Европейский Центральный Банк. Но оставьте все надежды европейских политиков, спрашивающих своих рассерженных граждан о реальном Европейском Союзе. Неужели кто-то ещё желает этого? И в каком виде? Знакомьтесь – Абсурдистан Почему же так произошло в Италии? Вряд ли есть лучшее объяснение, чем данное Марко Каттанео в его блоге, где он пытается осмыслить «Абсурдистан». Всё началось с закона о выборах, который даже в Италии был определён, как ulna porcata (порядочная гадость), утверждавшего «непропорциональную систему» (политтехнологам на заметку), которая могла привести лишь к неуправляемой ситуации. В неподражаемом описании Каттанео, в Сенате коалиция «Один за Всех, Все за Одного» (Берзани) получила 31,6% голосов. Коалиция «Все за Него» (Берлускони) получила 30,7%. И новый бренд движения «Один это Один, Остальные – Ничто» (Грилло) получил 23,8%. И всё же, вопреки логике, в итоге «Все за Него» получили 116 мест, «Один за Всех, Все за Одного» получили 113 мест, а «Один это Один, Остальные Ничто» – всего 54 места. На улицах, от Неаполя до Турина и от Рима до Палермо, звучит другое объяснение. Не менее 45% итальянцев, – от ушедших на пенсию государственных служащих, живущих на 1 000 евро в месяц (US$1,300), до банкиров с 10 миллионами евро в месяц – не хотят никаких изменений вообще. Ещё 45% – безработные, малооплачиваемые – хотят радикальных перемен. А 10% всегда безразличны. Прибавьте это к лазанье неуправляемости. Вот и экстракт – крупица мудрости из капучино-за-стойкой. Финансы Абсурдистана вскоре дойдут до состояния несчастного Эллинистана – этого соседа, потомка Платона и Аристотеля. А затем Абсурдистан станет образцом для Европы и мира – где 1% населения контролирует 99% национального богатства. От Лоренцо де Медичи к Берлускони; вот уж поистине Упадок и Разрушение! Бунга-Бунга, малышка! До смерти утомлённый (в том числе и обвинениями в мошенничестве с налогами в октябре 2012; он вывернулся) выгодоприобретатель от сомнительных законов, явно разработанных для защиты его самого и его огромной бизнес-империи – вот раблезианская сага о Бунга-Бунга. Он превзошёл всех (на данный момент). Сильвио Берлускони может в итоге вернуться в молодость. Как же он справился на этот раз? Это просто, если смешать мощные СМИ миллиардера (и корпоративный контроль) со странными обещаниями – вроде списания ненавидимых многими налогов на собственность. Как компенсировать дефицит? Да просто: Сильвио пообещал новые налоги на спекуляции и сомнительные сделки, чтобы вернуть деньги, которые итальянцы держали в швейцарских банках. Имеет ли значение, что Швейцария пояснила – уйдут годы, чтобы эта схема заработала? Да, конечно же, нет. Даже широкая оппозиция Сильвио была вынуждена признать, что эта идея была «гениальным приёмом». Почти 25% итальянцев голосовали за партию Сильвио. Почти треть поддержала его правую коалицию. В Ломбардии – неофициально считающейся итальянским Техасом – коалиция разнесла левоцентристов вдребезги; с другой стороны, Тоскана традиционно голосовала за левых, а Рим стал квинтэссенцией колеблющегося города. Избиратели Сильвио в основном – владельцы мелкого и среднего бизнеса, это Северная Италия, которая тянет экономику. Все они сходят с ума из-за налогов – от легионов уклоняющихся от налогов до тех, кто задыхается под их тяжестью. Очевидно, что их совершенно не волнует дефицит бюджета Рима. И все они считают, что немецкий канцлер Ангела Меркель должна гнить в девятом круге Дантовского ада. Со своей стороны фрау Меркель рассматривает идею тихо пройти по водам еврозоны к третьему сроку на грядущих сентябрьских выборах. Держи карман шире – благодаря избирателям Сильсио и Беппе Грилло. Вот вам и пропасть между севером и югом в Европе. Саммит ЕС в этом месяце будет – выражаясь литературно – буйным. Эти потрясные полит-клоуны В ЕС вдруг всё покатилось к чёрту. Ле Монд настаивает, что Европа не в агонии. Ох, да конечно, она – в коме. И всё же Брюссель (кишащая бюрократами Еврокомиссия) и Берлин (немецкое правительство) просто не помышляют о плане Б: или аскетизм, или крах. Предсказуемо, что министр финансов Нидерландов Йерун Дэйселблум – новый глава замечательно непрозрачного политического комитета, который управляет евро – заявил: то, что делает Монти (и что вызывает отторжение у итальянцев) «имеет решающее значение для всей еврозоны». В 2012 году итальянская экономика сократилась на 2,2% – более 100 000 мелких предпринимателей разорились (да, они все голосовали за Сильвио) и безработица превысила 10% (в действительности – более 15%). У Италии, вероятно, самый большой долг в еврозоне после Греции. Но Абсурдистан снова твердит о жёстких мерах экономии; итальянский финансовый дефицит намного ниже, чем французский или голландский. Откупоривайте шампанское: Франция в отвесном падении. Там не только промышленный спад, но и продолжительная рецессия, социальные волнения и государственный долг выше 90% ВВП. Франция, вторая по величине экономика ЕС, запросила у Еврокомиссии ещё год на снижение дефицита до уровня менее 3% ВВП. Йенс Вайдман, президент Бундесбанка, заорал: «Забудьте об этом». Португалия тоже просит у тройки некоей свободы. Португальская экономика сокращается (на 2%) третий год подряд, а безработица превышает 17%. Испания увязла в жуткой рецессии, да ещё и с чудовищным долговым кризисом. ВВП упал в 2012 году на 0,7% и по данным Ситибанка в этом году упадёт ещё на 2,2%. Безработица составляет потрясающие 26%, а среди молодёжи – более 50%. Не каждый может вытянуть счастливый билетик, играя за Барселону или Реал Мадрид. У Ирландии самый высокий дефицит в еврозоне – 8%, и только что реструктурированные долги ирландских банков. В Греции – рецессия пятый год подряд, безработица более 30% – и это после проведения двух пакетов мер строгой экономии. Афины бегают по кругу, пытаясь оторваться от кредиторов и одновременно частично смягчить драконовские сокращения. Греки категоричны: ситуация хуже, чем в Аргентине в 2001 году. Вспомните, Аргентина тогда объявила дефолт. И даже Голландия – в серьёзном банковском кризисе. А помимо прочего, Дэвид Кэмерон погрузил британское будущее в Европе в полный хаос. Итак, ещё раз подошла очередь Сильвио – а кого ж ещё? – придать всему этому пикантности. Только Cavaliere мог выдать, что пресловутый спред – разница между тем, сколько Италия и Германия платят за займы на рынках облигаций – был «изобретён» в 2011 году Берлином (немецким правительством) и Франкфуртом (Европейски Центральным Банком), а потому они могут избавиться от него, Сильвио, и «избрать» технократа Монти. Немецкие СМИ – весьма предсказуемо – с удовольствием не берут пленных. Италию и итальянцев по обыкновению высмеивают за «ребячество», «неуправляемость», «главный риск еврозоны». (Читайте, например, Der Spiegel). Сверхпопулярный таблоид Bild даже предложил новую пиццу; не Quattro Stagioni (Четыре Сезона), а Quattro Stagnazioni (Четыре Стагнации). Вердикт таков: Италия «в руках политических клоунов, которые могут подорвать евро или вынудить страну уйти». Даже либерально-прогрессивная Der Tagesspiegel в Берлине определила, что Италия «представляет опасность для Европы». Пир Штейнбрук, бывший министр финансов Германии и кандидат от социал-демократов, который будет соперником Меркель в сентябре, подвёл итог: «До известной степени я в ужасе оттого, что два клоуна выиграли выборы». Так что, какое бы правительство не возникло в Италии, послание Брюсселя, Берлина и Франкфурта остаётся прежним: если вы не будете урезать, урезать и урезать, то будете жить сами по себе. Германия, со своей стороны, имеет один лишь план – план А. Он звучит так: «Забудьте о Средиземноморском Клубе». Это означает более тесную интеграцию с Восточной Европой (а дальше – Турция). Свободные торговые сделки с США. Больше деловых связей с Россией – ключевые в энергетике – и БРИКС в целом. При всех государственных вывертах факт остается фактом: немецкие «умные головы» уже ведут двойную игру в еврозоне. Народ желает качественного послабления В весьма подходяще названном фильме Подружка в коме, поставленном Аннализой Пирас в соавторстве с бывшим редактором The EconomistБиллом Эмметтом, делается попытка разобраться в итальянских пороках и добродетелях. Но в Италии – не только Прадо или Мазерати, ветчина по-пармски или вино Брунелло, Италия сохраняет драгоценные блёстки: лучшее в мире приложение – Atom, позволяющее персонализировать функции мобильного телефона даже при том, что оно создано не компьютерной фирмой, а какими-то четырьмя неизвестными двадцатилетними в Риме, как сообщила Republic. Философ Франко Берарди – который ещё в 70-е примкнул к Итальянскому движению за автономию – верно оценил, что само то, сегодня Европа жива, является прямым следствием 1990-х, когда финансовый капитал украл европейскую модель и заизвестковал её неолиберализмом. Соответственно, можно провести детальный анализ того, как финансовые Хозяева Вселенной использовали последствия финансового кризиса 2008 года для турбо-накачки политической дезинтеграции ЕС с помощью цунами сокращений зарплат, ненадёжности работы для молодёжи, выравнивания пенсий и жёсткой приватизации всего и вся. Неудивительно, что около 75% итальянцев пришли к решению сказать «Нет» Монти и Меркель. Результат: европейцы – от Клуба Средиземноморья до некоторых северных экономик – сыты по горло оплатой долгов, накопленных финансовой системой.  Движение Грилло само по себе – даже получив 8,7 миллиона голосов – неспособно править Италией. Некоторые из его (смутных) идей имеют огромную притягательность для молодёжи, в частности односторонний дефолт по долгам государства (посмотрите на пример Аргентины, Исландии и России), национализация банков и подтверждённый, гарантированный доход каждому из «граждан» по 1 000 евро ежемесячно. А затем должен быть референдум за референдумом – по соглашениям о свободной торговле, членстве в НАТО и, конечно же, оставаться или нет в еврозоне. Что уже сделало движение Грилло, так это показало, насколько неуправляемая Европа находится под влиянием мантры о жёской экономии Монти-Меркель. Теперь мяч на стороне суда европейской финансовой элиты. Большинство не станет возражать и позволит Италии стать второй Грецией. Итак, мы возвращаемся к началу, пройдя полный круг. Единственным выходом было бы политическое переформулирование ЕС. К тому же большая часть Европы наблюдает – беспомощно – за смертью государства всеобщего благоденствия, принесённого на алтарь Рецессии. И всё это происходит параллельно со скатыванием Европы к глобальной невостребованности – вопреки мадридскому Реалу и мюнхенской Баварии. Падения Дома Европы может превратиться в чистый ужас, выходящий за рамки воображения Эдгара По – демонстрируя элементы (уже видимые) фашизма, нео-диккенсовской эксплуатации рабочих и широкомасштабной социальной, гражданской войны. В этом смысле неспешная реконструкция социально ориентированной Европы может стать не более чем воздушным замком. Что бы с этим поделал Данте? Вот великий Роберто Бениньи, уроженец Тосканы, читает и подробно комментирует 12 песен – от XI до XXII – из Ада Данте, центральной части Божественной Комедии. Завороженный, я наблюдал по RAI, итальянскому телевидению – площадь перед легендарной церковью Санта-Кроче во Флоренции, окружённой строительными лесами, причём космическое совершенство слов маэстро придавало всему этому особый смысл. Если бы только его дух мог пролить свет на обитателей дантовского Ада – от Монти до Меркель, от Сильвио до Банкиров ЕЦБ – сразу сравняв Человека со звёздами и указав путь носящейся без руля и без ветрил Европе. Оригинал публикации: The Fall of the House of Europe

18 марта 2013, 16:36

Мнения: Михаил Делягин: Финансовое харакири

Выведенные на Кипр российские деньги можно спасти (да и вернуть) лишь вместе с самим Кипром, расширив на него наш хозяйственный организм. «Финансовое харакири», которое учиняет своей стране руководство Кипра, разрушает его будущее. Напомню: с середины 70-х современный Кипр создавался как финансовый бутик для Восточного Средиземноморья и лишь на рубеже 80-х и 90-х переориентировался на тогда еще Советский Союз. Такое социальное понятие, как «улица красных нефтяников», существовало на Кипре уже в 1994 году. В рамках еврозоны Кипр не может выйти из кризиса: для нее он всего лишь периферия Греции, причем его банкротство нанесет Европе лишь ограниченный ущерб (критические проблемы могут возникнуть у офшорной РФ). Стабилизация ценой значительного оттока капиталов (хотя корпорации оставят свои счета на Кипре) будет неминуемо временной, а развитие европейского кризиса приведет к тому, что всерьез думать о спасении Кипра будет не только некогда, но и некому (как в свое время при отключении газа Украине все участники конфликта забыли о судьбе Молдавии). Выход Кипра из кризиса может быть лишь системным. Движение по этому пути нащупал Газпром – если он, конечно, действительно предложил финансовую помощь в обмен на доступ на шельф (представитель Газпрома уже заявил, что компания не предлагала спасти экономику Кипра в обмен на газовые лицензии – прим. ВЗГЛЯД). Формула спасения Кипра проста: российские деньги в обмен на интеграцию, на первом этапе – по модели Белоруссии (разумеется, без формального провозглашения Союзного государства). Уже сейчас «провизу» для поездки на Кипр получают по электронной почте: этот порядок можно распространить на другие сферы (включая торговое судоходство, военное сотрудничество, освоение недр). Выведенные на Кипр российские деньги можно спасти (да и вернуть) лишь вместе с самим Кипром, расширив на него наш хозяйственный организм. Разумеется, это потребует кардинального оцивилизовывания нашего государства, повышения его эффективности, разумности, честности, а главное, отказа от коррупции как образа действия и мышления. Однако лучше делать это для спасения Кипра, чем в аду новой разрушительной революции. Справочно: по данным Moody's, все депозиты в банковской системе Кипра превышают 70 млрд евро, из них 30 млрд евро – иностранные. Россиянам принадлежат депозиты на 9,1 млрд евро (но на деле сумма больше, так как многие депозиты «прикрыты» гражданством других стран; кроме того, надо учитывать депозиты граждан стран СНГ, в первую очередь Украины и Казахстана), то есть потери составят около 800 млн евро. Кроме того, российские банки предоставили кипрским юридическим лицам (в том числе аффилированным с ними) кредитов на 40 млрд долларов, часть которых можно считать потерянными. Источник: Сайт Михаила Делягина Теги:  банки, Евросоюз, Кипр, финансовый кризис, долги, закат Европы Закладки:

17 марта 2013, 12:38

Итоги недели. «Павлины, говоришь...»

Итоги недели. «Павлины, говоришь...»           Южная Корея и США начали ежегодные совместные военные учения Южная Корея и США начали в понедельник крупномасштабные военные учения под условным наименованием Key Resolve, планы проведения которых вызвали резкое обострение отношений с КНДР, сообщает агентство Ренхап. Учения Key Resolve, в которых задействуются в общей сложности около 10 тысяч южнокорейских и примерно 3,5 тысячи американских военнослужащих, продлится до 21 марта. В настоящее время формирования вооруженных сил Южной Кореи и США проводят учения Foal Eagle, которые начались 1 марта и продлятся до 30 апреля. Совместные военные игры США и Республики Корея традиционно сопровождаются угрозами со стороны КНДР нанести ответный удар в случае атаки на ее территорию. Также власти Северной Кореи неоднократно заявляли, что в случае агрессии готовы использовать ракеты, способные достичь берегов США. Южная Корея и США начали ежегодные совместные военные учения Комментарии наших читателей: Mivmim: Если бы США не «тёрлись» бы в Корее, Корея бы давно соединилась . В возрасте 88 лет скончался известный писатель Васильев Борис Львович 11 марта 2013 года в возрасте 88 лет скончался известный писатель Васильев Борис Львович. Герои многих его книг и киносценариев – это жертвы исполинского насилия, бороться и противостоять которому у них часто нет сил, но и проигрывать ему они не могут и не хотят. Именно таким героем является молодой лейтенант Коля Плужников из произведения «В списках не значился». Данный герой является воплощением фразы Гёте «Лишь тот достоин жизни и свободы, кто каждый день идет за них на бой». Лейтенант, даже оставшись совсем один, продолжает свою борьбу с немцами в Брестской крепости, в то время, когда немецкие войска уже стоят на пороге Москвы. При этом герой Васильева выходит из сражения победителем, не смотря ни на что – а солдаты и офицеры вермахта отдают ему честь. Всего из-под пера Бориса Васильева вышло более 50 различных художественных произведений, по которым впоследствии было снято 15 фильмов. За свою деятельность Борис Васильев был награжден многими орденами и медалями. В частности он был награжден орденом Трудового Красного Знамени, двумя орденами Дружбы, орденами «За заслуги перед Отечеством» II и III степени. Васильев являлся лауреатом Государственной премии СССР и премии Президента России, премии Союза писателей Москвы «Венец», Независимой премии движения им. академика Сахарова «Апрель», Российской академии кинематографических искусств «Ника» в номинации «За честь и достоинство». «Лейтенантская проза» – Борис Васильев Комментарии наших читателей: AK-47: Васильев навсегда останется в нашей памяти честным и благородными человеком, как и герои о которых он писал в своих произведениях. Телевизионщики Дании перестали отличать компьютерные игры от реальности Датский телеканал TV2 признался, что в качестве иллюстрации для репортажа из Сирии использовал по ошибке кадр из компьютерной игры. Представитель TV2 Якоб Ниброэ признался, что изображение панорамы Дамаска, использовавшееся в качестве фона для репортажа из Сирии, транслировавшегося 26 февраля, было кадром из популярной игры «Assassin's Creed». В Дании на ТВ работают на мудрствуя лукаво: сотрудник телеканала, поискавший в Интернете, был уверен, что видит панораму Дамаска. Но в местных социальных сетях появились другие мнения. Пришлось господину Ниброэ назвать произошедшее «ужасной ошибкой, напоминающей о важности проверки источников изображений». Геополитическая мозаика: телевизионщики Дании перестали отличать компьютерные игры от реальности, а американцы с радостью пополняют список русофобов Комментарии наших читателей: Apasus: Кто владеет СМИ - тот владеет умами!! Я бы сказал................в войне за умы западного обывателя ошибок НЕ БЫВАЕТ!!! Анхар Кочнева сбежала от боевиков Журналистка Анхар Кочнева, похищенная сирийскими боевиками в октябре прошлого года, сбежала из плена и уже находится на пути в Дамаск. Об этом сообщил бывший муж корреспондентки Дмитрий Петров. "Анхар позвонила буквально два часа назад. Она еще не добралась до Дамаска, связь была очень плохая, поэтому она не успела рассказать ничего более подробно, только попросила позвонить маме", - рассказал он корреспонденту "Yтра". Тем временем на странице Кочневой в "Живом журнале" появилось сообщение: "Не ждали? Ваша Алиса вернулась из Зазеркалья. Подробности позже". В МИД Украины подтвердили информацию об освобождении Кочневой, отметив, что та уже связалась с украинскими дипломатами и во вторник ее ждут в посольстве Украины в Сирии. Подробности своего побега журналистка позже сообщила РИА "Новости". Анхар Кочнева сбежала от боевиков Комментарии наших читателей: Joker: Да втюхивают нам фуфло какое-то. 1) Сама она сбежать не могла. Это 100%. 2) Сам факт того, что правительство и России, и Украины «положило» на неё ,уже вызывает сомнение в правдивости плена. 3) Нескладушки с захватом и таксистом. Тут 2 варианта, либо она шпиён американский, либо поработали наши ребята и освободили её, а так как наши в отличие от американцев не афишируют, то сделали всё так, будто она сбежала. Не могли правдоподобней что-нибудь придумать. И еще интересен тот факт, что она вышла прогулочным шагом из плена и домой поехала - вроде ничего и не было. Да с ней сейчас 100% должны компетентные органы работать, потому как рассказать она может много интересного, а то что сейчас с ней этого не делают уже подтверждает тот факт, что органы эти уже поработали с ней, сразу после того как её освободили. Есть еще 3-й вариант, что всю историю с пленом она сама выдумала вместе со своими друзьями с целью получения 50 млн. у.е. на халяву, а так как платить не стали, вот она и инсценировала свой побег. Зная меркантильность нынешних людей, я бы сказал, что это правильный вариант на 98%, 1% на предателя и 1% на спецуру. В Грузию прибыли сотни американских морских пехотинцев На военном полигоне «Вазиани» близ Тбилиси начались американо-грузинские военные учения Agile Spirit («Бойцовский дух»), в которых участвует около 400 американских морских пехотинцев. Учения проходят в рамках «Хартии стратегического партнерства» между Грузией и США, предусматривающей сотрудничество в том числе в сфере обороны. Учения Agile Spirit проходят на «Вазиани» уже в третий раз. Последние крупные маневры с участием американских военнослужащих здесь проводились в 2012 году. По сообщению Минобороны Грузии, совместные учения продлятся до 5 апреля. «С нашей стороны в них примут участие военнослужащие 23-го батальона второй пехотной бригады. Этот батальон в прошлом году вернулся из Афганистана»,— сообщили “Ъ” в пресс-центре Министерства обороны страны. «Будут засады, взрывы, отработка боевых навыков день и ночь без перерыва»,— пояснил начальник управления учений и военной подготовки Минобороны полковник Арчил Омиадзе. В Грузию прибыли сотни американских морских пехотинцев Комментарии наших читателей: Alex28: Без паники. России эти учения как слону дробина. Пусть детки поиграют, видно, деньги девать некуда. Второй раз они не полезут. При всей тупости грузинского руководства они отчетливо понимают, что если еще раз сунуться - это приведет к полному поражению как в физическом, так и в политическом плане. Александр Романов: Чем больше Грузинских солдат будет у НАТО, тем легче нам будет победить НАТО. Парадокс парадоксов. Научные роты в российской армии Этот факт обозначился в словах главы военного министерства Сергея Шойгу, который на встрече с преподавательским и студенческим составом знаменитого МГТУ им.Баумана затронул возможность создания так называемых научных рот. Комплектоваться эти роты, по словам Шойгу, могли бы талантливыми выпускниками (или даже действующими студентами) вузов, которые бы вместе с определёнными преподавателями выполняли проектную или научно-техническую работу по поручению Министерства обороны. В конечном итоге, талантливая молодёжь могла бы комплектовать такие роты в различных регионах страны и проходить армейскую службу, даже не покидая стен альма-матер. Ведь отдавать долг Отечеству – это, согласитесь, не только служба в боевых частях, совершенствование строевой подготовки и умение метко стрелять. В конце концов, почему бы разработка новых технических средств активными и талантливыми студентами (пусть даже так называемыми, простите за термин, «очкариками» или «ботаниками»), создание ими передовых проектов материально-технического обеспечения войск в ходе выполнения боевых операций, развитие проектов систем связи, выполнение функций программной борьбы с потенциальным или реальным противником не поставить в один ряд с той же стрельбой из различных видов оружия или караульной службой. Научные роты в российской армии Комментарии наших читателей: Андрей57: Идея хорошая, единственно как бы опять эта идея не оказалась "легальным" уходом от службы для богатеньких и прочих "косящих", да и коррумпированность тех же военкоматов - ни для кого не секрет... Smel: Уважаемые форумчане!! Читая статью, да и некоторые комментарии - просто диву даёшься наивности тех, кто положительно принимает это предложение. С моей точки зрения - это элементарное заигрывание со студентами, обычный пиар высокопоставленного чиновника. Ни о какой боевой готовности рот с приходящим на 2-3 месяца составом, ни о каком освоении специальности этим приходящим контингентом не может быть и речи, несмотря на всю образованность (или подобие образованности) у оного. Кроме геморроя, который получит командир, больше никакого результата не будет. Были у меня в подразделении солдаты даже кандидаты наук в 26-27 лет (это 1979-1982 годы). Но, несмотря на их подготовку, отличное знание математики и физики, всё равно на полное освоение специальности топогеодезиста, вычислителя, оператора ЭВМ уходило по году. Ну а потом собственно и на дембель (т.к. срок службы у них был 1 год) А тут... Хотя в Библии сказано ..."блажен, кто верует..." Россия готовит в Беларуси плацдарм для антиПРО? Кремль рассчитывает использовать Беларусь в качестве противовеса европейскому эшелону ПРО США. Действенным способом нейтрализации противоракетной угрозы для стратегического потенциала России, по мнению ряда военных специалистов, может стать размещение на западных границах Беларуси суперсовременных зенитных ракетных систем С-400 или модернизированных С-300В. Их технические характеристики позволяют сбивать ракеты-перехватчики на начальном участке их траектории. Понимая значимость для себя Беларуси как плацдарма противодействия ПРО, российское военно-политическое руководство на фоне усиления напряженности со странами Запада сочло возможным пойти навстречу Минску в решении его наиболее вопиющих экономических проблем. И нынешнее потепление в отношениях Москвы и Минска отнюдь не случайно. Ведь подвижки в области экономической интеграции, оформление Таможенного союза, а затем и Единого экономического пространства сопровождаются явным усилением военного взаимодействия. Россия готовит в Беларуси плацдарм для антиПРО Комментарии наших читателей: Гога: Впечатление такое, что они нас ПРО-й пугают, а мы с удовольствием "боимся" и с "перепугу" укрепляем западные рубежи страны. А что, лучше повода для таких действий, чем их ПРО и не придумать. Что там у них из этого ПРО ещё выйдет, да и выйдет ли что вообще, а Искандеры будут уже на месте (в очередной раз пОляков кошмарить). Ragnarek: Беларусь - наш европейский непотопляемый авианосец! Военная прокуратура нашла нарушения при увольнении командира "Стрижей" Военная прокуратура Одинцовского гарнизона выявила грубые нарушения закона при увольнении командира пилотажной группы "Стрижи" Валерия Морозова, заявил в четверг на заседании Московского окружного военного суда его адвокат Александр Высоцкий. В начале октября 2012 года в отношении Морозова было возбуждено дело о взяточничестве. По версии следствия, он якобы требовал от подчиненных деньги за свободный график посещения службы. Морозов оспаривает свое увольнение как незаконное, так как соответствующее заявление было подписано за два дня до истечения контракта, когда ему еще не были предъявлены обвинения, а мера пресечения не избиралась. "В тексте аттестации и представления к увольнению на подполковника В.А. Морозова даны исключительно положительные характеристики, а основанием к увольнению с военной службы по несоблюдению условий контракта указан лишь факт возбуждения в отношении него уголовного дела", — сказано в представлении прокурора. Военная прокуратура нашла нарушения при увольнении командира "Стрижей" Комментарии наших читателей: Механик: Мужики. Да не вернуть уже Валерия. Все помылили и забыли.Пурги сейчас много будет, но уже все, нет таланта. Как было все продажно, так и осталось. Громобой: Военная прокуратура нашла нарушения при увольнении командира "Стрижей". И? Российский флот возвращается в Средиземноморье Шойгу, выступая с такой инициативой на видеоконференции со штабами флотов и округов, в частности, заявил: «У нас есть все возможности для создания и обеспечения функционирования такого соединения. В целом флотская группировка способна выполнять задачи в дальней морской зоне». Дополнительно сообщено, что Средиземноморская группировка российских кораблей будет состоять на треть из кораблей Черноморского флота и на 2/3 – из кораблей Северного флота РФ. При этом штаб будет располагаться в Санкт-Петербурге, а непосредственное оперативное командование может быть осуществимо с флагманского корабля. Российский флот возвращается в Средиземноморье Комментарии наших читателей: Abc_alex: Я не «мореман» ни разу. Поэтому, может быть, скажу чушь. Но считаю, что постоянное присутствие нашего флота в Средиземном море - это хорошо. Да, у нас мало кораблей, они старые и не имеют подавляющей огневой мощи. Но, господа, вы там что, флот США по щелям разгонять собрались? :) Так скромнее нужно быть, не до мирового господства пока :) для начала неплохо было бы получить возможность поддержать (хотя бы бровями) удобные региональные режимы. Да, у нас нет стабильной корабельной группы. Но ходили же сборные группы к Сомали пиратов гонять. Так и сюда будут ходить сборные группы, цель то не стоит завоевать Средиземноморье, цель то обеспечить постоянное присутствие. И не нужны тут "Орланы" кого ими тут пугать? Да, у нас нет постоянной базы. Но Тартус и не станет базой, пока не понадобится хоть для чего-то кроме выращивания помидоров. А Мистрали, между прочим, это как раз корабли для решения "колониальных задач". Десант на них сравнительно комфортно жить может. И потом, возможность сходить в Средиземное море это всё-таки замануха для очень многих современных ребят, идущих в армию. У нас ведь туда не дети олигархов ломятся. Для многих это единственный шанс повидать "теплые страны". Да и офицерскому корпусу тоже нелишне будет отточить навыки. Доклад Национальной разведки США: у Путина будут большие проблемы Главный разведчик США считает, что в течение текущего года демократическая политическая система России будет испытывать «напряжённость». Кремлю придётся иметь дело с ростом социального недовольства. Общество будет бурлить. Политическая система в РФ, считает Нацразведка, испытывает недостаток в любом реальном плюрализме и страдает от плохого и произвольного управления и эпидемии коррупции. Экономика России — «застойна». Всё это создаст российскому президенту Владимиру Путину огромные проблемы, куда большие, нежели те, с которыми он сталкивался во время своих двух предыдущих президентских сроков. Отмечается, что «рокировка» Медведева — Путина породила наибольшие политические протесты, которые Россия видела, начиная с распада Советского Союза. Несмотря на эти беспрецедентные протесты, российский лидер продемонстрировал, что он решил сохранить имеющуюся систему. После первоначального признания демонстраций и предложения нескольких политических реформ в надежде на разделение оппозиции, Кремль взял за основу более агрессивный подход. Он принял меры по ограничению действий оппозиции: преследование оппозиционеров и использование законодательного и судебного противостояния и запугивания противников. Доклад Национальной разведки США: у Путина будут большие проблемы Комментарии наших читателей: сергей32 Амеры, кстати, верно подметили наше состояние "эпидемия коррупции". Не знаю как у других, но у меня чувство, что наше общество последние годы помешалось на деньгах. Не только чиновники. По своей работе знаю, везде требуют откаты. Банкиры за выдачу кредитов, менеджеры, чтобы твой товар оказался на полке. Я не знаю, как правильно учить своих детей. Научишь быть честными, быть им в наших условиях неудачниками. Воспитаешь циниками, они потом и через тебя переступят. Наталия То что в России нет оппозиции это факт, другой вопрос а нужна ли в России оппозиция сегодня? В России за всю историю ее существования, сложился авторитарный менталитет, так как, народ верит и идет только за сильным лидером, харизматическим сильным лидером. (а ни как на западе, президентики однодневокчи). Мы авторитарная нация, Мы признаем лидера как лидера только тогда, когда своими действиями это докажет.....да он может нам не во всем нравиться или еще что то, но он крепко держит власть. Киевская Русь, Российское Государство, Российская Империя, СССР - это все государства с авторитарной психологией (будь то монархия или что то еще).... так чем современная Российская Федерация отличается. Ведь в истории России лидеры ни когда не менялись как перчатки... Мы помним из истории моменты, что случалось когда приходил слабый лидер, соплежуй или какой нибудь не популярный лидер....далеко ходить не надо Горбачев. А игры в американскую демократию к хорошему не приведут в силу того, что президенты однодневки это не для нашего народа, ибо нам всегда был нужен долгосрочный СИЛЬНЫЙ лидер который бы мог бы вести народ (как бы это пафосно не звучало это - факт) По этому нам нужен сильный лидер - и он у нас не сегодняшний момент слава БОГУ есть. Стало известно об очередном «достижении на благо Родины» бывшего министра обороны Представители Военной прокуратуры Западного военного округа сообщают, что выявлены факты незаконной продажи Министерством обороны прибрежной полосы Финского залива в Северной столице. После анализа документов было установлено, что с представлением на продажу земли на экс-министра вышла всё та же Евгения Васильева, и господин Сердюков, очевидно, совсем недолго раздумывая, подписал документ о продаже. Президиум Высшего арбитражного суда решил удовлетворить иск военного прокурора ЗВО, признав сделку по продаже земли недействительной. Здесь необходимо дополнительно сообщить, что главное военное ведомство успело реализовать прибрежные территории компании «Трансстрой» на общую сумму в 525 миллиона рублей. Суммарная площадь незаконно проданной земли составила более 11 тысяч квадратных метров. Земля эта располагается на Васильевском острове Санкт-Петербурга (остров не успел стать собственностью Евгении Васильевой - прим. автора). Питерский штопор полковника Сердюкова Комментарии наших читателей: Joker С каких это пор начальник поставивший свою подпись в документе на разрешение чего либо не несет ответственности? Если Табурета сразу не посадили, то и сейчас подавно не посадят. Уже миллион улик всплыло, а он все гуляет на свободе, давно должен был за решеткой сидеть, а еще лучше в могиле лежать за измену родине. jayich Растрелять без суда и следствия 10 самых заворовавшихся на лобном месте и вопросы сразу отпадут, цена вопроса 3,50руб за патрон 5,45 итого 35 рублей , всего то пачка сигаре или разок на маршрутке в мосве проехать, а деньги вернуть в казну распродать все их квартиры и имущество у всех родственников до 10 колена запретить чиновникам иметь собственность и денежные вклады за границей Образовать один расстрельный батальон с зарплатой солдату 200000руб./мес и пусть стреляют а родственничков на солнечную Новую землю отправить пусть чуток помёрзнут Эх, Иосив Вессарионович как нам вас не хватает.... Польша ищет в Японии защиты от российских «Искандеров» Министр обороны Польши Томаш Семоняк прибыл в Японию с официальным визитом, чтобы обсудить сотрудничество стран в противоракетной обороне и узнать о возможности закупки технологий и вооружений для ПВО, способных защитить Варшаву от российских и белорусских ракет, заявил бывший замглавы МИД Польши Витольд Ващиковский. «Мы сталкиваемся со все более напористой политикой Москвы. Россия признает, что политическая и военная ситуация в Европе ее не устраивает. Во время последнего визита представителей Комитета по иностранным делам Сейма и Сената в Москву я слышал, что Россия, среди прочего, чувствует военную угрозу со стороны НАТО и будет добиваться роспуска альянса и формирования на его месте нового военного союза с ее участием», – заявил политик, передает «Хартия'97» со ссылкой на польскую «W Polityce». Польша ищет в Японии защиты от российских «Искандеров» Комментарии наших читателей: Фантом-революции: Всё верно, говорят, в Японии есть меч для сеппуку, который защищает от ракет. А если серьёзно, то двойные стандарты так и прут: размещая у себя ПРО и говоря о независимости решений, нам пытаются указывать на то, чтобы мы не размещали "Искандеры». Каток: Дык, не нужно злить соседа, особенно если это медведь. А если уж так хотелось подразнить, то только идиoт будет удивляться, что в ответ можно получить по лицу. Думать нужно было раньше своей головой: что делаешь, и чем это чревато. Их НАТО подзуживает - "погавкай, погавкай на медведя!", и эти болонки рады стараться. Теперь достали Россию, она решила посмотреть, что там зудит и раздражает? Сразу у болонок истерика, "сейчас нас порвут, спасайте!" Да только, во-первых, у НАТО кишка тонка с Россией тягаться, и они это понимают (в лучшем случае - взаимное уничтожение, в худшем - Россия их сотрёт в радиоактивный порошок), а во-вторых, у НАТО планов не было костьми за болонок ложиться. Вывод: дружить с соседями лучше, чем... И бояться не нужно будет "Искандеров", наоборот - "Искандер" прикроет, если что... Владимир Путин за декаду: от обороны до экзотики На минувшей декаде активную кампанию, если можно так выразиться, общественно-политической направленности провёл президент Владимир Путин. То ли сознавая, что в последнее время увеличилось число критических стрел, выпущенных в его адрес даже со стороны сторонников, подозревающих президента в снижении активности, то ли недельный график работы Владимира Путина изначально подразумевал широкую разнонаправленную деятельность – сказать сложно. Но факт остаётся фактом: президент Путин, по всей видимости, решил продемонстрировать себя с той стороны, которую он сам некогда определил как «не дождётесь!» Пока «дождливые» телеканалы и «эхоподобные» радиостанции с представителями несистемной и околосистемной оппозиции продолжали обсуждать вопрос о том, как им общими усилиями расколоть эту власть (цитата принадлежит депутату-справедливоросу Илье Пономарёву), главный представитель этой самой власти, очевидно, раскалываться вовсе даже и не собирается. Владимир Путин за декаду: от обороны до экзотики Комментарии наших читателей: Гога Хороший учебник истории - жизненная необходимость! Беда в том, кому писать то поручат? "Спецам" из МинОбра? Да не дай Бог! djon3volta Только надо не Лениным, Сталиным заниматься, это уже история от них ничего не отнимешь и ничего не добавишь. Все основные точки расставлены. Надо заняться периодом 80-90-х, когда без войны, без иностранных войск на своей земле, мы сами нанесли себе такие потери в територии, экономике и людских ресурсах, что сопоставимо с крупным поражение в войне. Если мы не разберём эти годы,не найдём противоядия от самих себя. Все это опять повторится с ещё большими последствиями и не один раз. Комодо Не помешало бы уроки политинформации внести. Помните как в Союзе. А то немногие понимают что же происходит на самом деле. Дядька Надо возрождать, надо создавать, всё лишь слова. Кому надо? Только Путину? У него забот кроме ГТО хватает. И вообще, меня терзают смутные сомнения, я вижу на улицах моего города такое количество иностранцев, что не понимаю, кого защищает наша армия? Какой смысл что-то создавать на этой земле, если через открытые границы к нам потоком едет всякая нечисть, рушит рынок труда, создает национальные ОПГ, заполоняет те же школы, о которых говорит Путин. В классе, где учится моя дочь, нет ни одного русского мальчика! Ни одного! Только девочки. И на кой ляд чужеземцам русская история, наши духовные ценности? Зачем им ГТО? На чьей стороне будут воевать дети торгашей, дворников, землекопов? Или русский парень будет воевать а азиатский волчонок сбежит к бабушке в душанбе? Короче, русские не осознают своего национального и исторического единства и не выгонят инородцев с нашей земли, никакого возрождения России не будет. Самсебенауме Об учебнике истории... А мне интересно, что будет написано в новом учебнике истории о Горби и ЕБН? В каких красках, так сказать...? О ГТО... Решение безусловно полезное, но нужно развивать мысль. НВП в школьную программу, Военно-патриотические организации в виде ДОСААФ, летние военные лагеря для старшеклассников. О Хирурге... Ох и спорное решение о награждении.. Как-то позабылись и контрабанда в прошлом вызывающих зависимость веществ через Финляндию и разборки со смертельными исходами и нарушения общественного порядка. Не гоже президенту закрывать на это глаза. Вот общественность и выплёскивает эмоции. О филиалах зарубежных компаний... Изворотливость российских чиновников не знает границ. Не думаю, что данное решение повлияет на воровство. Только отсечение рук и голов способно что-то радикально изменить. О модернизации армии... Это то, за что я голосую двумя руками. Единственно, что меня смущает, не увеличатся ли к 2020 году аппетиты чиновников по аналогии с олимпийскими объектами. Возможно бюджет в 5 трл. рублей раздуется до 15-20-30. Гарантий этому нет... В Краснодарском крае через полтора года появится новый аэродром, способный принимать любые военные самолеты и вертолеты Взлетно-посадочную полосу построят на территории действующей военной базы в Кореновске, которая давно уже не соответствует требованиям современной авиации. Это даже не капитальная реконструкция старой авиабазы, аэродром придется построить с нуля. Самая крупная вертолетная база ВВС на юге России прослужила уже 70 лет. Ее масштабное преображение — это необходимость. Новая военная база будет вдвое больше прежней. Здесь появятся стоянки для вертолетов, разлетные площадки, блоки для сервисного обслуживания, целый комплекс зданий и ангаров. На строительство выделено 6,5 миллиардов рублей. "Будет организована система видеонаблюдения, — рассказывает Виктор Бондарев, главнокомандующий ВВС России. – Она будет охранять аэродром днем и ночью. Это огромный шаг вперед". Под Краснодаром появится гигантский военный аэродром Комментарии наших читателей: сержант ввс Суть заключается в том, что во время сокращения авиабаз из нескольких на юге выбрали одну. Кореновскую. Под Ростовом была отличная база в станице Егорлыкская. Там были не очень хорошие условия для солдат (напряги с чистой водой) но взлетная полоса была первоклассная. Могли садиться и грузовые самолеты и все вертолеты. Базировались грузовые ми26 и ми8. Был 325 транспортно-боевой вертолетный полк. Так как Табуреткин сам из Кореновска, то выбор остановили соответственно на этом городе, хотя там взлетка не очень. Асфальтовая (против бетонки под Ростовом) Когда новые ми28 взлетали, асфальт плавился. Вот теперь там решили сделать новую взлетку. Вот такая предыстория. Может было лучше оставить базу в ст Егорлыкская? *«Павлины, говоришь...» - фраза из кинофильма «Белое солнце пустыни»  

17 марта 2013, 11:19

Москва раскидывает широкую сеть в Средиземноморье

Не помню..Было ??"Ушли в прошлое времена, окончившиеся чуть более четырёх лет назад, когда было принято говорить, что Кремль использует энергию в качестве «геополитического инструмента». Восприятие угрозы, распространяемое воинами холодной войны в США в основе своей имело целью настроить Европу против увеличения энергетической зависимости от Кремля.Москве приписывали способность влиять на Западно-Европейскую политику с тайным планом саботировать трансатлантическое партнёрство.Тем не менее, незаметно или необсуждаемо геополитика энергетики трансформируется. Президент в Белом Доме, Барак Обама, не тратил времени зря из-за деления Каспийской энергии между соперниками. У него нет особых отношений с Большой Нефтью, в отличие от предшественника в Овальном Кабинете.Посол Ричард Морнингстайл, специальный посланник США на Каспии, тихо сошёл со сцены и «рынок» мало-помалу вступает в свои права. Если европейский энергетический бизнес с Россией сегодня и имеет неопределённые перспективы, то скорее по экономическим причинам, чем из-за механического движения к диверсификации источников импорта.Эра Билла Клинтона в геополитике каспийской энергии, которая была основой в течение всего президентства Джорджа Буша, насыщенной могучим чувством соперничества из-за российского статуса энергетического мотора, уступает дорогу. Это лишь одно из последних посланий, которые можно вытянуть из объявления в Москве о том, что филиал российского энергетического гиганта Газпром подписал 20-летнюю сделку с Levant LNG Marketing Corp. об израильском прибрежном газовом месторождении Тамар в Средиземном море.Россия смотрит на востокБез сомнения, сделка по Тамар переписывает азбуку геополитики энергетической безопасности. Но, во-первых, каковы факты?Тамар – лишь одно из двух прибрежных газовых месторождений в Израиле недалеко от Хайфы, второе – Левиафан. Запасы месторождения Тамар оцениваются приблизительно в 270 миллиардов кубометров (потенциал Левиафана оценивается в 450 кубометров).Проект плавучего завода по сжижению газа в Тамаре, который, как ожидается, будет введён в строй в 2017 году, – один из первых в своем роде в мире и будет сжижать газ израильского Тамара и более мелкого месторождения Далит на плавучих судах сжижения со скоростью 3 миллиона тонн ежегодно, что сравнимо с 84 миллиардами кубометров газа за 20 лет сделки с Газпромом, это приблизительно 30% от оцениваемых резервов Тамар.Сделка предусматривает, что Газпром обеспечит финансовую поддержку развитию проекта FLNG путём акционерных инвестиций финансирования, которое, как ожидается, будет весьма значительным.Сделка позволяет Газпрому исключительное право покупки СПГ в проекте Тамар, что означает расширение экспорта сжиженного газа российской компанией и её торгового портфолио. Приводят слова одного из главных руководителей Газпрома:«Это важный рубеж для усиления позиций Газпрома на мировом рынке сжиженного газа. Мы уверены, что соглашение не только поможет усилить и диверсифицировать портфолио Газпрома в области СПГ, но и … станет основой нашей успешности в азиатско-тихоокеанском регионе, где мы недавно заключили долгосрочные и среднесрочные соглашения с несколькими партнёрами в Индии и северо-западной Азии».По данным Международного Газового Союза, Россия в 2011 году занимала восьмое место в списке крупнейших экспортёров СПГ. Очевидно, сделка представляет собой огромный шаг вперёд к усилению влияния Газпрома на быстрорастущем азиатском рынке СПГ. Президент Владимир Путин всего лишь на прошлой неделе убеждал, что России нужно увеличить усилия по СПГ ради диверсификации своего газового экспорта, сконцентрированного на слабом европейском рынке.Соглашение позволяет Газпрому (крупнейшему в мире производителю традиционного газа) экспортировать прямо на рынки с высокими ценами в Японию, Южную Корею, Китай и Индию, которые недоступны для трубопроводов. В октябре Газпром подписал соглашение сроком на 20 лет с индийской GAIL о поставках 2,5 миллионов метрических тонн СПГ ежегодно, причём поставки начнутся в 2019 году.В настоящее время у России есть лишь один завод по сжижению газа (Сахалин-2, где Газпром работает с Royal Dutch Shell и Mitsui), и главным образом поставки идут в Южную Корею и Индию. На прошлой неделе Газпром объявил о решении построить завод СПГ во Владивостоке, на российском Дальнем Востоке, для обеспечения поставок в азиатско-тихоокеанский регион.Кстати говоря, соглашение по Тамар появилось в критический момент, когда Газпром оказался втянут в борьбу за свою традиционную монополию в экспорте российского газа с интересами мощных соперников, действующих в византийских коридорах власти в Кремле, которые тоже заявили о праве экспортировать СПГ.Однако настоящее значение соглашения заключается в перечерчивании геополитики восточного Средиземноморья, которая ныне оказалась на пороге арабской весны. Проект Тамар разрабатывается консорциумом, где доминируют израильские компании – Delek Drilling, Avner Oil Exploration, Isramco Negev-2 и Dor Gas – в которых 36% у американского нефтяного гиганта Noble (Noble также обладает долей 39,7% в проекте Левиафан). То есть и Тамар, и Левиафан – по сути американо-израильские совместные предприятия, и соглашение в Газпромом не могло быть заключено без одобрения американских и израильских партнёров.Итак, Газпром приглядывается и к участию в израильском газовом месторождении Левиафан. Ожидается, что Левиафан войдет в строй в 2016 году. Тут целая история. Очевидно, что у президента России Владимира Путина были серьёзные намерения, когда он во время одного из первых иностранных визитов посетил Израиль в июне, вскоре после своего возвращения в Кремль в итоге прошлых президентских выборов.Иначе говоря, визит в июне подчеркнул, как открытие Израилем значительных газовых месторождений в восточном Средиземноморье произвело тектонический сдвиг в геополитике региона. Москва видит огромные возможности, поскольку Левиафан тянется до южных вод Кипра. Noble Energy, сделавшая ставки на Израиль, одновременно и ведущий игрок в прибрежных разработках на Кипре, и уже взялась за месторождение Афродита с потенциальными запасами 7 tcf , а оно всего в 25 милях (40 км) к западу от Левиафана. Да уж, у Израиля и Кипра появилась необходимость объединить усилия.Всё это запустило поток визитов высокопоставленных лиц двух стран, у которых, что интересно, есть одно общее – напряжённые отношения с Турцией. Анкара ранее была стратегическим союзником Израиля, пока два года назад они не разошлись, поскольку турецкое исламское руководство посчитало целесообразным дистанцироваться от Бель-Авива, чтобы очистить свой образ «модели» для стран нового Ближнего Востока, возникающих после арабской весны.Неудивительно, что Турция в ярости от того, что Израиль объединяется с их непреклонными врагами – Кипром, а следовательно, и Грецией, и угрожает воспользоваться военной силой, чтобы остановить прибрежное бурение на юге Кипра. У Анкары существует ещё и проблема с российским энергетическим экспортом в целом, поскольку у неё есть собственные амбиции стать главным энергетическим узлом между Западом и Востоком.Цельная картинаВыход России. Российско-турецкие отношения в последнее время проходят время испытаний, причем исторически Россия имела тесные связи с Кипром и Грецией, которые то же исповедуют православную веру.В то же время в недавнем прошлом российские компании проявляют заинтересованность в Кипре. Это показатель растущего российского участия в экономике Кипра – и того, что Никосия благоприятно воспринимает российский патронаж – ведь Путин в 2010 году предложил стране $3.5 миллиардный заём для помощи банковскому сектору.Поскольку экономика Кипра страдает от влияния экономического краха в Греции, Никосия обратилась в Кремль за ещё одной срочной ссудой до $5 миллиардов. Москва размышляет. Путин предложил, что Россия могла бы присоединиться к плану Евросоюза по оказанию помощи Кипру.Московский фактор в газовых находках катапультировал Кипр из просто захудалого Средиземноморья и налоговой гавани для выросших на улицах российских бизнесменов до потенциальной региональной энергетической державы. Мнение экспертов таково: Кипр сидит на газовых запасах, которых может хватить на два столетия при нынешнем уровне потребления.Более того, Россия не может позволить Израилю и Кипру взяться за руки ради развития связей и ради начала поставки газа на европейский рынок, что могло бы повредить традиционной роли Газпрома, как ключевого поставщика Европы. Израильская морская зона граничит с кипрской, а Левиафан заходит в кипрские южные воды, и существуют планы объединить израильский и кипрский экспорт в Европу через Грецию. При условии тесных связей с Кипром и растущем влиянии «российского лобби» в израильской политике, Москва маневрирует, чтобы занять удобную позицию и справиться с серьёзной работой по газовому экспорту с месторождения Левиафан.В самом деле, Москва обладает цельной картиной энергетической карты восточного Средиземноморья. Её недавние действия по продвижению связей с Ливаном и её упорная позиция по Сирии могут рассматриваться и в таком свете. Россия в конце января пригласила президента Ливана Мишеля Сулеймана в Москву.Сейсмические 3-D исследования показали, что Ливан, вероятно, обладает главными газовыми месторождениями в своей морской экономической зоне, которые могут иметь больший потенциал, чем прибрежное месторождение Кипра. Достаточно сказать, что американские геологические исследования оценивают Levant Basin (тянется от Сирии через воды Ливана, Израиля, Кипра, полосу Газы и Египет) в 122 триллиона кубических футов газа и около 1,7 миллиарда баррелей нефти.«Деидеологизированное» возвращениеНет большого секрета в том, что политический конфликт в Леванте пересекается с глобальными энергетическими стратегиями. Израиль не хочет, чтобы его возможности экспорта ограничивала Россия, поскольку Тамар и Левиафан дают уникальный шанс развивать дружбу и прорвать изоляцию. Но соглашение о Тамар показывает, что Израиль может быть весьма прагматичен, если Москва предложит правильное сочетание услуги за услугу.Какова будет услуга со стороны России – покажет время. Правительство Израиля ещё должно одобрить соглашение с Газпромом по Тамар. В то же время, израильская пресса сообщила, что критерии для иностранных инвестиций в разработку газового месторождения Левиафан – наличие квалификации в разработке природного газа, производство СПГ и другие – подозрительно намекают, что Газпром намерен получить долю в проекте.В грубом приближении Израилю потребуется более $10 миллиардов на одну только экспортную инфраструктуру. Неудивительно, что слухи об отказе в приобретении доли Газпромом стихли.Наверняка израильтяне будут торговаться ради оптимальной сделки, а это, скорее всего, будет включать в себя и политические моменты. Израиль не сомневается в собственной способности свести на нет российские стратегически связи с Ираном, особенно в части продажи вооружений. Израиль надеется, что Россия поспособствует достаточно мягкой «смене режима» в Сирии ради такого сдвига, который не дестабилизирует регион до неблагоприятного положения.Однако по зрелом размышлении кажется всё сложнее удержать Россию вдали от энергетических ресурсов восточного Средиземноморья, особенно, если план состоит в строительстве завода СПГ на Кипре для производства и экспорта газа, полученного с израильского Левиафана и кипрской Афродиты – чего добивался Noble Energy.Главное преимущество России в том, что она уникально расположена для передвижения в непостоянных водах восточного Средиземноморья, которые усыпаны спорами из-за морских границ и эксклюзивных экономических зонах – между Грецией и Турцией, Израилем и Ливаном, Кипром и Турцией и – в последнее время – Сирией и Турцией.«Деидеологизированное» возвращение пост-советской России на Ближний Восток в матрице, где всё постоянно – в её интересах, а всё остальное эфемерно и переговорный процесс начинает давать результаты, как эффектно показывает сделка по Тамар. В конце концов, не так уж мало побудить к дружбе Израиль с одной стороны и Иран, Сирию и Ливан с другой, с Кипром и Грецией с одной стороны и Турцией – с другой – да ещё при этом заставить практически их всех чувствовать уважение из-за своих связей с Россией."Оригинал публикации: Moscow casts wide net in Mediterraneanhttp://forum.polismi.org/index.php?/topic/4753-asia-times-online-%D0%B3%...

12 марта 2013, 15:17

Мечты, мечты, где ваша сладость...

Россия возвращает свой флот в советские зоны присутствия. "А кто там будет плавать и на чем?"Россия готова к возвращению военно-морского флота в бассейн Средиземного моря. Во всяком случае, такая уверенность есть у нового министра обороны. Накануне во время расширенного совещания с руководством Генштаба и представителями ВПК Сергей Шойгу заявил, что уже принято решение о создании управления оперативного соединения ВМФ в средиземноморской зоне, где силы флота будут располагаться на постоянной основе. Ранее во время визита в дружественный Вьетнам министр объявил и о том, что российские военные моряки и летчики возвращаются в Камрань. Однако, эксперты сомневаются если не в решимости нового министра, то в возможностях обеспечить выполнение эти планов.Заявления министра обороны Сергея Шойгу о том, что необходимо возвращение флота в Средиземное и Южно-Китайское моря, военные эксперты восприняли весьма позитивно. Ведь последние 20 лет постепенно присутствие России за пределами страны планомерно сокращалось, фактически сворачивались военные базы, которые Советский Союз использовал десятилетиями, обеспечивая таким образом присутствие в стратегически важных районах и обозначая свои геополитические интересы. С тех пор Россия ушла с Кубы, из Вьетнама, а присутствие в Средиземноморье проявлялось лишь в наличии ремонтно-технического пункта в Тартусе. Однако, судя по тону главы Минобороны, он намерен развернуть эту тенденцию вспять.Стоит напомнить, что 5-я средиземноморская оперативная эскадра была сформирована в 1967 году, как балансир для Шестого флота США. Эскадра формировалась на ротационной основе: в её состав входили надводные и подводные силы Северного, Балтийского и Черноморского флотов, а также корабли Тихоокеанского флота. Как правило, в составе эскадры насчитывалось 70-80 вымпелов (до 30 надводных боевых кораблей, 4-5 атомных и до 10 дизельных ПЛ, 1-2 плавмастерские, 3-4 морских танкера, корабли минно-тральной группы, корабли комплексного снабжения, сухогрузы, рефрижераторы, госпитальные и спасательные суда, морские буксиры и др.). Только за период с 1967 по 1978 годы в Средиземном море на боевой службе побывали 1 тыс. 546 кораблей и судов, то есть не менее 100 ежегодно. Эскадра была расформирована в 31 декабря 1992 года.Что касается Камрани, то здесь помимо пункта материально-технического обеспечения была расположена одна из крупнейших советских военно-морских баз, кроме того, тут располагался аэродром для отдельного смешанного авиационного полка. База функционировала с 1979 по 2002 год. В Камрани находились силы 17-й оперативной эскадры. В середине 1980-х гарнизон базы достигал 6 тыс. человек."Возвращение российского военно-морского флота в Средиземное море – это знаковая вещь, которая показывает, что есть достаточно политической воли и амбиций для того, чтобы Россия смогла присутствовать в этом ключевом для ее интересов регионе. Известно, что во времена Советского Союза здесь на постоянной основе базировалась средиземноморская эскадра советского ВМФ. Я поддерживаю это решение, оно правильное, своевременное и, самое главное, отвечает интересам национальной безопасности Российской Федерации", – отметил руководитель Центра анализа мировой торговли оружием, главный редактор журнала "Национальная оборона" Игорь Коротченко."Это говорит о том, что Россия не выйдет из Средиземноморья. Более того, она будет защищать свои интересы в этом регионе, в том числе, в Сирии, в Иране и других странах", – добавляет руководитель Центра военного прогнозирования, полковник Анатолий Цыганок.Эксперты называют целый ряд плюсов в таком расширении "поля деятельности" для российских моряков."Во-первых, флот выходит на оперативный простор, во-вторых, флот получает практику в деятельности в других морях. В-третьих, такое государство, как наше, не может находиться только в прибрежных водах, оно должно постоянно быть в мировом океане. Совершенствуется и руководство флотом. И нужно отметить, что мы сейчас выходим на приблизительный уровень Советского Союза, что, в принципе, приятно", – перечисляет вице-президент Академии геополитических проблем полковник Владимир Анохин.Однако, специалисты сходятся в том, что для осуществления этого наполеоновского плана не хватает "сущей мелочи" - а именно достаточного количества боеспособных кораблей, способных маневрировать на океанских просторах."Вопрос заключается в следующем: управление создали, а кто будет плавать и на чем?" – ставит вопрос Анохин.Этот вопрос отнюдь не выглядит праздным. Ведь даже Шойгу на том же совещании безжалостно признал, что "общее состояние дел на флоте нельзя назвать удовлетворительным", поскольку длительное время на флот не поступало новых кораблей."Российский флот сократился от советского флота примерно в 4-5 раз. Это очень большая проблема. России очень сложно сейчас действовать в океанской зоне, потому что корабли такого класса практически не присутствуют. Это не только фрегаты, до сих пор не принято решение, будем или нет строить авианосцы. России очень трудно создавать свое присутствие в мировом океане, для этого потребуется не менее 10-15 лет", – дает прогноз Цыганок.Если говорить о конкретных цифрах, то согласно официальной информации, суммарно весь российский ВМФ располагает 25 кораблями 1-го и 2-го рангов, которые можно отнести к кораблям океанской зоны. В конце 1980-х было около 160 кораблей дальней морской зоны. Помимо этого, есть несколько десятков стратегических и многоцелевых подводных лодок, способных принимать участие в дальних походах, но и они, по большей части, являются советским наследием. При этом, по данным 1991 года, в конце 1980-х советский флот насчитывал 1380 боевых кораблей и подводных лодок, на сегодняшний день их количество не превышает 300.Согласно планам Минобороны, эта цифра в ближайшие годы должна ощутимо измениться за счет поставок новейших кораблей и подводных лодок. Сергей Шойгу заявил, что до 2020 года флот получит 78 кораблей всех типов, среди которых 54 надводных корабля и 24 субмарины."С огромнейшими усилиями, я думаю, эта цифра реалистична, если правительство будет уделять поддержке флота основное внимание", – оптимистичен Цыганок.Однако, его коллеги склонны расценивать планы Министерства обороны более пессимстически."К сожалению, неоднократно уже сроки сдачи кораблей флоту переносятся, сдвигаются. Я вынужден констатировать, что это количество за семь лет мы не сдадим при всем желании. Объективно это связано с состоянием нашей промышленности после 90-х годов, с тем, что целый ряд кораблей и подводных лодок производятся впервые, их освоение на производстве очень затратно как по времени, так и по финансам. Кроме того, в комплектации поставок на тот или иной корабль участвуют сотни предприятий и добиться слаженной работы смежников крайне тяжело. Надо быть реалистами. Рассчитывать на то, что в установленные сроки корабли и подводные лодки вступят в строй, не приходится", – уверен Игорь Коротченко.По этой же причине эксперт не склонен идеализировать соглашение по возобновлению использования объектов в Камрани, о котором заявил Шойгу неделей раньше. По его мнению, эта база не будет являться военной базой как таковой, а станет лишь пунктом материально-технического обслуживания для кораблей ТОФ, да и то - лишь после того, как начнется перевооружение плавсостава флота.Однако, говоря о вьетнамском порте, следует учитывать не только то, что время от времени им будут пользоваться уходящие на боевую вахту корабли ТОФ. Ведь никуда не делось идеологическое противостояние с США, которые также имели виды на этот порт, напоминает Цыганок.Судя по всему, это означает, что вьетнамские руководители предпочли возобновить дружбу со своим старым союзником, а не предоставлять США дополнительную опорную точку для усиления их флота в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Кроме того, Россия имеет достаточно устойчивые планы по военно-техническому сотрудничеству с этой страной. Недаром министр Шойгу напомнил о том, что в скором времени Россия поставит шесть подлодок проекта 636.1 "Кило", контракт на производство которых был заключен еще в 2009 году.Анатолий Цыганок напомнил, что решения свернуть базы в Камрани и кубинском Лурдесе были ошибкой бывшего министра обороны Сергея Иванова, который сейчас возглавляет президентскую администрацию, и предположил, что сейчас президент Путин пытается исправить те ошибки."Думаю, что не исключено и возвращение в Лурдес. Вы знаете, что в последнее время были поездки российского правительства в Латинскую Америку. Я допускаю, что во время посещения нашего премьер-министра, может быть, обсуждался и этот вопрос. Сегодня, как я думаю, мы заинтересованы в базе на Кубе. Если у нас будет разведывательный орган на Кубе, то мы будем контролировать все Западное полушарие. Для России это было бы очень даже выгодно", – предполагает военный эксперт.Таким образом, по мнению военных экспертов, российское руководство принимает достаточно символичные решения, которые призваны продемонстрировать и самим себе и внешним оппонентам готовность вновь расширять свое геополитическое пространство, хоть этот знак пока и не имеет под собой достаточной военной силы."Конечно, это символ, как флаг. Когда поднимают флаг – он не стреляет, но значит очень много", – сравнивает Владимир Анохин.А для того, чтобы стрелять, удерживая этот флаг, эксперты предлагают принять целевую программу кораблестроения, которая бы позволила более детально и точно планировать обновления российского флота и загрузку промышленности."Для России необходимо принятие отдельной программы "Военное кораблестроение", рассчитанной на 30 лет для того, чтобы там по годам были комплексно прописаны ввод в боевой состав флота тех или иных боевых единиц. Сделать это совершенно необходимо в рамках такой долгосрочной кораблестроительной программы, потому что, к сожалению, и гособоронзаказ и государственная программа вооружения подвергаются корректировке достаточно сильно. Пока же, к сожалению, у нас заявляются цифры, которые радуют при первом прочтении, но реальность оказывается гораздо печальнее", – предложил Коротченко.Сергей Табаринцев-Романов

11 марта 2013, 00:11

«Мягкая сила» для Ирана

Леонид СавинМирная ядерная программа Исламской Республики Иран продолжает оставаться объектом пристального интереса со стороны многочисленных «фабрик мысли» Запада. Подобные центры почти всегда предлагают исключительно силовые решения, одновременно устраивая пиар в подконтрольных СМИ. Однако бывают и исключения, когда подход экспертов к различным мировым и региональным проблемам не вписывается в стандартную повестку по внешней политике Белого дома.   Исключением стал недавний доклад группы экспертов национального оборонного исследовательского института США RAND Corporation (далее Rand Corp.), озаглавленный «Как разделаться с ядерной программой Ирана». Учитывая значительное влияние, которое оказывает этот центр на принятие политических решений истеблишментом США, есть вероятность, что неистовое рвение неоконсервативных кругов, которые давно выступают за самые радикальные действия в отношении Ирана, будет, по крайней мере, уравновешено. К тому же среди авторов доклада такие важные персоны, как экс-посол США в ЕС и советник президента и госсекретаря по особым вопросам Джеймс Доббинс.   В докладе четко указано, что необходимо вести диалог с Ираном, - только дипломатия и экономические санкции могут предотвратить появление у этого государства ядерного оружия, а военные меры, будь то удары Израиля или США, неизбежно подтолкнут руководство этой страны к созданию такового. При этом рост влияния Ирана будет все труднее удерживать. Авторы подчеркивают, что «реакция на военное вторжение в соседних государствах однозначно будет враждебной. Сочувствие будет на стороне Ирана, а влияние Израиля, США и арабских режимов, находящихся в союзе с Вашингтоном, будет чрезвычайно осложнено. Это будет особенно верно в новых демократизирующихся обществах, таких, как Египет, где общественное мнение стало менее скованным и более влиятельным. Значение международных санкций может сойти на нет, и Иран, вероятно, удвоит свои усилия по разработке ядерного оружия".   Поэтому непосредственной целью западной политики должно стать отговаривание Ирана от создания, испытания и развертывания ядерного оружия. В Rand Corp. прекрасно понимают нехватку международной солидарности, которую испытывают как американские, так и израильские чиновники, а несогласие этих двух сторон по многим вопросам делает их общую стратегию еще более затруднительной. Между тем в докладе предлагается также уговорить Израиль не проводить каких-либо враждебных действий против Тегерана. Вместе с этим говорится о необходимости продолжать укреплять израильскую армию, одновременно углубляя сотрудничество в области разведки.   Кроме того, отмечается, что в будущем отношение политического руководства Ирана к Израилю может значительно улучшиться, что связано с политической конъюнктурой в этой стране.   История также свидетельствует, что между Ираном и Израилем была эпоха тесного сотрудничества. От себя отметим, что в США обычно традиционно смешивают критику сионистского проекта с любой антиизраильской риторикой (например, если Махмуд Ахмадинеджад заявил о необходимости ликвидации сионистского государства и создании на его месте общего государства евреев и палестинцев, то его слова были вырваны из контекста и постоянно цитируются как угроза Израилю).   Интересно, что в работе упоминается давняя антипатия между США и Ираном, в частности, говорится о роли Вашингтона в свержении демократически избранного правительства в 1953 г. в Иране и последующих целенаправленных действиях – поддержка шахского режима и оказание помощи Саддаму Хусейну в войне с Ираном. Упоминается даже сбитый американским военным судном иранский пассажирский авиалайнер над международными водами Персидского залива в 1988 г., что само по себе показательно, так как обычно американские политологи (за исключением критиков капитализма и империализма типа Н. Хомски) стараются не вспоминать этот инцидент. Также отмечено определенное отношение со стороны Ирана к США после 2009 г. – Тегеран стал менее восприимчивым к дипломатическому давлению, но более уязвим от экономических рычагов и так называемой «мягкой силы», которая включает в себя различные манипулятивные технологии от масс-медиа до культуры.   Хотелось бы отметить, что Rand Corp. регулярно издает монографии по иранской тематике и проводит постоянный мониторинг внутренней политики этой страны. Например, в 2011 г. там был издан коллективный труд «Следующий верховный лидер. Правопреемство в Исламской Республике Иран».   С первых строк этой книги авторы показывают всю важность роли, которую играет в Иране верховный лидер - аятолла Хаменеи в качестве верховного главнокомандующего и высшей политической власти.   Авторы выражают обеспокоенность тем, что ранее верховный лидер позиционировал себя «вне политики», а нынешний аятолла выступил в 2009 г. на стороне Ахмадинеджада и использовал корпус стражей Исламской Революции для сохранения режима статус-кво. Поэтому, по их мнению, вопрос о преемственности нового лидера будет проходить в принципиально новой атмосфере. Предполагается пять сценариев будущего: 1 - новый лидер будет таким же (возможно, тщательно подобран самим Хаменеи); 2 - придет абсолютный диктатор с культом личности; 3 - демократический вариант, когда лидер будет проводить реформы; 4 - вместо одного лидера будет совет; 5 - смещение верховного лидера с высшей позиции в пользу республиканства. В целом на процесс выбора нового преемника могут повлиять такие факторы, как отдельные личности и их влияние в коридорах власти, принцип «велаят-е факих» (исламское правление, на котором основана как политическая, так и религиозная легитимация), а также решения и действия «персональной сети» Хаменеи. Кроме того, серьезную роль будут играть Зеленое движение (возникшее в связи с выборами в 2009 г.), движение по защите прав женщин, экономическая ситуация в стране и иранско-американские взаимоотношения.   Необходимо отметить, что авторы открыто заявляют, будто Иран поддерживает терроризм (в списке, указанном на сайте Госдепартамента США, также значатся Куба, Судан и Сирия), что вместе с другими внешнеполитическими факторами (напряженные отношения с Израилем и рядом арабских государств, растущая конфронтация в связи с ядерной программой Ирана) может оказать определенное влияние на нового верховного лидера. Но с учетом выборов в 2009 г. авторы делают вывод, что, скорее всего, в ближайшее время ситуация останется такой же и кардинальных социально-политических перемен в стране не произойдет.   Странным также выглядит и то, что смена аятоллы рассматривается американцами в самой ближайшей перспективе. Очевидно, что переформатирование Ирана вслед за арабскими странами Северной Африки и Ближнего востока все же стоит у Вашингтона на повестке дня. Возвращаясь к упомянутой монографии, можно сделать определенные выводы из пожеланий сотрудников RAND Corp. Американские эксперты рекомендуют правительству Соединенных Штатов провести набор градуированных дипломатических действий, стремясь первыми остановить иранскую ядерную программу до того, как она перейдет в фазу ядерного оружия, сохранив рычаги для обеспечения возможного соблюдения Ираном всех своих обязательств по ДНЯО. При этом они отмечают, что дипломатия вряд ли принесет существенные достижения до тех пор, пока у власти будет нынешнее иранское руководство. Тем не менее, США нужны надежные каналы связи с иранским режимом, чтобы собирать информацию, предупредительные сигналы, избегать нежелательных конфликтов и двигаться в направлении согласия, если предстанет такая возможность.   Можно предположить, что для установления таких каналов связи будут применены как традиционные разведывательные методы, так и услуги посредников - от соседей Ирана до дружественных режимов, которые Вашингтон может использовать как прокси-страны. В связи с этим усиление влияния США в Азербайджане и ухудшение отношений этого государства с Российской Федерацией должно являться определенным сигналом.   А попытки сместить нынешнее правительство Ирана с помощью прямого или тайного вмешательства авторы доклада оценивают как крайне нежелательное, что может привести к обратному эффекту, подорвав доверие к США и укрепив положение нынешних иранских лидеров.   Вероятнее всего, США будут продолжать действовать методом «мягкой силы», в том числе, через соседние арабские страны, где они достигли определенных успехов в «продвижении демократии». И действовать они будут исходя из долгосрочной перспективы с учетом их культуры, политических идеалов и самой политики.   Авторы также отмечают, что нынешняя ситуация в Иране подразумевает, что «Персидская весна» вполне возможна. В этом вопросе большая ставка делается на «Зеленое движение» в Иране, и «демократическое» вмешательство, скорее всего, будет осуществляться двумя опциями: через ООН и риторику нарушения прав человека, а так же посредством активной поддержки диссидентов в Иране. Следовательно, Тегеран должен тщательно контролировать любые попытки политического дирижирования гражданскими процессами в своей стране извне.   Конечно же активная геополитическая динамика, наблюдаемая сейчас на Ближнем Востоке, может внезапно обнаружить новые вызовы, возможности и угрозы, как для Ирана, так и для других стран региона. Тот же Израиль до начала 2000-х гг. не рассматривал Иран как своего соперника, и у обеих стран были четкие геополитические приоритеты – Персидский залив для Ирана и Восточное Средиземноморье для Израиля. Лишь после того, как Иран разработал и успешно испытал новые ракеты-носители и начал интенсифицировать работы с ядерной программой, Израиль запаниковал, неожиданно увидев в Тегеране угрозу своему существованию. Кроме того, нельзя исключать и «шиитскую весну» в Бахрейне и Саудовской Аравии, где постоянная протестная активность однозначно действует как против местных режимов, так и против их патрона в лице США.   Столетие Раздел: АтлантизмРегион: Ближний ВостокТеги: Иранмягкая силагеополитикасшаближний востокконфликты