21 января, 13:30

A Neoclassical Theory of Liquidity Traps -- by Sebastian Di Tella

This paper provides an equilibrium theory of liquidity traps and the real effects of money. Money provides a safe store of value that prevents interest rates from falling enough during downturns, and the economy enters a persistent slump with depressed investment. This is an equilibrium outcome--prices are flexible, markets clear, and inflation is on target--but it's not efficient. Investment is too high during booms and too low during liquidity traps. Although money has large real effects, monetary policy is ineffective--the zero lower bound is not binding, money is superneutral, and Ricardian equivalence holds. The optimal allocation requires the Friedman rule and a tax/subsidy on capital.

21 января, 13:30

Preventives Versus Treatments Redux: Tighter Bounds on Distortions in Innovation Incentives with an Application to the Global Demand for HIV Pharmaceuticals -- by Michael Kremer, Christopher M. Snyder

Kremer and Snyder (2015) show that demand curves for a preventive and treatment may have different shapes though they target the same disease, biasing the pharmaceutical manufacturer toward developing the lucrative rather than the socially desirable product. This paper tightens the theoretical bounds on the potential deadweight loss from such biases. Using a calibration of the global demand for HIV pharmaceuticals, we demonstrate the dramatically sharper analysis achievable with the new bounds, allowing us to pinpoint potential deadweight loss at 62% of the global gain from curing HIV. We use the calibration to perform policy counterfactuals, assessing welfare effects of government policies such as a subsidy, reference pricing, and price-discrimination ban. The fit of our calibration is good: we find that a hypothetical drug monopolist would price an HIV drug so high that only 4% of the infected population worldwide would purchase, matching actual drug prices and quantities in the early 2000s before subsidies in low-income countries ramped up.

Выбор редакции
21 января, 13:30

Value for Money? Community Targeting in Vote-Buying and Politician Accountability -- by Jessica Leight, Dana Foarta, Rohini Pande, Laura Ralston

Community targeting of vote payments -- defined as the saturation of entire neighborhoods with cash prior to elections -- is widespread in the developing world. In this paper, we utilize laboratory experiments conducted in the U.S. and Kenya to demonstrate that, relative to individual targeting, a vote-buying regime that distributes payments widely renders voters more tolerant of politician rent-seeking, and increases the level of politician rent-seeking observed in equilibrium. The most parsimonious model of preferences consistent with these patterns is a model in which both politicians and voters are characterized by multifaceted social preferences, encompassing reciprocity, altruism, and inequality aversion.

Выбор редакции
21 января, 11:44

Turkish army says has hit 153 targets so far in northern Syrian operation

ISTANBUL (Reuters) - The Turkish military has so far hit 153 Kurdish militant targets in its operation in northern Syria's Afrin region, the army said in a statement on Sunday.

Выбор редакции
21 января, 08:13

Turkey 🇹🇷 launches Afrin offensive against Syria's YPG

Turkey says it has now launched its offensive on the Kurdish-held enclave of Afrin in northern Syria. After days of shelling, Turkish jets have carried out air raids on the border district, targeting the Kurdish YPG. Syrian rebels backed by Turkey are also reported to have mobilised near Afrin. Turkey's President Erdogan says the next target will be Manbij, a town which was recaptured from ISIL in 2016 by a Kurdish-led force backed by the US, but opposed by Turkey. Al Jazeera’s Stefanie Dekker reports from the Turkish-Syrian border. - Subscribe to our channel: http://aje.io/AJSubscribe - Follow us on Twitter: https://twitter.com/AJEnglish - Find us on Facebook: https://www.facebook.com/aljazeera - Check our website: http://www.aljazeera.com/

Выбор редакции
21 января, 06:00

A New Decision to Go to War in Syria

Paul R. Pillar Syria Iran Israel, Middle East Behind a façade of continuity, the deployment of U.S. armed forces in Syria for the purposes that Secretary of State Rex Tillerson described in a speech this week represents a departure from what such forces were originally sent to Syria to do.  The Trump administration is having U.S. troops participate indefinitely in someone else’s civil war, for reasons that are quite different from the original stated objective of helping to quash the so-called caliphate of the Islamic State (ISIS).  The new reasons do not stand up to scrutiny in terms of defending any threatened U.S. interests.  The administration has in effect made a decision to immerse the United States in yet another foreign war. The territorial presence—the mini-state—that ISIS created in Iraq and Syria provided the occasion for the use of military force in going after the group.  Many terrorist groups do not present good military targets.  This one, because of the mini-state, did.  But the mini-state is no more.  Tillerson himself correctly said, “Today, nearly all territory in Iraq and Syria once controlled by ISIS, or approximately 98 percent of all of that once United Kingdom-sized territory, has been liberated, and ISIS has not been able to regain one foot of that ground.”  ISIS can still cause trouble as a more traditional terrorist group and as an inspiration for jihadist violence.  But as a military target, it has lost.  The appropriate U.S. response to that defeat, given what was supposed to have been the mission of U.S. forces in Syria, would be to declare victory and go home. Read full article

Выбор редакции
21 января, 05:01

Miley Cyrus: Her Most Controversial Moments

The young pop star, Miley Cyrus has had a long history of shocking the public. Here are her 15 most controversial moments.

21 января, 03:36

First There Was Prince. Now Tom Petty. When Will America Finally Wake Up to the Opioid Crisis?

When pop star Prince died in April 2016, a gaggle of health care researchers and reporters—including me—tried to see the silver lining in his surprising, opioid-linked death. If even Prince, a famous teetotaler with access to the best medical care, could end up addicted to painkillers, surely that would show that the opioid epidemic was reaching every corner of America. Maybe in death, his celebrity could illuminate the high stakes of the crisis and force a reckoning.We were very wrong. More than 55,000 Americans—rich, poor, famous and not—have since died from their own opioid overdoses. The latest data from the Centers for Disease Control and Prevention (CDC) suggests that the death rate in 2018 could be even worse. And Friday night’s news that rock star Tom Petty died from his own preventable painkiller overdose, more than a year after Prince, underscores how far there is to go.In health care, there’s a quest for celebrity patients—a symbol who can galvanize change. It’s a strategy that’s worked before. Ryan White, a teenager in the 1980s, became the face of HIV/AIDS and helped drive research and reforms. More recently, actor Michael J. Fox raised awareness of Parkinson’s disease; Angelina Jolie’s op-ed about her breast cancer risk spurred a spike in genetic testing.That hasn’t really happened with painkiller deaths, perhaps because there are too many famous faces to pick from. Actors like Heath Ledger and Philip Seymour Hoffman. Musicians like Prince and Petty. And it’s far from a new trend. Even Elvis Presley, who died 41 years ago, was dealing with painkiller addiction.A celebrity’s death from painkillers also has lost its ability to shock and awe. “No one is surprised when they hear about a rock star dying of a drug overdose,” said Andrew Koldony, an addiction expert at Brandeis University. “In some ways, it reinforces the stigma around addiction or that it only happens because of a certain lifestyle. Of course, that’s not true at all.”Prince and Petty, for instance, were both dealing with chronic pain—like millions of everyday Americans—and seemingly got hooked on drugs in their attempts to manage it. Petty’s family said he played 53 separate shows while using legally prescribed medication to deal with a broken hip; his death was reportedly an accidental overdose of a mix of those legal drugs.The details of Prince’s death remain less clear, but investigators note that he had apparently overdosed just six days earlier, after a performance, and was administered an emergency recovery drug—a worrying sign of the depth of his addiction. He also had been hiding a mix of different painkillers in aspirin bottles, with at least some of those medicines apparently prescribed to his bodyguard for privacy. Prince had suffered ankle and hip problems for years, with multiple reports that he’d undergone major hip surgeryNeither celebrity was blind to the risks. Petty had previously beaten a heroin addiction; Prince was scheduled to meet with an expert for painkiller treatment the day after he died.“Prince was not a drug abuser” in the traditional sense of celebrity rockers, Kolodny stressed. “He was a religious guy. He was a vegetarian. You couldn’t smoke pot or drink alcohol on tour with him.”But there’s a deeper reason why a celebrity death hasn’t arrested the opioid crisis: The problems are systemic, and too entrenched to be shaken by a few high-profile victims. About 91 people now die from opioid overdoses every day, the CDC says—a conservative estimate—thanks to a potent mix of stigmas, addictions, lack of awareness and inadequate access to care and prevention.“Too many people still think it’s a moral failing,” said Regina LaBelle, a drug policy official in the Obama administration. “Too many doctors don’t screen for or recognize addiction, so we have too much untreated addiction.”The opioid epidemic has also made some pharmaceutical companies very rich, a real barrier to getting the industry to buy into change. Sales of prescription opioids almost quadrupled between 1999 and 2014 as the number of prescriptions soared. By 2010, there were more than eight opioid prescriptions for every 10 people. Purdue Pharma, the makers of OxyContin, have sold more than $25 billion worth of the drug in the past decade.Meanwhile, more than 250,000 people died from opioid overdoses in the past decade. Some projections say that could double in the decade ahead, under worst-case scenarios.It’s a public health crisis that largely unfolded with little attention, and perhaps that’s one way that a celebrity death can help: The news of what killed Petty will trigger another round of articles about the epidemic, an issue that the media largely missed for years. While a July 2001 New York Times magazine article was the first at the Gray Lady to frame the opioid problem in terms like “crisis” and “epidemic,” it wasn’t until 2014 that the Times began routinely using that shorthand.Beyond raising public awareness, increased media coverage has real resonance in Washington, by forcing politicians to reckon with an issue. And many congressmen also ignored opioid issues until the past few years, focusing their health care advocacy instead on political issues like the Affordable Care Act or more traditional causes like cancer. The last White House wasn’t much better.“President Obama neglected the epidemic,” Kolodny said, noting that the Obama administration’s flurry of activity—which included a surge in funding for opioid-specific issues, from virtually no dollars to $1 billion—didn’t come until the last of Obama’s eight years in office. Obama didn’t even publicly address the opioid epidemic in front of a live audience until an October 2015 town hall in West Virginia. Kolodny was among the advocates pressuring the Obama administration to do more, warning Obama that he’d be remembered like Ronald Reagan for failing to acknowledge a public health crisis that unfolded on his watch. In Reagan’s case, that crisis was HIV/AIDS. (And interestingly, it was a celebrity—actor Rock Hudson—who’s credited with helping the Reagan administration make its first tentative steps toward addressing HIV/AIDS issues.)But Kolodny says he’s even more pessimistic about Donald Trump, who, despite making repeated proclamations about the need to solve the opioid epidemic, hasn’t steered new funding to the problem and has even sought to cut resources. POLITICO reported this week on the Trump administration’s plans, for the second straight year, to gut the nation’s drug policy office.“It would’ve been very easy for Trump to do better than Obama on opioids,” Kolodny said. “But in terms of action, he’s even worse.”Beyond the Oval Office, however, there are signs of change—and not because of celebrity deaths, but because of new pressures on what gets prescribed and when. The first-ever Surgeon General’s report on addiction, released in 2016, devoted hundreds of pages to unpacking the crisis and issued dozens of recommendations, including how physicians could better manage patients’ pain treatment. Prescriptions are down from their peak, although there are still enough opioids being prescribed that every American could be medicated around-the-clock for three weeks, the CDC says.There’s also been a surge of scrutiny on how the crisis unfolded. The Sackler family that owns Purdue Pharma was the target of two penetrating profiles last fall, in the New Yorker and Esquire. The company took out a full-page advertisement in the New York Times last month, touting its efforts to fight the crisis and not-so-subtly seeking to shift blame elsewhere, seemingly to substance misusers.There’s much more to be done, and it may require average Americans to mobilize, en masse. “We need an ACT UP movement of pople in recovery,” LaBelle added, citing the activist movement that helped drive reforms to treat HIV/AIDS. “It’s beginning but [there’s a] long way to go.”So, will Tom Petty’s opioid overdose drive any significant change? Will it lead to that outpouring of momentum? It’s far too early to say, but in the hours after the rock star toxicology report was released on Friday, a familiar drumbeat began, led by fans and family who wanted Petty’s death to be as meaningful as possible, under the circumstances.“We recognize this report may spark a further discussion on the opioid crisis and we feel that it is a healthy and necessary discussion,” said a statement from Petty’s relatives, retweeted by White House opioid adviser Kellyanne Conway and many others. “We hope in some way this report can save lives.”

Выбор редакции
21 января, 03:29

Australia's biodiversity strategy a global embarrassment, green groups say

Extinction prevention plan branded ‘deeply inadequate’ after environment department publishes paper without targets The federal government’s latest strategy to protect Australian plants and animals facing extinction has been branded “deeply inadequate” and “a global embarrassment” by environment groups.The Sydney Morning Herald revealed that a new 13-page document had quietly replaced the old 100-page biodiversity conservation strategy just before Christmas on the Department of Environment’s website. Continue reading...

Выбор редакции
21 января, 02:08

Tom Brady Reveals the 1 Fruit He Avoids at All Costs (and Why It Matters)

New England Patriots quarterback Tom Brady is playing some of his best football at age 40, and looks younger than ever doing so. Here are his secrets.

21 января, 00:48

Media outlets struggle to assign blame for shutdown

Both Republicans and Democrats claim the coverage is skewed against them.

Выбор редакции
21 января, 00:30

Theresa May: I will fine greedy bosses who betray their workers

• PM pledges tough rules to tackle pensions abuse• Whitehall weighs up plan to target executivesIrresponsible company bosses who “line their own pockets” while failing to protect workers’ pension schemes are to be hit with huge fines, under plans to be announced by Theresa May’s government within weeks. Writing in the Observer after a week which saw the collapse of Carillion, the construction and outsourcing giant, with a deficit in its pension scheme of up to £900m, the prime minister says her government will act urgently to stamp out “abuse”. Continue reading...

21 января, 00:28

Turkish planes bomb Syrian Kurdish targets as Ankara-backed rebels enter Afrin

Turkey has begun a military operation on Syria's Kurdish-held region of Afrin launching air strikes and cross-border shelling with a ground invasion expected on Sunday. READ MORE: https://on.rt.com/8xde RT LIVE http://rt.com/on-air Subscribe to RT! http://www.youtube.com/subscription_center?add_user=RussiaToday Like us on Facebook http://www.facebook.com/RTnews Follow us on Telegram https://t.me/rtintl Follow us on VK https://vk.com/rt_international Follow us on Twitter http://twitter.com/RT_com Follow us on Instagram http://instagram.com/rt Follow us on Google+ http://plus.google.com/+RT Listen to us on Soundcloud: https://soundcloud.com/rttv RT (Russia Today) is a global news network broadcasting from Moscow and Washington studios. RT is the first news channel to break the 1 billion YouTube views benchmark.

Выбор редакции
21 января, 00:16

Rep. Meehan denies harassing former aide amid settlement, loses House ethics seat

Rep. Pat Meehan (R-Pa.) on Saturday lost his seat on the House ethics committee even as he denied charges that he harassed a former aide with whom he confidentially settled a workplace misconduct claim using funds from his congressional office budget.Meehan's settlement with his former aide, first reported by The New York Times, comes as the House prepares for an expected vote as soon as this month on a bipartisan bill that would prevent members from using their office budgets to settle harassment claims. The reported settlement also comes weeks after a leading prospect to challenge Meehan — a top Democratic target in this year's midterm elections — stepped back from the campaign amid sexual misconduct allegations of his own.Meehan spokesman John Elizandro said by email Saturday that the fourth-term GOP lawmaker "denies the allegations" lodged by his former aide, who charged that the work environment became hostile after she declined more than one expression of romantic interest from Meehan."Throughout his career he has always treated his colleagues, male and female, with the utmost respect and professionalism," Elizandro said. Speaker Paul Ryan (R-Wis.) "takes the allegations against Mr. Meehan very seriously," spokeswoman AshLee Strong said in a statement. "The speaker is committed to rooting out sexual misconduct in the House and providing victims the resources they need."To that end, Strong said, Ryan would use some of the new bipartisan bill's guidelines in the Meehan incident and notify the Pennsylvania Republican to "repay whatever taxpayer funds were used to settle this case." Meehan also "will immediately submit himself to the Ethics Committee for review" following a conversation with Ryan, Strong said, and will no longer sit on that committee, effective immediately.Elizandro added that an investigation was conducted into the former aide's claims, adding that Meehan "would only act with advice of House Counsel and consistent with House Ethics Committee guidance. Every step of the process was handled ethically and appropriately."Meehan is also requesting that the former aide's attorney waive the terms of the confidentiality agreement covering the harassment settlement "to ensure a full and open airing of all the facts," according to Elizandro. Although the settlement came from Meehan's office budget rather than a publicly funded account maintained by Capitol Hill's workplace misconduct adjudicator, the Office of Compliance, the terms of the agreement typically remain confidential in either case.Alexis Ronickher, the attorney who represented Meehan's former aide, pushed back on Saturday and charged Meehan with attempting to re-victimize her client by forcing the disclosure of her identity. The House ethics investigation should include a probe of whether Meehan breached the confidentiality of the settlement, she said."In an effort to preserve his career, Rep. Meehan has now asked my client to waive confidentiality so he can deny well-grounded allegations knowing full well that his former staffer prizes her privacy above all else," Ronickher said by email. "Mr. Meehan demanded confidentiality to resolve the matter, presumably so that the public would never know that he entered into a settlement of a serious sexual harassment claim. Now that it has become public — due to no fault of my client’s — he has flouted his legal obligations and is speaking publicly.""We will not allow our client to be victimized twice by this man," Ronickher continued. "If he further violates the confidentiality strictures he insisted upon and he agreed to, he will leave our client no choice but to seek legal recourse on her behalf."Two Democrats vying for the nomination to take on Meehan in November, Dan Muroff and Drew McGinty, called for the Republican to resign in the wake of the reported harassment settlement."What the hell, Pat Meehan?" Muroff said in a statement Saturday, adding that Meehan should lose all of his committee assignments if he does not step down from Congress.

21 января, 00:10

As Women March, Ohio State Course Reprimands "White Heterosexual Masculinity"

As 1000s of Women's March protesters gather in cities across America on the one-year anniversary of President Trump's inauguration, a class taught this spring at Ohio State University will review a parade of reasons why white heterosexual masculinity is allegedly problematic, tackling the topic from the constructs of racial issues, bullying, pop culture, societal expectations and much more, according to its syllabus. As The College Fix's Amanda Tidwell reports,  the syallbus states that masculinity simultaneously harms yet privileges men. The course, “Be a Man! Masculinities, Race and Nation,” includes a variety of readings to that end, including its required textbook “Dude, You’re a Fag!” by C.J. Pascoe, which analyzes masculinity as not only a gendered process, but sexual one, its Amazon description states. Other assigned reading excerpts include: “Masculinity as Homophobia” by Michael Kimmel; “Advertising and the Construction of Violent White Masculinity” by Jackson Katz; “Dude Sex: Dudes Who Have Sex with Dudes” by Jane Ward; “Looking for My Penis” by Richard Fung; “Sodomy in the New World” by Jonathan Goldberg; and “Teaching Men’s Anal Pleasure” by Susan Stiritz. The class is also expected to screen “Priscilla, Queen of the Desert,” the dashcam footage of Philando Castile’s murder, Key & Peele’s “Hoodie Skit,” and an episode of “The New Normal.”   The course is ultimately presented as a study in “feminist masculinity” that seeks to explain how ideas about masculinity “simultaneously harm yet privilege” men, the syllabus states. It also aims to explain how “beliefs regarding masculinity serve to justify certain kinds of violence by men against others, and violence against particular groups of men.” Before outlining any academic criteria of the course, the syllabus states that the class meets “on land taken by force from Native Americans.” On the first day of the “Be a Man!” class in early January, students went over a “male privilege checklist,” according to the syllabus. The course was created and is taught by Jonathan Branfman. Branfman is a doctoral candidate in Ohio State’s Department of Women’s, Gender, and Sexuality Studies and a recent recipient of a 2017-18 Presidential Fellowship, the most prestigious award given to students by the OSU Graduate School, according the the department’s website. Branfman is also author of the new children’s book “You Be You!” intended for 7- to 12-year-olds that gives parents a “simple and accessible way” to introduce children to gender and sexual identity “in hopes of decreasing stigmas associated with the LGBTQ community,” the Lantern campus newspaper reports. “It was really a result of teaching women’s, gender and sexuality studies classes at OSU,” Branfman told the Lantern. “I often found myself thinking, ‘Wouldn’t it be great if everyone got really clear, unstigmatized information about gender and sexual diversity at a young age instead of them having to unlearn all kinds of harmful false ideas when they’re 12 instead of when they’re 20?’” Branfman did not respond to requests from The College Fix seeking comment. “The goals of this course are both scholarly and practical. On a scholarly level, students will trace the scholarly debates about masculinity, and understand how these questions have emerged out of feminist and queer research. On a practical level, this knowledge may help students to understand the ideologies they encounter in daily life. In turn, this understanding may help students to navigate the pressures, exclusions and violence they face in order to enhance their own wellbeing and others,” the syllabus states. Never one to shy away from expressing his feelings, Paul Craig Roberts recently opined: Americans - especially white people who are the target of the deadly ideology of Identity Politics and are placed by the ideology in the same position as Jews in Nazi Germany and capitalists in Soviet Russia - are unaware of the extent to which Identity Politics is now the dominant force in American culture. Initially, white males - such as the University of Virginia history professor on NPR who obligingly demonized the white males who do not accept their second class status - survive by mouthing Identity Politics and crawling on their knees. But this is a temporary respite. For Identity Politics the only acceptable white heterosexual males are those who admit their gender and sexual preference guilt and accept their punishment for being the victimizers of women, blacks, and homosexuals. As anti-white male propaganda is apparently the only mental activity of which the liberal/progressive/left is capable, America, broken into pieces by Identity Politics, is heading into civil war. I wonder which side will control the nukes and bio-chemical weapons. If the white heterosexual males lose, I wonder who will protect the white women. Are they destined for the same rape and butchery as befell German women from the Russians and Americans once the Wehrmacht surrendered? Of course, this is an impermissible question. Identity Politics always leads to violence, and Americans will not be spared.

Выбор редакции
20 января, 23:30

In spending fight, Republicans embrace Trump’s hard-line stand on immigration

The GOP’s strategy of targeting illegal immigration marks the latest chapter in the party’s decades-long realignment years after President George W. Bush’s outreach to Latinos.

20 января, 23:10

What Will Rising Mortgage Rates Do To Housing Bubble 2?

Authored by Wolf Richter via WolfStreet.com, Oops, they’re already rising. The US government bond market has further soured this week, with Treasuries selling off across the spectrum. When bond prices fall, yields rise. For example, the two-year Treasury yield rose to 2.06% on Friday, the highest since September 2008. In the chart, note the determined spike of 79 basis points since September 8, 2017. That was the month when the Fed announced the highly telegraphed details of its QE Unwind. September as the month of the QE-Unwind announcement keeps cropping up. All kinds of things began to happen, at first quietly, without drawing much attention. But then the trajectory just kept going. The three-year yield, which had gone nowhere for the first eight months of 2017, rose to 2.20% on Friday, the highest since October 1, 2008. It has spiked 82 basis points since September 8: The ten-year yield – the benchmark for financial markets that most influences US mortgage rates – jumped to 2.66% late Friday. This is particularly interesting because the 10-year yield had declined from March 2017 into August despite the Fed’s three rate hikes last year, and rising short-term yields. At 2.66%, the 10-year yield has reached its highest level since April 2014, when the “Taper Tantrum” was winding down. That Taper Tantrum was the bond market’s way of saying “we’re shocked and appalled,” when Chairman Bernanke dropped hints the Fed might eventually begin tapering what the market had called “QE Infinity.” The 10-year yield has now doubled since the historic intraday low on July 7, 2016 of 1.32% (it closed that day at 1.37%, a historic closing low): Friday capped four weeks of pain in the Treasury market. But it has not impacted yet the corporate bond market, and the spread in yields between Treasuries and corporate bonds, and particularly junk bonds, has further narrowed. And it has not yet impacted the stock market, and there has been no adjustment in the market’s risk pricing yet. But it has impacted the mortgage market. On Friday, the average 30-year fixed-rate mortgage with conforming loan balances ($417,000 or less) for top-tier borrowers, according to Mortgage News Daily, ended at 4.23%, the highest in nine months. But historically, 4.25% is still very low. And likely just the beginning of a long, uneven climb higher. And the impact on mortgage payments can be sizable. When rates rise for example from 3.5% to 4.5%, the payment for a $250,000 mortgage jumps by $144 to $1,267 a month. This can move the payment out of reach for households that have trouble making ends meet. A one-percentage-point increase takes on larger proportions in a place like San Francisco, where it might take a mortgage of $1.25 million to buy a median home. At 3.5%, the monthly payment is $5,613. At 4.5%, it jumps to $6,334, an increase of $721 a month and an increase of $8,652 a year. A mortgage rate of 4.5% is still very low! And it is likely headed higher. Since the Financial Crisis, the ultra-low mortgage rates were among the factors that have caused home prices to soar. But as rates are heading higher, the housing market is in for a big rethink. These higher rates are going to be applied to the now prevailing sky-high home prices. This will come in addition to the rethink triggered by what the new tax law will do to the housing market.   There’s another aspect to this equation: Homebuyers who are willing and able to stretch to cough up those higher mortgage payments can’t spend this money on other things. Falling mortgage rates gave a huge boost to home prices and to the entire economy in numerous ways. But that process will go into reverse. So where will it go from here? The 10-year yield is still historically low and has a lot of catching up to do with regards to the trajectory of shorter-term yields. In addition, the Fed will continue to push its buttons – gradually hiking its target range for the federal funds rate and proceeding with its “balance sheet normalization.” And as the 10-year yield rises, mortgage rates will respond, and Housing Bubble 2 will get a lot more costly to deal with. Even the bond market’s inflation expectations now exceed the Fed’s target. Read… Bond Market Smells Inflation, Begins to React

Выбор редакции
20 января, 22:55

ICE has detained or deported prominent immigration activists

Advocates have accused the Trump administration of improperly targeting political opponents, but ICE denies the charge. Most, but not all, of the foreigners have criminal records.

20 января, 22:16

Military Deployed As Jamaica Officials Declare State Of Emergency

Foreigners are being asked by their respective governments to exercise extreme caution and stay within the perimeter of their resorts in Montego Bay, Jamaica, after a wave of out of control violence has overpowered local authorities. On Thursday, the country’s prime minister, Andrew Holness, declared the state of emergency in the St. James parish to “restore public safety,” and also thwart a mass exodus of international investment and tourism. In response, the government deployed the Jamaica Defense Forces onto the city streets in what is described as a “major military operation.” Maj. Gen. Antony Anderson, Jamaica’s national security advisor, told CTV News Channel on Friday that authorities imposed a military lockdown of the area, following 335 homicides in 2017, and as reported by CTV that is “twice the tally of any other parish” in the country. Anderson noted that the number of shootings and homicides have been growing for some period of time, but last year, the surge in deaths could not be ignored rolling into 2018. He said much of the problem resides on the outskirts of Montego Bay and that “Jamaica is still open for business.” Life in a state of emergency. #MontegoBay #JLPGovernment pic.twitter.com/FL4Rm3EI8w — State of Jamaica (@JamaicaState) January 20, 2018 The recent crime surge in Jamaica has been driven by conflicts between criminal gangs over the control of the lottery trade, drug wars, and even turf wars. Maj. Gen. Anderson describes the state of emergency which gives military troops “more freedom of action.” “For instance, they can do searches without a warrant, so if they get information that something is occurring somewhere, they can respond rapidly to it. They can respond to a series of intelligence-driven operations to target and capture the people who are doing these things and generally disrupt the gangs in their activities,” he added. Police officers in St. James have listed the top five most wanted men in the parish. They are urged to turn themselves in immediately. Call the Montego Bay Police at 953-6191, or call/text/WhatsApp information to the tip line @ 837-8888. pic.twitter.com/NHVgt3V64n — Jamaica Constabulary (@JamaicaConstab) January 19, 2018 According to Loop Jamaica, The entire parish of St James is now locked down by members of the military in what is being reported as a limited state of emergency that has been imposed by the Government. Soldiers are visible stopping and searching motor vehicles at various points in the parish where 335 murders were recorded last year. There has been no let up to the bloodletting in the parish this year, with criminal attacks there moving to the point where in a daring attack by gunmen armed with AK-47 assault rifles, a man was killed and others injured in an incident on the roadway near the Sangster International Airport in Montego Bay, the parish capital and the national tourism centre, earlier this week. Government forces are conducting door to door operations in St. James. Police personnel search a house on Codac Lane in Flanker, St James while soldiers patrol the area where a major military operation is under way. https://t.co/R9o2Eq84Lp #glnrNews pic.twitter.com/kC3gIFTmjd — Jamaica Gleaner (@JamaicaGleaner) January 18, 2018 Military checkpoints are situated throughout St. James. Members of the Jamaica Defence Force at work in the parish of St. James. State of emergency limited to the entire parish has been declared. pic.twitter.com/Jp2Vn8w6TD — Abka Fitz-Henley (@AbkaFitzHenley) January 18, 2018 The U.S. State Department issued this warning: “Expect to encounter increased police and military presence, checkpoints, searches of persons/vehicles within St. James Parish.” #Jamaica: Effective January 18, the Government of Jamaica has declared a limited state of emergency for St. James Parish, to counter criminal activity. Expect to encounter increased police and military presence, checkpoints, searches of persons/vehicles within St. James Parish. pic.twitter.com/mt0pGLnZtZ — Travel - State Dept (@TravelGov) January 18, 2018 “Military forces have been deployed to the area in an attempt to stabilize the situation,” reads a safety and security notice posted by Travel Canada. FCO travel advice for British nationals living and traveling abroad in Jamaica: #Jamaica State of Emergency declared in St James Parish which includes Montego Bay, in response to recent violence including shooting incidents. Follow local advice including restrictions in selected areas, exercise particular care if travelling at night. https://t.co/WFuJiHEW0d — FCO travel advice (@FCOtravel) January 18, 2018

Выбор редакции
20 января, 22:01

Harry’s game: Kane making a striking case to succeed Messi and Ronaldo | Nick Ames

Tottenham striker started his career slowly but he has improved so fast he could become the best player of his generation with the right choicesThere was nothing too restrained about the celebrations when, seven years ago on Monday, a young loanee scored his first professional goal. Harry Kane’s close-range finish for Leyton Orient against Sheffield Wednesday was sufficiently gift-wrapped that he glanced over his shoulder towards the linesman as he wheeled away; that element of doubt having been dispelled, the joy was unconfined. At 17 you never know quite how often moments like that will come.The Kane of January 2018 has a somewhat clearer idea. If he scores twice against Southampton on Sunday, he will hit the 100-goal mark in the Premier League; it would be the latest milestone to fall at his feet and evidence, yet again, that targets have become virtually redundant. “I said to someone the other day that it would be great to get to that 100 club before the end of next season,” Kane said in May after scoring four times at Leicester. Continue reading...

12 декабря 2017, 14:02

Персонал - это крупный рогатый скот

Британский журналист под прикрытием поработал на складе крупнейшего онлайн-магазина Amazon, после чего поделился наблюдениями об особенностях современной капиталистической эксплуатации.Персонал - это крупный рогатый скот"Алан Шелби отправился “под прикрытием” на склад в Тилбери, в Эссексе, где регулярно вызывают скорую и рабочие сталкиваются с увольнением, если не успевают паковать два предмета в минуту.Один в закрытой металлической клетке, в 10 футах от ближайшего коллеги, ко мне подходит робот из глубин склада и подносит очередную порцию предметов.У меня есть 9 секунд, чтобы схватить и упаковать очередной предмет, цель — 300 предметов в час. Очередной безжалостный час за другим.Я наклоняюсь то к полу, то пытаюсь достать что-то выше моей головы,выполняя нескончаемый поток заказов. Мое тело начинает стонать.Добро пожаловать на этаж сборки Amazon. Здесь, когда камеры следят закаждым твоим шагом, а экран спереди напоминает о моих “предметах вминуту” и насколько долго каждый занял времени.Данное место — самый большой европейский упаковочный центре онлайн гиганта, построенный, чтобы отправлять 1.2 миллиона покупок в год.Будучи самым крупным розничным продавцом Британии, они заработали 7.3 миллиарда фунтов в прошлом году. Расследование Sunday Mirror открывает, что успех имеет цену — ежедневные суровые испытания работников.Я провел пять недель на самом новейшем складе в Тилбери, Эссекс (графство на юго-востоке Англии), вооруженный секретной камерой купленной на все том же Амазоне.Я обнаружил рабочих, спящих на ходу, уставших от упаковывания по 55 часов в неделю.Тех, кто не мог справиться с поставленными планом по упаковке — увольняли, те кто не справлялся с напряжением и темпом работы — уезжали на скорых.Все это было далеко от поющих и улыбающихся лиц в рождественской рекламе Amazon, заполняющей телевизор.Моя последняя смена была два дня назад, “Черная Пятница” (пятница после Дня благодарения. С нее начинается традиционный рождественский сезон распродаж) — когда миллионы британцев заходят на сайт, помогая основателю Amazon Джефу Безосу заработать дополнительные 1.8 миллиона фунтов. Но фирму поразила серия скандалов, что и привело к нашему тайному исследованию.По всей Италии и Германии сотрудники устроили забастовку, требуя повышения заработной платы и условий труда. А работники складов в Британии спят под мостами и в палатках, лишь бы успеть на работу вовремя.Поминутные перерывы на туалет, невыполнимые цели и изнурительные, “невыносимые” рабочие условия — частые жалобы. Работникам выплачивают меньше прожиточного минимума и даже начали появляться водители, столкнувшиеся со штрафами за “ранние” доставки.Поскольку эксперты предупреждают о том, что рабочие сталкиваются с повышенным риском психических и физических заболеваний, Amazon неоднократно обещал устранить проблемы. Но доска для комментариев персонала на заводе говорит о том, что ничего для этого не делается.Там написаны жалобы о грязных туалетах и слишком коротких перерывах.Один из сотрудников спросил: “Почему нам не позволено сидеть, когда все тихо и никто не занят? Мы живые люди, а не рабы или животные”.Мне рассказал один рабочий “Я ожидал, что все это будет современное, использующее роботов, но теперь у меня открылись глаза на происходящее”.Моя собственная история о том, как я стал человеческим роботом не сильно светлее. Смены начинаются во мраке, в 7:30 утра, а заканчиваются в 6 вечера, когда солнце давно зашло.Завод, где нет естественного освещения, заливается флуоресцентными лампами — день и ночь там не имеют никакого значения.Большинство циферблатов закрыто изолентой сотрудниками, которые не хотят видеть сколько часов осталось до конца их смены. Но время правит тут все равно — новая посылка должна быть упакована и готова к отправке каждые 30 секунд.Какой бы час не был, тысячи рабочих пытаются догнать цель, установленную компьютерами, следящими за каждым их движением. За пять недель я увидел, как работники пытаются бороться за выполнение невозможных планов, в постоянном страхе увольнения.Два получасовых перерыва, стали единственным временем, когда можно не стоять на ногах, но их едва хватало, чтобы добежать до столовой и сожрать немного еды, для восполнения энергии.Мое тело болело, а мой фитнес-трекер показывал, что большинство дней я проходил как минимум 10 миль. Несмотря на то, что я часто бегаю марафоны, подобная физическая нагрузка вызывала у меня головокружение, и я начал беспокоится, что могу потерять сознание, в попытке работать с той скоростью, чтобы выполнять план.Один из коллег был увезен в госпиталь скорой, когда упал в обморок на работе, работая даже не смотря на плохое самочувствие.Как-то раз скорую вызвали для девушки, охваченной приступом паники. На работе ей сказали, что её обязательные сверхурочные выпадают на Рождественскую неделю, и она отрабатывать по 55 часов в течении недели.Один из моих коллег сообщил мне: “Здесь страдают все. Я повредил сухожилие, но продолжал работать, только осторожно. А моей подруге пришлось взять два дня отгула, после того как потянула связки.”С помощью моей скрытой камеры, я снял своих коллег, пытающихся дать отдых ноющим ногам, когда супервайзеры не могли их видеть. Менее повезло тем, кого поймали во время такого перерыва — их сразу увольняли. Некоторые просто спали там же, где и стояли.С октября Amazon набирал персонал, чтобы заполнить 1500 тысячи вакансий на складе, размером с 11 футбольных полей.Склад настолько большой, что даже поход в туалет может занять больше 5 минут — треть мили (0.5 километра) от некоторых рабочих мест, и гораздо больше, если туалет не работает на данном этаже.Если я уходил, система знала, что я не работаю, так что приходилось сдерживаться.Чтобы добраться до места, известного как LCY2 вблизи аэропорта London City, рабочим требуется заплатить 4 фунта в день из своей заработной платы за автобус из Лондона.Некоторые настолько нуждаются в работе за 8.20 фунтов в час, что они тратят по 4 часа на дорогу каждый день.Один рабочий, хотевший переехать ближе, сказал мне: “Лендлорды постоянно увеличивают ренту с того момента как открылся склад. Однокомнатная стоит 600 фунтов в месяц. Я зарабатываю 200 фунтов в неделю, как я могу себе позволить такое?”В дни перед “Черной Пятницей”, работников отстающих по производственным показателем увольняют.Моя задача была упаковывать 120 отдельных предметов в час, или 85 упаковок с несколькими предметами. А потом сказали, что со временем норма увеличится до 200.Сотрудников можно увидеть бродящими вдоль конвейерной ленты с грохочущими ящиками, в попытке выбрать самые маленькие предметы, чтобы хоть как-то заполнить свою рабочую квоту. Коллега рассказывал:“Моя девушка говорила, что даже престарелые женщины, на ночных сменах, дерутся за такие коробки. Если ты получишь коробку с кучей мелких предметов, ты сохранишь свое время и увеличишь показатели. Все остальные будут после тебя”.Иногда я выполнял свой план, но я знал, что не смогу удерживать планку дальше.Полдня работы — и я чувствовал себя выжатым. Если бы я ворчал, мне бы напомнили, что мои показатели пострадают, если я остановлюсь. В последние полмесяца моей работы случилось как минимум два инцидента, которые могли бы привести к серьезным увечьям, но все обошлось.Один из коллег сказал мне: «На моем инструктаже кто-то спрашивал, почему текучесть кадров здесь такая высокая. Это потому, что они убивают людей. Все мои друзья думают, что я мертв. Я изможден." Его ремарка подытожила то, что я увидел своими глазами. Когда дело доходит до отношения к работникам, как к людям, Amazon очень далек от идеала.Amazon говорит нам: “Amazon обеспечивает безопасное и позитивное рабочее место с конкурентоспособной оплатой и преимуществами с первого дня. Мы гордимся тем, что в последние годы мы создали тысячи постоянных должностей в наших центрах исполнения в Великобритании.”“Мы предлагаем великолепную работу и позитивное окружение с возможностью карьерного роста. Как и в большинстве компаний, мы ожидаем определенного уровня производительности.” “Цели основаны на предыдущих результатах, достигнутых нашими работниками. План оценивается в течение длительного периода времени, поскольку мы знаем, что различные вещи могут повлиять на способность выполнять план в любой день или час.“Amazon управляется дисциплинированно и организованно, как и следовало ожидать от компании, основанной самым богатым человеком в мире.Склад Тибери — хитрое место, позволяющее ускорить работу, за счет здоровья, безопасности и трудового закона.Но только потому, что это законно, это не значит, что это хорошо для вас. За несколько недель до того, как я устроился, я закончил беговой летний сезон, в который вошли два марафона и несколько полумарафонов.Физически я не слабак — но мое тело чувствовало себя выжатым каждый день.Мое давление и сердцебиение возросло от стресса на работе. Один плюс, когда я начинал, заключался в том, что работа сборщика могла бы быть неплохим упражнением. Но Amazon доказал, что люди являются наименее эффективной частью операционного процесса, поэтому в Тильбери роботы берут верх.С каждым днем все больше казалось, что человеческий персонал сведен до скотского уровня, существующий только для обслуживания машин. Повторяющуюся, монотонную работу нисколько не могло облегчить, даже морально, ее ироническое название «центр исполнения». В первые недели я был в депрессии, а потом мой мозг просто отключился. Amazon не должен навязывать работникам 10-часовой рабочий день, он может растянуть 40-часовую неделю на пять дней и добавить больше сотрудников.Дополнительные сотрудники могут позволить сократить план для одного человека. Но они (капиталисты) просто зарабатывают больше денег, просто используя своих рабочих как расходный материал".https://vk.com/wall-156278021_343 - цинкhttp://www.mirror.co.uk/news/uk-news/timed-toilet-breaks-impossible-targets-11587888 - оригинал на английскомhttp://colonelcassad.livejournal.com/688139.html - Мое наемное рабство на складе (старый материал на эту же тему)https://prorivists.org/difference_between_slave/ - В чем разница между рабом и наемным работником?

02 апреля 2015, 21:40

Нефтегаз США в картинках

Сколько нефти и газа обеспечивает ГРП

25 марта 2014, 00:29

ФРС: рано делать выводы по ставкам

На прошлой неделе прошло заседание по ставкам ФРС и первая пресс-конференция Дж.Йеллен, итоги заседания достаточно интересны с точки зрения риторики ФРС, хотя я бы не стал преувеличивать сказанное. ФРС стала немного осторожнее с прогнозами экономического роста, но крайне оптимистична опо показателю безработицы, по инфляции без особых изменений. Покупки ожидаемо соращаются до $55 млрд в месяц и будут сокращаться далее. Сам стейтмент был очень серьёзно переписан. ФРС отказалась от целевого уровня безработицы (6.5%), мало того, она убрала и ориентир инфляции (ранее ФРС указывала на то, что ставки останутся низкими пока прогнозы по инфляции в разрезе 1-2 лет будут оставаться ниже 2.5%). Вместо этого, для принятия решений по ставкам, ФРС будет использовать широкий спектр показателей, тем самым монетарные власти полностью развязали себе руки и убрали какие-то жесткие целевые ориентиры. To support continued progress toward maximum employment and price stability, the Committee today reaffirmed its view that a highly accommodative stance of monetary policy will remain appropriate for a considerable time after the asset purchase program ends and the economic recovery strengthens. The Committee also reaffirmed its expectation that the current exceptionally low target range for the federal funds rate of 0 to 1/4 percent will be appropriate at least as long as the unemployment rate remains above 6-1/2 percent, inflation between one and two years ahead is projected to be no more than a half percentage point above the Committee's 2 percent longer-run goal, and longer-term inflation expectations continue to be well anchored. In determining how long to maintain a highly accommodative stance of monetary policy, the Committee will also consider other information, including additionalremains appropriate. In determining how long to maintain the current 0 to 1/4 percent target range for the federal funds rate, the Committee will assess progress--both realized and expected--toward its objectives of maximum employment and 2 percent inflation. This assessment will take into account a wide range of information, including measures of labor market conditions, indicators of inflation pressures and inflation expectations, and readings on financial developments. The Committee continues to anticipate, based on its assessment of these factors, that it likely will be appropriate to maintain the current target range for the federal funds rate well pastfor a considerable time after the time that the unemployment rate declines below 6-1/2 percentasset purchase program ends, especially if projected inflation continues to run below the Committee's 2 percent longer-run goal. , and provided that longer-term inflation expectations remain well anchored.  When the Committee decides to begin to remove policy accommodation, it will take a balanced approach consistent with its longer-run goals of maximum employment and inflation of 2 percent. The Committee currently anticipates that, even after employment and inflation are near mandate-consistent levels, economic conditions may, for some time, warrant keeping the target federal funds rate below levels the Committee views as normal in the longer run.  With the unemployment rate nearing 6-1/2 percent, the Committee has updated its forward guidance. The change in the Committee's guidance does not indicate any change in the Committee's policy intentions as set forth in its recent statements.  Я уже писал, ФРС окончательно решила сворачивать программу QE3 и вряд ли сойдет с этого пути, последнее заседание это только подверило. Более интересен, конечно, вопрос ставок, где первая пресс-конференция Дж.Йеллен наделала много шума. Все дружно напряглись когда она заявила о 6 месяцах после сворачивания QE3, на самом деле она обставила эту цифру таким количеством "если", да и сама фраза относилась скорее к отсраненному "considerable period" (длительный период), который уже не один год ассоциируется с ~полугодом ANN SAPHIR. To be clear. I just wanted to be clear about that. Then once you do wind down the bond buying program, could you tell us how long of a gap we might expect before the rate hikes do begin? CHAIR YELLEN. So, the language that we use in the statement is “considerable period.” So, I, you know, this is the kind of term it's hard to define. But, you know, probably means something on the order of around six months or that type of thing. But, you know, it depends what the statement is saying as it depends what conditions you like. We need to see where the labor market is, how close are we to our full employment goal -- that will be a complicated assessment not just based on a single statistic -- and how rapidly as we moving toward it. Are we really close and moving fast? Or are we getting closer but moving very slowly? And then, what the statement emphasizes and this is the same language we used in December and January, we used the language especially if inflation is running below our 2 percent objective. Inflation matters here, too, and our general principle tries to capture that notion. If we have a substantial short fall in inflation, if inflation is persistently running below our 2 percent objective, that is a very good reason to hold the funds rate at its present range for longer. В целом ФРС развязала себе руки да и только, а паника относительно 6 месяцев (т.е. повышения ставок уже весной-летом 2015 года) скорее результат не совсем осторожныхв ысказываний самой Йеллен (оно и понятно, первая пресс-конференция все же в этой роли) и казуистики рыночных аналитиков. Что является фактом - так это то, что ФРС убрала какие-либо жесткие гориентиры (в общем-то соблюдать она их и не собиралась) и планирует свернуть QE3 пактически безвариантно. Что ещё важно - ФРС в общем-то подтверждает, что основным ориентиром для ставок будет инфляция (о разделении инфляция=ставки, безработица=QE писал ранее). Что ещё интересно - это фраза Дж.Йеллен о том, что смотреть на ставки ФРС планирует где-то через полгодика ("We would be looking at next, next fall. So, I think that's important guidance."). Все обсуждения вопроса ставок до осени будут носить скорее формат "личного мнения". Рынок после заседания ФРС несколько пересмотрел свои ожидания по ставкам ФРС, если раньше фьючерсы показывали ожидания повышения ставки в октябре-ноябре 2015 года, то сейчас это июль-август 2015 года, ИМХО ожидания более раннего повышения (при сохранении текущих тенденций) могут не оправдаться, т.к. ситуация в экономике США несколько хуже того, что запланировали в ФРС (особенно на рынке жилья). В свете сворачивания QE3 крайне интересной остается ситуация с притоком капитала в США, вернее его оттоком ... По данным января приток капитала в долгосрочные активы США (акции и облигации) составил смешные $7.3 млрд, причем все статьи показали отток, едиственное, что вытянуло показатель - это вывод американских капиталов из иностранных облигаций сразу на $33.5 млрд за месяц. В сумме за последние 12 месяцев отток капитала из долгосрочных активов США составил рекордные $157.5 млрд, обусловлено это отсуттствующим интересом иностранцев к корпорптивному сектору США, резким сокращением спроса иностранцев на госбумаги и бумаги госагентсв на фоне достаточно большого объема инвестиций самих американцев в иностранные ценные бумаги. График ниже, на нем все видно.  Что мы имеем в итоге: чистые внешние доходы экономики США отрицательны - дефицит текущего счета, хотя и активно скоращается в послледние годы, но все ещё состаляет около $380 млрд в год, ранее этот дефицит абсорбировался благодаря продажам американских акций и облигаций иностранцам, но сейчас здесь тоже отток капитала. Прямые инвестиции в США тоже дают отрицательные цифры, читый отток капитала по прямым инвестициям $160-170 млрд в год. В этих условиях, что балансирует все эти депозиты остаеются обязательства американских банков перед нерезидентами, чистые долларовые обязательтва банков США перед нерезидентами за последний год выросли на $541 млрд и сейчас составляют $1.03 трлн. Что такое чситые долларовые обязательства - это, по сути и есть безналичные доллары.  Если говорить совсем простым и понятным языком - то основным экспортным товаром США в последние годы стал доллар, эмиссию которого (через выкуп ценных бумаг) проводила ФРС, эти доллары идут на покупку товаров и акивов вне США. Принципиальная разница с тем, что было до сих пор в том - эти доллары не абсорбируются через продажу американских ценных бумаг иностранцам. Казалось бы, в такой ситуации, доллара за пределами США становится существенно больше и он бы должен прилично снизиться, но этого не происходит (хотя частично это присутствует особенно относительно европейских валют, где доллар за последний год понес определенные потери). Это может объясняться тем, что спрос на доллар остается очень и очень приличным и обусловлено это достаточно активным использованием оного вне США, только развивающиеся страны выпустили новых облигаций на внешних рынках в прошлом году на ~$400 млрд и большая часть этой эмиссии бондов в долларах. Это существенно повышает спрос на доллар вне США для осуществления таких операций (в том числе запасов ликвидности для обслуживания этих долгов) и обслуживания выпущенных долгов. Отчасти такая ситуация складывается и по причине прекращения активного накопления резервов развивающимися странами. Ситуация сложилась крайне интересная, с одной стороны долларов много, с другой многие предпочитают поддерживать повышенные уровни долларовой ликвидности, но именно ликидности, не пристраивая доллары обратно в американские активы, хотя и  пристраивая их долларовые активы вне США и накапливая долларовы "кэш". В условиях того, что программа выкупа облигаций (QE3) сворачивается приток свободной ликвидности в систему сокращается и это будет оказывать негативное влияние на соответствующие активы (в которые эта ликвидность с запуском QE полилась). Если верить данным ФРС - то через инвестфонды это: корпоративные и иностранные облигации (+$415 млрд с сентября 2012 года по декабрь 2013 года), американские акции (+$357 млрд с сентября 2012 года по декабрь 2013 года). На первом этапе урезание коснулось в основном больше пострадали иностранные активы, что обусловлено ожиданиями ускорения роста США на фоне ожиданий замедения развивающихся стран. Но уже сейчас рынок акций США активно притормаживает и явно перегрет, рынок корпорптивных бондов США смотрится очень неплохо - доходности низкие, но объемы размещения пошли на спад (январь-февраль 2014 года объем упал на 12% относительно января-февраля 2013 года, причем по Jank-ам падение сразу на 28.5%). По мере сворачивания стимулов от ФРС, особенно, если восстановление экономики не оправдает прогнозов (судя по рынку жилья именно так и просходит) ... США как-то нужно вернуть себе приток капитала, иначе коррекция может получиться жесткой  :) 

10 января 2013, 01:42

Почему Японская экономика перестала расти? (часть 1)

Наконец добрались и до Японии. Перед тем как начать обсуждение монетарной политики Банка Японии, необходимо подробно рассмотреть экономическую составляющую, ведь повсеместная рецессия и дефляция , наблюдаемые в последние десятилетия, и являются ключевыми ориентирами в понимании действий центробанка.Краткость - сестра таланта. Но это ко мне не относится :) Обзор будет состоять из нескольких больших частей. Терпите, извиняйте.ВведениеЯпонская экономика стагнирует уже два десятилетия. Цель данного обзора заключается в объяснении причин стагнации и поиске решений для выхода из этой ситуации. При этом внимание умышленно сфокусировано на долгосрочных тенденциях, а не на краткосрочных изменениях, вызванных сокращением японской экономики по причине глобального финансового кризиса 2008 г.В начале анализа с использованием неоклассической модели роста будет дано объяснение экономического подъема Японии в послевоенный период. Вплоть до 1970-х экономика  страны росла очень высокими темпами. Однако в течение 1970-х важнейшие факторы, поддерживавшие высокий темп экономического расширения, начали исчезать.Во-первых, Япония достигла уровня развитых стран, таких как США. Таким образом, экономика не могла далее расти благодаря замещению или импорту новых технологий из развитых стран. Экономическая практика, методы и институты, хорошо работавшие в период “японского чуда” и гонки за развитыми странами, уже не подходили для зрелой японской экономики.Во-вторых, финансовая глобализация и коллапс режима фиксированных валютных курсов привели к тому, что в конце 1970-х Япония больше не могла полагаться на свою недооцененную валюту для расширения экспортных возможностей. Япония была вынуждена перестроить свою производственную систему и другие экономические институты, чтобы идти в ногу с глобализацией и сокращать свою зависимость от внешнего спроса.В-третьих, структура японского населения изменилась в пользу преобладания людей старшей возрастной группы. Старение означало замедление темпов прироста рабочей силы. Старение вкупе с падением рождаемости в конечном итоге привело к сокращению уровня национальных сбережений, которые поддерживали послевоенное экономическое расширение Японии.Япония не смогла успешно противостоять новым вызовам. Более того, в течение 1990-х появились новые проблемы. Частные инвестиции сократились, уровень производительности упал. В течение одной декады Япония из быстрорастущей экономики превратилась в стагнирующую. Далее ситуацию усугубили ряд ошибок в проводимой экономической политике, которые превратили стагнацию в паралич.К примеру, нежелание регулятора решать проблемы банковской системы в 1990-е привели к тому, что зомби-банки продолжали кредитовать зомби-фирмы, а это сильно ударило по темпам экономического роста через подавление шумпетеровского процесса “созидательного разрушения” (Кабаллеро, Хоши и Кашьяпа, 2008). Ошибки в монетарной политике породили длительную дефляцию. Фискальная политика, направившая деньги на реализацию неэффективных государственных программ и раздувшая государственный долг до невиданных масштабов, сегодня требует срочного, но при этом крайне аккуратного регулирования и реформирования.  Под влиянием этих факторов, в конце 1990-х Япония впала в глубочайшую депрессию, которая отличалась от предыдущих “нормальных” рецессий. К середине 2000-х экономика, казалось, начала набирать обороты благодаря реформам правительства Коидзуми, однако глобальный финансовый кризис 2008 г. вновь отправил Японию в рецессию и дефляцию. Далее, сменяющиеся одни за другими составы правительства предлагали различные методы для восстановления экономического роста, в основном посредством фискальных стимулов, но, в целом, все они оказались неэффективными…Одной из важнейших причин того, почему Япония не смогла успешно противостоять новым вызовам, является тот факт, что по большому счету установившийся во время “японского экономического чуда” статус-кво жителей страны вполне удовлетворял. Благодаря бурному послевоенному экономическому восстановлению, Япония стала богатой страной с одним из самых высоких уровней ВВП на душу населения. Поэтому, за исключением нескольких глубоких кризисов, в стране не ощущалось серьезного внутреннего давления, которое могло бы заставить власти серьезно заниматься решением структурных проблем. Но без ясного понимания того, к чему Япония стремится и чего хочет достичь в будущем, очень сложно оценить то, что она может потерять.Окончание эры быстрого экономического ростаВ течение многих лет экономика Японии росла очень быстрыми темпами. С середины 1950-х по середину 1970-х средние темпы роста реального ВВП Японии держались на уровне 10% в год, однако затем началось замедление (см. график 1).На графике четко отмечено первое серьезное замедление экономики в середине 1970-х и затем второе, более отчетливое, в течение 1990-х. Хотя рост, казалось, возобновился к середине прошлого десятилетия, японская экономика перестала расти снова после глобального финансового кризиса 2008-09 гг. Долгосрочные растущие паттерны обычно описываются так называемой неоклассической моделью роста, которая в упрощенном варианте выражается следующей формулой:Y=AF(K,L) nbsp;        (1)Где Y – объем выпускаемой продукции; F (...) – функция, определяющая зависимость объема выпуска продукции от значений затрат факторов производства; А – переменная, зависящая от эффективности производственных технологий и характеризующая технологический прогресс; L – количество труда; K – количество физического капитала. Согласно данной модели, технологический прогресс повышает выпуск продукции, делая труд и капитал более производительными.Это уравнение является ключевым для расчета темпов развития технологического прогресса. Оно выявляет и позволяет соизмерять три источника роста: изменение в количестве капитала, в количестве труда и в величине совокупной производительности факторов (Total factor productivity, TFP).Поскольку совокупную производительность факторов нельзя выделить непосредственно, её измеряют косвенным образом. Мы имеем данные о росте объёма производства и затрат (капитала и труда); мы также имеем данные о доле капитала в произведённой продукции. Исходя из этих параметров и уравнения для темпа прироста объёма производства, можно вычислить вклад прироста совокупной производительности факторов в экономический рост:%∆Y=%∆A+α%∆K+(1-α)%∆L nbsp;      (2)(темп прироста объема производства = вклад прироста совокупной производительности факторов + вклад капитала + вклад труда),где %∆A - это часть темпа прироста выпуска, которая не может быть объяснена изменением затрат факторов.Используя формулу (2), можно показать изменение объема производства на единицу труда (Y/L, производительность труда) через изменение капиталовооруженности (K/L) уровня технологического прогресса:%∆(Y/L)=%∆A+α%∆(K/L) nbsp;        (3)Если объем используемого капитала на одного рабочего возрастает, то растет также, но в меньшей степени, продукт на одного рабочего (предельная производительность труда).Это наблюдение подразумевает, что изначально бедные страны могут расти очень быстрыми темпами, имея высокие темпы прироста капитала, но, что более важно для нас, рост может регулироваться уровнем технологического прогресса. Исторически, технологический прогресс среди богатых стран был относительно одинаковым, а это означает, что страны имеют тенденцию сближения к единому уровню технологического прогресса. Отчасти это объясняет замедление Японии при переходе от состояния бедной экономики (через  подтягивание к уровню развитых стран посредством аллокации больших инвестиций) в состояние богатой экономики, чей рост ограничен увеличением производительности.Более наглядно это можно увидеть на графике 2, показывающем изменение динамики ВВП на душу населения для стран G7 с 1970 по 2011 гг.На графике 3 показана динамика изменения темпа роста экономики по отношению к уровню благосостояния населения. Динамика тренда ВВП рассчитана с помощью стандартного статистического метода, предложенного Ходриком и Прескоттом (1997). График 3 позволяет сравнивать динамику изменения темпов роста экономики при каждом конкретном значении ВВП на душу населения.График показывает, что большинство стран сталкиваются с замедлением экономического роста, когда уровень реального ВВП на душу населения изменяется от $15 тыс. до $22 тыс. В сравнении с другими странами G7, Япония сохранила высокий темп роста экономики, даже когда уровень ВВП на душу населения  преодолел отметку в $20 тыс., однако затем (при достижении $30 тыс.) темпы роста начали резко замедляться.На графике видно, что страны не всегда показывают одинаковые темпы роста. Когда годовой доход на одного человека достигает $25 тыс., мы наблюдаем, что страны делятся на три большие группы. Первая включает США, Великобританию и Канаду, показывающих стабильный прирост около 1,7% в год. Вторая группа включает Германию и Японию со среднегодовыми темпами в 1,0%. Третью группу представляет Италия с нулевым приростом экономики по достижении указанного рубежа ВВП на душу населения Разница на самом деле очень важна. Когда доход на душу населения растет на 1,7% в год, он удваивается через 41 год. Когда темпы роста составляют 1% в год, удвоение произойдет лишь через 69 лет.Старение населения и экономический ростФактором, объясняющим ускоренное падение темпов экономического роста по отношению к другим развитым странам, является старение населения.На следующем графике показана доля пожилого населения (65 лет и выше) к общему населению стран G7. Япония имела достаточно молодое население в период 1960-х и 1970-х, однако затем доля пожилого населения начала стремительно расти. Согласно прогнозам, к 2022 г. 30% населения Японии будет старше 65 лет, что почти в два раза больше, чем в США.Неоклассическая модель роста предполагает, что долгосрочные темпы роста ВВП на душу населения сокращаются, когда процесс старения ускоряется.Надо отметить, что в формуле (3) мы соотнесли все величины с количеством работников и вклад труда (часы) скорректированы по уровню квалификации работников. Обозначив за N общее население страны, равенство (3) можно записать в следующем виде:%∆((Y/L)*(L/N))=%∆A+α%∆(K/L)+%∆(L/N) (4)Такая формулировка подчеркивает тот факт, что старение вынуждает работников уходить на пенсию или сокращать число рабочих часов, при этом рост выпуска на душу населения сокращается, так как последняя переменная в уравнении становится отрицательной.Вдобавок к эффекту от сокращения уровня экономической активности и рабочих часов, уровень квалификации рабочей силы по понятным причинам также страдает от процесса старения населения. Соммер (2009) показал, что пики по уровню заработной платы в Японии приходятся на работников в возрасте 40 лет. Он также отметил, что в отличие от США, после преодоления этой возрастной границы доходы сокращаются достаточно быстрыми темпами так, что ближе к 50-ти годам доходы японских работников примерно на 30% ниже от своих максимальных значений.Япония и ориентация на экспортНеоклассическая модель роста предполагает, что пока продукция производится эффективно, на нее всегда найдется покупатель, поэтому при формировании ожиданий долгосрочного экономического роста можно абстрагироваться от спроса. Но, если спрос стагнирует, расширяющийся под влиянием технологического прогресса производственный потенциал страны будет использован неэффективно. Проблемы со стороны спроса в Японии существуют более 15 лет. Одним из явных признаков этого – дефляция, которая не отпускает экономику с середины 1990-х. С учетом депрессивного внутреннего спроса, страна вынуждена полагаться на экспорт.Среди стран G7 Япония имеет наибольшую зависимость от внешнего спроса. Это выглядит удивительным, так как объем экспорта к ВВП Японии относительно мал.Высокая зависимость от внешнего спроса является наследством периода высокого экономического роста. Под влиянием Бреттон-вудской валютной системы Япония выигрывала от фиксированного валютного курса и недооцененной иены, что делало экспорт из страны исключительно конкурентоспособным. Комбинация молодой, высококвалифицированной рабочей силы вкупе со стабильной, недооцененной валютой поспособствовала высоким темпам роста экономики. Коллапс Бреттон-вудского режима в начале 1970-х положил конец данной стратегии.Как отмечал Раджан (2010, Глава 2), стратегия экспортно-ориентированного роста, поддерживаемая тесными взаимосвязями между государством, банками, и промышленными компаниями, является хорошим решением для бедных стран в их желании стать богатыми. Япония и другие азиатские страны, в том числе и Китай, успешно использовали подобную стратегию роста. Когда развивающаяся страна составляет достаточно малую часть мировой экономики, она может продолжать расти за счет внешнего спроса. Однако когда экономика становится крупной, поддерживать высокую зависимость от внешнего спроса становится чрезвычайно трудно.Другой проблемой экспортно-ориентированной экономики является отсутствие рыночных сил в процессе аллокации ресурсов. Раджан (2010) отмечает, что защита отечественных фирм против рыночных механизмов имеет смысл на стадии “гонки” за развитыми экономиками, когда страна может расти во многом благодаря импорту новых технологий и аккумуляции капитала. Когда экономика становится зрелой, однако, правильно функционирующий рынок самостоятельно отделяет неэффективное производство от эффективного.Проблема экспортно-ориентированной стратегии заключается в подавлении рыночных механизмов, что обычно создает острые проблемы для непроизводственного сектора, в частности сектора услуг, где нет заградительных барьеров от международной конкуренции.Для Японии только лишь ориентация на экспорт недостаточна для возобновления подъема национальной экономики (Китай, возможно, столкнется с данной проблемой в ближайшем будущем). Япония должна положиться на свой динамичный внутренний рынок, и далее мы рассмотрим некоторые проблемы национального рынка, которые послужили катализатором торможения экономики.Продолжение следует...за основу обзора взят доклад Такео Хоши и Анила Кашияпа "Почему Япония перестала расти?" от 21 января 2011 г.

10 января 2013, 01:42

Почему Японская экономика перестала расти? (часть 1)

Наконец добрались и до Японии. Перед тем как начать обсуждение монетарной политики Банка Японии, необходимо подробно рассмотреть экономическую составляющую, ведь повсеместная рецессия и дефляция , наблюдаемые в последние десятилетия, и являются ключевыми ориентирами в понимании действий центробанка.Краткость - сестра таланта. Но это ко мне не относится :) Обзор будет состоять из нескольких больших частей. Терпите, извиняйте.ВведениеЯпонская экономика стагнирует уже два десятилетия. Цель данного обзора заключается в объяснении причин стагнации и поиске решений для выхода из этой ситуации. При этом внимание умышленно сфокусировано на долгосрочных тенденциях, а не на краткосрочных изменениях, вызванных сокращением японской экономики по причине глобального финансового кризиса 2008 г.В начале анализа с использованием неоклассической модели роста будет дано объяснение экономического подъема Японии в послевоенный период. Вплоть до 1970-х экономика  страны росла очень высокими темпами. Однако в течение 1970-х важнейшие факторы, поддерживавшие высокий темп экономического расширения, начали исчезать.Во-первых, Япония достигла уровня развитых стран, таких как США. Таким образом, экономика не могла далее расти благодаря замещению или импорту новых технологий из развитых стран. Экономическая практика, методы и институты, хорошо работавшие в период “японского чуда” и гонки за развитыми странами, уже не подходили для зрелой японской экономики.Во-вторых, финансовая глобализация и коллапс режима фиксированных валютных курсов привели к тому, что в конце 1970-х Япония больше не могла полагаться на свою недооцененную валюту для расширения экспортных возможностей. Япония была вынуждена перестроить свою производственную систему и другие экономические институты, чтобы идти в ногу с глобализацией и сокращать свою зависимость от внешнего спроса.В-третьих, структура японского населения изменилась в пользу преобладания людей старшей возрастной группы. Старение означало замедление темпов прироста рабочей силы. Старение вкупе с падением рождаемости в конечном итоге привело к сокращению уровня национальных сбережений, которые поддерживали послевоенное экономическое расширение Японии.Япония не смогла успешно противостоять новым вызовам. Более того, в течение 1990-х появились новые проблемы. Частные инвестиции сократились, уровень производительности упал. В течение одной декады Япония из быстрорастущей экономики превратилась в стагнирующую. Далее ситуацию усугубили ряд ошибок в проводимой экономической политике, которые превратили стагнацию в паралич.К примеру, нежелание регулятора решать проблемы банковской системы в 1990-е привели к тому, что зомби-банки продолжали кредитовать зомби-фирмы, а это сильно ударило по темпам экономического роста через подавление шумпетеровского процесса “созидательного разрушения” (Кабаллеро, Хоши и Кашьяпа, 2008). Ошибки в монетарной политике породили длительную дефляцию. Фискальная политика, направившая деньги на реализацию неэффективных государственных программ и раздувшая государственный долг до невиданных масштабов, сегодня требует срочного, но при этом крайне аккуратного регулирования и реформирования.  Под влиянием этих факторов, в конце 1990-х Япония впала в глубочайшую депрессию, которая отличалась от предыдущих “нормальных” рецессий. К середине 2000-х экономика, казалось, начала набирать обороты благодаря реформам правительства Коидзуми, однако глобальный финансовый кризис 2008 г. вновь отправил Японию в рецессию и дефляцию. Далее, сменяющиеся одни за другими составы правительства предлагали различные методы для восстановления экономического роста, в основном посредством фискальных стимулов, но, в целом, все они оказались неэффективными…Одной из важнейших причин того, почему Япония не смогла успешно противостоять новым вызовам, является тот факт, что по большому счету установившийся во время “японского экономического чуда” статус-кво жителей страны вполне удовлетворял. Благодаря бурному послевоенному экономическому восстановлению, Япония стала богатой страной с одним из самых высоких уровней ВВП на душу населения. Поэтому, за исключением нескольких глубоких кризисов, в стране не ощущалось серьезного внутреннего давления, которое могло бы заставить власти серьезно заниматься решением структурных проблем. Но без ясного понимания того, к чему Япония стремится и чего хочет достичь в будущем, очень сложно оценить то, что она может потерять.Окончание эры быстрого экономического ростаВ течение многих лет экономика Японии росла очень быстрыми темпами. С середины 1950-х по середину 1970-х средние темпы роста реального ВВП Японии держались на уровне 10% в год, однако затем началось замедление (см. график 1).На графике четко отмечено первое серьезное замедление экономики в середине 1970-х и затем второе, более отчетливое, в течение 1990-х. Хотя рост, казалось, возобновился к середине прошлого десятилетия, японская экономика перестала расти снова после глобального финансового кризиса 2008-09 гг. Долгосрочные растущие паттерны обычно описываются так называемой неоклассической моделью роста, которая в упрощенном варианте выражается следующей формулой:Y=AF(K,L) nbsp;        (1)Где Y – объем выпускаемой продукции; F (...) – функция, определяющая зависимость объема выпуска продукции от значений затрат факторов производства; А – переменная, зависящая от эффективности производственных технологий и характеризующая технологический прогресс; L – количество труда; K – количество физического капитала. Согласно данной модели, технологический прогресс повышает выпуск продукции, делая труд и капитал более производительными.Это уравнение является ключевым для расчета темпов развития технологического прогресса. Оно выявляет и позволяет соизмерять три источника роста: изменение в количестве капитала, в количестве труда и в величине совокупной производительности факторов (Total factor productivity, TFP).Поскольку совокупную производительность факторов нельзя выделить непосредственно, её измеряют косвенным образом. Мы имеем данные о росте объёма производства и затрат (капитала и труда); мы также имеем данные о доле капитала в произведённой продукции. Исходя из этих параметров и уравнения для темпа прироста объёма производства, можно вычислить вклад прироста совокупной производительности факторов в экономический рост:%∆Y=%∆A+α%∆K+(1-α)%∆L nbsp;      (2)(темп прироста объема производства = вклад прироста совокупной производительности факторов + вклад капитала + вклад труда),где %∆A - это часть темпа прироста выпуска, которая не может быть объяснена изменением затрат факторов.Используя формулу (2), можно показать изменение объема производства на единицу труда (Y/L, производительность труда) через изменение капиталовооруженности (K/L) уровня технологического прогресса:%∆(Y/L)=%∆A+α%∆(K/L) nbsp;        (3)Если объем используемого капитала на одного рабочего возрастает, то растет также, но в меньшей степени, продукт на одного рабочего (предельная производительность труда).Это наблюдение подразумевает, что изначально бедные страны могут расти очень быстрыми темпами, имея высокие темпы прироста капитала, но, что более важно для нас, рост может регулироваться уровнем технологического прогресса. Исторически, технологический прогресс среди богатых стран был относительно одинаковым, а это означает, что страны имеют тенденцию сближения к единому уровню технологического прогресса. Отчасти это объясняет замедление Японии при переходе от состояния бедной экономики (через  подтягивание к уровню развитых стран посредством аллокации больших инвестиций) в состояние богатой экономики, чей рост ограничен увеличением производительности.Более наглядно это можно увидеть на графике 2, показывающем изменение динамики ВВП на душу населения для стран G7 с 1970 по 2011 гг.На графике 3 показана динамика изменения темпа роста экономики по отношению к уровню благосостояния населения. Динамика тренда ВВП рассчитана с помощью стандартного статистического метода, предложенного Ходриком и Прескоттом (1997). График 3 позволяет сравнивать динамику изменения темпов роста экономики при каждом конкретном значении ВВП на душу населения.График показывает, что большинство стран сталкиваются с замедлением экономического роста, когда уровень реального ВВП на душу населения изменяется от $15 тыс. до $22 тыс. В сравнении с другими странами G7, Япония сохранила высокий темп роста экономики, даже когда уровень ВВП на душу населения  преодолел отметку в $20 тыс., однако затем (при достижении $30 тыс.) темпы роста начали резко замедляться.На графике видно, что страны не всегда показывают одинаковые темпы роста. Когда годовой доход на одного человека достигает $25 тыс., мы наблюдаем, что страны делятся на три большие группы. Первая включает США, Великобританию и Канаду, показывающих стабильный прирост около 1,7% в год. Вторая группа включает Германию и Японию со среднегодовыми темпами в 1,0%. Третью группу представляет Италия с нулевым приростом экономики по достижении указанного рубежа ВВП на душу населения Разница на самом деле очень важна. Когда доход на душу населения растет на 1,7% в год, он удваивается через 41 год. Когда темпы роста составляют 1% в год, удвоение произойдет лишь через 69 лет.Старение населения и экономический ростФактором, объясняющим ускоренное падение темпов экономического роста по отношению к другим развитым странам, является старение населения.На следующем графике показана доля пожилого населения (65 лет и выше) к общему населению стран G7. Япония имела достаточно молодое население в период 1960-х и 1970-х, однако затем доля пожилого населения начала стремительно расти. Согласно прогнозам, к 2022 г. 30% населения Японии будет старше 65 лет, что почти в два раза больше, чем в США.Неоклассическая модель роста предполагает, что долгосрочные темпы роста ВВП на душу населения сокращаются, когда процесс старения ускоряется.Надо отметить, что в формуле (3) мы соотнесли все величины с количеством работников и вклад труда (часы) скорректированы по уровню квалификации работников. Обозначив за N общее население страны, равенство (3) можно записать в следующем виде:%∆((Y/L)*(L/N))=%∆A+α%∆(K/L)+%∆(L/N) (4)Такая формулировка подчеркивает тот факт, что старение вынуждает работников уходить на пенсию или сокращать число рабочих часов, при этом рост выпуска на душу населения сокращается, так как последняя переменная в уравнении становится отрицательной.Вдобавок к эффекту от сокращения уровня экономической активности и рабочих часов, уровень квалификации рабочей силы по понятным причинам также страдает от процесса старения населения. Соммер (2009) показал, что пики по уровню заработной платы в Японии приходятся на работников в возрасте 40 лет. Он также отметил, что в отличие от США, после преодоления этой возрастной границы доходы сокращаются достаточно быстрыми темпами так, что ближе к 50-ти годам доходы японских работников примерно на 30% ниже от своих максимальных значений.Япония и ориентация на экспортНеоклассическая модель роста предполагает, что пока продукция производится эффективно, на нее всегда найдется покупатель, поэтому при формировании ожиданий долгосрочного экономического роста можно абстрагироваться от спроса. Но, если спрос стагнирует, расширяющийся под влиянием технологического прогресса производственный потенциал страны будет использован неэффективно. Проблемы со стороны спроса в Японии существуют более 15 лет. Одним из явных признаков этого – дефляция, которая не отпускает экономику с середины 1990-х. С учетом депрессивного внутреннего спроса, страна вынуждена полагаться на экспорт.Среди стран G7 Япония имеет наибольшую зависимость от внешнего спроса. Это выглядит удивительным, так как объем экспорта к ВВП Японии относительно мал.Высокая зависимость от внешнего спроса является наследством периода высокого экономического роста. Под влиянием Бреттон-вудской валютной системы Япония выигрывала от фиксированного валютного курса и недооцененной иены, что делало экспорт из страны исключительно конкурентоспособным. Комбинация молодой, высококвалифицированной рабочей силы вкупе со стабильной, недооцененной валютой поспособствовала высоким темпам роста экономики. Коллапс Бреттон-вудского режима в начале 1970-х положил конец данной стратегии.Как отмечал Раджан (2010, Глава 2), стратегия экспортно-ориентированного роста, поддерживаемая тесными взаимосвязями между государством, банками, и промышленными компаниями, является хорошим решением для бедных стран в их желании стать богатыми. Япония и другие азиатские страны, в том числе и Китай, успешно использовали подобную стратегию роста. Когда развивающаяся страна составляет достаточно малую часть мировой экономики, она может продолжать расти за счет внешнего спроса. Однако когда экономика становится крупной, поддерживать высокую зависимость от внешнего спроса становится чрезвычайно трудно.Другой проблемой экспортно-ориентированной экономики является отсутствие рыночных сил в процессе аллокации ресурсов. Раджан (2010) отмечает, что защита отечественных фирм против рыночных механизмов имеет смысл на стадии “гонки” за развитыми экономиками, когда страна может расти во многом благодаря импорту новых технологий и аккумуляции капитала. Когда экономика становится зрелой, однако, правильно функционирующий рынок самостоятельно отделяет неэффективное производство от эффективного.Проблема экспортно-ориентированной стратегии заключается в подавлении рыночных механизмов, что обычно создает острые проблемы для непроизводственного сектора, в частности сектора услуг, где нет заградительных барьеров от международной конкуренции.Для Японии только лишь ориентация на экспорт недостаточна для возобновления подъема национальной экономики (Китай, возможно, столкнется с данной проблемой в ближайшем будущем). Япония должна положиться на свой динамичный внутренний рынок, и далее мы рассмотрим некоторые проблемы национального рынка, которые послужили катализатором торможения экономики.Продолжение следует...за основу обзора взят доклад Такео Хоши и Анила Кашияпа "Почему Япония перестала расти?" от 21 января 2011 г.

10 января 2013, 01:42

Почему Японская экономика перестала расти? (часть 1)

Наконец добрались и до Японии. Перед тем как начать обсуждение монетарной политики Банка Японии, необходимо подробно рассмотреть экономическую составляющую, ведь повсеместная рецессия и дефляция , наблюдаемые в последние десятилетия, и являются ключевыми ориентирами в понимании действий центробанка.Краткость - сестра таланта. Но это ко мне не относится :) Обзор будет состоять из нескольких больших частей. Терпите, извиняйте.ВведениеЯпонская экономика стагнирует уже два десятилетия. Цель данного обзора заключается в объяснении причин стагнации и поиске решений для выхода из этой ситуации. При этом внимание умышленно сфокусировано на долгосрочных тенденциях, а не на краткосрочных изменениях, вызванных сокращением японской экономики по причине глобального финансового кризиса 2008 г.В начале анализа с использованием неоклассической модели роста будет дано объяснение экономического подъема Японии в послевоенный период. Вплоть до 1970-х экономика  страны росла очень высокими темпами. Однако в течение 1970-х важнейшие факторы, поддерживавшие высокий темп экономического расширения, начали исчезать.Во-первых, Япония достигла уровня развитых стран, таких как США. Таким образом, экономика не могла далее расти благодаря замещению или импорту новых технологий из развитых стран. Экономическая практика, методы и институты, хорошо работавшие в период “японского чуда” и гонки за развитыми странами, уже не подходили для зрелой японской экономики.Во-вторых, финансовая глобализация и коллапс режима фиксированных валютных курсов привели к тому, что в конце 1970-х Япония больше не могла полагаться на свою недооцененную валюту для расширения экспортных возможностей. Япония была вынуждена перестроить свою производственную систему и другие экономические институты, чтобы идти в ногу с глобализацией и сокращать свою зависимость от внешнего спроса.В-третьих, структура японского населения изменилась в пользу преобладания людей старшей возрастной группы. Старение означало замедление темпов прироста рабочей силы. Старение вкупе с падением рождаемости в конечном итоге привело к сокращению уровня национальных сбережений, которые поддерживали послевоенное экономическое расширение Японии.Япония не смогла успешно противостоять новым вызовам. Более того, в течение 1990-х появились новые проблемы. Частные инвестиции сократились, уровень производительности упал. В течение одной декады Япония из быстрорастущей экономики превратилась в стагнирующую. Далее ситуацию усугубили ряд ошибок в проводимой экономической политике, которые превратили стагнацию в паралич.К примеру, нежелание регулятора решать проблемы банковской системы в 1990-е привели к тому, что зомби-банки продолжали кредитовать зомби-фирмы, а это сильно ударило по темпам экономического роста через подавление шумпетеровского процесса “созидательного разрушения” (Кабаллеро, Хоши и Кашьяпа, 2008). Ошибки в монетарной политике породили длительную дефляцию. Фискальная политика, направившая деньги на реализацию неэффективных государственных программ и раздувшая государственный долг до невиданных масштабов, сегодня требует срочного, но при этом крайне аккуратного регулирования и реформирования.  Под влиянием этих факторов, в конце 1990-х Япония впала в глубочайшую депрессию, которая отличалась от предыдущих “нормальных” рецессий. К середине 2000-х экономика, казалось, начала набирать обороты благодаря реформам правительства Коидзуми, однако глобальный финансовый кризис 2008 г. вновь отправил Японию в рецессию и дефляцию. Далее, сменяющиеся одни за другими составы правительства предлагали различные методы для восстановления экономического роста, в основном посредством фискальных стимулов, но, в целом, все они оказались неэффективными…Одной из важнейших причин того, почему Япония не смогла успешно противостоять новым вызовам, является тот факт, что по большому счету установившийся во время “японского экономического чуда” статус-кво жителей страны вполне удовлетворял. Благодаря бурному послевоенному экономическому восстановлению, Япония стала богатой страной с одним из самых высоких уровней ВВП на душу населения. Поэтому, за исключением нескольких глубоких кризисов, в стране не ощущалось серьезного внутреннего давления, которое могло бы заставить власти серьезно заниматься решением структурных проблем. Но без ясного понимания того, к чему Япония стремится и чего хочет достичь в будущем, очень сложно оценить то, что она может потерять.Окончание эры быстрого экономического ростаВ течение многих лет экономика Японии росла очень быстрыми темпами. С середины 1950-х по середину 1970-х средние темпы роста реального ВВП Японии держались на уровне 10% в год, однако затем началось замедление (см. график 1).На графике четко отмечено первое серьезное замедление экономики в середине 1970-х и затем второе, более отчетливое, в течение 1990-х. Хотя рост, казалось, возобновился к середине прошлого десятилетия, японская экономика перестала расти снова после глобального финансового кризиса 2008-09 гг. Долгосрочные растущие паттерны обычно описываются так называемой неоклассической моделью роста, которая в упрощенном варианте выражается следующей формулой:Y=AF(K,L) nbsp;        (1)Где Y – объем выпускаемой продукции; F (...) – функция, определяющая зависимость объема выпуска продукции от значений затрат факторов производства; А – переменная, зависящая от эффективности производственных технологий и характеризующая технологический прогресс; L – количество труда; K – количество физического капитала. Согласно данной модели, технологический прогресс повышает выпуск продукции, делая труд и капитал более производительными.Это уравнение является ключевым для расчета темпов развития технологического прогресса. Оно выявляет и позволяет соизмерять три источника роста: изменение в количестве капитала, в количестве труда и в величине совокупной производительности факторов (Total factor productivity, TFP).Поскольку совокупную производительность факторов нельзя выделить непосредственно, её измеряют косвенным образом. Мы имеем данные о росте объёма производства и затрат (капитала и труда); мы также имеем данные о доле капитала в произведённой продукции. Исходя из этих параметров и уравнения для темпа прироста объёма производства, можно вычислить вклад прироста совокупной производительности факторов в экономический рост:%∆Y=%∆A+α%∆K+(1-α)%∆L nbsp;      (2)(темп прироста объема производства = вклад прироста совокупной производительности факторов + вклад капитала + вклад труда),где %∆A - это часть темпа прироста выпуска, которая не может быть объяснена изменением затрат факторов.Используя формулу (2), можно показать изменение объема производства на единицу труда (Y/L, производительность труда) через изменение капиталовооруженности (K/L) уровня технологического прогресса:%∆(Y/L)=%∆A+α%∆(K/L) nbsp;        (3)Если объем используемого капитала на одного рабочего возрастает, то растет также, но в меньшей степени, продукт на одного рабочего (предельная производительность труда).Это наблюдение подразумевает, что изначально бедные страны могут расти очень быстрыми темпами, имея высокие темпы прироста капитала, но, что более важно для нас, рост может регулироваться уровнем технологического прогресса. Исторически, технологический прогресс среди богатых стран был относительно одинаковым, а это означает, что страны имеют тенденцию сближения к единому уровню технологического прогресса. Отчасти это объясняет замедление Японии при переходе от состояния бедной экономики (через  подтягивание к уровню развитых стран посредством аллокации больших инвестиций) в состояние богатой экономики, чей рост ограничен увеличением производительности.Более наглядно это можно увидеть на графике 2, показывающем изменение динамики ВВП на душу населения для стран G7 с 1970 по 2011 гг.На графике 3 показана динамика изменения темпа роста экономики по отношению к уровню благосостояния населения. Динамика тренда ВВП рассчитана с помощью стандартного статистического метода, предложенного Ходриком и Прескоттом (1997). График 3 позволяет сравнивать динамику изменения темпов роста экономики при каждом конкретном значении ВВП на душу населения.График показывает, что большинство стран сталкиваются с замедлением экономического роста, когда уровень реального ВВП на душу населения изменяется от $15 тыс. до $22 тыс. В сравнении с другими странами G7, Япония сохранила высокий темп роста экономики, даже когда уровень ВВП на душу населения  преодолел отметку в $20 тыс., однако затем (при достижении $30 тыс.) темпы роста начали резко замедляться.На графике видно, что страны не всегда показывают одинаковые темпы роста. Когда годовой доход на одного человека достигает $25 тыс., мы наблюдаем, что страны делятся на три большие группы. Первая включает США, Великобританию и Канаду, показывающих стабильный прирост около 1,7% в год. Вторая группа включает Германию и Японию со среднегодовыми темпами в 1,0%. Третью группу представляет Италия с нулевым приростом экономики по достижении указанного рубежа ВВП на душу населения Разница на самом деле очень важна. Когда доход на душу населения растет на 1,7% в год, он удваивается через 41 год. Когда темпы роста составляют 1% в год, удвоение произойдет лишь через 69 лет.Старение населения и экономический ростФактором, объясняющим ускоренное падение темпов экономического роста по отношению к другим развитым странам, является старение населения.На следующем графике показана доля пожилого населения (65 лет и выше) к общему населению стран G7. Япония имела достаточно молодое население в период 1960-х и 1970-х, однако затем доля пожилого населения начала стремительно расти. Согласно прогнозам, к 2022 г. 30% населения Японии будет старше 65 лет, что почти в два раза больше, чем в США.Неоклассическая модель роста предполагает, что долгосрочные темпы роста ВВП на душу населения сокращаются, когда процесс старения ускоряется.Надо отметить, что в формуле (3) мы соотнесли все величины с количеством работников и вклад труда (часы) скорректированы по уровню квалификации работников. Обозначив за N общее население страны, равенство (3) можно записать в следующем виде:%∆((Y/L)*(L/N))=%∆A+α%∆(K/L)+%∆(L/N) (4)Такая формулировка подчеркивает тот факт, что старение вынуждает работников уходить на пенсию или сокращать число рабочих часов, при этом рост выпуска на душу населения сокращается, так как последняя переменная в уравнении становится отрицательной.Вдобавок к эффекту от сокращения уровня экономической активности и рабочих часов, уровень квалификации рабочей силы по понятным причинам также страдает от процесса старения населения. Соммер (2009) показал, что пики по уровню заработной платы в Японии приходятся на работников в возрасте 40 лет. Он также отметил, что в отличие от США, после преодоления этой возрастной границы доходы сокращаются достаточно быстрыми темпами так, что ближе к 50-ти годам доходы японских работников примерно на 30% ниже от своих максимальных значений.Япония и ориентация на экспортНеоклассическая модель роста предполагает, что пока продукция производится эффективно, на нее всегда найдется покупатель, поэтому при формировании ожиданий долгосрочного экономического роста можно абстрагироваться от спроса. Но, если спрос стагнирует, расширяющийся под влиянием технологического прогресса производственный потенциал страны будет использован неэффективно. Проблемы со стороны спроса в Японии существуют более 15 лет. Одним из явных признаков этого – дефляция, которая не отпускает экономику с середины 1990-х. С учетом депрессивного внутреннего спроса, страна вынуждена полагаться на экспорт.Среди стран G7 Япония имеет наибольшую зависимость от внешнего спроса. Это выглядит удивительным, так как объем экспорта к ВВП Японии относительно мал.Высокая зависимость от внешнего спроса является наследством периода высокого экономического роста. Под влиянием Бреттон-вудской валютной системы Япония выигрывала от фиксированного валютного курса и недооцененной иены, что делало экспорт из страны исключительно конкурентоспособным. Комбинация молодой, высококвалифицированной рабочей силы вкупе со стабильной, недооцененной валютой поспособствовала высоким темпам роста экономики. Коллапс Бреттон-вудского режима в начале 1970-х положил конец данной стратегии.Как отмечал Раджан (2010, Глава 2), стратегия экспортно-ориентированного роста, поддерживаемая тесными взаимосвязями между государством, банками, и промышленными компаниями, является хорошим решением для бедных стран в их желании стать богатыми. Япония и другие азиатские страны, в том числе и Китай, успешно использовали подобную стратегию роста. Когда развивающаяся страна составляет достаточно малую часть мировой экономики, она может продолжать расти за счет внешнего спроса. Однако когда экономика становится крупной, поддерживать высокую зависимость от внешнего спроса становится чрезвычайно трудно.Другой проблемой экспортно-ориентированной экономики является отсутствие рыночных сил в процессе аллокации ресурсов. Раджан (2010) отмечает, что защита отечественных фирм против рыночных механизмов имеет смысл на стадии “гонки” за развитыми экономиками, когда страна может расти во многом благодаря импорту новых технологий и аккумуляции капитала. Когда экономика становится зрелой, однако, правильно функционирующий рынок самостоятельно отделяет неэффективное производство от эффективного.Проблема экспортно-ориентированной стратегии заключается в подавлении рыночных механизмов, что обычно создает острые проблемы для непроизводственного сектора, в частности сектора услуг, где нет заградительных барьеров от международной конкуренции.Для Японии только лишь ориентация на экспорт недостаточна для возобновления подъема национальной экономики (Китай, возможно, столкнется с данной проблемой в ближайшем будущем). Япония должна положиться на свой динамичный внутренний рынок, и далее мы рассмотрим некоторые проблемы национального рынка, которые послужили катализатором торможения экономики.Продолжение следует...за основу обзора взят доклад Такео Хоши и Анила Кашияпа "Почему Япония перестала расти?" от 21 января 2011 г.