Тевтонский орден
Тевтонский орден
Тевтонский орден (также Германский орден, Немецкий орден; нем. Deutscher Orden) — германский духовно-рыцарский орден, основанный в конце XII века. Годы существования: 1190 — наст. время Девиз ордена: «Помогать — Защищать — Исцелять» (нем.  ...

Тевтонский орден (также Германский орден, Немецкий орден; нем. Deutscher Orden) — германский духовно-рыцарский орден, основанный в конце XII века. Годы существования: 1190 — наст. время

Девиз ордена: «Помогать — Защищать — Исцелять» (нем. «Helfen — Wehren — Heilen»).

 

В конце XIX в. Тевтонский орден распродал большую часть своих земель, а полученные средства вложил в промышленность, главным образом военную и химическую, в банковское дело. Судя по косвенным свидетельствам значительная, возможно большая часть средств была вложена в то, что стало Дойче Банком и ИГ Фарбен.

 

Основание Тевтонского ордена

История Тевтонского ордена началась в Палестине во время 3-го крестового похода в 1190 году, когда немецкие паломники под руководством капеллана Конрада и каноника Вурхарда[1] учреждают близ сирийской крепости Акра госпиталь для больных и раненных соотечественников.

Первое время это госпитальное братство входило в структуру ордена Госпитальеров (Иоаннитов), а его руководитель был «магистром больницы» (Der Meister des Lazaretes). Однако немцы с самого начала предпочитали держаться особняком от других национальностей, и вскоре больница попадает под патронаж церкви Святой Марии в Иерусалиме.

6 февраля 1191 года Папа Римский Климент III своей папской буллой учредил «братство Святой Марии Тевтонской в Иерусалиме» (лат. Fratrum Theutonicorum ecclesiae S. Mariae Hiersolymitanae), которое 5 марта 1196 года за отличие немецких рыцарей при штурме крепости Акры герцог Фридрих Швабский преобразовал госпиталь в духовно-рыцарский орден, во главе которого встал капеллан Конрад.

На церемонии реорганизации в храме Акры присутствовали магистры госпитальеров и тамплиеров, а также светские и духовные лица Иерусалима. 19 февраля 1199 года Папа Римский Иннокентий III своей буллой пожаловал обществу автономию с собственным уставом.

Так возникает немецкий монашеский рыцарский «орден дома Святой Марии Тевтонской в Иерусалиме» (лат. Ordo domus Sanctae Mariae Teutonicorum in Jerusalem), задачами которого являлись: защита немецких рыцарей, лечение больных, борьба с врагами католической церкви. Орден был подвластен Папе Римскому и императору Священной Римской империи.

 

Орден в Западной Европе

Здание «Германского Ордена» в Вольфрамс-Эшенбахе

В 1190 году, после основания ордена в Акко, граф Боппо фон Вертхайм с согласия церкви разместил орден в 1212—1220 годах в городке Эшенбах. Образованное в 1305 году коммендантство Эшенбах вошло в 1305—1315 годах в коммендантство Нюрнберг. Затем после многочисленных обменов, покупок и дарений орден стал единовластным владельцем Нюрнберга.

 

Начало утверждения в Восточной Европе

К 1210-м годам влияние и богатство Тевтонского ордена было замечено многими державами, желающими под знаменем «борьбы с язычниками» расправиться с противоборствующими группами. Большое влияние имел тогдашний глава тевтонов — Герман фон Зальца (нем. Herman von Salza, 1209—1239), обладавший значительными владениями и ставший заметным посредником папы римского. В 1211 году король Венгрии Андраш II пригласил рыцарей для помощи в борьбе с ордами половцев. Тевтоны разместились на юго-восточной границе Трансильвании, в Бурценланде, получив при этом значительную автономию. К 1220 году они построили пять замков: Мариенбург, Шварценбург, Розенау, Кройцбург и Кронштадт — позднее этими именами были названы замки в Пруссии. Эти замки стали плацдармом завоевания практически незаселенных половецких степей, которое велось поразительными темпами. При этом орден игнорировал права местного епископа и отказывался поделиться добычей с влиятельными людьми из знати, которые ранее предъявляли права на эти земли. В 1225 году Папа Гонорий взял земли ордена в Трансильвании под свою защиту, в результате чего Бурценланд стал феодом Святого престола, что должно было сделать эти территории независимыми от венгерского короля. Однако зависть венгерского баронства к военным успехам и льготам ордена привели к тому, что король в 1225 году потребовал от рыцарей покинуть его земли. Только незначительная их часть осталась в Трансильвании, влившись в состав трансильванских саксов, составлявших заметную немецкую прослойку, существовавшую вплоть до изгнания в 1945 году. Венгры не заменили рыцарей сравнимыми по мощи гарнизонами и не продолжили наступление на половцев, позволив степным воинам вновь обрести уверенность в себе и восстановить силу.

 

Борьба против прусских язычников

В 1217 году Папой Римским Гонорием III был объявлен поход против прусских язычников, захвативших земли польского князя Конрада I Мазовецкого. Поддавшись уговорам своей русской жены (внучки Игоря Святославича)[3], князь попросил помощи у тевтонских рыцарей, обещав им владение городами Кульм и Добрынь, а также сохранение за ними захваченных территорий. Фридрих II санкционировал начинание золотой буллой 1226 года.

Тевтонские рыцари прибыли в Польшу в 1232 году, обосновавшись на правом берегу Вислы. Здесь была построена первая крепость, давшая рождение городу Торн. В добринской земле закрепился Добринский орден. При продвижении на север был основан ряд замков, в том числе Мариенвердер, Рагнит, Тильзит, Велау, Георгенбург, Дурбен, Кандау, Велюн. Вступив на прусские земли, крестоносцы основали замок Бальга. В 1255 году на землях пруссов был основан замок Кёнигсберг.

Тактика рыцарей была в основном следующей: они разбивали противостоящие им прусские племенные союзы поодиночке, при этом побежденные использовались в качестве союзников в последующих войнах. Именно это дало возможность очень немногочисленным поначалу тевтонским рыцарям успешно одолеть во много раз превосходящие силы пруссов, и устоять во время общепрусских восстаний 1242—1244, 1260—1262 и 1278—1280 годов, несмотря на помощь, оказываемую пруссам литовцами и князьями Гданьского Поморья.

Замки Орден возводил, не мудрствуя лукаво, на месте прусских замков, бывших одновременно племенными центрами. С колонизацией Орденом Пруссии эти замки не потеряли свое привычное для местного населения значение, став административными центрами подконтрольных территорий.

Насильственного обращения в христианство не происходило, но ввиду активного вовлечения прусской знати с их дружинами в постоянные войны на стороне Ордена с сильнейшей религиозной агитацией в орденской среде многие из упомянутых прусских воинов крестились. Затем, очевидно, с них брали пример и рядовые члены племен.

В такой же степени можно сказать и о онемечивании («германизации») захваченных Орденом территорий. Ещё в XIV веке проблема переводчиков с прусского стояла весьма остро. В то же время немецкий язык был необходимым условием успеха в государстве Ордена. Появление «островков» немецких поселенцев ещё больше размывало прусский языковой массив. Тем не менее сведения о сохранении пруссами своего языка встречаются ещё в начале XVI века.

 

Расширение влияния

Замок Мариенбург.

Несмотря на активные действия в Европе, официальная резиденция ордена вместе с великим магистром находилась в Леванте. В 1220 году орден выкупил часть земель в Верхней Галилее и построил крепость Монфор. Здесь располагался архив и сокровища ордена. В 1271 крепость Монфор была взята Бейбарсом, предводителем мамлюков, и резиденция ордена перебралась в Венецию.

Экспансия Тевтонского ордена в Прибалтике

 

Постепенно под власть Тевтонского ордена попала вся Пруссия. В 1237 году Тевтонский орден вобрал в себя остатки военного братства рыцарей Меченосцев (рыцарей Христа), тем самым распространив свою власть на Ливонию. В захватническом походе на Гданьск (1308) под лозунгом «Jesu Christo Salvator Mundi» (Иисус Христос Спаситель Мира) было уничтожено почти всё польское население (около 10 000 христиан). На захваченные земли прибывали немецкие колонисты. К этому же времени было захвачено Восточное Поморье. Захват уже не преследовал никаких религиозных целей. Таким образом, к концу XIII века орден, фактически став государством, продолжает политику экспансии на Восток. В 1309 году столицей Тевтонских рыцарей стал город Мариенбург (нем. «Замок Марии»; польск. Мальборк).

 

Отношения с русскими княжествами и Великим княжеством Литовским

Отражение немецкой и шведской агрессии Александром Невским (1239—1245)

В 1239—1240 годах возникла реальная угроза конфликта немецких и датских феодалов в Прибалтике с русскими князьями, ослабленными монгольским нашествием. В конце августа 1240 года епископ Герман Дерптский, собрав ополчение из своих подданных и остатков рыцарей Ордена меченосцев, при поддержке датских рыцарей из Ревеля, вторгся в псковские земли и захватил Изборск. Попытка псковского ополчения отбить крепость окончилась провалом. Рыцари осадили сам Псков и вскоре взяли его, воспользовавшись предательством среди осаждённых. В город были посажены два немецких фогта. Далее рыцари вторглись в пределы Новгородского княжества и построили крепость в Копорье. В Новгород прибыл Александр Невский, после чего, командуя новгородскими войсками, освободил Копорье. После этого он вернулся в Новгород, где провёл зиму, дожидаясь прибытия подкрепления из Владимира. В марте объединённое войско освободило Псков.

Решающее сражение состоялось 5 апреля 1242 на Чудском озере (вероятно, близ Чудского озера). Оно закончилось сокрушительным поражением рыцарей. Епископ Дерптский и Орден (согласно папской булле 1237 включивший остатки Ордена меченосцев) вынужден был заключить мир, по которому крестоносцы отказались от захваченных русских земель.

Другим русским княжеством, столкнувшимся с орденом, стало Галицко-Волынское. В 1235 или 1238 князь Даниил Романович в битве под Дорогичином остановил экспансию рыцарей на Юго-Западную Русь (скорее всего, это были не тевтонские рыцари, а рыцари Добринского ордена). Объектом спора в этом регионе были ятвяжские земли. В 1254 вице-магистр Тевтонского ордена в Пруссии Бурхард фон Хорнхаузен, Даниил и мазовецкий князь Земовит заключили в Рачёнже трёхсторонний союз для покорения ятвягов.

Основной и самый продолжительный натиск Ордена приняло на себя Великое княжество Литовское. Борьбу с орденом начал современник Александра Невского литовский князь Миндовг. Он нанёс рыцарям два сокрушительных поражения в битве при Сауле (Шауляе) в 1236 и в битве при озере Дурбе (1260). При преемниках Миндовга князьях Гедимине и Ольгерде Великое княжество Литовское и Русское стало крупнейшим государством Европы, но продолжало подвергаться ожесточённым атакам.

В 1268 году Орден потерпел сокрушительное поражение от объединённого русского войска в битве при Раковоре.

В XIV веке орден совершил свыше сотни походов в пределы Литвы. Ситуация стала улучшаться лишь с 1386 года, когда литовский князь Ягайло принял католичество и обручился с наследницей польского трона. Это положило начало сближению Литвы и Польши (т. н. «личная уния» — оба государства имели одного правителя).

 

Закат ордена

См. также: Великая война (1409—1411) и Тринадцатилетняя война (1454—1466)

Трудности орден стал испытывать с 1410 года, когда объединённые войска Великого Княжества Литовского (ВКЛ) и Польши нанесли сокрушительное поражение армии ордена около села Грюнвальд в битве 15 июля 1410 года. Общая численность войск ордена составляла по различным оценкам от 11 до 27 тыс. человек, при этом численность войск противника была значительно выше[4]. В битве погибло около 8 тыс. человек и 14 тыс. попало в плен[5]. Был убит глава ордена магистр Ульрих фон Юнгинген, погиб также и великий маршал Воленрод. Войско Тевтонского ордена потеряло репутацию непобедимого. Объединёнными войсками ВКЛ и Польши командовали польский король Ягайло и его двоюродный брат, великий князь литовский Витовт. В состав войска входили также чехи (именно здесь Ян Жижка потерял свой левый глаз), три смоленских полка, а также татарские союзники литовского князя.

В 1411 году после двухмесячной, так и не увенчавшейся успехом осады Мариенбурга, орден выплатил контрибуцию Великому княжеству Литовскому. Был подписан мирный договор, однако мелкие стычки время от времени имели место. В целях реформы императором Священной Римской империи Фридрихом III была организована Лига Прусских государств. Это спровоцировало в дальнейшем тринадцатилетнюю войну, из которой Польша вышла победительницей. В 1457 году резиденция великого магистра ордена переместилась в Кёнигсберг. В 1466 году по Второму Торуньскому мирному договору Тевтонский орден вынужден был признать себя вассалом польского короля.

Окончательная потеря могущества произошла в 1525 году, когда великий магистр Тевтонского ордена, Альбрехт Гогенцоллерн из династии Бранденбургских Гогенцоллернов перешёл в протестантизм, сложил с себя полномочия великого магистра и объявил о секуляризации прусских земель — основной территории, принадлежавшей Тевтонскому ордену. Подобный шаг стал возможен с согласия польского короля и при посредничестве Мартина Лютера, автора этого плана. Новообразованное герцогство Пруссия стало первым протестантским государством в Европе, но продолжало оставаться в вассальной зависимости от католической Польши.

Из-за того что Кёнигсберг, бывшая резиденция великого магистра, оказался на территории секуляризованной Пруссии, столица ордена была перенесена в город Бад-Мергентхайм, расположенный под Вюрцбургом.

Орден был распущен в 1809 году во время Наполеоновских войн. Остававшиеся под властью ордена владения и территории отошли вассалам и союзникам Наполеона.

 

Восстановление ордена

Восстановление ордена произошло в 1834 году при содействии австрийского императора Франца I. Орден был лишён политических и военных амбиций и сосредоточил усилия на благотворительности, помощи больным и тому подобном.

В период нацистских гонений деятельность Ордена была фактически свёрнута. После окончания Второй мировой войны ордену были возвращены аннексированные нацистами австрийские владения. В 1947 году декрет о ликвидации ордена был формально аннулирован.

Орден не был восстановлен в социалистической Чехословакии, но возродился в Германии и Австрии. После распада советского блока отделения ордена появились на территории Чехии (в Моравии и Богемии), Словении и некоторых других европейских странах. Имеется также маленькое (менее двадцати человек) сообщество членов ордена в США.

Резиденция великого магистра по-прежнему находится в Вене. Там же находятся казначейство ордена и библиотека, хранящая исторические архивы, около 1000 старых печатей, другие документы. Орденом управляет аббат-хохмейстер, хотя сам орден состоит в основном из сестёр.

Орден разделён на три владения — Германия, Австрия и Южный Тироль, и два командорства — Рим (Италия) и Альтенбисен (Бельгия).

Орден полностью обслуживает своими монахинями одну больницу в городе Фризах в Австрии и один частный санаторий в Кёльне. Сёстры ордена также работают в других больницах и частных санаториях в Бад-Мергентхайме, Регенсбурге и Нюрнберге.

 

Структура ордена

Великий магистр

Герман фон Зальца, скульптура в музее замка Мальборк.

Верховной властью в ордене обладали великие магистры. Устав Тевтонского ордена не передаёт в руки великого магистра неограниченную власть. Его власть всегда ограничивалась Генеральным Капитулом. Исполняя свои обязанности, великий магистр зависел от собрания всех братьев ордена. Однако с расширением ордена власть великого магистра значительно усиливается, ввиду невозможности собирать часто Генеральный капитул. На деле взаимоотношения Магистра и Капитула определялись больше правовым обычаем. Вмешательство Капитула было необходимым в кризисные ситуации, что порой приводило к отставке великих магистров с должности. В первую очередь гроссмейстер выполнял функции дипломата и управляющего хозяйством ордена. Выборы возводили его над статусом, которым он обладал по праву рождения. Он вел пространную переписку с прелатами и монархами, включая императора и Папу, много путешествовал, посещая различные монастыри ордена, проверяя дисциплину и расходование ресурсов должным образом. Наиболее важные из документов хранились у писцов гроссмейстера, прочие, а их насчитывалось сотни тысяч — в местных монастырях.

Ландмейстер

Ландмейстер (нем. Landmeister) — следующая после великого магистра должность в структуре ордена. Ландмейстер являлся заместителем великого магистра на некоторых территориях Ордена. Всего в Тевтонском ордене существовало три вида ландмейстеров:

  • Немецкий ландмейстер (нем. Deutschmeister) — впервые немецкие ландмейстеры появились в 1218 году. С 11 декабря 1381 года их власть начинает распространяться и на итальянские владения ордена.
  • Ландмейстер в Пруссии (нем. Landmeister von Preußen) — должность была учреждена в 1229 году с началом завоевания орденом Пруссии. Первым ландмейстером стал Герман фон Балк, внеся значительный вклад в завоевание Пруссии. Его усилиями были основаны несколько замков, проведено множество походов на прусские земли. На протяжении всего XIII века основной задачей ландмейстеров стало подавление постоянных восстаний пруссов и войны с литовцами. В XIV веке «обязанность» руководить постоянными походами в Литву полностью перешла к Маршалам ордена. Должность существовала до 1324 года. После переноса столицы ордена в 1309 году в Мариенбург, необходимость в специальном «заместителе» великого магистра в Пруссии отпала. С 1309 по 1317 год должность оставалась свободной. С 1317 по 1324 год последним ландмейстером стал Фридрих фон Вильденберг.
  • Ландмейстер в Ливонии (нем. Landmeister von Livland). Должность учреждена в 1237 году после вхождения Ордена меченосцев в состав Тевтонского ордена.

Ландкомтур

Дословно переводится как «управитель страны». Руководил баллеем ордена. В настоящее время в состав ордена входят баллеи:

  • «Германия»
  • «Австрия»
  • «На Тибре» (Италия)
  • «На Адидже и в горах» (Южный Тироль)
  • «В Богемии, Моравии и Силезии» (Чехия и Словакия)
  • Приорат «Лайбах» (Словения)
  • Самоуправляемое комтурство «Старый Бизен» (Бельгия)

Комтур

Низшая должностная единица в структуре ордена, так в составе баллея Германия находились комтурства:

  • «Изар, Лех и Дунай» (An Isar, Lech und Donau) (Верхняя Бавария)
  • «Дунай» (An der Donau) (Нижняя Бавария, Верхний Пфальц)
  • «Франкония» (Franken) (Франкония)
  • «Верхний Рейн» (Am Oberrhein) (Баден, Пфальц)
  • «Тубер, Неккар, Боденское Озеро» (An Tauber, Neckar und Bodensee) (Вюртемберг)
  • «Рейн и Майн» (An Rhein und Main) (Гессен)
  • «Эльба и Балтийское море» (An Elbe und Ostsee) (Шлезвиг, Гольштейн, Мекленбург, Померания, Бранденбург)
  • «Рейн и Рур» (An Rhein und Ruhr) (Саксония, Тюрингия)
  • «Везер и Эмс» (An Weser und Ems) (Ольденбург)

Комтур руководил комтурством вместе с Конвентом — собранием рыцарей данного комтурства. Рыцари, подчинявшиеся комтуру, назывались попечителями (нем. Pfleger) или фогтами (нем. Vögte) и могли иметь различные «специализации» и в соответствии с ними называться, например: фишмейстерами (нем. Fischmeister) или лесничими (нем. Waldmeister).

Главные должностные лица ордена

Кроме этого в ордене существовало пять должностных лиц, с которыми должен был совещаться великий магистр:

Великий комтур

Великий комтур (нем. Großkomture) — был заместителем великого магистра, представлял орден во время его отсутствия по причине болезни, отставки или кончины, осуществлял поручения великого магистра.

Маршал

Маршал ордена (нем. Marschalle или нем. Oberstmarschall ) — в его основные обязанности входило руководство военными операциями ордена. Большую часть времени проводил либо в военных походах, либо в Кёнигсберге, являвшимся базой для сбора братьев ордена в походы против Литвы. Являлся вторым лицом ордена в сражениях после великого магистра. Его должность, изначально связанная с заботой о конях (от marshal — конюх), подчеркивает значение, которое имели оснащение и подготовка кавалерии для успешных боевых действий. Этой стороне своих обязанностей в «мирное время» он отдавал большую часть времени.

Верховный госпитальер

Верховный госпитальер (нем. Großspittler) — в первые годы после создания ордена руководил госпиталями и больницами ордена. После завоевания Пруссии его резиденция находилась в Эльбинге.

Верховный интендант

Верховный интендант (нем. Ordenstrappier) — в его функции входило снабжение братьев ордена всем необходимым в мирной жизни: одеждой, пищей и другими предметами быта. После завоевания Пруссии его резиденция находилась в замке Христбург.

Главный казначей

Главный казначей (нем. Ordenstressler) — руководил финансовыми операциями ордена, заведовал денежными ресурсами ордена. Вместе с гроссмейстером и главнокомандующим военными силами ордена в Святой земле он разделял ответственность за три ключа к огромному сундуку в котором хранились сокровища ордена. Эта ответственность подчеркивала пределы власти, вручавшейся одному человеку, какой бы пост он ни занимал. Теоретически только высшие чиновники ордена могли знать о его финансовом положении, но на практике все участники Великого капитула получали достаточно информации чтобы планировать строительство замков, церквей, госпиталей, ведение военных кампаний, и они передавали эту информацию своим братьям-рыцарям и капелланам.

Другие должности

  • Командор (нем. Kommandeur) — командующий, командир.
  • Капитульер (нем. Capitularies) — руководитель капитула.
  • Член Совета (нем. Rathsgebietiger).
  • Главный магистр Германии (нем. Deutschherrenmeister).
  • Магистр баллея (нем. Balleimeister).
  •  

Современная символика ордена

Традиционный символ ордена чёрный крест (Schwarzes Kreuz).

Символ ордена — латинский крест чёрной эмали с белой эмалевой границей, перекрытый (для Рыцарей Чести) шлемом с чёрно-белыми перьями или (для членов общества Св. Марии) простым круговым украшением из чёрно-белой орденской ленточки.

 

Претенденты на наследие ордена

Пруссия

Пруссия, несмотря на то, что была протестантским государством, претендовала на то, что является духовной наследницей ордена, особенно в части воинских традиций. В 1813 году в Пруссии был учреждён орден «Железный Крест», вид которого отражал символ ордена. История ордена преподавалась в прусских школах.

Нацисты

Нацисты считали себя продолжателями дела ордена, особенно в области геополитики. Доктрина ордена «Натиск на Восток» была полностью усвоена руководством нацистского режима в Германии. Они претендовали и на материальное имущество ордена. После аншлюсса Австрии 6 сентября 1938 года сохранившиеся владения ордена были национализированы. То же самое произошло после захвата Чехословакии в 1938 году. Сохранили независимость только орденские больницы и здания в Югославии и на юге Тироля. Была также произведена инспирированная Генрихом Гиммлером попытка создать некий собственный «Тевтонский орден» в целях возрождения немецкой военной элиты. В этот «орден» вошло десять человек во главе с Рейнхардом Гейдрихом. При этом нацисты преследовали священников настоящего ордена, а также потомков тех прусских семейств, чьи корни восходили к рыцарям ордена. Некоторые из этих потомков, как например Вернер фон дер Шуленбург, примкнули к антигитлеровской оппозиции.

Подробнее

Развернуть описание Свернуть описание
06 ноября, 16:25

Древнее русское государство - Великое Княжество Литовское (ВКЛ)

Оригинал взят у nosikot"От моря до моря" у ВКЛ получалось с бо-ольшой натяжкойИТАК, сразу дам определение:Великое княжество Литовское (ВКЛ), ист. - русское гос-во в период средневековья (формально 13-18 вв, реально 14-16 вв), распологалось на западе Руси. Со 2-й пол. 14 в. до сер. 15 в. боролось с Московским княжеством за первенство на территории Руси и в этой борьбе проиграло (не смогло предложить своей идеи для обьединения русских земель). ВКЛ попало под власть католической Польши (процесс шел с конца 14 в., окончание - Брестская церковная уния 1596 г.), сыграло, тем самым, резко отрицательную роль в истории Руси, став проводником западной идейно-религиозной агрессии на восток, при этом русская православная аристократия была, в основном, окатоличена и ополячена экономическими и правовыми инструментами, оставив народ без организации и руководства.ДАЛЕЕ:Процесс перерождения русской православной аристократии в ВКЛ/РП можно сравнить с процессом зомбирования (украинизации/бандеризации) уже в наше время на территории бывш. УССР (начало положено в отошедших Австрии/АВ русских землях Галиции и Волыни в конце 19 в.).Частично русская элита в Малоросии попыталась возродиться в виде казачества в 17 в., к-рое не имея ни опыта, ни исторических традиций, после ряда трагических "колебаний" успокоилось в роли прослойки русского помещичества (претендуя, изначально, на место среди шляхты в РП).Литовский элемент в ВКЛ никогда не играл какой-либо существенной роли (см. уступка Жемайтии Тевтонскому ордену) ни в аристократии, ни в военной мощи гос-ва.Как видим польская корона за счет обьединения ВКЛ увеличила свою территорию вдвое - за счет земель православной Малоросии...Т.н. "разделы" РП, при к-рых мы не только не вернули себе русские земли, но еще сами способствовали передаче их Австрии!P.S. Кстати, в этот день в 1508 году был подписан очередной "вечный мир" между ВКЛ и Русским царством. Вечность продлилась 2 года...

20 октября, 16:53

Польско-Литовский Логос

Европейская Сарматия Арнольд Тойнби в своей схематической таблице цивилизаций говорит о Балтийской цивилизации, включающей территорию Польши, Литвы и Латвии; при этом он считает, что эта цивилизация не состоялась и является абортивной. С его точки зрения, некоторые цивилизации, имеющие предпосылки к  превращению в нечто самостоятельное и самодостаточное, их реализуют, а некоторые, под воздействием различных исторических факторов, нет. Балтийская цивилизация, на его взгляд, относится к числу последних; эта цивилизация могла бы состояться, так как для этого в определенный период истории имелись достаточные геополитические, культурные и этнические предпосылки, но этого не произошло. Тем не менее, этот регион Европы имеет ряд характерных культурных особенностей, и мы можем кратко рассмотреть их. Изначально территория Польши относилась к кельто-иллирийскому культурному кругу. В начале I тысячелетия по Р. Х. она была заселена германскими племенами скирами, позднее, готами. Земли, примыкающие к Балтийскому морю, с эпохи глубокой древности населяли балтийские племена, разделившиеся в IV - III веках до Р.Х. на западные (пруссы, курши, галинды, мазуры, ятвяги, голядь) и восточные (земгалы, селы, латгалы, жемайты, литва). Потомки этих племен до сих пор составляют основное население Литвы и Латвии, а западные балты (совокупно называемые «пруссами») были истреблены или германизированы Тевтонским орденом в ходе «христианизации»[1]. Балты представляли собой древнейший индоевропейский народ, преимущественно земледельческий, сохранивший многие архаические черты за счет того, что в силу географических причин оказался на периферии тех территорий, где развертывались основные события истории – завоевания, строительство и падение Государств, культурные трансформации и т.д. Они занимали обширные земли, включающие всю Померанию и низовье Одера, восточную Польшу вплоть до Буга и Припяти. На Востоке расселение балтов охватывало земли Великороссии вплоть до волги, где у финно-угорских народов Поволжья до сих пор встречаются архаические заимствования из балтийских языков. Самые восточные племена балтов, жившие в районе современной Москвы, назывались «галиндой», «голядь» в русской транскрипции. Эти земли греческий писатель и географ Птолемей назвал Европейской Сарматией. Границы Европейской Сарматии Птолемей определял так: с Востока Боспор Киммерийский, Меотида, течение реки Танаида и Азиатская Сарматия до земель неведомых, которые начинались за 63 градуса северной широты; с Юга -- Евксинский Понт, римские провинции Нижняя Мезия и Дакия, земля языгов-переселенцев; с запада -- Сарматские горы, Германия и течение Вислы; с Севера - Венедский залив Сарматского океана до 63 градуса северной широты[2]. Балты были одним из народов этой области Северо-Восточной Европы. Они представляли собой ветвь индоевропейской языковой и культурной ветви, сохранившие в языке и обычаях многие чрезвычайно архаические черты. Так, в литовском и латышском языке ясно прослеживается сходство с той языковой формой, на основании которой позднее сложился санскрит. Скорее всего, балты отделились от индоиранских кочевых племен, основавших позднее индийскую ведическую цивилизацию и иранскую цивилизацию, в Средней Азии, на древнейшей стадии единства индоевропейских народов. Та часть индоевропейцев, которая ушла на Северо-Запад от Средней Азии, стали предками балтов. Вместе с тем, кочевые индоевропейские народы были активными завоевателями и строителями различных Государств на территории Евразии. Вначале эту миссию выполняли скифы, позднее сарматы. В эпоху Клавдия  Птолемея он выделял две Сарматии – Азиатскую и Европейскую, называемую иначе Гиперборейской Сарматией. Для Птолемея это деление имело чисто географический характер, но с этносоциологической точки зрения[3], вполне можно реконструировать этот малоизвестный этап протоистории как систему древнейших Государств под властью сарматской воинской знати, объединившей под своим началом земледельческие этносы Прибалтики и Восточной Европы. То есть Европейскую Сарматию можно трактовать как указание на существование одного или нескольких политических образований, управляемых индоевропейской кастой воинов скифо-сарматского происхождения. Вероятно, эти Государства были в той или иной мере продолжением скифских Государств, куда с древнейших времен входили и земледельцы (скифы-пахари), которые, скорее всего, и были предками славян. В этом случае станет понятным происхождение балтийской знати, которая сохранила свои кастовые отличия от основной массы местного населения; эти отличия свидетельствуют о кочевом быте. Так, воины и князья древних балтов пили молоко кобылиц, тогда как большинство простых жителей употребляли напитки на основе меда[4]. В захоронениях балтийской знати часто находят останки коней и принадлежности профессиональных воинов. Таким образом, можно предположить, что на территории Прибалтики и Польши, а также Западной Руси (правобережной Украины и Беларуси), в древности существовали политические образования, основное население которых было этнически разнородным, включая предков славян, которых некоторые историки считают венедами[5], и которые были объединены политической воинской знатью преимущественно скифско-сарматского происхождения. Эта теория всплыла в истории Польско-Литовского Государства в XVI веке и получила название “сарматизм”,[6] польские шляхтичи возводили к сарматам свое происхождение и им оправдывали свои привилегии и превосходство над  простым населением. Балты, скорее всего, были одной из важнейших этно-культурных групп Европейской Сарматии, территория которой и совпадает в общих четах с границами Балтийской цивилизации, которая, согласно Тойнби, могла бы стать отчетливой исторической реальностью, но не стала таковой. Славяне и балты Западные славяне появляются на территории Польши к концу I тысячелетия. Мы встречаем племена западных полян (от них название страны – Польша, страна полян), лендзян (от них название поляков у соседей-славян: «ляхи»), куявян, поморян, мазовшан, вислян, слензян (в Силезии). Экспансия славян становится важнейшим фактором Южной и Восточной Европы начиная с VI века по Р. Х., и существенно меняет баланс сил и культурную доминанту многих обществ. На Балканах это проявляется в резком росте влияния болгар и сербов. Восточные славяне, предки русских, активно заселяют территорию будущего Русского Государства, а западные славяне – чехи, словенцы и поляки -- распространяются на Северо-Востоке Европы, соседствуя с балтами и несколько оттесняя их в сторону. Восточные племена балтов входят в соприкосновение с древнерусскими племенами, которые их частично ассимилируют. А западные – пруссы – активно борются с поляками и германцами. Все вместе балты отражают и набеги норманнских викингов с моря и с Севера. Постепенно на основе крупных племенных княжеств западных славян возникают протогосударственные объединения; из этих княжеств основными были княжество вислян в нынешней Малой Польше (район Кракова) и полян в Великой Польше (район Познани). После завоевания Малой Польши Великой Моравией в 877 году  центром формирования польского государства становится Великая Польша со столицей в городе Гнезно. Первым властителем Польши был князь Мешко I из рода Пястов; именно окрестил в 966 году поляков в католичество. Это стало фундаментальным жестом польской истории. В отличие от других славянских племен – русских, болгар и сербов, поляки выбрали католичество и ориентацию на Папский престол, чему они оставались верны на протяжении всей своей истории. При этом Польша не стала частью Австрийской Империи как некоторые другие славянские народы, принявшие католичество (например, хорваты, словенцы, словаки, до Реформации чехи и т.д.), но подобно Франции сохранила государственную самостоятельность в сочетании с верностью папскому Риму. Выбор католичества первым польским властителем Мешко стал решающим фактором для всей Балтийской цивилизации, в том числе и для исторической судьбы балтов. При сыне Мешко Болеславе Храбром Польское княжество достигло вершины могущества. В 1025 году Болеслав  принимает титул короля. После смерти Мешко начинается период ослабления Польши. И лишь при Болеславе II Смелом Польша снова восстанавливает могущество Польши. После смерти следующего короля Болеслава Кривоустого в стране начинается феодальная раздробленность. Согласно «Статуту Болеслава Кривоустого», Польша была разделена на части: Куявия, Мазовия, Силезия, Поморье, Сандомир и т. д. Как раз в это время начинается движение германцев на Восток. Часть польских князей примыкает к немцам: князь Западного Поморья признает себя вассалом германского Императора, а  мазовецкий князь Конрад призывает «Тевтонский орден» для борьбы с пруссами, западными балтами, продолжавшими держаться языческих представлений дольше остальных европейских народов. Истоки Литвы Параллельно становлению польской государственности происходит политическое объединение балтов, получивших обобщенное наименование Литва. В русских летописях первое датированное упоминание Литвы в 1040 году. В 1198 году под контроль Литвы переходит русский город Полоцк и с этого времени Полоцкая земля становится плацдармом для геополитической экспансии Литвы на Север и Северо-Восток. Начинаются литовские вторжения в новгородско-псковские, волынские, смоленские и черниговские земли Древней Руси. В 1230-х годах лидирующие позиции среди литовских князей занимает князь Миндовг, который с 1244—1246 официально именуется уже как “великий князь Великого княжества Литвы”. Консолидация Великого княжества Литовского проходила на фоне сопротивления крестоносцам Тевтонского ордена в Пруссии и Ордена меченосцев в Ливонии. Миндовг по геополитическим причинам в 1251 году устанавливает  отношения с Папой Римским и принимает католичество. Но этот выбор, в отличие от поляков, не стал окончательным. Сын Миндовга Войшелк, отказавшийся от королевского титула, постригся в православном монастыре в монахи и отправился в паломничество на Афон. Бывшие преимущественно язычниками литовцы болезненно воспринимали меры католической христианизации и изгнали католического епископа, доминиканца Вита. В 1255 году Папа Римский Александр IV объявил в Польше, Чехии и Австрии крестовый поход против Литвы. Впоследствии крестовые походы против Литвы объявлялись также еще трижды, последний в 1261 году. Сам Миндовг около 1260 года разорвал мир с Тевтонским орденом и поддержал восстание пруссов против орденской власти. Миндовг отказался от католичества и союза с крестоносцами и совершил в последние годы жизни несколько опустошительных для них походов в Ливонию, Пруссию и Польшу. В 1316 году после серии усобиц к власти в Литве приходит Великий князь Гедимин, которому удается восстановить территориальное единство и мощь Литвы. При Гедимине, основателе династии, Великое княжество Литовское существенно укрепилось в военном плане, экономически и политически. При том, что великие князья, знать и простой народ оставались язычниками, для распространения христианства в католической и православной формах препятствий не ставилось. После Гедимина снова наступил период раздробленности, но в силу активной позиции князя Ольгерда, единство удалось восстановить, и Литва стала доминирующей державой в регионе. Земли Великого княжества Литовского при Ольгерде простирались от Балтики до Причерноморских степей. В этот период в состав Государства входили современная Литва, вся территория современной Белоруссии, Смоленская область, часть Украины. Творение королевства С конца XIII века вновь в Польше также начинают проявляться центростремительные тенденции. Великопольский князь Пржемысл II снова в 1295 году принимает титул короля и пытается утвердить независимость от германцев. В 1320 — Куявский князь Владислав Локетек коронуется в Кракове польским королем и переносит туда столицу. Его сменил первый иноземец на польском престоле король венгерский, король Людовик (Лайош) I Анжуйский. История его дочери Ядвиги, ставшей после него королевой Польши, означает переломный момент в польской и балтийской истории. После смерти Ольгерда в 1377 году старшим в роде остается его брат Кейстут, но, согласно желанию Ольгерда, он передает власть одному из сыновей Ольгерда Ягайло. В 1385 году великий князь Ягайло заключает Кревскую унию с Польским королевством, принимает католичество (что было условием Унии) и женится на наследнице польского престола Ядвиге, становясь, таким образом, королём Польши и оставаясь одновременно великим князем литовским. В 1387 году Ягайло официально обращает Литву в католичество. Так, судьба двух народов и двух Государств сливается. Появляется новое геополитическое, культурное и  историческое образование Польско-Литовское королевство. Оно наследует балтийской и польской линии одновременно, с однозначным выбором католической идентичности, которая уже стала традиционной для Польши, но оставалась чем-то внешним для языческой Литвы. При Ягайле начинаются гонения на православное население, чего не было ранее при вполне веротерпимых языческих правителях Литвы. Польско-Литовское Государство отныне развивается по пути Западной Европы, устанавливается феодализм, который превращает к началу XVI века королевство в аристократическую Республику, с доминацией шляхетского сословия. Тогда-то и складывается сарматизм как феодальная идеология, согласно которой военная аристократия, шляхта, имеет в Государстве все полномочия, а король рассматривается как первый среди равных[7]. С этого времени термин Речь Посполита становится официальным названием Польши. Соперник Московии В эпоху своего возвышения Польско-Литовское королевство становится могущественным соперником поднимающегося Московского царства, с которым оно вступает в исторический спор за контроль над обширным пространством, простирающимся от Причерноморских степей до Балтики, через все западнорусские земли. Здесь мы имеем дело с цивилизационным спором. К Востоку от Польско-Литовского королевства возрастает евразийская цивилизация, наследующая с XV века имперские традиции одновременно – православный византизм и монгольскую кочевую миссию Чингисхана. К западу от этого королевства находится собственно Западная Европа – в первую очередь, Германия, которая также представляет собой нечто отличное от польско-литовской идентичности, но все же гораздо ближе к ней в силу католичества. Но и с русскими у славян поляков и архаических индоевропейцев балтов есть много общих культурных, психологических черт, а также исторических пересечений. Решение это проблемы Востока и Запада и было историческим вызовом для Польско-Литовского Государства, от которого зависело, будет ли оно ядром цивилизации или нет. Теоретически решений было три: ·      полная интеграция в западноевропейский католический мир (через германизацию или, напротив, по модели национального Государства, как в случае католической Франции); ·      переход на сторону православной России, интеграцию в Евразию; ·      сохранение и укрепление собственной идентичности перед лицом Востока и Запада. Третий путь, если бы он оказался удачно исполненным, и был бы фактом утверждения цивилизационной самобытности. Но этого не произошло. Польша не смогла сделать однозначного выбора ни в ту, ни в другую сторону, но ей не удалось и отстоять свою самобытность в полной мере и, начиная с XVIII века она постепенно утрачивает самостоятельность, и по частям интегрируется в Россию и Западную Европу. Культурная самобытность поляков и литовцев сохраняется, развивается наука, философия и искусство, но утрата политической независимости дублируется размытой идентичностью: поляки и литовцы осознают себя чужими и в европейском контексте, и в контексте Российской Империи. Самобытная сарматская шляхетская Польша, горделивая и трагическая, властная и задумчивая, окрашенная балтийским созерцательным индивидуализмом, не смогла воплотить себя в ясную и самостоятельную форму. Поэтому она может рассматриваться как пограничное явление между цивилизацией Западной Европы и особой евразийской цивилизацией, о которой речь пойдет позднее. Польская философия: в тени Европы Польская философия в Средневековье развивалась в контексте общекатолического культурного пространства. В эпоху спора об универсалиях в Польше многие разделяли номиналистские позиции (например, Ян из Кенты, позднее Ян Шиллинг, краковский ученик известного номиналиста Жака Лефевра д’Этапль Гжегош Ставишенский и т.д.), но все же преобладали томистские настроения (Ян из Глогова, Якуб из Гостинина, Михаил Фалькенер и т.д.). Особостью в этот период является тот факт, что один из крупнейших схоластов Средневековья Альберт Великий преподавал в Краковском Университете, оставив там школу, сочетающую аристотелизм с некоторыми платоническими сюжетами. В эпоху Возрождения неоплатонические тенденции из Флоренции дошли до Польши в лице платоника Адама из Ловича. В эпоху Просвещения польские мыслители следовали за французской и, в меньшей степени, английской интеллектуальной модой, и хотя общество в целом было весьма консервативным, польские философы и ученые стремились соответствовать западноевропейским стандартам. Это привело к распространению в Польше номинализма, механицизма, и позднее прогрессизма, материализма, атеизма, либерализма и демократии. Модернизация польского общества носила не глубокий характер, но в целом польская культура следовала во всем за логикой общеевропейской истории. Поляки мыслили себя неотъемлемой частью Европы, и разделяли ее историческую судьбу и идентичность. Показательно, что в отличие от немецкой культуры Модерн поляками не рассматривался как историческая катастрофа. Более того, он виделся им как прогресс и открытие новых исторических возможностей. Поэтому черный Логос Модерна проникал в польское общество в целом легко и беспрепятственно. Характерная для польской культуры славяно-балтийская депрессивность имела качественно иные причины и формы, нежели сожаление о «сумерках богов». Мы поймем это лучше, если обратим внимание на то философское и культурное направление, которое является по-настоящему оригинальным и стремится отчетливо и концентрированно выразить особенность исторической судьбы поляков и их Dasein. Речь идет о «польском мессианизме». Миссия сарматов: Польша на страже Европы Еще в XVI веке в Польше складывается течение сарматизма, о котором мы уже упоминали, утверждающее сарматское происхождение польской и литовской знати. Впервые о сарматизме начал писать польский историк Ян Длугош (1415—1480). Сарматизм проявился в политической консолидации феодальной элиты, стремившейся ограничить монархическую власть короля, в культуре и даже в одежде, так как типичная одежда польского аристократа – жупан, контуш и т.д. были стилизованы под «восточную» моду. Позднее в живописи сложилось целое направление -- сарматский портрет. Сарматизм, кроме того, обосновывал близость польского и литовского дворянства, возводя их к общим сарматским предкам. В этом течении содержались семена будущей национальной идеологии, основанной на том, что у поляков и литовцев есть особая историческая миссия, отличающая их от соседних народов. В 1633 году об исторической миссии поляков заговорил францисканский монах Войцех Деболецкий, предсказавший победу над турками и мировое господство славян, объединенных под началом поляков. Миссия поляков мыслилась в католико-европейском ключе как сохранение католической Европы перед лицом ·      османских сарацин (особенно после того, как в 1683 году в   крупномасштабном сражении польско-австрийско-германские войска под командованием Яна III Собеского, короля Польского и Великого князя Литовского победили турок, освободив Вену), ·      прусско-скандинавских протестантов (эта тема была особенно актуальна в период захвата Польши шведами) и ·      православных московитов (здесь традиции вражды уходят в далекий период возникновения конкурирующих друг с другом Русского и Польского Государств). Польша была призвана защитить и сохранить Европу от угрозы с Востока. И это было главной составляющей польской идеи на всех исторических этапах, начиная с сарматизма. Здесь всплывали глубокие исторические и цивилизационные противоречия между двумя Европами – Западной и Византийской, две европейские идентичности. И Польша однозначно помещала себя на сторону Европы Западной. Неприязнь к Византии множилась на ужас перед кочевыми народами степи, что порождало образ двойного зла в лице Московского царства и тех Государств, которые выступали его геополитическими преемниками. В Средневековье это формулировалось как «католический Запад против восточных схизматиков» -- на религиозном уровне, а на политическом -- как «свободная феодальная Республика против жестокой и непросвещенной тирании» (в этом ключе построена полемическая переписка Московского царя Ивана IV с князем Курбским, сбежавшим в Литву, где Курбский противопоставляет «польский», шляхетский идеал «московскому). В эпоху Модерна этот антагонизм несколько изменил формулировку: «Польша -- форпост прогресса и демократии, просвещенного современного общества против реакции, темного прошлого и авторитаризма». Польское мессианство: Христос народов После драматических разделов Польши в XVIII веке она утратила независимое политическое существование, а ее народ оказался примерно в том же положении, что православное население Западной Руси после Кревской унии, когда литовская знать позволила католическим властям и польскому дворянству свободно угнетать «восточных схизматиков» в вопросах исповедания и в отношении их социального положения. Роли поменялись, и те, кто мыслили себя «защитниками Европы», оказались в подчинении у тех, от кого они были призваны эту Европу защищать. Это нанесло колоссальный удар по польскому национальному самолюбию и стало причиной той культурной депрессии, о которой мы упоминали. Польское общество стало осмыслять причину того, что в сам разгар Модерна в Европе, оно оказалось под властью консервативных и совершенно не «европейских» московитов. Это потребовало переосмысления польской миссии. Из этого переосмысления родилось новое польское мессианство, на сей раз отягощенное трагическими чертами. В этой новой версии страдания, боль, отчаяние и поражение стали важнейшими мотивами национальной идентичности. Польша отныне сравнивалась с «Христом», распятым между циничными европейскими державами и Империалистическими «восточными схизматиками», униженная, захваченная, покоренная и преданная. Так возникает идея «Христа народов» или «Христа Европы», которая становится новой польской идеей. Анджей Товянский: Круг Божьего Дела Одним из первых провозгласил теорию польского мессианизма философ-мистик Анджей Товянский (1799 – 1878), считавший себя пророком и ясновидцем. Товянский утверждал, что к нему в 1939 явился сам «Святой Дух» и «Богородица» и призвали его стать «свидетелем Апокалипсиса». Через год он  прибыл в Париж, где основал мистическую секту «Круг Божьего Дела» (Koło Sprawy Bożej). Товянский учил, что у всех народов есть свои миссии, передаваемые ангелами по мистическим «колоннам» и осуществляемые через избранных личностей. По теории  Товянского, Польша — есть страна-Мессия, и польский народ есть «коллективный Христос», посланный в мир, чтобы своими страданиями «искупить грехи рода человеческого». За это Польша и распята. Поляки оказались в рассеянии, как и ветхозаветные евреи, но им предстоит собраться в Польше снова и, пройдя все муки ада, возродить народ и осуществить свою миссию. Настанет час, когда Польша воскреснет, и это станет концом мира. Самого себя Товянский причислял к пророкам польского возрождения, и полагал, что в исполнении предназначения Польше должны помочь французы. В частности, Наполеона Бонапарта он считал также «посланцем небес». Согласно учению Товянского, есть три избранных народа – поляки, французы и евреи. Им предстоит в будущем править миром. Хёне Вронский: абсолют и польская судьба По всей видимости, совершенно самостоятельно, но следуя той же логике,  полностью аналогичную теорию развил другой польский философ, ученый, математик и мистик Хёне Вронский (1776 – 1853), назвав ее «мессианизмом» или «параклетизмом», от греческого слова παράκλητος, «Утешитель», как в христианской традиции принято именовать Святого Духа. Вронский явно продолжает иоакимитскую теорию трех царств или «Третьего Завета», в которой будущий социальный порядок описывается как «царство Святого Духа», то есть «Параклета». Вронский утверждал, что в 1805 году ему открылся «Абсолют», который изменил его сознание, и отныне он мог постичь любые тайны – истории, философии, культуры, математики и иных позитивных наук. Вронский старался облечь свои откровения в математические формулы, что создавало сложности при их интерпретации. Также он посылал многочисленные письма французским и русским Государям с объяснением того, как им следует строить оптимальным образом свою политическую систему. Рекомендации иллюстрировались сложнейшими математическими формулами и мистическими предсказаниями. Вронский положил в основание своей философии учение об Абсолюте, который, однако, не является полностью отвлеченным началом, никак не соприкасающимся с миром и человеком, но действует в мире сквозь человека. Эта вечность, данная нам в становлении, и есть творческое содержание человеческого бытия. Человек есть выражение Абсолюта, форма его развертывания[8]. И поэтому творчество и знание человека не принадлежат ему самому, но являются синергетическим сотворчеством с Богом. По сути, между Богом и человеком нет антагонизма: Бог хочет, чтобы человек постигал и творил, так как, постигая и творя, он творит сам Абсолют. Вронский полагал, что можно и должно открыть «абсолютный генетический метод» или «Закон Творения», основанный на «непосредственном усмотрении» внутренней сущности Абсолюта. Мессионизм Вронского носит не просто польский, но славянский характер. Вронский считает, что романский рационализм и германская философия исчерпали себя, и что западноевропейская культура и наука завязли в  исторически накопленных противоречиях и ложных оппозициях. Только славянский гений, по мнению Вронского, может и должен вывести человечество на новый виток, когда Абсолютное может быть эмпирически воспринято и осмысленно. При этом положение Польши в составе Российской Империи он понимал не как трагическое поражение, но как возможность нового исторического синтеза – объединения католической религии и русской монархии. Будучи польским патриотом и ревностным католиком, Вронский, служивший некоторое время в русской армии под началом Суворова, любил Россию и не мыслил судьбы поляков вне ее. Таким образом, польский мессианизм в версии Вронского существенно отличается от концепций Товянского, которого, кстати, Вронский обвинял в плагиате. Адам Мицкевич: польский пилигримаж к свободе Высшего расцвета польский мессионизм (по версии Товянского) достигает в величайшем польском поэте Адаме Мицкевиче[9] (1798 – 1855). Так как Мицкевич родился на территории Литвы, то литовцы считают его своим национальным поэтом, а поскольку теперь эта территория входит в состав Беларусии, то белорусы считают его белорусским поэтом. Матерью Мицквевича была крещеная еврейка (Барбара Майевска) из семьи последователей еврейского псевдо-мессии Якоба Лейба Франка, который, по стопам другого псевдо-мессии Саббатаи Цви, провозгласил необходимость «священного предательства», то есть оставление иудеями своей религии и перехода в католичество (как Саббатаи Цви перешел в ислам). Жена Мицкевича, Целина Шимановска, также принадлежала к франкистскому роду (Воловские, до крещения их предок носил фамилию Шор). Она имела видения и считала себя Духом. Психическое расстройство привело ее в Париже в дом для умалишенных, где испытывали очень жестокие методы лечения, откуда ее спас Анджей Товянский, сам периодически имевший видения аналогичного рода. Эта подробность имеет значение, поскольку движение франкистов было мессианским по своей природе, рассматривало современность как эсхатологическую эпоху и проецировало традиционную еврейскую веру в машиаха на современные европейские условия. Кроме того, в центре еретической секты франкистов стоял культ женщины, а посвященные практиковали оргиастические ритуалы. В ходу было почитание «женского мессии», в роли которой одно время признавали дочь Якоба Франка, основателя секты, Еву Франк. Последователи Франка активно переходили в католичество, и это автоматически гарантировало им по польским законам дворянства. Так, в польское шляхетство XVIII – XIX веков проникло значительное количество евреев, как правило, менявших свои имена на польские, способствовавших распространению идей польского мессианизма. Пример Мицкевича – самый яркий[10]. Мицкевич разделял идеи Товянского, и в своих стихах и пьесах он описывает идеалистические образцы польского и литовского быта («Пан Тадеуш»), величие и глубину национальных характеров, древние обычаи (так, в поэме «Дзяды» приводится дохристианский обряд «кормления покойников», который, по мысли Мицкевича, служит примером связи поколений), героизм польско-литовского сопротивления «москалям» и ужасы подневольного существования. Его знаменитая поэма «Польской матери» заканчивается трагическим предложением польским матерям приучать своих детей с малолетства к цепям, которые им предстоит носить в течение всей жизни. В своих теоретических публикациях (например, “Книга народа польского и пилигримажа», «Kśięgi narodu polskiego i pielgrzymstwa”[11]) он развивает эти же темы в историко-философских терминах. Мицкевичу принадлежит ряд «пророчеств». Так, он полагает, что в середине XIX столетия Польша и Литва получат независимость, а в дальнейшем Европа объединится вокруг Франции и Польши на базе идей Просвещения, что станет началом «новой эры», когда поляки выполнят свою миссию. Показательно, что смерть настигает Мицкевича в Стамбуле, куда он приехал с целью способствования созданию еврейского батальона, который должен был принять участие в том, что он считал «финальной битвой» -- Крымской войной против России, в ходе которой, как он считал, его пророчествам об освобождении Польши суждено было сбыться.  Участие евреев в войне с Россией обладало для Мицкевича символическим значением, так как, с точки зрения польского мессианизма Товянского, избранные народы – это поляки, французы и евреи, и поэтому все они должны быть едины в борьбе с «оплотом зла и притеснения» (царской Россией). В этом также, скорее всего, сказались франкистские корни Мицкевича, так как в Османской Империи существовала самая большая группа саббатаистов, откуда вышел основатель европейской версии еврейского гетеродоксального мессианства Якоб Франк. В реализации плана Мицкевича остановила лишь смерть. Идеи весьма сходные с идеями Мицкевича разделяли многие польские философы и поэты – например, философ Бронислав Трентовский (1808-1869), поэты Сигизмунд Красинский (1812—1859),  Юлиуш Словацкий (1809—1849) и другие. Польский мессианизм в политике вдохновлял уже в ХХ веке гетмана Пилсудского и позднее «Солидарность». Болеслав Лесьмян: метафизика отсутствия Польский «черный романтизм» представляет собой особое явление, так как здесь историческая депрессия выходит за рамки рациональных границ и разрывает связи с надеждой на будущее возрождение и освобождение Польши и Литвы. В польско-литовском «черном романтизме» поэты делают решительный шаг от того, чтобы сопрягать аномальное положение дел в мире с историческими обстоятельствами и обобщают трагическое переживание бытия до абсолютных пропорций. Тщета и ужас в структуре польского экзистирования оказываются не просто следствием исторической несправедливости, но обнаруживаются как проникновение в темную тайну мироздания. Польский мессианизм переходит здесь в эсхатологический гностицизм, причем подчас начисто лишенный спасительного измерения. Одним из самых выразительных и проникновенных представителей этого направления в польской литературе является поэт Болеслав Лесьмян (1877 -- 1937)[12]. Лесьмян является одним из самых авангардных поэтов, создающий трагический, экзистенциально насыщенный мир, в котором мягко свирепствует отчаяние. Приведем одно из самых выразительных его стихотворений «Девушка», которое можно считать его творческой и философской программой   Девушка   Двенадцать братьев, веривших в сны, исследовали стены со стороны сновидений, А за стеной плакал голос, Девичий голос жалкий и пропадающий.   И они полюбили этот голос, в своих тщетных мыслях о девушке, И они гадали о форме ее губ, из которых исходит умирающее пение печали…   И они сказали о ней: «она плачет, поэтому она существует!», И они не сказали ничего больше, И они перекрестили весь мир – И в тот момент мир задумался…   Они схватили молоты в крепкие  ладони и стали бить в стену острыми ударами! И слепая ночь не ведала, кто человек, а кто молот?   О, дай же сокрушить нам холодный камень, прежде чем смерть покроет Девушку своей ржавчиной! – Так, стуча в стену, сказал двенадцатый брат остальным одиннадцати.   Но напрасен был их труд, напрасны напряжение плеч и усилия! Они отдали свои тела тому сну, который их искусил!   Грудь разломилась, кость треснула, руки сгнили, лица побледнели… И все они умерли в один и тот же день, и ночь была на всех одна.   Но тени мертвых – Боже мой! – Не выпустили молотов из ладоней! И только иначе потекло время И иначе раздавался звук молотов…   И этот звук все еще звенит вперед! И он звенит назад! И ввысь гремит при каждом громовом повороте! И не ведала слепая ночь, кто здесь тень, а кто молот?   «О, дай же сокрушить нам холодный камень, прежде чем смерть покроет Девушку своей ржавчиной!» – Так, стуча в стену, сказала двенадцатая тень остальным одиннадцати.   Но тени внезапно потеряли свою силу, ведь тень не может противиться темноте! И они снова умерли, так как никогда нельзя умереть  достаточно.   Никогда не достаточно и никогда так, как умирающий хотел бы умереть!... И исчезла вещь, и исчез след, И повествование о них закончено!   Лишь храбрые молоты – о, Боже мой! – не поддались на нежную жалобу! И сами по себе стали стучать в стену, били сами своей медью!   Они били в мрак, они били в свет, И истекали человеческим потом! И не ведала слепая ночь, чем был молот, когда он не был молотом?   «О, дай же сокрушить нам холодный камень, прежде чем смерть покроет Девушку своей ржавчиной!» Так, стуча в стену, сказал Двенадцатый молот остальным одиннадцати.   И рухнула стена, и эхо тысячами голосов потрясло горы и долины! Но за стеной – ничто и ничто! Ни живой души, ни Девушки!   Нет ничьих глаз, ничьих губ! И ничьей судьбы в цветах! То ведь был голос и только – голос и ничего не было, кроме голоса!   Не было ничего, только плач, и печаль, и мрак, И неведение, и утрата! Таков мир! Недобрый мир! Почему же нет иного мира?   Для откровенно обманчивых снов Для увядающих в ничто чудес, Могучие молоты легли в ряд В знак прекрасно выполненной работы.   И был ужас внезапного молчания! И была пустота в целом небе! А почему же ты издеваешься над той пустотой, Когда эта пустота над тобой не издевается? [13] Dziewczyna   Dwunastu braci wierząc w sny, zbadało mur od marzeń strony, A poza murem płakał głos, dziewczęcy głos zaprzepaszczony.   I pokochali głosu dźwięk i chętny domysł o dziewczynie, I zgadywali kształty ust po tym, jak śpiew od żalu ginie...   Mówili o niej: " Łka więc jest!" - i nic innego nie mówili, I przeżegnali cały świat - i świat zadumał się w tej chwili...   Porwali młoty w twardą dłoń i jęli w mury tłuc z łoskotem! I nie wiedziała ślepa noc, kto jest człowiekiem, a kto młotem?   "O, prędzej skruszmy zimny głaz, nim śmierć Dziewczynę rdzą powlecze" - Tak, waląc w mur, dwunasty brat do jedenastu innych rzecze.   Ale daremny był ich trud, daremny ramion sprzęg i usił! Oddali ciała swe na strwon owemu snowi, co ich kusił!   Łamią się piersi, trzeszczy kość, próchnieją dłonie, twarze bledną... I wszyscy w jednym zmarli dniu i noc wieczystą mieli jedną!   Lecz cienie zmarłych - Boże mój! - nie wypuściły młotów z dłoni! I tylko inny płynie czas i tylko młot inaczej dzwoni...   I dzwoni w przód ! I dzwon i wspak! I wzwyż za każdym grzmi nawrotem! I nie wiedziała ślepa noc, kto tu jest cieniem, a kto młotem?   " O, prędzej skruszmy zimny głaz, nim śmierć Dziewczynę rdzą powlecze!" - Tak, waląc w mur, dwunasty cień do jedenastu innych rzecze .   Lecz cieniom zbrakło nagle sił, a cień się mrokom nie opiera! I powymarły jeszcze raz, bo nigdy dość się nie umiera...   I nigdy dość, i nigdy tak, jak tego pragnie ów co kona!... I znikła treść - i zginął ślad - i powieść o nich już skończona!   Lecz dzielne młoty - Boże mój - mdłej nie poddały się żałobie! I same przez się biły w mur, huczały spiżem same w sobie!   Huczały w mrok, huczały w blask i ociekały ludzkim potem! I nie wiedziała ślepa noc, czym bywa młot, gdy nie jest młotem?   "O, prędzej skruszmy zimny głaz, nim śmierć dziewczynę rdzą powlecze!" - Ta, waląc w mur, dwunasty młot do jedenastu innych rzecze.   I runął mur, tysiącem ech wstrząsając wzgórza i doliny! Lecz poza murem - nic i nic! Ni żywej duszy ni Dziewczyny!   Niczyich oczu, ani ust! I niczyjego w kwiatach losu! Bo to był głos i tylko - głos, i nic nie było, oprócz głosu!   Nic - tylko płacz i żal i mrok. i niewiadomość i zatrata! Takiż to świat! Niedobry świat! Czemuż innego nie ma świata?   Wobec kłamliwych jawnie snów, wobec zmarniałych w nicość cudów, Potężne młoty legły w rząd na znak spełnionych godnie trudów.   I była zgroza nagłych cisz! I była próżnia w całym niebie! A ty z tej próżni czemu drwisz, kiedy ta próżnia nie drwi z ciebie?   В этом стихотворении содержатся в сжатом виде основные линии «черного романтизма» Болеслава Лесьмяна: ·      плавный переход от живых существ к неживым предметам и теням, как указание не столько на жизнь объектов, сколько на бессмысленность человеческой жизни (в данном случае это молоты, в балладе «Пила» -- это пила, становящаяся возлюбленной главного героя и т.д.); ·      трагическое ощущение того, что мир как таковой есть чистое ничто, но никакой альтернативы ему тоже не существует (Nic - tylko płacz i żal i mrok, i niewiadomość i zatrata! Takiż to świat! Niedobry świat! Czemuż innego nie ma świata? ); ·      тонкий лиризм смерти и разложения (Łamią się piersi, trzeszczy kość, próchnieją dłonie, twarze bledną... I wszyscy w jednym zmarli dniu i noc wieczystą mieli jedną!); ·      обреченность высокого стремления перед лицом спокойного движения бездны (в стихотворении «Бездна» она названа «скулящей и мечущейся»); ·      триумф вещи или существа, обнаруживаемый в моменте  ее абсолютного отсутствия (в стихотворении «Песни Василисы Премудрой», написанном Лесьмяном по-русски, а русским он замечательно владел, он обобщает это в философско-поэтических констатациях высшего напряжения: «Я та, которой нет, – но есть мои мечтанья, /И слышен шепот мой повсюду – на цветах,/ Не чужд и мне живой огонь существованья, /И Богу я могу присниться в небесах!/ Я знаю суетность разгаданных заклятий/И дивно не хочу быть видимей Любви,/ И, как она, живу – вне жизни, вне объятий! /Я – только сон во сне! Я – бред в твоей крови!(…)  И дружбою своей до гроба и загробной / Дарят меня давно богатыри всех стран!/ Люби меня за то, что я жизнеподобна, – /За то, что нет меня, царевич мой Иван!”[14]) Поэтическая философия Лесьмяна состоит в метафизике отсутствия. Для него ничто видится как позитивная онтологическая категория: если кого-то или чего-то нет, значит, то, чего нет, лишено темной материальной составляющей, расковано, свободно, предоставлено самому себе и движению творческого духа. Ничто созидательно само по себе; не человек творит из ничто и не Бог – ничто развертывается само по себе как бездна, чтобы тут же вернуться к своему легкому и светлому отсутствию. Отсюда рождается дуализм поэтической вселенной Болеслава Лесьмяна: трагическому и тонкому движению отсутствия, развертывающего и свертывающего дрожащие миры (с точки зрения Лесьмяна, природа выдумана, самой по себе ее не существует), противостоит насмешливая горилла, описанная в одноименном стихотворении. Горилле непонятно волнение существ – орла, медведя -- перед лицом ничто; ничто гориллу не волнует. И лишь когда к горилле приходит ее смерть, она начинает догадываться о том, что она что-то упустила. Но смерть ее жалобные ужимки не трогают – как не трогали гориллу мучения великих зверей, рвущихся к невозможному. И смерть холодно наступает горилле ногой на грудь. Ничто не имеет никакого значения, но именно оно придает значение всему. Его спокойно можно игнорировать вплоть до одного единственного момента: момента смерти, когда каждый с ним в полной мере познакомится. Поэтому поэту и философу следует поторопиться со смертью, чтобы прожить свою жизнь по-настоящему. Это позволит ничто работать сквозь поэта легко и свободно, без отсылок к темным материальным массам, ограничивающим его движение. Если мы свободны только в смерти, то пусть смерть живет сквозь нас уже сейчас, и тогда мы будем свободны всегда, считает Лесьмян. Метафизика отсутствия порождает пространство магического нигилизма, где несуществование становится формой наиболее тонкого и интимного проживаемого бытия. Когда Лесьмян говорит, что нет Бога и богов, нет Любви и сада, нет Девушки и нет тех, кто ее любит и стремится освободить, он не просто вычеркивает все это, но наделяет особой тонкой пронзительной экзистенцией, радикально освобожденной от предрассудков, темных сомнений, вожделений, утилитарных калькуляций или столкновений. Если современность настаивает на то том, что ничего из того, во что верит и чем живет поэт, мистик, гностик, визионер, не существует, в конце концов, черный романтик с этим соглашается. Хорошо, пусть не существует. Но в таком случае, это несуществование, это ничто и есть самое ценное. Не стоит ломать копий, если все настаивают, что этого нет, поэт сдается – да, хорошо, нет. Есть только горилла. Ладно. Путь так. Но в этом случае поэт переходит на сторону небытия и аргументом в этой смене лагеря является смерть. Пока жизнь длится, права горилла. Но в миг последнего вздоха к ней придет вместе со смертью поэт, стоя в стороне, спокойно наблюдая изменение ее лица. Поэт -- тихий друг великого ничто. Такая позиция Болислава Лесьмяна едва ли может быть однозначно квалифицирована в рамках классической онтологии. У нее есть много общего с Хайдеггером, так как Dasein определяется отношением к смерти, и ничто стоит в центре внимания Хайдеггера. Поэтому с определенной степенью приближенности можно отнести ее к особому виду визионерской феноменологии. Есть определенное сходство с буддистской философией, утверждающей, что в центре вещей расположена пустота. Но в целом в контексте польской культуры Болеслав Лесьмян может быть рассмотрен как выразитель польской депрессии в ее чистом экзистенциальном виде. На сей раз, эта депрессия оторвана от краха мессианского замысла и выступает сама по себе. Но вместе с тем она глубинно связана с внутренними пластами польской души. Можно предположить, что в поэзии Лесьмяна наиболее концентрировано и эмпирически точно выступает польский Dasein. Ненасыщенность Станислава Виткевича Другим поэтом, писателем, философом, драматургом и художником, относящимся к той же плеяде «проклятых поэтов», был Станислав Игнаций Виткевич (1885-1939). Он считается одним из основателей польского авангарда. Виткевич, как практически все основные польские художники и  мыслители, испытал на себе влияние польского мессианизма, но осмыслил его в гротескных и пессимистически-профетических тонах. Его главным произведением считается роман «Ненасыщаемость»[15], где он излагает свои философские, геополитические и эстетические взгляды в систематизированной форме на фоне драматических событий, олицетворяющих в галлюцинативно-онейрическом контексте судьбу Польши. Главный герой романа барон Каппен проходит через разные среды современной ему Польши, описанной в некотором вневременном срезе, сочетающем настоящее, будущее и вечное, и пытается выстроить на основании абсурдных и сбивающих с толку ситуаций личный взгляд на жизнь и самого себя. Но общество, в котором он оказывается, фундаментально и неизлечимо больно. В нем самом концы с концами совершенно не сходятся: социальные отношения перепутаны, аристократия развалена, грубые пролетарские и крестьянские низы бессмысленны и хаотичны; отношения между полами первертны, и на пределе эротического старческого остывания лишь извращения способны слегка разогнать усталость и индифферентность – молодость здесь ничего не меняет, молодые столь же мертвы и холодны, как и выжившие из ума старики-извращенцы; религиозная идентичность, католичество, рушится под ударами нигилизма и материализма, оставляя после себя зияющую пустоту; экстравагантные увлечения западноевропейской (рационализм, нигилизм, прагматизм, декаданс) и восточной (спиритуализм, наркотические медитации, секты) культурами еще более сбивают с толку; все различия между героизмом и верностью, низостью и предательством стерты. Это портрет Польши в последней фазе своего исторического бытия, конец польского пути. Геополитический контекст воображаемой романом «Ненасыщаемость» ситуации таков: Во всем мире царит геополитический хаос. Москва переходит из рук красных к белым, в Европе установился повсеместно фашизм, напоминающий коммунизм, а кое-где коммунизм, неотличимый от фашизма. Сама Польша сохраняет демократию, в центре которой выстраивает вполне фашистский режим блистательный харизматический психопат-диктатор Космолукович, волевой грубый перверт-садист, огромной энергии… Но с другой стороны, аморфный синдикат Национального Спасения тянется то ли к большевизму, то ли к общенациональному самоубийству, и не прочь при этом ликвидировать Космолуковича. Польша представляет собой форму декадентского кокаинического хаоса, в котором запрессовались все парадоксы и нерешенности европейской цивилизации – в других странах, где воцарился фашизм или большевизм, эта цивилизация фактически отменена, по меньшей мере, мертвецки заморожена. Русская графиня Тикондерога, отличающаяся, как и другие персонажи романа, декадентскими вкусами и анормальными пристрастиями, пытается объяснить, как Польша оказалась в таком состоянии. Она говорит: «Вы, поляки, ошиблись в одном… В вашем дурацком католичестве… Будь вы, как мы, русские, под Византией, все ваши комплексы испарились бы в два счета… Православие дало новую ось, где славянство может, наконец, разогнуться во весь свой размер… Вы же погрязли в антиномиях, сформулированных ложно, врагами истины… Если душа плачет, как у нас, славян, она должна убивать, спокойно и гордо, без оглядки…»[16] Весьма своеобразная, впрочем, апология византизма, православия и славянофильства. Единственные, кто не теряют головы в этом крахе Европы, это китайские войска. Они провозгласили желтую эру, ввели западный алфавит и осознали, что ранее считавшееся их недостатком (созерцательность, коллективизм), является их главным достоинством. Придя к этому выводу, китайцы двинулись желтой стеной на Запад. Повторяя траекторию орд Чингиза, китайцы покоряют Россию. В конце романа они возьмут Москву и перейдут Одер, чтобы столкнуться с непобедимой армией гения войны польского генерала Космолуковича. Ситуация осложняется тем, что Польша пронизана сетью агентов нового духовного учения Мурти Бинга, учащего о том, как при помощи особых психоделических веществ достичь состояния «дуального единства». Это подрывает дух. Позже выяснится, что секта – всего лишь инструмент китайской инвазии, усыпляющий бдительность. В конце романа наступает развязка мировой истории: решающая битва генерала Космолуковича с подступившими к Польше китайцами. В этой сцене сосредоточена вся сущность польского мессианизма. Польша -- последний рубеж западной цивилизации, и пусть эта цивилизация, равно как и Польша, находится в ужасающем упадке, кажется, что верность своей роли щита перед Евразией, последнее, что может придать смысл польскому и европейскому бытию в целом. Генерал-диктатор Космолукович накануне сражения оказывается перед дилеммой, так как ситуация выглядит обреченной. Все приближается к фундаментальному решению. Польские войска выстроены напротив китайской армии. Все наготове. Рука Космолуковича поднимается, чтобы сейчас дать сигнал к бою… Внезапно Космолукович произносит: «Приказ по армии всем сдаваться китайцам». «Во имя человечества», спокойно добавляет он, расстреливая в спину один польский батальон, поднявшийся против китайцев вопреки приказу о капитуляции. Китайский посланец приглашает Космолуковича в ставку, чтобы отметить “мудрое и человечное решение о прекращении сопротивления”. Обед. Главнокомандующий китайской армией Ванг поднимает тост: «Милый генерал Космолукович! Человечество оценит Ваш жест. Вы избавили тысячи людей от страданий и смерти. Мы несем не просто китайскую идею – мы сторонники арио-монгольского смешения. И расы Запада и расы Востока по отдельности исчерпали свой творческий потенциал в истории – вы по-своему, мы по-своему. Нас может спасти только смешение. Тот строй, который мы, китайцы, несем миру, основан на смешении – желтые смогут отныне жениться только на белых, а белые только на желтых. Так мы выведем новую расу, которая будет веселей и яростней, чем мы. Есть ли у Вас, Космолукович, жена, любовница? Да? Теперь они должны принадлежать мне. Я бы дал Вам желтых женщин, но мы расцениваем Вас как слишком большого индивидуалиста. А индивидуализм не совместим с арио-монгольской этикой. Поэтому Вам придется отрубить голову. За Вас, доблестный генерал!»[17] Голову отрубают. Этим кончается история Польши, история Европы, история Запада. Роман написан в 1930 году, а спустя 9 лет в 1939 году Виткевич бежит от нацистской оккупации в Восточную Польшу. На сей раз, угроза пришла с Запада. Когда же Виткевич узнает, что 17 сентября в Польшу вторглись советские войска, он на следующий день принимает смертельную дозу наркотиков, пытается вскрыть себе вены. Так, он гибнет в той же самой ситуации, которую описал в своем романе. Его судьба, как и судьба Мицкевича и других польских патриотов и мистиков, была настолько жизненно связана с судьбой Польши, что одно без другого он помыслить себе не мог. Личный крах Виткевича был для него финалом исторической драмы несостоявшейся цивилизации, призванной выполнить эсхатологическую миссию, но не справившейся с этим. Отсюда глубинная неизбывная горечь польской экзистенции, достигающая предельных сфер черного отчаяния. Польско-литовский (балтийский) культурный круг в философской карте Европы Беглое рассмотрение различных сторон польско-литовской истории и мысли в их силовых моментах приводит к некоторым выводам с точки зрения философской карты Европы. 1.Народы балтийского культурного круга относятся к индоевропейской группе по языку и культуре, а следовательно, в той или иной степени, несут на себе печать трехфункциональной системы и солярного патриархата. Это предопределяет глубинные корни поляков и литовцев. Сарматизм исторически представляет собой акцентирование воинской составляющей индоевропейской модели, то есть усиление второй функции перед лицом первой и третьей, что создало самобытность польско-литовского социально-политического типа, воплотившись в феодально-аристократической системе. 2.Балтийский ареал является составной частью Западной Европы и находится в прямой зависимости от ее Логоса. Этот выбор был предрешен принятием католичества вначале польским королем Мешко, а затем в Кревской Унии литовским великим князем Ягайло, королем Польши и Литвы. Следовательно, основные процессы, проходящие в Западной Европе в Средневековье и в эпоху Модерна, так или иначе, сказывались и на этом регионе. 3.В силу удаленности этих земель от основного пространства Западной Европы и этнокультурной специфики соучастие в общеевропейской культуре было спорадическим и фрагментарным, что выразилось в пассивном, реактивном восприятии модернизации и в сохранении многих архаических черт в культуре (например, обращение к народной мифологии в «Дзядах» Мицкевича). 4.Польский мессианизм представляет собой национальную идеологию эсхатологического толка, структурно близкую к иоакимитским теориям «Третьего Царства», но перетолкованную в особом -- славянском -- ключе. Этот мессианизм неразрывно связан с мыслью об общеевропейской судьбе и культуре, и чаще всего (хотя и не всегда) ориентирован против византийско-православной и евразийской цивилизации соседней России. Антагонизм Польша (Литва) – Россия является структурообразующим элементом идентичности этого культурного круга. 5.Экзистенциальной особенностью балтийского пространства является повышенный пессимизм и фрустрация, отчасти исторически обусловленные  неудачей в построении особой цивилизации, отчасти не имеющие никакой внешней причины и проистекающие из особого трагического и даже нигилистического настроя, свойственного полякам и литовцам самим по себе. С точки зрения ноологии, мы видим в польско-литовской культуре явное преобладание дионисийских и кибелических черт при почти полном отсутствии вертикального солярного аполлонизма – платонический вектор в культуре этих народов встречается чрезвычайно редко. С другой стороны, привнесение из Франции, частично из Англии, парадигм Модерна, черной философии материализма, индивидуализма и позитивизма здесь большого сопротивления не повстречало, что видно в успехе номиналистской философии в Польше еще в Средние века и в активном включении польских ученых (в частности, Николая Коперника) в разработку материалистической и механицистской картины мира в Новое время. Для этого недостаточно указания на имитационный и несамостоятельный характер польско-литовской культуры, так как принятие черного Логоса в его модернистском издании требует определенных глубинных внутренних качеств константной структуры культурной среды. Матриахальность может быть отнесена, как это делает Мария Гимбутас, к сохранившимся следам доиндоевропейской цивилизации, а может к особенностям славянского населения, которое в самых разных обществах устойчиво представляет собой преимущественно третью функцию индоевропейской модели, крестьянство, всегда тесно связанное с землей и культами плодородия. В любом случае, титанизм в польско-литовской культуре укоренен глубоко и органично, и сам крах проекта создания балтийской цивилизации есть типичная участь титана – он высоко и стремительно взлетает, но всякий раз низвергается вниз, так и не получив желаемого. В профетических и глубинных картинах Виткевича мы видим впечатляющий образ титанической Польши, Польши Прометея. Титанизм можно увидеть и у многих других польских мыслителей, поэтов и художников. Сама иоакимитская модель трактовки истории может быть интерпретирована как выражение черного Логоса, если движение к «Третьему царству» понимать как прогресс и включать в него Модерн. Здесь мы явно получаем черного двойника Диониса, титана, как телеологический ориентир. Чтобы яснее понять сущность польско-русского антагонизма по ту сторону исторических перипетий, следует более внимательно рассмотреть структуру культурной идентичности Евразии и особенность русского Логоса, что и будет сделано в дальнейшем. Особенность польской идентичности будет ярче видна именно в этом сопоставлении. Но несколько забегая вперед, мы можем предложить крайне обобщенную и приблизительную схему как цивилизационную метафору. Представим себе двух славянских братьев – полян. В определенный момент оба брата взрослеют и крепнут настолько, что им приходит пора определиться с выбором своего я. От этого выбора будет зависеть все последующая – тысячелетняя судьба всех их потомков, но и в определенном смысле их самих, как архетипов рода. И удачи и потери, и торжество и муки, и приобретения и нищета, и брак и смерть – все будет зависеть от этого выбора. Один брат – восточный полянин – делает выбор в пользу Византии и через нее ступает в Средиземноморское наследие. Он получает философский язык, культуру, письменность, имперскую модель монархии как идеал симфонии властей, но самое главное – миссию. Отныне его миссия – стать тем, чьему символу присягнул. Как говорил киевский митрополит Илларион, имея в виду русских: «Последние станут первыми», русские приняли христианство последними из окружающих европейских и южно-кавказских народов, но надеются стать первыми защитниками христианства. Это дерзкая и прекрасная великая мечта восточного брата, живущего в Киевских землях. Позднее она воплотится в полной мере в теории Москва - Третий Рим. Другой брат – западный полянин, поляк – не менее дерзок и решителен. Он хочет доказать свое величие и осуществить свои подвиги веры и мужества, взяв другую идентичность – западноевропейскую. Он берет латынь и латиницу, католическую мессу и западное рыцарство, феодализм и папство, но снова с целью стать тем, кому присягнул, воплотить в истории Запада его финальный трагический и триумфальный аккорд. Это значит – стать «Христом Европы». Братья поляне очень похожи. Они смелы, молоды, сильны, верны, упорны, решительно настроены на подвиг. Они сделали выбор, и пошли каждый своим путем. Братья-близнецы, вставшие на пути, которые все больше и больше расходились. Так между ними сложилось состязательное поле. Литва, в эпоху своего возвышения, объединившая под своим началом огромные западнорусские земли, стала частью польского плана. Русские сделали ставку на татар и Орду. И соперничество братьев продолжалось, развертываясь с переменным успехом – то усиливался один брат, то другой. Поляки были в Московском Кремле, русские войска брали Варшаву. К XVIII веку наступила окончательная развязка: восточный брат оказался сильнее. Его восточный – византийский, татарский, евразийский – выбор привел его к собственной цивилизации и ведущей роли в мировом концерте держав. Последние стали первыми. Раздел Польши поставил в этом вопросе точку. Западный брат проиграл. Вынес он не меньше, дрался не менее храбро, страдал и радовался столь же глубоко и искренне. Экзистенциально его история не менее насыщенна и богата. Но он проиграл. Так бывает. Это практически невозможно признать и принять тому, кто вступил в эту историческую дуэль всерьез и до конца. Кто не давал себе поблажек ни в чем, кто за все платил сполна и кровью. Отсюда глубочайший трагизм польского самосознания, в нем живет надежда на реванш, но если в XIX и даже в начале XX века кто-то мог еще всерьез полагать, что баланс сил обратим, и последнее слово не сказано, сегодня очевидно, что сказано. Защищать Западную Европу больше невозможно и не нужно, так как этой Европы нет. Модерн преобразил ее до неузнаваемости, превратив в пародию на саму себя. Черный Логос опрокинул все основы солярной аполлоническо-дионисийской, имперской христианской культуры, от которой остались пустые симулякры, механические дубли, тени и двойники. Стало понятно, что Европу надо было защищать не от русских, а от нее самой. Но в этом ключе польский брат никогда не мыслил; он был нацелен совсем на другое. И отсюда глубина его отчаяния. И от этого осознания правота восточного брата становится только еще более невыносимой. Конечно, такие мыслители, как Хёне Вронский или такие литературные персонажи, как графиня Тикондерога, а через них довольно весомый сегмент польского общества, начинают догадываться, что путь к польскому величию лежит в грядущем возвышении славянства, но не против России, а вместе с Россией, за Россию и рядом с Россией, но это осознание требует разрыва с глубинной идентичностью – с «Паном Тадэушем» и «Дзядами», с черной мадонной Честоховской и буйным «гонором» сарматской шляхты, с изначальным выбором западного брата. [1]  Gimbutas M. Balts. London: Thames and Hudson, 1963. [2] Птолемей Клавдий. Руководство по географии/ Боднарский М.С. (ред.) Античная география.  Москва: Государственное издательство географической литературы, 1953. [3] Дугин А. Г. Этносоциология. М.: Академический проект, 2011. [4] Gimbutas M. Balts. Op. cit. [5] Рыбаков Б. А. Геродотова Скифия. Историко-географический анализ. М.: Эксмо; Алгоритм, 2010 [6] Гваньини Александр. Описание Европейской Сарматии. // Сибирь в известиях Западноевропейских путешественников и писателей, XIII-XVII вв. Новосибирск. Сибирское отделение РАН. 2006. [7] Меховский Матвей. Трактат о двух Сарматиях. – М.-Лг.: 1936. [8] Hoene-Wronski J.M. Philosophie critique, decouverte par Kant et fondee definitivement sur le principe absolu du savoire. Marseille, 1803. [9] Мицкевич А. Сочинения А. Мицкевича. — СПб.: Типография М. О. Вольфа, 1882. [10] Novak Ch. Jakob Frank le faux messie. P.: l’Harmattan,  2012. [11] Mickiewicz A. Kśięgi narodu polskiego i pielgrzymstwa. Warszawa: Ossolineum, 2004. [12] Лесьмян Б. Безлюдная баллада, или Слова для песни без слов. М.: Рипол-Классик; Вахазар, 2006. [13]  Перевод с польского А.Д. [14] Лесьмян Болеслав. Безлюдная баллада, или Слова для песни без слов. М.: Рипол Классик, Вахазар, 2006. [15] Мы ссылаемся на французское издание Witkiewicz Stanislaw Ignacy. L'Inassouvissement. P.: L'Age d'Homme, 1989. Русский перевод польское слово nienasycenie, “ненасыщаемость” передает как “ненасытимость”, что, впрочем, вполне возможно. Виткевич С. И. Ненасытимость. М.: Вахазар; РИПОЛ КЛАССИК, 2004. [16] Witkiewicz Stanislaw Ignacy. L'Inassouvissement. Op. cit. [17] Witkiewicz Stanislaw Ignacy. L'Inassouvissement. Op. cit.  

25 сентября, 13:11

Галопом по Европам

Главной новостью Европы стал реанимация истории четвертого крестового похода, уже казалось бы похороненной под восьмью веками пропаганды. Судя по всему у многих сложилось впечатление, что я ассоциирую черный миропроект с немцами и Германией как главной антихристианской силой в Европе. На самом деле это не так - черный мирпроект я ассоциирую с Каролингами и Тевтонским орденом, первой жертвой которого стали православные немцы подданые Меровингов, - потомков короля Франков Хлодвига, принявшего крещение в 498 году. Что сделало франков единственной Православной нацией на территории континентальной Европы, но христианизаторами Европы стали не франки, а ирландцы, которые были крещены Святым Патриком на 50 лет раньще. И произошло это потому, что ирландцы не стали завоевывать Европу, а разослали миссионеров, которые крестили разные наролы Европы, в том числе и викингов, которые собственно и были великими цивилизаторами создавшими великую Западно-Европейскую цивилизацию. И антинорманисты в России на самом деле являются обскурантами, отрицающими связь Западно-Европейскую культуру, которая в свое основе была православной, и чем больше они отрцают связь России с Западной Европой в том, в чем она действительно велика, тем больше они становятся рабами Западно-Европейской низости. Это видно из позорной истории с "Викингом" и "Матильдой", и из аналогичного сравнений внимания к намеченному на 1 октября референдуму в Каталонии и к мало что решающим выборам в Германии. Между тем подготовка к референдуму в Каталонии показывает, что если у народов как и у людей есть своя провиденциальная судьба, которую можно понять из истории, то эта история и эта судьба именно сейчас начала всплывать как Град-Китеж, несмотря на столетия лжи. Прежде всего Каталония по одной из легенд создана аланами, которых на Кавказе крестил сам Максим Исповедник и которые вполне возможно являются прародителями тех самых славян, которые неизвестно откуда появились на Русской Равнине в 6-ом веке. А история христианизации ГотАландии (Каталонии) самым непосредственным образом связана с 862 годом, когда было основано государство Российское, а святой Ансгар крестил короля Ютландии Хорика II. Причем вся историография берлинских Гегельянцев, ставшая основой как Российского либерализма, так и Российского обскурантизма, рушится как карточный домик при одном взгляде на крест святого Ансгара, так как это кельтский (ирландский) крест. И в подготовке к референдуму довольно большую роль играло то, что Арагон был одной из жертв Альбигойского крестового похода, за который Арагонцы отомстили в 1282 году в ходе Сицилийской вечерни, которая была совместной операции Арагонской, Британской и Византийской разведок.

14 сентября, 20:18

Волшебная крепость пруссов Гросс-Хаузен

Находясь в Калининградской области имеет смысл посетить некоторые старые прусские городища, коих в тамошних местах великое множество. Сии исторические памятники мало привлекают туристов, ибо представляют из себя лишь кольца земляных валов, но места эти воистину сказочные, они хранят в себе крупицы древнего волшебства - языческой истории прусских земель. Одним из самых известных подобных памятников является городище Гросс-Хаузен, находящееся рядом с современным поселком Русское.Надо сказать, что в здешних местах древних городищ великое множество, но Гросс-Хаузен (Домашняя гора) выделяется своими большими размерами, археологическое название сей горы - Русское-2, из чего вытекает, что рядом присутствует и городище Русское-1, оно меньше размерами и автор этой статьи не стал тратить на его поиски время. Интересен и сам поселок Русское, где сохранились остатки тевтонского замка Гермау (Гирмов) и старое немецкое кладбище. Именно с этого замка, вернее его следов, мы начнем осмотр этих загадочных мест.Первое упоминание о местечке Гирмов появляется в "Хронике земли прусской" Петра из Дусбурга. Зимой 1252 года большой отряд крестоносцев под руководством комтура замка Христбурга Генриха Штанге потерпел сокрушительное поражение от пруссов рядом с селением Гирмов (Гирмове), погиб сам комтур и его брат Герман.В 1270 году на месте старой прусской крепости был возведен тевтонский замок, в начале 14 века его перестроили уже в камне. Скорее всего замок был однофлигельным и имел четырехугольный план, с запада к ядру замка прилегал форбург (передовое укрепление), он был отделен от основных сооружений глубоким рвом.В 1760 году обветшалый флигель замка перестроили в кирху, которая сильно пострадала во время боев 1945 года, уже в советское время кирху разобрали на щебенку, остался только небольшой фрагмент восточной алтарной части.Сейчас на месте замка располагается немецкое кладбище, воссозданное на немецкие деньги в 90-х годах.Кирха Гермау до Второй мировой войны.Немногочисленные остатки старых надгробий сложили у оставшейся стены кирхи.Огромные камни стен кирхи намекают на фортификационный характер этого сооружения, когда-то кирха была главным жилым строением замка Гирмов.Периметр стен замка частично сохранился, немцы в 90-х законсервировали остатки строений.Надо сказать, что несмотря на незначительность остатков замка Гермау-Гирмов, этому месту сильно повезло с немецким финансированием, так как руины других замков в Калининградской области находятся в удручающем состоянии. Почему немцы выбрали именно это кладбище, чем оно так для них значимо, мне доподлинно неизвестно.Напротив руин кирхи возвышается квадратная площадка заросшая деревьями, можно предположить, что это остатки укреплений квадратного форбурга (предзамкового укрепления), ныне превратившиеся в земляной холм.Сам городок Русское - это примерно десяток старых домов, все, что осталось от немецкого Гермау. В городке есть пара продуктовых магазинов, общественный транспорт сюда не доходит - автобус из Калининграда останавливается на трассе в поселке Поваровка, не доезжая до Русского пару километров.За Гермау в 1945 шли тяжелые бои, городок был взят штурмом советскими войсками 3 февраля 1945 года, после чего 91-я гвардейская стрелковая дивизия Красной Армии попала в окружение и была отброшена от города. Вторично поселок Гермау был взят Красной Армией только 16 апреля 1945 года.В 1946 году городок Гермау был переименован в Русское.В память о боях под Гермау был сооружен монумент павшим советским воинам, он находится рядом с немецким кладбищем.Теперь мы двинемся на поиски древнего прусского городища, которое находится в нескольких километрах от поселка в глубине леса. Везде о горе Гросс-Хаузен пишут как о значительной возвышенности в 90 метров, но обольщаться не стоит, 90 метров это от уровня моря, по факту все здешние горы еле-еле выделяются над лесными насаждениями.Чтобы попасть на Гросс-Хаузен, нужно двинуться по проселочной дороге на северо-запад от поселка Русское, по дороге минуя современное кладбище.И потом углубиться в лес. Никаких ориентиров и указателей там нет. Когда-то про здешний заколдованный замок жители слагали много легенд, якобы он появлялся в определенное время года. Например, вот одно из преданий:«Один житель то ли из Большого, то ли из малого Курена как-то раз в новогоднюю ночь собрался в Гермау. Когда он приблизился к лысой горе Хаузена, то к немалому своему удивлению обнаружил, что на ней стоит великолепный замок. Замка этого он отродясь не видывал, хоть и часто путешествовал той дорогой. Недолго думая, направил он свою телегу в гору. Ворота замка были открыты. Когда он вошёл, то увидел там нарядных подземных жителей, веселившихся на празднике. Они пригласили его к столу. Крестьянин ел, пил и танцевал. Но потом спохватился, что нужно ехать обратно. Когда он стал собираться в дорогу, подземные жители окликнули его, мол, негоже уходить с пустыми руками. «Давай свой мешок!», - завопили они. Крестьянин поблагодарил их за доброту, водрузил полный мешок на плечо и пошёл к телеге. Бросив мешок в телегу, решил он глянуть, что же всё-таки такого ему там подарили. Ах, как стало ему неприятно – весь мешок был заполнен конским навозом! Однако сам мешок мог ещё пригодиться, поэтому он вытряхнул нечистоты наружу и убрался восвояси. Но уже дома, вытряхивая мешок, в углах его, там, где были остатки навоза, он обнаружил монеты из чистого золота! О том, что каждую новогоднюю ночь на Хаузене из-под земли поднимается красивый замок, знают многие местные жители».Важное отличие горы Хаузена от остальной местности, это конечно наличие волшебства. Именно этот фактор можно считать главным ориентиром при поиске городища в лесу - если вы чувствуете, что волшебство отсутствует вокруг, значит, вы идете куда-то не туда, а если нарастает, то вы на правильном пути.В моем случае, все было именно так - по дороге к загадочному замку пруссов волшебный белый ковер из цветов все нарастал и нарастал, в то время как в других местах леса виднелись лишь унылый кустарник и сырая земля.И вот я увидел на возвышенности ряды земляных валов прусского замка заросшие лесом.Три линии валов городища отчетливо проступают меж деревьев. Гросс-Хаузен имеет весьма сложную структуру, кое-где здесь возведены даже четыре линии валов, но преимущественно их три, с северо-запада только две, так как гора там имеет более крутые склонны. Валы возвышаются друг над другом, внешний вал примерно 4 метра высотой, вторая линия - 10, и третья линия уже где-то 20 метров.Схема прусского городища Гросс-Хаузен (пос. Русское-II) (рисунок из кн. Фриды Гуревич 1960 г.)Валы городища, можно заметить, закручиваются по спирали, внешний вал становится средним. Основной вход на городище возможно был с юга, сейчас тропа проложена именно здесь, но во внешних укреплениях есть и другие проемы, где могли существовать ворота. На северо-востоке, также как и на западе, присутствуют дополнительные валы-бастионы, надо сказать, что схема городища Фриды Гуревич не совсем точно отображает здешнюю фортификацию, в чем мы убедимся при осмотре валов Гросс-Хаузена.Проем ворот городища.Три линии валов с южной стороны. Поверху вала шли деревянные укрепления, это были две линии частокола, между которыми засыпалась земля, как правило, ширина подобного укрепления была не больше двух метров.В старой легенде, что я привел выше, гора Хаузен названа "лысой", видимо, это действительно было так, нынешние леса появились лишь к концу 20 века. В средние века все деревья пускались на дрова или использовались в строительстве, поэтому прусские земли больше напоминали степи, и гора Хаузен, действительно, была горой, т.е. виднелась издалека.Верхний самый мощный вал городища.Вид с площадки верхнего вала вниз. Сквозь деревья видно, что прусская крепость стоит на пологом холме.Интересный вид сверху на северо-восточный бастион, здесь внешний вал существенно выше внутреннего и почти равен по высоте верхнему валу, в связи с этим непонятен смысл существования невысокого среднего вала.Для каких целей создавалась эта крепость не совсем понятно. Археологические раскопки показали, что городище относится к позднему этапу прусской истории - к 11-13 вв. Общепризнанной является точка зрения, что Гросс-Хаузен - это место сбора прусского ополчения, якобы для постоянного места жительства это земляная крепость была непригодна из-за отсутствия источников воды на горе, рядом с городищем также нет каких-то рек и водоемов. Возможно, что крепость имела и ритуальное значение, т.е. была языческим капищем, сходным по функциям со знаменитым святилищем Ромово.Верхняя площадка крепости Гросс-ХаузенВнутри городище серьезно перекопано и необязательно, что археологами, как известно в Калининградской области процветает кладоискательство. Весь лес вокруг Гросс-Хаузена буквально испещрен ямами черных копателей, несомненно, что и прусское городище привлекает их внимание.С юго-западной стороны площадки городища видна какая-то небольшая возвышенность, в сущности, это часть внутреннего вала, только более внушительная по размерам, что это такое непонятно, на плане Ф.Гуревич эта часть городища никак не выделена, хотя это самая высокая точка Гросс-Хаузена.Здесь можно различить нечто, похожее на основание башни.Сверху, эту земляную башню тоже пытались разрыть.Кое-где на городище встречаются обработанные камни, хотя о каких-либо каменных постройках на Гросс-Хаузене ничего неизвестно. Несомненно, что городище на возвышенности могло использоваться и после завоевания этой земли Тевтонским орденом, правда, каким образом непонятно, видимо из-за отсутствия источников воды для рыцарского замка это место не подходило, поэтому свою крепость крестоносцы возвели в Гермау-Гирмове. Возвышенность Гросс-Хаузена могла как-то служить и во Вторую мировую, какие-то ржавые железные конструкции торчат из земли здесь и сейчас.С юго-западной стороны верхнюю площадку городища пересекает глубокий ров, который отделяет некое пространство, окруженное валами. На переднем плане, виден внутренний вал, идущий от самой высокой точки крепости. Ни на одном плане Гросс-Хаузена этот ров не обозначен, на плане Фриды Гуревич, исследовавшей городище в 60-х годах, в этом месте находятся 4 вала друг за другом, хотя хорошо видно, что ров отделяет от основного внутреннего пространства небольшую дополнительную площадку, где можно было бы легко уместить несколько построек. Возможно, это какая-то цитадель в цитадели, которая соединялась с основным пространством крепости деревянным мостом.Подобный ров существовал в прусском городище Грачевка, которое также изучала Фрида Гуревич, макет укрепления Грачевка можно увидеть в Калининградском музее.Ров пересекающий верхнюю площадку Гросс-Хаузена.Валы и рвы Гросс-Хаузена с юго-западной стороны.Общий вид "ступеней" земляной пирамиды Гросс-Хаузен, по каждой из них идет оборонительный вал.Проем внутри среднего вала, видимо, здесь были какие-то внутренние ворота. Вполне возможно, что попадание в крепость осуществлялось по спирали, кольца валов имели здесь функции захаба - длинного коридора между крепостными стенами. Нынешний прямой путь между валами мог быть пробит существенно позднее, когда городище Гросс-Хаузен потеряло свое оборонительное значение.Удаляясь от крепости в лес можно легко наткнутся на развалины более поздних построек. Изначально, скопление каменных валунов может рисовать в воображении облик некоего замка, хотя на самом деле это видимо обыкновенные немецкие жилые дома, добротно выстроенные на основаниях из огромных камней, подобные строения и сейчас можно видеть в Калининградской области в более цельном виде. Такие дома строили в 19 века, а в 1945 (или после) они были разрушены и основательно заросли лесом.Сейчас руины старых домов усиленно пропахиваются кладоискателями всех мастей. На рынке в Калининграде я видел целые ряды из железных предметов, созданных еще в немецкой Пруссии, это может быть инструмент, утюги, гвозди - что-угодно, скорее всего, все эти предметы находят в развалинах подобных домов, не исключено, что копатели отыскивают и нечто более ценное, чем старый немецкий металлолом.Здесь мы видим какой-то разрытый погреб.Эти курганы в лесу тоже результаты копательской деятельности местных жителей.Умельцы вырыли огромный котлован, что они здесь искали на такой глубине одному богу известно.Еще следы от старых немецких домов, видимо, здесь раньше стоял небольшой хутор, в советское время многие немецкие поселки полностью разрушились и заросли деревьями. Сейчас, это уже совсем густой лес.Но вот, признак цивилизации - осколок старой фарфоровой посуды.Ну, а мы покидаем сей волшебный лес, хранящий следы, как минимум, двух цивилизаций - сначала прусской, уничтоженной германскими рыцарями, затем немецкой, уничтоженной уже другими завоевателями. В общем, sic transit gloria mundi - так проходит мирская слава.Мои статьи посвященные Пруссии:Ромува - языческий ВатиканРусский каганат в ПруссииПро реальное язычествоТюркские короли Балтики

12 сентября, 18:42

Черный миропроект и кризис артикуляции

В принципе черный миропроект можно было бы назвать псами-рыцарями или Тевтонским орденом, тем самыми с которыми Александр Невский сражался на Чудском озере. Но орден переменчив и тоже не на пустом месте появился. Если не слишком ограничивать полет фантазии то его историю действительно можно отследить к Финикии и строительству Первого Храма, но доказательно, на уровне исторически задокументированных рукопожатий впервые этот миропроект проявляется во время первого крестового похода как реакция на проявление белого миропроекта - ордена Госпитальеров. Я бы даже сказал, что он впервые проявляется в виде Первого Крестового Похода, начавшегося как водится с еврейских погромов, которые в ходе веков стали его визитной карточкой. И в наше время он отметился, выбрав дату 11 сентября в память одно из самых "успешных" погромов в смысле добычи и количества жертв, но отследить его к нашему времени еще труднее, чем к строителям Первого Храма, которые не были евреями. Дело в том, что орден действительно замечательно умеет не только переодеваться но и переобуваться в прыжке, и убив бог знает сколько миллионов человек во имя "святой" Римско католической церкви в 12-15 веках, он в 1525 годун во главе с Великим Магистром Тевтонского Ордена Альбрехтом Бранденбургским взял и перешел в протестантизм, а государство основанное орденом на землях истребленных им православных пруссов и викингов Йомсбурга, стало первым государством, объявившим протестантизм государственной религией. Причем этот переход в протестантизм парадоксальным образом был продолжение антихристианского Четвертого крестового похода, начавшегося с крестовых походов северных, так как Римская Католическая Церковь, пройдя через второй великий раскол и став Авиньонской Католической церковью, благодаря усилиям Фомы Аквинского и Дунса Скотуса в 14 веке начала возвращаться к христианству. А последователи Уильяма из Оккама ответили на это, основанием Кенигсберского университета через 20 лет после перехода ордена в протестантизм.В Новое Время черный миропроект внес огромный вклад в научно-технический прогресс, особенно в металлургию, и львиная доля алхимиков того времени жила на гранты черного миропроекта. Да и к разработке религиозной философии орден приложил руки Канта и Гегеля, а потом вполне закономерно обратился к эзотерике Гете и Вагнера, а также к теософии мадам Блаватской. А Россия в это время сначала жгла "еретиков" в лучших традициях черного миропроекта, а потом утверждала себя в качестве Православной столицы Золотой Орды и расплачивалась за свое участие в черном миропроекте Великой Смутой и Расколом с большой буквы. И когда в 18-19 веках на нее обрушилась религиозная философия Запада, Священный Синод запретил ввоз в Россию католической литературы, порожденной Фомой Аквинским и Дунсом Скотусом, еоторая могла бы стать противоядием против религиозной философии черно миропроекта и дать Православию более или менее адекватный философский язык. А эзотерика черного миропроекта беспрепятственно проникала в Россию в виде художественной литературы, и ответить на нее Православная Россия не смогла потому, что оказалась без адекватного языка для описания свой сакральной части, в частности иконописи, что собственно и привело к кризису артикуляции и "древнему стилю". Результатом стала февральская революция, а мне пора на работу. Продолжение следует

23 июля, 15:00

Если не станем противостоять в Калининграде, то начнём терять Россию по кусочкам

Самые яркие цитаты с круглого стола о "концептуальной ошибочности" школьного краеведческого курса "История западной России"Ректор БФУ им. Канта Андрей Клемешев – главный редактор учебников "История западной России"Калининградский филиал Академии геополитических проблем провёл круглый стол на тему — цитата из итоговой резолюции — «концептуальной ошибочности, нравственно-национальной ущербности и вредоносности» школьного краеведческого курса «История западной России». В культурно-деловом центре пос. Борисово собрались региональные историки, писатели и общественники, чтобы обсудить курс, который был создан учёными Балтийского федерального университета им. Канта и преподается уже более десяти лет во всех калининградских школах.Итогами круглого стола стало обращение к министру образования России Ольги Васильевой и врио губернатора Калининградской области Антону Алиханову с просьбой исключить преподавание прогерманского курса «История Западной России» с изъятием из библиотек учебников и связанных с ними методических пособий. Отдельная просьба – рассмотреть вопрос соответствия должности профессора ректора БФУ им. Канта Андрея Клемешева – главного редактора этих учебников.Историк Владимир Шульгин:— Мы ещё в 2006 году предостерегали, что учебники «История западной России» не отвечают национальным интересам России. Этот курс вместо русской, российской истории рассматривает историю немецкую, причём на ограниченном круге источников, который не включает себя источники, говорящие о тысячелетней войне Запада с Византийской цивилизацией. Этот курс писали специалисты по зарубежной истории и один географ. Нет ни одного учёного по отечественной истории. Даже этот факт — показатель ориентации авторов курса.Если этот курс не исправить, он и дальше будет оказывать воздействие не только на школьников и студентов, но и на тех, кто готовится стать офицерами, защитниками Родины. И у меня есть личное наблюдение. Я не буду говорить воинскую часть, куда меня пригласили не так давно выступить . Выступление было посвящено русской культуре. Я говорил о том, в чём отличие русизма от германизма, и я едва коснулся вот этой навязываемой темы кёнигсбергщины, как встретил протест у молодого контрактника. Он в знак протеста покинул аудиторию, заявив во всеуслышание: «Вы, наверное, из России прибыли?» Посмотрите как сформировано сепаратное сознание! Здесь, оказывается, уже и не Россия.Понимаете, такого не было ещё в 2005 году, когда это всё начиналось. Тем более этого не было в 1999 году, когда уже были внедрены агенты перемен, как любят называть их на Западе. А теперь, если ничего не делать, то мы имеем уже протест военных, пусть и единичный. А что будет завтра?Протоиерей Георгий Бирюков, настоятель храма Святого Духа в г. Нестерове:— Я расскажу об истоках курса «История западной России». В 2005 году губернатором Калининградской области был назначен Георгий Боос. Очень оригинальный человек. В 2006 году при Боосе был начат этот эксперимент. По сведениям, которые мы получили из аппарата полпреда президента в СЗФО, конкретно от главного федерального инспектора Бориса Сокушева, в начале июня 2006 года представителями Администрации президента РФ было формулировано предложение о скорейшей разработке курса истории Калининградской области. Там были цели и задачи – воспитание патриотизма у школьников региона, оторванного от остальной территории России, чувства связи с коренной Россией, преемственности с русскими поколениями. Но получилось с точностью наоборот.Учебное пособие привлекло внимание патриотической общественности. Прежде всего, распределением часов. Например, в 6-м классе на историю России даётся 30 часов, на всемирную историю — 75 часов, а на историю западной России выделяется 34 часа. Получается, что история России остаётся в меньшинстве, а шестиклассник больше получает знания о Восточной Германии.Первый учебник со сплошным немецким прошлым на обложке.Первый учебник со сплошным немецким прошлым на обложке.Мы уже давно видим возрастание в Калининградской области сепаратизма и антирусского настроения. Недавний пример – задержанный ФСБ глава сепаратистской организации БАРС Оршулевич, который учился в БФУ им. Канта на философском отделении истфака. Другой выпускник БФУ, ныне учитель истории Нивенской школы Коршунов создал клуб реконструкторов «Меркурий» — по названию захватнической операции Вермахта. Я сталкиваюсь с тем, что в Калининградской области под видом восстановления памятников погибшим мирным немецким жителям Восточной Пруссии, восстанавливаются памятники германских солдатам, которые убивали на Восточном фронте наших солдат. Например, в Виштынецком парке есть памятник лейтенанту Вермахта, танкисту. Устроители памятника возражают, что это памятник леснику. Да, он работал лесником у Германа Геринга. Но в 39-м году погиб, оккупируя Варшаву. И этот памятник открывал Геринг лично.Курс категорически вредный. Но сейчас есть возможность его прекратить. Уже сейчас министр образования Васильева признала порядка сорока учебников вредными, и с 1 сентября они упраздняются. Сейчас можно добиться результатов и по калининградскому курсу.Директор радиостанции «Русский край» Михаил Черенков:— Курс с названием «История западной России» на самом деле является историей Восточной Пруссии. Школьники изучают историю Тевтонского ордена, Прусского государства как свою историю, что неизбежно ведёт к формированию региональной идентичности, отличной от российской. И способствует созданию сепаратизма прогерманской ориентации.Что получается – государство заказало историю Западной России. А что подсунули? Историю Восточной Пруссии, части Германии. Государство обманули.Открываем оглавление, где читаем такую главу: «Борьба христиан с язычниками Прибалтики». Христиане – это в изложении авторов курса… тевтонские рыцари. А теперь скажите, как воспринимает Тевтонский орден школьник из Новгорода или Пскова? Он живет там, где Александр Невский громил этих псов-рыцарей. Он воспринимает их как агрессоров. Как силу, которая пыталась уничтожить православие. А калининградский школьник? Как нечто своё. Приведу такой пример. У нас была идея отметить юбилей Ледового побоища. Мы попытались найти реконструкторов той эпохи. И оказалось, что во всей Калининградской области нет наших витязей. Сплошь тевтонцы. Мы с трудом нашли четырех человек, но и то, оказалось, что трое из них – язычники. Буквально. Они даже в церковь не ходят.Конечно, это прерогатива ФСБ, но я надеюсь, что органы госбезопасности займутся этим серьезно. Необходимо поставить вопрос — намеренно или непреднамеренно сотрудники БФУ им. Канта написали подобный курс истории. Лично я считаю, что этот курс – образовательная диверсия в отношении нашей страны.Генерал-майор в отставке, бывший замначальника Главного штаба Вооружённых сил Республики Таджикистан Акбар Каюмов:— Я переехал в Калининградскую область в 2012 году из Таджикистана и не перестаю удивляться этой ностальгии по германскому прошлому. Я понимаю, если бы все эти люди имели родственные связи с немцами, кто был переселен в 1947 году. Но ведь эти калининградцы вообще не имеют к ним ни малейшего отношения. Но тоскуют. Для меня ясно одно – эти проповедники всего германского ностальгируют лишь за деньги. Это подкупленные люди.Я понимаю, почему именно в Калининградской области из русского этноса пытаются сделать немчиков. Дело в том, что все остальные национальности в регионе имеют свои культурные автономии, и в этих рамках они пытаются сохранить традиции. А у русских в Калининграде этого нет. Вот западные спецслужбы и пытаются превратить русских в Калининграде в такой полигон. Если пройдёт обкатку этот вариант, то зараза двинется на восток.Я долгое время служил в Таджикистане и был свидетелем, как там начиналось подобное с книжек Сороса. Да, книги хорошие, красивые, но когда мы познакомились, то поняли, что это уже не те учебники. Общность народов Центральной Азии и русского народа была уже размыта. И Сорос явился одним из инициатором вытеснения русского языка из республик Центрального Азии.На сегодня даже у одной Калининградской области достаточно военного потенциала, чтобы выполнить задачу по защите от нападения агрессора, и нанесению ему, в том числе, непоправимого ущерба. Но у врага есть мощное оружие – идеологическое. Враг сегодня заложил бомбу в умы нашей молодежи в виде вот этих учебников. Противостоять этому трудно, но надо. Если не станем противостоять в Калининграде, то начнём терять Россию по кусочкам.Исполнительный директор РОО «Русская община Калининградской области» Максим Макаров:— Преподавание курса «История западной России» в нынешнем виде размывает этнонациональную идентичность русских людей, обучающихся в калининградских школах, что приводит к ослаблению их общегражданской российской идентичности.Зачитаю фрагмент из монографии учёных того же БФУ им. Канта: «Сегодня уже можно констатировать, что у молодых людей, родившихся в Калининградской области или переехавших сюда в детстве намечается девальвация ценности «российскости».Такие неутешительные результаты были получены спустя всего лишь четыре года после начала преподавания курса «История западной России».Калининградский писатель, преподавать филиала Московского финансово-юридического университета Александр Красов:— В 45-м году фашизм победил советский учитель. Да, с солдатом и генералом, но именно советский учитель так воспитал наших граждан, наших детей, что они жизнь свою положили за свободу Родину. А сейчас мы видим на этом столе учебники, которые иначе как ещё не рванувшие бомбы не назвать. Бомбы, которые взорвут наших детей…Первокурсник Калининградского пограничного института ФСБ России:— Присяга на верность курфюрста занимает три страницы учебника! Даже в главе о Второй мировой войне приведена цитата иностранного современника, а не русского современника. На своём курсе я провёл маленький соцопрос – изучали ли они этот предмет? Большая часть отмечала, что относились к курсу посредственно. Два человека прямо сказали, что изучали больше времени. А один курсант ответил, что «История западной России» была интереснее и увлекательнее, чем история России, которую он охарактеризовал как «скучная и унылая». Надо понимать, что я опрашивал курсантов, будущих сотрудников органов безопасности.В введении курса я обратил внимание на такую фразу: «Хотелось бы, чтобы в ходе изучения материалов, предоставленных в учебнике, вам удалось выработать свою позицию, свою точку зрения на различные события и факты в истории края». Как говорил историк Дэвид Маккензи, никто не изменил так историю человечества, как историки. Так какую можно выработать позицию российским школьникам, внимая искаженному прусскому, тевтонскому, а не российскому краеведению?***Из резолюции, принятой участниками круглого стола, на имя министра образования России Ольги Васильевой и врио губернатора Калининградской области Антона Алиханова:Калининградский филиал Академии геополитических проблем рассмотрел в общественных слушаниях направленность и содержание трех учебников калининградского краеведения — «История западной России» для учащихся 6-11 классов и выявил их концептуальную ошибочность, нравственно-национальную ущербность и вредоносность. Это стало следствием того, что столь важная общественно-государственная задача как историческое просвещение юношества попала в руки прогерманского академического сообщества в лице БФУ им. Канта, стремящегося переписать историю нашего отечества в интересах Запада, ментально оторвать самосознание калининградской молодёжи от Великой России, направив её дерзновение и волю в антинациональном направлении.Главный методологический порок калининградского курса краеведения состоит в подмене её авторами собственной истории России, органической частью которой является Калининградской области, на историю уничтоженной фактически и юридически германской Восточной Пруссии, бывшей важной частью германского имперского ядра.Явная прогерманская тенденциозность авторов истории привела к односторонней ориентации на немецкие исторические источники, затушевывающие тысячелетнюю враждебность Запада и немецкого мира по отношению к исторической России и славянскому миру.источник

22 июля, 09:32

Самый необычный военный парад

Этот парад по праву выделяется из всех торжественных военных шествий и смотров в истории человечества. Ведь участвовали в нем не солдаты регулярной армии, а бойцы, сражавшиеся на оккупированной территории в партизанских отрядах Белоруссии

19 июля, 15:13

К 570-летию антирусских санкций из истории гибридных войн

Александр ГуринИсторик, журналист  "Санкционная война" в разгаре - пару дней назад президент США заявил, что не отменит санкции, не получив уступок от России. Можно прогнозировать, что Латвия будет и дальше проводить политику санкций, а ситуация странным образом продолжит вызывать ассоциацию... с событиями более чем пятисотлетней давности. В зарубежных СМИ встречались и такие оценки причин нынешней геополитической ситуации: слова Дональда Трампа о санкциях сказаны, прежде всего, для "внутреннего потребления", ибо на внешнюю политику США влияют внутриполитические разборки. Коли так, подобная связь внешней и внутренней политики странным образом напоминает то, что происходило в Латвии еще свыше 500 лет назад. В том давнем конфликте Ливонии и части Руси применялись и санкции, и гибридная война, велась информационная борьба за общественное мнение других стран... Словом, ничто не ново под Луной. В 1442 году Ливония и Новгород в очередной раз предъявили друг другу взаимные претензии в связи с "притеснениями" ливонцев на Руси и новгородцев в Ливонии. Дело для того времени привычное, однако на сей раз магистр Ливонского ордена Гейденрих Финке решил не загружать работой судей и дипломатов, а развязать войну. Почему же? Вовсе не потому, что Новгород ужасно себя вел, а из-за внутриполитических разборок в самой Ливонии. Росло население ливонских городов, стремившихся к независимости от Ордена, а рижским архиепископам было известно о том времени, когда не рыцари Ордена, а рижский епископ считался главой Ливонии. И тут авторитет Ливонского ордена упал после очень неудачной войны с Литвой! Магистр Ливонского ордена ("рижский мейстер", как его назвали в одной из русских летописей того времени) Гейденрих Финке был истинным рыцарем и решил, что для повышения авторитета его организации нужна маленькая победоносная война на другом направлении. Тем более что Великий князь московский был очень занят своими проблемами, и Москва Новгороду помочь в отражении ливонской агрессии никак не могла. Осенью 1442 года орденское войско провело неудачную осаду русского городка Ям. Чтобы русские не подумали об Ордене плохо, Гейденрих Финке велел сообщить им: на городок будто бы напал лишь влиятельный граф из Западной Европы, недовольный новгородцами, а вовсе не Орден. В Новгороде, однако, сделали из такой "гибридной войны" правильный вывод: "А то все лгаша немцы" - и отправились в ответный набег. После чего магистр вынужден был просить магистрат Таллина (боевые действия шли в земле эстов) прислать в помощь и немцев и ненемцев. Стычки в приграничье шли несколько лет, за это время выяснилось, что настоящая борьба идет за контроль над торговым путем по реке Нарове. Магистр Ливонского ордена ввел против Новгорода экономические санкции - прослышав, что на Руси сильный неурожай, он запретил поставки в Новгород продовольствия и призывал Данию и Германию сделать то же самое. Шло время, рижские и таллинские купцы подсчитывали убытки, а политических дивидендов санкции не приносили. Гейденрих Финке решил: нужна большая война! Он обратился за помощью к Тевтонскому ордену и Папе Римскому. Так как объяснять Европе, что война нужна для повышения авторитета Ливонского ордена внутри Ливонии было нельзя, "рижский мейстер" запугивал: мол, надо ударить сейчас, а то если Новгород в будущем объединится с Псковом и Москвой, то никому мало не покажется! Папа милостиво разрешил потратить на войну две трети средств, которые католическая церковь выручит в Ливонии от продажи индульгенций. Придумано было хитро. Заплатит глубоко верующий человек за отпущение своих будущих прегрешений, а ему тут же говорят: "Мы нанимаем тебя в армию, вот плата. А даже если ты убьешь в походе врага, то не бойся - ты ведь уже заплатил за отпущение будущих грехов!". Тевтонский орден прислал из Пруссии своим ливонским братьям подмогу. 570 лет назад объединенная армия отправилась по морю на судах к устью реки Наровы, чтобы доплыть до Нарвы и оттуда атаковать новгородские земли. В июле 1447 года объединенная армия крестоносцев достигла реки Наровы. Немецкие шнеки вошли в устье реки. Неожиданно для немцев зазвучали пушечные выстрелы, из проток к судам крестоносцев устремились десятки русских ладей. "И начаша Новгородчи с Немци пушками битися и стрелятися", - сообщает одна из древнерусских летописей. Немецкие морские суда пытались маневрировать и тут выяснилось: осадка у тяжелых шнеков больше, чем у русских ладей. Как говорится, что русскому здорово, то немцу смерть. Из-за большей осадки три немецких шнека сели на мель. Русские тут же сосредоточили внимание на этих трех неподвижных судах. Новгородцы пошли на абордаж и благодаря численному превосходству убивали, сбрасывали в реку ливонцев и их союзников из Пруссии. "Побиша немец много, а иные в море истопиша, и иных руками поимаша", - сообщает та же древнерусская летопись. Немало крестоносцев утонули в Нарове, почти сто человек предпочли сдаться новгородцам в плен. Можно сказать, что в Нарове в том бою утонули не только десятки воинов Ливонского ордена, образно говоря, потонула сама идея санкций. Стало ясно, что сокрушить Новгород не так просто, как казалось магистру Ливонского ордена Гейденриху Финке. (В одном из ливонских документов того времени говорится, что Орден не может продолжать войну с Новгородом главным образом из-за значительной нехватки кораблей, братьев Ордена и наемников.) В итоге война привела совсем не к тем внутриполитическим изменениям в Ливонии, на которые рассчитывал магистр. Авторитет Ордена в Ливонии вновь упал. После морского боя в устье Наровы ливонские города ультимативно потребовали от Финке: он должен обеспечить мир и отмену санкций, а не то они найдут себе другого феодального сеньора. Ливонский орден вынужден был отказаться от территориальных претензий к Новгороду, отменить санкции, и более того - ограничить старинное право ливонцев "колупать воск" русских купцов для проверки его качества. Падение авторитета Ливонского ордена привело к тому, что уже во второй половине 15-го века здесь начались бурные потрясения. А войны Ливонии с Новгородом не было потом 30 лет - по тем временам весьма прочный мир. С тех пор прошло свыше 500 лет, но из очень давних исторических событий напрашивается очевидный вывод: любые санкции рано или поздно отменяют...(http://baltnews.lv/author...)

18 июля, 11:49

Армия Литвы отмечает победу над Западом

Интересно как командование НАТО смотрит на то, что сухопутные войска армии Литвы ежегодно отмечают свой профессиональный праздник 15 июля, отсчитывая день образования от даты победы объединенных сил Московской Руси и Великого княжества Литовского над Западом в Грюнвальдской битве?Победа под Грюнвальдом - одна из самых славных в белорусско-литовской истории, именно она определила современную карту Европы и наличие на ней сегодня Литвы (*). Значение Грюнвальда переоценить невозможно, сказать, что была остановлена немецкая экспансия на восток - значит не сказать самого главного. Этот момент можно справедливо назвать переломным в истории развития балто-славянских государств. До Грюнвальда существовали жемойты, вильнюсцы, полочане, смоляне, витебчане, оршанцы и т.д. (в то время население, как правило, называли по имени главного города своей земли) - назад с Грюнвальдской битвы они возвращались единым народом. Именно Грюнвальд запустил в народном сознании интеграционные процессы объединения удельных княжеств.В Грюнвальдской битве принимали участие армии многих народов. В "хрониках Быховца" записано: "...войска великие с двух сторон: король Ягайло - все силы Короны Польской, князь великий Витовт - все силы литовские и русские и много татар, у магистра же свои войска прусские со всего Рейха Немецкого".Орденское же войско состояло из немецких, французских и др. рыцарей. Привлекались также отряды наемников, наиболее крупные из них - англичане и швейцарцы.Точная численность войска как польско-литовско-русского, с одной стороны, крестоносцев - с другой, точно неизвестна, ее не дает даже наиболее достоверный источник "История Польши" Яна Длугоша. Определенно лишь количество хоругвей с каждой стороны (В хоругвь могло входить от 180 до 3000 человек): 51 хоругвь у крестоносцев и 91 в польско-литовско-русском войске. Против крестоносцев на поле боя встали: 40 литовско-русских хоругвей - предки белорусов и литовцев, 42 польских, 7 русских, 2 чешских хоругвей и татарская конница.Что объединило вместе столько национальностей, включая не только славянские народы, но даже татар?Чтобы ответить, необходимо вспомнить, кем были крестоносцы, восстановить исторические события, предшествующие Грюнвальду.Орден Тамплиеров (называемый крестоносцами из-за носимого ими белого плаща с красным крестом на спине) был образован в 1119 году как военно-религиозная община с задачей оказывать помощь и защиту паломникам на их пути из Яффы (Тель-Авив) в Иерусалим.Тевтонский орден был утвержден Папой Римским в 1199 году.Затем в 1202 году в Риге немцами был основан католический духовно-рыцарский орден - орден меченосцев, живущий согласно уставу тамплиеров.Все ордена имели одну цель - распространение католицизма, поэтому активно поддерживались Папой Римским и странами Запада.Под видом монахов-миссионеров крестоносцы проникали к язычникам, чтобы проповедовать идеи католицизма. Затем выкупали или захватывали земли, когда уже имели поддержку среди населения, основывая крепости. Так, собственно, и появилась Рига, Клайпеда, Калининград и другие Балтийские города.Там, где они не могли победить мечом, действовали экономически - в 1228 году Папа Римский Григорий IX издал свою буллу, в которой потребовал прекратить торговлю с русскими землями.Очень знакомая тактика для современного мира, не так ли?В результате захвата земель на Балтике языческая Жемайтия (нынешняя Литва) оказалась зажатой между владениями орденов. Война была неизбежна, владения ордена преграждали Польше, Литве и Руси выход к Балтийскому морю, а Тевтонские рыцари стремились подчинить своему влиянию торговлю на Балтике, их манили богатые польские и литовские земли. В случае захвата Жемайтии перед крестоносцами открывалась дорога на Восток. Угроза была реальной - с начала XIII-го века между славянскими государствами и крестоносцами шли постоянные войны, от которых больше всего страдало славянское население. Автор "Ливонской хроники" Генрих Латвийский так описал один из орденских набегов: "Мы разделили свое войско по всем дорогам, деревням и областям, и стали все сжигать и опустошать. Мужского пола всех убили, женщин и детей брали в плен, угоняли много скота и коней. И возвратилось войско с большой добычей, ведя с собой бесчисленное множество быков и овец".В 1409 году Жемойтия подняла восстание против Тевтонского ордена, а великий князь литовский Витовт, поддержавший восставших, отправил им в помощь своих солдат. Это восстание и желание Витовта вернуть Жемойтию в состав ВКЛ послужило поводом к началу войны Тевтонского ордена против ВКЛ и польского королевства во главе с королем Ягайло, который поддержал своего двоюродного брата Витовта.15 июля 1410 года армия Тевтонского ордена встретилась с объединенной армией Польши и ВКЛ на поле возле деревень Грюнвальд, Людвигсдорф и Таненберг.Грюнвальдская битва стала решающей в борьбе крестоносцев с ВКЛ и Польшой. После разгрома ордену был "переломан хребет", и спустя 56 лет, самый грозный и опасный противник Великого княжества Литовского перестал существовать. Победа над крестоносцами вывела ВКЛ в самые сильные державы той эпохи, а Витовт стал самым могущественным правителем в Восточной Европе. Сама же Грюнвальдская битва стала одной из великих в Европейской истории, и, кроме этого, явилась причиной передела военных сил и политических карт.Интересно, что литовские историки новейшего времени ввели понятие "Жальгирис", под которым битву знают лишь литовцы. "Жальгирис" (лит. - Žalgiris) - это дословный перевод на литовский язык названия Grünewald - "зеленая роща". А ведь даже в главном историческом труде довоенной Литвы - "История Литвы", изданном в 1936 году, - такого понятия еще нет.Следует отметить, что современная Республика Литва использует сегодня историческую дату как зарождение сухопутных войск страны, и с Грюнвальдской битвы за символ литовского вида войск взяты столбы Гедемина, изображенные на знаменах хоругвей ВКЛ.Прошло с тех пор 607 лет, европейский континент еще не раз захлестывали локальные и мировые войны, но суть осталась одна - Западая Европа по-прежнему стремится захватить восточные земли. И уже вместо крестоносцев НАТО вплотную подошло к границам Союзного государств Беларуси и России, в свою очередь, Литва и Украина находятся уже по другую сторону баррикад, поправ пролитую кровь павших предков в далеком 1410 году!Есть ли еще шанс, время и политическая воля стать на сторону добра?* - Государство "Lietuva" (Лиетува) сегодня многие ошибочно "по-советски" называют "Литвой", что абсолютно неверно с точки зрения орфоэпии и лингвистики. Это, в свою очередь, создает предпосылки для ложных исторических параллелей Лиетувы с Великим княжеством Литовским, где проживали "литвины" - получившие в царской России название "белорусцы" и именуемые в настоящее время "белорусами". Современные же "лиетувцы" - это потомки "жамойтов и аукшайтов", составляющих 1% населения ВКЛ. Поэтому Беларусь по праву является историческим преемником Великого княжества Литовского, как территориальное и этно-культурное ядро, населяемое литвинами и разговаривающими на так называемом старобелорусском языке.Автор: Денис Гайшун(https://vpk.name/forum/s5...)

09 июня, 20:22

Крест, полумесяц, золотая лань | Журнал о путешествиях по России

strana.ru   Крест, полумесяц, золотая лань | Журнал о путешествиях по России Евгений Птушка / Strana.ru Георгиевский собор в Юрьеве-Польском Юрьев-Польский. Георгиевский собор. Фото: Евгений Птушка / Strana.ru В центре города Юрьев-Польский, внутри валов уже исчезнувшего древнего кремля, стоит Георгиевский собор постройки 1234 года — последний по времени создания домонгольский храм Древней Руси. Кроме красоты и древности, этот храм отличается особой загадочностью изображений на белокаменных стенах — прямо таки древнерусская криптография. Дело в том, что собор пережил всех завоевателей, которые регулярно разоряли Юрьев, но частично обрушился в середине XV века. Тогда его попробовали воссоздать, но не смогли сделать это в точности, и теперь турист рискует зависнуть надолго, когда начнет разглядывать прекрасную и загадочную резьбу. Сюжетные изображения и персонажи перетасовались и перепутались, отчасти превратившись в каменный ребус. Юрьев-Польский. Георгиевский собор. Фото: Евгений Птушка / Strana.ru Юрьев-Польский. Георгиевский собор. Фото: Евгений Птушка / Strana.ru Туристам обычно сразу же предлагают увлекательное занятие — найти «слоника», затерявшегося среди чудесных зверей, геральдических львов, лиц, ангелов, князей, растений и даже кентавров. А внутри собора — ветхие фрески уже XIX века, и одна из них сильно напоминает копию «Тайной вечери» Леонардо. В храме работает музей, где выставлены не вошедшие в «паззл» осколки старых стен с резьбой. Покровский храм Марфо-Мариинской обители в Москве Москва. Марфо-Мариинская обитель. Храм Покрова. Фото: Евгений Птушка / Strana.ru Это подлинный шедевр Алексея Щусева, созданный в сотрудничестве с Михаилом Нестеровым, братьями Кориными и Сергеем Коненковым в 1908–1912 годах. Щусев, будущий автор Мавзолея, тогда был увлечен церковным зодчеством. Великий мастер свободной стилизации, он создавал радикально новое из теней старого. Одной из теней была как раз Георгиевская церковь с ее белыми стенами и причудливой резьбой. Москва. Марфо-Мариинская обитель. Храм Покрова. Фото: Евгений Птушка / Strana.ru Москва. Марфо-Мариинская обитель. Храм Покрова. Фото: Евгений Птушка / Strana.ru Точечные «выемчатые» узоры на стенах, многофигурные рельефы, две звонницы, щипцовые перекрытия, медные арочные двери, мозаичный Спас над порталом — от этого небольшого храма веет и подлинностью русского средневековья, и декоративностью русского модерна. Лучше всего рассматривать его ближе к вечеру, когда солнце садится. Косые лучи высвечивают рельефы на белых стенах и затейливые кресты и белую статую хозяйки обители — Елизаветы Федоровны Романовой, из великой княгини превратившейся в великомученицу. Москва. Марфо-Мариинская обитель. Храм Покрова. Фото: Евгений Птушка / Strana.ru Москва. Марфо-Мариинская обитель. Храм Покрова. Фото: Евгений Птушка / Strana.ru Интерьер храма украшают фрески Нестерова. Внизу есть еще крипта — подземная церковь-усыпальница во имя Всех Святых и Сил Небесных, расписанная Павлом Кориным. Кафедральный собор в Калининграде Кафедральный собор, символ Калининграда-Кенигсберга, сегодня выглядит как гость из прошлого, тевтонский рыцарь в крепких доспехах. Собор — главная достопримечательность острова Канта, бывшего Кнайпхофа. С «материковой» частью Калининграда он связан пешеходным мостом. Калининград. Кафедральный собор. Фото: Антон Агарков / Strana.ru Калининград. Кафедральный собор. Фото: Игорь Стомахин / Strana.ru Официальная дата рождения собора выглядит красиво — 13 апреля 1333 года. Вначале он был католическим, потом стал главным лютеранским собором Пруссии. А сейчас это храм истории: в соборных башнях и залах расположился музей, посвященный былому Кенигсбергу, Тевтонскому ордену и Иммануилу Канту, который, как известно, похоронен у соборной стены в «профессорском склепе». Могила Канта спасла собор от сноса в послевоенные годы, когда на спасение руин «прусского милитаризма» не было ни средств, ни особого желания. Калининград. Кафедральный собор. Фото: Антон Агарков / Strana.ru Сегодня это очень романтическое место: скамейки под увитыми виноградом кирпичными стенами, аккуратная ночная подсветка и самый большой в Европе орган. Костел Пресвятого Сердца Иисуса в Самаре Вопрос, откуда в Самаре католический костел, может озадачить только далекого от отечественной истории человека. Поволжье — один из исторических центров российского католичества, и приверженцы «римского закона» появились здесь еще в XVII веке — поляки на русской службе. Самара. Костел Пресвятого Сердца Иисуса. Фото: Антон Агарков / Strana.ru На сегодняшний день в Самаре действует единственный католический храм на улице Фрунзе. Единственный, зато какой — настоящий шедевр русской неоготики. Застройка старой Самары причудлива, но даже на таком фоне костел Пресвятого Сердца Иисусова (или просто Польский костел), соседствующий со златоглавым православным храмом, ярко выделяется. Советские эксперты в свое время постановили сохранить его, «имея в виду, что здание бывшего костела сделано в строго готическом стиле и представляет определенную архитектурную ценность для г. Самары». Самара. Костел Пресвятого Сердца Иисуса. Фото: Антон Агарков / Strana.ru Правда, к «строгому готическому стилю» самарский костел, построенный в начале XX века по проекту Фомы Богдановича-Дворжецкого, как раз не относится. Это уже неоготика или псевдоготика, копирующая самые эффектные признаки старого стиля. Острые башни выглядят одновременно хрупкими и суровыми, просветы в них создают ощущение необыкновенного изящества, как будто здание полностью лишено тяжести. Единственная белая витая колонна над порталом подчеркивает напряженное устремление вверх, в сложном декоре стен тоже не видно легкомысленной игры. Все подчинено главной цели: создать вертикальное движение от земли к небу. Самара. Костел Пресвятого Сердца Иисуса. Фото: Антон Агарков / Strana.ru Внутри Польский костел выглядит вполне традиционно и сдержанно. Привлекает внимание фреска над алтарем: копия картины Сальвадора Дали «Иисус Христос Святого Иоанна Креста». Полотно изображает видение великого католического мистика Иоанна Креста: распятие, увиденное сверху, глазами Бога-Отца. Удивительно причудливое смешение пластов жизни: немецкие колонисты, ссыльные поляки, самарский художник Виталий Горковенко, скопировавший Дали над алтарем, два испанских визионера — и все это на Волге. Кирха Старой Сарепты в Волгограде Еще одна неожиданная поволжская сказка — Старая Сарепта в Волгограде. Это остатки единственной в России колонии моравских братьев, они же гернгутеры. «Старая Сарепта» — самый большой в Волгоградской области музейный комплекс, туристический и научно-исследовательский центр, где изучают наследие этнических групп Нижнего Поволжья. Прежде всего — культуру моравских братьев, которые и построили Сарепту на Волге во времена Екатерины Великой. Это религиозное движение, близкое к протестантам, которое происходит от последователей Яна Гуса. Волгоград. Музей-заповедник «Старая Сарепта». Кирха. Фото: Архив музея-заповедника «Старая Сарепта» До наших дней сохранился уникальный архитектурный ансамбль Сарепты-на-Волге: 26 жилых и хозяйственных зданий постройки второй половины XVIII–XIX веков, в том числе 23 памятника федерального значения. Старая Сарепта спланирована крестообразно, центр поселения — зеленая Церковная площадь с действующей лютеранской кирхой 1772 года. Каменная кирха пережила и разорение во время Пугачевской войны, и большой пожар, уничтоживший деревянные дома колонистов в начале XIX века. Сейчас в кирхе можно послушать «живой» традиционный орган, без всякой электроники — это одна из особых достопримечательностей Старой Сарепты. Евангелическо-лютеранский собор Святых Петра и Павла в Москве В самом центре Москвы, в Старосадском переулке, находится главный собор Евангелическо-лютеранской церкви Европейской части России. Так официально именуется Петропавловская церковь — один из самых старых российских лютеранских храмов, община которого базируется в этом квартале столицы с XVII века. Москва. Лютеранско-евангелический собор Святых Петра и Павла. Фото: Мария Мясникова В нынешнем виде собор был построен в 1905 году на месте старой церкви, заложенной за сто лет до этого и несколько раз реконструированной. Помимо духа истории и архитектурных красот, Петропавловский собор интересен с музыкальной точки зрения. В 1889 году в нем был установлен орган немецкой фирмы Зауэра. Во времена СССР под звуки этого органа, реквизированного в конце 1920-х, отправлялись в последний путь клиенты Московского крематория, но конце столетия уникальный музыкальный инструмент все-таки вернули евангелической церкви. Москва. Лютеранско-евангелический собор Святых Петра и Павла. Фото: Мария Мясникова Десять лет назад орган отреставрировали и обновили, и теперь москвичей и туристов ждут в Старосадском переулке на концертах классической музыки, органной и не только. Большая Хоральная синагога в Санкт-Петербурге Еврейская история Петербурга начиналась тогда, когда появился сам город — при Петре Великом. У царя-реформатора, лишенного многих предрассудков, был и шут родом из испанских евреев, и несколько высокопоставленных сановников еврейского происхождения. Еврейские религиозные общины в северной столице были всегда, однако официальное разрешение на строительство синагоги было получено только в 1883 году. Теперь это выразительное здание в мавританском стиле — лучшее украшение довольно унылого Лермонтовского проспекта. Санкт-Петербург. Большая хоральная синагога. Фото: Евгений Птушка / Strana.ru Санкт-Петербург. Большая хоральная синагога. Фото: Евгений Птушка / Strana.ru Вообще-то синагог в комплексе две: Малая хасидская в глубине участка и Большая хоральная. Первая — средоточие религиозной жизни, вторая — более «светская». Туристов независимо от их вероисповедания радушно примут именно в Большой — покажут воссозданный венчальный зал, именные таблички на деревянных креслах, продемонстрируют главный акустический фокус: если прошептать что-то у одной стены, шепот будет услышан у противоположной стены, но не на открытом пространстве. Религиозные иудеи говорят: вот так тебя слышит Бог. Санкт-Петербург. Большая хоральная синагога. Фото: Евгений Птушка / Strana.ru При синагоге работает кошерная и сувенирная лавки ресторан и даже еврейская служба знакомств. Синагога в Иркутске Самая старая действующая синагога в России лишь на 10 лет старше петербургской и находится она не в западной части страны, как можно было бы предположить, а далеко в Сибири, на берегах Ангары — в Иркутске. Иркутск. Старейшая в России синагога. Фото: Соня Ляшкевич / Strana.ru Синагогу построили в 1879 году, но простояла она всего год — деревянное здание сгорело. Сегодняшняя нарядная достопримечательность — второй вариант, построенный вскоре после пожара и заботливо восстановленный в начале 2010-х. Имя архитектора точно не установлено, но в облике здания можно узнать фирменные черты иркутского зодчества, в котором сибирское барокко приобретает азиатские, ламаистские черты. Такая вот мультикультурность. Мечеть Кул-Шариф в Казани Кул-Шариф — один из символов современной Казани. Великолепная, как сам обновленный древний город, соборная мечеть строилась на пороге нового XXI столетия и открылась в год тысячелетнего юбилея столицы Татарстана. Она воссоздает обобщенный облик главной мечети Казанского ханства, разрушенной в середине XVI века после взятия Казани войсками Ивана Грозного. В названии мечети звучит имя потомка пророка Мухаммеда, имама Кул Шарифа, погибшего в том сражении. Республика Татарстан. Казань. Мечеть Кул-Шариф. Фото: Официальный туристический портал Республики Татарстан Республика Татарстан. Казань. Мечеть Кул-Шариф. Фото: Официальный туристический портал Республики Татарстан Традиционные архитектурные формы здесь с легкостью переходят в почти сюрреализм. Например, купол мечети, по замыслу архитекторов, ассоциируется с легендарной Казанской шапкой Ивана Грозного, которая ныне хранится в Оружейной палате. В стрельчатых арках и в стройных минаретах различается символическое изображение тюльпана — древнебулгарского знака возрождения и процветания. Важно, что эта огромная, крупнейшая в Европе мечеть поддерживает идею веротерпимости и содружества конфессий — христианства и ислама. Это подчеркнуто и ее соседством «на равных» с Благовещенским собором Казанского кремля. Джума-мечеть в Дербенте Джума-мечеть в Дербенте — не просто самая старая мечеть на территории бывшей Российской империи, но одна из важнейших мусульманских святынь на Кавказе. История распространения ислама в Дагестане и в России начинается отсюда. Дагестан. Дербент. Джума-мечеть. Фото: Игорь Стомахин / Strana.ru Арабская надпись над входом призывает: «Войти сюда с миром и спокойствием!» Еще одна табличка с арабскими и персидскими письменами сообщает о том, что в 770 году мечеть разрушилась и ее восстановил «Африбурз бен Теймураз с помощью Всевышнего». На третьей табличке обозначено имя архитектора — «мастер Тадж-ад-Дин бен Муса, бакинский строитель». Внутри, как и во дворе, типичное для Дербента сочетание древности и живой сегодняшней жизни. Каменные своды, беленые стены, два ряда квадратных колонн и стрельчатых арок, узоры и каллиграфия, множество разноцветных ковров на полу, новая кровля и новая облицовка стен. Дагестан. Дербент. Джума-мечеть. Фото: Игорь Стомахин / Strana.ru Дагестан. Дербент. Джума-мечеть. Фото: Игорь Стомахин / Strana.ru На вершине мечети водружена «рука Фатимы» — символ «пяти столпов ислама», то есть пяти главных религиозных принципов, и пяти членов семьи пророка Мухаммеда. Этот символ считается шиитским, и саму Джума-мечеть часто называют старейшей шиитской мечетью. Мы не будем углубляться в богословские тонкости и различия между главными течениями ислама, только отметим, что в дербентской Джума-мечети молятся и шииты, и сунниты, однако намаз у общин совершается раздельно. Принципиальная позиция сегодняшнего духовенства и городских старейшин — достижение мира и единства. Дацан Гунзэчойнэй в Санкт-Петербурге Полное название дацана Гунзэчойнэй переводится с тибетского как «Источник Святого Учения Всесострадающего Владыки-отшельника». Это единственный буддийский храм в стране, возведенный по всем канонам тибетской архитектуры, хотя создавали его признанные мастера северного модерна — Гавриил Барановский и Николай Рерих. Санкт-Петербург. Дацан Гунзэчойнэй. Фото: Игорь Стомахин / Strana.ru Дацан и в наши дни поражает прямо таки физически ощутимой аутентичностью. Совсем рядом — зеленый ЦПКиО на Елагином острове, в пяти минутах ходьбы — метро «Старая деревня», а здесь, на Большой Невке — экзотический островок Тибета. Гранитный фасад здания обращен к реке. Над входом — «колесо вероучения» и позолоченные фигуры ланей. В садике вокруг храма стоят китайские львы и молельные барабаны-мельницы, внутри каждого из которых заложены свитки с мантрой «Ом мани падме хум», записанной 10800 раз. Значит, за один оборот молитва возносится 10800 раз. Земля во дворе тут и там засыпана жертвенным рисом, а ограда всегда пестрит ленточками — подношениями от верующих и гостей, для исполнения желания. Санкт-Петербург. Дацан Гунзэчойнэй. Фото: Игорь Стомахин / Strana.ru В алтаре главного зала установлена позолоченная статуя Большого Будды. В храм допускаются все желающие, надо только снять головной убор и надеть бахилы, которые продают тут же по 5 рублей. По субботам при дацане читают бесплатные лекции на буддийские темы, также тут можно получить врачебную консультацию и другую особую помощь лам. Например, заказать гороскоп. Санкт-Петербург. Дацан Гунзэчойнэй. Фото: Игорь Стомахин / Strana.ru

09 июня, 10:13

Визит дамы: Грибаускайте обсудит с Порошенко минские соглашения. Колонка Олега Денежки

Официальная цель визита — открытие дней Литвы на Украине.

Выбор редакции
11 мая, 12:53

Прусский купец и русский святой Прокопий Устюжский

Кто привёл коми-зырян в Россию.   Для нас 1242 год — битва на Чудском озере. Один из фронтов борьбы с немецким «Дранг нах Остен», начатым перебазировавшимся в Прибалтику Тевтонским орденом. Мощный рыцарский поршень при поддержке Папы Римского выдавливал на восток древних пруссов...

07 мая, 14:18

Главные трибуны Минска: где, как и когда к народу обращались главные люди СССР

Сегодня память о советском прошлом и выдающихся ораторах своего времени хранит трибуна на Октябрьской площади. Ее возвели в 1957 году, когда проходила реконструкция Центральной площади по проекту архитектора Заславского.

03 мая, 14:59

Медиевализм в компьютерных играх начала XXI века

  • 0

Средневековые песочницы: медиевализм в компьютерных играх начала XXI векаФедор Михайлович Панфилов (р. 1987) – историк-медиевист, оружиевед, журналист. Область научных интересов – научные представления в Средние века, история оружия позднего Средневековья и Нового времени, медиевализм.Рыцари, викинги, замки, турниры и прочие образы Средневековья проникли в мир виртуальной реальности еще в ранний период истории видеоигр и с тех пор прочно там обосновались[1]. В XXI веке проявления медиевализма[2] встречаются в компьютерных играх практически любого жанра и периодически упоминаются в исследованиях, посвященных философии видеоигр[3]. Как правило, медиевализм в компьютерных играх не подразумевает прямого обращения к историческому Средневековью, попыток воссоздать его в пространстве виртуальной реальности. Для этого есть очевидные причины. Достаточно вспомнить об этнических и религиозных конфликтах, разбирательствах из-за оскорбления чувств верующих, ревностном отношении к национальной истории, распространенности различных форм цензуры в большинстве современных стран. Привязка к реальным историческим периодам, событиям, практикам, персонажам делает компьютерную игру очень уязвимой для критики. Поэтому разработчики и издатели таких проектов стремятся сгладить любые противоречия и обойти подводные камни.Некоторые сюжеты в принципе остаются табуированными. Едва ли возможно представить себе компьютерную игру, посвященную арабским завоеваниям и жизни пророка Мухаммеда, – по крайней мере как официальный продукт игровой индустрии. Например, британская студия «Creative Assembly», специализирующаяся на исторических стратегиях, выпустила в 2015 году игру «Total War: Attila». Ее действие разворачивается в период падения Западной Римской империи и Великого переселения народов. Арабы представлены конфедерацией танукидов, династией Лахмидов и царством Химьяр – христианами, язычниками или иудеями в зависимости от выбора игрока. При этом арабские завоевания VII века ожидаемо остаются лакуной между основной частью игры, охватывающей временной отрезок IV–VI веков, и эпохой Карла Великого (742–814), представленной в отдельном дополнении.В то же время практически во всех играх серии «Total War» присутствует возможность смены вероисповедания, обращения в свою веру, преследования или даже физического уничтожения последователей и проповедников другой религии, объявления священной войны. Однако такие упрощенные схемы исторических процессов, как правило, не задействуют почитаемых святых и церковных иерархов. Вместо них, в игре появляются случайные персонажи с вымышленными именами, тогда как о реально существовавшем богослове или инквизиторе в лучшем случае упоминается во внутриигровой справке. Исторические деятели представлены обычно только полководцами и лидерами игровых фракций.Еще одна черта стратегических игр, действие которых происходит в Средние века, – неизбежные анахронизмы. В «Medieval: Total War» (2002) и ее продолжении «Medieval 2: Total War» (2006) игрок, быстро развивающий экономику и технологии, способен нанимать рыцарей в полном латном доспехе задолго до позднего Средневековья, когда появился такой вид амуниции. Кроме того, ранние типы отрядов остаются доступными для найма на протяжении всей игры, несмотря на то, что их вооружение выглядит откровенно устаревшим. Впрочем, это отчасти можно оправдать, вспомнив о разительном контрасте между обликом некоторых исторических противников, например ирландских и шотландских кланов и английской регулярной армии в XVII–XVIII веках. Совсем абсурдными анахронизмы становятся в глобальных стратегиях вроде «Age of Empires» или «Civilization», где средневековые рыцари могут встретиться с первобытными охотниками или танком. Но эти игры и не скрывают своей условности, не претендуя на достоверное моделирование исторических событий.Медиевализм в компьютерных играх чаще всего проявляется в форме фэнтези – жанра, который предоставляет разработчикам видеоигр самую комфортную среду для обращения к Средневековью. Собственно, сам этот жанр возник в литературе и кинематографе во многом благодаря переосмыслению средневековых истории, мифологии и фольклора. То же справедливо и по отношению к играм. Компьютерную игру с фэнтезийным сеттингом трудно обвинить в искажении истории. В то же время ее создатели спокойно могут использовать средневековые образы, термины и сюжеты. Правда, такой подход тоже не спасает от критики – теперь уже, как ни странно, из-за чрезмерной верности историческим реалиям Средних веков в полностью вымышленном мире.Ролевая компьютерная игра «Ведьмак 3: Дикая охота» («Wiedźmin 3: Dziki Gon»), разработанная польской студией «CD Projekt RED», погружает игрока в обстановку, напоминающую европейское Средневековье XIII–XV веков. История охотника на монстров по имени Геральт разошлась по всему миру в миллионах копий и стала лучшей игрой 2015 года по версии важной для игровой индустрии премии «Game Awards». Но та же игра подверглась обвинениям в расизме и сексизме со стороны различных Интернет-публицистов. Для кого-то оскорбительным оказался тот факт, что все персонажи «Ведьмака 3» – светлокожие европейцы. Авторы критических рецензий все-таки признавали, что игра прежде всего основана на славянском фольклоре, а тема расизма в ней показана через преследование людьми представителей других рас – эльфов и гномов. Однако этого оказалось недостаточно. Следуя логике критиков, в мире, где есть фантастические существа, не может не быть людей с различным цветом кожи[4]. А в твиттер-блоге феминистки Аниты Саркисян появилась запись о том, что средневековыми реалиями нельзя оправдать сексистские оскорбления в адрес женских персонажей. Ведь речь идет о «фэнтези-играх, где полно гулей и призраков»[5]. Объектом критики стала и сама фигура главного протагониста, ведьмака Геральта – гетеросексуального белого мужчины. Как можно видеть, в сознании некоторых критиков сказочность игрового мира лишает его права на историческую достоверность и требует в обязательном порядке привести игру в соответствие с нормами политкорректности.Обвинения в адрес «Ведьмака 3» получили яростный отпор со стороны поклонников игры и представителей игровой индустрии[6]. Интернет наводнили саркастические комментарии такого рода:«Да как смеют поляки гордиться своим фольклором. Геральту следовало быть чернокожим монстро-веганом-транссексуалом с голубыми волосами, иначе игра – расистский и полный предрассудков столп патриархата»[7].Оппоненты критиков справедливо указывали, что игра близко следует первоисточнику – фэнтезийным романам Анджея Сапковского из цикла «Ведьмак», что объясняет и выбор протагониста. Книги польского писателя изобилуют анахронизмами и современными терминами в речи персонажей, но в целом созданный автором мир очень похож на Западную и Центральную Европу позднего Средневековья. Сапковский известен своей любовью к Средним векам: действие второго большого цикла его романов, «Саги о Рейневане», происходит в XV веке во время гуситских войн. Также защитники «Ведьмака 3» отмечали, что в игре много внимания уделяется сильным и независимым женским персонажам, есть и транссексуал, и гомосексуал, а сюжет не требует появления темнокожих действующих лиц. Иногда нападки на «Ведьмака 3» не без оснований воспринимаются как попытка приобрести популярность за счет успеха игры – особенно если обличителем сексизма выступает, например, разработчик симуляторов ходьбы[8]. Как бы то ни было, бурная дискуссия вокруг игры могла повлиять на решение «CD Projekt RED» включить в дополнение к «Ведьмаку 3» смуглых путешественников из далекой страны Офир, выглядящих, примерно как послы Османской империи в позднесредневековой Польше.«Ведьмаку 3» предшествовали еще две игры, образующие единый цикл: «Ведьмак» («Wiedźmin», 2007) и «Ведьмак 2: Убийцы королей» («Wiedźmin 2: Zabójcy Królów», 2011). Они сильно отличались от последней игры трилогии по масштабу, но тоже привлекали внимание тщательно проработанными игровыми заданиями-квестами, интересными персонажами и не подвергнутыми цензуре сценами насилия и секса. Уже «Ведьмак 2» стал настоящим хитом и для поляков быстро перешел чуть ли не в статус национального достояния: в мае 2011 года премьер-министр Дональд Туск подарил президенту США Бараку Обаме специальное издание игры. Тогда же одна из главных героинь игры, рыжеволосая чародейка Трисс Меригольд, появилась на обложке польского издания журнала «Playboy». Подобные детали придают определенный вес обвинениям в использовании сексизма для рекламы продукта. Можно вспомнить, как обсуждение критиками эксплуатации секса в фэнтези-сериале «Игра престолов» («Game of Thrones», 2011 – по настоящее время) привлекло дополнительное внимание к и без того успешному сериалу. Вместе с тем присутствие откровенных сцен в игре прежде всего обосновано нежеланием разработчиков создавать выхолощенную версию мира, лишенную многих деталей, которые присутствуют в романах Сапковского. Все игры цикла очень последовательны в создании средневекового мира, живущего своей жизнью. «Ведьмак 3» в этом смысле особенно убедителен.Разумеется, «Ведьмак 3» нельзя считать симулятором Средневековья. Но эта компьютерная игра, где шахматные фигуры стилизованы под шахматы XII века с острова Льюис, а в публичном доме висят реплики картин Кранаха, безусловно, является прекрасным образцом медиевализма. По атмосфере Северные княжества, ставшие ареной вторжения могущественной Нильфгаардской империи, напоминают как о противостоянии польских королей с Тевтонским орденом, так и опустошенную Столетней войной Францию XV века. Тщательно созданная архитектура воспроизводит кирпичные орденские замки или вид богатого ганзейского города-порта. С таким же вниманием и любовью проработаны доспехи и костюмы. Главный герой не изображен как избранный паладин в сияющих латах, насаждающий справедливость. Это немолодой усталый человек, личная история которого против его воли оказывается переплетена с событиями исторического масштаба. Присутствие магии, фантастических созданий и наличие сверхспособностей у протагониста не разрушают иллюзии средневековой жизни. Крестьяне сидят на завалинке или работают в поле, обмениваясь неспешными репликами, городская площадь полна торговцев, жонглеров и праздных зевак, стражники и разбойники патрулируют окрестности, повешенные дезертиры болтаются на деревьях, священники пугают толпу близким концом времен – средневековый мир живет своей жизнью. Проявления взаимной нетерпимости между людьми, эльфами и гномами в игре соответствуют некоторым аспектам средневековых представлений о «Чужом», «Ином» (иноверцах, представителях других культур, инородцах). Есть здесь и религиозная борьба с инакомыслящими, магами и еретиками, рискующими закончить жизнь на костре. Роль местной инквизиции выполняют храмовая стража и охотники на ведьм.Чудовищная инквизиция, сжигающая несчастных вольнодумцев, – один из самых распространенных образов, живущий в массовых представлениях о «темном» Средневековье. Как ни странно, компьютерные игры могут отходить от этой традиции в поисках новых сюжетов и представлять инквизицию в другом свете. Исключительно политкорректная ролевая игра «Dragon Age: Inquisition» (2014) от студии «Bioware», ставшая игрой года перед «Ведьмаком 3», даже сделала главного героя инквизитором в фэнтезийной вселенной Тедаса. Много внимания уделялось борьбе за влияние церкви и ордена Храмовников, призванного контролировать неуправляемых магов на территории нескольких королевств. Впрочем, в других деталях сходство со средневековой Европой было невелико. Можно еще вспомнить эксперимент чешской компании «Cinemax», выпустившей в 2009 году игру с красноречивым названием «Inquisitor», над которой работали десять с лишним лет. Главная цель игры, вне зависимости от стиля ее прохождения, заключалась в преследовании и уничтожении всяческой ереси. Инквизитор мог задерживать подозреваемых и подвергать их пыткам – правда, преследование невинного человека плохо сказывалось на репутации героя. Но сильно устаревшая графика и высокий уровень сложности сослужили «Инквизитору» дурную службу, и популярности игра не приобрела.И «Ведьмак 3», и – в меньшей степени – «Dragon Age: Inquisition» предлагают игрокам открытый мир, где небольшие локации, используемые для пролога и интерлюдий, соседствуют с огромными областями, в пределах которых главный герой может путешествовать без ограничений, выстраивая свои приключения в произвольном порядке. Концепция игры – «открытого мира» или «песочницы» (open world, sandbox game) – стала одной из идей, оказавших большое влияние на эволюцию видеоигр в XXI веке. Ее смысл понятен уже из названия. Игра-«песочница» подразумевает максимальную свободу действий и перемещения по всему игровому миру, не ограниченную основным сюжетом, что побуждает активнее исследовать этот мир. Открытый мир предлагает игрокам и широко известная серия приключенческих игр «Assassin’s Creed» в своей основе – смесь симулятора стелс-убийцы и паркура. Но, когда ее создатели обращаются к Средним векам и эпохе Возрождения в Assassin’s Creed (2007), Assassin’s Creed II (2009), Assassin’s Creed: Brotherhood (2010) и Assassin’s Creed: Revelations (2011), они не пытаются создать некую историческую модель Палестины эпохи крестовых походов или ренессансной Италии. Средневековье необходимо им лишь как живописная обстановка, в которой совершает свои смертоносные пируэты главный герой.Еще один тренд в развитии игровой индустрии, ставший популярным не так давно, – симуляторы выживания (survival game). В них героя, к примеру, помещают на необитаемый остров или в мир, переживший ядерную катастрофу, зомби-апокалипсис и так далее. Подобные игры, вместо спасения вселенной или создания своей империи, ставят перед героем более примитивные, но не менее сложные задачи. При минимальных стартовых ресурсах ему необходимо обеспечить себя и своих соратников (если они присутствуют в игре) пищей, теплом и крышей над головой, при этом успешно избегая разнообразных опасностей. Симуляторы выживания, как правило, одновременно являются и «песочницей». Они могут быть рассчитаны как на одиночное прохождение, так и на многопользовательскую сетевую игру, мультиплеер.Чаще всего многопользовательские проекты, напрямую связывающие место действия с эпохой Средневековья, пытаются создать не крупные игровые студии, а независимые, так называемые инди-разработчики, число которых в XXI веке возрастает с каждым годом. Сразу две игры такого типа вышли в 2015 году. Официальное описание «Reign of Kings» начинается с фразы «Боритесь за выживание в суровом средневековом мире». «Life is Feudal: Your Own» позиционирует себя как «реалистичную средневековую песочницу-мультиплеер». «Средневековый» характер этих игровых миров – как его видят разработчики и игроки – выражается в различных аспектах. Самый очевидный – внешняя атрибутика: оружие и доспехи, смешивающие черты разных периодов в рамках исторического Средневековья, предметы быта, постройки. Другим аспектом является характерное для современного медиевализма представление о способности никому не известного, но отважного и талантливого персонажа подняться вверх по иерархической лестнице. В реальности меритократию нельзя назвать типичной для Средних веков. Зато тема становления героя широко представлена в литературе жанра фэнтези, телесериалах и кино – например, фильмах «Конан-варвар» (1982) и «История рыцаря» (2001).Визуальная связь этих игр с массовыми представлениями о Средних веках очевидна. Даже если в них смешиваются черты разных эпох, это не противоречит многим проявлениям медиевализма, в том числе возникшим в XIX веке. Достаточно вспомнить «Айвенго» Вальтера Скотта, где Локсли не мог пробить стрелами «испанские доспехи» нормандца де Браси, хотя на дворе стоял XIII век и рыцари должны были носить кольчуги. В то же время набор возможностей, предлагаемых пользователю «средневековых» многопользовательских песочниц, очень стандартен. В своей основе он ничем не отличается от функционала любых многопользовательских ролевых онлайн-игр. Игроки совершенствуют определенные навыки своего персонажа, в том числе путем так называемого «гринда» (от англ. grinding), то есть долгого и однообразного повторения определенных действий (добычи ресурсов, уничтожения слабых низкоуровневых противников и тому подобного). Можно (и нужно) взаимодействовать с другими игроками для успешного выживания, в том числе из-за различной специализации (от лекаря до рыцаря); существуют «гильдии», объединяющие пользователей в своеобразные общины в рамках виртуального мира; возможны поединки между игроками; тело убитого в игре героя может быть ограблено другим игроком, который присвоит предметы из его инвентаря.Все перечисленные функции не новы и не оригинальны, даже когда они дополняются симулятором выживания и свободным изменением ландшафта (англ. terramorfing), то есть выкапыванием шахт и закладкой замков там, где захочется игроку. Однако в «Reign of Kings» и «Life is Feudal: Your Own» эти возможности преподносятся как часть «средневекового» мира, типичные и необходимые для него черты. Здесь есть своя доля справедливости. Роль разнообразных братств и сообществ (цехов, гильдий, крестьянских общин, монашеских общежитий и так далее) действительно была велика в течение исторического Средневековья. «Life is Feudal: Your Own» делает акцент на медленном развитии определенной ветви навыков, не позволяя игроку быстро стать мастером на все руки. Отчасти это напоминает жесткую сословную систему феодального общества, в которой молящиеся, пашущие и сражающиеся существовали в своих, четко определенных, сферах. Исключение составляли разве что рыцари военно-монашеских орденов и князья-епископы, являвшиеся воинами и духовными лицами одновременно. Вместе с тем представленная в рассматриваемых играх система социальных отношений остается очень схематичной. Это не попытка создать симулятор средневековой жизни, а скорее тематический вариант традиционных многопользовательских онлайн-игр. Характерно и то, что обе игры ставят перед пользователями определенную цель, связанную с доминированием над другими игроками, – стать королем. Если эти проекты, несмотря на все их недостатки, еще пригодны для игры, то другие средневековые мультиплееры представляют собой печальное зрелище. Например, тему выживания в Средние века пытается использовать «Forsaken Uprising», жанр которой обозначен как «многопользовательский средневековый симулятор выживания от первого лица». Увы, столь гордый титул не спасает игру, сделанную на очень низком техническом уровне.Мимо турниров и битв создатели «средневековых» видеоигр пройти, разумеется, тоже не могли. В XXI веке появилось несколько мультиплеерных симуляторов средневекового боя, позволяющих игрокам сражаться друг с другом в соответствующем антураже. В случае инди-проекта «Chivalry: Medieval Warfare» (2012), получившего в целом благосклонные отзывы критиков и игроков, трудно предъявить какие-либо претензии к историчности. Игра посвящена гражданской войне между вымышленными фракциями псевдосредневекового мира, что позволяет использовать вперемешку доспехи разных веков. В том же году шведы из «Fatshark» и «Paradox Interactive» выпустили игру «War of the Roses», посвященную знаменитой войне Алой и Белой Розы в средневековой Англии. С исторической достоверностью тут тоже все не слишком хорошо, хотя действие игры происходит уже не в сказочном мире. Например, в «War of the Roses» можно увидеть лучников, стреляющих из английского длинного лука со спины коня, хотя для стрельбы из такого лука обычно спешивались, а лошади в средневековой Западной Европе скорее использовались для транспортировки стрелков к месту битвы. После этого скандинавские разработчики создали еще и симулятор поединков между викингами и англосаксами – «War of the Vikings» (2014).Многопользовательские симуляторы средневековых боев обычно лишены элементов ролевой игры. Особняком стоят «Mount & Blade» (2007) и ее многопользовательское продолжение «Mount & Blade: Warband» (2010), разработанные турецкой студией «TaleWorlds». Эти ролевые симуляторы средневекового воина неожиданно стали очень популярными и остаются ими до сих пор, несмотря на посредственную графику и примитивную анимацию персонажей. Секрет заключался в том, что «Mount & Blade» не сводит игру к одним лишь поединкам, хотя боев в этой игре очень много – от больших сражений и осад замков до турниров и пьяных стычек в тавернах. Наряду с этим игроку дается возможность проделать путь от простого наемника до влиятельного феодала, заключить династический брак, обзавестись собственными вассалами и даже восстать против сюзерена и основать новое королевство. При всех упрощениях феодальная система, представленная в «Mount & Blade», действительно напоминала о настоящем устройстве средневекового общества.Особое внимание феодальному обществу уделяется в играх от шведской студии «Paradox Entertainment». Это глобальная стратегия в реальном времени «Crusader Kings II» (2012), а также ее предшественники «Crusader Kings» (2004) и «Europa Universalis» (2000). В отличие от игр серии «Total War», в проектах «Paradox Entertainment» акцент делается не на войне, показанной здесь очень схематично. Зато в деталях представлены интриги, дипломатия, династические браки и мезальянсы, очень велико число отсылок к реальным историческим событиям и персонажам. «Crusader Kings II» можно было бы назвать лучшим симулятором средневекового государя, если бы не тот факт, что игрок не столько проживает жизнь своего персонажа, сколько как бы «парит над происходящим», распоряжаясь судьбой целой династии. Жанр глобальной стратегии требует от пользователя управлять десятками рычажков и функций, не слишком привязываясь к отдельным героям. Поэтому игры «Paradox Entertainment» воспроизводят именно жизнь государства в Средние века, а не повседневное существование средневекового человека.Совсем упрощенный и примитивный вариант интерпретации средневековой жизни предлагает игра из популярной серии симуляторов жизни «The Sims». «The Sims Medieval» (2011) объединяет в себе множество стереотипов, связанных в массовом сознании со Средними веками, что в некоторых отношениях делает эту игру показательным образчиком медиевализма. Например, в «средневековом» варианте «The Sims» нет различия между действиями «заняться сексом» и «зачать ребенка», поскольку подразумевается, что в Средние века не существовало контрацептивов. Ролевые экономические симуляторы от немецких разработчиков «Europa 1400: The Guild» (2002) и «The Guild 2» (2006) предлагают несколько более сложную игровую систему, пытающуюся изобразить функционирование сословного общества. Но в итоге игровой процесс сводится к почти механическим действиям, уничтожающим всякую иллюзию средневековой жизни. Получается, что ниша полноценного симулятора жизни в Средние века по-прежнему остается незаполненной.В январе 2014 года группа чешских разработчиков из «Warhorse Studios» предложила потенциальным издателям прототип такой игры. Однако издатели отказались от проекта с названием «Kingdom Come: Deliverance» из-за того, что в нем не хватало элементов фэнтези. Тогда разработчики организовали показательную кампанию по сбору средств на краудфандинговой платформе «Kickstarter» и собрали 1,1 миллиона фунтов стерлингов вместо ожидаемых 300 тысяч. Успех кампании помог привлечь к проекту внимание пользователей и медиа, найти дополнительное финансирование. Но главное – подтвердил, что на средневековую «песочницу» со слоганом «Подземелье и никаких драконов» действительно есть спрос[9].Чехи обещали создать реалистичную ролевую игру от первого лица в открытом мире средневековой Европы, аутентичную боевую систему, разработанную вместе с современными реконструкторами, реально существовавшие города и замки, достоверные костюмы и вооружение. По открытому игровому миру можно путешествовать пешком или верхом, проезжая через города, леса, деревни и замки. Как и в «Ведьмаке 3», мир живет своей жизнью, крестьяне и горожане днем трудятся и идут по своим делам, а ночью отправляются спать (за исключением самых неспокойных членов общества). С персонажами можно взаимодействовать, вмешиваться в их повседневные дела и решать их проблемы, соблазнять местных красавиц, стать преступником или героем, прощать побежденных или карать врагов. Для пребывания в добром здравии придется регулярно есть и спать, причем еда станет непригодной, если залежится в инвентаре игрока. В зависимости от действий и фраз главного героя меняется его репутация и отношение к нему окружающих людей. Если персонаж застанет вас на месте преступления, он донесет об увиденном стражникам, и вы можете отделаться штрафом, сесть в тюрьму, оказаться в колодках или даже подвергнуться пыткам. Когда совершенные преступления остаются нераскрытыми, жители начинают нервничать, вести себя агрессивно или подозревать всех вокруг. Репутация героя зависит от распространяющихся слухов. В игру добавят и возможность выступить в роли женского персонажа – правда, только в прологе.«Kingdom Come: Deliverance» во многом напоминает проект исторических реконструкторов – людей, активнее всего пытающихся воссоздавать Средневековье в наше время. Особенно это заметно на примере боевой системы и вооружения, про «аутентичность» которых создатели игры говорят постоянно, считая это едва ли не одним из главных ее достоинств. Боевая система создается с использованием инверсивной кинематики и технологии motion capture, с профессиональными актерами. Игроку будут доступны несколько классов оружия, каждый из которых обладает своими достоинствами и недостатками: обычные мечи, полутораручные мечи-бастарды, кинжалы, палаши, секиры, боевые молоты, щиты, луки и арбалеты. Простой меч не справляется с латами, в отличие от молота, бастард эффективнее, но слишком тяжел для того, чтобы сражаться на скаку, и так далее. В одиночку уничтожать вражеские армии не получится – игрок не супергерой и должен выступать против войска противника во главе собственного отряда. Справедливости ради следует признать, что в ролевых играх, по стопам которых идет «Kingdom Come: Deliverance», боевая система действительно далека от настоящих средневековых боев.Сюжет игры основан не на Столетней войне или войне Алой и Белой розы, а на событиях собственно чешской истории. Поскольку действие происходит в 1403 году, речь идет о нелегкой судьбе короля Вацлава (Венцеслава) IV. В 1402 году Вацлава низложил его младший брат и наследник, венгерский король Сигизмунд, которого поддержала часть чешской знати. Именно армия Сигизмунда, судя по знаменам королевства Венгрии в трейлере игры, предает огню и мечу малую родину главного героя. Вацлав находился в плену, но в 1403 году его освободили рыцари во главе с Яном из Микулова, который предоставил незадачливому королю убежище в своем моравском замке. По сюжету, захватчики разоряют родную деревню юного кузнеца и убивают его отца. Теперь герой должен отомстить за близких и помочь возвратить престол законному королю. Показательны постоянные отсылки разработчиков к не страдавшему от излишней исторической достоверности (но ставшему культовым) фильму «Храброе сердце» (они даже предлагают воспринимать проект как «Braveheart: The Game»). В реальности в XV веке шансы простолюдина стать рыцарем и подняться вверх по социальной лестнице были невелики. Однако авторы всячески пытаются убедить пользователей и прессу, что их проект отличается от фэнтези-игр и герой не шаблонный «Избранный».Разработчики «Kingdom Come: Deliverance» признают, что практически все заявленные элементы игрового процесса в тех или иных сочетаниях уже присутствовали в разных играх – «Arx Fatalis», «Skyrim», «Mount and Blade», «Ведьмак 2» и «Ведьмак 3». Правда, ни одна из них не претендовала на роль симулятора Средневековья. Поэтому все зависит от того, удастся ли проекту «Warhorse Studios» использовать лучшие стороны других игр и занять пустующую нишу настоящей «средневековой песочницы». Весной 2016 года разработка «Kingdom Come: Deliverance» все еще продолжается, для тестирования доступна только бета-версия игры – очень сырая, но многообещающая. Пока она напоминает добротный клон «Ведьмака 3», из которого убрали все элементы фэнтези.В целом медиевализм в компьютерных играх начала XXI века представлен широким спектром интерпретаций Средневековья. Даже если вместо полноценного псевдосредневекового мира в игре присутствуют только его внешние черты, они уже могут служить свидетельством спроса на Средние века. Обычно использование средневековых образов носит преимущественно декоративный характер, хотя создатели игры могут декларировать обратное. Многопользовательские проекты, которые обещают виртуальный опыт жизни – или выживания – в «настоящем» средневековом мире, в действительности очень далеки от воссоздания исторического Средневековья. Элементы медиевализма в них условны и служат декорацией для стандартных игровых механизмов. Средневековая тематика в этом случае используется прежде всего для рекламных целей, чтобы выделить игру из множества подобных проектов. При этом такой поверхностный вариант медиевализма, возможно, способен удовлетворять потребности основной аудитории, в целом соответствуя массовому уровню знания о Средних веках. Отчасти это подтверждают отзывы пользователей крупных онлайн-сервисов компьютерных игр[10]. Их негативная реакция чаще объясняется не претензиями к устройству игрового мира, а недостатками функционала, качеством компьютерной графики и техническими ошибками в игре.Вместе с тем отдельные проекты довольно успешно, хотя и с неизбежными упрощениями и условностями, пытаются воспроизвести структуру общества эпохи феодализма и характерные для него практики («Mount & Blade», «Crusader Kings II»). Отдельного упоминания заслуживают так называемые пользовательские модификации, дополняющие и улучающие оригинальные игры – по крайней мере по мнению их авторов. Многочисленные пользовательские модификации способствовали известности «Mount & Blade»: среди них есть и посвященные псевдосредневековому миру романов Джорджа Мартина и основанного на них сериала «Игра престолов», и переносящие действие «Mount & Blade» в историческое Средневековье. Особую популярность у авторов модификаций получили стратегии «Medieval 2: Total War» и «Crusader Kings II». Некоторые проекты призваны повысить историческую достоверность игры и сделать ее более насыщенной («Stainless Steel», «Bellum Crucis»), другие предлагают адаптированные варианты фэнтези-вселенных «Игры престолов» или «Властелина колец» Толкина. Наконец, стоит отметить, что многие удачные и интересные игры о Средних веках сделаны разработчиками из «небольших» европейских стран, для которых эта эпоха – важная часть исторического прошлого (Польша, Чехия, Швеция).Попытки создавать многопользовательские симуляторы выживания – в том числе в Средние века – продолжаются, и новые проекты становятся все радикальнее. Например, инди-проект «Rust» не позволяет игроку выбрать пол и расу своего персонажа, определяя ее с помощью случайного решения («рандомно», от англ. random). А многопользовательская ролевая игра «Chronicles of Elyria», пока находящаяся на стадии крудфандинга, вообще предлагает пользователю за 10–12 обычных месяцев испытать виртуальную жизнь, включая старение и неизбежную смерть. Такие эксперименты с «реалистичностью» игрового процесса позволяют предположить, что в будущем появятся многопользовательские симуляторы жизни в Средние века, претендующие на реализм, и присутствие медиевализма в компьютерных играх станет еще более заметным. Пока же самой средневековой игрой по духу и атмосфере можно считать «Ведьмака 3». Хотя действие этой ролевой игры происходит в сказочной вселенной, количество аллюзий к Средневековью и исключительное внимание к деталям в сочетании с масштабом созданного мира позволяют ей занять такое же место среди компьютерных игр начала XXI века, какое занимает «Игра престолов» среди сериалов. Граница между историей и фэнтези в современной массовой культуре остается очень зыбкой, и сказочное Средневековье может восприниматься как достоверная модель исторических Средних веков[11]. Тем же, кого категорически не устраивают любые элементы фэнтези, остается рассчитывать на проекты вроде «Kingdom Come: Deliverance».http://magazines.russ.ru/nz/2016/3/srednevekovye-pesochnicy-medievalizm-v-kompyuternyh-igrah-nacha.html - цинк (список источников по ссылке)PS. Из описанного, по части погружения в средневековые реалии "Crusader Kings II" конечно на голову превосходит все основные проекты по части отражения исторических реалий, пускай и в упрощенной форме.Это не история героя, это именно что наблюдение за процессом возникновения и гибели государств в ту эпоху, где очень наглядно показано, что такое феодальная раздробленность, что такое "Власть Папы" и какие проблемы вставали на пути объединительных процессов. Игра достаточно мудреная, поэтому нет ничего удивительного, что большую популярность получают куда как более упрощенные в плане приближения к истории проекты. "Ведьмак 3" хорошая игра, но все же это фэнтези. Стратегическая часть "Total War" по сравнению с "CKII" значительно проще и незатейливой. В этом плане большинство игр на эту тему останавливаются на решении задачи развлекать, но мало какая идет дальше и пытается быть познавательной в историческом плане. Стратегии от шведов из "Paradox" всегда выделялись в плане приближения к истории, в основном за счет большого кол-ва исторических гиков в команде разработки, что и делало их продукцию не просто бездушными коммерческими поделками.

20 апреля, 08:40

День победы русских воинов князя Александра Невского над немецкими рыцарями на Чудском озере

18 апреля в нашей стране отмечается День воинской славы России — День победы русских воинов князя Александра Невского над немецкими рыцарями на Чудском озере (Ледовое побоище, 1242 год).

19 апреля, 18:47

День победы русских воинов князя Александра Невского над немецкими рыцарями на Чудском озере

18 апреля в нашей стране отмечается День воинской славы России — День победы русских воинов князя Александра Невского над немецкими рыцарями на Чудском озере (Ледовое побоище, 1242 год).

19 апреля, 15:01

Мифы о Ледовом побоище

  • 0

Давайте в нашу копилку развенчания известных мифов добавим еще один.Для многих битва, согласно летописям произошедшая 5 апреля 1242 года, мало чем отличается от кадров из фильма Сергея Эйзенштейна "Александр Невский". Русь победила проклятых ливонцев и утопила их в озере.Но так ли это было на самом деле?Миф о том, что мы знаем о Ледовом побоищеЛедовое побоище действительно стало одним из самых резонансных событий XIII века, отобразившимся не только в "отечественных", но и в западных хрониках.И на первый взгляд кажется, что мы располагаем достаточным количеством документов для того, чтобы досконально изучить все "составляющие" битвы.Но при ближайшем рассмотрении выясняется, что популярность исторического сюжета вовсе не является гарантией его всесторонней изученности.Так, наиболее подробное (и самое цитируемое) описание битвы, записанное "по горячим следам", содержится в Новгородской первой летописи старшего извода. И это описание насчитывает чуть больше 100 слов. Остальные упоминания еще лаконичнее.Более того, иногда они включают взаимоисключающие сведения. К примеру, в наиболее авторитетном западном источнике — Старшей ливонской рифмованной хронике — нет ни слова о том, что сражение происходило на озере.Своеобразным "синтезом" ранних летописных упоминаний о столкновении можно считать жития Александра Невского, но, по мнению экспертов, они являются литературным произведением и потому могут быть использованы в качестве источника лишь с "большими ограничениями".Что касается исторических работ XIX века, то, как считается, они не привнесли в изучение Ледового побоища ничего принципиально нового, преимущественно пересказывая уже изложенное в летописях.Начало XX века характеризуется идеологическим переосмыслением битвы, когда символическое значение победы над "немецко-рыцарской агрессией" было выдвинуто на первый план. По словам историка Игоря Данилевского, до выхода фильма Сергея Эйзенштейна "Александр Невский" изучение Ледового побоища даже не входило в вузовские лекционные курсы.Миф о единой РусиВ сознании многих Ледовое побоище — это победа объединенных русских войск над силами немецких крестоносцев. Такое "обобщающее" представление о битве сформировалось уже в XX веке, в реалиях Великой Отечественной войны, когда основным соперником СССР выступала Германия.Однако 775 лет назад Ледовое побоище было скорее "локальным", нежели общенациональным конфликтом. В XIII веке Русь переживала период феодальной раздробленности и состояла примерно из 20 самостоятельных княжеств. Более того, политика городов, формально относившихся к одной территории, могла существенно отличаться.Так, де-юре Псков и Новгород располагались в Новгородской земле, одной из самых крупных территориальных единиц Руси того времени. Де-факто каждый из этих городов был "автономией", с собственными политическими и экономическими интересами. Это касалось и взаимоотношений с ближайшими соседями в Восточной Прибалтике.Одним из таких соседей был католический Орден меченосцев, после поражения в битве при Сауле (Шауляе) в 1236 году присоединенный к Тевтонскому ордену в качестве Ливонского ландмейстерства. Последнее стало частью так называемой Ливонской конфедерации, в которую, помимо Ордена, входили пять прибалтийских епископств.Действительно, Новгород и Псков — самостоятельные земли, которые к тому же враждуют между собой: Псков все время пытался избавиться от влияния Новгорода. Ни о каком единстве русских земель в XIII веке речи быть не может— Игорь Данилевский, специалист по истории Древней РусиКак отмечает историк Игорь Данилевский, основной причиной территориальных конфликтов между Новгородом и Орденом были земли эстов, живших на западном берегу Чудского озера (средневековое население современной Эстонии, в большинстве русскоязычных летописей фигурировавшее под названием "чудь"). При этом походы, организованные новгородцами, практически никак не затрагивали интересы других земель. Исключение составлял "пограничный" Псков, постоянно подвергавшийся ответным набегам ливонцев.По мнению историка Алексея Валерова, именно необходимость одновременно противостоять как силам Ордена, так и регулярным попыткам Новгорода посягнуть на независимость города могла вынудить Псков в 1240 году "открыть ворота" ливонцам. К тому же город был серьезно ослаблен после поражения под Изборском и, предположительно, не был способен на длительное сопротивление крестоносцам.Признав власть немцев, Псков надеялся защититься от притязаний Новгорода. Тем не менее вынужденный характер сдачи Пскова не подлежит сомнению— Алексей Валеров, историкПри этом, как сообщает Ливонская рифмованная хроника, в 1242 году в городе присутствовало не полноценное "немецкое войско", а всего два рыцаря-фогта (предположительно, в сопровождении небольших отрядов), которые, по мнению Валерова, исполняли судебные функции на подконтрольных землях и следили за деятельностью "местной псковской администрации".Далее, как мы знаем из летописей, новгородский князь Александр Ярославич вместе со своим младшим братом Андреем Ярославичем (присланным их отцом, Владимирским князем Ярославом Всеволодовичем) "изгнали" немцев из Пскова, после чего продолжили свой поход, отправившись "на чудь" (т. е. в земли Ливонского ландмейстерства).Где их и встретили объединенные силы Ордена и дерптского епископа.Миф о масштабах битвыБлагодаря новгородской летописи мы знаем, что 5 апреля 1242 года было субботой. Все остальное не столь однозначно.Сложности начинаются уже при попытке установить количество участников битвы. Единственные цифры, которыми мы располагаем, рассказывают о потерях в рядах немцев. Так, Новгородская первая летопись сообщает о 400 убитых и 50 пленных, Ливонская рифмованная хроника — о том, что "двадцать братьев осталось убитыми и шестеро попали в плен".Исследователи считают, что эти данные не столь противоречивы, как кажется на первый взгляд.Мы считаем, что при критической оценке числа убитых во время Ледового побоища рыцарей, сообщенного в Рифмованной хронике, нужно иметь в виду, что хронист говорит не о потерях крестоносного войска вообще, а только о числе убитых "братьев-рыцарей", т. е. о рыцарях — действительных членах ордена— из книги "Письменные источники о Ледовом побоище" (Бегунов Ю.К., Клейненберг И.Э., Шаскольский И.П.)Историки Игорь Данилевский и Клим Жуков сходятся во мнении, что в битве участвовало несколько сотен человек.Так, со стороны немцев это 35–40 братьев-рыцарей, около 160 кнехтов (в среднем по четыре слуги на одного рыцаря) и наемники-эсты ("чудь без числа"), которые могли "расширить" отряд еще на 100–200 воинов. При этом по меркам XIII века подобное войско считалось достаточно серьезной силой (предположительно, в период расцвета максимальная численность бывшего Ордена меченосцев в принципе не превышала 100–120 рыцарей). Автор Ливонской рифмованной хроники также сетовал на то, что русских было чуть ли не в 60 раз больше, что, по мнению Данилевского, хоть и является преувеличением, все же дает основание предполагать, что войско Александра значительно превосходило силы крестоносцев.Так, максимальная численность новгородского городового полка, княжеской дружины Александра, суздальского отряда его брата Андрея и присоединившихся к походу псковичей вряд ли превышала 800 человек.Из летописных сообщений мы также знаем о том, что немецкий отряд был выстроен "свиньей".По мнению Клима Жукова, речь, скорее всего, идет не о "трапециевидной" свинье, которую мы привыкли видеть на схемах в учебниках, а о "прямоугольной" (так как первое описание "трапеции" в письменных источниках появилось лишь в XV веке). Также, как считают историки, предполагаемая численность ливонского войска дает основания говорить о традиционном построении "гончей хоругвью": 35 рыцарей, составляющих "клин хоругви", плюс их отряды (совокупно до 400 человек).Что касается тактики русского войска, то в Рифмованной хронике упоминается лишь о том, что "у русских было много стрелков" (которые, видимо, составляли первый строй), и о том, что "войско братьев оказалось в окружении".Больше мы ничего об этом не знаем.Все соображения о том, как Александр и Андрей выстроили свой отряд, — домыслы и вымыслы, исходящие из "здравого смысла" пишущих— Игорь Данилевский, специалист по истории Древней РусиМиф о том, что ливонский воин тяжелее новгородскогоТакже существует стереотип, согласно которому боевое облачение русских воинов было в разы легче ливонского.По мнению историков, если разница в весе и была, то крайне незначительная.Ведь и с той, и с другой стороны в сражении участвовали исключительно тяжеловооруженные всадники (считается, что все предположения о пехотинцах являются переносом военных реалий последующих веков на реалии XIII века).По логике даже веса боевого коня, без учета всадника, было бы достаточно для того, чтобы проломить хрупкий апрельский лед.Так имело ли смысл в таких условиях выводить на него войска?Миф о сражении на льду и утонувших рыцаряхРазочаруем сразу: описаний того, как немецкие рыцари проваливаются под лед, нет ни в одной из ранних летописей.Более того, в Ливонской хронике встречается довольно странная фраза: "С обеих сторон убитые падали на траву". Одни комментаторы полагают, что это идиома, означающая "пасть на поле боя" (версия историка-медиевиста Игоря Клейненберга), другие — что речь идет о зарослях камыша, который пробивался из-подо льда на мелководье, где и происходила битва (версия советского военного историка Георгия Караева, отображенная на карте).Что касается летописных упоминаний о том, что немцев гнали "по льду", то современные исследователи сходятся в том, что эту деталь Ледовое побоище могло "позаимствовать" из описания более поздней Раковорской битвы (1268 год). По мнению Игоря Данилевского, сообщения о том, что русские войска гнали противника семь верст ("до Суболичьего берега"), вполне оправданны для масштабов раковорского сражения, но выглядят странно в контексте битвы на Чудском озере, где расстояние от берега до берега в предполагаемом месте битвы составляет не более 2 км.Говоря о "Вороньем камне" (географическом ориентире, упомянутом в части летописей), историки подчеркивают, что любая карта с указанием конкретного места сражения является не более чем версией. Где именно происходило побоище, не знает никто: источники содержат слишком мало информации, чтобы делать какие-либо выводы.В частности, Клим Жуков основывается на том, что в ходе археологических экспедиций в районе Чудского озера не было обнаружено ни одного "подтверждающего" захоронения. Отсутствие свидетельств исследователь связывает не с мифичностью битвы, а с мародерством: в XIII веке железо ценилось очень высоко, и вряд ли оружие и доспехи погибших воинов смогли бы пролежать в сохранности до наших дней.Миф о геополитическом значении битвы В представлении многих Ледовое побоище "стоит особняком" и является едва ли не единственной "остросюжетной" битвой своего времени. И оно действительно стало одним из значимых сражений Средневековья, "приостановившим" конфликт Руси с Ливонским орденом почти на 10 лет.Тем не менее XIII век богат и на другие события.С точки зрения столкновения с крестоносцами к ним относится и битва со шведами на Неве 1240 года, и уже упомянутое Раковорское сражение, в ходе которого против Ливонского ландмейстерства и Датской Эстляндии выступило объединенное войско семи северорусских княжеств.Новгородский летописец вовсе не сгущал краски, описывая Раковорскую битву 1268 года, в которой соединенные силы нескольких русских земель, сами терпя тяжелые потери, нанесли сокрушительное поражение немцам и датчанам: "бысть страшно побоище, яко не видали ни отци, ни деди"— Игорь Данилевский, "Ледовое побоище: смена образа"Также XIII век — это время Ордынского нашествия.Несмотря на то, что ключевые сражения этой эпохи (Битва на Калке и взятие Рязани) не затронули Северо-Запад напрямую, они существенно повлияли на дальнейшее политическое устройство средневековой Руси и всех ее составляющих.К тому же если сравнивать масштабы тевтонской и ордынской угрозы, то разница исчисляется в десятках тысяч воинов. Так, максимальное число крестоносцев, когда-либо участвовавших в походах против Руси, редко превышало отметку в 1000 человек, в то время как предположительное максимальное число участников русского похода со стороны Орды —до 40 тыс. (версия историка Клима Жукова).источникиhttp://tass.ru/spec/ledovoeТАСС выражает благодарность за помощь в подготовке материала историку и специалисту по Древней Руси Игорю Николаевичу Данилевскому и военному историку-медиевисту Климу Александровичу Жукову.Для того, чтобы быть в курсе новых постов в этом блоге есть канал Telegram. Подписывайтесь, там будет интересная информация, которой нет в блоге!И еще несколько интересных мифов: вот например Мифы и правда об эпохе Возрождения, а вот Легенды и мифы Куликова поля и Пять мифов о здоровом образе жизни. Вспомним Восемь мифов о Крымской войне и знаменитый Миф о русском пьянстве

05 апреля, 00:04

Взгляд сквозь забрало. Ледовое побоище глазами немцев - правда или ложь?

775 лет назад, «в день памяти мученика Клавдия и на по­хвалу святой Богородице», то есть 5 апреля 1242 г., на льду Чудского озера была решена судьба Руси, Прибалтики и Германии.

23 марта, 18:38

Рыцарские ордена. Кто унаследовал тайные знания

Историк Фёдор Лисицын завершает рассказ о рыцарских орденах и тайных обществах. Что стало катализатором образования тайных обществ в Новое время. Как масoнские ложи эволюционировали в современные закрытые клубы. Почемы настоящие хозяева мира предпочитают встречаться не в Бильдербергском клубе, а в Богемской роще. #ДеньТВ #история #тамплиеры #тайныеобщества #розенкрейцеры #закрытыеклубы #иллюминаты #алхимия #Богемскаяроща #мироваяэлита #загадки #Тевтонскийорден #Средневековье #США #ФёдорЛисицын

18 марта, 09:26

История Balkenkreuz

Балкенкройц - являлся основной эмблемой Второй мировой войны: Вермахта, Люфтваффе,и по сей день данная символика используется объединенными силами обороны сегодняшнего Немецкого Бундесвера и наследует четыре белых руки, по сути является стилизованной версией Тевтонского креста, который в своё время был основным символом Тевтонского ордена.Данная символика была принята в 1914 г. и использовалось с того времени до конца Первой мировой войны, далее ее использование было возобновлено, с начала основания Люфтваффе в 1933 и продолжалось до конца Второй мировой войны в Европе.Историческая справка: Тевтонский орден (от лат. teutonicus — немецкий; нем. Deutscher Orden) — духовно-рыцарский орден, основанный в конце XII века.Девиз Тевтонского ордена: нем. «Helfen — Wehren — Heilen» («Помогать — Защищать — Лечить»). Первая версия: Орден был учрежден одним из вождей немецких рыцарей герцогом Фридрихом Швабским (нем. Friedrich VI., Herzog von Schwaben) 19 ноября 1190 года, и после взятия крепости Акра основатели больницы нашли ему постоянное место в городе.Вторая версия: Во время 3-го крестового похода, когда рыцари осаждали Акру, купцы из Любека и Бремена основали полевой госпиталь. Герцог Фридрих Швабский преобразовал госпиталь в духовный орден, во главе которого встал капеллан Конрад. Орден подчинялся местному епископу и был отделением ордена Иоаннитов. 6 февраля 1191 года Папа Римский Климент III утвердил орден как «Тевтонской братии церкви Святой Марии Иерусалимской» (лат. Fratrum Theutonicorum ecclesiae S. Mariae Hiersolymitanae) своей папской буллой.5 марта 1196 года в храме Акры состоялась церемония реорганизации ордена в духовно-рыцарский. На церемонии присутствовали магистры госпитальеров и тамплиеров, а также светские и духовные лица Иерусалима. Папа Римский Иннокентий III подтвердил это событие буллой, датированной 19 февраля 1199 года, и определил задачи ордена: защита немецких рыцарей, лечение больных, борьба с врагами католической церкви. Орден был подвластен Папе Римскому и императору Священной Римской империиВ войсках ПанцерваффеВпервые германская национальная эмблема, так называемый «Balkenkreuz» («Балочный крест»), появился на танках и броневиках вермахта во время боевых действий в Польше в сентябре 1939 г. «Balkenkreuz» представлял собой большой белый крест с прямоугольными равными по длине сторонами и предназначался прежде всего для визуального отличия своих боевых машин от боевых машин противника. Причём, такие кресты не только наносились на танки краской, но и изготавливались из листов тонкого металла и приваривались на борта и башни боевых машин. Однако, первые же бои показали, что большие белые кресты сильно демаскируют технику и являются отличной мишенью для польских противотанковых пушек. Поэтому многие танковые экипажи вермахта для маскировки стали замазывать кресты грязью. Позже последовало распоряжение о закрашивании центра крестов тёмно-жёлтой краской, (используемой для нанесения на танки дивизионных значков), а белой оставалось только окантовка креста. Но многие экипажи перекрашивали кресты целиком в жёлтый цвет. В конце польской компании в качестве идентификационной эмблемы для танков был принят так называемый «открытый» крест, идентичный крестам, использовавшимся на самолетах люфтваффе. Он наносился в виде четырех белых уголков прямо поверх основной тёмно-серой окраски танка. Но некоторые танковые экипажи закрашивали центр креста чёрной краской. К началу боевых действий против Франции и Бельгии в мае 1940 г. на всех боевых машинах вермахта использовались именно такие кресты. Причём, размеры их могли варьироваться. (Правда, для танков Pz III и Pz IV был принят единый размер креста: 25 см. в высоту.) В таком виде «Balkenkreuz» наносился на тёмно-серую основную окраску танков вермахта вплоть до её замены на жёлтую в 1943 г.С началом боевых действий в Северной Африке в феврале 1941 г. «Balkenkreuz» претерпел изменения. Выяснилось, что на жёлто-коричневом пустынном камуфляже белый «открытый» крест не очень хорошо заметен. Поэтому центр креста стали закрашивать чёрной краской. С введением в феврале 1943 г. для окраски всей бронетехники вермахта нового стандартного жёлтого цвета, в качестве стандартного образца вводится африканский вариант креста — чёрный с белой окантовкой. С этого же времени устанавливаются и стандартные размеры «Balkenkreuz» — 20 см. в ширину и 25 см. в высоту. Такой вариант креста просуществовал на немецкой военной технике вплоть до конца войны. Следует отметить, что несмотря на стандартный вариант «Balkenkreuz», существовало множество его разновидностей. Например, встречаются кресты с чёрной окантовкой, кресты с бело-чёрной окантовкой, кресты вообще без окантовки белого, чёрного и даже красного цветов и т.д. Например, на всех бронированных полугусеничных Ореl Maultier с реактивной установкой 15 сm Panzerwerfer 42 использовались узкие кресты с длинными краями.Первоначально кресты на боевую технику наносились с помощью специальных трафаретов, реже вручную. С введением в 1943-1944 гг. циммеритовой обмазки на немецкой бронетехнике кресты стало возможным рисовать только вручную, поэтому разнообразие их вариантов в конце войны возросло.На трофейной советской бронетехнике, использовавшейся на службе в вермахте, если она не перекрашивалась, наносились кресты больших, чем обычно, размеров. Но в большинстве случаев трофейная техника перекрашивалась в стандартные цвета, принятые в вермахте, и на неё наносились кресты стандартных размеров. Для опознавания с воздуха своих танков самолетами люфтваффе обычно использовался государственный флаг Третьего Рейха — черная свастика в белом круге в центре красного полотнища. Флаг обычно расстилался на башне, крыше моторного отделения танка или броневика.В войсках ЛюфтваффеВ период Веймарской республики (1919-1934) военная авиация развивалась в тайне и ни о каких опознавательных знаках не могло быть и речи. Когда Гитлер пришел к власти, немцы стали в открытую нарушать постановления Версальского договора, наращивая свои военные усилия. В марте 1935 было официально объявлено о существовании Люфтваффе. Немецкие самолеты в то время носили гражданские обозначения на корпусах и крыльях. Светлая краска (серебристая или серо-зеленая), покрывающая всю поверхность машин, служила хорошим фоном для черных букв и цифр. Отчетливо видимые издалека знаки казались новым властям недостаточным обозначением, и 6 июля 1935 г. было постановлено дополнить их свастикой - на левой стороне вертикального оперения наносились красная полоса с черной свастикой (Hakenkreuz), вписанной в белый круг. На правой стороне наносился рисунок национального флага - черно-бело-красные полосы.Пропорции этих обозначений были следующие: белый круг, в котором находилась свастика, расположен был посредине красной полосы, нане­сенной между передней и задней кромками вертикального киля. Диаметр белого круга составлял 6/8 ширины полосы, габарит свастики, находящейся в центре белого круга, - 5/10 этой ширины, толщина линий свастики - 1/10. Трехцветный флаг на правой стороне (одинаковых размеров с полосой слева) состоял из трех горизонтальных линий одинаковой ширины - черной, белой и красной.Чтобы связать эту систему с обозначениями немецких самолетов времен I мировой войны, в сентябре 1935 г. введен дополнительный опозна­вательный знак: черно-белый балочный крест (равносторонний), так называемый Balkenkreuz. Его пропорции были следующие: ширина перекладин равнялась 1/4 их размаха, а белая обводка вокруг них имела ширину, равную 1/20 размаха.Кресты этого типа рисовали -согласно традиции - по обе стороны фюзеляжа и на верхних и нижних поверхностях крыльев. Осенью 1936 г. белая обводка вокруг креста была дополнена еще и черной обводкой, шириной равной 1/30 размаха перекладин. Она должна была отчетливо выделять белую обводку от фона, на котором они находились (в то время большинство самолетов окрашивались в серебристый или светло-серо-зеленый цвет). Вместе с введением креста как основного опознавательного знака немецких Люфтваффе постепенно исчезали полосы, наносимые на правую сторону киля. Заменялись они такими же знаками, как и на левой стороне, то есть красной полосой с черной свастикой, вписанной в белый круг. В сентябре 1938 г. постановлено отменить нанесение хорошо видимых издалека красной полосы и белого круга, служащего фоном для свастики; оставлена только сама свастика с белой тонкой обводкой, ширина которой равнялась 1/16 размаха свастики. Вскоре белая обводка вокруг свастики была дополнена черной обводкой, еще более тонкой, с шириной равной 1 / 24 размаха. На рубеже 1939/40 гг., сразу по завершению кампании в Польше, проведена еще одна модификация государственных опознавательных знаков - белая обводка вокруг креста, которая до этого была узкой (1/20 размаха перекладин), расширена до 1/8 размаха, зато ширина черной обводки заужена до 1/32 размаха. Крест этого типа наносился на фюзеляже и на нижних поверхностях крыльев, а на верхних оставался крест старого типа с узкими белыми обводками, которые был менее заметны и давали большие возможности маскировки самолетов на фоне земли.В начале 1941 вышла директива LDv 521/2, которая ввела определенную модификацию внешнего вида Balkenkreuz. Из крестов на верхних поверхностях крыльев удалили «сердцевину», так что остались только белые элементы, дающие контур креста (на практике еще некоторое время рисовали Balkenkreuz старой формы или внутри креста оставался более темный цвет камуфляжа RLM 74). Этот метод применялся и для крестов на фюзеляже -при широких белых элементах знака его внутренняя часть была темно-серо-зеленая RLM 74. Однако часто ее по традиции закрашивали черным, но без тонких черных обводок снаружи белых элементов. На нижних поверхностях крыльев Balkenkreuz никогда не утрачивал своей черной «сердцевины»; исчезли только внешние тонкие черные обводки, как при нанесении свастики -середина всегда оставалась черной с белыми обводками.В 1944 году обозначения незначительно изменились, в основном стали более разнообразными.Опознавательные знаки изображались довольно свободно, требования RLM сплошь и рядом игнорировались. Теоретически, каждый тип самолета имел определенные опознавательные знаки, которые должны были неизменно наноситься в восьми местах. Каждый опознавательный знак имел свой код и свою палитру.В отношении крестов использовались следующие коды:B1 - черно-белый крест с черной обводкой, белые уголки узкие.B2 - черно-белый крест с черной обводкой, белые уголки широкие.B3 - черно-белый крест без черной обводки, белые уголки широкие.В4 - только черные уголки.B5 - только белые уголки.B6 - только белые узкие уголки.Н2 - черная свастика с бело-черной обводкойН2а -обозначал такую же свастику, но без черной обводки.Н3 - упрощённая чёрная свастика без заполненияН3а - упрощённая белая свастика без заполнения.Эволюция опознавательных знаковНа данный момент основной эмблемой Вооружённых сил Германии является именно (Шварцкрейц черный крест).

23 марта, 18:38

Рыцарские ордена. Кто унаследовал тайные знания

Историк Фёдор Лисицын завершает рассказ о рыцарских орденах и тайных обществах. Что стало катализатором образования тайных обществ в Новое время. Как масoнские ложи эволюционировали в современные закрытые клубы. Почемы настоящие хозяева мира предпочитают встречаться не в Бильдербергском клубе, а в Богемской роще. #ДеньТВ #история #тамплиеры #тайныеобщества #розенкрейцеры #закрытыеклубы #иллюминаты #алхимия #Богемскаяроща #мироваяэлита #загадки #Тевтонскийорден #Средневековье #США #ФёдорЛисицын

13 марта, 18:03

Рыцарские ордена. Огнём, мечом и молитвой

Историк Фёдор Лисицын начинает рассказ о рыцарских и монашеских орденах, их возникновении, развитии, упадке и о том, какое отношение рыцарские ордена имели к появлению тайных обществ. В первой части история создания и становления духовно-рыцарских орденов. Как они завоевали власть, влияние и богатства. #ДеньТВ #рыцарскиеордена #тамплиеры #тайныеобщества #история #Крестовыепоходы #Иерусалим #госпитальеры #иоанниты #паломники #ГотфридБульонский #ГробГосподень #БернардКлервоский #Средневековье