• Теги
    • избранные теги
    • Международные организации361
      • Показать ещё
      Страны / Регионы1324
      • Показать ещё
      Формат47
      Разное880
      • Показать ещё
      Показатели207
      • Показать ещё
      Компании701
      • Показать ещё
      Люди406
      • Показать ещё
      Издания112
      • Показать ещё
      Сферы2
10 декабря, 08:01

Денег нет, но бедных в России стало меньше!

Или что означает снижение уровня прожиточного минимума в третьем квартале этого года? Это означает, что число бедных, а точнее нищих, ибо на прожиточный минимум прожить невозможно - можно только выжить, стало меньше на целый миллион человек. Было 19,8, а стало 18,8 млн. человек по последним данным Росстата. Так мановением пера правительство РФ уменьшило в стране число бедных на 1 миллион. А если еще его снизить на сотню или две, то можно сделать богаче еще пяток-другой миллионов.Пользуясь случаем я сделал график численности населения России с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума с 1988 по 2016 годы, который представлен последними 3 кварталами:Видно, как с каждым кварталом в России становится меньше бедных и это при том, что реальные доходы населения падают, то есть инфляция съедает рост доходов.Также я поставил на график число бедных в РСФСР в 1988 году, которое равнялось 2,2 млн. человек (1,51%), которое в 1993-95 году выросло до 74,2 млн. человек (50% населения) по данным WORLD BANK. Пусть вас не смущает, что росстатовская цифра на графике меньше на 15 млн. человек. Так тогдашнее правительство Ельцина искусственно занизило себе планку бедности, чтобы откровенный грабеж населения был не так заметен. Нынешнее же правительство Путина использует ровно такую же тактику для улучшения статистической картинки, которая совершено не совпадает с реальностью.

09 декабря, 22:03

В ноябре газовые цены выросли

Согласно данным IMF, цена российского газа на границе Германии в ноябре составила $4.54/MMBtu, что на 13% выше, чем в октябре.По оценке World Bank, в ноябре средняя цена импортного газа в Европе, включая Англию, достигла $4.91/MMBtu - на 14% выше, чем в октябре.P.S. Алексей Миллер предсказывал цены в районе $30/MMBtu.

09 декабря, 18:12

Bringing International Corporations To The Anti-Corruption Table

Since his first day in office, Secretary of State John F. Kerry has maintained that economic policy is foreign policy and vice versa. This principle recognizes that the bellwether for a country's success depends squarely on the soundness of its economic policies and whether it allows businesses - within and without its borders - to operate in environments of transparency, consistency, and predictability. Combating corruption is critical to establishing and maintaining such environments. Corruption poses a major threat to global prosperity and it undermines the rule of law, government institutions, and human dignity. The World Bank has estimated that $1 trillion of transactions worldwide are tainted by bribery each year. The United States has been robustly engaged on a wide variety of fronts to address corruption, from legislative efforts at home, to foreign assistance and bilateral and multilateral diplomacy. But while governments can take a leading role in addressing corruption, other stakeholders also need to step forward, including civil society organizations, businesses, the media, and ordinary citizens, so we can collectively take action to fight the root causes of graft. That is why, as we mark International Anti-Corruption Day, I want to bring attention to a critical weapon that is gaining recognition in the fight against corruption. This is the principle of corporate liability, which can play a key part in ensuring international business is conducted in an aboveboard manner, free of corruption and bribery. Corporate liability ensures that companies and corporations can be held responsible for the illegal actions of their employees. In other words, companies can be held just as liable for wrongdoing as the individual officers, employees, or agents involved in the offense. When a legal system embraces corporate liability, the effects can be profound. For example, in the United States, the U.S. Foreign Corrupt Practices Act (FCPA) authorizes regulators, including the Department of Justice and Securities and Exchange Commission, to hold corporations liable when their employees engage in foreign bribery. Because corporations are on the hook for the actions of their employees, they have a real incentive to discourage employees from engaging in bribery or other corrupt behavior. In effect, this makes corporations themselves instrumental agents in the fight against foreign bribery. In addition to our country's enforcement of the FCPA, I am pleased to note that because of the Anti-Bribery Convention - the world's foremost international agreement to address foreign bribery - and the peer review of the Organization for Economic Cooperation and Development (OECD) Working Group on Bribery, many countries have adopted corporate liability laws for the first time. This is real progress considering that 16 of the 41 Convention Parties had no established system for corporate liability prior to the Convention. And while the Convention obligates its Parties to establish corporate liability only for bribery of a foreign public official, many Parties have either adopted a broader form of corporate liability, or started with foreign bribery and then widened the scope. These developments are helping to foster greater corporate responsibility in a range of areas, including environmental, tax, competition, and customs law. And thanks to the concerted efforts of the United States and the other Parties of the OECD Anti-Bribery Convention, we are deterring crime and allowing more businesses to do what they do best: create jobs and economic opportunity around the world. -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

08 декабря, 12:58

Греф: мы все существуем за счет нефтяных компаний

Мировые цены и на нефть, и на газ не будут восстанавливаться и продолжат падение. Об этом сказал в рамках конгресса «Инновационная практика: наука плюс бизнес» глава Сбербанка Герман Греф. Конкурентное преимущество будущей экономики не должно быть построено на нефти. Цена на нефть, к сожалению, будет падать, добавил он. Греф отметил, что для развития российской экономики в новых условиях не нужно «учиться чему-то тому, чего мы никогда не делали». По его мнению, у России есть конкурентное преимущество— нефть и газ. Бизнес должен научиться перерабатывать добываемые ресурсы, чтобы экспортировать товары с более высокой добавленной стоимостью.

08 декабря, 00:53

Греф - Нефть будет падать

Греф призвал готовиться к дальнейшему падению цен на нефть и газ 07.12.2016 13:17:08 Восстановления мировых цен на нефть и газ в ближайшее время не произойдет, цены продолжат падение. Об этом сказал в рамках конгресса «Инновационная практика: наука плюс бизнес» глава Сбербанка Герман Греф.«Надо готовиться к еще более низким ценам на нефть и на газ», — сказал Греф, добавив, что конкурентное преимущество российской экономики «не должно быть построено на нефти».Сейчас нефтяные компании критически важны для России, констатировал глава Сбербанка.«Мы все благополучно существуем за счет нефти и нефтяных компаний. От них зависят поступления в бюджет, это хребет нашей экономики», — заявил Греф.«Но цена на нефть, к сожалению, будет падать», — продолжил он. В этих условиях, считает Греф, нужно учиться хотя бы перерабатывать добываемое сырье, что бы экспортировать товары с более высокой добавленной стоимостью.По данным ЦБ РФ, экспорт нефти и газа обеспечивает около 40% валютных доходов российской экономики — за 9 месяцев 2016 года принес 74,1 млрд долларов. По сравнению с 2014 годом доходы от нефтегазового экспорта рухнули в 2,2 раза. По данным ФТС, лишь 6,5% товаров, которые РФ продает за рубеж, приходится на машины и оборудование, три четверти экспорта — это минеральное сырье и металлы.При этом несмотря на резкое падение сырьевых котировок, структурных сдвигов в экономике не происходит: ненефтяной экспорт из России за 9 месяцев упал на 13,4%, спад зафиксирован более чем в половине соответствующих отраслей, сообщил в начале ноября Всемирный банк.За период кризиса сектора экономики, связанные с добычей полезных ископаемых и их траспортировкой за рубеж, выросли на 4%, несырьевые — упали на 9%, подтвеждает данные ВБ Высшая школа экономики.Российская экономика одновременно и сжимается, и движется «в сторону деиндустриализации и усиления зависимости от мировых цен на сырье», констатирует заместитель директора института «Центр развития» ВШЭ Валерий Миронов.Для развития несырьевых секторов РФ нужно уменьшить проникновение в экономику государства, развивать конкуренцию и совершенствовать правовую систему, считают в ВБ.

07 декабря, 21:26

Греф снял шляпу перед нефтяниками

Неоднократно предрекая крах нефтегазовой экономики, глава Сбербанка выразил уважение россиянам, которые добывают черное золото там, где раньше это было невозможно

07 декабря, 17:21

Догнать и перегнать весь мир

Выполнимо ли поручение президента ускорить темпы роста экономики к 2019 году

07 декабря, 15:46

How the EU could spur African growth, instead of making more bad trade deals

Fishers in Mozambique won't benefit from southern Africa's latest deal with the EU. Grant Neuenburg/Reuters André Breedt, Université Paris 1 Panthéon-Sorbonne Before the election of Donald Trump ripped up the global rulebook on trade, the European Union entered into an old school-style deal with many African countries. After nearly a decade of negotiations, the Southern African Development Community (SADC), comprising Botswana, Lesotho, Namibia, South Africa and Swaziland, signed the Economic Partnership Agreement (EPA) with the 28 members states of the EU. When the process of ratification is complete, Mozambique is slated to become the sixth member of the agreement. The EPA is designed to be asymmetrical in the African countries' favour. The European Commission has insisted that the EU has "never accepted such a degree of asymmetry in a trade deal before". But some European and African delegates continue to question the fairness of the deal, not least because the African countries already benefit from duty-free access to the European single market through the "Everything but Arms" initiative of the Commission. The EU will grant all signatories of the deal 100% free access to its common market, except South Africa, which will have custom duties on 1.3% of its exports. Will it work? The granting of free access to the vast EU market is lauded as a coup for the continued economic progress of the developing nations involved. While there is no reason to believe the motivations of the European Union are anything but sincere, whether it will have the intended effect is still unclear. The rationale of the agreement has been showcased by the EU as a tool to spur economic growth. The argument goes that removing duty on "intermediate goods" - such as automotive parts and electronics that are used in the manufacturing of more specialised consumer goods - can now be imported on the cheap. Discarded electronics for recycling at the East African Compliant Recycling in Nairobi, Kenya. Thomas Mukoya/Reuters The EU claims that the agreement will protect African production activities from liberalisation, allowing domestic industries the time to mature. The textile industry has garnered particular interest where South African labour unions have been very vocal against further trade liberalisation. Countries such as Ethiopia and Kenya - both showing promise of becoming established textile-producing hubs - are also grappling with various hurdles from European customers who are perceived as "more demanding with respect to lead times, order sizes, and quality". An influx of cheaper, higher quality products such as textiles from the EU are likely to reduce trade between African nations, prevent manufacturers from making more diverse products, and limit industrialisation. Even South Africa's inter-regional textile exports, despite boasting a more established and sophisticated industry, represent a mere 12% to 14% of total exports. Giving European imports the duty-free treatment will leave African producers struggling: local businesses will be unable to sell their wares at competitive prices, while the agreement will limit the whole continent's efforts to move up the industrial value chain, and produce a greater quantity of final consumption goods. As a result, Africa will remain, contrary to the envisaged ambitions of the EPA, a perpetual supplier of raw materials with a poorly diversified economy. Divide and conquer Signatory countries are also at risk of destabilising their fragile economies by losing the ability to collect duties on imported goods. Botswana, according to the latest World Bank figures, relies on such tariffs to fill 47% of its state coffers, Namibia for 22%, while Lesotho, a landlocked country within a country (South Africa) earns nearly 70% of its total tax revenue at its borders. Botswana's emerging economy could lose from the EPA deal. Siphiwe Sibek/Reuters The Wilson Center, a US think tank, supports the criticism flung at the EPA, claiming the agreement is inherently flawed because of EU envoys' "divide and conquer" tactics when negotiating with African countries. As part of this approach, EU negotiators trigger the fear of losing preferential access to the EU market in their counterparts, which forces the African states to the table under the assumption that they are left with no choice but to participate in EPA talks. This strategy can be seen in the behaviour of the European Commission towards other African nations. Recently, the Commission announced that Kenya, on the cusp of being declared a "middle-income" country, would lose tariff-free access to the EU market if the country did not ratify the East Africa EPA. Tanzania faces a similar predicament if its status as a developing nation is reviewed. The case of Mozambique Instead of pursuing unhelpful trade deals, Europe should work to help address the African continent's deepest structural problems. The fishing industry in Mozambique serves as a poignant example. The country, disproportionately reliant on its fisheries for both foreign reserve income and feeding its citizenry, is losing up to US$65 million from its economy every year because of illegal fishing. Through a series of deals in 2013, Mozambique undertook major investments to upgrade its previously inadequate maritime surveillance powers and safeguard the country's coastlines. The government bought patrol vessels, and improved monitoring, training and technology capabilities. But it is now facing criticism over how the deal was secretly financed and further questioning over why it is failing to put the new fleet to good use. Mozambique's new fishing fleet is mired in controversy. Grant Neuenburg/Reuters An EPA offers little hope of alleviating the plight of fisheries, especially in light of research that shows that fisheries agreements conducted between the EU and island nations in the Pacific during the 1990s generated seven times more value for European states than for the island nations. But a joint initiative on fishing would instead have the potential to increase export revenue and serve as a catalyst for job generation. A concerted effort between the EU and host nations on the issue of illegal, unreported and unregulated fishing alone could add 300,000 jobs and generate US$3.3 billion in revenue. It could also boost income from selling foreign rights by a factor of eight. Southern Africa as a dumping ground The EU's incessant pursuit of EPAs are uncreative and may prove inadequate in promoting African economic self-reliance. The most likely scenario for the agreement signed with the SADC is that the African countries involved will become a dumping site for European goods of superior quality to domestic products. Local consumers will no doubt favour these relatively cheaper goods over locally produced goods. This will have a direct affect on local trade and manufacturing prowess. Instead of chasing new EPAs, the EU should concentrate on providing the skills and structures to assist host nations, becoming development partners rather than dictators of unfavourable terms. The EPA is a fruitless attempt to reach a seemingly beneficial agreement, which risks become yet another unpopular global trade policy. The EU would do well to consider helping countries such as Botswana, Mozambique and Lesotho with the problems they actually have, rather than striking deals that are bound to fail. André Breedt, PhD Student Economics, Université Paris 1 Panthéon-Sorbonne This article was originally published on The Conversation. Read the original article. -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

07 декабря, 13:56

Таджикистану необходима глубокая структурная реформа – Всемирный банк

Правительству Таджикистана для достижения целей по снижению уровня бедности в стране необходимо провести глубокую структурную реформу, говорится в обзоре Всемирного банка (ВБ). Подробнее читайте на нашем сайте www.oilru.com

07 декабря, 08:54

Киев припер Европу к газовой стенке

Украина придумала, как заставить ЕС решить проблемы с «Газпромом»

07 декабря, 01:39

Why Even Space Startups Do Sales First, Tech Later

photo credit: NASA/Bill Ingalls Given a brand new idea, entrepreneurs tend to wonder: how do I build this thing? What technology do I need? So they dive in, work like crazy and finally end up with a solution...but only after much time and effort went up in smoke. Bad move. As a smart entrepreneur, you want to avoid this approach like the plague. Because if you can't sell your solution, your technical work amounts to precisely nothing. Space technology startups know this well. Working on ambitious ideas in an industry most people consider outlandish, you'd think they have their hands full with technology only. But guess what? Successful space companies assign a special priority to sales. They know every dollar and minute spent on tech must ultimately justify itself. To save you a mountain of time, you're about to learn some of their most powerful ways to get the information you need, without doubling down on product development. First though, do me a favor. Next time you want to test an idea by building something, ask yourself: can you skip the building step and test it anyway? Test for market need by pre-selling Take Jane Poynter, founder and CEO of World View Enterprises -- a space company which aims to use special high-altitude balloons as both a new kind of satellite and as a vehicle to take passengers on a trip almost 20 miles up into the sky. In an interview, Poynter told me: "The moment we started talking about World View and the kinds of things we were going to do, our phone rang off the hook." Early on, Poynter experienced strong enthusiasm from her potential customers. People wanted to use their technology for all kinds of things. And hence, she saw a market need and redoubled her efforts to serve it. She sold the value proposition underneath the technology before developing it. Okay -- but what if your vision is so ambitious that people just won't believe you can do it? Well, don't panic: you need to make your voice more authoritative, so the right people can't ignore you. For instance, Astrobotic Technology -- a space logistics company aiming to deliver payloads to the Moon -- built significant authority over nine years by assembling a credible team of space scientists and engineers. And thus, it managed to pre-sell its logistics services to big clients. Suddenly, it no longer sounds crazy. As Astrobotic CEO John Thornton told me: "The ultimate way to test for market need is by selling and collecting checks." True. And you need to do the same. Describe what value your product or service will deliver for your customers, and see if you can get them to buy it before it's built. Score even a few pre-sales and your voice will already weigh more -- and thus your vision will seem more attainable. And once you start building, you're still not off the hook. See if somebody already solved your technology problem Even when you do have a genuine technology problem which will lead to actual sales, chances are somebody out there already had a crack at it. Alistair Brett, a World Bank science commercialization expert and partner at innovation consultancy firm Rainforest Strategies, points out how science-based companies tend to reinvent the wheel. They face a specific technical problem, but can't find a solution outside the company, so they just roll their own. Thing is, the solution often does exist out there, even if it takes a diligent search to find it. And sometimes, it exists in an outside industry. "In a substantial number of cases, the problem has been solved by somebody who is not directly working in that field of research or development," Brett said in an interview. He gives an example of a company that struggled to create a chemical adhesive. The solution was eventually found by an electrical engineer -- someone from an outside industry. An expert on a different kind of stickiness. Bottom line? When you face a technical problem as an entrepreneur and go out to find an existing solution, a brief search won't do. Instead, make a special search effort, because the solution might lie hidden outside your industry. See if you can find an expert on a similar problem and learn how they solved it. Outside experts can help you stumble upon innovations. But watch out: an innovation by itself isn't the point. You have to go sell it. For instance, when I spoke with Chad Anderson, managing director of Space Angels Network, a large community of investors and entrepreneurs in the private space industry, he told me: "Engineers and scientists often discount the difficulty of getting an innovation out into the market. For the innovations that stick, it all comes down to the CEO and the team. It's a sales job." See the point? For an innovation to stick, you must be its salesperson. Successful space companies learned this lesson early on. But look -- you don't need to have a space company to take value from their efforts. Take a down-to-Earth example Let's say you want to solve IT problems for small law firms. First step? Consider talking to larger law firms. Because law firms with in-house IT departments have wisdom for you: what kind of problems lawyers have with IT, what technology they need to solve them, how much time this takes away from clients, and so on. Instead of starting the puzzle from scratch, you extract wisdom from those who've been there before. Simple. And then, you go talk to smaller law firms and put your new insights to the test. Do these same IT problems still run deep, and how do they differ? Plus, see if you can pre-sell your value proposition: would these law firms pay you right now, so you can deliver a killer solution to their problems once you have everything in place? Start this way and you save yourself from grinding through much of the initial learning curve. Your mission: get it into the hands of people who will benefit from it. It's a sales job, even if you aim for the sky. -- This feed and its contents are the property of The Huffington Post, and use is subject to our terms. It may be used for personal consumption, but may not be distributed on a website.

07 декабря, 00:23

Building Stronger Rural Communities in Afghanistan

The Afghanistan Rural Enterprise Development program aims to enhance economic mobilization and activities by organizing the rural poor into Saving Groups and Village Saving and Loan Associations. It is supported by the International Development Association (IDA), the World Bank Group’s fund for the poorest countries, and the Afghanistan Reconstruction Trust Fund (ARTF). Villagers with no previous means of livelihood are being given an opportunity to earn a living through loans from local village associations, allowing them to invest in income generating activities. *** TRANSCRIPT Afghan villager Ghulam Nabi was unemployed for many years. In a small village in western Afghanistan, he recently established this flour mill. Today, all the villagers use the mill to grind their wheat into fine flour. The mill received financing through a local Village Association loan. The Village Association was set up by the Afghanistan Rural Enterprise Development Program (AREDP), under the Ministry of Rural Rehabilitation and Development (MRRD). It provides loans from group savings to people who are otherwise unable to access financing. AREDP is working with 140 villages across Afghanistan, teaching villagers management, Islamic banking, and librarianship. Some 13,000 people have benefited, capitalizing on their own savings to build stronger communities and better lives.

Выбор редакции
06 декабря, 22:31

Public Procurement Goes Digital in Bangladesh

How can government agencies reduce red tape, and, in turn, help the country move forward? As part of the World Bank’s Second Public Procurement Reform Project, one of the key outputs is the introduction of electronic-government procurement (e-GP) in implementing agencies. This electronic system was created by engaging with civil society, think tanks, beneficiaries, and the private sector. By publishing tenders and evaluations online, e-GP will make the procurement system more transparent and accountable.

06 декабря, 22:28

Supporting Agriculture Productivity in Rural Afghanistan

A newly lined 1,200-meter long canal is benefiting some 2,400 people in Enjil district. With agriculture as Afghanistan’s largest source of local income and livelihood, access to an improved irrigation canal has led to increased land productivity. Water flow is now more efficient. Local farmers estimate that it took the water 90 minutes to reach their farms before the canal was lined. It has now been reduced only 20 minutes.

06 декабря, 19:35

Китай серьезно рассердился на США. России это выгодно

Китай на заседании в СБ ООН впервые с жесткой риторикой заблокировал западную резолюцию по Алеппо. Посол Китая обвинил Запад в организации сирийской войны. Китай рассердился, потому что Трамп обвинил Пекин в протекционистской политике и дал понять, что будет налаживать отношения с Тайванем. Обострен...

06 декабря, 17:00

KRG awards audit contracts to Deloitte, EY

The Kurdistan Regional Government (KRG) has hired auditing firms Deloitte and EY to audit the region's oil and gas sector, to overcome issues regarding transparency and accountability, Kurdistan Regional Cabinet Secretary Amanj Raheem said December 6.  In a speech at the Kurdistan Iraq Oil and...

06 декабря, 16:48

Social wealth funds: a key ingredient of a new pro-equality economic model

Stewart Lansley, visiting fellow at Bristol  and City Universities. He is the author of  A Sharing Economy: How Social Wealth Funds Can Reduce Inequality and Help Balance the Books, Policy Press, 2016; the co-author (with Joanna Mack) of Breadline Britain, Oneworld, 2015, and the author of the Cost of Inequality, Gibson Square, 2011.  Since 2008, […]

06 декабря, 16:14

Risky Business: Managing Economic Trade-offs in Europe and Central Asia

Rarely is there a free ride when it comes to financial sector development. Join World Bank Lead Economist in Europe and Central Asia, David Gould, as he explores ways in which countries can manage trade-offs in economic development with help from his latest report, "Risks and Returns: Managing Financial Trade-offs for Inclusive Growth in Europe and Central Asia." Download the report: http://wrld.bg/HLru306RAgb Know more: http://wrld.bg/AGoj306SugQ More information also available: https://openknowledge.worldbank.org/handle/10986/25494 #ECAECON #PabsyLive *** ABOUT PABSYLIVE A young professional and a native of the Philippines, Pabsy has become our star reporter and a trusted voice with young people. Her interviews capture a wide range of World Bank Group issues: agriculture and sustainability, food and water security, childhood development, forced marriage, climate change, microfinance, transportation, labor issues and regulations, and digital dividends. Read more: http://blogs.worldbank.org/voices/pabsylive-springs-meetings *** VIDEO TRANSCRIPT: 00:00 Hi I'm Pabsy Pabalan here at the World Bank headquarters in Washington DC. Are you familiar with the term trade-offs? For instance I have a holiday budget, so should I buy expensive gifts for a few people? Or should I buy more affordable items so I could include more relatives and friends? That's a trade-off. 00:19 Countries and governments have to make the same choices too, but of course it's a bit more complicated. I'm meeting with David Gould to discuss a new flagship report on the financial development of the emerging Europe and Central Asia. Right here. 00:33 The title of the report is "Risks and Returns in Emerging Europe and Central Asia." Why is that? 00:41 Well, we titled it "Risks and Returns" because rarely is there a free ride when it comes to financial sector development. We divide financial development into four parts as you mentioned. 00:50 Stability which would include the lack of banking crisis obviously but also the volatility and credit and deposits in a country. 00:59 Efficiency, how efficient the banking and capital markets are in transferring savings into actual investment. Depth which would include bank as well as non-bank assets and the size of the financial sector as a whole. 01:13 And inclusion, how firms and individuals participate in the financial sector. 01:22 Stability and inclusion are particularly important because inclusion is one of the most key and critical factors for influencing growth of the bottom 40%. But having too much inclusion might actually decrease stability as we saw during the US subprime, crisis we have a lot of mortgages you get instability. 01:42 Also in Europe with the foreign denominated mortgages, a lot of those mortgages went belly-up when the Swiss franc appreciated. So inclusion is really important but you have to balance that out with stability as well. 01:54 Can other countries use this tool kit and how? 01:57 When a country looks at these four different aspects of financial sector development they want to map out where they are on stability where they are on inclusion so they might be right here on inclusion, they might be relatively high on depth, maybe somewhere in the middle on efficiency and they can see exactly how they rate, relative to a benchmark. And we have a benchmark of the top countries and it may be that this country is relatively good on stability perhaps they're some what moderate on depth. 02:36 That can pair the benchmark relatively in line with efficiency, maybe a little bit underneath what the benchmark would say. And they can say okay what we want to do is we want to improve efficiency we want to get to the benchmark or the best performers in that regard but we need to maybe focus most on inclusion. And that by looking at where they are looking how each of these aspects influence growth they can come up with a strategy for financial sector development. And in that way they can improve their growth bottom 40 as well as overall growth. 03:13 Thanks so much David. I learned a lot. And for you guys, to learn more howcountries manage trade-offs check out our website. Again thank you for your time. 03:23 It was a pleasure Pabsy, thank you.

06 декабря, 14:14

БПЦ Инжиниринг реализует проект в Узбекистане в рамках глобальной инициативы по прекращению сжигания факельного газа

БПЦ Инжиниринг заключил контракт на изготовление и поставку электростанций ENEX для ряда газодобывающих объектов НХК "Узбекнефтегаз". Проект реализуется в рамках Глобального Партнерства по сокращению сжигания попутных газов (GGFR) под эгидой Всемирного банка. Национальная Холдинговая Компания "Узбекнефтегаз" стала партнером GGFR в 2008 году и активно реализует комплекс мероприятий по ограничению сжигания попутного нефтяного газа в факельных установках. С этой целью в ближайшее время ДКС "Шуртан" в Узбекистане будут установлены две российские микротурбинные электростанции ENEX 1000 электрической мощностью 1000 кВт с модулем газоподготовки с блоком редуцирования газа COMPEX и комплектной трансформаторной подстанцией. Еще на трех месторождениях УДП "Шуртаннефтегаз" ПНГ будут утилизировать одна комплектная электростанция ENEX 65 и три ENEX 130. Выработанная электроэнергия будет использоваться на собственные нужды газовых объектов. Совокупная электрическая мощность электростанций, поставляемых в рамках контракта, составляет 2455 кВт. Генерирующее оборудование для проекта будет изготовлено на заводе БПЦ Инжиниринг в городе Тутаеве Ярославской области. Российская компания также выполнит его поставку, шефмонтаж и пуско-наладку. В основу электростанций ENEX войдут надежные и экологичные микротурбинные установки, способные работать на неподготовленном попутном нефтяном газе даже переменного компонентного состава, калорийности и с высоким содержанием сероводорода до 4-7%. Комплектные электростанции ENEX 1000 с модулями технического обслуживания и электротехническими модулями будут изготовлены на базе микротурбинных двигателей 200 кВт. Такое решение обеспечит высокую степень внутреннего резервирования и возможность выводить для проведения сервисных работ и технического обслуживания отдельные модули электростанции, оставляя другие под нагрузкой. Электростанции ENEX 65 и ENEX 130 изготовят на базе микротурбинных установок единичной мощностью 65 кВт и будут укомплектованы дожимными винтовыми компрессорами COMPEX 4, предназначенными для работы на ПНГ, а также всеми необходимыми системами жизнеобеспечения и безопасности в едином контейнере. Применение электростанций ENEX позволит НХК "Узбекнефтегаз" в общей сложности утилизировать более 7 млн. куб. м попутного нефтяного газа в год. Кроме того, выработка электроэнергии на собственные нужды из бросового ПНГ, который ранее попросту утилизировался в факелах, позволит компании сократить энергоемкость производства и снизить объем вредных выбросов в атмосферу. - Для БПЦ Инжиниринг это первый проект, реализуемый с участием Всемирного банка, - отмечает генеральный директор компании Александр Скороходов. - С момента основания компании значительная часть наших усилий направлена на содействие предприятиям нефтегазовой отрасли в сокращении объемов сжигания ПНГ наиболее рациональным способом с помощью внедрения современных экологически чистых технологий. Накопленный за 15 лет работы в этой области опыт позволил нам начать собственное производство оборудования для работы с ПНГ и другими сложными видами газа - газовые электростанции ENEX, газовые компрессоры COMPEX, комплексные системы подготовки газа и газоразделения, установки высокотемпературного пиролиза. Наши решения для работы с попутным газом отвечают ключевым принципами Global Gas Flaring Reduction Partnership (GGFR) и применяются более чем на сотне объектов в России и странах СНГ. На сегодняшний день GGFR и Всемирный банк оказывают всестороннюю помощь и поддержку правительствам и компаниям многих стран в реализации мероприятий, направленных на сокращение расточительного сжигания попутного газа. экономика Tue, 06 Dec 2016 18:07:42 +0600 BPCEnergy 509307 ПАРНАС проголосовал за антироссийские санкции http://news2.ru/story/509306/ Делегация ПАРНАСа во главе с Михаилом Касьяновым проголосовала за продление антироссийских санкций в рамках работы ежегодного съезда европейской партии "Альянс либералов и демократов во имя Европы" в Варшаве. В съезде "Альянса либералов и демократов во имя Европы", который проходил в Варшаве с 1 по 3 декабря 2016 года, приняла участие делегация ПАРНАСа во главе с Касьяновым. В его ходе была принята резолюция, которая критикует прошедшие в сентябре выборы в Государственную думу, включение "Левада-центра" в список "иностранных агентов", а также воссоединение Крыма с России, передает Life. Принятый документ призывает все партии, представленные в "Альянсе либералов и демократов во имя Европы", а также фракции альянса в Европейском парламенте осудить "деконструкцию российской демократии, искоренение многопартийной системы и незаконную аннексию Крыма, а также продолжающуюся дестабилизацию Восточной Украины". Для этого альянс, в который входит российская партия ПАРНАС, предлагает поддержать санкции против российского правительства. Напомним, что Касьянов, возглавлявший российский кабмин с мая 2000 года по февраль 2004 года, в январе 2016 года в Страсбурге пообещал вернуть Крым Украине. "По крайней мере, мы уверены, что Крым в конечном счете будет освобожден и возвращен Украине", - сказал Касьянов. Кроме того, Касьянов в случае своей победы на президентских выборах в 2008 году обещал снизить цены на российскую нефть, в чем, по мнению аналитиков, просвечивалось явное стремление угодить Западу.(http://vz.ru/news/2016/12...)

06 декабря, 10:48

Порошенко пустил деньги МВФ на войну

Президент Украины подкупает членов парламента, а также причастен к растрате средств, выделяемых стране Европой, рассказал его бывший помощник Александр Онищенко

19 марта, 11:11

Американо-китайская торговля как фактор дестабилизации мирового порядка

Любой экономический кризис – результат накопившихся диспропорций и проявление неравновесия в экономических отношениях. Одна из фундаментальных диспропорций мировой экономики – неравновесная торговля между странами (большое превышение экспорта над импортом и наоборот). Тенденция к росту межгосударственных торговых диспропорций наблюдается совершенно отчётливо, это влечет целый ряд неприятных последствий:...

01 мая 2015, 07:00

worldbank.org: Доклад об экономике России, апрель 2015 г.

http://www.worldbank.org/content/dam/Worldbank/document/eca/russia/rer33-rus.pdf

17 апреля 2015, 01:18

Доклад: Всемирный банк лишил жилья 3,4 млн людей

Проекты Всемирного банка в период с 2004 по 2013 гг. лишили крова, нанесли серьезный ущерб среде проживания и заставили сменить место жительства более 3,35 млн человек во всем мире.

23 марта 2015, 23:39

Oligarchs and their "Pocket Armies" Take Over Oil Company in Kiev; Ukraine Begs for More Money; Three-Way Civil War?

Ukraine Begs for More MoneyThe IMF foolishly agreed to give Ukraine a four-year $40 billion bailout on March 12. Already, Ukraine's Finance Minister Begs for More Money. Natalie Jaresko told the Financial Times in an interview that a four-year, $40bn, IMF-led bailout finalised this month — including restructuring $15bn of debt — was enough to stabilise the financial and banking system. But that was a “first step”.  Ukraine needed billions more to restart growth, rebuild shattered infrastructure, and deal with the effects of the eastern conflict that has killed at least 6,000 people, wounded 15,000 and displaced more than a million.“I believe strongly that the G7, and frankly speaking the broader G20, has a responsibility now to support Ukraine in a much bigger way financially,” Ms Jaresko said.Interesting Debate “I end up hearing this burden-sharing argument between different parties. The Americans say the Europeans should do more, the Europeans say the Americans should do more. That’s an interesting debate, but no one’s paying a greater cost than the Ukrainian people,” said Jaresko.Yes, it is an interesting debate. But missing from the debate is a Ukraine civil war that is still ongoing. Money to rebuild shattered infrastructure will do no such thing. Instead it will go for more war-mongering.Money will also go straight into the pockets of the corrupt officials running the country and the corrupt oligarchs battling to take over the country.Oligarch Takes Over Oil Company in KievThe battle over what's left of Ukraine has now reached Kiev with the takeover of oil company Ukrnafta by oligarch Igor Kolomoisky and his private army.Please consider Poroshenko Warns Rival Over ‘Pocket Army’. Ukraine’s President Petro Poroshenko warned on Monday that no regional governor would be allowed a “pocket army”, after armed men took up positions around an oil company in which Igor Kolomoisky, the billionaire oligarch and governor, is battling to retain control.The stand-off threatened to escalate into a full-blown clash between the country’s wealthy president and a rival oligarch who has long been one of Ukraine’s richest men but since last year’s Ukrainian revolution has also developed a political power base.Mr Kolomoisky accepted the role of governor of the central Dnipropetrovsk region last year as Ukraine’s new government tried to stabilise the country after the president at the time, Viktor Yanukovich, was toppled by anti-government protests. He has also funded volunteer militias fighting Russian-backed separatists in Ukraine’s east.The billionaire has long exercised management control over Ukrnafta, an oil producer, despite owning only 42 per cent. But a law passed by Kiev’s parliament has attempted to enable the state, which owns 50 per cent of the company plus 1 share, to retake full control.In an unusual scene, camouflage-clad guards in full military gear, some armed with assault rifles, surrounded Ukrnafta’s headquarters in central Kiev on Sunday.Mr Kolomoisky said the men were from a private security company summoned by the company’s management, not by him. He also said they did not come from one of the volunteer military battalions that he supports.Private "Security" CompanyHere a picture of what a private security company in Ukraine looks like.Anecdotes from UkraineReader "Ellen" Writes ... Hello Mish,Western media seldom talks about Ukraine's inner problems. In my country, wealth divided between several groups of ultra-rich oligarchs. Some control the bank system, others the power system, and another the oil companies. Recently the battles between them have escalated. We now have armed fighters on streets of Kiev guarding national oil companies. I don't care which oligarch wins because I know that the people of Ukraine will lose in any case. The situation now looks like Feudal Europe in early Middle Ages. Each wealthy baron strives to be a king and have own army and own land with serves. Porochenko has support of America and EU but zero respect in Ukraine. Powerful oligarchs battle for pieces. Some think that Ukraine oil was taken under control by USA, though Porochenko. This seems logical to me. Best regardsEllen Desperation IncreasesReader John whose sister lives in Lviv, Ukraine writes ... Hello MishThere is a lot of political wrangling going on, with the oligarchs starting to go at one another. It looks to be shaping up as Poroshenko vs Kolomoisky. Stay tuned on this as we head towards the beginning of April. The following is from my sister."Right now, everyone here is worrying about the tax and utility hikes coming in April. It's gonna be devastating. I don't like beating up the government in this state of war, but they're digging themselves an even bigger hole." "They are taxing poor working pensioners which will bring in a paltry million or so, raising utilities by almost 300% in April, and inflation up to 30% and rising. People leave (especially youngsters) as fast as possible. The OSCE is as blind as ever, as is the World Bank and IMF. I have nothing positive to report, but the war continues, with people dying and maimed every day."[John continues] This is the absolute first time that I have ever seen or heard my sister say anything negative about the current regime or junta as we call them. What this means is the average Ukrainian is up against the wall financially and there is nothing more that the government can take from them. Events are a recipe for yet another disaster. I do not like to speculate, but I expect that the Junta will try and pull off something to distract the masses, but by now, the people are too wise for this nonsense, and oligarchs want their say.JohnCarpetbaggers vs. OligarchsOn December 3, I wrote Enter the Carpetbaggers: Ukraine's New Finance Minister a US Citizen, New Economy Minister from Lithuania"Now that Ukraine's gold has been sold off, the only thing left to complete the plundering is to send in the carpetbaggers. That process is now underway. Ukraine's just-named "Finance Minister" is a US citizen, and Ukraine's new "Economy Minister" is from Lithuania. To get around legal issues associated with having foreigners in top level government positions, Ukraine made the appointees Ukrainian citizens.Three-Way Civil War?Kiev was happy with the oligarchs and their private armies (Igor Kolomoisky is rumored to have 10,000), as long as they were battling the separatists. Now it seems the oligarchs have turned on their masters in Kiev. Another overthrow, this time by an oligarch, could easily be in the works. Mike "Mish" Shedlockhttp://globaleconomicanalysis.blogspot.com Mike "Mish" Shedlock is a registered investment advisor representative for SitkaPacific Capital Management. Sitka Pacific is an asset management firm whose goal is strong performance and low volatility, regardless of market direction. Visit http://www.sitkapacific.com/account_management.html to learn more about wealth management and capital preservation strategies of Sitka Pacific.

12 ноября 2014, 10:03

Зачем Китай создает свой "Всемирный банк" в Азии

  В мире существует большое количество международных банков развития, но Китай решил добавить еще один. Азиатский банк инфраструктурных инвестиций (AIIB) направлен на поддержку проектов в 21 стране регионе. Соглашение о создании AIIB было подписано еще 24 октября. Соглашение подписали, в том числе, Индия, Сингапур, Вьетнам, Филиппины, Монголия, Бангладеш, Бруней, Камбоджа, Казахстан, Кувейт, Лаос, Малайзия, Мьянма, Непал, Оман, Пакистан, Катар, Шри-Ланка, Таиланд и Узбекистан. Банк будет выделять деньги на строительство дорог, развитие телекоммуникационной инфраструктуры и другие инфраструктурные реформы в бедных регионах Азии. Китай возглавил банк и надеется официально запустить его к концу следующего года. Больший объем средств для проектов – однозначный плюс, но создание AIIB усиливает конкуренцию, так как у Азии уже есть крупный кредитор – Азиатский банк развития. Почему Китай создает новый банк развития для Азии? Динамика ВВП Азии (прогноз)Официальная позиция Китая подразумевает, что в Азии есть огромный пробел с финансирование инфраструктуры. Недостаток финансирования АБР в 2010-2020 гг. составил примерно $8 трлн, и заполнить этот пробел не получится. У АБР капитал составляет чуть более $160 млрд, у Всемирного банка – $223 млрд. При этом AIIB пока начнет с капитала в $50 млрд и этого явно будет недостаточно, но все средства пойдут впрок. Более того, средства АБР и Всемирного банка направляются на любые проекты, начиная от окружающей среды и заканчивая гендерным равенством, тогда как новый институт сосредоточиться исключительно на инфраструктуре. И самое интересное, что чиновники АБР и ВБ официально приветствуют создание банка, хотя и осторожно, и говорят о возможностях для сотрудничества. Однако настоящая дипломатическая битва только впереди, и она не так уж очевидна. США пытались убедить своих союзников не присоединяться к AIIB, в то время как Джин Ликун, возглавивший банк, активно посещал страны, убеждая их войти в капитал банка. В результате, на церемонии основания банка отсутствовали представители Австралии, Индонезии и Южной Кореи. При этом не очень ясно, как AIIB будет управляться. Критики предупреждают, что исключительно под руководством Китая банк не сможет достичь стандартов, необходимых для международного кредита. Тем не менее, Китай настаивает на том, что AIIB будет использовать лучшие практики таких институтов, как Всемирный банк. Учитывая это, банк будет находится под тщательным контролем властей страны. Но настоящая и неопределенная напряженности связана с сильнейшим геополитическим сдвигом. Китай будет использовать новый банк для расширения влияния в Азии за счет Америки и Японии. Решение Китая по финансированию инвестиционного банка отражает его негативную позицию относительно медленных темпов глобальной реформы экономического управления. Точно такая же мотивация лежит в основе нового банка развития, создаваемого странами БРИКС. Пул резервных валютСтраны БРИКС, стремясь к большей независимости, создали банк и пул резервных валют. Уставный капитал банка развития БРИКС составит $100 млрд и будет предназначен для поддержки экономик стран группы. Половину обеспечат страны-участницы, половину - будущие партнеры. Такие найдутся: желание присоединиться к блоку уже есть у Аргентины, не исключается в будущем присоединение других стран. По мнению ряда известных западных экономистов, создание банка БРИКС является явным сигналом об утрате доверия со стороны развивающихся стран к прозападной финансовой системе во главе с США. Хотя Китай является крупнейшей экономикой в Азии, АБР наиболее активно действует в Японии. Дело в том, что у Японии в банке вдвое большое голосов, чем у Китая, и главой банка всегда становится японец. Очевидно, что китайские власти недовольны позицией Запада, в частности США, которые игнорируют интересы развивающихся стран, несмотря на растущую экономическую мощь. Реформа МВФ может откладываться на долгие года, если США не одобрят ее, но Китая, по понятным причинам, не хочет ждать, поэтому взял все в свои руки.  Необходимость реформы МВФ Квоты МВФ: изменение по реформе 2010 г.Официально Международный валютный фонд был создан 27 декабря 1945 г. Фонд объединяет 188 государств, каждое из которых имеет право голоса при принятии решений о реформировании или выделении помощи. Количество голосов определяется по системе квот. Первое распределение квот произошло при создании фонда, а сейчас должно быть 14-е перераспределение. И это перераспределение должно стать переходным периодом, на повестке дня уже стоит 15-е их изменение. Объем средств МВФ определяется специальными правами заимствования (pecial Drawing Rights, SDR). Сейчас объем SDR составляет 238,4 млрд евро, что эквивалентно $369,52 млрд. Квоты распределены таким образом, что страны G7 имеют возможность принять любое решение в рамках МВФ или заблокировать то, которое их не устраивает. Необходимость пересмотра квот обусловлена как важностью увеличения доли развивающихся стран, так и несовершенством действующей формулой расчета квот. В настоящий момент размер квот слишком сильно зависит от вовлеченности страны в глобальную мировую торговлю, а реальные экономические показатели учитываются слабо. И последний мировой финансовый кризис наглядно показал слабости такой системы, так как для получения помощи от МВФ страны развивают внешнюю торговлю в ущерб внутреннему развитию. Размер финансирования напрямую зависит от объема квот. В результате экономическое расслоение в глобальном масштабе проявляется все сильнее, увеличивается риск внутренних конфликтов, появления проблемных стран и другие проблемы.

24 октября 2014, 14:40

Китай наращивает влияние в регионе с помощью банка

 Китай продолжает работу над созданием Азиатского регионального банка. Сегодня Китай подписал меморандум с представителями 21 страны, куда входят Индия, Вьетнам, Сингапур и Таиланд. Азиатский инфраструктурный инвестиционный банк, создание которого впервые предложил глава КНР Си Цзиньпин в октябре прошлого года, является ключевым компонентом в попытках Китая усилить свое влияние в регионе. Идея создания банка, который является потенциальным конкурентом Азиатского банка развития, вызвала сопротивление со стороны США, которые призвали своих союзников отказаться от участия в этом проекте, сообщило издание New York Times в начале месяца. Сила в единстве На церемонии подписания меморандума присутствовали представители 21 страны – потенциальных основателя банка, включая Индию, Вьетнам, Сингапур, Катар, Таиланд, Монголию и Мьянму, согласно отчету о мероприятии. Си Цзиньпин заявил представителям стран, что все азиатские страны “осознают важность стремления к силе через единство”, и что Азиатский инфраструктурный инвестиционный банк будет рад участию всех стран в Азии или за ее пределами. “Независимо от того, поддержат ли нас США и ее союзники или нет, Китай будет продолжать работу по созданию новых институтов, включая Азиатский инфраструктурный инвестиционный банк,” – заявил Цзинь Цаньжун, профессор международных отношений из пекинского Китайского народного университета. “Было бы лучше, если бы к нам присоединились Австралия и Южная Корея, но и их отсутствие не сильно нам повредит. Тем не менее, наши двери для них открыты.” Всемирный банк, МВФ Китай, валютные резервы которого составляют $4 трлн, усиливает свое влияние в двух направлениях – с одной стороны, страна принимает активное участие в таких международных проектах, как Азиатский инфраструктурный инвестиционный банк, Банк БРИКС и Банк развития Шанхайской организации сотрудничества. Вместе с тем, Китай стремится укрепить свои позиции во Всемирном банке и МВФ, говорит Цзинь Цаньжун. В прошлом месяце Южная Корея и Австралия принимали участие в подготовительных переговорах по созданию регионального банка, согласно фотографии со встречи, размещенной на сайте китайского министра финансов. Госсекретарь США Джон Керри на встрече с австралийским премьер-министром Тони Эбботом в Джакарте на этой неделе попросил Австралию не вступать в этот банк, согласно изданию Australian Financial Review. Переговоры Китай провел по меньшей мере пять раундов переговоров с заинтересованными странами по вопросам создания нового банка, согласно сайту китайского министра финансов. На пресс-конференции после встречи министров финансов стран АТЭС китайский министр финансов Лоу Цзивэй заявил, что работа банка в сфере развития инфраструктуры будет дополнять существующие агентства, включая Азиатский банк развития и Всемирный банк, которые больше работают в области сокращения бедности. Сотрудничество с Азиатским банком развития Президент АБР Такехико Накао заявил, что создание нового банка «вполне понятно», учитывая огромные потребности в финансировании инфраструктуры в Азии, и АБР будет рассматривать возможности сотрудничества с новым банком. Япония председательствует в АБР с самого основания банка в 1966 году. В АБР двумя крупнейшими акционерами являются Япония и США, им принадлежат 15.7% и 15.6% соответственно. На сегодняшней церемонии Си Цзиньпин заявил, что Азиатский инфраструктурный инвестиционный банк будет учиться на полезном опыте Всемирного банка и АБР, чтобы стать “всеохватывающей, высокоэффективной платформой экономического сотрудничества.”

22 сентября 2014, 19:46

Коррупция в Мировом банке

А вы думаете - только у нас? А нас-то кто учил: О деятельности по борьбе с коррупцией Всемирного банка. Всемирный банк по-прежнему больше заботит продвижение его собственной неолиберальной программы, нежели твердая позиция в отношении глубоко укоренившейся коррупции, отчего он и не сумел сколько-нибудь значимо продвинуться в борьбе против нее. Государства, которые приняли рекомендованные Всемирным банком реформы, до сих пор не могут справиться с социальными и политическими последствиями подобных вмешательств, и потому коррупция там продолжать процветать, а социальное неравенство неуклонно растет. Введение На ежегодной встрече Всемирного банка и Международного валютного фонда в 1996 Джеймс Вулфенсон, в то время президент Всемирного банка, представил к обсуждению новую проблему, которую в течение долгого времени старались избегать как международные финансовые институты, так и сообщества по вопросам развития: проблему коррупции. «Давайте говорить без обиняков, — призвал он, чтобы добиться экономического развития и сокращения бедности в развивающихся странах, — нам необходимо бороться с раковой опухолью коррупции» (Weaver 2007, 121). Благодаря этой речи поиск лекарства от этого политического недуга стал одной из главных тем дискуссий о национальном и международном развитии. Так начала формироваться антикоррупционная программа. Начиная с этого времени, Всемирный банк, согласно отчетам, ежегодно тратит по 10 миллионов долларов в год на расследования и наказания; он создал следственный департамент, состоящий из 50 с лишним человек, запустил более 600 специальных антикоррупционных программ и правовых инициатив в почти 100 странах-заемщиках (Steinberg 2001, 617; Bhargava 2006, 24). Однако, несмотря на все эти усилия, недовольство антикоррупционными стратегиями Всемирного банка растет как внутри самого банка, так и вне его. В данной статье антикоррупционная программа Всемирного банка рассматривается и подвергается критическому разбору двумя способами. Во-первых, через обращение к ограничениям, существующим внутри самого Всемирного банка: его аполитичной природе, культуре кредитования и незнанию роли, которую он играл и продолжает играть в сохранении коррупции. Затем будут рассмотрены три рекомендованные реформы, которые Всемирный банк поощряет в качестве средства искоренения коррупции: приватизация, укрепление гражданского общества и добросовестное государственное управление. Анализируя Всемирный банк как организацию и признавая пределы его возможностей в борьбе с коррупцией в рамках трех реформ, которые будут приведены в качестве примера, данная статья доказывает, что Всемирный банк по-прежнему больше заботит продвижение его собственной неолиберальной программы, нежели твердая позиция в отношении глубоко укоренившейся коррупции, отчего он и не сумел сколько-нибудь значимо продвинуться в борьбе против нее. Взгляд на Всемирный банк изнутри Аполитичная природа Это должно быть что-то тайное — этот секрет из секретов, в котором Юг бессовестно повторяет притворство притворств Севера. Taussig 1999, 79 Всемирный банк — международное финансовое учреждение, созданное в 1944 году в ответ на попытки восстановления и развития после Второй мировой войны. С тех пор он превратился в пять крупных институтов развития, которые предлагают развивающимся странам кредиты под низкий процент и беспроцентные займы, а также советы в отношении политики, исследования и анализ в целях «борьбы с нищетой во всем мире» (Worldbank.org 2013). Хотя внимание Всемирного банка всегда было сфокусировано исключительно на экономических проблемах, с годами в игру вмешались вопросы управления и коррупции как серьезные препятствия на пути к достижению целей и задач Всемирного банка. В условиях широкого признания того факта, что слабые правовые и правительственные учреждения вкупе с высоким уровнем коррупции могут оказывать разрушительное воздействие на экономический рост государства, Всемирный банк был вынужден начать считаться с этими факторами в ходе своей деятельности (Rose-Ackerman 1997, 95). Хотя открытое обращение к проблеме коррупции впервые появилось в речи Вулфенсона в 1996 году, способность Всемирного банка внять его призыву к действию необходимо рассматривать с учетом ограниченности полномочий самого Банка. Несмотря на то, что Банк указывал на проблемы управления еще с 1950-х годов, глубокое погружение в проблему коррупции всегда оставалось противоречивой и запретной темой вследствие собственных принципов Банка, зафиксированных в Статьях соглашения (IBRD 2012), которые запрещали ему вмешиваться в политическую деятельность. Даже когда Всемирный банк открыто начал призывать к борьбе с коррупцией, его влияние на развивающийся мир по-прежнему ограничивалось сферой его полномочий, и поэтому все действия, предпринимаемые для сдерживания коррупции, должны были оставаться аполитичными. Главный юридический консультант банка так прокомментировал этот вопрос: «На мой взгляд, Банк может предпринимать действия для борьбы с коррупцией… Единственное юридическое препятствие, которое здесь есть, заключается в том, что в этом случае Банк и его сотрудники должны заниматься только экономическими причинами и следствиями и воздержаться от вмешательства в политические дела страны» (World Bank 1997, 24). Следовательно, ограничивая свои действия исключительно экономическими реформами, Всемирный банк остается неспособным открыто противостоять коррумпированным правительствам и по этой причине, по мнению Хэнлона (2004), «игнорирует [такие проблемы как] захват государства и… обеспечивает элите многие годы безнаказанности» (с. 756). Хотя юристы Всемирного банка много работали, чтобы доказать, что коррупция и неэффективное государственное управление напрямую связаны с экономическими результатами, по мнению Фукуямы (2006) борьба с коррупцией всегда останется вопросом политическим. По этой причине запрет Банка на участие в откровенно политической борьбе делает саму организацию «плохо приспособленной для ведения борьбы против коррупции» (там же, 33). Культура кредитования В дополнение к невозможности участия Банка в высокой политике, сама организация находится под давлением со стороны сообщества доноров, требующих «выдачи кредитов независимо от деятельности… что в итоге стимулирует скорее к оказанию помощи, чем к защите от коррупции» (Marquette 2007, 33). Давление нарастает в преддверии наступления срока исполнения программы ООН «Цели развития тысячелетия», где давление на Банк, побуждающее «сделать что-то» для искоренения бедности, очень велико (Fukuyama 2006). При таком давлении, по словам Уивера (2007), сотрудники Всемирного банка все еще считают, что продвижение в организации зависит от способности быстро получать одобрение своего проекта и быстро выдавать кредиты (с. 60). Система поощрения персонала Банка ставит кредитование превыше всех остальных соображений, и потому цель построить «ориентированную на результат корпоративную культуру», которая будет заставлять сотрудников отвечать за последствия выданного кредита, оказалась провалена (Marquette 2007, 33; Weaver 2007, 60). В ходе интервью, проведенных с 2000-го по 2005 год, выяснилось, что сотрудников, занимавшихся проектами Банка, «так и не удалось убедить в том, что контроль по обеспечению качества ценится и вознаграждается так же, как и работа по одобрению и выдаче кредитов» (Weaver 2007, 60–61). Следовательно, несмотря на заинтересованность Банка в борьбе с коррупцией, он по-прежнему ограничен своей культурой кредитования, где количество выданных кредитов ценится выше, чем количество отказов в них. По словам бывшего сотрудника Всемирного банка, подход Банка к борьбе с коррупцией можно было бы описать как «политику трех обезьян»: ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу (Weaver 2008, 122). Ответственность Всемирного банка Несмотря на призыв Всемирного банка к прозрачности и подотчетности в качестве условий кредитования, сам Банк не признает свою собственную ответственность за рост коррупции, а также того факта, что «не бывает Юга без Севера» (Taussig 1999, 80). Чтобы дальше исследовать этот вопрос, я приведу два примера. Во-первых, Маруф (Marouf 2010) утверждает, что Всемирный банк должен нести ответственность за свою неспособность следить за использованием выданных кредитов и заняться вопросом крупномасштабной утечки капитала в Африке, которую объясняют коррупцией (с. 97). Согласно исследованию стратегии в области здравоохранения, одобренной Всемирным банком в 2007 году, лишь 25% проектов, предпринятых в странах Африки к югу от Сахары, имели удовлетворительные результаты (там же, 97). Это доказывает, что Банк не способен тщательно контролировать свои проекты и вследствие невозможности напрямую вести политическую деятельность «закрывает глаза на массовые утечки капитала» (Marouf 2010, 98). Этот пример демонстрирует, насколько «однобоки реформы государственного сектора, инициированные Банком, насколько они сосредоточены исключительно на правительствах, получающих кредиты, и игнорируют ответственность Всемирного банка за обеспечение того, чтобы денежная помощь на самом деле шла на благо бедным» (с. 97). Это ведет к неприемлемым растратам фондов банка и способствует сохранению высокого уровня коррупции, в то время как люди, нуждающиеся в помощи, не становятся богаче. Хэнлон (2007) приводит еще один пример, основывающийся на убеждении, что Всемирный банк «не соответствует задаче борьбы с коррупцией с “чистыми руками”» (с. 42). Приступая к решению проблемы коррупции, утверждает он, Банк смотрит только в будущее и не обременяет себя какой-либо ответственностью за свое участие в неправомерной выдаче кредитов в прошлом (с. 41). Хэнлон ссылается на случаи, когда Банк сознательно выдал «незаконные» кредиты трем самым коррумпированным политикам по данным Transparency International и все еще получает по ним выплаты (с. 42). Он считает, что в ситуациях, когда Банк знал о том, что деньги разворовываются, эти кредиты не должны были предоставляться. Поэтому Банк следует признать причастным не только к усугублению долговой нагрузки этих стран, но и к способствованию коррупции, ответственность за которую он отказывается брать на себя сегодня. Говоря словами бывшего президента Банка Пола Вулфовица, «в каждой незаконной операции, к сожалению, участвуют как минимум две стороны» (там же, 51) — Всемирный банк остается одной из них. Антикоррупционная программа Всемирного банка Создание правил и символического социального порядка есть человеческая индустрия, с которой могут сравниться только манипуляции, уловки, подделки, подмены и нарушение правил и условностей, в которых люди, кажется, участвуют столь же охотно. (Moore 1978, 1) Современные дебаты на тему коррупции, по словам Андерса и Нуйтена (Anders and Nuijten 2007), «определяются разделением между государством и обществом и соответствующей дихотомией частного и государственного» (с. 2). Эта школа мысли, в конечном итоге, винит «раздувшийся и неэффективный государственный бюрократический аппарат, пронизанный всепроникающей коррупцией, как главную причину неразвитости, поскольку та препятствует расширению частного сектора» (там же, 8). Этот подход, принятый Всемирным банком в его определении коррупции как «злоупотребления служебным положением ради личной выгоды» (World Bank 1997, 8), был раскритикован за свое нейтральное и формальное отношение к более глубокому, более сложному взаимодействию сил. Наоборот, коррупцию следует рассматривать не просто как «злоупотребление служебным положением», но скорее как феномен, заложенный в паутину постоянно изменяющихся социальных практик, которыми «всегда можно пользоваться и злоупотреблять ради интересов экономических классов или общественных групп» (Anders and Nuijten 2007, 14). Принимая во внимание то, что Банк ограничен обязательствами, культурой кредитования и отсутствием самокритики, данный раздел позволит рассмотреть три реформы, рекомендованные Всемирным банком, и показать, как эти реформы не только потерпели неудачу в борьбе с коррупцией, но и во многих случаях способствовали продвижению собственной неолиберальной программы Банка. Приватизация: пример Уганды По предположению Всемирного банка, «коррупция в основном там, где чиновники занимают монопольное положение, обладают большой свободой действий и не подотчетны в своих действиях народу» (Riley 1998, 137). Именно поэтому Банк выступал за приватизацию, чтобы заменить власть государства в принятии экономических решений властью рынка, сокращая тем самым риск того, что политики и бюрократы используют подобные решения для своей личной выгоды. Эта идеология, однако, не предусмотрела, что «деятельность по приватизации сама была подвержена коррупции» (Mwenda and Tangri 2001, 132) и в результате привела к рейдерским захватам со стороны государства и неравенству. Я докажу это на примере процесса приватизации, инициированного Всемирным банком, и продемонстрирую противозаконные действия в процессе приватизации, которые характерны для многих стран Африки, расположенных к югу от Сахары (там же). В начале 1990-х для того, чтобы получить поддержку многопрофильных организаций, таких как Всемирный банк, Уганда обязалась провести масштабную государственную приватизацию (Mwenda and Tangri 2001, 118). Несмотря на критику со стороны общественности и медленный старт, обусловленный проблемами с прозрачностью и ценообразованием, Всемирный банк подтолкнул Уганду к тому, чтобы ускорить темпы приватизации, так как «бремя в виде поддержки многочисленных слабых и убыточных полугосударственных предприятий угрожало экономическому росту» (там же, 119). Тем не менее, по мере того как процесс распродажи государственной собственности ускорялся, становилось ясно, что государственные предприятия распродаются по заниженным ценам и главным образом инвесторам, с которыми власти были связаны политическими или родственными узами (там же, 127). Несмотря на осуждение общественности, президент Уганды Мусевени не предпринял никаких действий против тех, кто в этом участвовал, поскольку во многих случаях это были его друзья, родственники и иные персоны, к которым благоволил режим (там же, 129). К 1999 году Всемирный банк согласился, что процесс приватизации в Уганде был опорочен недобросовестными действиями, государственными махинациями и скандалами, связанными с коррупцией, и все же никаких юридических действий предпринято не было, и Банк продолжил выдавать кредиты (там же, 127, 129). Всемирный банк продолжал молчать. На протяжении 1990-х Банк регулярно заявлял, что верил в то, что «политическое руководство Уганды имело твердые намерения очистить ряды правительства и взять коррупцию под контроль» (Cooksey 2012, 119). Очевидно, что для Банка задача проведения приватизации стояла превыше таких проблем, как прозрачность и контроль, и поэтому до тех пор, пока проводились экономические реформы, он не горел желанием публично заявлять о проблемах с коррупцией (Mwenda and Tangri 2001, 130). Можно было бы утверждать, что, продолжая предоставлять помощь заведомо коррумпированным правительствам и отказываясь открыто бороться с коррупцией, Банк не только попустительствовал коррупционным действиям ради достижения своих собственных задач, но и действовал как сообщник, помогая политическим лидерам злоупотреблять государственной властью (Cooksey 2012, 105). Укрепление гражданского общества: пример Нигерии Объемы донорской помощи НПО, начиная с конца 1980-х, быстро росли вместе с верой в то, что «раздувшиеся, неэффективные и, одним словом, коррумпированные» (Smith 2010, 248) государственные аппараты препятствуют экономическому росту. НПО рассматривались как средство предоставления «обычным людям более широкого доступа и влияния на государство, что сокращало возможности злоупотребления государственной властью с целью обогащения элит и укрепления неравенства» (там же, 250). Благодаря стремлению расширить свою неолиберальную программу путем сокращения объема и влияния государственного сектора, к концу Холодной войны стратегия финансирования Всемирного банка стала склоняться к доктрине, которая давала привилегии «гражданскому обществу». Эта политика сегодня нашла свое продолжение в борьбе против коррупции, поскольку Банк выделяет примерно 10% от своего годового портфеля финансирования гражданским общественным организациям (World Bank 2011). Тем не менее, несмотря на веру в то, что «гражданское общество» будет «главным институциональным двигателем в процессе демократизации и развития» (Smith 2010, 244), Всемирный банк не учел того, что такими организациями тоже манипулируют в качестве способа осуществления коррупционных схем и укоренения социального неравенства (там же, 250). «Фасад в виде гражданского общества» (там же) хорошо известен по всей Африке как способ присвоения донорского финансирования, что я и докажу сейчас на примере Нигерии. Там, где есть деньги, есть и возможности. С конца 1980-х, когда финансирование стало доступно и для НПО, «большая доля организаций в секторе НПО в Нигерии была создана исключительно по причине того, что открылся доступ к донорским деньгам» (Smith 2010). Так НПО стали инструментом правительства и состоятельных граждан не только для получения донорского финансирования, но и для упрочения своей собственной власти и статуса путем создания видимости того, что они «делают добро» тем, кому меньше повезло в этой жизни. Термины, изобретенные обычными нигерийцами, например GONGO, что значит «принадлежащая государству негосударственная организация», демонстрируют мнение «среднестатистического гражданина о том, что НПО были связаны с миром мошенничества, обмана и коррупции» (там же, 250–251). Эта обычная для Нигерии схема, «где доллары помощи текут по руслу, которое расширяет коррупцию так же интенсивно (или еще интенсивнее), как продвигаются мнимые задачи развития» (там же, 254), свидетельствует о том, как легко «антикоррупционный дискурс может в итоге начать служить интересам власть имущих» (там же, 256). Поэтому, хотя Всемирный банк и финансирует объединения гражданского общества по всей Африке, решения о выделении финансовой помощи не всегда работают на то, чтобы бороться с коррупцией, но во многих случаях даже питают ее. Если Всемирный банк не отвечает за кредиты, которые он выдает, и не следит за тем, чтобы у законопослушных НПО были более высокие шансы получить доступ к необходимым средствам, вероятнее всего, эти средства окажутся в итоге именно в тех карманах, которые кредиты должны были обойти, а коррупция будет продолжать процветать. «Добросовестное государственное управление»: пример Мозамбика Хотя с момента ее возникновения в отчетах Всемирного банка в 1989 году идеей «добросовестного управления» уже неоднократно злоупотребляли, манипулируя ею в тех или других целях, она по-прежнему часто встречается в публикациях Банка (Leftwich 1993, 610). Почти половина всех проектов Банка в 2005 году, так или иначе, обращались к проблеме государственного управления, а в странах, где, как считалось, процветает коррупция, в стратегиях помощи, разрабатываемых Банком, продолжали преобладать вопросы государственного управления (Bhargava 2006, 23). В контексте антикоррупционной программы «добросовестное государственное управление» — это «превращение недееспособного государственного бюрократического аппарата в эффективного и прозрачного поставщика услуг, который подотчетен народу и подчиняется власти закона» (Anders 2008, 190). Несмотря на такую задачу, Всемирный банк едва ли оправдал ожидания и предпринял какие-то действия против правительств, которые не были «подотчетны народу» или действовали вне рамок «власти закона». Во многих случаях его инициативы, связанные с государственным управлением, оставались половинчатыми и опирались больше на обещания, чем на реальные результаты деятельности. Это привело критиков к выводу, что Всемирный банк по-прежнему намерен игнорировать проблему неэффективного управления, в случае если власти страны придерживаются политики, нацеленной на экономический рост. В качестве иллюстрации я приведу пример Мозамбика. Под давлением со стороны Всемирного банка и МВФ на протяжении 1980–1990-х, в 1996 и 1997 годах Мозамбик был вынужден продать два своих государственных банка покупателям, про которых было доподлинно известно, что они коррумпированы и тесно связаны с элитой страны (Hanlon 2004, 751–752). В результате серии продаж акций и получения кредитов, которые так и не были выплачены, к началу XXI века оба банка оказались замешаны в скандальных делах, связанных с потерей 400 миллионов долларов (там же, 752). Сразу после этого были прилюдно убиты редактор, расследовавший эти скандалы, и исполняющий обязанности главы рухнувшего Banco. Ни по одному делу не было проведено должного расследования (там же, 752). Спустя два месяца после второго убийства Мозамбик попросил финансовую помощь в размере 600 миллионов долларов и получил 722 миллиона долларов (там же, 747). Когда спонсоры предоставили больше денег, чем попросило правительство, стало ясно, что международное сообщество доноров «признало государственное управление добросовестным» и посчитало, что этот факт «перевешивает скандал с банком и убийствами» (там же, 748). Ханлон утверждает, что, хотя Всемирный банк делает акцент на «добросовестном государственном управлении», он никогда не расценивал «коррупцию на высоком уровне и рейдерские захваты со стороны государства как проблемы в области государственного управления» (там же, 758). Банк явно считает, что «хорошая политика» — это «хорошая экономическая политика», и поэтому не обращает внимания на разрушительные коррупционные действия до тех пор, пока проводится «рыночно-ориентированная» политика (там же, 760). Заключение В данной статье антикоррупционная программа Всемирного банка была проанализирована двумя способами. Во-первых, мы обратились к ограничениям внутри самого Банка: сфере полномочий, культуре кредитования и игнорированию той роли, которую он играл и продолжает играть в укреплении коррупции. Затем мы рассмотрели то, как эти ограничения проявились в трех антикоррупционных реформах Банка: приватизации, укрепления гражданского общества и добросовестного государственного управления. Стало очевидно, что вопреки пропаганде прозрачности и контроля собственные действия Банка по искоренению коррупции зачастую игнорировали эти задачи и наоборот способствовали продвижению его собственной неолиберальной программы в странах, где он работал. Государства, которые приняли рекомендованные Всемирным банком реформы, до сих пор не могут справиться с социальными и политическими последствиями подобных вмешательств, и потому коррупция там продолжать процветать, а социальное неравенство неуклонно растет (Blundo 2006, 802). Хотя целью данной статьи было краткое описание неудачи Всемирного банка в его борьбе против коррупции, необходимо сбалансировать это утверждение признанием того, что Всемирный банк — это не «мировое правительство» для стран-заемщиков (Shihata 1997, 22). В случае если подчиняющийся системе голосования и ограниченный статьями Соглашения Всемирный банк занял бы лидирующую позицию, выходящую за рамки его четко определенных целей, это создало бы неравную иерархию власти, в которой богатые страны управляют бедными (там же). Наоборот, в своей работе Всемирный банк должен ступать осторожно, уважая суверенитет стран-заемщиков, в которых он работает. Даже с учетом вышесказанного, однако, авторы данной статьи остаются непоколебимы в своем убеждении, что вследствие ограничений, присущих подобному учреждению, и его неспособности выйти за пределы реформ, которые не позволяют ему выдавать кредиты за результаты, а не только обещания, Всемирный банк не способен оказать решительное воздействие на «раковую опухоль коррупции». Литература Anders G. (2008) The Normativity of Numbers: World Bank and IMF Conditionality // PoLAR: Political and Legal Anthropology Review. Vol. 31. No. 2. P. 187–202. Bhargava V. (2006) Global Issues for Global Citizens: An Introduction to Key Development Challenges. Washington: World Bank Publications. Blundo G. (2006) Dealing with the Local State: The Informal Privatization of Street-Level Bureaucracies in Senegal // Development and Change. Vol. 37. No. 4. P. 799–819. Cooksey B. (2012) Aid, Governance and Corruption: A Critical Assessment // Crime Law Soc Change. Vol. 58. P. 521–531. Fraser-Moleketi G. (2009) Towards a Common Understanding of Corruption in Africa // Public Policy and Administration. Vol. 24. No. 3. P. 331–338. Fukuyama F. (2006) A Battle Paul Wolfowitz Can’t Win // American Interest. Editorial Blog. http://the-americaninterest.com/contd/?p=570 Hanlon J. (2004) Do Donors Promote Corruption?: The Case of Mozambique // Third World Quarterly. Vol. 25. No. 4. P. 747–763. Hanlon J. (2007) Wolfowitz, The World Bank, and Illegitimate Lending // Brown Journal of World Affairs. Vol. 13. No. 2. P. 41–54. Kothari U. and Minogue M. (2002) Development Theory and Practice: Critical Perspectives. Houndmills, Basingstoke, Hampshire: Palgrave. Leftwich A. (1993) Governance, Democracy and Development in the Third World // Third World Quarterly. Vol. 14. No. 3. P. 605–624. Marouf F.E. (2010) Holding the World Bank Accountable for Leakage of Funds from Africa’s Health Sector // Health and Human Rights. Vol. 12. No. 1. P. 95–108. Marquette H. (2003) Corruption, Politics and Development: The Role of the World Bank. Houndmills, Basingstoke, Hampshire: Palgrave Macmillan. Marquette H. (2007) The World Bank’s Fight Against Corruption // Brown Journal of World Affairs. Vol. 13. No. 2. P. 27–39. Mauro P. (2007) World Bank Researchers and the Study of Corruption // Brown Journal of World Affairs. Vol. 13. No. 2. P. 67–77. Moore S.F. (1978) Law and Social Change: The Semi-autonomous Social Field as an Appropriate Subject of Study // Law and Society Review. Vol. 7. No. 3. P. 719–746. Nuijten M. and Anders G. (2007) An Introduction // Corruption and the Secret of Law: A Legal Anthropological Perspective. Aldershot, Hants, England: Ashgate. Riley S. (1998) The Political Economy of Anti-corruption Strategies in Africa // The European Journal of Development Research. Vol. 10. No. 1. P. 129–159. Rose-Ackerman S. (1997) Role of the World Bank in Controlling Corruption // The Law & Pol’y Int’l Bus. No. 29. P. 93. Shihata I. (1997) Corruption: A General Review with an Emphasis on the Role of the World Bank // Journal of Financial Crime. Vol. 5. No. 1. P. 12–29. Smith D.J. (2010) Corruption, NGOs, and Development in Nigeria // Third World Quarterly. Vol. 31. No. 2. P. 243–258. Steinberg F. (2001) Book Reviews. Rev. of Helping Countries Combat Corruption-Progress at the World Bank since 1997 // Habitat International. P. 617–621. Tangri R. and Mwenda A. (2001) Corruption and Cronyism in Uganda’s Privatization in the 1990s // African Affairs. Vol. 100. No. 398. P. 117–133. Tangri R. and Mwenda A.M. (2006) Politics, Donors and the Ineffectiveness of Anticorruption Institutions in Uganda // The Journal of Modern African Studies. Vol. 44. No. 1. P. 101–124. Taussig M.T. (1999) Defacement: Public Secrecy and the Labor of the Negative. Stanford, CA: Stanford UP. The World Bank. (1997) Helping Countries Combat Corruption: The Role of the World Bank. Washington, DC: World Bank Group. The World Bank. (2011) Civil Society. http://web.worldbank.org/WBSITE/EXTERNAL/TOPICS/CSO/0,,contentMDK:20092185~menuPK:220422~pagePK:220503~piPK:220476~theSitePK:228717,00.html [Последнее обращение 27 марта 2013 г.] The World Bank. (2012) IBRD Articles of Agreement. http://web.worldbank.org/WBSITE/EXTERNAL/EXTABOUTUS/0,,contentMDK:20049557~menuPK:63000601~pagePK:34542~piPK:36600~theSitePK:29708,00.html [Последнее обращение 24 марта 2013 г.] The World Bank. (2013) What We Do. http://www.worldbank.org/en/about/what-we-do [Последнее обращение 24 октября 2013 г.] Weaver C.E. (2007) Reforming the World Bank: Promises and Pitfalls // Brown Journal of World Affairs. Vol. 13. No. 2. P. 55–65. Weaver C. (2008) Hypocrisy Trap: The World Bank and the Poverty of Reform. Princeton: Princeton UP http://gefter.ru/archive/13068 http://worldcrisis.ru/crisis/1649545

30 мая 2014, 07:13

Банк БРИКС готов к запуску

История создания банка БРИКС, похоже, подходит к своему логическому завершению. По информации агентства Reuters все необходимые документы будут подписаны уже в июле.  Страны БРИКС готовы к запуску своего банка, сообщает агентство со ссылкой на неназванного чиновника в Бразилии. Финансовая мощь этого института составит $100 млрд, а участники будут иметь равные доли участия. Напомним, что проект банка обсуждается уже 2 года, и камнем преткновения является как раз вопрос распределения долей в его капитализации. "Большинство хочет равное распределение капитала и никакие другие варианты не обсуждаются", - сказал Reuters чиновник, который принимает непосредственное участие в переговорах. Китай настаивает на своем доминирующем положении, однако остальные участники выступают за равное распределение капитала. Сейчас, стороны, похоже нашли общий язык. Лидеры стран Бразилии, Китая, Индии, России и Южной Африки встретятся 15 июля в бразильском городе Форталеза, где и должна состоятся процедура подписания необходимых документов. Кредитовать банк начнет уже через два года. Новый банк станет своего рода символом растущего влияния развивающихся стран в глобальной финансовой архитектуры, где через Международный валютный фонд и Всемирный банк давно доминируют США и Европа. Так что события во всех отношениях знаковое. Стартовый капитал банка должен составить $50 млрд, и каждая страна должна ратифицировать соответствующие документы до момента подписания. Из стартового капитала страны вложат в общей сложности $10 млрд живыми деньгами, а оставшиеся $40 млрд в виде гарантий, которые в последствии будут использоваться для привлечения капитала на международных рынках. В основном банк сосредоточится на финансировании различных проектов, которые как раз не получали помощи от международных фондов.  Кстати источник также отметил, что любая страна может присоединиться к банку с минимальным взносом в $100 тыс. Идея такова, что участники будут получать более дешевое финансирование, чем на любых других рынках капитала. Решение о том, где будет базироваться банк пока не принято. Это может быть Нью-Дели, Шанхай , Йоханнесбург или Москва. Известно лишь, что точно не в Бразилии, так как там предстоят президентские выборы, а этом может затормозить процесс. Капитал банка в течении первых пяти лет планируется удвоить до $100 млрд, а руковдитель будет избираться из предложенных участниками кандидатур.

12 января 2014, 20:27

Кто и как считает ППС

ППС — такое соотношение валют, при котором за соответствующие суммы этих валют можно приобрести приблизительно равный товар или услугу в сопоставляемых странах. Например, часто используемый для иллюстрации разницы в ценах биг-мак в России стоит 88 рублей, в США — 4,2 доллара. Это означает, что равенство (паритет) покупательной способности российского рубля и доллара США для биг-мака составляет порядка 21 руб./долл. (при текущем официальном курсе ЦБ РФ на начало 2014 года 32,66 руб./долл.). Или если килограмм пшеничной муки в России стоит 20 рублей, а в Казахстане — 120 тенге, то паритет покупательной способности этих валют для пшеничной муки составит 6 тенге/руб. (при текущем официальном курсе 4,72 тенге/руб.). Для сопоставления экономики стран в целом необходимо знать ППС не только по рыночным потребительским товарам и услугам, но и по инвестиционным товарам, а также по нерыночным услугам. Сложение отдельных частных паритетов пропорционально удельным весам, которые соответствующие товары и услуги имеют в составе ВВП, позволяет рассчитать наиболее общее значение паритета покупательной способности валют для валового внутреннего продукта в целом. ППС на уровне ВВП позволяет сопоставлять экономику стран в целом. Получение ППС представляет собой исключительно масштабную работу, требующую высокозатратных и четко скоординированных усилий статистиков стран — участниц сопоставлений. Каждый цикл работ по международным сопоставлениям ВВП на основе ППС занимает, как правило, три года. Эти трехлетние циклы именуются раундами сопоставлений. Полные итоги сопоставлений стран региона СНГ по данным за 2011 год будут опубликованы в первом полугодии 2014 года. Современная история международных сопоставлений на основе паритета покупательной способности валют насчитывает полвека. Ее основателями считаются ученые Пенсильванского университета Ирвинг Крэвис, Алан Хестон и Роберт Саммерс. Теоретические подходы к международным сопоставлениям на основе паритетов покупательной способности валют, разработанные Крэвисом, послужили основой для первого в истории проекта, осуществленного совместно с ООН, — международных сопоставлений 1968 года. Можно гордиться тем, что практически с первых этапов мировой истории сопоставлений и по сей день заметный вклад в нее принадлежит представителям российской экономической науки и статистики. В частности, в 1970-е этой тематикой в ООН занимался Юрий Иванов, благодаря его инициативе результаты сопоставлений на основе ППС как важная составляющая международного анализа стали официально публиковаться в статистическом ежегоднике ООН. Профессор Иванов, возглавляющий сегодня кафедру статистики экономического факультета МГУ, приложил большие усилия для развития работ по сопоставлениям в СЭВ, а позднее в регионе СНГ в рамках всемирных сопоставлений. В настоящее время ведущим специалистом по расчету паритетов покупательной способности валют в мире признан международный эксперт Всемирного банка Сергей Сергеев, чье уникальное мастерство опирается на богатейший профессиональный опыт, тоже включающий в себя сопоставления стран СЭВ. Осуществление международных сопоставлений под эгидой ООН получило название «Программа международных сопоставлений ООН». Одновременно развивалась методология, система расчетов ППС опирается на серьезные математические построения. В первом проекте сопоставлений 1968 года участие приняли десять стран. В дальнейшем число участников непрерывно росло. Мировым лидером в проведении сопоставлений на основе ППС является объединенная группа стран ОЭСР и ЕС, где эта работа давно ведется на регулярной основе. Сегодня список участников сопоставлений ОЭСР — Евростата насчитывает 47 стран, включая, помимо членов этих международных организаций, другие страны Европы, а также Россию (с 1996 года). Итоги раунда сопоставлений по данным за 2011 год, совместно координируемых ОЭСР и Евростатом, опубликованы в декабре 2013-го. По решению Статистической комиссии ООН первый всемирный раунд сопоставлений был проведен по данным за 2005 год и получил название «Глобальный раунд сопоставлений — 2005». В нем приняли участие 145 стран и территорий, охватывавших 95% населения мира. Второй Глобальный раунд состоялся по данным за 2011 год, в нем приняли участие 194 страны и территории — 98% населения планеты. В соответствии с решением ООН координацию сопоставлений на глобальном уровне осуществляет Всемирный банк. Ожидается, что общие итоги Глобального раунда сопоставлений — 2011 будут объявлены в ходе очередной сессии Статистической комиссии ООН в марте 2014 года.

04 ноября 2013, 15:30

Конференция к столетию ФРС

Центральный экономико-математический институт РАН, Институт океанологии им. П.П.Ширшова РАН, Институт новой экономики им. Д.С.Львова, Центр научной политической мысли и идеологии, Академия геополитических проблем проводят Всероссийскую научно-общественную конференциюГлобальный социальный паразитизм(к 100 - летию Федеральной Резервной Системы США)Москва, 19 декабря 2013 г., здание Института океанологии РАН) Программный комитет конференции: Глазьев С.Ю. – академик РАН, директор Институт новой экономики им Д.С.Львова, Макаров В.Л. – академик РАН, директор Центрального экономико-математического института РАН, Нигматулин Р.Э. – академик РАН, директор Института океанологии им. П.П.Ширшова РАН, Ивашов Л.Г.- д.и.н., президент Академии геополитических проблем Председатель организационного комитета конференции: Сулакшин С.С.— д.полит.н, д.физ.-мат.н., генеральный директор Центра научной политической мысли и идеологии Проблемные вопросы, выносимые на обсуждение: · Природа биологического и социального паразитизма· Экономический паразитизм: рента на капитал, финансы, право эмиссии, информацию, природные, человеческие, административные и политические ресурсы· Историческое и геополитическое формирование системы глобального социального паразитизма· Частная собственность и общественное благо: проблема гармонизации· Либеральная модель государства как инструмент в системе социального паразитизма· Природа, статус, структура и механизмы деятельности ФРС· ФРС, Всемирный Банк, МВФ в системе глобального социального паразитизма США· Глобальная система социального паразитизма и современная финансово-экономическая модель России· Глобальный долларовый паразитизм как фактор деградации и потрясений мира· Грядущий обвал виртуальной «финансовой» долларовой экономикиМесто проведения конференции – здание Института океанологии им. П.П.Ширшова РАН (Москва, Нахимовский проспект, д. 36). Начало регистрации — 9.00. Начало работы конференции — 10.00. Участие в работе конференции бесплатное. Приглашаются все желающие. __________________ Много обвинительных заголовков. Но это дело литературно-политического вкуса. ФРС как любая монополия: откачивает максиму своим хозяевам, ограничивая остальным доступ к пирогу. Требовать у монополиста, чтобы поделился? Или не будем ждать милостей от ФРС? А как не ждать? Я получил приглашение на конференцию от сотрудника центра Сулакшина - организатора конференции. Безусловно, мне есть чем поделиться: затёртое уравнение Фишера, добавленный долг, согласованная эмиссия ЦБ-6, остановка допэмиссии в 2005-2007 гг., пятилетние "рыба" и отрицательный ссудный процент у ФРС, вечные качели золото-фиат-астероиды... Спрошусь мнения уважаемых коллег: Следует ли выдвигаться на конференцию провинциальному предпринимателю без званий и регалий? Допустим, мои материалы будут приняты к докладу... выступлю в конце дня перед остатками аудитории, коротающей время до открытия метро... А что потом? 

25 сентября 2013, 19:36

ВБ: рост российской экономики упёрся в "потолок"

Всемирный банк вслед за МВФ и российским правительством ухудшил макроэкономические прогнозы на этот год, отметив, что экономика России работает почти на полную мощность и испытывает структурные проблемы. ВБ советует улучшать инвестиционный климат, развивать конкуренцию и, конечно, избавляться от чрезмерной зависимости от энергоносителей. Впрочем, как сказала накануне на “круглом столе” первый заместитель председателя Банка России Ксения Юдаева, “к сожалению, преобразования, необходимые российской экономике немедленно, не могут произойти прямо сейчас. Они требуют изменить поведение многих и многих людей”. Прогноз Всемирного банка совпадает с оценками и МВФ и правительства: темпы роста экономики страны замедлятся почти вдвое – с 3,5% в 2012 году до 1,8% в э2013. В 2014 организация ждет ускорения – если позволят внешняя конъюнктура. Тем временем, отток капитала не останаливается – с января по август из России ушло 50 млрд долларов, всего на 6,8 млрд. долларов меньше чем за весь прошлый год. Банк России прогнозирует замедление процесса к концу года. Отчасти отток капитала наблюдается на всех развивающихся рынках, это связано с возможным сокращением стимулирования американской экономики до конца этого года. Но есть и российская специфика,говорит трейдер EXT Capital Джо Рандл: “Критически важный вопрос для инвесторов – доступность капитала, в смысле, сможете ли вы быстро забрать свои деньги из России без политических решений, или вы столкнетесь с резким изменением правил игры.” Многие эксперты сегодня называют именно плохой инвестиционный климат, коррупцию и слабость судебной системы главными препятствиями для развития российской экономики. Нефтяные инъекции больше не работают: 50,6% доходов бюджета страны (на конец 2012) зависят от энергоносителей, цены на “черное золото” стабильно держатся выше 100 долларов за баррель, и все равно – стагнация.

06 сентября 2012, 08:26

Самый бедный президент

Хотелось бы рассказать о человеке-бессеребренике, который, вероятно, был самым бедным президентом на всей нашей планете.Тома Исидор Ноель САНКАРА, президент Буркина-Фасо, жил на жалование армейского капитана, составлявшее $345 в месяц, а президентскую зарплату в $2000 перечислял в сиротский фонд. После смерти президента выяснилось, что из имущества, принадлежавшего ему лично, какую-либо ценность представляет лишь старенький «Пежо», купленный еще до прихода к власти, холодильник со сломанным морозильником, три гитары и четыре велосипеда. Санкара руководил страной «на общественных началах». Он даже запретил поставить в своем кабинете кондиционер, поскольку ему «стыдно перед людьми, которым недоступна такая роскошь». Этот президент действительно выглядит уникальным примером на фоне других правителей Черной Африки, живущих в роскоши дворцов, которые легко могли бы дать фору виллам белых колонизаторов. Президент-аскет, заслуживший прозвище «африканского Че», и убитый своим другом и ближайшим соратником, навсегда стал легендой для народа.Тела Санкары и двенадцати его ближайших помощников, убитых в ходе государственного переворота, совершенного советником президента Блезом Компаоре, были второпях зарыты в безымянной могиле. Вскоре она стала объектом настоящего паломничества.Но Санкару помнят не только за бедную жизнь, сама по себе она вряд ли может считаться большим достоинством. «Революция чести», лидером которой был погибший президент, стала одной из самых радикальных и успешных попыток модернизации за всю историю Африки. Четыре года социальной революции до неузнаваемости изменили небольшую африканскую страну.ОФИЦЕР, ГИТАРИСТ, БАЙКЕРСанкара с Фиделем Кастро.Санкара родился в 1949 году, его родители были из разных племенных групп. Это означало, что Тома был ребенком «третьего сорта» в кастовой системе народа Мосси, к которому принадлежала его семья. Родные надеялись, что Санкара станет католическим священником, однако Тома предпочел бороться за лучшую жизнь на этом свете, а не обещать ее другим на небесах. В 19 лет он начинает военную карьеру и делает серьезные успехи, через год его отправляют на Мадагаскар в школу офицеров. Там он становится свидетелем двух народных восстаний – 1971 и 1972 года, которые формируют политические взгляды будущего революционера. Возвратившись на родину, Санкара быстро набирает популярность в столице страны Уагадугу. Молодой успешный офицер, Тома к тому же и неплохой гитарист - он играет в группе «Tout-?-Coup Jazz», - а также завзятый байкер.В 1976 году Санкару повышают по службе, его назначают командующим тренировочного центра армейских коммандос, однако фактически – это ссылка популярного командира подальше от центра политической жизни. В лагере Тома встречает единомышленников – Анри ЗОНГО, Жана-Баптиста Букари ЛИНГАНИи Блеза КОМПАОРЕ, – с которыми создает подпольную организацию «Группа офицеров-коммунистов». Младшие офицеры стран третьего мира в те годы были серьезной революционной силой. Армия была по необходимости «европейской», в то время как общество оставалось отсталым, «азиатским», офицерский корпус – это наиболее образованные и наименее привязанные к традиции элементы общества. Также немаловажно, что в армии могли сделать карьеру выходцы из небогатых семей.МИНИСТР НА ВЕЛОСИПЕДЕВ сентябре 1981 года Санкара, назначенный Государственным Секретарем по Информации в военном правительстве, удивил своих коллег по кабинету тем, что приехал на первое же заседание на велосипеде. Однако, уже в апреле Тома оказывается в оппозиции военным, которые, по его мнению, проводили антирабочую политику. Следующий военный переворот, произошедший в ноябре 1982 года, приносит Санкаре пост премьер-министра. Но и теперь он недолго задерживается в правительственном кресле. После визита французского советника по делам Африки и сына президента Франции Жана-Кристофа МИТТЕРАНА, Санкару отправляют в отставку и сажают под домашний арест. Франции, которая по-прежнему хозяйничает в Верхней Вольте, как в своей колонии, не нравится молодой офицер-радикал в правительстве.Но отставка Санкары привела к непредвиденным для французов и местных элит результатам. Узнав о том, что их любимца заключили под арест, восстали жители бедных районов Уагадугу. Бунт был подавлен, но уже через два месяца, 4 августа, поднялся столичный гарнизон под командованием Блеза Компаоре. освобожденный из-под ареста Санкара становится президентом страны, которая через некоторое время была переименована из Верхней Вольты в Буркина-Фасо («Землю неподкупных»).«РЕВОЛЮЦИЯ ЧЕСТИ»Тридцатитрехлетний Санкара объявляет начало демократической и народной революции, в ходе которой должны быть побеждены коррупция, голод, болезни и безграмотность. Первым же шагом «Революции чести» становится отмена дани племенным вождям и обязательных барщинных отработок для крестьян. Вместо архаичной племенной структуры власти были созданы Комитеты защиты революции – массовые организации, которым выдавалось оружие, а также народное ополчение SERNAPO. Обе меры были направлены на ограничение власти армии в пользу народа. Армейский магазин, где офицерам продавались дефицитные товары по низким ценам, был превращен в государственный супермаркет (первый в стране) для всех.Правительство Санкары проводит беспрецедентные для Западной Африки меры по улучшению положения женщины – были запрещены варварский обычай обрезания женских гениталий и многоженство, началось распространение средств контрацепции. Женщина была уравнена в правах с мужчиной, был также введен «День Женщины» - в этот день мужчина был обязан заниматься домашним хозяйством.На счету революции также 2,5 миллиона прививок, сделанных детям в ходе «Битвы за здоровье», списание долгов мелким арендаторам, отмена подушного налога, 10 миллионов посаженных деревьев – они остановили наступление песков Сахары. Санкара продал все правительственные «мерседесы» и купил министрам автомобили «Рено-5», самые дешевые из тех, что продавались в стране. Уже через три года после прихода Санкары к власти он осуществил то, что нам так долго обещают политики, – в 1986 году Всемирный Банк констатирует, что в Буркина-Фасо искоренена коррупция.Энергичная преобразовательная деятельность Санкары вызвала острую реакцию соседних режимов. Конференция глав стран-соседей Буркина-Фасо, прошедшая под патронатом Франции в сентябре 1986 года в столице Кот Д’Ивуара Ямусукро, потребовала от революционного президента «не соблазнять чернь несбыточными надеждами». Однако, действительной причиной беспокойства было то, что надежды начали сбываться, а граждане стран-соседей тоже захотели перемен «как у Санкары».ПОСЛЕ САНКАРЫСлова Санкара, ставшие его эпитафией: «Революционеров можно убить, идеи — никогда». Заговор против Санкары возглавил Блез Компаоре, которому сам президент доверял, называл другом и «лучшим революционером». Впрочем, еще до переворота стало ясно, что дороги друзей-офицеров расходятся. Многочисленные родственники Компаоре вдруг стали быстро обогащаться, как только Блез занял важные правительственные посты. После убийства президента многие комитеты защиты революции оказывали военным вооруженное сопротивление, но силы были явно не равны.На переворот Кампаоре толкнули не бескорыстные мотивы... Первым же решением нового президента стала покупка персонального «Боинга», на которую пошли средства, предназначенные Санкарой для благоустройства предместий Уагадугу. Тюрьмы заполняются политическими заключенными, многие из которых умирают под пытками, а чиновникам увеличивают жалование и отменяют налог на медицину, введенный на их доходы в ходе революции. Весь процесс «исправления ошибок» проходит под контролем Парижа, который не меньше соседних диктаторов был раздосадован «заигрыванием» Санкары с «чернью». Официальные французские власти характеризуют перемены как «демократизацию» и помогают Кампаоре провести в 1991 году выборы, в которых принимает участие 7% избирателей – 100% голосует за действующего президента. После этого «демократически избранный» Кампаоре получает под гарантии Франции кредит от МВФ на $67 миллионов.Так закончился «революционный эксперимент» Санкары, а Буркина-Фасо возвращена в лоно «цивилизованного мира», где президенты не ездят на велосипедах, а чиновники на дешевых авто, где не принято спорить с МВФ, а демократическими признаются те выборы, результаты которых устраивают великие державы...Виктор Шапинов

20 мая 2011, 09:52

История резервных валют от древнейших времён до наших дней

Возможно, самой интересной частью 174-страничного доклада Всемирного банка о будущем мировой валюты, является, по иронии судьбы, часть, где говорится о прошлом. В ходе обсуждения того, почему «Исторически сложилось так, что одна национальная валюта, или несколько главных играют глобальную роль, ВБ проанализировал историю «резервной» или доминирующей валюты с древних времён до наших дней. Это увлекательное повествование восхождения и упадка доминирующих сверхдержав. Основной мыслью, конечно, является то, сможет ли Америка сохранить свой статус сверхдержавы во всё более многополярном (и всё более лидируют развивающиеся страны) мире. И будет ли замещена Китаем… или никем. Исторические источники показывают, что серебряная драхма, выпускавшаяся древними Афинами в 5 веке до нашей эры, по всей видимости, являлась первой валютой, которая имела хождение далеко за пределами выпускавшего её государства, затем её заменил золотой ауреус и серебряный динар, выпускавшиеся Римом, хотя афинские и римские валюты имели хождение одновременно. Господство выпускаемых Римом валют подошло к концу при долгом периоде инфляции, которая была характерна для экономики Римской империи с первого столетия нашей эры до начала четвёртого столетия, и ставшая причиной постоянной девальвации римской валюты, что вело к тому, что за границей империи люди всё меньше хотели её принимать. В конечном итоге ауреус начал оцениваться исходя из веса, а не заявленной на нём стоимости, и за пределами империи торговался скорее как сырьё, нежели валюта, чем проложил путь золотому солидусу – монете Византийской империи, ставшей основной валютой при международной торговле в шестом веке. К седьмому веку арабский динар частично заменил солидус, хотя солидус продолжал циркулировать между странами, теряя стоимость (что отражало финансовую нужду Византийской империи) до 11 века. Растущее налоговое бремя также привело к начавшейся в 10 веке девальвации арабского динара. К 13 веку выпускаемый Флоренцией флорин широко использовался в Средиземноморском регионе для коммерческих сделок, и затем в 15 веке был вытеснен венецианским дукатом. В 17-18 веках доминирующую международную валюту выпускали Нидерланды, что показывало ведущую роль страны в качестве финансовой и коммерческой державы того времени. К тому моменту монеты начали заменяться бумажными банкнотами, даже при том, что ни датское правительство, ни какая-либо государственная организация их не обеспечивали. Только в начале 19 века центробанки и казначейства начали держать золото в качестве резерва. Банкноты и приносящие проценты депозиты, которые могли быть обменены на золото, также стали держать в качестве резервов. Это развитие совпало с развитием Великобритании в качестве ведущего экспортёра промышленных товаров и услуг и крупнейшего импортёра продовольствия и промышленного сырья. Между началом 1860-х и началом Первой мировой войны в 1914 году, около 60 процентов мировой торговли было выражено в британских фунтах стерлингов. По мере расширения бизнеса за границей, поддерживаемего такими инновациями в коммуникациях, как, например, телеграф, британский фунт всё больше использовался как деноминирующая валюта в сделках между другими странами, что сделало фунт стерлингов ещё более международной валютой. Роль фунта была ещё более укреплена тем, что Лондон стал лидирующим мировым грузоотправителем, страховщиком торгуемых товаров, и центром торговли рыночного сырья, а также ростом зарубежных инвестиций Великобритании, большая часть которых была выражена в форме долгосрочных обязательств, выраженных в фунтах стерлингов. В начале 20-го века, однако, состав валютных авуаров, хранимых финансовыми органами разных стран начал меняться, поскольку доля стерлинга сокращалась, а доля французского франка и немецкой марки росла. Начало Первой мировой в 1914 году широко рассматривается как начало конца лидирующей роли Великой Британии в международной экономике, и развал экономической взаимозависимости. Несмотря на попытки возродить золотой обменный стандарт после Первой мировой войны и восстановить международный валютный порядок на основе фиксированных валютных курсов, такая система продолжалась всего несколько лет. Использование американского доллара в мире в качестве единицы исчисления и средства платежа выросло в период между войнами, в частности, в 1920-х, что отражало растущую роль американской экономики в международной торговле и финансах. Хотя золото и считалось официальным резервным активом, (и привязкой) в международной финансовой системе после Второй мировой, Бреттон-вудская система зафиксировала обменный курс, и доллар примерил на себя мантию доминирующей мировой резервной валюты. К началу 1970-х годов, однако, после распада системы из-за лежащей в её основе дилеммы Триффина, (сформулирована Робертом Триффином: рост международной торговли требует всё большего количества доминирующей валюты, однако если она привязана к золоту, то обеспечить спрос невозможно, поскольку золото нельзя напечатать вслед за поддерживаемой им валютой; прим. mixednews) ведущие экономики переключились на установление плавающих курсов. В 1980-х годах мировая экономика показала признаки того, что она движется к мультивалютной системе, при которой немецкая марка берёт на себя более значительную роль в качестве ключевой валюты, как в Европе, так и по всему миру в целом. Происходило это вследствие комбинации факторов: низкой и предсказуемой инфляции; широких, глубоких и открытых финансовых рынков; и сравнительно высокой доли дифференцированного промышленного экспорта в торговле страны. Введение евро в 1999 году и его принятие все более широким числом стран ЕС в прошедшие годы только подстёгивает дебаты о будущей роли доллара как доминирующей международной валюты.