• Теги
    • избранные теги
    • Компании792
      • Показать ещё
      Люди1103
      • Показать ещё
      Страны / Регионы853
      • Показать ещё
      Издания320
      • Показать ещё
      Международные организации83
      • Показать ещё
      Разное662
      • Показать ещё
      Формат20
      Показатели17
      Сферы1
Washington Post
Washington Post
«Вашингтон Пост», то это рупор «неоконов» крайне консервативных американских имперцев, категорически настаивающих на сохранении доминирования США в мире, даже если для этого придется от этого мира камня на камне не оставить. Но - противодействующая либерально-финансовой идеол ...

«Вашингтон Пост», то это рупор «неоконов» крайне консервативных американских имперцев, категорически настаивающих на сохранении доминирования США в мире, даже если для этого придется от этого мира камня на камне не оставить. Но - противодействующая либерально-финансовой идеологии, МВФ и «банкстерам».

 

Дата основания: 6 декабря 1877 г.

Вики

http://www.washingtonpost.com/

Развернуть описание Свернуть описание
20 февраля, 15:57

Юрист Трампа опроверг получение украинского плана по отмене санкций против РФ

Белый дом не получал план депутата Верховной Рады Украины Андрея Артеменко по урегулированию конфликта на Украине и снятии санкций с России. Об этом пишет The Washington Post со ссылкой на юриста президента США Майкла Коэна. Ранее американская газета The New York Times сообщила, что Андрей Артеменко передал данный план советнику президента по национальной безопасности Майклу Флинну до его отставки через Коэна и делового партнера Трампа Феликса Сатера. По информации издания, Коэн положил план Артеменко на стол в кабинете Флинна, но не получил никакой реакции на него. «Я признаю, что краткая встреча была, но категорически отрицаю обсуждение этой темы и передачу каких-либо документов Белому дому или/и Флинну», — цитирует издание слова Коэна. Юрист добавил, что он посоветовал украинскому депутату отправить предложение на почту Белого дома.

20 февраля, 15:18

THE DEEP STATE STRIKES BACK: House intelligence chair claims top Obama official leaking to media on …

THE DEEP STATE STRIKES BACK: House intelligence chair claims top Obama official leaking to media on Trump. The House Intelligence Chair Devin Nunes on Sunday accused Obama-era officials, who are working for President Trump until his administration is staffed up, of illegally leaking intelligence and other reports to the media in an attempt to hurt […]

20 февраля, 14:38

Юрист Трампа отрицает передачу плана снятия санкций с РФ в Белый дом

Персональный юрист президента США Дональда Трампа Майкл Коэн отрицает передачу в Белый дом плана снятия санкций с РФ, предложенного ему украинским депутатом Андреем Артеменко, передает The Washington Post. Сообщается, что Коэн признал тот факт, что встреча с украинским депутатом состоялась. Также он заявил, что Артеменко действительно передал ему "мирный план для России и Украины"...

20 февраля, 14:32

Робертс: глубинное правительство США воюет с Трампом

Сегодня разведывательные ведомства США, такие как ЦРУ и АНБ, а также следственные органы, такие как ФБР, прикрываясь громким лозунгом "война с террором", превращаются в настоящее гестапо наших дней.

20 февраля, 14:25

Адвокат Трампа назвал лживыми сообщения о том, что он передал в Белый дом план Артеменко

В беседе с журналистами The Washington Post Майкл Коэн подтвердил, что имел "краткую встречу" с украинским депутатом, передавшим ему план мирного урегулирования конфликта между РФ и Украиной, включающий условия отмены санкций в отношении РФ. Однако он опроверг сообщения СМИ о том, что передал этот документ бывшему советнику Трампа.

20 февраля, 14:10

Юрист Трампа опроверг передачу в Белый дом плана по снятию санкций с России

Майкл Коэн, который занимает должность юриста президента США, заявил, что план по снятию санкций с России в Белый дом не передавал.

20 февраля, 14:06

Rep. Adam Schiff: The Full Transcript

For the third episode of Politico Magazine’s Susan B. Glasser’s new podcast, The Global Politico, she sat down with Congressman Adam Schiff, the top Democrat on the House Intelligence Committee. A transcript of Glasser and Schiff’s conversations, and the podcast, follows:Well, hello. This Susan Glasser from the Global POLITICO. I’m delighted to welcome you back, and to welcome our guest today, Congressman Adam Schiff. He is the top Democrat on the House Intelligence Committee, which means he is right in the middle of one of the biggest stories in the world today; which is the question of what on earth is going on with Donald Trump’s White House, and Russia, and leaks, and alleged influence and meddling in American elections. Congressman Schiff, he joins us today from Capitol Hill. Glasser: I’m so grateful to you for coming back on to talk with us this afternoon about, really, a crazy week, even by the standards of this one-month-old administration. So, first of all, what is your feeling about the state of play today, on where we stand with the story of President Trump, General Flynn, and the Russians?Schiff: Well, it has been a very topsy-turvy week. And it’s still all the more bewildering because we now know that the president was informed that Mike Flynn had misled people. And that, to me, is very troubling because he was aware the vice president had misrepresented the facts to the American people. And that was okay until he was confronted with it by this story in the The Washington Post. And that was what forced the firing of Mike Flynn.And even now, [President Trump] seems to be trying to apologize to Flynn for firing him. So the whole thing is very bewildering. How much was this designed to undermine President Obama’s sanctions on Russia for their very interference in the presidential campaign—interference which was designed to help Donald Trump?And more, probably, we need to look at this in the context of Russian influence measures in the United States. And this gets back to the campaign. We know, of course, that Russia hacked Democratic institutions; was dumping documents. We know that they were using their paid media platforms, their RT TV, as well as thousands or hundreds of paid trolls to push fake news to try to influence social media.But we need to know more about any contacts that the Russians had with anyone affiliated with the Trump campaign, or any U.S. persons that might have been facilitators of Russian illegal activities during the campaign. So all this is really the subject of our investigation. And our investigation, by necessity, just got broader because it now has to include Flynn’s contacts with [Sergei] Kislyak, the Russian ambassador.Glasser: Well, tell me a little bit about the investigation. There seems to be a difference of opinion among Republicans in the Senate versus Republicans in the House. The Republicans in the Senate seem to be taking a somewhat more aggressive stance. You have the Senate majority leader saying absolutely they would need to investigate these new allegations involving General Flynn, and what exactly happened between him and Vice President Pence and President Trump.But on the House side, where you are, your colleague, Chairman [Devin] Nunes, suggested, basically, this isn’t that much of a big deal. Do you see a partisan fight brewing over this?Schiff: Well, I had a chance to discuss this at some length with the chairman yesterday. And we have the agreement now to look at the communications between Flynn and the ambassador as a part of our investigation. The chair has assured me that there won’t be any relevant line of inquiry that we will be denied the ability to investigate.So, I found that encouraging. And this really ought to be, has to be, a bipartisan investigation. Russia is a major threat to the country. They are doing their best to dismantle democratic institutions in Europe, just as they did in Russia itself. And just as they tried to do in our own country, in the election. And we’re facing a major challenge from this country. They’re now violating one of the missile treaties. They’re stationing ships off our coast to spy on our naval programs, and harassing some of our ships.So there’s a real confrontation with a real malignant power. And I think it requires us to, in a very bipartisan way, make sure that the nation is prepared; that we’re taking appropriate steps to inoculate ourselves against further meddling in our democratic affairs, as well as protecting our allies.Glasser: Take us behind the scenes a little bit. Obviously, these are highly sensitive and confidential matters that you’re investigating. But give us a little bit of a sense of how an investigation like this proceeds. You’ve announced it—this is not a brand-new investigation. Now, its scope is being broadened somewhat to include the new allegations. But how active a probe is it? How much are the intelligence agencies cooperating with you? How much do you feel that we had the information before the election that we might have wanted to come out sooner?Schiff: Well, the way I think we ought to do this investigation—the way, harkening back to my days as an assistant U.S. attorney in Los Angeles—is you generally begin by gathering all of the documents. In this case, these are documents that underlie the intelligence community’s conclusion that we read publicly, in that public report about Russian involvement in the election. We want to make sure that the intelligence community got it right. We want to look at the raw intelligence, and make sure their conclusions were substantiated. But that’s only one piece of it.We also want to look at any contacts between Russia and U.S. persons. Any U.S. person’s complicity in what took place. We know in Europe, for example, that the Russians are involved with blackmailing people; that they’re involved in extorting people, and gathering compromising material on people; in funding right-wing parties. They, you know, very much make use of indigenous citizens of those European countries to help move things in the Russian direction. And we need to find out, did they also do that here?So it begins by gathering the appropriate information, identifying the witnesses you need to talk to, talking to those witnesses, following their leads. And you know, I think a big question for us, as we do this investigation, is will we have the cooperation of the FBI where we need it? Because we can’t replicate what they do. We can’t become our own FBI. And that means they’re going to have to share with us. Have they been investigating this? If they have, what have they investigated? What is yet to be investigated? So that we can make sure that this is thorough.We don’t have the resources, as Senate or House committees, to be dispatching people undercover to Europe or elsewhere, to find out some of this information. So we really need to know what have they pursued already, and what remains to be done.Glasser: You know, you’ve become increasingly vocal, in a public way as well, questioning President Trump, questioning Russia, and why it has been seeking to influence our elections. The other day, you had a tweet that caught my eye where you talked about Trump and his policy of quote-unquote “appeasement toward Russia,” and asked the provocative question of, “Why? We’re going to get to the bottom of this.” Do you think the investigation will be able to get to the bottom of what it is that really is going on between Vladimir Putin and Donald Trump?Schiff: Well, I certainly hope so. That’s going to be my aim, that we do this thoroughly, and objectively, and that we leave no stone unturned. Again, a big question is, will we get the assistance of the FBI in doing this investigation? And that will determine a lot of what we’re capable of doing.But, you know, if you look just at the most recent allegations involving Flynn, there’s a profound question about whether he was acting on his own, or whether he was acting at the behest of the now president, or others in the administration. Who else was knowledgeable that he had misled the vice president, and in doing so misled the country?So we certainly need to get to the bottom of that. But more broadly, we need to understand exactly how the Russians have interfered in our democracy. This is really, I think, one of the most striking developments over the last half-century; that this adversarial power succeeded in interfering, taking down our democracy, by several notches. And this is really part of their goal.They get a lot of criticism for being an authoritarian system, and they would like nothing better than to show that the democracies, the Western democracies, are corrupt; that they’re no better than Russia. And essentially weaken the whole idea of liberal democracy.Glasser: Based on what you know now, do you think that this interference in our elections actually made a difference, and actually did result in the election of Donald Trump?Schiff: You know, it certainly had an influence on the election. Whether that influence was determinative, there really won’t ever be a way of knowing. Obviously, in a close election, anything could have made the difference between winning and losing. I would suspect, but this is only my own gut sense, that [FBI] Director Comey’s disclosures at the end of the campaign had as much of an influence as many of the Russian document dumps.But you could make the argument as well that the choice of the campaigns—where they spent their money, where they focused their efforts—also were determinative. And I think all those things may be true. But of far greater significance to me than whether this was the decisive influence was the mere fact that it was an influence. And that the Russians have essentially taken off the brakes with their interference in our country.They are far more willing to take risks now to confront us, to interfere with us. That poses some real dangers, but the biggest danger of all is if we don’t take this seriously. And right now, I think the president is dangerously naïve about Putin’s intentions and just wanting a different relationship; hoping for a different relationship has never worked with Russia, and it’s not going to work here.Right now, I think the president is dangerously naïve about Putin’s intentions.”Glasser: You know, one of the more jaw-dropping aspects of, obviously, a jaw-dropping story, is also President Trump’s decision to basically turn it around on the intelligence community, and go to war with them. And to say, in effect, “Pay attention to the leaks that resulted in this information about General Flynn becoming public,” rather than the underlying question. And he has consistently been very critical of the American intelligence community, notwithstanding the fact that he’s their new commander-in-chief.You deal with these professionals all the time. You’ve been in this role during President Obama’s tenure, as well as now into the one-month-old Trump era. What are the consequences that you see playing out of Trump going to war with the intelligence community? Are they, in fact, at war with him, do you think? And how much should we be worried about leaking from them?Schiff: You know, they’re certainly not at war with him. And there’s nothing the intelligence community would like more than to have a good working relationship with the commander-in-chief. We are the customers of the intelligence agencies. They provide their best assessments. They risk their lives. They risk other people’s lives to get us the very best information.But of all the consumers, of all the members of Congress, the administration, the intelligence community views the president as their top customer. They pride themselves on how many of their reports make it into the president’s daily brief. That’s sort of the gold standard within the intelligence community. Did their work product become so important that it made it onto the president’s desk?Well, of course, we know now that not much makes it onto the president’s desk, no matter how good it is. It’s watered down, sifted, simplified, filtered through—I guess it was Mike Flynn for a while, now maybe it’s Steve Bannon. We don’t know. That’s troubling enough, I think, within the intelligence community.But now you have a commander-in-chief who shows open distain for what they do, and what they risk their lives for. And I just think that’s enormously destructive. The president ought to be relying on their work. And not taking it uncritically, but recognizing its incredible value. They’re the best at what they do in the world, and he’s going to need that information to make good judgements.The other thing is, when he does have to make a judgment, when he done have to make a decision about what the Iranians are doing, or the North Koreans, or the Houthis, he’s going to be doing that on the basis of intelligence. And he’s going to want not only our country, but other countries, our allies, to have confidence in what he says. And if he’s discrediting our intelligence agencies, he’s pretty much telling the world they can’t be believed.And if he’s making false statements continually like, “Millions of undocumented immigrants are voting,” then he’s not going to be believed. And we need a commander-in-chief that is credible. And so, there are a lot of risks here. You know, you can add to them, at the moment, a very dysfunctional administration, and a dysfunctional National Security Council.Glasser: Is this is the kind of worry that you’re already hearing articulated by some of the folks that you deal with in the intelligence community? How worried are they about the morale of their agency? What are they telling you?Schiff: There are a lot of concerns about where this new president is coming from, and what kind of relationship he’ll have with the intelligence community; whether he will value what they do, and what this will mean for the country. You can imagine, if part of your job is recruiting people who put their lives on the line for America because they believe in the idea of America; they live repressive regimes, but they believe in America. And then they see things coming out of this White House that really call those beliefs into question.You know, the Muslim ban, for example, was very destructive to our standing in the world, and our relationships with a lot of allies, and our ability to recruit people. So there’s a lot of consternation with the intelligence community. I mean, how often does your primary customer compare you the Nazis? So I am very concerned about it. I hope there’s a change. I hope maybe General Mattis gets the situation under control, or the new national security advisor. But I suspect the problem will be, at the end of the day, the man at the top. And unless he grows in this job, it’s going to be a very rocky four years.There’s a lot of consternation with the intelligence community. I mean, how often does your primary customer compare you the Nazis?”Glasser: You know, congressman, it’s hard to believe we’re talking about four years. It’s only been four weeks, and it’s pretty exhausting, isn’t it?Schiff: It is.Glasser: Well, listen, this is probably as good a place as any to pick back up with the conversation, which we started in your office on Capitol Hill the other day. You know, I think you had really a global context for Putin, and Russia, and why it is you’re so concerned about these events. It’s probably an important point for our listeners to hear right now.Schiff: It’s not solely an issue of Russia’s hacking into our election; as serious and as staggering as that was, it’s not simply the relationship between Trump and Putin, but rather, I think we are in a new war of ideas, in which autocracy appears to be on the march, and we have to confront it. We need really strong leadership in the free world.You see in many parts of Europe a retreat to nationalism, a de-emphasis on human rights. You see in the countries of our NATO allies the imprisoning of journalists. We’re seeing an awful turn away from representative government, democracy, human rights, and the rule of law. And so, I view this in that context. And there’s a lot to be concerned about. This president has a pathological unwillingness to criticize anything the Kremlin does. Now, it may be as simple as the fact that Putin says nice things about him, that the Russians effectively helped him get elected president, and he has a world view where you’re either for him or against him, and the Kremlin was for him.This president has a pathological unwillingness to criticize anything the Kremlin does.”It may be as simple as that, or there may be more to it involved than that, and one of the things that we intend in the investigation we’re doing in the Intelligence Committee is to find out what were the—all the tools and all the vectors that the Russians used to influence our election. Clearly, they were hacking information; clearly, they were dumping information; clearly, they had their paid media platforms there—Russian TV, their Sputnik. They had paid media trolls, but was there more? Was there direct interaction with the Trump campaign or people associated with the Trump campaign? All of these things, I think, are part of a thorough and objective investigation, which is what we’re setting out to do. I hope we will do it, and I think it couldn’t be of greater significance. We’re going to see the Russians do this again. We’re going to see them try in Germany, in France, in other European countries. They may try again here in the United States, so we need to fully understand just how—what devices, what levers they’re pulling, so we can help our allies defend themselves, and so we can defend ourselves in the future.Glasser: You know, I think that’s the thing that has a lot of close observers of the Russian relationship—you know, perhaps even more concerned than the general public—is that people like you who’ve been read into the intelligence, have this heightened level of concern and conviction that, in fact, the Russians have really mounted what you called a crime just now, but clearly is a new level of cyber-attack into our politics and those of our allies, than anyone had really contemplated before. Why do you think it is that the rest of the political class in Washington hasn’t really caught up with this level of alarm? Is it really because you’ve seen things that are just so much more harrowing than what are out there publicly already, or is it simply a failure of, you know, thinking?Schiff: I don’t think it’s a function of any particular information or insights that the Gang of Eight have that others don’t have. We may have [a] better understanding of the basis of some of the sources and methods of gathering the intelligence, but the basic fact that the Russians hacked our election, that they dumped documents, that they did this with the motivation of hurting Clinton and helping Trump, that’s all now very public.And that ought to be enough to mobilize people. I think part of the reason why it hasn’t been sufficiently alarming gets back to something President Obama said in the press conference he held just a couple weeks before the turnover of authority, where he talked about the Russian hacking. And he said that we have become so—such—so vigorously partisan that it is having the effect that even the party of Ronald Reagan would somehow excuse, overlook, indulge the fact that the Russians are hacking into our election.That because it helped the GOP in this election, that therefore it’s okay. And that’s quite staggering. It says a lot about just how polluted our political system has become, that concerns of partisanship would be elevated to the degree where we would be accepting of foreign intervention. Now, one of the things that I think Democrats need to take responsibility for is we knew the Russians were doing this before the election. Senator Feinstein and I, you might recall, we got out ahead even of our own administration and intelligence community made public attribution, but the intelligence community soon thereafter, in October of last year, said very publicly, “The Russians are doing this.”We Democrats were not successful in persuading the American people why they should care. And that’s something that we have to confront. I think it’s something that is still a problem.Glasser: Well, you know, it’s interesting. So, you pointed out—I’ll toot your horn because, you know, you were pretty modest there. September 22nd, you and Senator Feinstein, very early in the campaign when you think of all that happened later, put out your joint statement saying that there was a serious and concerted effort, quote-unquote, by the Russians to influence it. You had no sort of question marks attached to that statement. Tell us a little bit the back story. Why did you put it out at that point so early? What was the response you got when you tried to get the Obama White House to do something more before the election?Schiff: Well, Senator Feinstein and I were very concerned that here you had a foreign adversarial power hacking our election, trying to influence our election, and the American people really fully weren’t brought into the confidence of the administration. They weren’t told what was happening, and we thought this was information that the American people really needed to have; that they could do with that information as they will, but they need to be trusted with the facts.I think there was a real reticence in the administration to talk about this publicly for a couple reasons. Part of it was they didn’t want to be seen as putting their hand on the scale, as interfering or doing this because they wanted to impact the results of the election, so I think there was a hypersensitivity doing anything that might be perceived as political.And the other thing is, I think they were concerned about playing into the narrative that the election was rigged, calling into question the results of the election. They thought somehow that this would magnify that problem, and then finally, they, I think, were concerned about Russia escalating. Now, from my own point of view, and I think Senator Feinstein shared that point of view, to the degree that people, including Donald Trump, were claiming the election was going to be rigged, this, I think, was important information for the American people to have.I think it would have been far more perilous to only tell the American people after the election, “Hey, the Russians were involved. The Russians did this; we knew it, we didn’t tell you.” I think that would have been a far bigger problem. So, I never subscribed to that, and I thought that the danger of escalation was frankly greater if we did nothing, said nothing than if we called out Russia on what it was doing.Glasser: But it’s fair to say that you and Senator Feinstein don’t just put out a statement like that, that you probably did try to directly convince the Obama White House to go along with something first, before you came to that?Schiff: Absolutely. You know, we tried to get them to make attribution; ultimately, they did. We never felt it was a question over what level of evidence there was. The evidence was quite compelling and we knew that early on, so yes, we did. And in fact, we worked with the administration and the intelligence communities—community to make sure that we vetted what we were saying, that we weren’t going to say anything that would be revealing of sources and methods.So, we wanted to do it carefully and thoughtfully, but nonetheless, it was a result of our inability at that point to persuade the administration to do it on their own.Glasser: And the resistance was in the White House, the State Department?Schiff: You know, I think it was at least in terms of the conversations we were having, predominantly in the White House, among the National Security Council.Glasser: So, Obama in general—and we’ll go back to this question of the investigation right now. A lot of people are asking me, as I’m sure they’re asking you, how did we get here, right? How much do we—obviously, we still don’t really understand the nature of Trump’s feelings about Vladimir Putin, but we do understand that the American-Russian relationship has gone off track in some significant way that led to their decision to intervene in our election, well before they or anyone knew that Donald Trump would be president of the United States.Let’s go back in time a little bit. You have been somewhat critical of the Obama administration, in feeling like perhaps it didn’t course correct quickly enough when it came to the challenges posed by Vladimir Putin. It’s my own theory that if Trump was not now the President of the United States in a way that has sort of overwhelmed all foreign policy discussions, we might be having a more critical conversation about the Obama foreign policy record, and things like Syria, for example, and Russia. What’s your view about why we ended up in this place with Putin? Was it just inevitable, or you know, were there things that we could have done differently?Schiff: I think to some degree, it was inevitable. I think a lot of it has to do with who Putin is, and how he views the world. I think what probably catalyzed things more than anything else were the demonstrations in Russia in 2011. The Russians believe, and I think as a former KGB guy, this is very much Putin’s point of view, that the intelligence community generally and the CIA particularly, are responsible for all the color revolutions that happen all around the world.They’re responsible for the Arab spring that—you can see the hidden hand of the CIA in everything. And this may be Putin sort of projecting what he wishes the capability of the KGB was; I don’t know. But nonetheless, I think they saw the United States’ hidden hand behind these mass demonstrations. They certainly saw Secretary Clinton, who was overtly critical of the conduct of the Russian elections.And I think from Putin’s point of view, it’s all about preservation of the regime, and restoration of Russian greatness. And these demonstrations threatened both. There’s nothing he cares more than the perpetuation of his own rule. The only thing I think he fears that could take him down would be a collapse of the economy and popular uprising, popular demonstrations, and those demonstrations growing out of control.So, I think he decided that he was going to take the gloves off. And I think he also decided that the best way to distract from Russian’s chronic economic problems, its demographic problems, its downward trajectory, was by foreign adventurism, kind of a well-played gambit in world history, but certainly Russian history. So, the invasion of Crimea, the deployment of troops into Syria; these are all efforts to restore Russian influence, Russian greatness.The effort to take down our elections, to reveal infighting between the Bernie Sanders and the Hillary Clinton camps, to trumpet any problems in the United States; all of this is an effort to essentially put the Russian flawed thugocracy on a par with American democracy, which is part of the reason why it’s so grievous to me, when I see Donald Trump say things like he did the other day, when he was confronted by Bill O’Reilly, who said, “Well, Putin’s a killer.” And Trump basically said, “Yeah, but we’re not really any different, the United States.”It’s just the most incredible gift to Russian propaganda, and it just kills me that this is coming from the president of the United States.”That is so singularly untrue and damaging to our credibility. It’s just the most incredible gift to Russian propaganda, and it just kills me that this is coming from the president of the United States. I don’t think we’ve ever had a more harmful statement come out of the Oval Office than that one, at a time when we really are in this battle of ideas with autocracy, Russia, and this trend towards nationalist concentration of power.Glasser: You know, congressman, it’s amazing even to hear you say these things. You’re such a, you know, by temperament, a mild-mannered person. You’ve been described as a moderate’s moderate. You’ve been described as a policy wonk, and yet it feels to me that this is tapped into something, deep in your sense of outrage in a way that, you know, just looking at your Twitter feed over the last few weeks, I can almost see the progression of astonishment and anger and dismay. These are not the kind of statements, my guess is, you ever used in a long career in public life.Schiff: That’s absolutely true. I’ve been getting a lot of feedback on my Twitter feed these days, because it is very much against type, in terms of where I come from. I certainly didn’t feel this way about George W. Bush. I haven’t felt this way about other Republican presidents. To me, this one is dangerous in a way that I didn’t feel any of the others were. All the others, I have serious policy disagreements with, but we’re not out of the mainstream.This president is well out of the mainstream, and I think the things he says, the things he does, pose a grave danger internally. I think they just aggravate divisions in the country, and I also think that it is causing a collapse in our standing around the world. So, I’ve never been more concerned about the future of the country than I am right now, and I think that you hear that reflected in my observations on things, which are, as you say, not generally prone to hyperbole.Glasser: Well, again, that’s what—I think that’s actually why we’re having this interview today, is that, you know, I have followed you for a long time, and just really over the last couple months, I noticed, wow, you know, Congressman Schiff—he’s a ranking member of the Intelligence Committee. Here he is becoming much more public, so, one is there sort of a Trump effect, right, which is that he’s engaged us all in this discourse on Twitter, and he’s drawn us all into that conversation. But then, two, I think in an interesting way, right, people are now speaking out in—and whether it’s protesting in the streets, or taking to Twitter in ways that are not standard for the ranking member of our Intelligence Committee to do—let me read a couple examples of these.I think one of your aides told me that you’ve gotten perhaps the most response to President Trump’s tweet—or the other day, when he talked about the so-called judge who ruled against him on the temporary refugee ban. And you wrote, in response to that, “This so-called judge was nominated by a so-called president, and was confirmed by the so-called Senate. Read the so-called Constitution.” And you tweeted that at Donald Trump. What were you thinking when you wrote that? Is it just I’ve got to speak out?Schiff: It is. You know, this is not the role I wanted to play, not the role I expected that I would be playing. I, like I think everyone else thought that Hillary Clinton was likely to win the election. I know my GOP colleagues were just as astonished that Donald Trump ended up winning the election. But I find myself, I think, in a very important role all of a sudden, which is, you know, helping to lead the opposition to a president who I think is—poses a real danger to the country and to our future prosperity, and to our place in the world, to how people view Americans, to whether people still look to America as the leading light and inspiration to the rest of the world, a place they hope one day to immigrate to.So, I really feel cast in the role of having to speak out, be part of the loyal opposition, and in terms of Twitter, this is a medium that he uses to communicate, and I do believe when you’re in the opposition, you have to communicate in each and every media that your opponent is communicating, and in this case, he makes ample use of Twitter, and we have found that it’s valuable to respond. And I do think sometimes using humor, sometimes dark humor is a way to get people’s attention, and there’s certainly plenty of cause for dark humor these days.Glasser: Well, speaking of dark humor, I was struck by one where you, the other day, tweeted, “@POTUS took a strong stand against Dr. Evil, effectively barring him from the country. Unclear whether the ban would include his clone, Mini-me.” Do people get your use of irony and sarcasm here, or do you get a lot of Twitter trolls just going after you?Schiff: Well, you know, these days, you’re going to get Twitter trolls no matter what you do or say, but there are, I guess, a fair number of people now who are following me, who must get my somewhat deranged sense of humor. But sometimes I read these tweets from our president, and I—or I listen to his statements, and they’re so simplistic, and some of them are just so downright ridiculous that it’s hard to respond without just pointing out how absurd they are.And this particular tweet I was responding to, where he was trying to keep evil out of the country, you know, it—my reaction was, well, is he suggesting that there are others who are pro-evil, that are supportive of an evil immigration policy? That’s absurd, and so, kind of the absurdity of that, I think sometimes the best way to deal with it is through humor and pointing out the absurdity in what someone is saying.Glasser: Well, I have to say, listening to you, it does remind me actually of our time in Russia, right, where humor was a long-held response, first to the 70 years of the Communist regime, and even when I lived there, during the first term of Vladimir Putin as president, where humor quickly replaced the media as Putin acted to take over the independent media. It was their version of kind of Saturday Night Live, but even edgier. Victor Shenderovich, who I thought was always probably the most astute commentator on politics, and you know, unfortunately, humor is what you use in authoritarian regimes.Schiff: Well, I don’t think it’s a surprise that Saturday Night Live has become so popular, because it’s a tremendous outlet for people. People are feeling a kind of a tension and anxiety that I’ve never seen after an election before. I was getting hundreds and hundreds of calls and email and letters from people who said that after this election, they were having trouble sleeping, they were having trouble eating; it was affecting them viscerally in a way no other election had. I had never heard that kind of thing before, and I think that people are finding things like Saturday Night Live and Melissa McCarthy’s recent Sean Spicer imitation as cathartic, as a welcome source of relief.And I think it really is—it does help sometimes cut through the tension, but nonetheless, these are really unprecedented times. Every day, there’s something so astonishing that in a normal administration, you would have a month to think about, talk about, debate over, and hear—maybe have an hour or two before the next incredible falsehood, indiscretion, nonsensical statement, misnomer, invented event—Bowling Green massacre—you name it. It’s one thing after another.Glasser: Well, that’s right, and so, let’s talk about—that’s the sort of public spectacle that we’re all witnessing, or deciding on Twitter to take part in, in some way. Let’s talk about the substantive job of intelligence committee ranking member, and how that’s changed as a result of this extraordinary moment. First of all, are you hearing lots of concerns from inside the intelligence community about President Trump’s attack on them.Schiff: You know, I was certainly hearing a lot of concern about the president’s ongoing war on the intelligence community; his comparing the IC to Nazi Germany, and you know, his use of intelligence in quotes, and just the way he was denigrating the IC. And, I mean, this is very dangerous. He’s going to have to rely on the intelligence community professionals if he wants to be successful as president, and the degree to which he was undermining them was also undermining the likelihood of the success of his own administration.The Muslin ban, for example, which is apparently not a ban and not about Muslims—notwithstanding that’s what they call it, and have called it, at least until they decided not to call it that anymore. This is already affecting our intelligence partnerships in other parts of the world. I was in Iraq three weeks ago, and obviously, we’re working hand in hand with the Iraqis to try to retake Mosul, to try to extinguish ISIS as much as we can, at least deprive them of any major land holdings in Iraq. We’re competing for influence in Iraq with Iran. This was the most tremendous gift we could have given to Iran.There are different camps in Iraq, some that work more closely with Americans, some that work most closely with the Iranians, some that want to open up a relationship with the Russians, and basically, we just pulled the rug out from under those that are in the so-called American camp. And things like that, this is more than him just badmouthing the IC; this is making their job more difficult, it’s making the job of our service members more difficult, more dangerous; it’s making the success of our mission more unlikely, and that is just real damage, any way you slice it.Glasser: So, you see a practical affect from the refugee ban in terms of actual intelligence that we’re not able to collect, as a result of that?Schiff: Absolutely. This is going to put those relationships in jeopardy. People are going to have a more difficult time cooperating with us because they can’t be seen to be working with a country that would ban people of their faith. It’s also going to mean that our service members aren’t going to be able to promise those that are working with them that they might have a chance to immigrate to the United States with their family, if the going gets tough, and they’re identified, and people come after them to kill them. We can’t say that we have their back.And what does it mean that we have to say to those people, “Well, we can’t get you to the United States, but we’ll get you to another country that doesn’t ban Muslims.” What kind of position is that to take? So, a lot of the words are doing damage, a lot of the policies are doing damage. We’re picking fights with people who are our best friends, like the Australians. None of this is really advancing our core national security interests.Glasser: You talk to a lot of Republican colleagues up here on Capitol Hill. It’s true that it’s a more partisan time, but certainly you guys are still on speaking terms in many ways, and you’re conducting this investigation together. What do you think they make of all of this? Republicans have been the party that has been the most suspicious of Russia, and it was Mitt Romney, after all, in 2012, who deemed them the greatest geopolitical threat. Have your Republican colleagues just changed their mind about Russia? Or are they distraught at this turn of events?Schiff: They haven’t changed their mind about Russia. I think they are as deeply distrustful as ever. They don’t want to cross this president yet. I think they all realize the time is coming, but at this point, other than a few very notable people, like John McCain and Lindsey Graham, most of the Republicans want to keep quiet and out of sight. They don’t want to contradict the president, they don’t want to pick a fight with the president. They are all hoping they can get something from this president, and they’re also mindful of the fact that he does have a base of followers in their districts that they would rather not come after them.So, I think they’re trying to be on their best behavior right now, but they have no illusions about Vladimir Putin; none of them think he’s a friend. They all recognize the great evil that he’s doing bombing civilians in Aleppo, invading his neighbors, murdering journalists. So, I don’t think they have any new view—I don’t think they’ve been persuaded by Donald Trump that somehow Russia is now our friend.So, they’re doing their best to stay out of sight when Russia comes up, and you probably don’t find a lot of eagerness when you go to ask them about, do you—what do you think about the president’s policy on this? But I think that’s going to be of limited duration. You know, they hope right now to get tax reform. They hope to get other things. They hope to—you know, if they have a—they’re from a district where they want to do surface mining, they hope to repeal the regulations on surface mining. If they’re from a district that—where they want to do grazing on federal lands, they hope to get the grazing in. They all want to get their thing before they’re forced to confront this president. But they know that time is coming.Glasser: So, at The Global POLITICO, one of my goals in starting this podcast was to really make sure that we showed people that there are people in these jobs, and that was, I think, one insight that a friend of mine who worked at the White House a long time—really smart guy, brilliant person on Russia—said to me, “If there was one thing he learned as a—actually being in the room and in the meetings—was that people matter.” In Russian actually, there’s a saying of Stalin’s, still cited widely today, “The cadres decide everything.” You know, in other words, who really matters.So, where do you come by your views, and your orientation toward Russia in all of this? I read with great fascination that one of your signature cases as a lawyer out of Harvard Law School, when you were working in the U.S. Attorney’s office in Los Angeles, was with the prosecution of Richard Miller, an FBI agent caught in a sex for secrets affair with a Soviet honey trap, so-called, described as Svetlana. What was that experience like, and has that effected your views of Russia and the former Soviet Union?Schiff: Well, that was a fascinating case where Svetlana Ogorodnivok used the classic sort of sex for secrets, and seduced a FBI agent named Richard Miller, and it was a challenging case to prosecute because Miller was kind of a wily fellow and when he was under surveillance by the FBI, he was able to make the surveillance, recognize it, and went into his superior’s office and laid out a defense that was, in fact, acting as a double agent; that the Russians, the Soviets had thought they were recruiting him, but he was, in fact, only using it to spy on them.He was ultimately convicted. I don’t know that that was my sort of formative experience with the Soviets. I was—I’m old enough to remember the Cold War, but I—honestly, I know I say this to a lot of your listeners, but I get a lot of my information from open source, from podcasts like yours, from the newspaper. I continue to think—and maybe I’m a dinosaur—that the newspaper is still one of the best sources of information anywhere.Glasser: My household thanks you. I hope you’re a paying subscriber to the failing New York Times.Schiff: Well, you know, this touches on another thing that concerns me greatly, and I guess it gets back to that original question you asked me. In terms of this war of ideas that we’re in, we have a lot at stake in a rules-based international order, and so when the president talks willy-nilly about other countries leaving the E.U., or how we’re being taken advantage of by anyone, and NATO is not pulling their fair weight, and everybody is against the United States, he doesn’t seem to realize how much we have to benefit from those international institutions.But also how much we benefit from an order that’s based on fact and truth. And so, when he belittles any poll as being fake if it doesn’t reflect well on him, or a newspaper being full of lies if it is critical of him, he is tearing down an order that is based on truth. And in its place, erecting something that is based solely on self-interest and propaganda, that really does resemble the Russian system. And you know, I am proud that the press is pushing back hard against this. I think all of us in government need to call this president out when he’s not being truthful, because we can’t get to the point of this fact-free world, because if there’s anything less in the U.S. national interest, it’s a fact-free world.Glasser: Congressman, that seems like an important point to end on. I want to thank you very much for this conversation, for joining us. I think we’ll want to come back to you when you’ve done the investigation with your colleagues on the House Intelligence Committee into the Russian involvement in the election, and talk a little bit more about what you’ve found. But I thank you very much for your time today, and we’ll keep following you on Twitter, and I hope that you’ll keep following us at The Global POLITICO, and subscribe to our new podcast, and rate us, and give us feedback, send us ideas, as many of you already are. You can email me anytime at sglasser@politico.com, and thank you again for listening.Schiff: Thank you. Great to join you.Glasser: Thank you.

20 февраля, 12:00

A Dangerous Time for the Press and the Presidency

Trump’s branding of the press as an "enemy" seems less an attempt to influence coverage than an invitation to repression and even violence.

20 февраля, 11:56

Глава Пентагона открестился от претензий Трампа на иракскую нефть

Глава Минобороны США Джеймс Мэттис сегодня прибыл с визитом в Багдад, где заверил, что Соединенные Штаты не покушаются на иракскую нефть, пишет The Washington Post. В январе, как уточняет Reuters, президент США Дональд Трамп заявил сотрудникам ЦРУ, что его страна должна была забрать иракскую нефть во время войны 2003-2011 годов, которая велась с целью свержения режима Саддама Хусейна. «Может, у нас будет еще шанс», — добавил тогда Трамп. Мэттис сегодня заявил: «Я думаю, что все мы здесь, [кто собрался] в этой комнате — все из нас в Америке — как правило, все время платили за нефть и газ, и я уверен, что мы будем продолжать делать это в будущем». «Мы в Ираке не для того, чтобы захватить чью-либо нефть», — отметил министр.

20 февраля, 11:24

Представители КНДР могут поехать в США на переговоры

Издание Washington Post располагает информацией, что высокопоставленные представители КНДР могут нанести визит в США и встретиться с экс-чиновниками

20 февраля, 11:11

В Вашингтоне готовятся к встрече представителей КНДР и США – WP

Американская и северокорейская делегации встретятся впервые за пять лет.

20 февраля, 10:43

В США происходит ползучий госпереворот

На первой же встрече российского министра иностранных дел Сергея Лаврова с его американским коллегой Рексом Тиллерсоном в Бонне прямо во время протокольной съёмки, когда по правилам хорошего тона журналисты должны крепко держать язык за зубами, прозвучал провокационный вопрос, адресованный главе нашего МИД: знает ли он, какое давление в настоящее время оказывается на администрацию Дональда Трампа? Сергей Викторович ответил дежурной дипломатической фразой: "Россия не вмешивается во внутренние дела других стран, в том числе Соединённых Штатов Америки". Возможно, любой другой ответ, например "Без комментариев!", прозвучал бы более интригующе и заставил бы американских противников Трампа лишний раз призадуматься, но дипломаты придерживаются особого кодекса, во всяком случае наши. Но то, что политически нейтральный ответ Лаврова полностью соответствовал букве и духу международного права, не отменяет самого вопроса, который при всей своей провокационности является чуть ли не главным вопросом международной повестки. То, что происходит сегодня в США, — не рутинная политическая борьба в установленных конституцией и прочими законами рамках. Новый президент столкнулся не только с обструкцией парламентской оппозиции — что контрпродуктивно, но не противозаконно, — но и с беспрецедентным саботажем федеральных госслужащих, а также жёстким противодействием так называемого глубинного государства в лице спецслужб, действующих в плотной связке с мейнстримными СМИ и судьями либеральных округов. Разведсообщество и правоохранители, а также персонал Белого дома практически каждый день нарушают закон, допуская всё новые и новые "утечки" в СМИ — некоторые из них нелепы и, скорее всего, не соответствуют действительности, а некоторые касаются настолько чувствительных вопросов, составляющих гостайну, что их организаторы заслуживают длительных тюремных сроков. Пресса каждый день требует расследования "русских связей" Трампа, доказательств которых до сих пор не представлено, но, разумеется, и не думает задаваться вопросом об ответственности тех сотрудников спецслужб, что с готовностью обсуждают своего главнокомандующего. Недавно в СМИ просочились данные, что действующие представители разведсообщества якобы делятся с президентом не всей информацией, поскольку боятся, что эта информация попадёт к русским. Если эти сообщения соответствуют действительности, то имеет место федеральное уголовное преступление, а если нет, то — газетная утка, призванная легитимировать недоверие к главе государства. Наконец, суды в Сиэтле и Сан-Франциско явно превысили свои полномочия, отменяя президентский иммиграционный указ, проигнорировав федеральный статут, предоставляющий исполнительной власти исключительное право приостанавливать въезд любых категорий иностранцев на территорию США. Медиа также требуют некого независимого расследования то ли силами специальной комиссии конгресса, то ли особой прокурорской группой "русского следа" в американских выборах, и эту идею активно поддерживают конгрессмены-демократы и многие примкнувшие к ним республиканцы. Однако никакого всамделишного расследования ожидать в ближайшее время не стоит: в его рамках придётся выводить на чистую воду и тех, кто нарушал закон, подрывая авторитет действующей администрации. Лидер демократического меньшинства в сенате Чак Шумер в интервью телеканалу MSNBC не стал скрывать своей осведомлённости о заговоре спецслужб против президента. В частности, он сказал: "Я не знаю, что может сделать конгресс, но на месте Трампа я не стал бы тягаться с разведсообществом". Идеолог американских неоконсерваторов Билл Кристол в своём "твиттере" прямо призвал к свержению президента: "Разумеется, я предпочитаю демократическую и конституционную политику. Но, если уж на то пошло, я предпочитаю глубинное государство государству, которым руководит Трамп". Лауреат Пулитцеровской премии журналист-расследователь Гленн Гринвальд, являющийся политическим оппонентом нынешнего президента, тем не менее встал на его защиту, поскольку углядел в происходящем в Вашингтоне "очевидный заговор ЦРУ и АНБ". При этом такие СМИ, как CNN, ABC, The Washington Post, The New York Times, Politico и другие, не скрывают, что сотрудничали с чинами в шпионских ведомствах с целью отставки советника по национальной безопасности Майкла Флинна и что они своими следующими целями выбрали ближайших помощников Трампа Стива Бэннона, Джареда Кушнера и Стивена Миллера. На прочих сотрудников кабинета, включая министра обороны Джеймса Мэттиса и главу администрации Райнса Прибуса, а также на республиканских конгрессменов оказывается постоянное давление с целью добиться от них осуждения политики Трампа. Им угрожают "разоблачениями" в прессе и обвинениями в расизме. Итак, всё это не политическая борьба. И даже не начало отстранения президента от власти через импичмент — в отношении Ричарда Никсона и Билла Клинтона расследование велось годами. Мы имеем дело с ползучим государственным переворотом, который Гленн Гринвальд назвал холодным. Вопрос: как относиться к перевороту в самой сильной в военном и экономическом отношении державе мира? Мы не вмешиваемся в чужие государственные перевороты и не комментируем их ход? Я понимаю, что места для официального политического манёвра у России очень мало. Даже если бы переворот в США происходил "горячий", с использованием пулемётов, танков и авиации, мы мало что могли бы поделать, кроме как в конце концов проявить "готовность сотрудничать" с той стороной, которая заполучит в своё распоряжение управление ядерными силами сдерживания и ударными авианосными группировками флота. Но и оставить без внимания мятеж в Вашингтоне мы не можем, тем более что в случае успеха этого мятежа мы заполучим в Белом доме такую администрацию, которая будет считать Россию не просто соперником или противником, а прямым врагом. Американскому избирателю объяснят свержение законно избранного президента тем, что он был агентом России, которая хакнула выборы в его пользу. И обещания покарать нашу страну за "вмешательство" новые власти будут вынуждены выполнять. В случае успеха путчистов надо хотя бы на несколько лет отказаться от использования в отношении США таких словосочетаний, как "демократическая страна" и "законно избранная власть". Кроме того, я бы на месте наших дипломатов поинтересовался у своих американских коллег, от чьего лица они говорят, и ненавязчиво требовал гарантий того, что завтра Соединёнными Штатами не станет править другая группа лиц. И уж, конечно, США должны утерять всякую возможность всюду рекламировать себя в качестве величайшей демократии на планете. Разумеется, нам скажут, что Трампа "ушли" именно демократическим путём, через суд и давление общественного мнения, но такого рода аргументы не должны даже приниматься к рассмотрению. Признаём новую власть — да, никуда не деться. Но демократически избранной — извините, не считаем. Ничего страшного, монархов Аравийского полуострова тоже никто не избирает. Кроме того, мы больше не верим в стабильность Америки. При каждом следующем минимальном споре в конгрессе или громком политическом скандале мы должны выражать искреннюю озабоченность развитием ситуации в Соединённых Штатах, ибо она может негативно повлиять на всю архитектуру мировой безопасности. Впрочем, ещё ничего не решено. Дональд Трамп вполне может справиться с ползучим переворотом. И вот тогда мы просто обязаны будем выразить (может быть, даже официально) глубокое удовлетворение восстановлением конституционной законности и стабилизацией политической ситуации в США. Всё-таки Америка не Лимпопо. Государственные перевороты под любым прикрытием в стране, обладающей фатальным ядерным потенциалом, не могут нас не беспокоить. А провал такого переворота не может не радовать.

20 февраля, 10:16

В Нью-Йорке планируется неофициальная встреча представителей США и КНДР

Неофициальный визит представителей северокорейского руководства в Соединенные Штаты состоится впервые за пять лет. Если разговор удастся, это будет сигналом миру, что Пхеньян и Белый дом готовы договариваться

20 февраля, 08:42

Представители КНДР решили встретиться с бывшими чиновниками США

Высокопоставленные представители КНДР решили организовать переговоры с бывшими американскими чиновниками в США. Об этом пишет The Washington Post. Данное намерение впервые за пять лет демонстрирует готовность северокорейских властей начать диалог с новой администрацией Дональда Трампа, отмечает издание. Однако подготовку к встрече осложняют некоторые обстоятельства, в частности, последние испытания северокорейской баллистической ракеты и убийство сводного брата лидера КНДР Ким Чен Ына Ким Чен Нама. По мнению аналитиков, КНДР вряд ли пойдет на компромисс с США в вопросе ядерного разоружения. Между тем переговоры могут пройти в Нью-Йорке в течение ближайших нескольких недель. К настоящему моменту Госдепартамент США еще не утвердил гражданам КНДР въездные визы.

Выбор редакции
20 февраля, 07:40

СМИ сообщили о подготовке встречи представителей США и КНДР

Началась подготовка встречи представителей северокорейских властей с бывшими американскими официальными лицами, которая должна стать первой более чем за пять лет, сообщила в понедельник The Washington Post.

20 февраля, 07:23

Представители властей КНДР могут поехать в США на переговоры

Издание Washington Post располагает информацией, что высокопоставленные представители властей КНДР могут нанести визит в США и встретиться там с бывшими чиновниками.

20 февраля, 07:23

Представители властей КНДР могут поехать в США на переговоры

Издание Washington Post располагает информацией, что высокопоставленные представители властей КНДР могут нанести визит в США и встретиться там с бывшими чиновниками.

20 февраля, 06:57

СМИ: Представители КНДР и США могут провести первые за пять лет переговоры

Делегация КНДР может прибыть в ближайшие недели в Нью-Йорк для встречи с экс-чиновниками США, что может стать первой за пять лет встречей американских и северокорейских официальных лиц, пишет Washington Post. Согласно данным источников, Пхеньян пока находится на этапе подготовки такого визита. Переговоры, как ожидается, должны пройти в Нью-Йорке и если они пройдут, то эта встреча станет первыми за пять лет консультациями представителей США и КНДР, передает РИА «Новости». «Северокорейцы выразили заинтересованность во встрече, но ничего еще не утверждено», - заявил изданию один из источников. Однако, как отметили источники, Госдеп США не будет принимать участие во встрече. В то же время отдельные источники считают, что инициатива Пхеньяна в проведении этих переговоров может говорить о желании лидера КНДР Ким Чен Ына выстроить диалог с администрацией Дональда Трампа. Если северокорейцам дадут визы США, то это также будет косвенно свидетельствовать, что в Госдепе не возражают против подобной двусторонней встречи. Отметим, визит в США делегации КНДР произойдет в наиболее сложный период отношений между двумя странами. Трамп в одном из выступлений уже назвал КНДР «очень большой проблемой» и осудил проведенные там испытания баллистических ракет.

20 февраля, 06:35

Курс на потепление: КНДР готовит встречу с американской стороной

Высокопоставленные представители Северной Кореи готовятся провести переговоры с американскими экс-чиновниками на территории США.

20 февраля, 06:20

Maryland Considers Teaching Kids That Boys Are Presumed Guilty In Rape Accusations

Submitted by Greg Piper via The College Fix, “Affirmative consent” is a fuzzy concept even for adults, which is why one of them taught 10th graders in California that they must say “yes” every 10 minutes during sex or it becomes rape. The concept was enshrined in state law in October 2015, and since then California has remained the only state to legally require “yes means yes” be taught in public schools. Maryland could soon be the second. The Washington Post reports that a House of Delegates committee is considering a bill today (HB 365) that would set up a pilot program in Montgomery County, just outside Washington, D.C. It would “provide instruction on affirmative consent as part of a specified curriculum in specified grades in public schools in the county beginning in the 2017-2018 school year.” But that’s just the start for the sponsors, Montgomery County Democratic Dels. Ariana Kelly and Marice Morales, according to the Post: The two lawmakers say they are drafting a companion piece of legislation that would extend the mandate statewide.   Both measures would define consent as “clear, unambiguous, knowing, informed and voluntary agreement between all participants to engage in each act within the course of sexual activity.”   Local education officials would be required to teach the concept in both seventh and 10th grades, but individual districts would be able to decide how to tailor the lessons in an age-appropriate way. The Post report fails to note that affirmative consent essentially shifts the burden of proof onto the accused student, which in the vast majority of cases is a male being accused by a female. It inexplicably cites the National Coalition for Men, whose president said affirmative consent is driven by “people who don’t like men that much,” as the face of the opposition. But the consent standard has better known and less polarizing critics who cite the lack of due process inherent in affirmative consent, including the Foundation for Individual Rights in Education and the Maryland-based female-led advocacy group Stop Abusive and Violent Environments. FIRE in particular has warned that affirmative-consent provisions do not put students on notice of what behavior can get them punished. Tracking the language of other bills and campus codes, the Maryland measure requires consent for “each act within the course of sexual activity” – which could mean anything from changing positions during intercourse to each kiss and touch preceding intercourse. The bill also does not define “sexual activity,” a problem it shares with a college-specific bill signed into law in Connecticut last summer. One Republican lawmaker on the committee hearing the bill, Del. Kevin B. Hornberger of Cecil County, makes a federalism argument rather than a due-process argument to keep the county-level pilot from going statewide, the Post says: “What works best for Montgomery County doesn’t necessarily work best for Cecil or any of the other jurisdictions in this state,” Hornberger said. “The positive from this experiment is that it puts the conversation out there and raises awareness of affirmative consent.” Hornberger was also a “peer educator” in college who taught affirmative consent. Chances are he was never accused of rape months after a sexual encounter because the consent did not consist of a continuous stream of “yes” statements.

05 февраля, 15:00

Тайная война спецслужб. Кто придумал "русских хакеров" и взломал Хиллари?

Май 2001-го. Яхт-клуб Balboa Bay Club в Ньюпорте, США. — Ты сделаешь это для меня, Бред? Бредли Биркенфельд почувствовал, как к горлу подкатывает комок тошноты. Вот он, момент истины! Тот самый миг, ради которого большие шишки из швейцарского банка UBS не скупились на представительские расходы, заставляя его унижаться и делать всё, чтобы произвести впечатление на мистера Олейникоффа. И вот наконец русский олигарх согласился перевести в Швейцарию несколько миллионов — правда, как он объяснил за ужином, миллионы были конвертированы в партию бриллиантов, упакованных в небольшой — размером с гаванскую сигару — контейнер, который мистеру Биркенфельду, как какому-то нигерийскому контрабандисту, предстояло перевезти через две границы в своей прямой кишке. Чёрт возьми! Если его поймают, то посадят минимум на 25 лет. Но выбора у него, похоже, уже не было. — Конечно, сэр! — улыбнулся Бредли, вспомнив, как в армии его учили улыбаться сквозь боль и усталость. — Можете на меня положиться, сэр! — Вот и молодец, мой мальчик, — похлопал его по плечу Олейникофф. — Кто знает, может быть, тебе понравится, а? Сидевшие за столом гости расхохотались. — Бред, я просто проверял тебя! Не волнуйся, ты повезёшь камни в другом тайнике — в тюбике зубной пасты. Именно в этот момент Бредли Биркенфельд, прозванный позже "банкиром Люцифера", и поклялся уничтожить этого старого алчного самодура.  Но тогда он даже и не подозревал, что это решение запустит новый этап войны между американскими спецслужбами, войны, которая продолжается и сегодня. Вполне возможно, через несколько десятилетий нам будет значительно легче оценить масштаб и логику происходящих сейчас процессов. Сегодня же в нашем распоряжении лишь несколько эпизодов, несколько фрагментов мозаики, которые только дают самое общее представление о расколах и тектонических сдвигах внутри американской элиты.   Война между спецслужбами началась ещё в начале 70-х годов прошлого века, когда президент Ричард Никсон, опираясь на друзей в ЦРУ,  решил расформировать ФБР, которое после 40-летнего владычества директора Джона Эдгара Гувера стало настоящим символом коррупции и "теневого правительства". Казалось, у Гувера были папочки с компроматом на всех: на политиков, на финансистов, на звёзд шоу-бизнеса... Но в 1972 году Гувер скончался и Никсон решил избавиться от настойчивой опеки "федералов", предложив расчленить ФБР на несколько правительственных агентств. Естественно, это не понравилось наследникам Гувера, и вскоре против Никсона была организована провокация, когда в отеле "Уотергейт" полиция как бы случайно поймала бывших агентов ЦРУ, застигнутых за установкой прослушивающих устройств в штаб-квартире Демократической партии США. Агенты ЦРУ признались, что действовали по приказу самого президента, после чего в дело вступила "тяжёлая артиллерия" — журналисты The Washington Post Боб Вудворд и Карл Бернстайн, которые стали публиковать секретные документы следствия. Как выяснилось годы спустя, "независимые журналисты" писали под диктовку заместителя директора ФБР Марка Фелта, который и вёл расследование "Уотергейта". В итоге федералы добились своего: Никсон под угрозой импичмента ушёл в отставку, а планы реформирования бюро отправились в мусорную корзину. С тех пор подковёрная борьба ФБР и ЦРУ не стихала ни на день. Но нынешний этап войны вспыхнул по куда более серьёзному поводу: всё началось в 2010 году, когда президент Обама подписал FATCA — закон о налогообложении иностранных счетов, требующий от банков всех стран предоставлять в налоговую службу США информацию обо всех клиентах, имеющих либо американское гражданство, либо хоть какое-то отношение к американской экономике. По сути, это был первый шаг к созданию глобальной сети контроля за всеми финансовыми потоками в мире. Нити же этой сети сходились в штаб-квартире ЦРУ. Поводом же к принятию этого закона и стали разоблачения высокопоставленного директора швейцарского банка UBS Бредли Биркенфельда, который в течение 6 лет был негласным осведомителем Налоговой службы США. За годы двойной жизни Биркенфельд передал налоговикам информацию о 300 американских толстосумах с пониженной социальной ответственностью, спрятавших на швейцарских счетах более 20 миллиардов долларов. Главным из "уклонистов" и был "король недвижимости" Игорь Олейникофф — потомок русских эмигрантов, сбежавших из России ещё после Гражданской войны, сделавший себе состояние на строительстве фешенебельных отелей, яхт-клубов и бизнес-центров. Он легко избежал тюремного срока, заключив в суде соглашение о сотрудничестве. Зато в тюрьме оказался сам… Биркенфельд. Так и не получив от Налоговой службы гарантий иммунитета, он был осуждён на 40 месяцев тюрьмы за сокрытие ценной информации (впрочем, возможно, что таким образом его кураторы из ЦРУ просто попытались "отмазать" своего агента от подозрений в работе на правительство — дескать, агентов под прикрытием в тюрьму не сажают). Приговор "стукачу" вызвал в Вашингтоне настоящий скандал: часть чиновников Налоговой службы США опасались, что пример Биркенфельда отпугнёт других "стукачей" от сотрудничества. Поэтому после освобождения Биркенфельду выплатили премию в размере 104 млн долларов — "комиссионные" за взысканные штрафы. Нетрудно представить, как закон FATCA, отменяющий само понятие банковской тайны, был воспринят в деловых кругах США. Патриотизм патриотизмом, но все американцы прекрасно знают, что деньги лучше всего держать на безымянных счетах в швейцарских банках, где до них не дотянется налоговая служба. Деньги выводили и крупнейшие корпорации — гордость американской экономики. Например, накануне принятия FATCA корпорация Microsoft утроила свои офшорные накопления, а Apple увеличила их чуть ли не в десять раз. Впрочем, новый закон ударил не только по корпорациям, но и по самым обычным американцам, которые в силу каких-либо обстоятельств решили жить за границей, — например, по московским экспатам, которые, согласно логике американских налоговиков, уже давно должны были отбывать тюремный срок. И как быть детям дипломатов, которые только числятся гражданами США из-за своего рождения на американской территории? Например, французский архитектор Фабьен Легре, как пишет газета French Morning, живший в США лишь первые 18 месяцев после рождения, уже получил грозное уведомление от Налоговой службы США с требованием заплатить налоги со всех доходов. "Я попытался было позвонить в посольство и объяснить, что у меня нет ни идентификационного номера налогоплательщика, ни номера социального страхования США, но со мной даже не захотели разговаривать и пригрозили добиться экстрадиции. Я обескуражен, ведь я не имею никакого отношения к этой стране!" Практически сразу же в Республиканской партии США образовалась инициативная группа по отмене закона. Лидером стал сенатор-республиканец Рэнд Пол — один из основателей консервативного Движения чаепития и претендент на пост президента США, снявший свою кандидатуру в пользу Дональда Трампа. Другой лидер оппозиции — влиятельный конгрессмен Билл Поузи, который ещё накануне выборов заявил, что только гарантии от Трампа отменить закон FATCA станут обязательным условием для поддержки его кандидатуры республиканцами. В ответ в адрес республиканцев посыпались обвинения в поддержке международного криминалитета. Так, летом 2015 года, во время обсуждения очередного законопроекта, направленного на ограничение деятельности офшоров в США, в немецкую газету Sueddeutsche Zeitung был подброшен "панамский архив" — свыше 80 гигабайтов записей из чёрной бухгалтерии фирмы Mossack Fonseca, зарегистрированной в Панаме. Компания, основанная ещё в 1977 году немецкими адвокатами Юргеном Моссаком и Рамоном Фонсекой, специализировалась на выводе денег в офшорные трастовые фонды, а её клиентами было свыше 200 тысяч частных лиц: от президентов крупнейших корпораций и "банановых республик" (в числе прочих в досье оказался и Пётр Порошенко) до международных мафиози и торговцев оружием. Бредли Биркенфельд уверен, что этот скандал — дело рук его кураторов из ЦРУ. "Я сам передал им в руки все ключи от офшорного царства, — писал он в своей книге Lucifer’s Bankir. — Это я навёл агентов на панамский офшор". На ЦРУ указывал и выбор газеты для информационного вброса — фактически это немецкое издание контролируется американским издательским бизнесом. * * * Впрочем, в американских массмедиа название панамского фонда Mossack Fonseca засветилось чуть раньше: ещё в 2013 году, когда известный журналист Кен Сильверстайн, расследуя схемы ухода от налогов в офшорах, приехал в американский городок Sunny Isles Beach недалеко от Майями. Настоящий рай для миллионеров, носящий название "флоридской ривьеры", — фешенебельные здания, роскошные особняки, лучшие в мире отели и магазины. По данным Налоговой службы США, каждый квадратный метр недвижимости в этом районе был оплачен со счетов офшорных фондов при посредничестве Mossack Fonseca.  Крупнейшим же застройщиком этого райского местечка оказался сам… Дональд Трамп, построивший на набережной три башни Трамп-тауэр и несколько отелей Trump International Beach Resort. Кстати, один из кварталов этого городка носил официальное название Маленькая Москва; именно здесь, по данным журналиста, обзавелись недвижимостью российские бизнесмены и эстрадные звёзды, например Алла Пугачёва и Игорь Николаев. Специально для Маленькой Москвы Трамп построил и несколько русских ресторанов. Также Тим Сильверстайн не поленился и съездил в Панаму, попытавшись проникнуть в штаб-квартиру фирмы Mossack Fonseca. Однако найденный офис — несколько комнат в обычном бизнес-центре Панамы — никак не походил на штаб-квартиру крупнейшей корпорации, приносящей бюджету страны десятую часть налогов. Вскоре выяснилось, что все финансовые операции в США проводятся через филиал компании — фирму MF Corporate Services, расположенной в самом центре Лас-Вегаса. — Я много раз спрашивал, как же такое возможно, чтобы иностранные диктаторы и главари наркокартелей могли так свободно распоряжаться деньгами в нашей стране, — недоумевал Сильверстайн. — Почему никто не препятствует деятельности таких офшоров? И каждый раз мне давали исчерпывающий ответ: ФБР. Агенты ФБР, говорили мне, посредством подобных фондов контролируют и вербуют "плохих парней", заставляя их вести себя в Америке "в рамках приличий" и не нарушать наших законов… Возможно, Тим Сильверстайн и не знал русского слова "крыша", но суть явления он описал верно. Именно на прерогативу ФБР крышевать нечистых на руку бизнесменов и покусились в ЦРУ. Разумеется, агенты ЦРУ как следует почистили "панамское досье" перед тем, как передавать его журналистам, но всего предусмотреть они не могли. И, сокращая список американских клиентов Mossack Fonseca, они оставили там имя китайского миллионера Нга Лап Сенга. Возможно, если бы агенты ЦРУ заглянули в Интернет, они бы заметили, что в 1998 году Нг уже был фигурантом "Чайнагейта" — скандала о незаконном финансировании предвыборного фонда Билла Клинтона и Национального комитета Демократической партии США. Дело, впрочем, при участии тогдашнего президента Билла Клинтона было замято, и мистеру Нгу не было предъявлено никаких обвинений. Так или иначе, но, когда уже "панамское досье" было у журналистов, миллионер Нг был арестован ФБР по обвинению в незаконном ввозе в США 4,5 миллиона долларов наличными. Выяснилось, что эти деньги предназначались для подкупа председателя сессии Генеральной ассамблеи ООН, экс-постпреда Антигуа и Барбуды Джона Эша, который мог повлиять на распределение контрактов на строительство различных административных зданий ООН в Нью-Йорке и Вашингтоне. 6 октября 2015 года ФБР арестовало и самого Джона Эша, который обещал полное сотрудничество со следствием в обмен на иммунитет. В частности, разгневанный Эш обещал вскрыть все подробности финансирования фонда Хиллари Клинтон — дескать, именно в фонд бывшего госсекретаря США и шли все "пожертвования" от строительных фирм, желающих получить подряды от ООН. Однако за три дня до суда, который должен был состояться 26 июня 2016 года, Джон Эш погиб: во время тренировки у себя дома он будто бы сам уронил себе на горло штангу весом 60 килограммов, вызвав перелом основания черепа. Свидетелей происшествия не было. По заключению полиции, это был обычный несчастный случай. Публикация "панамского досье" всё равно ударила по Клинтонам, хотя и совсем с другой стороны. Махинации с финансированием, связи с китайскими бизнесменами, смерть чиновника ООН — всё это произвело гнетущее впечатление на некоего Сета Рича, работника аппарата Национального комитета Демократической партии США, занимавшего должность директора по приросту электоральной базы. Как вспоминала демократка Джейн Клиб, Сет был демократом-идеалистом и никогда не скрывал того, что его фаворитом и образцом для подражания является соперник Клинтон Берни Сандерс. В то же время верхушка штаба в открытую объявила войну Сандерсу, делая всё возможное, чтобы политик проиграл партийные праймериз. Тогда Рич и решился на отчаянный поступок: как заявил Джулиан Ассанж, основатель проекта WikiLeaks, именно Сет Рич, имевший свободный доступ к серверу штаб-квартиры демократов, и скопировал все файлы внутренней переписки между топ-менеджерами Национального комитета Демпартии, обсуждавшими, как утопить Сандерса. Копия архива была передана в WikiLeaks — как раз накануне съезда Демократической партии, на котором и состоялось формальное выдвижение Хиллари Клинтон. Но не успели документы появиться в открытом доступе, как Сет Рич был убит. Неизвестный киллер поджидал Рича возле его дома в Вашингтоне, когда Сет возвращался навеселе из клуба и болтал о чём-то со своей подругой по телефону. — Сет Рич? — вдруг услышала девушка чей-то незнакомый голос. И сразу же — два выстрела. Убийца подошёл и выстрелил в спину Сету. При себе у погибшего остался смартфон, дорогие часы и кошелёк, что отвергает версию с ограблением. Убийцу так и не нашли. Буквально через две недели был убит и журналист Виктор Торн, предпринявший собственное расследование убийства Сета Рича. После того как Торн в своём блоге обвинил демократов в убийстве своего сотрудника (по его мнению, нападение совершили члены афроамериканской радикальной организации Black Lives Matter), он был застрелен выстрелом в голову. Пистолет был брошен рядом с телом, что позволило полиции закрыть расследование, посчитав происшедшее самоубийством. Более того, полиция отвергла и версию, что Сет Рич был каким-либо образом причастен к похищению переписки. По официальной версии, штаб-квартира демократов подверглась кибератаке со стороны хакерских группировок Cozy Bear и Fancy Bear. Причём сами имена хакерских группировок (bear в переводе значит "медведь") намекают на связь с Россией и русскими шпионами, а уж зачем русским шпионам понадобилась переписка демократов, объяснять никому не надо — такова уж коварная природа этих русских.   Следствие не смутил даже тот факт, что позже во взломе почты Хиллари Клинтон сознался и румынский хакер Лазар Марчел Лехел, известный под псевдонимом Гуччифер. Правда, проверить его показания не было никакой возможности: 7 июля прошлого года он был найден мёртвым в своей тюремной камере. В ответ директор ФБР практически в открытую вмешался в избирательную кампанию на стороне Дональда Трампа, распорядившись возобновить расследование скандала вокруг электронной переписки Хиллари Клинтон. Следствие началось ещё в марте 2015 года, когда журналисты The New York Times уличили бывшего руководителя внешнеполитического ведомства в использовании личного почтового сервера для служебного общения, что граничило с разглашением гостайны. Тем не менее генеральный прокурор США решила тогда простить мадам Клинтон. Но затем в поле зрения ФБР попал некто Энтони Винер — конгрессмен и законный супруг Хумы Абедин, ближайшей подруги и помощницы Клинтон. Винер попался на секстинге — проще говоря, он отправлял свои фотографии в обнажённом виде различным женщинам на сайтах знакомств. И, когда в числе его адресатов оказалась 15-летняя школьница, в дом Абедин тут же нагрянули федеральные агенты, которые, как и полагается, изъяли все орудия преступления, то есть все компьютеры и ноутбуки. И обнаружили новые письма от Хиллари, многие из которых содержали сведения, подпадающие под гриф "Секретно". Красивая комбинация, не правда ли? И за 11 дней до выборов директор ФБР Джеймс Коми прислал в Сенат США лаконичное письмо: "В связи со вновь открывшимися обстоятельствами Федеральное бюро расследований (ФБР) возобновляет расследование фактов неправомерного использования госсекретарём Хиллари Клинтон личного сервера для электронной переписки… В настоящий момент я не могу сказать, сколько времени займёт эта работа". Рейтинг Клинтон был уничтожен. Словом, неудивительно, что одним из первых чиновников, кто лишился своей должности ещё до инаугурации Трампа, стал директор ЦРУ Джон Бреннан — человек, работавший в разведке более 30 лет. За его плечами богатый послужной список, свидетельствующий о его особом положении в спецслужбах. В 1996 году Бреннан был резидентом и Саудовской Аравии, затем — практически накануне терактов 11 сентября — он вернулся в Вашингтон и стал ближайшим помощником директора ЦРУ,  затем координировал вторжение в Афганистан и Ирак. Именно Бреннан стоял за программой создания массовой армии беспилотников, способных нанести удар в любой точке мира, а позже он создал корпорацию The Analysis Corporation — ныне крупнейшего частного подрядчика ЦРУ. На место Бреннана президент Трамп назначил сенатора Майкла Помпео из Канзаса — опытного адвоката и профессора юриспруденции из Гарварда, который до того ни дня не работал в спецслужбах. И, следовательно, не имеет абсолютно никакого отношения к кланам и группировкам, сложившимся внутри разведывательного ведомства. А главное достоинство Помпео в другом: он давний и непримиримый враг семьи Клинтон. Так, в 2012 году сенатор Помпео был членом комитета по расследованию трагического инцидента в Бенгази, когда исламисты захватили американское консульство и убили посла США. В докладе комитета содержалась острая критика действий госсекретаря Хиллари Клинтон, которая не предприняла ничего, чтобы спасти жизни американцев. После публикации доклада сенатор Помпео выступил и со своим особым мнением, заявив, что Клинтон заранее знала о готовящемся нападении исламистов, но намеренно скрыла правду, так как Обама в это время участвовал в кампании по переизбранию и Клинтон рассчитывала использовать трагедию в своих политических целях.  Также Помпео прославился и как единственный сенатор, публично выступавший против закрытия Гуантанамо и других тайных тюрем ЦРУ. Он выступал и за вынесение заочного смертного приговора Эдварду Сноудену, и за тюремные сроки для лидеров мусульманских общин, отказывающихся осуждать теракты. Что ж, видимо, как полагает Дональд Трамп, имидж несгибаемого борца с врагами Америки поможет Помпео завоевать в ЦРУ симпатии новых подчинённых. Но удастся ли Помпео и Трампу остановить войну спецслужб — большой вопрос.

20 декабря 2016, 00:48

AP: коллегия выборщиков избрала нового президента США

AP: коллегия выборщиков избрала нового президента США

08 декабря 2016, 09:00

Конгресс боится, что Россия и Китай угрожают праву США на мировое "господство"

Несмотря на надежды всего мирового сообщества на "оттепель" в отношениях двух великих держав после победы Дональда Трампа на президентских выборах в США 8 ноября, американские элиты всё ещё не намерены прекращать антироссийскую риторику в вопросах ведения внешней и внутренней политики страны. Главным врагом Америки, по мнению ведущих политиков, так и остаётся Россия, особенно в связке с Китаем. Российские эксперты отмечают, что США пугает независимость РФ и Поднебесной, а надеяться на сильное улучшение российско-американских отношений нам не стоит. Комитет Сената США по вооружённым силам во вторник, 6 декабря, провёл заседание, посвящённое борьбе американцев с мировыми угрозами. На обсуждении вопросов обороны помимо сенаторов присутствовал и ряд экспертов в вопросах безопасности и военного дела, высказавших свои соображения по этой теме, которые не содержат и намёка на возможную "оттепель" в российско-американских отношениях. Наибольшим русофобством отличаются заявления старшего научного сотрудника "Проекта международного порядка и стратегии" Института Брукингса и по совместительству колумниста ведущего американского издания The Washington Post Роберта Кагана. Он называет возросшее мировое влияние России и Китая и их возможный союз самой большой угрозой, с которой Америке предстоит столкнуться в ближайшие десятилетия. По мнению Кагана, эта угроза важнее терроризма, поскольку она способна перевернуть весь мир. — Другие угрозы создают серьёзные проблемы и, в случае терроризма, требуют максимальной бдительности. Но только эти две великие державы обладают способностью перевернуть мировой порядок, который уже давно обеспечивал благополучие и безопасность американцев. Безошибочные гегемонистские амбиции Китая и России угрожают стабильности и безопасности в двух наиболее важных регионах — Восточной Азии и Китае, — заявил Роберт Каган в ходе заседания комитета. Колумнист WP отмечает, что Россия и Китай во многом похожи: оба государства представляют собой классический пример ревизионистских сил (недовольных своим положением на мировой арене. — Прим. Лайфа) и никогда ещё не были настолько сильно защищены от нападения извне, как сейчас. Кроме того, оба государства стремятся "восстановить свою гегемонию в регионах, где она была в прошлом": доминирование в Восточной Азии в случае Китая и в Восточной и Центральной Европе в случае России. — Будучи автократиями, оба государства чувствуют угрозу со стороны доминирующих на международной арене демократических сил и демократий на их границах, — считает Каган. — Обе страны рассматривают США в качестве главного препятствия на пути их амбиций и, следовательно, стремятся ослабить американское руководство международным порядком и безопасностью, стоящее на пути достижения того, что Россия и Китай считают своей судьбой. Несмотря на схожесть целей и наличие общего врага, две мировые державы, по мнению научного сотрудника Института Брукингса, различаются в методах достижения целей. Так, Китай сейчас "осторожен как никогда", он наращивает своё могущество в регионе за счёт усиления экономического влияния и роста военной мощи, которая используется в настоящее время как инструмент сдерживания и устрашения. Россия же ведёт себя "более агрессивно" — это выражается в её "нападениях" на Украину в 2014 году и Грузию в 2008-м, а также в переброске российских вооружённых сил в Сирию. Так называемая российская агрессия выражается и в ведении кибер- и информационных войн, и во "вмешательстве" в западные избирательные процессы "с целью дискредитации демократии". — Россия в какой-то мере является более слабой из этих двух великих держав, но она добилась большего успеха, чем Китай, в достижении своей цели — разделении и разрушении Запада, — считает Роберт Каган. После "обличительной" речи в сторону России и Китая колумнист Washington Post даёт совет новой американской власти: прекратить "отступление" внешней политики США от мирового господства, иначе страны Восточной и Центральной Европы и Восточной Азии будут захвачены Россией и Китаем. Каган также советует обратить особое внимание на расследование "российского вмешательства" в американские президентские выборы и в избирательные процессы в европейских странах. В обсуждении угроз в Комитете Сената США по вооружённым силам участвовал и генерал Джон Кин, председатель Института изучения войны, не раз призывавший к ужесточению санкций против России и более активной помощи украинскому народу. Его речь, в отличие от заявлений Кагана, не была полностью направлена на обвинение России, однако вопрос "агрессии" со стороны РФ всё же поднимался. Генерал Кин призвал взаимодействовать с Россией "через силу и решимость" — он считает, что нужно "не просто расширять военные возможности, но и заставить противника поверить, что они будут использованы против него". Кин добавил, что США должны вести диалог с Россией, но при этом не идти на уступки в спорных вопросах. Генерал также отметил, что США уже давно не имеет технологических преимуществ: Россия, Китай и в меньшей степени Северная Корея и Иран, развивают собственные технологии. В этой связи Джон Кин особо отметил российский танк "Армата", который не имеет аналогов в мире. Ещё одним экспертом на заседании Комитета по вооружённым силам выступил вице-президент Центра новой американской безопасности Шон Бримли. Он отмечает, что "обеспокоен, но не удивлён" поведением России и Китая, поскольку оба этих государства являются "значимыми международными субъектами, которые преследуют свои интересы". Бримли советует администрации Трампа сосредоточиться на средствах "поддержания мира посредством силы" с начала 2017 года. Предлагаемая им стратегия предполагает подачу сигналов на улучшение отношений, одновременно усиливая военное присутствие США в регионе. При этом Шон Бримли подчёркивает, что Владимир Путин Соединённым Штатам "не друг". Руководитель Центра изучения общественных прикладных проблем национальной безопасности Александр Жилин считает, что США в первую очередь пугает экономическая и политическая независимость России и Китая. — Фактически, Россия и Китай — практически единственные — не попадают под прямой диктат англо-саксов — американцев и Великобритании. Все остальные страны уже ограниченно независимы: они исповедуют консолидированную политику, у них нет возможности самостоятельно принимать решения по многим вопросам. Но дело не только в этом. Китай в 2017 году начинает реализацию программы пояса экономического развития нового Шёлкового пути, колоссальной программы, куда вложат более 8 трлн долларов. Россия тоже будет принимать участие в этом проекте, в том числе и двумя своими базами в Сирии, куда выходит морская часть этого проекта. Это всё является главным раздражителем для американцев, которые сейчас находятся в кризисе, — говорит эксперт. — Они рассматривают Россию и Китай как своих врагов. При этом ни Россия, ни Китай ни разу не предпринимали каких-либо мер для того, чтобы посягнуть хоть на какие-то приоритеты США. Получается, что страна, которая обеспечивает экономическую и политическую независимость, автоматически угрожает Соединённым Штатам, а это бред. Профессор кафедры теории и истории политики факультета политологии МГУ Сергей Черняховский придерживается схожего мнения, добавляя, что у США в Китае есть свой интерес. — Идея о том, что есть два конкурента США, которым нельзя ни в коем случае дать соединиться, очень старая и принадлежит ещё дипломату Генри Киссинджеру. Кроме того, Россия и Китай — это две страны, которые не зависят от США и отстаивают свои интересы. Скорее всего, с приходом к власти Трамп будет пытаться разделить союз ресурсов, военной мощи и технологий России и Китая, который кажется угрозой для США, и в этом нет ничего удивительного, — считает политолог. — Трамп, выступая, с одной стороны, за рационализацию отношений с нами, хочет наладить отношения с Китаем. Здесь есть конкретный интерес — китайская промышленность, которая составляет конкуренцию американской. Очень много товаров по технологиям Штатов производится в Китае, который забирает возможность получения прибыли из Америки. Трамп хочет этот вопрос пересмотреть, потому что его основная установка — это установление промышленной мощи Америки, создание рабочих мест. Российские эксперты сходятся во мнении, что ждать "глобального потепления" в отношениях России и США не приходится даже с избранием Трампа. — Я смотрю, как формируют команду Трампу — именно Трампу, потому что он формирует её не самостоятельно. Смотрю, кого назначат министром обороны США, этого Бешеного Пса (отставной генерал корпуса морской пехоты Джеймс Маттис. — Прим. Лайфа). И у меня нет никаких иллюзий по поводу радикального изменения взаимоотношений России и США. Тем более что мы отчётливо видим, как реагируют политические элиты на Трампа в Европе и других странах. Американский президент весьма ограничен в своих полномочиях, он будет вынужден выполнять поставленные перед ним условия. Я бы не стал испытывать иллюзий, что Трамп сможет решить что-то самолично. К тому же отношения с Россией умышленно обостряют везде — и по Украине, и по Сирии, и по Европе, — отмечает эксперт Александр Жилин. Политолог Сергей Черняховский придерживается мнения, что политика США в отношении России будет целиком и полностью зависеть от того, насколько мощной будет наша страна. — Если мы в конечном счёте будем сильными, тогда американцы будут считаться с нами. Будем обладать мощью и промышленным потенциалом, сопоставимым с мощью СССР, американцы будут считаться и советоваться с нами на каждом шагу и говорить что-то против только на уровне пропаганды, — объясняет он. — А если экономическая политика будет такой же, как в 90-е годы, то никто не будет нас рассматривать всерьёз.   Отметим, что на прошлой неделе стал известен бюджет Министерства обороны США на 2017 год. Главной "страшилкой" в финансовом документе американского ведомства вновь стала Россия: на сдерживание её "агрессии" выделяется самая большая сумма — $3,4 млрд, что почти в четыре раза больше, чем в 2016-м, когда сумма составила 789 млн долларов. Также в составе пятёрки главных угроз американской безопасности оказались упоминаемые и на заседании комитета сената Китай, Иран и Северная Корея.

14 апреля 2016, 18:01

Старцев пугали роботы

Интернет мог появиться в СССР ещё полвека назадФото: РИА Новости«Перфокарта управляет Кремлём» – под такой «шапкой» полвека назад в The Washington Post вышла одна из передовиц. Статья была направлена на дискредитацию советского учёного Виктора Глушкова, сумевшего создать аналог сегодняшнего «электронного правительства» ещё в 1961 году. Говорят, что заокеанская газетная «страшилка» возымела серьёзное действие на Никиту Хрущёва, испугавшегося, что «кремлёвских старцев» и правда вскоре заменят роботами. Именно по указке главы советского государства работу Глушкова приостановили, дав тем самым фору американцам.Именно Глушков, и никто другой, разработал и создал первую в мире персональную ЭВМ, названную «машиной для инженерных расчётов», сокращённо – МИР. Американцы зазывали Глушкова к себе, обещая заплатить за чтение курса из 12 лекций миллион долларов, – учёный наотрез отказался. Дважды на жизнь Глушкова организовывали покушения – то ли иностранные спецслужбы, то ли отечественные, поди разберись. А когда министр обороны Дмитрий Устинов поинтересовался у смертельно больного академика, нельзя ли ему чем-то помочь, Глушков нашёл в себе силы отшутиться: «Пришлите танк!»В 1967 году на выставке в Лондоне Советский Союз впервые продемонстрировал миру персональную электронно-вычислительную машину. До того как усилиями Глушкова на свет появился МИР, ЭВМ представляли собой огромные шкафы, занимавшие в помещении несколько комнат. А МИР умещался на обычном письменном столе. Мало того, в представленном Глушковым устройстве были использованы все основные принципы работы современного персонального компьютера, так что МИР с полным правом можно назвать его первым прообразом. Диковинную машину там же, на выставке, купили представители компании IBM – до сих пор не вполне понятно, как советское руководство вообще решилось вывезти за рубеж для широкого показа столь передовую разработку, а уж тем паче её продать. Тем не менее факт остаётся фактом: американцам компьютер продали. Якобы только для того, чтобы дать возможность представителям IBM доказать в суде, что их конкуренты использовали принцип программирования, уже изобретённый советскими инженерами. В результате Глушкову выдали международный сертификат, подтверждающий, что первый в мире персональный компьютер создал именно он, а заокеанские специалисты получили в свои руки новейшую советскую разработку. И вскоре у них появился аналог, ещё более компактный и функциональный.Кто покушался на жизнь гениального изобретателя А у Глушкова тем временем начались серьёзные проблемы. «В 1970-м я летел из Монреаля в Москву, – вспоминал академик. – Опытный лётчик почувствовал неладное уже над Атлантикой и возвратился назад. Оказалось, в горючее что-то подсыпали». А во время поездки в Югославию на машину, в которой ехал Глушков, налетел грузовик, – на следующий день его водителя обнаружили мёртвым. Но это было только началом неприятностей – в газете «Известия» вышла статья «Уроки электронного бума». В ней сообщалось, что работа над портативными ЭВМ признана за океаном бессмысленной, слишком дорогостоящей и неэффективной.«В ряде докладных записок в ЦК КПСС от экономистов, побывавших в США, использование вычислительной техники для управления экономикой приравнивалось к моде на абстрактную живопись, – вспоминал Глушков. – Мол, капиталисты покупают электронно-вычислительные машины только потому, что это модно, дабы не показаться несовременными. Это дезориентировало наше руководство».Ещё больше руководство страны было «дезориентировано» ценой вопроса. Запуск информационной системы из сотен устройств типа МИР, соединённых в одну сеть – по тому же принципу, по которому сегодня действует .Работа над МИРом находилась в финальной стадии, и Глушков предложил задействовать передовую разработку в работе общегосударственной автоматизированной системы управления экономикой, к которой крайне трепетно относился Косыгин. «К этому времени у нас уже имелась концепция единой системы вычислительных центров для обработки экономической информации, – вспоминал Глушков. – Мы разработали первый эскизный проект единой государственной сети, включавший около 100 центров в крупных промышленных городах и районах, объединённых широкополосными каналами связи». Год-два – и в СССР можно было бы отправлять электронные письма.Плановой экономикой управлял бы «Интернет Глушкова» Советский прообраз Интернета был готов к осени 1963 года. Но в Кремле произошла внезапная смена власти, и новому руководителю – Леониду Брежневу было не до передовых разработок. «Начиная с 1964 года против меня стали открыто выступать учёные-экономисты, многие из которых потом уехали в США и Израиль, – писал Глушков в своих воспоминаниях. – Ориентировочно стоимость проекта оценивалась в 20 млрд рублей. Мы предусмотрели самоокупаемость затрат. За три пятилетки реализация программы принесла бы в бюджет не менее 100 млрд рублей. Но наши горе-экономисты сбили Косыгина с толку. Нас отставили в сторону, стали относиться с настороженностью».А в Америке времени зря не теряли. В середине 1964 года учёный Джозеф Ликлайдер, работавший в области информационных технологий, впервые обнародовал идею создания разветвлённой компьютерной сети. Считается, что это было первым шагом к проектированию прообраза современного Интернета – системы ARPANET. Выходит, идеи Глушкова значительно опередили своё время. И при этом были заимствованы его критически настроенными коллегами из Москвы и Киева, оказавшимися впоследствии за океаном в команде того же Ликлайдера.Кстати, свой проект информационной сети Глушков представил Хрущёву ещё в феврале 1964 года – за несколько месяцев до того, как за океаном аналогичную систему продемонстрировал Ликлайдер. На тот момент в СССР производилось порядка 20 тыс. наименований товаров, а экономика была плановой. Но уследить за выпуском продукции было сложно – то тут, то там создавался дефицит того или иного товара.«Поскольку в СССР действовала централизованная система управления, можно было поставить ЭВМ на все предприятия и из единого центра следить за их работой, – пояснила дочь академика Вера Глушкова, старший научный сотрудник Института кибернетики НАН Украины. – Сегодняшняя база данных банков, работа с карточками клиентов – это фрагмент той системы, которую предлагал внедрить мой отец. Она включала и банки, и бухгалтерский учёт, в том числе и безналичную выдачу зарплаты, и производство, и транспорт, и армию… Это ноу-хау уже тогда опережало сегодняшний Интернет. По замыслу отца объединение вычислительных центров и автоматизированных систем управления предприятиями в одной структуре позволяло бы получать чёткую картину происходящего в народном хозяйстве и выбирать самый оптимальный вариант управления каждым предприятием, каждой отраслью».Кибернетик собирался автоматизировать работу правительстваОстаётся гадать, что послужило причиной того, что запуск советского Интернета постоянно затягивали – то ли косность высшего партийного и советского руководства, то ли происки зарубежных конкурентов. «Папа постоянно находился под пристальным вниманием Запада, – вспоминала Вера Глушкова. – Малейший его отрыв вперёд в работе над автоматизированной системой управления экономикой страны – и тут же западные газеты выходили с негативными статьями о Глушкове. Мол, кибернетик собирается автоматизировать Кремль и заменить людей роботами».В 1966 году американцы запустили эскизный проект информационной сети – на два года позже, чем в СССР. «В отличие от нас они не спорили, а делали, – писал в своих мемуарах Глушков. – Тогда забеспокоились и у нас». Академик передал в ЦК докладную записку, в которой предлагал немедленно вернуться к отложенному до лучших времён проекту информационной сети. И что же? «Была создана комиссия, но лучше бы её не создавали».В руководстве страны забеспокоились не напрасно: с внедрением автоматизированной системы управления – практически «электронного правительства» – всем станет понятна громоздкость советского управленческого аппарата. «Липовые» отчёты легко будет проверить, а их авторов – вывести на чистую воду. Да и громадная управленческая вертикаль едва ли станет нужна… А куда девать всех этих высвободившихся партийных и советских работников? В общем, работу Глушкова признали чуть ли не угрозой для безопасности страны. Выручил академика министр обороны Дмитрий Устинов: он дал добро на внедрение автоматизированных систем управления на оборонных предприятиях.Следует признать, что Глушков отнюдь не был гонимым всеми диссидентом. Он стал Героем Социалистического Труда, в течение нескольких созывов избирался депутатом Верховного Совета СССР, входил в состав Центрального комитета Компартии Украины, наконец, на протяжении 20 лет был бессменным вице-президентом украинской Академии наук. И тем не менее «пробить» главное изобретение своей жизни он так и не смог.Георгий Филин

11 марта 2016, 07:30

Смерть негодяя

Американская газета «Вашингтон пост» сообщила, что причиной смерти бывшего министра печати РФ  и бывшего главы медиа-холдинга «Газпром-медиа»  Михаила Лесина  стала «тупая силовая травма головы» (​blunt force trauma to the head).http://www.rbc.ru/technology_and_media/11/03/2016/56e1e45e9a79476508c07029Раньше писали, что он умер от сердечного приступа.Вот тут более подробно:«Согласно данным, которые приводит издание, 59-летний Лесин также получил травмы шеи, туловища и верхних и нижних конечностей.Характер смерти (была ли это естественная или насильственная смерть, самоубийство или несчастный случай) не установлен, подчеркивается в заявлении, которое цитирует The Washington Post.Американское издание подчеркивает, что власти не сообщили никакой другой информации о «загадочной смерти известного политического деятеля, который когда-то служил в качестве министра печати» и руководителя «Газпром-Медиа», «управляемой государством холдинговой компании, которая контролирует большую часть российской прессы».Позднее в распоряжении РБК также появилось совместное заявление офиса судмедэксперта по округу Колумбия и полиции Вашингтона, на которое ссылается The Washington Post. В заявлении подчеркивается, что полиция продолжает расследование случившегосяПредставители администрации президента США в ответ на просьбу РБК отказались от комментариев, сославшись на тайну следствия. В офисе судмедэксперта также отказались от дополнительных комментариев РБК. В отделе полиции Вашингтона (Metropolitan Police Department) в телефонном разговоре отказались комментировать итоги экспертизы, ссылаясь на то, что расследование продолжается.Как отмечает The Washington Post, в ноябре родственники Лесина, ссылаясь на продолжительное заболевание экс-главы «Газпром-Медиа», говорили, что у него случился сердечный приступ. «РИА Новости» тогда со ссылкой на родственников Лесина сообщало, что причиной его смерти стали проблемы с сердцем.Американские судебно-медицинские эксперты в ноябре заявляли, что на установку причин смерти экс-главы министерства печати уйдет до 90 дней, однако, по истечении этого срока судмедэксперты округа Колумбия затруднились назвать причину смерти Лесина».http://www.rbc.ru/technology_and_media/11/03/2016/56e1e45e9a79476508c07029Вот  первоначальные сообщения:«Американские судебно-медицинские эксперты не готовы назвать причину смерти экс-министра печати России Михаила Лесина. По их словам, на ее выяснение может уйти до трех месяцевУстановление причины смерти бывшего министра печати России Михаила Лесина может занять до трех месяцев. Об этом РИА «Новости» сообщила руководитель аппарата главного судмедэксперта Вашингтона Беверли Филдс.«Судмедэксперты проводят экспертизу. Она может завершиться сегодня или же занять до 60–90 дней. Мы не указываем конкретное время, потому что каждое дело уникально», — сказала Филдс. По ее словам, когда расследование будет завершено, офис судмедэксперта сообщит о причине смерти.При этом она уточнила, что текст заключения патологоанатома опубликован не будет, заинтересованным сторонам помимо родственников и полиции можно будет получить его только через суд.Информация о смерти ​Михаила Лесина поступила 6 ноября, его тело было обнаружено в отеле Dupont в Вашингтоне. Позже телеканал ABC News уточнил, что тело Лесина было обнаружено еще утром 5 ноября. Эту информацию подтвердили в российском посольстве. Там пояснили, что тело Лесина обнаружила горничная. По предварительным данным, признаков насильственной смерти не отмечено. В посольстве добавили, что номер в гостинице был снят на имя Лесина, однако никаких документов в нем не нашлось.РИА «Новости» со ссылкой на родственников экс-министра сообщило, что причиной смерти стал сердечный приступ. На момент смерти Лесину было 57 лет».http://www.rbc.ru/society/10/11/2015/5641091e9a79473819284a3eК какому выводу можно придти, прочитав все это?Много вранья. Тупая силовая травма головы и травмы шеи, туловища, верхних и нижних конечностей не могут быть следствием сердечного приступа. Даже если человеку стало плохо и он упал на пол гостиничного номера, максимум в таком случае может быть травма головы от удара о пол. А шею, руки и ноги повредить можно, только если это был эпилептический припадок. За Лесиным такого недуга вроде бы не замечалось.Значит не сердечный приступ.Идем дальше.Убийство или самоубийство.Да та же самая логика. Можете вы представит  себе, что человек решил уйти из жизни  самостоятельно  и сначала травмировал себе шею, туловище, руки и ноги, а затем  разбежался и убилcя головой об стенку?Согласен, бред. Такое невозможно.А что возможно?Да то, что его  свалили на пол, били по туловищу, он закрывался руками и ногами, а потом его ударили чем-то по голове, возможно, тяжелым солдатским ботинком. И все. Аут.Ничего иного  не могло быть.За что его так, а главное - кто?И как получилось, что мощные ребята в солдатских ботинках вошли d jntkm и вышли из него незамеченными, а видеонаблюдения как будто там и не было? А вот в эти подробности я вникать не собираюсь и никому не советую.Судя по синхронному молчанию на эту тему как американских, так и российских правоохранителей, покойный достал и тех, и других. Как Березовский, к примеру. В старые стародавние времена, когда я подвизался в системе Большой Башни и выполнял информационные спецпроекты, возникла необходимость согласовать их с министром печати. С Лесиным. Спросил совета у своего менеджера, подполковника ФАПСИ, (у меня в команде гражданских не было, к слову сказать). Тот без раздумья   рекомендовал не общаться с министром  и вообще обходить его стороной и как можно дальше: «Страшный человек».Я так и поступил и обошелся без личного общения с  тем, кого не так давно нашли без признаков жизни в гостиничном номере в городе Вашингтон, округ Колумбия, США.Так в чем же сила, брат? Уж точно не в деньгах…

13 декабря 2015, 21:39

Всемирная климатическая договоренность

После двух недель переговоров 196 представителей стран-участниц всемирной климатической конференции ООН СОР-21, проходившей в Париже, утвердили рамочное соглашение, устанавливающее нормы выбросов парниковых газов после 2020 года и определяющее стратегию по предотвращению изменения климата. Парижское соглашение придет на смену действующему Киотскому протоколу. Его подписание состоится 22 апреля 2016 года в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке. «Теперь прошу участников СОР-21 утвердить проект под названием "Парижское соглашение". Я смотрю в зал, я вижу, что реакция позитивная, не слышу никаких возражений, Парижское соглашение по климату одобрено», - вынес исторический вердикт председатель форума, глава МИД Франции Лоран Фабиус. 12 декабря на окраине Парижа французский министр уверенной рукой опустив молоток в форме листа, возможно, вынес приговор эпохе ископаемого топлива. Бедным и богатым странам всего политического и географического спектра удалось прийти к консенсусу по некоторым важным вопросам борьбы с изменениями климата, вызванными человеческой деятельностью. После 20 лет безуспешных попыток договориться о методах регулирования климатической политики, 13 дней переговоров в выставочном комплексе Ле Бурже между представителями почти 200 стран нашли выражение в виде юридического соглашения, которое ставит амбициозные цели по ограничению повышения температуры на планете и может фундаментально изменить способ производства и потребления энергии, постепенно снижая зависимость от ископаемого топлива в пользу экологически чистых видов энергии. Согласно принятому документу, повышение средней температуры должно сдерживаться на уровне ниже двух градусов по Цельсию, ближе к уровню в полтора градуса. Богатые страны, подписавшие договор, ежегодно должны выплачивать бедным странам 100 миллиардов долларов для трансформации их экономик с целью решения климатических проблем. Развитые страны и страны с переходной экономикой должны сократить выбросы вредных парниковых газов. Ожидалось, что климатическая конференция завершится еще в пятницу, но ее пришлось продлить из-за разногласий участников. В целом делегаты высоко оценивают достигнутые результаты, но отмечают, что о победе говорить пока рано. Настоящая победа будет достигнута только, когда удастся добиться положительных результатов многолетней работы в соответствии в принципами, заложенными в соглашении. Как отмечает The Guardian, несмотря на интенсивное давление со стороны стран-производителей нефти, переговорщикам удалось выработать текст намного более амбициозный, чем ожидалось. Директор программы климата и энергетики в Институте мировых ресурсов Дженнифер Морган считает, что настоящее соглашение – это мощный сигнал в «сердце глобальных рынков», благодаря которому можно надеяться на ускорение перехода от ископаемых видов топлива к экономике чистой энергии. Президент Франции Франсуа Олланд, приложивший огромные дипломатические усилия для достижения климатического соглашения, заявил, что участники конференции получили возможность войти в историю. «Мы находимся в решающей точке времени», - сказал он. В равной степени достигнутое соглашение можно считать триумфом ООН, потратившей четыре года для преодоления политической инертности и глубоких разногласий между бедными и богатыми странами, которые в конце концов удалось собрать вместе, добавляет британская газета. Президент США Барак Обама назвал подписанное соглашение «лучшим шансом» для спасения планеты. В его заявлении, опубликованном на сайте Белого дома, говорится, что США последние семь лет были «глобальным лидером» в борьбе с изменением климата и в результате, вопреки скептикам, которые пророчили сокращение рабочих мест, наступила «самая длинная полоса создания новых рабочих мест в частном секторе в нашей истории». Глава Белого дома подчеркнул, что выработанное соглашение не решает проблему, но, по крайней мере, устанавливает рамки, в которых необходимо действовать для решения климатического кризиса. «Это соглашение будет подразумевать уменьшение количества углеродных загрязнений, угрожающих планете, а также увеличение количества рабочих мест и рост экономики, которые будут достигнуты благодаря инвестициям в снижение уровня углерода», - добавил Обама. Washington Post отмечает, что Парижские соглашения являются одним из главных дипломатических достижений администрации Обамы. Сделав ставку на тему изменения климата, демократам удалось завоевать дополнительные очки в полемике с республиканцами в Конгрессе, многие из которых оспаривают научный консенсус, связывающий техногенное загрязнение с глобальным потеплением.   Кроме того, Обама помог заложить основу для соглашения путем договоренности с Китаем о совместной работе по сокращению выбросов. США и Китай, наряду с Индией, являются крупнейшими эмитентами парниковых газов. 

20 ноября 2015, 16:50

Книга о рисках роботизации получила приз FT/McKinsey

Бестселлер Мартина Форда "Восхождение роботов: технологии и угроза будущего без работы" назван лучшей книгой для бизнеса 2015 г. по версии издания Financial Times и консалтинговой компании McKinsey & Company.

21 октября 2015, 20:05

Политика: У Джимми Картера на руках могут быть серьезные карты

Экс-президент США Джимми Картер сообщил о том, что передал России информацию о позициях ИГ в Сирии. Вне зависимости от реальной ценности этих данных заявление творца Кэмп-Дэвидских соглашений можно расценивать как значимый сигнал, который Белому дому посылают оппоненты «ястребов»: и демократ Картер, и республиканец Генри Киссинджер, и весомая часть действующей элиты США. Экс-президент США, лауреат Нобелевской премии мира и активный участник миротворческих процессов последних десятилетий Джимми Картер утверждает, что передал российскому посольству в Вашингтоне карты позиций террористической группировки «Исламское государство» в Сирии. Накануне Картер заявил, что «достаточно хорошо» знаком с президентом России Владимиром Путиным, с которым у него «общий интерес к рыбалке нахлыстом». Судя по сообщению Washington Free Beacon, бывший президент США утверждает: в апреле Путин даже дал ему адрес электронной почты, чтобы обмениваться «опытом рыбалки нахлыстом, в частности, в России». На видео, показанном телеканалом МSNBC, Картер заявил, что еще в мае он передал президенту Путину письмо «и спросил, нужна ли ему копия нашей карты для того, чтобы он мог точечно наносить авиаудары в Сирии». «Таким образом, если в будущем Россия будет наносить авиаудары не по тем местам, вы будете знать, что это моя вина, а не Путина», – иронически добавил Картер. Washington Free Beacon отмечает, что поступок Картера идет вразрез с политикой администрации Барака Обамы; судя по всему, экс-президент США действовал по собственной инициативе. По словам экс-президента США, карты, с помощью которых Москва может повысить точность своих ударов по ИГ в Сирии, подготовила созданная им и его супругой неправительственная организация «Центр Картера». Washington Free Beacon указывает, что Джимми Картер ранее выражал поддержку действиям России на Украине. После встречи с Владимиром Путиным весной этого года он сказал, что воссоединение Крыма с Россией было неизбежным и это то, чего хотели его жители. Миссия патриархов геополитики Министерство обороны США, которое сейчас возглавляет однофамилец экс-президента Эштон Картер, отказалось прокомментировать заявление Джимми Картера. «Я не могу сказать, знает ли кто-либо в Пентагоне о том, что Центр Картера предоставил карты российскому посольству», – заявила представитель оборонного ведомства Элисса Смит. Но, как уже отмечалось выше, в конце апреля этого года Джимми Картер действительно общался с российским руководством в рамках визита делегации «Группы старейшин» (международного объединения высокопоставленных отставных политиков, созданного в 2007 году по инициативе ныне покойного экс-президента ЮАР Нельсона Манделы). Делегацию тогда возглавлял бывший генеральный секретарь ООН Кофи Аннан. В состав, помимо Картера, входили: экс-президент Финляндии Марти Ахтисаари – также весьма активный международный миротворец, имевший отношение и к межсирийским переговорам, а также бывший спецпредставитель генсека ООН по Сирии Лахдар Брахими. Добавим, что еще в 2013 году Картер и старший советник возглавляемого им центра Роберт Пастор (в бытность Картера президентом – один из советников по вопросам национальной безопасности) опубликовали в Washington Post статью, в которой призвали: «Пришло время сменить повестку дня, предусловия и стратегию по Сирии и положить конец войне». «Американская демократия – это подделка» Как ранее отмечала газета ВЗГЛЯД, 90-летний экс-президент Картер критикует свою страну, причем критике подвергается не только внешнеполитический диктат или войны на Ближнем Востоке, но и состояние внутренней политики. «США – это олигархическая, а вовсе не демократическая страна, – заявил Картер в августе этого года. – Американская демократия – это подделка, вне зависимости от того, сколько денег в нее вкачивают олигархи, которые контролируют страну и национальные СМИ». Показательно, что не только Картер, но и другие отставные лидеры западного мира из числа политиков-«тяжеловесов» (в том числе те, кто возглавлял свои страны не только в период разрядки, но и в момент конфронтации между Западом и Москвой), последовательно критикуют нынешние действия Соединенных Штатов. Это, в частности, касалось реакции США и ЕС на воссоединение Крыма и России. В частности, бывший канцлер ФРГ, 96-летний Гельмут Шмидт или 89-летний бывший президент Франции Валери Жискар д'Эстен не только осуждают санкции и попытку блокады России со стороны Запада – Шмидт, например, назвал их глупостью, а д'Эстен заявил, что Крым должен остаться русским – но и критикуют США за их диктат в мировых делах. Память о Кэмп-Дэвиде «Картер – очень неожиданный переговорщик. Честно говоря, я думал, что это не очень всерьез: все-таки 90-летний политик без большой базы в собственной, демократической партии. Но все же надо помнить о том, что это лауреат Нобелевской премии мира; в его активе – важнейшая ближневосточная сделка, Кэмп-Дэвидские соглашения 1978 года», – отметил в комментарии газете ВЗГЛЯД политолог, эксперт-американист Борис Межуев. По мнению собеседника, «если вспоминать что-то позитивное для Соединенных Штатов, то это именно соглашения в Кэмп-Дэвиде, приведшие к миру между Египтом и Израилем». «Картер – это человек, получивший большое признание в мусульманском мире», – добавляет Межуев. Но, отмечает эксперт, при этом не надо забывать, что экс-президент занимает особую позицию в американском политическом истеблишменте – «известны, например, его ярко выраженные симпатии к Палестине». «Мы можем ожидать демонстративного заявления» из окружения Обамы «о том, что этот человек в данном случае представляет самого себя», подчеркивает Межуев.  «Эта группа не так уж мала» Заявление Картера можно расценивать как своего рода сигнал, поданный той частью демократов, которые группируются вокруг нынешнего госсекретаря Джона Керри, полагает доцент кафедры политической теории МГИМО МИД России Кирилл Коктыш. «Эта группа не так уж мала, если учитывать ее влияние в Конгрессе», – отметил эксперт в комментарии газете ВЗГЛЯД. В этом плане можно говорить о том, что часть Демократической партии может занимать позицию, альтернативную «генеральной линии» президента-демократа Обамы. К таким «голубям мира» можно отнести, в частности, претендента на выдвижение в президенты от демократов Берни Сандерса. Этого сенатора из Вермонта, настроенного последовательно антимилитаристски, поддерживают 25% электората Демократической партии (2-е место, судя по данным последних опросов). У фаворита гонки Хиллари Клинтон, впрочем, поддержка заметно больше – около 40%. То, что внутри вашингтонского политического истеблишмента существуют разные мнения, в том числе по сирийскому вопросу – не секрет, добавляет Коктыш. «Главным рупором альтернативного мнения является Генри Киссинджер», – подчеркивает собеседник. 92-летний Киссинджер, госсекретарь при Ричарде Никсоне и Джеральде Форде – пожалуй, один из самых влиятельных из отставных республиканских «тяжеловесов», чье мнение имеет вес и сейчас. Достаточно вспомнить его недавнюю статью в Wall Street Journal, в которой патриарх американской внешней политики фактически призывает отказаться от свержения Башара Асада. «Президент-демократ Джимми Картер солидаризируется с той же группой. Тем более что у него, как у отставного президента и морального авторитета, не связаны руки, и он может себе позволить такие действия в качестве самостоятельного политического лица», – отмечает Коктыш. «Категорически отказываются от слова «сотрудничество» Напомним, несмотря на попытки Москвы наладить совместную работу с Вашингтоном в Сирии, действующее руководство Белого дома уже не раз заявляло, что отказывается сотрудничать с Россией, поскольку Кремль поддерживает режим Асада. О необходимости совместных действий Путин заявлял еще в преддверии своего выступления на юбилейной, 70-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке. После этого Россия неоднократно предпринимала попытки начать совместную работу, однако не встречала поддержки в США. Так, Россия предлагала провести международную встречу на высоком военно-политическом уровне в Москве по Сирии и отправить в Вашингтон делегацию, которую мог бы возглавить премьер-министр Дмитрий Медведев. США ответили, что не примут российскую делегацию. США отказались и от совместных с Россией операций по спасению пилотов в Сирии. Как отметил замминистра обороны России Анатолий Антонов, США «категорически отказываются от слова «сотрудничество» и пока ограничивают взаимодействие контактами министерств обороны двух стран в отношении безопасных полетов. По его словам, «мы предложили США большую программу взаимодействия, в том числе по Сирии... К сожалению, США оказались пока к этому не готовы». Теги:  Владимир Путин, информация, Сирия, антитеррористическая операция, США и Россия, война в Сирии Закладки:

25 октября 2014, 16:00

США целится в Африку

Сахель – природная зона Африки, с юга примыкающая к Сахаре в виде полупустынь, плавно переходящих в полусаванны. Окраина ("сахель" по-арабски "край") величайшей пустыни мира протянулась полосой шириной в несколько сотен километров от побережья Атлантического океана на западе до Красного моря на востоке. На территории Сахеля, по площади сравнимой с Западной Европой, разместились Мавритания, Сенегал, Гамбия, Мали, Буркина-Фасо, Нигер, Чад и Кабо-Верде. Часто в состав Сахеля включаются некоторые области Судана, Нигерии, Эфиопии и Сомали. Специфика Сахеля в том, что пустыня нередко отделяет правительства этих африканских стран от своего населения, представляющего смесь из различных этнических группировок, говорящих на многочисленных языках и диалектах. Тяжелые природные условия, бедственное экономическое положение, политическая нестабильность являются предпосылкой государственных переворотов, сопровождающихся переориентацией национальных политик и сменой государственных приоритетов. Террор в Африке Не случайно специальный посланник ООН в Сахеле Романо Проди недавно предупредил "о высоком уровне хрупкости в регионе". ГНЕЗДО РАДИКАЛОВ И ТЕРРОРИСТОВ Огромные территории по периметру региона Сахель стали желанным прибежищем различных террористических организаций и джихадистских групп, сумевших образовать своего рода экстремистский альянс, в котором верховодят боевики "Аль-Каиды" исламского Магриба" (AQIM), ранее известной как алжирская группа джихадистов (GSPC), а также группировки "Ансар ад-дин" ("Защитники религии") и "Движения за единство и джихад в Западной Африке". Эта тройка поддерживает близкие отношения с повстанческой группировкой туарегов MNLA (National Movement for the Liberation of Azawad). По-прежнему представляет серьезную угрозу радикальная нигерийская исламистская секта "Общество приверженцев распространения учения Пророка и джихада" (Боко Харам), созданная Мохаммедом Юсуфом для введения шариата и искоренения западного образа жизни. Основанная бывшим региональным лидером "Аль-Каиды" в странах исламского Магриба Мокхтаром Бельмохтаром военизированная группировка, называющая себя "Mourabitounes", объявила войну Франции и французским интересам в регионе. Недавно информационное агентство Мавритании Nouakchott News сообщило о слиянии двух экстремистских групп в Сахаре и образовании новой джихадистской организации "al-Murabitun Brigade", провозгласившей своей целью объединение мусульман "от Нила до Атлантики под салафистским флагом". Силы командования АФРИКОМ в 2008 году Дислоцирующиеся в Сахеле экстремистские организации подтвердили свое умение быть так называемыми социальными операторами, которые, воздействуя на чувства родовой, семейной общности, играя на межплеменных противоречиях, используя политическую нестабильность и слабость экономик, подбирают, тренируют, экипируют, обеспечивают, дают кров и собирают в свои ряды новых бойцов. Экономическое сообщество западноафриканских государств (ЭКОВАС) и Африканский союз (AU) провели ряд конференций, посвященных проблемам Транс-Сахары. Председатель ЭКОВАС президент Кот-дИвуара Алассан Уаттара объявил север Мали "убежищем для террористических группировок" и принял решение о развертывании наземных сил для борьбы с ними согласно Резолюции 2085 Совета Безопасности ООН. Для операции ЭКОВАС выделил 3300 солдат. В распоряжении ЭКОВАС находятся межафриканские силы, созданные из подразделений девяти западноафриканских стран: Нигерии, Того, Бенина, Сенегала, Нигера, Гвинеи, Ганы, Буркина-Фасо и Чада. В их составе 5800 военнослужащих. Глава Африканского союза, президент Бенина Бони Яйи призвал НАТО направить воинский контингент для участия в санкционированной ООН военной операции. "Это… проблема не только Африки. Это мировая, международная проблема", – заявил Яйи. "Африка многому хотела бы научиться у НАТО", – заявил комиссар AU по вопросам мира и безопасности Рамтане Ламамра. Запад не замедлил откликнуться на призывы африканских политиков. Объем помощи Евросоюза странам Сахеля менее чем за три года увеличился более чем в шесть раз и превысил 280 млн евро. Постоянный представитель Франции в ООН Жерар Аро призвал ускорить размещение в Мали международного военного контингента без ограничения срока его пребывания. Соединенные Штаты обозначились в Сахеле дежурным утверждением Пентагона о возможности использования "Аль-Каидой" стран региона в качестве базы для размещения и подготовки террористов. Главное – "не допустить получения террористами безопасного пристанища в регионе", – подтвердил официальный представитель Совета национальной безопасности Белого дома Томми Витор. Такова внешняя сторона событий. ИНТЕРЕС ВАШИНГТОНА Однако периодически в прессу просачивались сведения, свидетельствующие о повышенном интересе США к Сахелю. То достоянием общественности стал факт обсуждения в кулуарах Генеральной Ассамблеи постоянным представителем США в ООН Самантой Пауэр с различными национальными лидерами судьбы более 700 млн долл., направленных Вашингтоном в регион в последние годы. То неожиданным откровением прозвучали слова военного научного сотрудника Вашингтонского института ближневосточной политики подполковника Джошуа Берджесса, прямо заявившего, что "нестабильность угрожает американским интересам в регионе и за его пределами". То вдруг о возможности военной операции на территории одного из государств Сахельской зоны поведал заместитель министра обороны США по специальным операциям Майкл Шихан. В полном размере На самом деле, внимание Соединенных Штатов к странам Сахеля, выражающееся в расширении Вашингтоном военно-политического влияния на национальные правительства, включая размещение воинского контингента, объясняется весьма обыденным образом – стремлением обеспечить надежный доступ к минеральным ресурсам региона. Американская военная промышленность заинтересована в импорте африканского кобальта, слюды, цинка, свинца, меди, титана, циркония, хрома и металлов платиновой группы, урана и бокситов. Почти 100% потребностей индустрии Соединенных Штатов в хроме обеспечивается поставками из стран Черного континента. Более двух третей потребляемого в Америке кобальта – африканского происхождения. Этот металл используется при производстве термостойких и особо прочных сплавов для авиационной промышленности и магнитосплавов для электронной отрасли. Аналогичная ситуация сложилась и с потреблением марганца, по запасам которого Африка занимает первое место в мире. По мнению специалистов, экономика США жизненно зависит от стабильности импорта из Африки. Альтернативы объемам африканского импорта стратегического сырья не существует. В то же время в США с большой тревогой относятся к уверенному продвижению в Африку вездесущих бизнесменов из Китая и Индии. Соединенные Штаты еще сохраняют первое место в торговле с африканскими странами, но присутствие азиатских конкурентов становится все ощутимее. Известный политолог и независимый журналист Ф. Уильям Энгдаль из канадского Центра исследования глобализации высказал предположение о скором превращении богатых природными ресурсами государств региона в театр стратегического соперничества между США и их реальным конкурентом на мировой арене Китаем. Ранее американский политолог Рик Розофф обратил внимание на репортаж в кенийском журнале Africa Review, увидевший в действиях Соединенных Штатов не только попытку противодействия экспансии Китая в Африке, но и стремление "блокировать крупных поставщиков оружия африканским странам – Китай и Россию". Сохранение существующего положения в потреблении африканских ресурсов требует от Вашингтона реализации системы мер для преодоления вызовов и конкретных угроз позициям США в регионе. Масштабы организованной преступности, контрабанда оружия и наркотиков, сосредоточие террористических группировок, слабость национальных правительств, неспособных эффективно контролировать территорию собственных стран, используются правящими кругами Соединенных Штатов в качестве гуманитарного обоснования интенсификации военно-политического и военно-экономического сотрудничества с лояльными режимами Сахельской зоны. В западной прессе высказываются предположения об умышленной дестабилизации американцами положения в регионе для того, чтобы обосновать военное присутствие США в странах Сахеля. С утверждением о преднамеренности создания зависимости региона Сахель от Соединенных Штатов выступил Эрик Драйцер, политолог из Нью-Йорка. В полном размере: Мавритания, Мали и Нигер - полезные ископаемые. Иными словами, наличие хотя бы гипотетического противника легитимизирует наращивание американского военного присутствия в глазах национальной и мировой общественности. В этой ситуации вполне логичным выглядело развертывание правительством США многолетней контртеррористической программы для Транс-Сахары (The Trans-Sahara Counterterrorism Partnership – TSCTP), включившей в орбиту американского военного присутствия Мали, Нигер, Чад, Мавританию, Алжир, Буркина-Фасо, Марокко, Нигерию, Сенегал и Тунис. При этом TSCTP имеет весьма узкую направленность – антитеррор, предполагая обучение африканских военнослужащих современным методам борьбы с терроризмом (Terrorist Interdiction Program – TIP). Любопытное признание сделал аналитик компании "CNA Corporation" Лесли Энн Уорнер в статье "Уловка-22 в Сахеле", опубликованной в журнале The National Interest в апреле 2014 года, обратив внимание на то, что программа TSCTP "не сосредоточена на построении демократических институтов, борьбе с государственной коррупцией, решении проблем социального неравенства в странах, которые в этом особенно нуждаются". Военная составляющая программы нацелена на расширение именно военного сотрудничества с вооруженными силами стран-партнеров. Финансирование программы осуществляется Министерством обороны США. При этом средства выделяются на проведение операции "Несокрушимая свобода Транс-Сахары" (OEF-TS). К числу программ военной помощи наряду с такой значительной, как "Военное финансирование иностранных государств", относится и программа "Международное военное образование и подготовка" (IMET), ставшая действенным инструментом американского пропагандистского воздействия и формирования приверженцев американизма в правящих кругах стран Сахельской зоны. ОТВЕТСТВЕННЫЕ ЗА АФРИКУ Программа IMET предполагает приглашение военнослужащих иностранных государств для обучения в таких военных учебных заведениях США, как Военный колледж ВС США и Американский университет национальной обороны. Это сотрудничество содействует военному взаимодействию, обмену информацией, планированию совместных учений, обеспечивающих совместимость национальных вооруженных сил с ВС США, НАТО и сил региональных коалиций. Американское военное ведомство потратило 125 млн долл. на реализацию программы помощи в подготовке и снабжении оружием вооруженных сил стран Сахельской зоны Чада, Мали, Мавритании и Нигера. Американцам удалось добиться публичного одобрения военного сотрудничества с ВС США со стороны дружественных им правительств стран Сахеля. Карта в полном размере: Базы США в Африке 2012 год. Для обеспечения надежной защиты в Африке интересов "национальной безопасности США путем укрепления обороноспособности государств-партнеров" было создано Африканское объединенное командование вооруженных сил (AFRICOM) с зоной ответственности, охватывающей территорию всего Африканского континента (за исключением Египта) с прилегающими островами – всего 53 страны общей площадью более 13 млн квадратных миль. Целевым назначением новой структуры стало осуществление охранительной функции, то есть присмотр за разработкой и транспортировкой извлекаемых из недр Африки природных ресурсов, а также организация противодействия конкурентам из Европы и Азии. Количество стран постоянного базирования американских частей в странах Африки к югу от Сахары, на Африканском Роге и в центре континента, согласно карте, приведенной изданием The Washington Post в номере от 21 мая 2014 года, достигло 12. Эффективное выполнение своей миссии в Африке командование ВС США связывает с широким использованием последних достижений науки. AFRICOM, в частности, спонсирует научно-практические конференции, посвященные проблемам Транс-Сахеля. О важности конференций свидетельствует присутствие на них высших чинов данного командования. Для еще большего повышения значимости этих мероприятий на конференции в итальянской Виченце, по словам представителя PR-службы командования Ричарда Бартелла, присутствовал лично военный представитель США при НАТО генерал-лейтенант Дэвид Р. Хогг и сопровождавшие его офицеры полковник Рэндалл Карлсон, полковник Боб Томасович, сержант-майор Ху Родос и другие. Тогда в центре внимания 120 присутствовавших военнослужащих и гражданских лиц находился известный специалист по проблемам Западной Африки профессор университета Флориды, редактор Journal of Modern African Studies Леонардо А. Виллалин, занимающийся изучением социальных преобразований и перспектив стабильности в шести франкоязычных странах Сахеля. В соответствии с программой TSCP личный состав AFRICOM при участии сотрудников Агентства США по международному развитию (USAID), занимающегося разработкой программы гражданского общества в странах региона, уделяет существенное внимание установлению непосредственных контактов с членами национальных правительств Сахеля. Помощник госсекретаря по делам Африки Линда Томас-Гринфилд в основном докладе в Национальном университете обороны на 8-й ежегодной конференции TSCP, проходившей осенью 2013 года, четко формулировала задачу: "Пора подумать о том, как мы можем поддержать мирные, успешные выборы в регионе, в частности в Буркина-Фасо, Нигере, Ливии, и, конечно, в Нигерии". Присутствовавшие на конференции высокопоставленные представители дипломатических кругов, генералитета и различных спецслужб с пониманием отнеслись к прозвучавшему с трибуны утверждению: "В долгосрочной перспективе стабильные, подотчетные и прозрачные правительства являются главными сдерживающими факторами насильственного экстремизма". Обеспечением означенных стабильности и подотчетности и занялись ВС США. ДИСТАНЦИОННАЯ ВОЙНА Произошедший в американской военной стратегии сдвиг от крупномасштабных и весьма затратных военных действий в пользу точечных, малоформатных операций отражает резкое снижение желания американского общества видеть своих солдат за рубежом. Невосполнимые потери американских ВС в ходе операций в Ираке и Афганистане составили почти 7 тыс. человек. Расходы на ведение военных действий в этих странах составили, по свидетельству журнала New York Times, от 4 до 6 трлн долл. Сегодня война в обычном понимании этого слова рассматривается многими американцами как дорогое и непозволительное удовольствие. Военные также в целом отходят от идеи развертывания большого количества войск и теперь предпочитают решать возникающие проблемы в конфликтах низкой интенсивности с помощью беспилотных летательных аппаратов, оборудованных средствами разведки и наблюдения и оснащенных современными авиационными средствами поражения, а также посредством проведения секретных спецопераций в виде тщательно подготовленных рейдов. Карта в полном размере: Ресурсы Африки и французские военные базы. Неудивительно, что важнейшим компонентом AFRICOM стало Командование специальных операций (SOCAFRICA), во главе с бригадным генералом Джеймсом Б. Линдером, магистром университета Вэбстера в области международных отношений и национальной безопасности. Еще недавно Линдер, выпускник Клемпсона, командовал Объединенной оперативной группой специальных операций на Филиппинах (Joint Special Operations Task Force – Philippines). Линдер принял командование 7 июня 2012 года от контр-адмирала Брайана Л. Лоузи. Во время торжественной церемонии смены командования в гимназии казарм Келли в Штутгарте (штаб-квартира AFRICOM) председательствовавший генерал Дэвид Родригес назвал Линдера "правильным человеком", достойным командиром американского спецназа в Африке. Генерал Дэвид М. Родригес любил на людях поговорить об ограниченности контингента инструкторов на базе в Джибути, где разместился американский антитеррористический центр с контингентом в 1,5 тыс. солдат и офицеров. В начале мая 2014 года Пентагон продлил на десять лет контракт с Республикой Джибути на использование базы Кэмп-Лемоньер. После дежурных призывов "работать вместе с нашими африканскими партнерами, чтобы дать им возможность" справиться с угрозой, исходящей от "жестокого врага, безжалостного в целях и коварного в методах", он по-военному четко, но просто и по свойски сформулировал напутствие Линдеру "не оставлять континент без присмотра". Генерал Линдер получил назначение в AFRICOM сразу после штурма дипломатической миссии в ливийском городе Бенгази в 2012 году. По его мнению, "нестабильность в Ливии ведет к нестабильности во всей Западной Африке". Летом 2014 года, беседуя с корреспондентом New York Times, Линдер уверенно заявил: "Моя работа заключается в том, чтобы посмотреть на Африку и сказать, где здесь таится угроза для Соединенных Штатов". Чуть позже он зловеще добавил: "Я вижу врага…" КУЛЬТУРОЛОГИЯ И ИДЕОЛОГИЯ На передовой линии в местах развертывания американских контингентов находятся Команды военного информационного обеспечения (КВИО), осуществляющие для МО США, сотрудников других заинтересованных ведомств, партнеров принимающей стороны предметную оценку культурологических особенностей, необходимых при исследовании феномена роста влияния экстремистских организаций в Сахеле и разработке контрмер распространению идеологии радикального экстремизма. Команды оказывают содействие правительству принимающей стороны и посольству США в осуществлении операций военного информационного обеспечения (messaging operations), кампаний воздействия по убеждению в необходимости военного сотрудничества с целью вызвать необходимые поведенческие изменения в определенных целевых аудиториях. Команды ВИО формируются из специалистов, обладающих навыками работы в специфической оперативной обстановке. В целях оптимизации коммуникативных возможностей и повышения эффективности информационного воздействия сотрудники подразделений в операциях военно-информационного обеспечения координируют свою деятельность со структурными звеньями SOCAFRICA и представителями посольства США. На команды возлагается ответственность за координацию коммуникативной деятельности в период проведения многонациональных учений между вооруженными силами страны-хозяйки, зарубежными участниками и американским межведомственном сообществом. КВИО действует на протяжении всех учений как основное связующее звено между участвующими военными подразделениями и другими задействованными в маневрах акторами, а также жителями страны, на территории которой эти учения проходят. Капитаны Джон Боэнерт и Джейми Нази из состава 7-го регионального батальона 4-й группы ВИО Объединенной тактической группы сил специальных операций в Западной Африке недавно сообщили в журнале Special Warfire, что крупномасштабные многонациональные учения под кодовым наименованием Flintlock, ежегодно проводимые в Западной Африке, предоставляют сотрудникам КВИО исключительную возможность тесно взаимодействовать с военными партнерами принимающей страны, как с точки зрения обучения, так и "в контексте реализации плана стратегической коммуникации, интегрированного в общий план учений". Военными специалистами 4-я группа ВИО считается ядром сил и средств военного информационного обеспечения ВС США. Общая численность 4-й группы ВИО, возглавляемой легендарным полковником Реджинальдом Бостиком, по данным Линды Робинсон, составляет 729 человек. Команды ВИО содействуют организации специализированных тренировок с личным составом подразделений вооруженных сил принимающей стороны. Американцы консультируют и помогают африканским солдатам в овладении умениями, связанными с проведением военного информационного обеспечения. Иногда сотрудники команды задействуются и в других тренировочных мероприятиях, включая стрелковую подготовку. Инструкторы КВИО обучают африканских коллег приемам эффективного коммуникативного взаимодействия с гражданским населением своей страны, установлению доверительных ежедневных контактов, и в итоге созданию прочной системы отношений с целью обеспечения общественной поддержки дружественных США местных правящих элит. Проводимые сотрудниками КВИО региональные тренировки и учения играют важную роль в передаче эффективных методик информационно-пропагандистского воздействия (messaging tactics) военным специалистам стран-партнеров. Силы ВИО Соединенных Штатов не только следят за проведением операций региональными партнерами, но также содействуют процессу передачи и обмена информацией между ними. В конечном счете их деятельность направлена на упрочение сотрудничества и развитие более согласованных информационно-пропагандистских действий, дополняющих и усиливающих взаимодействие вооруженных сил стран региона Сахель. Соперничество стран за Африку Нередко военному руководству страны-хозяйки предоставляются возможности использования технических средств для создания более качественных продуктов информационно-пропагандистского воздействия на различные целевые аудитории. Особенно востребованной считается помощь в создании мультимедийной иллюстративной графики. Региональные команды ВИО разрабатывают варианты оказания поддержки агентам влияния на местах, учитывая потребности партнерских организаций и общую конечную цель осуществляемой кампании информационно-психологического воздействия. При этом активно используется потенциал Центра медийных операций в Форт-Брэгге по созданию и монтажу теле- и радиопередач, а также редактированию печатных СМИ. Полковник Кевин Лихи, американец ирландского происхождения из Нью-Джерси, осуществляет систему PR-акций, направленных на деморализацию террористических группировок, пытаясь вырвать из рядов экстремистов людей, попавших в сети джихадистской пропаганды вследствие крайней нищеты, голода, болезней и хронической безработицы. Искренне радуется достижению положительного результата: "Мы будем использовать все возможности, чтобы, никого не убивая, привлечь их к сотрудничеству". Старший военный чиновник из Нигера полковник Махамане Ламину Сани сказал позже: "Мы должны дать отпор социально". ВОЛШЕБНАЯ СИЛА ИСКУССТВА Однажды при обыске лагеря террористов было обнаружено множество DVD-дисков с фильмами Чака Норриса. Вскоре тайный агент подтвердил мысль Кевина Лихи о наличии в банде большого числа поклонников американских боевиков 80-х годов. И кинозвезде было сделано неожиданное предложение создать видеообращение к экстремистам с призывом вернуться к мирной жизни. Кевин Лихи при поддержке руководства сумел осуществить качественную запись песни "Come Home" ("Вернись домой") с участием популярной угандийской поп-звезды по имени Хосе Хамелеон и организовать ее распространение среди местного населения. С удивительно добрым чувством, рассказывал офицер SOCAFRICA Майк, они смотрели, как люди выходят из кустов и капитулируют. Это было похоже на "освобождение людей из рабства". Для Лихи предпочтение имеют операции, которые он называет операциями влияния. По словам Линдера, они "устраняют комбатантов с поля боя", предоставляя боевикам возможность избежать печальной участи и вернуться к семье. Летом 2014 года в Диффе американские, канадские, французские и британские инструкторы обучали элитные подразделения вооруженных сил стран Сахеля премудростям ведения боевых действий с повстанцами, особенностям комплектования контрольно-пропускных пунктов, устройству засад и проведению рейдов, умению агрессивно подходить к вражескому лагерю. При подготовке квалифицированных специалистов в области операций военного информационного обеспечения инструкторы отрабатывали приемы взаимодействия с местной гражданской администрацией и населением. Один из африканских офицеров лично прикрепил к фюзеляжу легкомоторного самолета мощные динамики и, летая над местами расположения экстремистов, обращался к ним с призывами вернуться домой. После одного из таких полетов шестеро боевиков сложили оружие… Китай - Африка взаимная торговля Однако количество людей в повстанческих и экстремистских группах не сокращается. Причиной тому, по мнению, старшего научного сотрудника организации Human Rights Watch Коринн Дуфка, является "отсутствие обеспечения верховенства закона", вызванное "преступным поведением солдат, полицейских, политиков, имеющих мандат на защиту людей и их интересов". Африканские военные часто служат коррумпированным диктаторам и регулярно совершают грубые нарушения прав человека. В Нигерии, по данным Human Rights Watch, целевая группа нигерийской армии, призванная сражаться с террористами Боко Харам, была замечена в "чрезмерном применении силы, физического насилия, тайного содержания под стражей, вымогательстве, поджогах домов, краже денег во время рейдов и внесудебных казнях подозреваемых". Правительство Южного Судана было подвергнуто разоблачительной критике за привлечение Народно-освободительной армии, обученной и подготовленной США, к этническим убийствам. По словам Джона Райла, исполнительного директора независимого исследовательского института Рифта-Валли (Rift Valley Institute), "после того как жесткие навыки были переданы, уже трудно предсказать, как они будут использоваться". Американские военачальники хорошо осведомлены о положении дел. "Мы полны решимости научить африканские силы действовать в рамках законности, уважения прав человека, – заявлял генерал Картер Хэм, бывший командующий AFRICOM, – но миссия еще далека от завершения". Миссия продолжается. И "тихо движутся небольшие группы мужчин в флисовых куртках и кроссовках, веером по всему африканскому континенту". Точно и глубокомысленно подметил полковник Народной Армии обороны Уганды Майкл Кабанго: "Работа с американцами напоминает небольшую лошадь перед огромной телегой. Вы должны быть предельно осторожны, иначе телега раздавит вас". http://nvo.ng.ru/wars/2014-09-26/1_sahel.html

16 апреля 2014, 10:49

Путин-младший: преемник или наследник?

Оригинал взят у shchukin_vlad в Путин-младший: преемник или наследник? На фоне драматических событий на Украине как то потерялось важнейшее событие дома. Внезапно, в российской политике появился новый занятный персонаж (на фото слева, не перепутайте).  Знакомьтесь, Роман Путин, он же племянник президента России Владимира Путина. 37 лет, экс-офицер ФСБ, предприниматель и общественный деятель. Племянник самый настоящий, двоюродный. Вот что пишет о нем Вики: Роман Путин родился в Рязани в семье военнослужащего и врача. Сын Игоря Александровича Путина, внук Александра Спиридоновича Путина[2], рязанского дяди Президента РФ Владимира Путина, у которого было трое детей: Ольга, Людмила и сын Игорь. До декабря прошлого года племянник вождя пребывал в глухой тени, ведя скромный образ жизни предпринимателя средней руки. Последние годы о нем тупо молчали, до 2011 его изредка вспоминали по бизнесу – презентация Медведеву гиропланов, проект речного такси для Собянина итп. Жил себе Путин-младший и не особо отсвечивал, как вдруг подводная лодка получила сигнал к экстренному всплытию. Первым звоночком стал конфликт Романа Путина с губернатором Новосибирской области Василием Юрченко в декабре прошлого года. На отчетной пресс-конференции губернатора спровоцировали на реплику об увольнении своего советника за проект, на котором тот не имел отношения. Зачем губернатору было врать о племяннике Путина, да еще – публично, осталось загадкой. В ответ обиженный Путин-младший обрушился на коррупцию в окружении губернатора, призвав Следственный комитет «разобраться». После атаки племянника в СМИ рекой полился накопленный силовиками компромат на Юрченко. Но это были цветочки, ягодки поспели к Олимпиаде. Сразу после ее закрытия племянник Владимира Путина открывает консалтинговую компанию с неброским названием «Putin Consulting», чтобы «помочь западным инвесторам преодолевать административные барьеры в России». О старте компании написали лучшие мировые СМИ: от Washington Post и WSJ до Guardian и Daily Telegraph. Сам Путин-младший заявил о том, что считает своей «миссией» помочь в трудный час российской экономике преодолеть возможную изоляцию. Реализовать такое без согласования с Кремлем невозможно. Через неделю после старта Putin Consulting Владимир Путин вышвыривает Юрченко из губернаторского кресла «в связи с утратой доверия». Силовики берут губернатора прямо у трапа самолета, как когда то Ходорковского. Одной из самых популярных версий отставки стала версия расправы с обидчиком руками дяди. Как бы то ни было, за обиду племянника Юрченко весьма быстро ответил. При этом другой губернатор, советником которого значится Путин-младший, глава ЯНАО Дмитрий Кобылкин, напротив, резко попер вверх. С начала года Кобылкин стабильно держит первое (!) место в кремлевском рейтинге губернаторов. В конце марта Роман Путин объявляет войну откатным схемам, которые используются генподрядными организациями для разворовывания бюджетных денег. Он вносит в Госдуму инициативу по законодательному ограничению генподрядного процента. Под прицелом Путина-младшего оказываются нелюбимые народом олигархи из кооператива «Озеро» - от Якунина до Ротенбергов. В ответ на обвинения – ни исков, ни заявлений от притихших олигархов, лишь недоуменный вскрик Навального, который сразу учуял конкурента. Навальному есть о чем беспокоиться, ведь в сравнении с племянником он сильно проигрывает. В отличие от теоретика Навального, Путин-младший предложил конкретный рецепт преодоления коррупции и даже подает надежду, что в его власти реальные рычаги решения проблемы. Плюс рейтинг Навального сильно просел из-за проукраинской позиции по Крыму, что создает племяннику дополнительное преимущество. Снимаю шляпу перед кремлевскими политтехнологами, которые двигают этого парня на место главного борца с коррупцией. Показательно, что карьера молодого Путина развивается по заветам Путина-старшего (ФСБ, горадминистрация, работа с зарубежными инвесторами…) В России семейственность всегда была важным карьерным фактором, тем более во властной верхушке. На кого еще опереться в трудную годину, как не на родную кровь? Итак, перед нами внезапно всплывший из неоткуда кровный родственник президента, который ЗА МЕСЯЦ опустил Юрченко, открыл международную компанию под крышей Кремля, и даже успел подвинуть Навального на ниве борьбы с коррупцией. Интересно, как будут развиваться события дальше. Думаю, линия на замещение Навального Путиным будет продолжена. По логике событий, в ближайшее время под нож должны пустить кого-то из крупных генподрядчиков, а может, и рыбу покрупнее, какого-нибудь олигарха или губернатора. Не исключено, что перед публикой будет разыгран сценарий мнимого конфликта племянника с властью для придания дополнительной субьектности его действиям. Имея в активе системного оппозиционера по фамилии Путин можно крутить самые разнообразные схемы в интересах Кремля, в том числе и готовить «на вырост» лояльного Преемника. С другой стороны, в ситуации непредсказуемого противостояния с Западом не исключено, что мы имеем дело с экстренной подготовкой не Преемника, а конкретно физического Наследника. Как говорится, «время военное». А теперь, внимание, опрос. За кого бы вы отдали свой голос на президентских выборах, если бы вместо ВВ в них участвовал Путин-младший с обещанием продолжить политику дяди по защите русских на Украине? View Poll: Кого вы выберите вместо ВВ?

15 апреля 2014, 11:20

Уязвимость Heartbleed может привести к нарушению работы интернета

Издание Washington Post сообщило об уязвимости "безопасного" протокола OpenSSL, которая может быть использована для нарушения работы всего Интернета. Ошибка известна под названием Heartbleed. Как считают многие эксперты, данная уязвимость может иметь гораздо более серьезные последствия, чем считалось раньше. По последней информации, хакеры, используя Heartbleed, могут получить доступ к так называемому «сертификату безопасности». Поддельный сертификат позволяет пройти проверку на подлинность ресурса, с его помощью создается поддельный сайт, внешне аналогичный исходному, который сможет собирать личную информацию пользователей, в том числе данные пластиковых карточек и банковских счетов. Устранение данной ошибки потребует больших затрат и займет длительное время. Такие действия вызовут сбои в системе безопасности сайтов Всемирной Сети. Уязвимость Heartbleed стала известна как средство для кражи сертификата безопасности после проведения хакерского конкурса, организованного CloudFare. Задачей участников проекта стало получение доступа к сертификату через специально созданный для этого сервер, после этого было необходимо отправить сообщение в компанию с подтверждением, подписанным этим сертификатом. Организаторы конкурса получили первое сообщение о выполненной работе спустя всего 3 часа после начала работ. Хакер получил доступ к «системе безопасности» сайта путем отправки 2,5 миллионов запросов на сервер в течение трех часов. Таким образом, кража сертификата подлинности стала вполне реальной, хотя ранее эксперты утверждали, что такую задачу невозможно осуществить. Браузер пользователя, который заходит на сайт, сверяет сертификат безопасности ресурса со списком доверенных сертификатов. Списки доверенных сертификатов браузер получает чаще всего из интернета. Еще недавно количество сертификатов было относительно невелико из-за того, что многие сайты не считали необходимым менять свои протоколы безопасности. После выявления Heartbleed уязвимыми стали почти две трети ресурсов в сети общим количеством в несколько десятков тысяч сайтов. Теперь сайты заменят сертификаты подлинности. Уязвимость привела к тому, что списки сертификатов буду значительно увеличены в объеме и могут достичь нескольких сотен мегабайт, что существенно снизит скорость загрузки интернет-страниц и вызовет дискомфорт в работе. В то же время было отмечено, что такие сайты, как порталы государственных органов различных государств и банков не имеют подобной уязвимости.

15 апреля 2014, 10:44

Зачем Сноудену дают в США премию и какое это имеет отношение к России

О сложных связях политической ситуации в России с Пулитцеровской премией Кэтрин Эштон опять пугает ... При этом она ругает граждан, которые вышли на улицы в Донецке и других городах востока Украины, при том, что таким же гражданам в Киеве, за те же самые действия она раздавала печеньки ... Может быть, ей стоит приехать с печеньками в Донецк, и ее взгляды изменились бы? Кто знает ... Но на фоне того омерзительного двуличия, которое демонстрируют официальные лица Евросоюза, произошло по настоящему интересное событие. А именно - Пулитцеровскую премию присудили газетам, которые активно раскрутили тему Сноудена ... Точнее, американская газета Washington Post и британская Guardian удостоились Пулитцеровской премии в номинации "На службе общества" за публикацию материалов о секретных программах массового электронного шпионажа АНБ, переданных журналистам экс-агентом ЦРУ Эдвардом Сноуденом. Напомню, что «Гардиан» - британская газета, считающаяся рупором той части мировой финансовой элиты, которая стоит за разделение мира на валютные зоны. Именно эта газета раскручивала Ассанжа и Сноудена и именно она чуть больше года назад впервые написала о том, что есть вероятность назначения Сергея Глазьева председателем Центробанка РФ. Последняя новость не оправдалась - но, как говориться в старом детском анекдоте, «ход ваших мыслей мне нравится!» Что касается «Вашингтон Пост», то это рупор «неоконов» крайне консервативных американских имперцев, категорически настаивающих на сохранении доминирования США в мире, даже если для этого придется от этого мира камня на камне не оставить. Но - противодействующая либерально-финансовой идеологии, МВФ и «банкстерам». Такой выбор представляется достаточно спорным. Хотя борьба со спецслужбами всегда была «фишкой» либеральной общественности, но оба номинанта уж точно не либеральные издания (хотя в оргкомитет премии, безусловно, входят, в основном, либералы). Кроме того, многие считают, что Сноуден реальный предатель (с точки зрения законодательства, так точно), хвалить которого достаточно сложно. Есть и еще одно обстоятельство. Дело в том, что базовым планом экономического спасения США, где-то так года полтора тому назад, было создание зоны свободной торговли между США и ЕС. План этот, с точки зрения ЕС, не совсем выгоден: производство в Западной Европе дороже, чем в США, а значит, в случае его реализации (то есть снятия нетарифных методов защиты рынков ЕС), этот регион ждет примерно такая же деиндустриализация, как Прибалтику и Восточную Европу после присоединения к ЕС. Иными словами, континентальным европейским элитам этот план никак понравиться не мог. И недели через две после того, как Обама объявил о планах создания североатлантической зоны свободной торговли, как чертик из табакерки выскочил Сноуден со своими данными о прослушке европейцев. Причем его информация появляется снова и снова - по мере того, как США пытаются все-таки «продавить» свой план. Одной из таких утечек стали данные о прослушке личных телефонов Меркель - и снова после того, как стало известно, что начался очередной раунд вашингтонско-брюссельских переговоров о ЗСТ. И вот вопрос: понимали ли те, кто давал последнюю Пулитцеровскую премию, о таких тонкостях? Теоретически, можно ограничиться замечанием, что журналистам на такие тонкости наплевать, но давайте не будем забывать - это американские журналисты, причем специализирующиеся, во многом, на политических темах. То есть - все они понимают. А значит, присуждение премии, это, во многом, выражение категорического несогласия с политической линией, направленной на усиление монополии США в мире. Мы видим сегодня это несогласие в очень большом количестве моментов: и в поддержке населения Западной Европы позиции России (я не зря начал этот текст с упоминания Кэтрин Эштон), и в результатах выборов во многих западных странах, и в присуждении тех или иных общественных премий. И сама по себе такая ситуация вызывает дикое раздражение государственных элит западных стран. При этом осуждаются не столько конкретные действия России (тут возникают большие проблемы, все время вылезают внутренние противоречия, как у Эштон), сколько сама направленность ее действий. Грубо говоря, дело не в том, что Россия кого-то там защищает или против чего-то протестует, а в том, что она позволяет себе принимать самостоятельные решения, не согласованные с США. Или, иными словами, самим фактом своих действий, демонстрирует разрушение монополии США на управление миром. Правда, есть еще Китай и некоторые другие политические силы (например, политический ислам). Но тут ситуация тоже хитрая - дело в том, что Россия встроена в систему американского мира очень сильно и получает от него довольно большие «гешефты» (в основном, в виде цен на нефть), что вызывает дикое раздражение. Грубо говоря, в рамках западной, и даже, конкретнее, англосаксонской этической системы, «кусать руку дающую» категорически не принято. Точнее, допустимо только в том случае, если хозяин этой руки уже ничего из себя не представляет. То есть дело не в конкретных наших действиях (на них, по большому счету, всем в США наплевать, в ЕС несколько иначе, но его мнение мало кому интересно), а в том, что мы нарушаем базовые принципы. И в такой ситуации США вынуждены отвечать, даже если формально материальных оснований для этого нет, более того, это просто вредно. Поскольку если этого не сделать, то реакция собственных групп влияния однозначна - «пахан» уже не всесилен. В этом смысле мы сами вызываем на себя этот огонь, стимулируя те сами санкции, поскольку демонстрируем наличие собственного мнения. Выходов тут два. Первый - признать главенство США и пойти на уступки. Наше правительство, наши чиновники с удовольствием бы это сделали - но политическая власть понимает, что это явная гибель, причем достаточно быстрая. Значит, нужен второй вариант - переход к самостоятельной политике во всех остальных направлениях, чтобы стать независимым от той самой «дающей руки». Беда в том, что вся наша современная элита как раз выращена этой самой «рукой» (начиная с приватизации и кредитов МВФ, каждый из которых вызывал резкий рост количества жителей Рублевки) и будет активно сопротивляться попыткам ее уничижения. Как следствие, мы живем в замечательной ситуации: политическая власть России сама провоцирует санкции против себя (альтернатива - резкое снижение поддержки населения и уход с политической арены с крайне негативными последствиями) и рост противостояния со сложившейся за последние десятилетия внутренними элитами. Отказаться от этой политики она не может, значит - должна вплотную заняться проблемами замены этой самой элиты. И истории, типа вручения Пулитцеровской премии, влияют на этот конфликт, делая его практически неразрешимым. Таким образом, внешний мир довольно сильно влияет на политическую жизнь в России. Однако влияние это достаточно сложное - и сегодня оно ведет к быстрому обострению политического конфликта в стране. http://worldcrisis.ru/crisis/1461573

21 марта 2014, 21:26

Privacy is dead. ( 1 )

Счета Microsoft к ФБР: корпорация получает деньги за каждый официальный запрос спецслужбы по раскрытию информации пользователяhttp://habrahabr.ru/post/216649/•••Ранее уже сообщалось, что в США есть система, работающая в интересах государственных служб, которая записывает номера телефонов, время звонка и вроде как продолжительность телефонного разговора. Но никто не говорил о том, что есть и система, записывающая сами телефонные переговоры, причем система хранит аудиозапись 30 дней. Эта система работает не на запись звонков внутри США, а в какой-то неназванной стране (какой именно, журналистам издания не удалось выяснить). Все это было запущено в работу в 2009 году, а на полную мощность система вышла в 2011 году.Сама система перехвата и записи телефонных переговоров получила многообещающее название MYSTIC. Это аббревиатура, но аббревиатура со значением — ведь ранее в государственные системы наблюдения, которые записывают телефонные звонки граждан, верили только параноики и некоторые эксперты по информационной безопасности. А теперь оказывается, что «мистическая», несуществующая система — реальность.При этом к базе данных MYSTIC есть доступ не только у NSA, но и у других государственных служб и организаций. Если какой-то телефонный номер кто-то начинает подозревать в «сотрудничестве с иностранной разведкой», или прочих нехороших делах, в базе по номеру телефона можно найти запись разговора владельца номера с его телефонными собеседниками. Напомню, записи сохраняются 30 дней, после чего, при поступлении новых данных, старые файлы затираются. Согласно The Washington Post, речь идет о миллионах записей ежемесячно.http://habrahabr.ru/post/216405/•••Специалисты соцсети Facebook довели систему распознавания лиц до «человеческой точности», сообщает The Independent.Новый софт получил название DeepFace. Он способен определить, изображен ли на двух снимках один и тот же человек, с точностью 97,25%. У людей этот показатель составляет 97,5%.DeepFace способен извлекать необходимые данные независимо от того, при каком освещении делалась фотография. Также не имеет значения выражение лица изображенного на снимке человека. DeepFace создает 3D-схему черт лица изучаемой персоны и «узнает» человека, исследуя различные пропорции.http://www.gazeta.ru/tech/news/2014/03/18/n_6020649.shtml•••Разработчики Replicant, свободного дистрибутива Android, обнаружили бэкдор (лазейку) в устройствах на базе Android, выпускаемых компанией Samsung Electronics, позволяющий третьим лицам получать удаленный доступ к файловой системе мобильного устройства.Бэкдор найден в смартфонах Samsung Galaxy S, Galaxy S2, Galaxy S3, Galaxy Note, Galaxy Note 2, Nexus S и Galaxy Nexus и в планшетах Samsung Galaxy Tab 2 7.0 и Galaxy Tab 2 10.1. Он также может содержаться в других моделях устройств, не указанных в этом списке.«Современные мобильные устройства оснащаются двумя отдельными процессорами: процессором приложений, которым управляет операционная система, в данном случае Android, и сигнальным процессором, который отвечает за связь с мобильной сетью», - пояснил Пол Косьялковски (Paul Kocialkowski) из проекта Replicant. Он сообщил, что бэкдор содержится именно в сигнальном процессоре, точнее, в его программном обеспечении.«Сигнальные процессоры управляются проприетарными операционными системами (т. е. разработанными самими производителями чипов). Содержащиеся в них лазейки позволяют превратить процессор в жучок. Шпион может включить микрофон, снять GPS-данные и получить доступ к камере, а также к сохраненным в памяти устройства пользовательским данным», - рассказал разработчик.http://www.cnews.ru/top/2014/03/13/v_smartfonah_i_planshetah_samsung_naydena_dyra_dlya_slezhki_za_polzovatelyami_564331•••В документах из Межигорья найдены доказательства слежки за пользователями соцсетей.http://www.facenews.ua/news/2014/191187/•••Отдел Google Advanced Technology and Projects (ATAP) корпорации Google анонсировал Project Tango, цель которого заключается в том, чтобы «научить мобильники чувствовать пространство и движение так, как это умеет человек», как сказано на официальном сайте.В рамках проекта был разработан прототип смартфона с 5-дюймовым дисплеем, на базе Android, оснащенный специальными процессорами, датчиком глубины, камерами и сопутствующим программным обеспечением (включая игровой движок Unity). Датчики выполняют свыше 250 тыс. измерений в секунду, фиксируя координаты и положение в пространстве в режиме реального времени и формируя из полученных данных 3D-модель окружающего пространства.В Google видят несколько вариантов применения такой технологии. Например, она может помогать совершать покупки. Пользователю достаточно прогуляться со смартфоном по квартире для того, чтобы мобильник составил ее 3D-модель. Затем он отправляется в мебельный магазин и подбирает мебель, используя эту модель. Информация от других смартфонов, собранная другими пользователями, может использоваться для того, чтобы помогать ориентироваться внутри зданий.http://www.cnews.ru/top/2014/02/21/google_predstavila_smartfon_s_funkciey_3dslezhki_za_polzovatelem_video_561560•••Американские компании Yahoo, Apple, Google, Microsoft, Facebook и AOL знали, что Агентство национальной безопасности США перехватывает данные с их ресурсов с помощью программы Prism, пишет 19 марта газета Guardian со ссылкой на главного консультанта ведомства Раджеша Де. 19 марта главный консультант АНБ принимал участие в заседании Совета по наблюдению за гражданскими свободами и правами человека на частную жизнь (PCLOB) США. Отвечая на вопрос, проводился ли сбор информации АНБ «с ведома и согласия компаний, чьи данные были получены», он ответил: «Да». При этом он уточнил, что компаниям, возможно, было неизвестно название программы, с помощью которой производился сбор данных, однако они были в курсе действий АНБ. «Термин Prism — это термин, который использовался внутри ведомства, он стал известен только в результате утечек», — отметил он. Издание отмечает, что ранее американские компании, которых уличили в сотрудничестве с АНБ по сбору данных пользователей, отрицали свою причастность к действиям ведомства. В частности, компания Apple заявляла, что в организации «никогда не слышали» о существовании программы Prism.http://kommersant.ru/doc/2433807•••Агентство национальной безопасности (АНБ) США разработало техническую систему слежения, позволяющую записывать и потом при желании прослушивать абсолютно все телефонные разговоры отдельно взятой страны.Ее функция, позволяющая записывать и затем воспроизводить такие разговоры, работает с 2011 года. Весь колоссальный массив данных в виде аудиофайлов, который представляют собой перехваченные беседы по телефону абонентов какой-то конкретной страны, компьютеры АНБ способны хранить в течение месяца, подчеркнула газета.Соответственно, за это время спецслужбы США могут при желании получать доступ к любому такому перехваченному разговору в полном виде.http://www.vz.ru/news/2014/3/19/677828.print.html•••Как сообщает Washington Post, АНБ может записать любой телефонный звонок в США. Источники издания также говорят, что эта система способна записывать не только звонки, совершаемые в Америке, но и переговоры абонентов операторов других стран.Для этого АНБ использует инструмент под названием RETRO, который позволяет получать аудиозапись разговора, даже если на тот момент, когда он происходил, его ещё не признали подозрительным. Согласно документам, этот инструмент пока используется только в одной стране за пределами США, но может быть вскоре установлен в ещё пяти.То, что АНБ может прослушивать звонки, ни для кого новостью не является, но факт возможности записи и хранения всех записей — определённо новость. Это уже сильно выходит за рамки массового сбора метаданных, который Агентство официально признало.http://www.computerra.ru/96496/anb-mozhet-poluchit-zapis-lyubogo-zvonka-sdelannogo-v-ssha-i-nekotoryih-drugih-stranah/•••Центр правительственной связи Великобритании GCHQ целенаправленно шпионил за посетителями сайта Wikileaks,сообщает немецкая газета Sueddeutsche Zeitung со ссылкой на очередной документ информатора Эдварда Сноудена, опубликованный на сайте The Intercept.Слежка, как говорится в материале, осуществлялась с помощью специальной программы Piwik, которая находится в свободном доступе и позволяет в реальном времени отслеживать интернет-пользователей, посещающих те или иные сайты, в том числе IP-адрес, страну расположения пользователя и какие ключевые слова он вводил перед тем, как попасть на сайт. Как правило, программой для оценки популярности сайтов пользуются их владельцы, но сотрудники GCHQ использовали ее для сбора данных о людях, посещающих сторонние сайты. Программа, как говорится далее, получила в британской спецслужбе кодовое название "Anticrisis Girl".http://www.inopressa.ru/article/19Feb2014/sueddeutsche/spy.html•••Управление правительственной связи Великобритании совместно с Агентством национальной безопасности США годами перехватывали и хранили записи с веб-камер миллионов ничего не подозревающих пользователей. Как явствует из секретных документов, в период с 2008 по 2010 годы действовала специальная программа под кодовым названием Optic Nerve («Зрительный нерв»), в рамках которой было собрано почти два миллиона записей из видеочатов Yahoo. Кадры попадали в базу данных вне зависимости от того, интересовал ли спецслужбы конкретный человек или нет. Среди записей оказались и весьма пикантные.Программа сохраняла отдельное изображение из пятиминутного видео. Отчасти такая избирательность была нужна для того, чтобы избегать перегрузки серверов спецслужб. Объектами слежения становились не конкретные лица, подозреваемые в каких-то преступлениях, а все пользователи подряд. Получившийся список изображений часто сравнивали с полицейской базой данных на рецидивистов.http://russian.rt.com/article/23281•••...в газете Washington Post была опубликована информация о том, что Агентство национальной безопасности США ежедневно получает почти 5 миллиардов записей о местоположении телефонов во всем мире.Подобно программе PRISM, программа GPS «случайным образом» собирает большое количество данных о простых людях.Washington Post, ссылаясь на документы, переданные Эдвардом Сноуденом, и интервью с представителями агентства, сообщает о том, что аналитики АНБ «могут находить телефоны в любой точке мира, отслеживать перемещение и с их помощью раскрывать скрытые взаимоотношения между персонами».http://www.gps-club.ru/gps_news/detail.php?ID=104811часть (2) http://k-300.livejournal.com/299836.htmlчасть (3) http://k-300.livejournal.com/300232.html

13 марта 2014, 21:13

Зое Шлангер (Newsweek, США): "Американец, осмелившийся обосновать действия Путина "

Оригинал взят у gazeta1plus1 в Зое Шлангер (Newsweek, США): "Американец, осмелившийся обосновать действия Путина " Стивен Коэн из Принстона говорит, что это он истинный американский патриот, а не его критики.  Почетный профессор Принстонского и Нью-Йоркского университетов Стивен Коэн (Stephen Cohen) оказался недавно в довольно странной компании. Этот ученый с прогрессивными в целом взглядами женат на Катрине Ванден Хувел (Katrina vanden Heuvel), работающей главным редактором левого издания Nation. Его взгляды на украинские события заставляют американцев понять точку зрения Путина. В своей статье «Ложь о России» (Distorting Russia) Коэн написал, что «демонизация» Путина в новостях равноценна «ядовитой» и недобросовестной практике СМИ, граничащей с паникерскими заявлениями времен холодной войны. Другие идут еще дальше. Они хвалят Путина за его активные и жесткие действия и за яростное отстаивание национальных интересов России. Икона консерваторов Пэт Бьюкенен (Pat Buchanan) недавно задал вопрос о том, не слишком ли это — сравнивать Путина с Гитлером, и вполне естественно выступил на защиту путинской политики против геев. Автор из American Conservative Род Дреер (Rod Dreher) соглашается с Бьюкененом, а бывший мэр Нью-Йорка Руди Джулиани (Rudy Giuliani) хвалит российского президента, заявляя, что это «тот человек, каких зовут лидерами». Даже Сара Пэйлин (Sarah Palin), как известно, смотрящая на Россию из окна своей кухни на Аляске, и та в 2008 году посчитала путинское вторжение на Украину неизбежным. Но хотя мнения этих людей остаются в основном без комментариев, Коэна подвергли всеобщему осмеянию, назвав апологетом Путина. А вот бывший спикер палаты представителей Ньют Гингрич (Newt Gingrich) его поддержал (кто бы мог подумать!). Коэн говорит, что он - истинный американский патриот, а те, кто призывает президента Барака Обаму и Евросоюз выступить против русских в Крыму, являются угрозой для нашей национальной безопасности. Коэн — это один из главных в США ученых специалистов по России. Он был советником президента Джорджа Буша-старшего по СССР, вел курс по России в Принстонском и Нью-Йоркском университетах, написал восемь книг по современной российской истории, а также он публикует свои статьи в Washington Post,Reuters и других средствах массовой информации. — Что вы думаете о тех, кто называет вас апологетом Путина? — Для тех, кто меня охаивает, у меня двоякий ответ. Реальность такова, что я единственный американский патриот среди тех людей, которые нападают на меня. Я патриот американской национальной безопасности. Пока все это не началось, Путин был нашим лучшим потенциальным партнером в мире в делах национальной безопасности США. Процитирую строку из статьи, которую я написал много лет назад: «Американская национальная безопасность по-прежнему проходит через Москву». Обескураживает то, что мы увидели это в Сирии в августе, когда Путин буквально спас Обаму на посту президента. Когда Обама оказался в западне и не захотел нападать на Дамаск, он не мог заручиться поддержкой своей собственной партии и конгресса. Путин предоставил ему Асада и химическое оружие. Путин и [министр иностранных дел России] Лавров, находясь в тени, подталкивали Иран к диалогу с Соединенными Штатами, потому что от Обамы требовали напасть и на Иран тоже. И это - не говоря о том, что Россия обеспечивает перевозку 60 процентов материально-технических средств для нужд НАТО и американских войск, воюющих в Афганистане. Но проблема в том, что если кто-то скажет о России то, что думает, ему надо готовиться к оскорблениям со стороны других людей. В почте я обычно получаю сообщения следующего рода: «Сколько вам платит Кремль?» Поверьте мне, недостаточно. — А раньше вас называли апологетом Путина? — Я уже проходил через это, потому что стар, и это было во времена холодной войны. Тогда спор шел о том, каковы оптимальные подходы к Советскому Союзу. Надо ли нам работать над «разрядкой», как это тогда называлось, то есть, создавать области сотрудничества, которые смягчают конфликты, чтобы никто не применял ядерное оружие. Страсти в те дни разгорались нешуточные, и по сути дела, в стране шла травля прогрессивных элементов. Нас называли прокоммунистическими силами или просоветскими, или прокремлевскими, а еще апологетами. Но разница заключалась в том, что на нашей стороне была организация под названием Американский комитет за согласие между Востоком и Западом. Это была своего рода лоббистская группа, члены которой говорили с конгрессменами, с президентами и с редакторами различных изданий. Был Дональд Кендалл (Donald Kendall) из компании Pepsi Co., был Том Уотсон (Tom Watson), возглавлявший в то время IBM, и был Джордж Кеннан (George Kennan) [автор американской послевоенной политики сдерживания Советского Союза], который действовал очень живо и активно. Так что в этом участвовало множество очень известных консервативных людей. В этой группе не было четкого разделения на левых/правых/консерваторов/либералов. Так что если кто-то хотел назвать меня антиамериканцем, то в этом случае и руководителя IBM тоже следовало так назвать? В 90-х годах, когда Клинтон начал продвигать НАТО в сторону России, я начал предупреждать всех, что это приведет к тому, к чему привело. Я писал об этом не только в Nation, но и в Washington Post, и в своих книгах. Я писал, что если мы будем поступать таким образом, то уподобимся Пакману из одноименной компьютерной игры, который идет с запада на восток и пожирает все на своем пути, пока не упрется в границу России. Мы уперлись в границу России при Буше, потому что прибалтийские республики вступили в НАТО. Затем у нас был тот эпизод в Грузии в 2008 году, потому что там мы перешли красную черту. И мы перешли ее на Украине. Я не понимаю, почему люди этого не видят. Если ты в течение 20 лет придвигаешь военный альянс, имеющий политические компоненты, включающий систему противоракетной обороны, включающий неправительственные организации, получающие государственные деньги и глубоко вовлеченные в российскую политику, а также вынашивающий идею революций на границах России, то со временем ты обязательно упрешься в красную линию. И она, в отличие от Обамы, начнет этому противодействовать. Украина для этих людей всегда была вожделенным призом. Они хотели ее заполучить и зашли там слишком далеко. Любой российский лидер, обладающий у себя в стране легитимностью, был бы вынужден сделать то же самое, что сейчас делает Путин. Они бы начали противодействовать. Я говорю об этом, и за это меня называют путинским апологетом. Эти люди не понимают. И им наплевать на национальную безопасность. Поэтому я патриот. Мне небезразлична национальная безопасность. А все, что мы делаем, это старая тактика маккартизма по преследованию прогрессивных сил. — Вы сказали, что Обаме надо было продемонстрировать свою «благодарность Путину», поехав на Олимпиаду. Почему? — Не в этом моя главная мысль, но это то, чему меня учила мать: когда кто-то делает для тебя что-то хорошее, не плюй ему в лицо. Неужели все забыли 11 сентября и Бостон? Я написал, что Обаме следовало поехать на один день в Сочи, встать рядом с Путиным, когда террористы грозили взорвать Олимпиаду, показать, что в борьбе с международным терроризмом они стоят плечом к плечу. Это был бы фантастический пример лидерства, однако он [Обама] просто ужом извивался в этом вопросе с геями и не смог так поступить. А теперь меня обвиняют в том, что я против геев. Я говорю, что нам нужен единый фронт борьбы с международным терроризмом, который яростно нападает на Россию и дважды наносил удар по нам, в последний раз в Бостоне, а они твердят одно: «Он против геев». Ну что это за разговор? Это безответственные люди. Они ведут себя непатриотично, потому что вешать на людей такие ярлыки - это не по-американски. Такого рода разговоры не принесут пользы американской национальной безопасности. Если они действительно не согласны со мной, пусть опубликуют какой-то материал, где говорится, что Коэн неправ в том и в этом, и что смотреть на это надо так и так. Это было бы здорово. Может, я действительно неправ. Но мне хотелось бы узнать, почему. А если они считают мудрой политикой действия по продвижению НАТО в восточном направлении от Берлина, если они нарушают обещание, данное Горбачеву — что НАТО ни на дюйм не продвинется на восток, а тем более - вплоть до российской границы, то пусть объяснят, почему это такая мудрая политика. Но правду они вам не скажут, потому что правда заключается в том, что они хотят лишить Россию всех сил и средств по обеспечению своей национальной безопасности. Украина — это трофей, но они зашли слишком далеко, и сейчас мы оказались в исключительно опасной ситуации. Исключительно опасной. Это худшая ситуация за всю вашу жизнь. А если у вас есть дети и внуки, то им придется пережить последствия того, что мы наблюдаем сегодня. И в этом - вина Белого дома, конгресса и Евросоюза. Не Путин это начал. Он этого не хотел. Он очень этого не хотел. И сейчас он действует в ответ. Я не одинок в своем убеждении, просто я говорю от себя. Я предупреждал, что это случится, но меня не слушали. У них есть идеологи на должностях во внешнеполитическом ведомстве типа Майкла Макфола [бывший посол США в России]. Он - идеолог, а не дипломат. Если вы будете назначать таких людей на основные политические посты, и будете давать такие рекомендации президенту... Знаете, что сегодня сказала Хиллари Клинтон? Она приравняла Путина к Гитлеру. И эта женщина хочет быть президентом США. Прекрасные же у них будут беседы, если ее выберут. Но как можно вести переговоры с Гитлером? А потом она заявила, что конечно, надо снизить напряженность и приступить к переговорам. Если так, не называй его Гитлером. Если не можешь расставить все по местам, не надо стремиться в президенты. Даже Обама сказал, что Путин ведет себя как некий испорченный ребенок, слоняющийся по классу. Недостойно президенту США говорить такие вещи. Не могу припомнить, чтобы хоть кто-то говорил так о советских руководителях. Мы не любили Брежнева, потому что нам не нравилась его политическая система, но в этом не было ничего личного. Никсон с Брежневым ладил просто чудесно. Они испытывали симпатии друг к другу. Путин, между прочим, самый последовательный руководитель 21-го века (последовательный не значит хороший или плохой). Он находится у власти 14 лет. Он возвышается над всеми остальными. Единственный, кто может составить ему компанию, это Меркель. Три последних американских президента были неудачниками во внешней политике, были поджигателями войны. Можно подумать, что здесь присутствует некий элемент зависти: Путин очень успешно представляет интересы своей страны, а наши президенты все портят. Одна провальная война за другой. Именно так думают русские, между прочим. Я был в России в декабре, и меня спросили: почему, почему они так нападают на Путина? Они что, завидуют? Мне пришлось сделать паузу и задуматься. Я не знаю. Может, так оно и есть. Но здесь есть один важный момент. В демократии из кризисов выбираются посредством диалога. А в нашей стране нет никакого диалога. Есть лишь эти люди, твердящие, что Путин бредит. И что в этом нового? Он что, действительно бредит? Нет. Бредят те, кто называет его Гитлером. Если он Гитлер, то сегодня у нас Мюнхен. А если сегодня Мюнхен, то завтра нам придется начинать войну, ведь так? Они думают хотя бы на шаг вперед? Нет. Они оказались в тисках этого безумного синдрома и заявляют, что более злобного человека, чем Путин, мы в жизни не видели. Но все, что он сделал для них оскорбительного, это поднял Россию с колен. Мы любили Ельцина, потому что он был вечно пьян и со всем соглашался. И вот в России появился трезвый человек, защищающий ее интересы — правильно он их видит или нет. Именно так должны поступать наши национальные лидеры. А дипломаты должны сидеть и со всем этим разбираться. — Вы говорите, что Путин защищает национальные интересы — правильные они или нет. Но исключает ли это действия со стороны США, если США определят, что они неправильные? — Об этом мы ведем дебаты. Но я по этому поводу сказал бы следующее. Имеет ли Россия вообще какие-то легитимные национальные интересы на своих границах? Дело в том, что существует неявное допущение, будто таких интересов у нее нет, даже в Крыму. Но если начинать с такой позиции, это изначально ни к чему не приведет, ибо у каждого государства, даже у маленького - и в особенности у великого государства - есть такие интересы. Поэтому я использую следующую аналогию, хотя она не идеальна. Скажем, завтра Россия внезапно начнет демонстрировать свою мощь — политическую, экономическую — в Канаде, прямо на нашей границе, а также в Мексике. Мы что, в этом случае просто скажем: «Ладно, у каждого народа есть право решать свою будущую судьбу?» Неужели так и скажем? Но если мы заявляем, что Россия должна убраться из Крыма, что само по себе нелепо, то как насчет Гуантанамо? Это возведенный в абсолют двойной стандарт. Я не знаю, почему они так думают: потому что глупы, потому что лживы, или потому что просто запутались. Мой главный тезис заключается в том, что не Путин, а мы умудрились передвинуть рубеж новой холодной войны прочь от Берлина, где было небезопасно. Это мы придвинули его прямо к границам России. Может, это и не железный занавес, но Берлин был разделен 45 лет. А сейчас мы перемещаем этот рубеж прямо на территорию расколотой Украины. А Украину раскололи Бог и история, но не Путин. — Вы считаете, что нет абсолютно никаких оснований говорить о том, что это неправильно, когда Россия осуществляет военное вмешательство на Украине? — Мы не знаем, вошел Путин в Крым или нет. Мы фактически не знаем этого. Мы говорим о «фактах», исходящих из Киева, а в них масса дезинформации. — Вы думаете, что это не Путин? — Нет, нет, я не это имею в виду. Мы не знаем. Мне кажется, что я знаю, однако я не располагаю фактами. А как ученый, я придерживаюсь того, что знаю. Похоже, что в Крыму сосредоточилось около 9000 российских военнослужащих. Они патрулируют улицы, охраняют здания. У них там есть военно-морская база. Так что по закону, по контракту Россия имеет полное право находиться там. У них там есть пехота, защищающая стратегические объекты. Я думаю, что по Крыму перемещаются войска, взятые с крымской военно-морской базы. Я не знаю, направили ли они войска через российско-крымскую границу. Поэтому, если мы хотим использовать слово «вторжение», надо иметь точную информацию. Да, Путин что-то сделал. Он мобилизовал находящиеся там войска. В этом нет сомнений. Возможно, он и нарушил условия контракта с Украиной по вопросу перемещения войск на военно-морской базе. Такое может быть. Но слышали ли вы эту историю про снайперов? — Да, слышала. — Все обвиняли Януковича, что он использовал снайперов, которые убивали людей на киевском Майдане. Я тогда сказал: откуда вы знаете, кто кого убивает? Откуда мы можем об этом знать? Я сказал, надо подождать. А теперь стало очевидно, что сказал эстонский министр иностранных дел министру иностранных дел Евросоюза. Он сказал, что это были не снайперы Януковича, а снайперы из правого движения, действующего на улицах, что это была провокация. Но я не знаю, правда ли это. Если окажется, что правда, сможем ли мы развернуть события вспять? Сможем ли мы сказать, что Янукович легитимен и прав? Сможем ли мы вернуть его в Киев? Нет, поезд уже ушел. Когда такие люди, как я, предлагают сначала рассмотреть факты, а уже потом принимать решения, нам говорят: «Вы апологеты Путина!» — Но протесты на Украине все равно имели место, независимо от того, действовали эти снайперы по указанию Януковича или нет. — В ноябре и в декабре это были очень мирные протесты. А Джон Маккейн поехал туда и встал рядом с одним из фашистских лидеров, и даже обнял его. Он не знал, кто это такой. А Виктория Нуланд [заместитель госсекретаря по европейским и евразийским делам], как мы теперь знаем, планировала заговор по свержению правительства. У нас теперь есть пленка, на которой она говорит американскому послу, как американцы будут формировать новое правительство. Это называется государственный переворот. Януковича избрали законно. Все заявили, что выборы были честные. — Видите ли вы какие-то плюсы в протестах? — Конечно. Но позвольте развернуть все это другой стороной. Скажем, партия чаепития говорит, что Обама со своей программой Obamacare нарушил американский закон и конституцию. Она окружает Белый дом. Чайные партийцы бросают бутылки с бензином в охрану Белого дома. Обама бежит, и партия чаепития ставит во главе Белого дома Теда Круза (Ted Cruz). Вы назовете это демократией? А на Украине какая демократия? Кстати, почему они не могли подождать? До очередных президентских выборов оставался один год. Почему Вашингтон и ЕС не сказали "нет"? Мы же демократические страны, мы так не поступаем. Мирные протесты - это все, что нам нужно. Но коктейли Молотова мы в полицейских не бросаем, потому что, если бы начали бросать в какой-нибудь демократической столице, полиция открыла бы огонь. Посмотрите, что они сделали в Лондоне. Посмотрите, что они сделали в Греции. Посмотрите, что мы сделали на Уолл-стрит с движением Occupy. Они даже не проявляли никакого насилия, а мы их избивали и поливали перцовым газом. Вот как мы поступали. Мы считаем, что люди имеют полное право на мирный протест. Они получают разрешение, идут на улицу и могут стоять там, пока не пойдет снег. Это их право — если они не препятствуют дорожному движению. Но они не могут швырять бутылки с зажигательной смесью в полицейских. Это правило действует в любой стране, в любой демократии. Но мы вдруг начинаем считать, что в Киеве можно так поступать. Они же борцы за свободу. Итак, демократически избранный президент Янукович бежит, а в Киеве появляется правительство, не обладающее юридической легитимностью ни по нормам украинского, ни по нормам международного права. А нам говорят, что это правительство — образец добродетели. А еще есть парламент, где они распугали большинство депутатов, представляющих правящую партию. И этот парламент начинает принимать бредовые законы. Туда отправился [госсекретарь Джон] Керри и попытался урезонить их, и как мне кажется, он сделал это, потому что эти люди отреклись от своих обещаний. Потому что сейчас хвост виляет собакой. — Вы говорили о том, что американские средства массовой информации неверно представляют некоторые аспекты России, включая ситуацию с гомосексуалистами в этой стране. Каким образом СМИ неверно представили наступление на права геев? — Что ж, СМИ не знают истории. В советской России гомосексуализм считался преступлением. Когда я жил в России в 70-е и 80-е годы, наши друзья-геи жили в страхе, опасаясь арестов. Они находились даже не в чулане, их опустили до уровня подвала. В 1993 году Россия вывела гомосексуализм из разряда уголовно наказуемых деяний. После этого геи стали появляться на публике. Не так, как здесь — ну, вы понимаете. Затем они стали обращаться за разрешениями на проведение гей-парадов, и городские власти отреагировали на это очень негативно. Почему? Россия - это страна традиций. Все данные опросов показывают, что примерно 85 процентов россиян считают гомосексуализм либо болезнью, либо сознательным выбором. Вы и я — мы скажем, что это ужасно. Как можно быть такими примитивными? А я скажу вам, как. Именно так думали люди и в США в моем детстве, когда я жил в Кентукки и в Индиане. И даже когда я приехал в Нью-Йорк в 1960-х годах. Что изменило такое отношение? Просвещение. Геи боролись за свои права. Это была длительная борьба. Но даже сегодня у нас есть восемь или девять штатов, где законы в отношении геев более репрессивные, чем в России. Российский закон был глупым законом, потому что прежде всего он неосуществим. Во-вторых, этот закон провоцирует гомофобию. Но факт остается фактом. В России отсутствует широкое общественное мнение в поддержку прав геев. Отсутствует абсолютно. Его не было там ни 30, ни 40 лет назад. Я не припомню ни одного русского, кто приехал бы к нам в США и начал рассказывать американским геям, как надо бороться за свои права. Я вырос на юге, где была сегрегация. Я не припомню ни одного русского, кто приехал бы туда и начал учить чернокожих, как надо бороться за свои права. Это всеобщее правило. Либо ты борешься за свои права у себя в стране и получаешь их, либо не получаешь. А мы просто усугубили положение [геев в России]. Как говорят мои друзья-геи из России, «вчера я был просто гомосеком, а сейчас я американский гомосек». Мы ухудшили ситуацию для геев. Это вам скажут многие разумные и политически сознательные российские гомосексуалисты. — Вы думаете, что американское вмешательство ухудшило положение геев в России? — Не думаю, а знаю. Я могу назвать вам фамилии российских законодателей, которые говорили мне, что хотят избавиться от этого закона, хотят побеседовать об этом с Путиным. Но это невозможно сделать, если превращать данный вопрос в очередную баррикаду, разделяющую Америку и Россию. Вы думаете, ситуация на Украине пойдет на пользу российским геям? — Но положение гомосексуалистов в России - просто отчаянное. Мы видели немало сообщений на эту тему. — А я и не говорил, что у них все прекрасно. Но почему это нас должно волновать? Мы что, сформируем бригаду и отправим ее туда освобождать российских геев? Будь ты чернокожим, евреем, геем или мусульманином, в нашей стране ты обретаешь права, когда борешься за них. Именно так работает демократия. И почему это Америка должна отправляться туда и разбираться с проблемой геев, если 85 процентов россиян считают, что у них не должно быть никаких прав? Они должны бороться у себя дома, и большинство разумных геев понимают это. В нашей стране такое случалось неоднократно. Кстати, пока мы не скатились в лицемерие, я напомню данные из New York Times о том, что насильственные действия против геев в Нью-Йорке в 2013 году выросли вдвое по сравнению с 2012 годом. Может, нам надо сначала навести порядок на своих улицах? — Как вы считаете, какова цель тех людей, которые вас критикуют? — Это своеобразная форма цензуры. Я знаю людей из американских университетов, которые думают так же, как и я. Но они боятся высказываться, и я стыжу их за это. В нашей стране нечего бояться. Бояться надо в России. Но здесь, что они могут с нами сделать? Хотя могут. Ты не получишь хорошую работу, о которой мечтал, ты можешь не получить повышение. Тебя начинают очернять, на тебя вешают ярлыки. Они хотят заткнуть мне рот. Мне звонят и угрожают. Я бы не стал придавать им особого значения, списав это на глупость людей, однако я слишком одинок. Мне нужны другие люди, вышедшие из политического чулана. Мы оказались на грани войны с Россией. Сейчас многие понимают, что все зашло слишком далеко. Даже [лидер сенатского большинства] Гарри Рид (Harry Reid) - и тот сказал позавчера, что нам надо немного остыть и подумать. Молодец, Гарри Рид. Сенатор Рэнд Пол (Rand Paul) заявил, что нам надо задать себе вопрос, а не способствовали ли мы сами всему этому. Я едва со стула не упал позавчера вечером на передаче CNN. Я говорил им то же самое, что сейчас говорю вам, что это мы давили на русских, что это мы несем тяжкое бремя ответственности. Путина нельзя назвать невиновным, но мы из всего этого не выберемся, если не возьмем на себя часть вины. Сказав это, я подумал, что сейчас меня отстегают кнутом. И знаете, что сказал [бывший член палаты представителей] Ньют Гингрич? «Я согласен с профессором Коэном». [Примечание редактора: в расшифровке передачи Гингрич говорит, что в словах профессора Коэна «есть много правды».] Он сказал, что мы переоценили себя, что мы ведем себя неразумно с Россией. Нам надо думать о том, что мы собираемся делать. Я едва не заплакал, и удержался лишь потому, что был на телевидении. Для меня это стало спасательным кругом. — А вы не думаете, что он сказал это, дабы получить какие-то доводы против Обамы? — Да, вы правы. Они часто нападают на Обаму, говорят, что это он все создал — из-за Сирии и всего прочего. Но это полная ерунда. Знаете, почему Гингрич сказал это? Потому что он - образованный человек. Он историк. Он мыслит историческими категориями. Он умен. И у него сейчас нет президентских амбиций. Так что в этот раз он говорил от сердца. — А что вы думаете о Pussy Riot? — Кто-то провел исследование. В 82 странах их бы казнили за то, что они сделали. Не знаю, что бы произошло, выступи они в соборе Святого Патрика [в Нью-Йорке]. 15 лет назад одна молодая пара пришла в собор Святого Патрика, сняла одежду и занялась там сексом. Их арестовали. Не знаю точно, что было с ними потом. Одна из проблем России состоит в том, что у них мало административной юстиции, которая может дать условный срок, оштрафовать нарушителя или заставить его смывать граффити в метро. Она существует, но ее надо развивать, потому что многих людей вообще не следует сажать в тюрьму, им надо давать условный или испытательный срок. России надо реформировать свою правовую систему. Когда это произошло, вся страна выступила против Pussy Riot. Когда их отправили в тюрьму, люди смягчились и сказали: «Бедные девчонки. Они вроде бы и неплохие». Знаете, чем они занимались до тюрьмы? Они приходили в супермаркет, раздевались, ложились на спину, разводили ноги в стороны и засовывали себе во влагалище замороженных цыплят. А ведь в магазине были люди с детьми. Но российские власти ничего не делали. Они их не арестовывали. Pussy Riot сделали нечто очень забавное. Не помню где - в Москве или в Санкт-Петербурге - есть разводной мост. Так они нарисовали на нем пенис, и когда мост развели, это пенис поднялся. Довольно забавно и смешно. Это была умная идея. Но потом они пошли в самый святой храм в России, который в 30-е годы был взорван по приказу Сталина (а потом восстановлен). И они пели не просто о том, что Путин плохой. Они потом почистили свою песню, прежде чем запускать ее в интернет. Там были элементы грязной порнографии и копрологии. Это плохая оппозиционная политика. Первоисточник: newsweek.com Перевод: inosmi.ru  

08 марта 2014, 12:28

The Washington Post: санкции против Москвы выйдут боком западному бизнесу

Возможные санкции против Москвы в первую очередь отразятся на западном бизнесе. В этом уверены аналитики издания The Washington Post.

08 марта 2014, 02:14

Патриарх торгуется...

Поздно. Капинтерн неоконов давно высвечен. И к этим двум словам придётся привыкать точно так же, как к каким-то ранее неведомым комиссарам большевиков. Но привычка к словам ещё не означает согласия с ними. Здесь прекрасно помнят эти же слова, обращённые к индейским племенам : "Будьте мостами". А сделали их - погостами. И вот, живут, блистают, ищут новых доверчивых унтерменшей... Washington PostВсе публичные дискуссии об Украине сегодня это одна сплошная конфронтация. Но знаем ли мы, куда идем? За свою жизнь я видел четыре войны, которые начинались с огромным энтузиазмом и народной поддержкой, и которые мы потом не знали, как закончить, выйдя из трех таких войн в одностороннем порядке. Испытание для политика не в том, как она начинается, а как она заканчивается.Слишком часто украинский вопрос изображается как решающее сражение: пойдет Украина на запад или на восток. Но если Украина хочет выжить и процветать, она не должна превращаться в форпост одной стороны против другой. Она должна стать мостом между ними.Россия должна признать, что попытки превратить Украину в государство-сателлита и за счет этого снова передвинуть российские границы обрекают ее на повторение самосбывающегося цикла взаимных мер давления в отношениях с Европой и США.Запад должен понять, что для России Украина никогда не станет обычным иностранным государством. Российская история началась с Киевской Руси. Оттуда пришло русское православие. Украина входила в состав России на протяжении столетий, но и до этого их история была тесно переплетена. Самые важные сражения за свободу России, начиная с Полтавской битвы 1709 года, происходили на украинской земле. Черноморский флот, посредством которого Россия проецирует силу в Средиземноморье, базируется на основе соглашения о долгосрочной аренде в крымском городе Севастополе. Даже такие прославленные диссиденты как Александр Солженицын и Иосиф Бродский настаивали на том, что Украина это неотъемлемая часть российской истории, да и самой России тоже.Европейский Союз должен признать, что медлительность его бюрократии и подчинение стратегического элемента внутренней политике на переговорах об отношениях Украины с Европой привели к тому, что переговорный процесс превратился в кризис. Внешняя политика — это искусство расставления приоритетов.1Решающий элемент — это сами украинцы. Они живут в стране со сложной историей и многоязычным составом. Западная часть Украины была присоединена к Советскому Союзу в 1939 году, когда Сталин и Гитлер делили трофеи. Крым, на 60 процентов состоящий из русских, вошел в состав Украины только в 1954 году, когда украинец по происхождению Никита Хрущев наградил эту республику в честь 300-летней годовщины договора России с казаками. Запад страны — это в основном католики; восток в подавляющем большинстве исповедует русское православие. Запад говорит на украинском; восток говорит в основном по-русски. Любая попытка одной части Украины доминировать над другой, что превратилось в закономерность, со временем приведет к гражданской войне или к расколу страны. Если рассматривать Украину как составляющую конфронтации между Востоком и Западом, то любые перспективы создания международной системы сотрудничества в составе России и Запада — и в особенности России и Европы — будут разрушены на десятилетия.Украина независима всего 23 года. До этого она с 14-го века находилась под чьей-то, но всегда зарубежной властью. Неудивительно, что ее лидеры не научились искусству компромиссов, и еще в меньшей степени освоили навыки видения исторической перспективы. Политика Украины после обретения независимости отчетливо показывает, что корень проблемы заключается в попытках украинских политиков навязать свою волю непокорной и упорствующей части страны. Сначала это делает одна фракция, а затем другая. В этом суть конфликта между Виктором Януковичем и его главной политической соперницей Юлией Тимошенко. Они представляют два крыла Украины и не желают делиться властью. Мудрая политика США в отношении Украины должна включать поиск возможностей для сотрудничества двух частей страны. Мы должны стремиться к примирению фракций, а не к доминированию одной из них.Но Россия и Запад, а главное — все многочисленные украинские фракции, не следуют этому принципу. Каждая из сторон лишь усугубляет ситуацию. Россия не сможет навязать военное решение без самоизоляции, и произойдет это в момент, когда ее протяженные границы находятся в ненадежном состоянии. Для Запада демонизация Владимира Путина это не политика; это оправдание отсутствия таковой.Путин должен прийти к пониманию того, что несмотря на все его недовольства и жалобы, политика военного давления приведет лишь к началу новой холодной войны. Соединенным Штатам, со своей стороны, не следует обращаться с Россией как со сбившейся с правильного пути страной, которую нужно терпеливо учить правилам поведения, установленным Вашингтоном. Путин серьезный стратег на поле российской истории. Понимание американских ценностей и психологии не является его сильной чертой. А понимание российской истории и психологии никогда не было сильной чертой американских политических лидеров.Руководители со всех сторон должны вернуться к анализу результатов и последствий вместо того, чтобы состязаться в позировании. Вот мои представления об исходе, соответствующем ценностям и интересам безопасности всех сторон:1. Украина должна иметь право свободно выбирать свои экономические и политические связи, в том числе, с Европой.2. Украина не должна вступать в НАТО. Этой позиции я придерживался еще семь лет назад, когда впервые возник этот вопрос.3. Украина должна иметь все возможности для создания правительства, соответствующего выраженной воле ее народа. Мудрые украинские лидеры в таком случае отдадут предпочтение политике примирения разных частей страны. В международном плане они должны проводить политику, сопоставимую с политикой Финляндии. Эта страна не оставляет никаких сомнений в своей полной независимости и сотрудничает с Западом в большинстве областей, но в то же время тщательно избегает политической враждебности по отношению к России.4. По правилам существующего мирового порядка недопустимо, чтобы Россия аннексировала Крым. Но отношения Крыма с Украиной можно сделать более спокойными. В этих целях Россия должна признать суверенитет Украины над Крымом. Украина должна расширить крымскую автономию на выборах в присутствии зарубежных наблюдателей. Этот процесс должен включать устранение любых недомолвок и неопределенности относительно статуса Черноморского флота в Севастополе.Это принципы, а не предписания. Знакомые с этим регионом люди знают, что некоторые из них придутся не по нраву той или иной стороне. Но сейчас важнее не абсолютная удовлетворенность, а сбалансированная неудовлетворенность. Если не будет найдено какое-то решение на основе этих или аналогичных элементов, то сползание к конфронтации ускорится. Время для принятия такого решения наступит довольно скоро. http://inosmi.ru

13 февраля 2014, 17:09

Визуализация данных привлекает инвестиции

Infogr.am - интернет-платформа для создания интерактивной инфографики - привлекла очередной раунд инвестиций в $1,8 млн от фондов Point Nine Capital, Connect Ventures и HackFwd. Infogr.am украшает страницы The Wall Street Journal и The Washington Post. Латвийская компания впервые получает настолько серьезные инвестиции. Соглашение было подписано на конференции TechChill в Риге. Разработками Infogr.am пользуются во многих крупных изданиях и онлайн-версиях The Wall Street Journal, The Washington Post, Al Jazeera и на портале Yahoo!. Служба существует в двух вариантах: бесплатном и платном. В ней заведено около 1 аккаунтов, пользователи создали всего 1,7 млн графиков и презентаций. В середине января еще одна компания, проектирующая инструменты для создания инфографики, Visually, привлекла инвестиции в размере $8,1 млн. Сделанные с помощью Visually графики уже применялись в рекламных компаниях AOL, Red Bull, Twitter, NBC и P&G.

09 февраля 2014, 18:06

Кто возглавит Белый Дом в 2016 году?

До начала старта следующей президентской кампании в США осталось меньше пятнадцати месяцев. В тоже время, уже  известны имена потенциальных кандидатов, которые в 2016 году смогут побороться за кресло самого влиятельного лидера свободного мира. На сегодняшний день, согласно опросам всемирно известного меди холдинга CNN, главным фаворитом от Демократической партии является бывшая госсекретарь Хиллари Клинтон. Напомним, что госпожа Клинтон уже вошла в историю, как первая женщина, выставившая свою кандидатуру на пост президента США в 2008 году. Несмотря на поражение, Клинтон довольно солидно провела свою кампанию, сумев навязать борьбу своему однопартийцу Бараку Обаме. Многие американские эксперты склоны считать, что амбиции Хиллари Клинтон — стать первой женщиной президентом США, может сыграть роль главной политической «фишки» Демократов на грядущих выборах. Так, политический обозреватель  «The New York Magazine» Стивен Уолт отмечает: «Страна созрела для президента-женщины. Кроме того, на демократическом горизонте не видно более сильного кандидата». Поддержку будущей кампании Хиллари, окажет ее супруг, 42-ой президент США Билл Клинтон. Она имеет весьма ценный опыт привлечения солидных финансовых средств. Различные американские СМИ пишут о том, что для своей будущей президентской кампании, Хиллари Клинтон может набрать от 1$ до 3$ млрд.  Единственной преградой на пути к Белому Дому для 66-летней Клинтон, может стать состояние ее здоровья. Как сообщает издание «The Washington Post», экс госсекретарь уже не первый год имеет серьезные проблемы, вызванные острой кишечной инфекцией. Серьезную конкуренцию Клинтон в борьбе за президентское кресло от Демократической партии может составить действующий вице-президент Джо Байден. Отметим, что Байден также участвовал в выборах 2008 года, однако уступил Хиллари Клинтон и Бараку Обаме. Для 70-летнего «политического кита» из Пенсильвании, кампания 2016 года станет последней возможностью возглавить Белый Дом. Один из близких друзей Байдена, экс губернатор штата Нью-Мексико Билл Ричардсон в своем интервью телеканалу «Fox News» заявил: «Хиллари Клинтон была бы великолепна в этой должности, но Джозеф Байден хочет стать президентом уже много лет и бросит все силы, чтобы добиться этого. Он умеет добиваться своего и не уступит». Сам Байден в эфире канала «NBC News» сказал, что еще не принял окончательного решения об участии в президентской гонке, так как сосредоточен на своей нынешней работе. Действующий президент Барак Обама так прокомментировал партийный расклад на 2016 год: «Оба они — и Хиллари, и Джо — могут стать выдающимися лидерами, они обладают всеми необходимыми для этого качествами». При этом Обама никогда не скрывал своих симпатий и большого уважения к Байдену, а в одном из своих заявлений даже отметил: «С Джо лучше не связываться». Главный козырь Байдена – это огромный политический опыт и связи, наработанные как в исполнительной, так и в законодательной сфере. Потенциальными кандидатами от «Ослов» (примеч. официальная эмблема демократов) также являются бывший губернатор штата Вермонт Говард Дин и действующий губернатор штата Мэриленд Мартин Джозеф О’Мэлли.   Расклад сил в стане Республиканцев не менее интересен. Пока явного фаворита, как в случае с Демократами у «Слонов» нет. Но, среди кандидатов, наиболее интересными являются кандидатуры  конгрессмена от штата Висконсин Пола Райана, сенатора Марко Рубио, бывшего губернатора штата Флорида Джеба Буша и действующего губернатора Нью-Джерси Кристофера Кристи. Пол Райан, известный своими резкими заявлениями и консервативными подходами, участвовал в выборах президента США 2012 года в штабе Митта Ромни в качестве кандидата на пост вице-президента. Блестящий оратор, обладающий впечатляющей политической харизмой, Райан в то же время выступает против абортов и защищает традиционные ценности американской семьи.  В 1996 году, в возрасте 26 лет Пол Райан приехал в Вашингтон и поступил на работу в аппарат Республиканской фракции Конгресса, а спустя два года выставил свою кандидатуру в Палату Представителей. С тех пор, он восемь раз баллотировался в Конгресс, набирая не менее 60% голосов. Примечательно, что в 2008 году демократ Барак Обама победил  республиканца Джона Маккейна в округе конгрессмена Райана с отрывом в 4% в то время, как за самого Райана проголосовало 65% избирателей. Таким образом, в Конгрессе Райан работает уже 15 лет, возглавляя комитет по бюджету Палаты Представителей. В течение своей многолетней работы он заработал репутацию одного из самых талантливых законодателей, пользующихся безграничным авторитетом в рядах своей партии. Сенатор Марко Рубио выходец из семьи кубинских иммигрантов, также имеет высокий рейтинг в стане «Слонов». Долгое время  он состоял в крыле, так называемой «Чайной партии» — ультраконсервативного, антисемитского движения Республиканской партии, созданного спустя некоторое время после избрания на пост президента Барака Обамы. Однако, в дальнейшем  он пошел на сближение с умеренным крылом партии и даже поддержал, предложенный Обамой законопроект о легализации молодых иммигрантов, более известный как «Закон мечты». Несмотря на то,  что журнал «Time» назвала Рубио «спасителем Республиканской партии», сам сенатор так прокомментировал возможность своего участия: ««Я действительно верю, что, если я выполню лучшую работу в Сенате, через пару лет я буду находиться в том положении, которое позволит мне принимать решение о том, идти ли на переизбрание, покидать политику и оставить кому-то свое место или избираться на какую-то другую позицию».   Осенью 2013 года ведущие американские аналитики, считали, что главным фаворитом Республиканцев будет губернатор штата Мэриленд Кристофер Кристи. Более того, согласно прошлогодним опросам Кристи опережал и фаворита Демократической партии Хиллари Клинтон. Так, согласно опросу 950 зарегистрированных избирателей в США, в паре Кристи-Клинтон республиканец может набрать 48% голосов, а бывшая госсекретарь 46%. Однако, в январе 2014 года газета «The New York Times» опубликовала переписку между высокопоставленными соратниками губернатора Кристи и сотрудниками службы портового надзора Нью-Йорка и Нью-Джерси. Из данных писем следует, что мост Джорджа Вашингтона, соединяющий Манхэттен с Нью-Джерси в сентябре прошлого года был на четыре дня перекрыт не с целью проведения анализа дорожного движения, как сообщалось официально, а для того, чтобы отомстить мэру города Форт-Ли Марку Соколичу. В свою очередь демократ Соколич не поддержал переизбрание Кристи на выборах губернатора, которые состоялись в ноябре 2013 года. Данный инцидент значительно  подорвал репутацию  губернатора-республиканца. Впрочем, сам Кристи пока не заявлял о своем желании участвовать в предстоящих президентских выборах. С осени 2013 года по январь 2014 значительно возросла популярность экс губернатора Флориды Джеба Буша, который приходится внуком 41-ому президенту Джорджу Уокеру-Бушу и братом 43-ого президента Джорджа Буша-младшего. Во время своего выступления на телеканале «FoxNews» Джеб Буш пояснил, что его принадлежность к известной семье не должно быть определяющим фактором: «Я люблю своего брата, горжусь тем, что он сделал. Я также люблю своего отца и с гордостью ношу фамилию Буш. Но, если я и буду выдвигаться в президенты – то не по зову крови».     Сам Джордж Буш-младший так прокомментировал возможность участия Джеба в президентской кампании: «Он будет великолепным кандидатом, если решит сделать это. Он не нуждается в моих советах, потому что знает, что это такое. Но будет ли он делать это или нет, является очень личным решением». Таким образом, если в 2016 году Джеб Буш будет избран президентом, род Бушей станет первым в истории США, три представителя которого в разное время занимали высший пост в государстве. Галстян Арег.  «time to analyze» — politics, society, and ideas  

08 февраля 2014, 04:08

Иностранные СМИ оценили церемонию открытия Олимпиады в Сочи

«Поэзией в движении» назвала церемонию открытия Олимпийских игр в Сочи газета Washington Post. «Каждая часть программы (торжества) была написана в превосходной степени», - отмечается в отчете об открытии Игр московских корреспондентов Washington Post Кэти Лэлли и Уилла Ингланда из Сочи, размещенном в электронной версии газеты, передает ИТАР-ТАСС. Как подчеркивается в материале, масштаб открытия праздника спорта «граничил с колоссальным», а «изобретательность (постановщиков шоу) привела иностранцев в состояние благоговения». Воздействие происходящего на зрителей было «величественным и даже утонченным», признают авторы. Эта статья стоит особняком на фоне бесконечного негативного потока публикаций об Олимпиаде в Сочи, переполнявших американскую печать в целом и Washington Post в частности в последние дни. Это подмечают и читатели газеты, комментирующие на ее сайте материал Лэлли и Ингланда. «Слава Богу, вернулись к освещению непосредственно Игр!» - пишет, в частности, один из них. Швейцарские СМИ назвали церемонию открытия Игр великолепным спектаклем. «Олимпийский стадион «Фишт» стал центром великолепного спектакля открытия Игр», - пишет на франкоязычной версии своего сайта Швейцарская радиовещательная корпорация SRG SSR. В тот момент, когда от факелов в руках Владислава Третьяка и Ирины Родниной была зажжена чаша Олимпийского огня, комментаторы франкоязычного канала РТС искренне произнесли лишь одно: «Это мощно. Это очень, очень, очень мощно». «Россия пыталась показать в этот праздничный вечер не столько политический, сколько спортивный энтузиазм супердержавы», - пишет в свою очередь из Сочи специальный корреспондент немецкоязычной газеты Neue Zürcher Zeitung. Он назвал остроумным выбор песни «Нас не догонят» группы «Тату» в качестве музыкального сопровождения для прохода российской сборной в завершение парада спортсменов. Французская газета Temps все же не смогла полностью уйти от политики, подробно описав, что, по ее мнению, привело к тому, что США не послали представительную делегацию на открытие Игр. Издание полагает, что возможной причиной стал ряд серьезных разногласий по таким вопросам, как сирийское досье, ситуация на Украине, история с Эдвардом Сноуденом. «Россия могла оказаться одинокой в Сочи, - говорится в статье. - Но все случилось ровно наоборот. Это Соединенные Штаты и их ближайшие союзники, судя по всему, остались в одиночестве». «И не исключено, что их непримиримость в конечном счете оказывается контрпродуктивной», - пишет Temps, перечисляя не только имена некоторых глав государств и правительств, приехавших в Сочи, но и обращая внимание на то, что количество стран, представленных на текущих Играх составило рекордные 88 - на шесть больше, чем на предыдущей зимней Олимпиаде в Ванкувере в 2010 году. В Эстонии также с большим вниманием наблюдали за прямой трансляцией по каналу общественной телерадиокомпании церемонии открытия XXII зимних Олимпийских игр в Сочи. «Грандиозный фейерверк завершил красочную церемонию открытия зимних Олимпийских игр», - написали местные СМИ, отметив, что эстонцы бурно приветствовали проход делегации своей страны. На новостных интернет-сайтах, которые не имели возможности вести прямую трансляцию церемонии, все ее нюансы подробно описывались текстами в режиме онлайн, сопровождаясь размещением фотографий с мероприятия. На зимних Играх-2014 Эстония представлена 25 спортсменами. «Они живут в сказочных условиях», - отмечают местные СМИ. В Италии СМИ внимательным образом следили за церемонией открытия Игр. С наивысшим приоритетом на ленте АНСА появилось и сообщение о том, что Ирина Роднина и Владислав Третьяк, которые были последними факелоносцами, зажгли огонь Олимпийских игр в Сочи. Итальянские газеты и интернет-издания в режиме онлайн следили за каждым шагом церемонии, красочно описывая происходящее. Множество сообщений и комментариев об открытии Олимпиады появилось в итальянском сегменте популярных социальных сетей и мини-блога Twitter. В основном эта информация содержала информативно-повествовательный характер. Многие пользователи высказывали искреннее восхищение масштабностью церемонии. Прямая трансляция велась в Италии сразу по нескольким телевизионным каналам, а также на интернет-сайте газеты «Репубблика». В целом комментаторы отмечали «большой вкус, утонченность, элегантность шоу». Высокую оценку получило сочетание исторического экскурса с отражением реалий современной России. Комментаторы по достоинству оценили также музыкальное сопровождение церемонии и визуальный ряд, основанный на работах русских художников-авангардистов. От пристального внимания комментаторов не скрылись даже мельчайшие детали - эмоции присутствовавших на церемонии зрителей, дизайн и расцветка костюмов спортсменов. Итальянские журналисты единодушно назвали церемонию «безупречной и трогательной, продуманной и сбалансированной, не затянутой, динамичной и зрелищной», а также «универсальной и понятной даже при обилии российских реалий».

17 января 2014, 14:02

АНБ перехватывает миллионы SMS-сообщений ежедневно

 Сегодня стали известны новые подробности скандала с участием Агентства национальной безопасности США. Газета The Guardian сообщает о том, что АНБ перехватывало порядка 200 млн SMS-сообщений по всему миру ежедневно. Эти данные американские спецслужбы использовали для определения местонахождения владельцев телефонов, а также для получения данных о контактах и электронных платежах абонентов. В документах штаба по управлению государственными коммуникациями Великобритании (GCHQ) говорится о том, что программа АНБ под кодовым названием Dishfire собирает "в значительной степени все, что возможно", и конкретных целей якобы нет. The Guardian отмечает, что АНБ собирало информацию буквально обо всех подряд, включая лиц, которые никогда и не подозревались в незаконной деятельности.  Ссылки по теме Суд США признал законной слежку АНБ за населением Продажи Cisco падают из-за скандала с АНБ США АНБ ежедневно отслеживает около 5 миллиардов звонков Напомним, что в начале июня 2013 г. АНБ оказалось в центре скандала, связанного с разоблачениями бывшего сотрудника ЦРУ Эдварда Сноудена. Первые документы, переданные Сноуденом газетам The Washington Post и The Guardian, были опубликованы 6 июня. Это была информация о слежке правительственных организаций США за пользователями в интернете. В конце 2013 г. также стало известно, что АНБ и GCHQ решили следить за World Of Warcraft и другими многопользовательскими ролевыми играми, популярными на территории двух государств. По информации спецслужб, террористы обсуждают в онлайн-мирах свои зловещие планы, так как считают, что здесь никто их не поймает за руку. Более того, через игровые аукционы могут перечисляться средства на организацию террористических актов.