Выбор редакции
09 июня, 13:51

Юрий Щекочихин. "Страх"

10 июня 1992 года в «Литературной газете» была опубликована статья журналиста Юрия Щекочихина "Страх". Название статьи объясняется страхом многих источников информации разговаривать с журналистом. «Этим расследованием, которое заняло у меня последние несколько месяцев, — пишет Щекочихин в лиде, — я обращаюсь прежде всего к Борису Николаевичу Ельцину, своему бывшему коллеге по межрегиональной депутатской группе и человеку, за президентство которого в России и я отдал свой голос».Прежде, чем перейти к самому расследованию, журналист также пишет: «<…> я очень боюсь, что на плечах нашей молодой демократии к власти пришли мафиозные структуры, которые поделили между собой управление в Москве, распродали друг другу лакомые куски столицы; которые наелись настолько, что дымка демократии и августовской победы, которой они прикрывали свои подпольные операции, стала для них уже ненужной, лишней, уже мешающей им в их поступательном движении. Они готовы обернуться и против демократии, против тех, кто олицетворяет ее на митингах на Манежной, на баррикадах вокруг Белого дома. Кто сегодня реально управляет Москвой? Те, кто сумел распорядиться московским имуществом, то есть землей, зданиями, целыми районами».Щекочихин говорит о том, что владельцами московского имущества стали бизнесмены, которые выиграли от изменения системы, и преступный бизнес. «Но и первые, и вторые – дети по сравнению с прежними официальными структурами власти, которые – мимикрируя – остались реальными хозяевами Москвы». Журналист называет «солидными, истинными хозяевами бала» подразделения мэрии Москвы, которые стали учредителями разных структур. «Одной из самых влиятельных московских структур многие собеседники называли мне СП «Мост», — пишет он. – У меня нет доказательств прямого участия в руководстве СП Лужкова, но в его личной заинтересованности, в лоббировании «Моста» есть. <…> Сильнее законов – люди. Те, кто, прикрываясь именами демократических лидеров, уже давно готовился к тому, чтобы, когда уляжется демократический ажиотаж, прибрать к рукам, может быть, основное московское достояние: землю, здания, организации, средства массовой информации».«Гусинский обещал подать в суд на Щекочихина за нанесение ему значительного морального и материального ущерба, но обещание не было выполнено», — отмечали составители справочника о бизнесменах Анвар Амиров и Владимир Прибыловский.После выхода статьи Щекочихин дал интервью программе «Совершенно секретно».Годы спустя режиссер того выпуска Александра Свиридова вспоминала, как записывала его на камеру и как в ее редакции все были «удручены» вышедшей программой.«Они ждали переезда в новое здание, которое обещал Лужков, но что теперь будет, после эфира, – трудно было предсказать, — писала она. – К вечеру в московском эфире появился Лужков собственной персоной. Я не видела, но мне рассказывали, что он гневался и показывал фрагменты передачи, где усилиями моих операторов и монтажеров Моссовет был снят из-под хвоста коня Юрия Долгорукова. Символика презрения к властям была властями услышана. Именно в неуважении Лужков и упрекал создателей телепрограммы. И ни слова по существу дела».По ее словам, в ответ на вопрос руководителя «Совершенно секретно» Артема Боровика о том, что теперь делать, она ответила так: «Отвечаем всем, что мы открыты и они – кто угодно! – вольны прийти к нам в эфир и опровергнуть нас, Юру. Пусть с документами в руках докажут, что мы клевещем. У нас ведь контракты на руках, и там ясно написано, что это не просто аренда, а с правом выкупа. <…> Пусть подают в суд. И будем разговаривать в суде. Ни в какие приватные диалоги я не вступаю. Есть статья – за клевету. Пусть подают, доказывают и сажают – либо Щекочихина, который клевещет в статье и в кадре, либо тех, кто продал Москву, если все, что мы рассказали, – правда».«Артем предложил представителю Моссовета выступить в передаче, — заключает она. — Желающих выступить не нашлось. Никто нас больше не беспокоил. Ни в эфир никто не пришел, ни в суд не подал. Артему вскоре дали новое помещение, но это было уже без меня».1. Амиров, Анвар; Прибыловский, Владимир. «Российские бизнесимены и менеджеры. Биографический справочник». Информационно-экспертная группа «Панорама», 1997.2. Свиридова, Александра. «Страх Юрия Щекочихина» https://discours.io/articles/social/strah-yuriya-schekochihina — 3 июля 2017.3. Щекочихин, Юрий. «Страх». «Литературная газета», 10 июня 1992.ОтсюдаВы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

03 апреля, 13:03

Перезапуск «Черкизово». Владелец «Куриного царства» разместит акции на Московской бирже

В ходе SPO компания, основанная Игорем Бабаевым, рассчитывает получить $150 млн

Выбор редакции
02 апреля, 14:40

Юрий Лужков: Аман на диване лежать не будет. Тулеев еще пригодится - и Кузбассу, и России

Экс-мэр Москвы - об экс-губернаторе Кемеровской области - в эфире Радио "Комсомольская правда"

27 марта, 08:00

Компромат на Собянина

Мое субъективное мнение о Собянине: это типаж одержимого манией власти сектанта-хаббардиста, холодного, расчетливого, скрытного, жестокого, полностью свободного от моральных пережитков, умеющего при необходимости улыбаться и нравиться окружающим. Короче, обезличенный фанатик-карьерист. Компромат на Собянина ниже в статье. Это вам, товарищи-москивичи, не душка-Лужок, который кепку носит, пчелок разводит, в футбол играет, матом ругается, с Церетели дружит и […] Сообщение Компромат на Собянина появились сначала на ВОПРОСИК.

19 марта, 21:13

Дочь Лужкова и Батуриной получила гражданство Кипра

Старшая дочь бывшего мэра Москвы Юрия Лужкова и предпринимателя, самой богатой россиянки Елены Батуриной — Елена Лужкова — получила гражданство Кипра. Это следует из данных британского реестра юрлиц.

19 марта, 09:30

Дочь Лужкова получила кипрское гражданство

Дочь экс-мэра Москвы Юрия Лужкова и самой богатой женщины России Елены Батуриной — Елена Лужкова — получила кипрское гражданство. Это следует из данных британского реестра юрлиц. Ранее серия публикаций показала, что островные паспорта (Кипра и Мальты) есть у многих состоятельных россиян. Например, у миллиардера Олега Дерипаски и основателя "Яндекса" Аркадия Воложа. Это "золотые визы", с которыми проще ездить по миру. Елене Лужковой 25 лет. Она живёт в Великобритании. Девушка окончила Лондонский университет, специальность — политика восточноевропейских стран. Как говорил недавно Юрий Лужков, сейчас его дочь Елена работает в Лондоне "в одной из структур, связанных с гостиничным бизнесом". Елена пробует также самостоятельно заниматься бизнесом. В 2016 году она зарегистрировала компанию Whip Limited. Профиль — "другие виды деятельности по поддержке бизнеса, не включённые в какие-либо рубрики" (данные реестра). А ранее у Елены была ещё другая компания — Claredron education (профиль её был не более внятным). В карточках обеих фирм указано, что у Елены кипрское гражданство. — Компании Whip у меня уже нет, я её недавно закрыла, — рассказала Лайфу Елена Лужкова. — Заниматься она ничем не планирует, я её регистрировала, чтобы имя никто не увёл, но больше мне это не актуально. Компания Clarendon тоже ничем не занималась и тоже регистрировалась, чтобы иметь право использовать имя. Да, она тоже закрыта. По поводу бизнеса в дальнейшем: не хочу раньше времени о чём-то говорить, чтоб если вдруг не получится, потом не надо было по этому отчитываться. В разговоре с Лайфом девушка не стала отрицать, что у неё есть кипрский паспорт. Подтверждать и рассказывать подробности — тоже. — По поводу паспорта, боюсь, не могу вам ничего ответить, это личное, — сказала она. Елена отметила, что ездит в Россию во время отпуска, но большую часть времени проводит в Великобритании, потому что там работает. Для того чтобы получить кипрский паспорт, иностранному гражданину необходимо вложить минимум €2 млн в недвижимость страны или €2,5 млн в кипрские компании или гособлигации. При этом отказываться от своей родной страны не нужно — зато можно ездить по миру, легче получая визы. Эту программу поэтому и называют "золотая виза". Структуры Елены Батуриной инвестируют в недвижимость Кипра намного больше денег, чем нужно для получения гражданства. Как сообщалось, летом 2018 года она начнёт строить в Лимасоле (город на юге Кипра) жилой комплекс. Вложения составят €40 млн. Кстати, сама Батурина в британском реестре юрлиц указана как гражданка России. В начале марта стало известно, что у миллиардера Олега Дерипаски тоже есть кипрский паспорт. Об этом сообщили британская газета The Guardian и Центр исследования коррупции и организованной преступности. Выяснилось, что Дерипаска воспользовался программой "гражданство в обмен на инвестиции". В январе 2018 года РБК сообщило, что сотни богатых россиян получили гражданство Мальты. Среди них — основатель и совладелец "Яндекса" Аркадий Волож и члены его семьи, владелец инвестиционно-девелоперской компании O1 Properties Борис Минц и члены его семьи. Кстати, младшая сестра Елены Лужковой, Ольга, тоже живёт за рубежом. Она открыла бар Herbarium возле принадлежащего Батуриной отеля Grand Tirolia в швейцарском Китцбюэле и управляет им. — Мы с Еленой продолжаем считать Москву главным городом жизни, а дети, к сожалению, относятся к ней уже иначе, хотя тоже считают Москву родной. Учёба за рубежом накладывает отпечаток, — ранее говорил экс-мэр в интервью Лайфу.Сам он много времени проводит у себя на ферме под Калининградом, где выращивает гречку, пшеницу, ячмень и разводит лошадей и овец.

18 марта, 15:00

Немного о Суркове

Премьер Дмитрий Медведев назначил вице-премьера Владислава Суркова ответственным за взаимодействие с религиозными организациями. Для представителей религиозных общин России его новая должность – не успевшая стать забытой старая. Немного о Суркове: он уже руководил правительственной комиссией по вопросам религиозных объединений с февраля по июнь 2012 года, до того, как ее возглавила Ольга Голодец. Общались с ним […] Сообщение Немного о Суркове появились сначала на ВОПРОСИК.

16 марта, 08:00

Николай Бех: «Помню, как во время пожара на завод приходили люди и плакали»

Через месяц исполнится 25 лет со дня пожара на заводе двигателей КАМАЗа — события, во многом повлиявшего на судьбу Набережных Челнов и российского автопрома. «БИЗНЕС Online» начинает цикл публикаций об этом событии с интервью Николая Беха, в тот период возглавлявшего автогигант. Спустя много лет он рассказал, как ЧП отодвинуло грандиозные планы на 10–12 лет, что думает о Сергее Когогине и временах, когда завод делал 128 тыс. грузовиков в год, а не нынешние 38.

15 марта, 08:00

Брат Михалкова — офицер СС

Клан Михалковых является прекрасной иллюстрацией, что такое идеальные приспособленцы. Пока Сергей Михалков пел оды Сталину, младший брат Михалкова - офицер СС Михаил служил во время ВОВ в СС, а позже в КГБ и у «гипнотизёра» Мессинга. О Михаиле Михалкове заговорили только перед самой его смертью в 2006 году. Он неожиданно, 80-летним стариком, стал раздавать одно […] Сообщение Брат Михалкова — офицер СС появились сначала на ВОПРОСИК.

13 марта, 16:01

Выборы президента: за кого агитировали губернаторы

"Коммерсант" проанализировал, как главы регионов агитировали за тех или иных кандидатов в президенты России.По данным издания, еще начиная с 90-х годов губернаторы, несмотря на свою партийную принадлежность, поддерживали именно кандидатов от власти. Так было даже в 1996 году, когда при поддержке КПРФ были избраны многие главы регионов. Тем не менее агитировать за лидера российских коммунистов Геннадия Зюганова они не спешили — более того, становясь главами регионов, нередко критиковали его.К настоящему времени ситуация и расклад политических сил несколько изменились, однако главы регионов по-прежнему отдают свои предпочтения кандидатам от власти. Так, несколько дней назад мэр Москвы Сергей Собянин в своем блоге рассказал, почему нужно идти на выборы и почему он поддерживает Владимира Путина в качестве кандидата в президенты."Обычно с годами человек у власти становится все менее восприимчивым к сигналам извне, притупляются адекватность и острота реакции. Помню своих бывших коллег по Совету Федерации, которые руководили регионами по двадцать лет. Значительная часть из них бронзовела так, что хоть завтра на пьедестал. С Путиным все наоборот. Поразительно, но за эти годы он стал более естественным, более простым в общении. У него не пропало желание лично вникать в проблемы", — аргументировал свою позицию Собянин.Поддерживал кандидата от власти и предшественник Собянина Юрий Лужков. В 1996 году выборы мэра Москвы совпадали с президентскими и тогда Лужков активно высказывался в поддержку Бориса Ельцина. В преддверие голосования вся столица была увешана билбордами где Ельцин и Лужков пожимают руки, плакаты сопровождала надпись: "Москвичи сделали свой выбор".Владимиру Путину губернаторы оказывают поддержку с первого президентского срока. В частности, в 2000 году предвыборный блок губернатора Свердловской области Эдуарда Росселя "Преображение Урала" специально переименовали в "Единство Урала", так как именно "Единством" назывался на тот момент прокремлевский блок на выборах в Госдуму.Руководители субъектов федерации лояльно относились и к преемнику Владимира Путина Дмитрию Медведеву. В 2007 году Валентина Матвиенко, занимавшая на тот момент пост губернатора Санкт-Петербурга, назвала его кандидатом с социальным лицом. "На посту вице-премьера Дмитрий Медведев курировал социальные проблемы, и поэтому хорошо знает жизнь людей. Национальные проекты, которые он также курировал, очень серьезно изменили жизнь в стране. Он проявил себя очень успешным человеком и справился с задачами, поставленными президентом", — говорила она.Старожил губернаторского корпуса — глава Белгородской области Евгений Савченко (управляет регионом с 1990 года) — всегда поддерживал кандидатов от власти на президентских выборах. Он высказывался и в поддержку Бориса Ельцина, и в поддержку Владимира Путина, и в поддержку Дмитрия Медведева.Ситуация на выборах 2018 года не стала исключением. Сразу после того, как Владимир Путин объявил о своем решении выдвигаться, многие губернаторы выразили ему свою поддержку. Например, глава Липецкой области Олег Королев заявил, что, если бы Путин принял иное решение, то "мы бы все должны были его уговаривать и умолять принять это решение", так как "он является историческим выбором России и того нового мира, свидетелями и участниками которого мы являемся".Не все губернаторы в этой кампании прямо называют фамилию Владимира Путина в своих призывах прийти на выборы, однако в их суждениях угадать ее несложно."В такой внешнеполитической обстановке, которая сейчас существует, при таком беспрецедентном давлении на Россию, включая даже спортивную отрасль, нам необходимо проявить политическую зрелость. Нам необходимо прийти на выборы, избрать президента максимальным количеством голосов. Нам необходимо показать, что в этих условиях мы не аполитичны, доказать, что наш президент, которого мы выберем, обладает поддержкой людей, и давить на страну и ее лидера бесполезно, потому что он был избран максимальным количеством голосов", — заявлял в феврале губернатор Рязанской области Николай Любимов.Своим отношением к участию глав регионов в предвыборной агитации делится политический консультант, политтехнолог, координатор информационно-идеологического направления агентства "Максимов-Консалтинг" Константин Бакшеев: "Многое зависит от популярности губернатора в народе. Тому, кто покрепче, разрешено вести себя активнее, действовать более самостоятельно и креативно в борьбе за явку. В президентской кампании рейтинговый губернатор — это вип-агитатор. Через него также могут заноситься смыслы, которые из уст простого агитатора смотрятся нелепо. Пример тому, когда через Собянина со знанием дела дополнительно фиксируется предвыборный месседж "Путин не забронзовел, остался самим собой, он прост в общении". <...>Что еще традиционно наблюдается в федеральной кампании, так это боязнь региональных властей разделить ответственность за конечный результат. Многие губернаторы стараются действуют по принципу "не влезай — убьет". Но в итоге такие аргументы, как "мы выполняли все, что требовала Москва, но получилось плохо" все чаще не срабатывают и все больше раздражают саму Москву."Политолог Вячеслав Беляков (Владивосток) отмечает, что одним из стимулов для участия губернаторов в агитации является шанс улучшить свои позиции: "Важно понимать, что для любого из глав регионов такая работа не является способом улучшить результаты действующего президента, а является способом поддержать свой рейтинг, так как рейтинг президента в любом регионе РФ выше, чем рейтинг любого из губернаторов. В этой связи выступления глав регионов в поддержку президента на самом деле не принесут лидеру государства бонусов, так как его рейтинг и так высок. А вот для поддержавших его губернаторов из этого может быть польза, потому что они декларируют свою позицию перед избирателями, наращивая свой рейтинг доверия и укрепляя свои аппаратные позиции. <...>Пойдут люди голосовать или нет, зависит не только от рейтингов доверия тех или иных кандидатов, но и от повседневных вещей, за которые отвечают руководители регионов. <...> На мой взгляд, то, почищены или нет дороги в регионах, может влиять на результаты явки и выборы едва ли не сильнее, чем вся предыдущая работа кандидатов в одном конкретно взятом городе или районе."Ну, как-то так.Полную версию материала с развёрнутыми комментариями экспертов можно прочитать тут.Повестка, тренды, мнения, эксклюзив. Неформально на Telegram-канале "Давыдов.Индекс".

Выбор редакции
09 марта, 11:36

"У нас в государстве главенствует непрофессиональность, ложь". Последнее интервью Евгения Леонова

Евгений Павлович Леонов (1926-1994) — советский и российский актёр театра и кино. Народный артист СССР (1978). Лауреат Государственной премии СССР (1976) и Государственной премии Российской Федерации (1992). Ниже размещено его интервью, подготовленное Светланой и Игорем Овчинниковыми. Опубликовано: "Огонек", 1994. № 11-13. Здесь текст приводится по изданию: Леонов Е.П. Письма, статьи, воспоминания. / Составитель В.Я. Дубровский. — М.: ЗАО Изд-во Центр- полиграф, 2000. КОГДА УЖЕ ВСЕ ЗНАЕШЬ САМПоследнее интервью с Евгением Павловичем Леоновым «Вы там вставьте в интервью какие-нибудь кусочки из «Овода» или из Павки Корчагина, чтобы было понятно, что я люблю свою Родину». Не знаю почему, но из всего интервью Е.П. Леонова меня больше всего тронула именно эта его просьба. По собственной журналистской практике знаю, как делаются беседы со знаменитостями. По какому рецепту, из каких красот, из каких цитат изготовляются «незабываемые» образы. Но вот леоновские «кусочки» из «Овода» рвут душу. В них его бесхитростность, какая-то детскость и беззащитность. «Чтобы было понятно, что я люблю Родину». Не было у него заготовленных красивых слов про эту любовь, не умел он их нанизывать — не тот человеческий тип, не то актерское амплуа, чтобы пафос, жест, поза. Но любил, любил он этих людей, этот город, эту страну, иначе никогда бы Леонов не стал тем, кем он был для нас все эти годы. А как это высказать? Ну, пусть лучше Войнич или Н. Островский — проверенные авторы!У интервью, которое мы хотим предложить вам, странная судьба. С Евгением Павловичем в разное время беседовали два театральных критика, мать и сын, Светлана и Игорь Овчинниковы. Игорь — четыре года назад, когда Леонов только вернулся после тяжелой болезни на сцену. Светлана встречалась с Евгением Павловичем в январе по заданию журнала, всего за неделю до его смерти. Они немножко разные, эти интервью, по интонации, состоянию души, пережитому опыту. Но мы рискнули их печатать вперемежку. Ведь Леонов-то один. Единственный. Был и остался. С нами. Навсегда.С. Николаевич — Какой у вас характер? — Обидчивый. Самолюбивый. Но это не видно. Так прячется. Там, внутри, два меня.— Обидчивый? — Да, очень. В жизни моей всякие события случались. Вот я умирал, возвращался. Дело было на гастролях в Германии. А жену туда не выпускали, говорили: грипп у него. А я уже на том свете был. И если бы не немцы... Они мне сделали операцию. Дорогую. И денег не взяли. Да у меня их и не было. Но никто и не собирался помочь... Мы немножко вышли из человеческих рамок. Когда мы человеческое-то вернем? Ладно, мы не верим в Бога. «Не убий» там, Моисеевы заповеди мы не знаем, нас не учили. Но мы так далеко их откинули, что обратно и не вернуть. Хотя бы семь из десяти, хотя бы две: не укради, не прелюбодействуй... Вот мне все говорят: «Ты умер, а тебя Бог спас, потому что ты никому не делал зла, добрый, квартиры хлопотал, вот Бог и ответил». Хотя я был в безнадежной ситуации. И мне очень обидно слышать от наших врачей, что тут бы меня не спасли. Ведь наш уровень был так высок, что оттуда, с Запада, приезжали кланяться Виноградову, Вовси...— А это легенда или правда, что сын возле вас сидел и... — Да, правда. Он разговаривал с трупом. Я ведь двадцать восемь дней был отключен. Девять дней он сидел, ему врач сказал: ты зови его сюда, назад, если он тебя услышит — вернется. Потому что девятнадцать дней до этого я так и не приходил в сознание. Андрюша мне пел. И на него это так подействовало... Очень нервным стал. Его логика, его правда вдруг сталкиваются с нашей. Взрослый отец семейства, а все равно ребенок. Он везде был: у Белого дома в девяносто первом году и в прошлом. А мне сказал: я не был.— Он вас бережет.— Наверное. В принципе у меня хорошая семья и внук очень хороший.— Говорят, что внуков любят больше, чем детей. Это так?— Нет, я все равно Андрюшу люблю очень. Он актер, жизнь актерская сложная, особенно сейчас, особенно у молодых... Хотя и нам было непросто. Что у меня, что у Весника, что у Жени Шутова, что у Жени Урбанского.— Все Евгении. Это вы нарочно?— Это судьба нарочно. В те времена актер настоящим становился годам к тридцати. И мало было для этого кинопопулярности. Вот Женя Урбанский — мы очень дружили, я его в «Ученике дьявола» на Ричарда вводил. За неимением в театре режиссуры. А сам играл Кристи... Так вот Женя сыграл «Коммуниста», сыграл в «Чистом небе» Астахова, получил такую популярность необыкновенную, а в театре зрители и особенно критики его не принимали. А им бы немножко подождать... В нем был такой заряд таланта. Мы когда несколько месяцев репетировали, выстраивая по-новому наши сценические отношения, так трогательно было... Брат, дурачок такой, Кристи — и Ричард, такой мощный, красивый... Судьба актерская от столького зависит. Его пригласили в одном театре сыграть роль внепланово. Хорошую. Но он уже снимался в фильме «Директор»... А критика порою не от сердца писала, а от заданности, от политики, от установки редактора. Критик Булгак, была такая. Я раньше читал, а потом стал стараться не читать.— Но ведь про вас-то...— Про меня она как раз и написала. Огорчила прямо до слез. Подобрала фотографии Лариосика — чистые голубые глаза, челочка трогательная, фрак... Ну потрясающее лицо! А рядом — вор де Преторе Винченцо из Эдуардо Де Филиппо, а потом еще какая-то фотография, где я играю пьяного. И написано: вот Леонов, как начинал и как он заканчивает. И не написано, что фотографии-то в ролях.— А вы вообще смешливый человек, вам хватило чувства юмора?— Тогда? Нет. И потом, там было написано: мы ожидали, что Леонов будет вторым Яншиным, а он не стал.— А он стал первым Леоновым!— Этого там не написано. И я думаю: почему такое желание оскорбить? Не знаю. Может, я с ней в одной очереди стоял или... За чем мы тогда стояли? Мы за чем- то ведь всегда стояли. И я ей на ногу наступил... Или толкнул.— Нет, вы толкнуть не можете, Евгений Павлович. Ну никак не можете!— Это я с вами так разговорился, между прочим. А вообще-то я не такой уж добрый. И хулиганства во мне всякого много. В молодости мы капустники делали. Однажды — на замечательного режиссера Бориса Ивановича Ровенских. Он очень любил такую мизансцену: все бросаются на землю и начинают ее целовать. Вот мы сделали такой безумно смешной этюд. Пустили музыку из его спектакля «В тиши лесов» — знаете? — «Рос-си-я во-ольная»... Один из нас от страсти грыз бильярд. А Весник изображал дом. Я стучал. «Кто там?» И я с воплем бросался на землю и кусал ее... Недавно я про это рассказывал, а потом смотрю по телевизору мультики: «Кто там?» — «Почтальон Печкин». Но это же мы придумали в молодости.— А сейчас вы можете на спектакле кого-нибудь разыграть?— И сейчас могу. И раньше мог. В «Энциклопедистах» Зорина играл я композитора. А Леня Сатановский — скульптора. Стоит с кувалдой и вещает: «Сейчас я ваяю фигуру для кафе. Бабу, держащую пивную кружку. И с рыбой». А я ему: «Нет, лучше с раками». Все потихоньку засмеялись и стали уползать со сцены. И публика тоже хохочет, а я все еще не понимаю, что произошло.— А в «Ленкоме» вы стали такой солидный, что уже не разыгрываете?— Тоже бывало. Это Андрюша мой знает. Они все цитируют, молодые люди.— А вы со своей судьбой, со своим талантом ощущаете себя звездой, знаменитостью, ну и т.д.?— Нет. Я всегда считал, что я такой труженик, понимаете? Жизнь идет к концу, и я нервничаю: а вдруг пора уходить из театра и кончать с этим...— Почему?— А черт его знает. То ли я мнительный стал. То ли очень неспокойная жизнь у меня была. Захаров написал, что Леонов сложный, непростой человек. А актер и должен быть непростым. И все не так просто было в моей жизни. Я, например, после театральной студии пришел в Театр Станиславского, а там директорствовала женщина-прокурор. Студии закрывались, картин снималось мало. И мы стали делать что-то вроде открыток с фотографиями из спектаклей. И это хорошо продавалось: мы этим кормились. Оклад-то шестьдесят пять или семьдесят пять рублей был. А не хотите винограду? Покушайте, поотрывайте. Мне нельзя, у меня диабет. Скушайте, я прошу вас. Мне будет приятно очень. Мне всегда казалось, что наше поколение не достигает уровня тех мастеров, у которых училось. Мы все время снижаем требовательность. Особенно к себе. И чаще всего в вопросах вкуса. Нет в крови у актера, что того-то делать нельзя. Нет сейчас никаких комиссий запретительных, и слава Богу. Но должно быть внутреннее табу. Мне все последние годы не хватает в искусстве застенчивости. Немножко все так настырны, тенденциозны, знают «про что». Настоящее искусство чаще не объяснишь — «про что».— Оно загадка...— Загадка, да.— А настоящая женщина?— Это так далеко от меня. Я человек семейный. Вот и жена у меня есть, Андрюшка есть, внук есть.— Когда вы женились на Ванде Владимировне, она была для вас идеалом?— Да, думаю, что да. Да и сейчас. Хотя мы иногда и ссоримся, всякое бывает. Но вот ночью я чаще думаю: куда бы поехать, что-то у меня концертов нет, а лекарства такие дорогие, да и не только они. Вот предлагает хороший режиссер Роман Козак пьесу «Я — Фейербах». Но она разговорная — вдруг никому интересно не будет?— Евгений Павлович, но вы же знаете, пойдут на ваше имя. И будет интересно.— Но это монолог.— Ну и что? Но это же вы, вы!— Не надо преувеличивать... Кроме имени, нужно еще много всего другого.— Бытует фраза: «Чем актер необразованнее, тем он лучше играет».- Я думаю, ее придумали ленивые люди. В принципе, конечно, надо быть образованным. Но чтобы начитанность не превратилась в некую силу, которая тебя лишит гибкости. Я знаю, что когда умирают, то кряхтят: «Э-э- кхе, умираю». А может быть, умирая, говорят: «Ха-ха-х». Понимаете? Образованность никому никогда еще не мешала, если ею не тыкать в рыло другим, тем более что это не так уж интеллигентно, правильно? А в искусстве тем более.— Вас часто тревожит неинтеллигентность?— Разве только она? У нас в государстве главенствует непрофессиональность, ложь. Ну а если в жизни ложь, то откуда на сцене правда? Откуда она? Какое общество, такое и искусство, какое общество, такая и культура. Какая культура, такая и нравственность. А нравственность у нас...— Вы верите, что это положение может измениться?— Оно может таким и остаться. Нам дали возможность посмотреть на себя: кто мы такие есть. Но мы, посмотрев, не сделали выводов. Если сделали, то на словах. Меня каждый день что-то потрясает. Какая-то вера вроде уходит. Кто виноват? Депутат этот? Ну так сразу его надо убирать. Директор завода? Сразу убрать! Тогда, может быть, что-то получится. Очень много такого происходит сейчас, что не знаешь, как дальше-то, что будет? Мне кажется, что это все административно-бюрократический аппарат виноват, я с ним тоже встречался. У нас в конце концов появится много печенья, конфет, презервативов там — чего нам еще не хватает для радости? Но с культурой, конечно, с нравственностью... На это нужно очень много времени. Так что возьмите обратно вопрос.— Какой?— Предыдущий.— Хорошо. А хобби у вас есть? Дом, семья, внук, Андрюша. Да?— Андрюша с семьей живет. Правда, очень тесно: однокомнатная квартирка на троих.— Вы, который выбили квартиры, кажется, всему театру, не можете комнаты добавить сыну?— Не получается. Уж несколько лет не получается.— Ну, пойдите напрямую к Лужкову!— Он сам предложил. Когда был на «Поминальной молитве».— И не сделал?— Нет. Мы с ним недавно встретились. Я уже стыдливо так глаза отвожу. А тут стал я попечителем детей, у которых нарушен опорно-двигательный аппарат. И туда, на открытие комплекса, приехала жена Ельцина, Лужков... Мне какие-то слова пришлось говорить. И Лужков спросил: «Как дела?» Я говорю: «Никак». Но все равно никак. Марку Анатольевичу я когда-то помог с его квартирой. Он часто видится с Лужковым. Но может, в голову не приходит... Не знаю... Только вы не пишите, не надо никого обижать. Давайте лучше об искусстве поговорим.— Актер — лицедей, делающий чужие лица, или человек, который свое лицо проявляет в каждой роли?— Вообще я думаю: и то и то — искусство. Мне ближе второе — свое лицо совать в разные ситуации. И свою душу, и сердце, и тело, и голос свой. Но не это главное. После того как я ушел из Театра Маяковского, Ванюшина никто не мог играть, царя Креопа в Театре Станиславского после меня никто не сыграл. Не потому, что я такой блестящий, а просто потому, что это мною было рождено. Я сейчас был очень болей и не знаю, насколько мне вернется та сила, которая позволит сделать что- то. Но мне удалось сыграть Тевье-молочника, а я об этом давно мечтал. Оказывается, получилось! Значит, кому-то это должно нравиться. Я сам знаю, что кто-то плачет... Но я не сыграл короля Лира и уже вряд ли сыграю. А ведь в Лире можно было нащупать другую тему — обманутой доверчивости, обманутой доброты, предположим. Не сыграл Кола Брюньона. Иудушку Головлева. Вы там вставьте в интервью какие-нибудь кусочки из «Овода» или Павки Корчагина, чтобы было понятно, что я люблю свою Родину. Мне хочется, чтобы она была радостной. Чтобы мы не завидовали их искусству. Чтобы не старались сиять фильм, как они. Наша актерская школа всегда была лучшая. Настоящие наши актеры даже рассудок теряли на сцене — так они тратились.— Сегодня можно говорить о кризисе театра или это обычные проблемы?— Мне вообще не нравятся все эти определения: мы в кризисе, мы вышли из кризиса, мы уже на передовой... Мы живем и отражаем то, как живем. Поэтому хочешь — кризисом назови, хочешь — неумением нашим. Надо жить и возвращаться к человеческим взаимоотношениям в нашем обществе. За последние годы экономика нас всех так немножко озлобила, немножко мы нервные стали, немножко нам стало наплевать...— Если бы вашему любимому герою Приходько из «Белорусского вокзала» предложили сегодня обратиться к народу?— Он прочитал бы свой монолог о церкви, о Боге, когда он пришел с войны и когда жена вдруг надела платьице и он подумал: изменяет, влюблена в кого-то. Он пошел за ней — помните монолог? — пришел, стоит, а она опустилась на колени и говорит: «Боже, спасибо, что Ты вернул мне мужа с войны. Спасибо Тебе и Сталину». Этот монолог, человечный, сердечный и глубокий монолог женщины, проигравшей, в общем, можно сказать, жизнь свою в бедах, вне радости, в поисках счастья, семьи, благополучия, которое так и не придет, судя по всему, поскольку все это было после войны, а сейчас уже мы чувствуем, что оно еще не пришло, счастье, к нам в дом, и что еще нужно за него бороться, за это счастье, и что нужно поменять что-то в себе всем, особенно тем, кто руководит нами...— Интеллигентности, что ли, им бы побольше?— Я сыграл Лариосика в «Днях Турбиных» и познакомился с женой Булгакова, был в этом доме и тогда еще впустил в себя беса такого, который задавал вопросы. Я его изгонял от страха и что-то скрывал от всех и от себя иной раз. Но я видел стены в доме Булгакова, где были наклеены рецензии: и ни одного доброго слова не было сказано ни в адрес спектакля «Дни Турбиных», ни в адрес актеров и режиссуры, ни, конечно, в адрес контрреволюционера Булгакова. А это было событие — постановка «Дней Турбиных». Нас ведь из Киева выставили, не позволили играть. Потом в этом доме я познакомился с Анной Ахматовой, с молодым совсем — он и не помнит: кто я такой, чтобы он помнил? — Святославом Рихтером, с Михальским, администратором МХАТа, интеллигентнейшим человеком. Но все- таки я сумел и там чашку опрокинуть — ну, вел себя как Лариосик. Сумел спросить Анну Ахматову, как она относится к Блоку. Мне сказали: ты кретин, у них любовь была... И когда вы спрашиваете меня про интеллигенцию и можно ли восстановить или вернуть утраченное... И что это такое. Я не могу объяснить. Я могу только сказать: Анна Ахматова, Рихтер.— Все-таки людей хороших больше?— У пас много добрых и хороших. Но я говорю: не поймешь, кто тебя ударит в ухо. Значит, наверное, что-то в жизни нашей не так, что мы хорошие, все хорошо... Все ли хорошо — вот это вопрос.— И какой ответ?— Ответ в «Поминальной молитве». В наше время национальных распрей идеи, которые выдвигаются, не должны окупаться ненавистью, которая обжигает сердце ребенка, которая вдруг может растоптать мать, отца. Это лавина настроений, неугодных Богу. Может, нужно немножко времени? Может, не нужно так все скоропалительно, чтобы с кровью, с ненавистью? Все-таки по-человечески — можно? Я верую — не верую, не важно. Все равно Бог должен быть: для кого-то на небе, для кого-то в своем сердце. Чтобы не позволил тебе ударить собаку, сдать ребенка в приют, позабыть своих родителей. Это же было невозможным сколько-то лет назад... В чаепитной Москве, где, здороваясь, снимали шапки и ходили друг к другу в гости...— А вы чувствуете на себе, как изменился зритель?— Вы знаете, мне трудно об этом говорить, ибо в моей жизни ролей семьдесят накопилось в кино и довольно много в театре. Разных — хороших и не очень. И вроде у меня роли есть на всякий вкус. Кому-то это не нравится, кто-то пишет: «Как вам не стыдно», — а кто-то: «Спасибо вам, Леонов».— А писем по-прежнему много приходит?— Меньше.— Отвечаете?— He-а. Как правило, нет.— Почему?— Сам не знаю. Сначала отвечал. Потом перестал. Да у меня и времени особенно не было: я все-таки всю жизнь был не просто занят, а нечеловечески. Как подумаешь: когда успевал? В Театре Станиславского мы с Женей Урбанским стали считать: в месяц играли по сорок два спектакля. И за копеечные зарплаты. Я, по-моему, до сорока пяти лет получал сто пятьдесят рублей. Это не суть важно, конечно. Ну что от того, что у меня есть два Гран-при? Правда, за кино: «Донскую повесть» — в Индии и «Осенний марафон» — в Венеции. Что от того, что я даже назван первым театральным актером года? Это ничего не изменит в моей жизни. Просто такая забавная игра: кто лучше, кто хуже — рассчитайсь! Первый, второй, третий, четвертый, пятый! Выйди, четные!— А что у вас за кулисами театра и кино?— Я что-то читаю. Но не в такой степени, как было раньше. Когда по восемь —десять газет выписывал. Сейчас уже три: «Куранты», «Известия» и «Московский комсомолец».— Хулиганскую газету?— Хулиганскую! Но мне нравится она чем-то. Бойкостью своей. Телевизор смотрю. Мне правились Политковский, Любимов. Но они стали какими-то нагловатыми. Я актер, я могу ошибаться. Но мне кажется: если по сердцу все делать, то трудно ошибиться. Вот я смотрю на экран, вижу, что многие карьеристы. Мне видно, вам видно, а другим почему не видно? Я в глубинке бываю — там люди живут лучше, чем мы. А интриганы дело доводят черт знает до чего. Я не понимал, почему так голосуют депутаты. А потом посмотрел, кто они по профессии, и все объяснилось. В начальники захотели. Но пятьдесят тысяч, сто тысяч — это еще не Россия. Не народ. Те, кто поверил Жириновскому, — народ? Те, кто говорит: ты нам водку сделаешь — мы тебя президентом сделаем? Программа у него... Он что, войны хочет?— Не нервничайте так. Лучше расскажите, в кино нашем «подпольном» что-нибудь делаете?— Я снялся у Георгия Данелия. Мне фильм понравился. Тем, что Данелия не конъюнктурщик, он остался верен себе, теме своей, юмору не наглому. И героиня — Полина Кутепова — потрясающая девочка. А другой фильм — «Американский дедушка». Мне не хочется обижать Кор- сунского, но мне кажется... Они говорят, что все хорошо. Так ли это?— Не знаю. Нет наших фильмов на экранах. Хоть бы по ТВ показали.— По ТВ невыгодно. Надо деньги выручить, хотя бы вложенные. Я Данелия спрашиваю, он говорит: фильм купили. Кто? А черт его знает. Вот сейчас украл копию, поеду в Израиль. Я ему говорю: укради и мне копию, я в Америку поеду. А две копии как стырить? Они же теперь не наши. Так что какой этот наш фильм «Дедушка» — не знаю. Я этого дедушку сыграл: эмигранта, который вернулся купить себе на родине кусок земли на кладбище, а выяснилось, что и участки эти — обман, липа. А мой дедушка за это время успел полюбить девочку легкого поведения и жениться на ней. Но я фильм не видел и ничего не могу сказать. Позвонил Микаэлян: есть сценарий, но нет денег. Надо искать спонсора. Мне иногда кажется, что сейчас пришло время не очень талантливых людей. Что талантливые не очень нужны.— Время бойких людей... А какое человеческое качество, одно-единственное, самое главное для вас?— Мне кажется, это стеснительность. Это не заикание, а понимание позиции другого человека. Вот когда все уже знаешь сам, а все равно выслушиваешь.— Под стеснительностью вы имеете в виду деликатность?— Стеснительность.— А чего вам не хватает для счастья?— Сейчас уже жизни не хватает. Мне хотелось бы сыграть еще. Мне всегда казалось, что я еще не до конца раскрытый актер...Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

07 марта, 08:00

Лужков о коррупции в России

Мнение мужа бизнесвумен Батуриной о системе, которую он сам холил и лелеял, и был встроен в самое ее гнездо. Прозрел дедушка Юрий Лужков на старости лет. Столько лет молчал, и тут запел. Не буду упоминать тут ложь и передергивания (типа разоряемых тысяч предпринимателей, которые часто оказываются зарегистрированными как предприниматели сотрудниками фирм, чтобы не платить лишнее) […] Сообщение Лужков о коррупции в России появились сначала на ВОПРОСИК.

05 марта, 19:57

Бизнес-союз грузин России

Или как национальную диаспору могут использовать в личных целях

Выбор редакции
02 марта, 17:00

Забавные видео в народном стиле по пятницам - А МЫ, ДЕВКИ ОЗОРНЫЕ

Забавные видео в народном стиле по пятницам - А МЫ, ДЕВКИ ОЗОРНЫЕ Видео из "Раз, два, опа - Азия, Европа (Европейская и азиатская этно и фолк попса)" и https://vk.com/tipologg Как на луге, на лужку: Танец молодых деревенских домохозяек Также смотри по данной теме другие материалы с тегами "Народные традиции" и "Этнопсихология"

Выбор редакции
28 февраля, 10:59

Сооснователь "Единой России" назвал партию "препятствием на пути развития общества"

Экс-мэр Москвы Юрий Лужков, являющийся одним из основателей партии "Единая Россия" (с 2001 по 2010 год он занимал пост сопредседателя Высшего совета «ЕР»), в интервью «Независимой газете» назвал партию власти препятствием на пути развития страны. "Посмотрите, что происходит в реальности. По сути, мы – с точки зрения политической организации общества – вернулись в коммунистическое прошлое. Многопартийность – миф. Партия власти – «Единая Россия» – монополизировала Государственную думу. Что значит иметь не просто большинство, а конституционное большинство в Думе? Это значит, что остальные думские фракции, вместе взятые, не имеют даже теоретической возможности противостоять, препятствовать принятию не только рядового федерального закона, но и конституционного. Фактически текст Конституции (за исключением двух первых глав, которые могут быть пересмотрены только Конституционным собранием) оказался, так сказать, под контролем одной партии. Разве это не напоминает КПСС во времена СССР? Существующая политическая система – птица с одним крылом! Она не летает. Это очень опасно не только для демократии, но и для общества, и для государства", - заявил Лужков.Также он добавил следующее: "Отсутствие жесткой, откровенной критики, дискуссий в Думе ведет к плохой проработке законов, их односторонности. А это опасно и для экономики, и для финансов. Серьезные решения должны быть результатом борьбы мнений. В большинстве развитых стран сложились стабильные демократические системы, в которых небольшое количество партий, иногда две (США, Великобритания и др.), иногда партийные коалиции (например, ФРГ), попеременно сменяя друг друга, реально конкурируют, борются за власть, добиваются фактической, а не выдуманной поддержки народа. Запрет на доминирование одной партии должен быть внесен в текст Конституции России, стать ее основополагающим принципом. Юридически это сформулировать совсем не трудно. Нужна политическая воля. 25 лет развития и страны, и конституционного права позволяют и обязывают именно так поставить вопрос! «Единая Россия» стала препятствием на пути развития общества".Вы также можете подписаться на мои страницы:- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky

26 февраля, 16:35

Ирина Хакамада. Биография

Имя: Хакамада Ирина Муцуовна. Дата рождения: 13 апреля 1955 года. Место рождения: Москва, СССР

23 февраля, 02:10

Собянин сделал то, чего никогда бы не сделал Лужков

Мэр Москвы поддержали установку памятной доски Немцову, де-факто причислив либерала-русофоба к «выдающимся деятелям отечественной истории и культуры»

23 февраля, 00:25

Собянин сделал то, чего никогда бы не сделал Лужков

Мэр Москвы поддержали установку памятной доски Немцову, де-факто причислив либерала-русофоба к «выдающимся деятелям отечественной истории и культуры»

20 февраля, 21:28

Бизнес сегодня, Лужков хочет обеспечить Москву гречкой, а Трансаэро подает суд на свой антикризисный план

Сельскохозяйственный бизнес сейчас убыточен, считает Лужков. Как цитирует агентство, Лужкова беспокоит, что сейчас из-за экономии покупатели стали покупать овсянку вместо гречки...

20 февраля, 16:13

Лужков рассказал, как собирается накормить Москву гречкой

Бывший мэр собирается ежегодно поставлять в столицу 1,5 тысячи тонн гречки, которую он выращивает в Калининградской области. Сейчас идут переговоры с «Фуд Сити», рассказал Лужков в интервью Business FM

23 сентября 2016, 22:02

Александр Нагорный. "Кадровые перестановки в СВР, РЖД и ГД РФ остаются в рамках политики 90-х"

О последних кадровых перестановках Владимира Путина рассказывает заместитель председателя Изборского клуба, вице-президент ассоциации политических экспертов, публицист, политолог Александр Нагорный. #ДеньТВ #Путин #Нагорный #Нарышкин #Фрадков #СВР #РЖД #Госдума #спикер #СергейИванов #выборы #Володин #Сурков #Лужков #кризис

22 ноября 2014, 13:29

Прогулка по Москве 1994 года

 На открытие стриптиз-клуба – как на премьеру в Большой театр: всей семьей и в галстуке (Открытие ночного клуба Dolls в Москве, 1994 год). Сегодня немного необычная прогулка, по Москве 20-летней давности. Лихие 90-е, Лужков только начинает перестраивать всю Москву, смотрите, как это было. Все фотографии с сайта Паствью. Если понравится, сделаю тематические прогулки по другим годам. 01. Начнем нашу прогулку с Манежной площади. В 1994 году, здесь идет большая стройка! Весна, вскрыли всю площадь и начали копать. На снимке видна планировка части квартала, который до 1930-х годов находился на месте Манежной площади. Там было два переулка, один из которых - тупиковый (фундаменты домов хорошо видны на снимке). Фундаменты поздние - XVIII-XIX вв. Вагончики стоят примерно на границе кладбища Моисеевского монастыря (прекратил сущестование в XVIII в.)  02. Вид от Манежа…  03. К концу 94 стройка идет уже полным ходом.  04. Давайте поднимемся на верхний этаж гостиницы Интурист, с нее открывается вот такой вид.  05. Выходим из гостиницы и идем гулять по Тверской.  06. Угол Газетного  07. Ресторан "Арагви"  08. «Пицца-Хат» на Тверской улице. Вторая пиццерия в СССР. Первая была на Кутузовском, до конца 90-х они так и дожили вдвоём. Сейчас сложно представить в Москве такую концентрацию рекламы.  09. Пушкинская площадь  10. В Макдональдсе все еще очередь  11. На территории Музея революции стоит троллейбус, который разгромили во время путча 91 года. Троллейбус стоял перед зданием Музея современной истории России (бывший Музей революции) примерно до 1995 г. Во второй половине 90-х гг. он оттуда исчез. Сейчас этот троллейбус передан в музей Мосгортранса и теперь находится в музейном запаснике 4 автобусного парка у Рижской эстакады.  12. Вернемся в центр. Петр еще не уродует панораму Москвы  13. Бассейн "Москва" прекратил свою деятельность за четыре года до его сноса. В 1991 году цены на горячую, холодную воду и электроэнергию взлетели неимоверно, стоимость обслуживания стала нерентабельной. Более 3-х лет чаша бассейна стояла без воды, что привело к деформации температурных швов. Трубопроводная сеть сильно корродировала. Осенью 1994 года вышел приказ о ликвидации бассейна.  14.  15. И начали строить храм  16. У метро Парк Культуры продают цветы  17. На Кузнецком очередь за джинсами!  18. Рождественка весной 1994  19.  20. Театральный проезд  21. Ярославский вокзал  22. У метро Комсомольская   23. У станции метро Спортивная  24. Угол Азовской и Нахимовского  25. В 94 году в Москве снимают фильм Ширли-мырли и на улицах много увидеть самолетный трап )  26. В районе Арбата Депозитарное хранилище под аркой )))  27. Московский зоопарк еще не реконструировали  28. Впрочем, аэропорт Домодедово тоже не может порадовать пассажиров стеклянными фасадами и просторными холлами.  29. Уникальный кадр культового места детского досуга детей и не только середины 90-х. Один из первых магазинов посвященных игровым консолям в России. Магазин просуществовал где то до 96-97 года. Ныне в этом здании расположено отделение американского Ситибанка.   30. Одна из примет того времени - митинги в защиту Мавроди. За полгода работы (до 4 августа 1994 года — даты ареста Мавроди) цены на билеты и акции выросли в 127 раз, а число вкладчиков компании, по разным данным, достигло от 10 до 15 миллионов человек. Деньги не успевали пересчитывать, и их считали на глазок, комнатами. По разным оценкам в одной только Москве Мавроди зарабатывал тогда порядка 50 млн $ в день.  31. 4 августа 1994 года сотрудники московского управления налоговой инспекции при помощи ОМОНа штурмом взяли центральный офис МММ на Варшавском шоссе. Вся финансовая документация и счета компании были изъяты.  32. Нашлись свидетели, утверждающие (и подтвердившие это на суде под присягой), что с чёрного хода офиса семнадцать КАМАЗов вывезли при этом все наличные деньги.  33. Массовое разорение вкладчиков могло кончиться и восстанием, как в Албании 1997-го, но весь пар в народе уже был спущен в начале 1990-х и всё ограничилось отдельными актами протеста  34. В черный вторник 11 октября 1994 г. курс доллара за один день вырос с 2833 до 3926 рублей:  Прошлые выпуски: Москва, которую мы потеряли: 10 главных утрат XX века  Гостиница Москва  Прогулка по старой Москве  Если б не завтра война  Прогулка в прошлое  Прогулка по Москве 1920-х годов  Как встречают трамваи....  Маскировка Москвы Центральный Детский Мир Москва, разрушенная большевиками Самая красивая площадь Москвы Советская торговля Подсветка Кремля Мавзолей Ленина Купание в Москва-реке МКАДу 50 лет Бассейн Москва Снос Храм Христа Спасителя Аэропорту Домодедово 50 лет! Старейшие фотографии Москвы Передвижка домов в Москве История Манежной площади Большая подборка интересных снимков Снег идет... Гагарин в Москве Маскировка Москвы История Триумфальной площади История московской ГАИ Московские продавцы Слово из четырех букв История Кремлевских звезд Московские зимы Необычный транспорт на улицах Москвы Подборка фотографий в хорошем качестве Было-стало. Часть 1 Было-стало. Часть 2 Было-стало. Часть 3 Было-стало. Часть 4 Проспект Калинина - Новый Арбат Москва свысока 1 Москва свысока 2 Москвичи. Часть 1 - за работой Москвичи. Часть 2 - отдых 9 вокзалов Москвы Великая Отечественная война. Часть 1 Великая Отечественная война. Часть 2 Верхние торговые ряды. Часть 1 Верхние торговые ряды. Часть 2 Реконструкция ГУМа 1953 года МКАД Москва-река Наводнение 1908 года в Москве Третьяковский проезд в Москве Московский зоопарк Садовое кольцо. Часть 1 Строительство Останкинской башни Московские стройки. Часть 1, Часть 2, Часть 3,Часть 4, Часть 5, Часть 6, Часть 7. "Мосразборстрой" против Триумфальной арки Сухаревский рынок --------------------------------------------- Чтобы сделать перепост, нажмите на одну из кнопочек ниже: Советую также подписаться на мои странички в:  Фэйсбук  ВКонтактик  Основной Твиттер  Спам Твиттер  Реклама в этом блоге Чем я занимаюсь За что я баню Хотите дать совет? Вам сюда! Я в других социальных сетях

26 февраля 2014, 09:12

Полторанин о "путче" ГКЧП

 Продолжаю публиковать избранные отрывки из книги Полторанина "Власть в тротиловом эквиваленте". В этот раз - воспоминания Полторанина про события 19-21 августа 1991 года, которые он видел. Не могу сказать что до конца всему доверяю, но к размышлению прочесть стоит.   Ельцину понравилась роль Вождя Сопротивления — он быстро вжился в нее (и потом красочно описал вместе с Валентином Юмашевым в одной из своей книг). Хотя работу с военными Кантемировской и Таманской дивизий, да и переговоры с кремлевскими чиновниками вели, в основном народные депутаты и Александр Руцкой. К президенту устремились искатели больших должностей с небескорыстными побасенками: одним, якобы, приказали сбить самолет, на котором Вождь Сопротивления возвращался накануне из Алма-Аты, однако приказ проигнорировали, других просили арестовать Ельцина, но они в ущерб своей карьеры отказались, третьих заставляли обстрелять машину Бориса Николаевича из кустов около Архангельского, но они тоже плюнули на союзное начальство. В будущем Ельцин должен бы это учесть. И никто не мог подтвердить свои слова какими-либо письменными распоряжениями сверху: «Ну, это все делается на доверии, чтобы не оставлять следов на бумаге». По Белому дому распространяли длинные (и разные) расстрельные списки, в которых не было разве что банщиков из Сандунов. Тут же, взвинчивая людей, бродили жуткие слухи: вот-вот на крышу сядут вертолеты с десантниками, вот-вот начнется газовая атака. На первом этаже навалили кучи противогазов. Я приглядел новенький белый, четвертого размера, сунул его в портфель и занес президенту. Сели за маленький столик, нам принесли по чашке кофе и по рюмке коньяка. Я стал вытаскивать противогаз. — Что это? — заинтересовался Ельцин. — Нас будут травить газом, — сказал я. — Вот принес вам для защиты. — Он взял противогаз и брезгливо швырнул его подальше, к стене. Пробурчал: — И вы туда же. В Белом доме меня усадили за подготовку проектов указов президента по СМИ — сочинил целый пакет: что-то переподчинить или заново учредить, кого-то освободить, а кого-то назначить. Правда, Сергей Шахрай кромсал их безжалостной рукой юриста от Бога. С министерской печатью в кармане успел съездить в редакцию Егора Яковлева (никто меня не тормозил, не задерживал), чтобы обсудить с журналистами условия создания «Общей газеты» и тут же ее зарегистрировать на основании закона о печати. Потом свободно мотался по типографиям — искал, где безопаснее печатать новое издание. Скандалил по телефону со сверхретивыми региональными баронами от власти, прикрывшими независимые газеты. А вечером 20 августа все стали бегать по коридорам, причитая: «Ночью будет штурм!». На улице шел проливной дождь, люди стоически держались на баррикадах — мужчины, женщины, подростки. Премьер Иван Силаев сам втихомолку покинул здание правительства и распустил по домам весь свой аппарат. Шестой этаж погрузился в зловещую тишину. А новость о предстоящем штурме пошла гулять по Москве. В штабе гэкачепистов у нас были влиятельные и надежные информаторы. Они сообщали: Игра выходит из-под контроля Михаила Сергеевича. Некоторые путчисты, особенно с погонами на плечах, вошли в раж, и у них зазуделось желание по-настоящему разобраться с дерьмократами, замочить их всех разом. Они требуют от Янаева «добро» на атаку Белого дома. Захворавшей медвежьей болезнью Янаев переводит стрелки на председателя КГБ СССР Крючкова. Тот, якобы, в раздумье. Я спустился в кабинет Госсекретаря РСФСР Геннадия Бурбулиса. Он только что вернулся от Ельцина и по его поручению стал звонить Крючкову. Подмигнув, перевел аппарат на громкую связь. Никогда я не видел таким Генку-философа. Он крыл матом тогдашнего начальника Владимира Путина и обещал, что если Крючков решится на штурм, то Бурбулис самолично натянет его уши на его же поганую жопу. Крючков, не заводясь, отбрехивался устало и заверял, что все это провокационные слухи, никакого штурма не будет. И я подумал, что если бы он начался, Бурбулис не смог бы выполнить свое обещание. Скорее, наши с ним уши пришлось бы искать по углам этажа. Голос председателя КГБ выдавал в нем сломленного человека. Решимостью якобинца там даже не пахло. Те, кто активнее всех толкал людей к сопротивлению, потянулись со своими манатками в подвалы Белого дома! Туда охрана утащила и Ельцина — перед лицом возможной реальной опасности он из глыбы Вождя Сопротивления мгновенно сдулся до Размерчиков ручной клади ФСО. Как вспоминал Коржаков, там их ждал накрытый стол, там же были Юрий Лужков с женой Еленой, Гавриил Попов и еще некоторые вдохновители сопротивления. Ели бутерброды, «запивая их… водкой с коньяком». Очень долго ждали сверху вестей о победе, почти до утра. Гавриила Попова, по словам Коржакова, пришлось выносить под белые ручки двум здоровенным охранникам, о других участниках застолья он умолчал. Это метода всех интендантов от политики: взбудоражить народ, заставить его лезть под пули, мокнуть под проливным дождем и мерзнуть на баррикадах, а самим в это время сидеть в теплом укрытии, «запивая бутерброды водкой с коньяком». А выстоял народ, победил, и они выползают из убежищ, как стая жадных клопов из щелей — отталкивают локтями победителей в сторону и начинают распоряжаться их собственностью, а часто и жизнью. В распахнутом настежь кабинете премьера Силаева надрывались телефоны. Я зашел, включил свет — видны были следы поспешного ухода хозяина этого рабочего места. Снял трубку одного телефона — звонили с завода «ЗИЛ». — Что у вас происходит? — раздался сердитый голос. — Никто не может дозвониться до руководства. — Идет совещание, — использовал я ложь во имя спасения авторитета российской власти. — Меня вот определили за координатора. Где им дозвониться?! По руководящим кабинетам гулял ветер (кабинет Ельцина Коржаков предусмотрительно запер на ключ), только у Бурбулиса толкались люди — журналисты, депутаты. Они даже просили у него шахматную доску, чтобы сгонять партию — две назло гэкачепистам. Но Бурбулис, не очень-то поверивший Крючкову, приглушил в кабинете свет и предложил им спускаться вниз, на цокольный этаж — желающим там раздавали пистолеты. Только представить, как люди с пукалками выходят против мощных стволов и бронежилетов «Альфы»! На «ЗИЛе», оказывается, собрали большую группу рабочих — готовы двумя автобусами отправить ее на баррикады хоть сейчас. Какая будет команда из Белого дома? А что должен был ответить член правительства, не обронивший в панике совесть! Если бы штурм состоялся, эти люди могли погибнуть в ночной бойне, а если без штурма — зачем им зря мерзнуть под дождем? И я сказал, что отряды рабочих здесь до утра не нужны, а утром ситуация покажет. Звонили с завода «Серп и молот» — тот же вопрос и тот же ответ. Интересовались обстановкой шахтеры из Подмосковья, ельцинский Свердловск не давал покоя: где все, чем надо помочь? Так я сидел с перерывами, как диспетчер, до момента, когда рассвело, и за окнами силаевского кабинета экономные американцы потушили свет на постройках своего посольства. Телефоны стихли, штурм не состоялся. История с ГКЧП — закончилась. 

24 февраля 2014, 14:44

"Мост", Гусинский и Лужков в перестройку

 Продолжаю публиковать избранные отрывки из книги М. Полторанина "Власть в тротиловом эквиваленте". Следующий отрывок будет воспоминание М. Полторанина, связанное с попыткой выбить помещение через Лужкова для министерства печати.   В ту пору как раз прошла волна ликвидации многих союзных министерств и ведомств. Закрылась целая сеть государственных контор калибром поменьше. Так что в Москве освободились десятки зданий — столичная власть взяла их на свой баланс. Я осмотрел их визуально и с готовыми предложениями отправился к председателю Моссовета Гавриилу Попову (попутно надо было договориться о выделении помещений для нашего нового министерства). Попов не собирался засиживаться на Москве. Как однажды признался мне Ельцин, он подумывал взять Гавриила Харитоновича к себе в напарники на выборах Президента и вице-президента России. И посоветовал ему приблизить Юрия Лужкова, чтобы потом оставить на него столицу. Горбачев и Ельцин опасались восхождения на московский трон какого-нибудь несговорчивого, да еще совестливого человека. Но затея с вице-президентом почему-то не вышла — у Ельцина всегда было семь пятниц на неделе. Опытный Попов лучше других понимал, куда понесет «нас рок событий». В кадровом центре Бнай Брита— Международном институте прикладного системного анализа (ИИАСА) в Вене он прошел стажировку еще в 1977 году. И не мог не догадываться о конечных целях всех горбачевских реформ. По большому счету это была диверсионная операция продажной части номенклатуры против своего народа и государства. И оставаясь во главе Воруй-города, Попов был как бы заодно с этой номенклатурой. А ведь он ненавидел ее и боролся с ней всю жизнь. В нем проснулся генетический страх представителя вечно преследуемой нации. Все вроде бы шло лучше некуда, но все как-то зыбко: эйфория пройдет, и народ останется у разбитого корыта — а ну, как начнет он брать за задницу тех, кто в суматохе присвоил власть и крупную собственность. Выкрутятся, как всегда, евреи и их прислужникирусские. А на греков опять могут навесить всех собак. Лучше уйти в недоступные глубины науки. И мудрый Гавриил Харитонович решил заблаговременно спрыгнуть с московского трона, куда тут же вскарабкался Юрий Лужков. Как человек не жадный, Попов довольствовался по нынешним меркам пустячными отступными — кое-какой недвижимостью в Москве и подмосковном Заречье. Но это было чуть позже. А в тот день Гавриил Харитонович на мою просьбу о помещениях сказал: — Конечно, надо помочь. Но все хозяйственные вопросы я передоверил Лужкову. Решай с ним. Он позвонил Юрию Михайловичу, и через несколько минут я был у того в кабинете. Тоже дружеский прием: чай, приказание секретарше пока ни с кем не соединять. Но разговор какой-то ватный, неопределенный: — Да, московская власть обязана решать, но свободных площадей нет. Я назвал первый адрес: многоэтажное здание пустует, его только что освободило упраздненное министерство. — Трудно, — сказал Лужков, — здание уже передано советско-американской группе «МОСТ». Назвал ему второй адрес — там уже тоже «МОСТ». Назвал третий — и снова «МОСТ». Было начало 91-го, и до встречи с Юрием Михайловичем я никогда не слышал об этой фирме. Гораздо позже ее название стало у всех на слуху, а владелец «МОСТа» Владимир Гусинский превратился в крупного олигарха и полухозяина Воруй-города. На «МОСТ» работала большая группа гэбистов во главе, как упоминалось раньше, с бывшим первым замом председателя КГБ СССР генералом армии Филиппом Бобковым. А тогда я спросил у Лужкова: что же это за всесильная структура, если из-за нее похериваются договоренности с российской властью. Кто-то печется о становлении государственности, а кто-то — кому все происходящее «мать родная», уже распихивает по карманам табачок. Юрий Михайлович изобразил на лице глубочайшее сожаление и сказал, что он здесь ни при чем. Он был бы рад сделать для нас доброе дело, да его возможностей не хватает. А «МОСТ» вместе с Гусинским ему ни сват ни брат— ничего общего у руководства столицы с ним нет. В душе я даже посочувствовал Лужкову: нашлась же зараза, которая так крепко повязала руки отзывчивого человека. А в ноябре того же года эта «зараза» выдала себя с головой: в Консульское управление МИДа России поступили две заявки от Владимира Гусинского на поездку в Великобританию большой группы консультантов «МОСТа». Приглашение было оформлено адвокатской конторой активно сотрудничавшей с «МОСТом». Сроки поездки совпадали с рождественскими праздниками в Лондоне. Но не в этом соль. Кого же за прилежную работу поощрил Гусинский такой командировкой? Вот состав выезжавших: Юрий Лужков с женой Еленой Батуриной, его зам. Владимир Ресин с женой Галиной Фроловой, председатель комитета по управлению имуществом Москвы Елена Котова с сыном Юрием, управделами правительства столицы Василий Шахновский и др. официальные лица. Железный принцип олигархов: «Покупай чиновников, а собственность придет тебе в руки сама!», оказывается, действовал еще до явления народу Чубайса! Тогда, помнится, с брезгливостью относились к политикам, ездившим за рубеж за счет коммерческих фирм. Их называли побирушками. Думаю, и Ресин с Лужковым вспоминают начальную пору освоения кладовых Воруй-города с усмешкой постаревшего дона Корлеоне. Сейчас, как предполагаю, у них вполне хватит личных средств, чтобы свозить бесплатно в Лондон все население Москвы. За его фантастическое долготерпение. За его всепрощенчество. А с Юрием Михайловичем у нас случился еще один разговор по поводу нежилых помещений. Скажу о нем сейчас, чтобы не возвращаться к скучной теме. Было это летом 92-го. Я ехал по центру города, и мне в машину позвонила моя секретарша. В приемной меня ожидала взволнованная делегация издательства «Музыка». «А что случилось?» Пришли в издательство люди с распоряжением Лужкова — здание передается их коммерческой фирме. Выбросили на улицу столы и все вещи работников издательства, вставляют металлическую дверь. Какая-то невероятная ситуация! Дом издательства, которое обеспечивало страну музыкальной литературой, являлось федеральной собственностью. И московское правительство никакого отношения к нему не имело. Никто в наше министерство не обращался. Улица Неглинная, где находилась «Музыка», была как раз по пути. Подъехал к издательству: колченогие допотопные столы валялись на тротуаре, под дождем мокли ворохи детских книжек о музыке, самоучители игры на баяне. Мокли и растерянные работницы издательства — пожилые женщины, отдавшие любимому делу всю жизнь. Новая металлическая дверь уже была заперта, никто изнутри не отзывался. Добравшись до министерства, я позвонил Лужкову — он был недоступен. Тогда я попросил своего управделами Анатолия Курочкина съездить к издательству, разобраться пообстоятельнее. Курочкина я переманил в наше ведомство с должности заместителя председателя Краснопресненского райисполкома. Он дружил с председателем этого исполкома Александром Красновым— автором нашумевшей тогда книги о команде Лужкова и нравах Воруй-города «Московские бандиты». Сам управделами в политику не лез — был хорошим организатором и совестливым человеком. Он вернулся: да, это хулиганский захват федеральной государственной собственности. Там бесчинствовала не то дочка «МОСТа», не то другая коммерческая фирма — разговаривать не желали, ссылаясь на распоряжение Лужкова, и завозили в помещения свою новую мебель. — Такие бандитские вылазки надо пресекать на корню, иначе полезут дальше. У них карманы безразмерные, — сказал расстроенный Курочкин. — Разрешите? Мне было понятно, что он замышлял. Помчится к Краснову и возьмет у него группу ОМОНа. Затем поедет в издательство «Музыка» восстанавливать справедливость. Я подумал. Еще раз позвонил Лужкову— не отвечает. И сказал: — Разрешаю! К вечеру Курочкин доложил: с группой ОМОНа он выгнал захватчиков, вынес их мебель на мостовую. А вещи издательства «Музыка» водворил на место и врезал в металлическую дверь новые замки. Справедливость восторжествовала. (В 96-м мы направили Курочкина наводить порядок в хозяйстве ОРТ. Он регулярно рассказывал, как нагло ему угрожали за пресечение воровства. А в 97-м Анатолий был убит на автотрассе при загадочных обстоятельствах. Светлая ему память!). На следующее утро я сидел в кабинете Ельцина: обсуждали совсем другие проблемы. Заскрипев, на селекторном аппарате засветилась кнопка прямой связи: «Лужков». Ельцин снял трубку, стал слушать и многозначительно посмотрел на меня. Ухмыльнулся и переключил звук на полную громкость — по кабинету поплыл возмущенный голос Юрия Михайловича. Он жаловался на меня, называя партизаном и самодуром. Действительно, отыскался же тип, который отважился перечить градоначальнику! Лужков не знал, что я нахожусь рядом с Борисом Николаевичем, и беззастенчиво врал, буДто наше министерство грабило чужое добро. Я перегнулся через стол и сказал в аппарат: — Не надо врать президенту, Юрий Михайлович! Скажите лучше, — по какому такому праву вы распоряжаетесь чужой собственностью в интересах коммерческих фирм? Вышвыриваете на улицу беззащитных старушек. Действуете из-за угла, втихаря… Лужков поперхнулся, но посчитал, что это божья роса, и вскоре пришел в себя. Мы еще какое-то время перепирались по громкой связи. Потом Ельцин сказал: — Ну, хватит! Прошу вас не ссориться. Миротворец! На том конфликт посчитали исчерпанным. Больше Юрий Михайлович к нам не лез. И я, слава Богу, в дальнейшем никаких дел с ним не имел.