• Теги
    • избранные теги
    • Люди12
      • Показать ещё
      Страны / Регионы29
      • Показать ещё
      Сферы4
      Разное14
      • Показать ещё
      Показатели2
      Формат2
      Компании6
      • Показать ещё
      Международные организации2
Юрий Тавровский
Выбор редакции
02 декабря, 13:01

Тихоокеанская «безальтернатива» Америки

Юрий Тавровский: Перспектива правления Дональда Трампа смешала карты пекинских стратеговПобеда Дональда Трампа на президентских выборах в США стала неприятным сюрпризом для китайских политологов. Неприятным потому, что они практически единодушно ориентировали властные круги Пекина на победу «Силали», как сокращенно именуют Хиллари Клинтон. Моя ставка на Трампа в ходе бесед с китайскими коллегами во время недавнего пребывания в Пекине вызывала напряженное молчание или вежливые улыбки, что в переводе на русский звучит в лучшем случае как «Ну, ты, брат, даешь!».Только один старый друг примирительно заметил: «Не важно, кто будет ловить мышей в Белом доме – кот или кошка. Все равно это будет американский зверь». Перефразированная цитата Дэн Сяопина «Не важно, какого цвета кошка, белого или черного. Лишь бы она ловила мышей» уже однажды звучала вскоре после президентских выборов в США в 2008-м, когда победил Барак Обама. Прошедшие с того времени годы правления 44-го президента показали, что личные взгляды и предвыборные обещания хозяина Белого дома действительно деформируются политической системой и государственной машиной Соединенных Штатов.Придя к власти, Обама провозгласил себя «тихоокеанским президентом». Могли сказаться воспоминания юности, проведенной в доме бабушки на Гавайских островах. Там он, бывают же совпадения, посещал миссионерскую школу, в которой за много десятилетий до этого учился первый президент Китайской Республики Сунь Ят Сен. Но дело, конечно же, вовсе не в этом. Обама и стоявшие за ним силы уже тогда начали опасаться «мирного возвышения Китая».Признавая несомненные успехи Китая и понимая его дальнейшую роль в ХХI веке, новоиспеченный нобелевский лауреат премии мира в 2009 году прибыл в Пекин с «оливковой ветвью». Он предложил китайским руководителям ни больше ни меньше как совместную гегемонию в мире по формуле «G2». Естественно, в этом дуэте США играли бы роль лидера, а КНР – «младшего брата». Вот тогда-то в Пекине впервые пошутили: «Не важно, какого цвета кошка, белого или черного. Все равно это американская кошка». Обама уехал с пустыми руками.Месть не заставила себя долго ждать. В 2011 году госсекретарь Клинтон обнародовала новую стратегию Белого дома под названием Pivot to Asia, «Поворот к Азии». Она предусматривала концентрацию военных ресурсов США в Тихоокеанском бассейне, в том числе за счет выхода из конфликтов в Афганистане, Ираке и других горячих точках. Ни у кого не было сомнений, что новая стратегия нацелена на сдерживание Китая.За годы правления Обамы Америка так и не ушла из Афганистана, устроила серию цветных революций и интервенций в арабских странах, в Украине, Сирии. Огромные ресурсы пошли на сдерживание России. Произошла также определенная активизация военных приготовлений вдоль восточных границ Китая – обновлены военные связи с Японией, Южной Кореей, Сингапуром, Филиппинами и Австралией. Созданы очаги напряженности вокруг островов Восточно-Китайского и Южно-Китайского морей. Ракетные комплексы THAAD размещаются в Южной Корее, совсем рядом с китайскими землями. Удалось оформить явно антикитайское Транстихоокеанское партнерство (ТТП). Однако распыление сил привело к тому, что поставленные «тихоокеанским президентом» первоначальные цели так и не были достигнуты.Мало того, за годы правления Обамы Китай стал еще сильнее. В 2015 году стало известно, что в пересчете на покупательную способность китайская экономика заняла первое место в мире. Китай форсировал ответные военные приготовления, создавая мощный океанский флот, противокорабельные ракеты – «убийцы авианосцев», систему киберзащиты и т.д. Ответом на создание ТТП стало предложение образовать Всеобъемлющее региональное экономическое партнерство (ВЭРП), сразу заинтересовавшее страны региона. Была выдвинута инициатива «Один пояс и один путь», призванная в первую очередь направить торговые потоки между Китаем, Ближним Востоком и Европой по безопасным континентальным маршрутам подальше от американских военных баз в Тихом и Индийском океанах. Как начало формирования альтернативной глобальной финансовой системы было расценено образование Азиатского банка инфраструктурных инвестиций, Нового банка БРИКС и фонда «Шелковый путь».Делая все эти шаги, Пекин старался уклоняться от открытой конфронтации. Вскоре после прихода к власти председатель КНР Си Цзиньпин съездил к Обаме в Калифорнию со своей «оливковой ветвью». Он выдвинул концепцию «новых отношений мировых держав», сутью которой было установление с Америкой эксклюзивных отношений, но на основе равенства. Эта концепция с небольшими корректировками предлагалась и в ходе последовавших встреч на высшем уровне. Но Обама и окружавшие его советники-неоконы не хотели всерьез говорить на тему равенства с Китаем.Предвыборные заявления Трампа создали впечатление, что в основе его внешней политики будет лежать обновленный вариант концепции «Поворот к Азии». В самом деле, Трамп обещал понизить уровень конфронтации с Россией, покончить с войнами в мусульманском мире, в которых американские генералы не могут добиться победы, сократить военное присутствие в странах Европы и Азии, не желающих оплачивать американский «зонтик». В то же время он грозил резко нарастить число авианосцев и других кораблей, объявить торговую войну Китаю, обложив пошлиной в 45% товары из Поднебесной.Националист и антиглобалист Трамп таким образом обозначил свое видение национальных интересов США. В его глазах экономическое, финансовое и военное усиление Китая, соседа по Тихому океану, представляет реальную угрозу будущему «замка на холме» в отличие от далеких конфликтов в Сирии, Украине или Афганистане. Региональные конфликты по всему миру нужны были неоконам как средство создания хаоса, в котором можно было сохранять геополитическое и геоэкономическое превосходство США.Похоже, что именно антикитайские обещания Трампа станут сердцевиной его внешней политики. Они в наименьшей степени изменятся под воздействием вашингтонских «коридоров власти» и реалий мирового развития. Такая повестка дня к тому же будет приемлемой для обеих палат конгресса, даже для демократической оппозиции, лидер которой Клинтон не только набила руку на сдерживании Китая в бытность госсекретарем, но и не жалела угроз в ходе предвыборной кампании. В Пекине справедливо считали ее противником Китая, но примерно знали, чего можно ожидать от новой хозяйки Белого дома. С учетом ее психологического портрета и интересов групп влияния были заготовлены сценарии развития событий, конструктивные предложения и угрозы ответных действий. Теперь же глубоко эшелонированная стратегия уступает место тактическому реагированию на действия своенравного деятеля, не прошедшего дипломатической обкатки и равнодушного к «китайским церемониям».Конечно, базовые правила приличия будут соблюдаться. Трамп и Си уже обменялись приветственными посланиями. В обозримом будущем можно ожидать и личную встречу двух «тихоокеанских президентов». Однако китайский лидер вряд ли сможет выложить на стол что-то, сильно отличающееся от концепции «новых отношений мировых держав». Первый год правления Трампа будет последним годом первого периода правления Си, которому в 2018 году предстоит получить от XIX съезда Компартии мандат на еще один пятилетний срок. Наличие в китайской элите влиятельных кругов, заинтересованных в сохранении финансовых и личных связей с Америкой, конечно, является важным фактором продолжающихся в Пекине дискуссий о внешнеполитической стратегии. В этих элитах опасаются, что Трамп с первых дней своего правления начнет выполнять антикитайские предвыборные обещания. Такое развитие событий еще сильнее покажет несовпадение национальных интересов Китая и США. «Проамериканские» деятели в Пекине и провинциях ослабят свои позиции в споре с «прокитайскими» оппонентами, поставившими задачу уменьшить зависимость от внешних рынков и превратить Китай в мощнейшее государство мира к середине нынешнего века.В свою очередь, Трамп не сможет принять китайскую позицию и таким образом по существу отказаться от претензий на гегемонию в мире и в первую очередь в Тихоокеанском бассейне. Речь может пойти только о смягчении наиболее жестких предвыборных обвинений и требований. Альтернативы «Поворота к Азии» у Трампа нет. Этот конфронтационный курс безальтернативен.Наступающий 28 января год Красного огненного петуха станет временем новых испытаний для китайско-американских отношений. Не надо быть глубоким специалистом по восточному календарю, чтобы предсказать необычайно яркий период, когда две великие тихоокеанские нации попытаются найти новую модель двусторонних отношений.Источник

Выбор редакции
20 октября, 17:37

«Шёлковая» стратегия. Китай разворачивается на Запад

Юрий Тавровский Выдвинув 3 года назад инициативу под названием Новый Шёлковый путь, Китайская Народная Республика опирается на собственный опыт возрождения отсталых западных провинций и предлагает соседям по Евразии программу совместного процветания.Китай всей своей мощью разворачивается на Запад. Такое впечатление сложилось у меня за последние 10 месяцев после поездок по важнейшим районам на Новом Шёлковом пути — провинциям Хэнань и Цзянсу, Ганьсу и Шэньси, Нинся-Хуэйскому и Синьцзян-Уйгурскому автономным районам.Для китайцев "Запад" — не то же самое, что для нас: традиционно враждебное пространство, насылающее одну волну завоевателей за другой. Для китайцев Запад — это мечта и романтика, новые просторы и новые богатства. "Западным краем" в древности называли неведомые земли нынешней Центральной Азии, Персии, Индии. На Западе царила хозяйка Рая богиня Сиванму, росли персики бессмертия и водились стремительные "летающие кони". Туда обращали свои взоры властители древнекитайских царств, посылавшие гонцов в поисках продлевающих жизнь снадобий и, что ещё важнее, союзников. Именно так был открыт путь в эллинистические царства Ферганской долины, Афганистан и Индию. Посланный на Запад ханьским императором У-ди (156-87 до н.э.) дипломат и разведчик Чжан Цянь после полутора десятилетий плена, побегов и скитаний по пустыням вернулся со сведениями, позволившими вскоре начать караванную торговлю с соседями. Кстати, тогдашняя столица Чанъань, нынешний Сиань, была расположена гораздо западнее столицы нынешней, что стимулировало участие китайцев в делах народов Запада, а их — в делах китайских.Предшествовавшая Хань династия Цинь (221-207 до н.э.) вообще была создана самым западным из враждовавших между собой семи древнекитайских царств. Его правитель Цинь Шихуан-ди повелевал полукочевыми племенами, которые превосходили в воинских умениях оседлых жителей Центральной равнины, и впервые объединил Поднебесную.Великая династия Тан (618-907 н.э.), при которой расцвёл Шёлковый путь, была примером не только взаимопроникновения товаров и предметов культуры, но также смешения кровей. Окитаивание тюрков приняло такие же масштабы, как обрусение татарской знати со времён Золотой Орды. В свою очередь, императорский двор Тан, его аристократы и воинство долго не признавались в других царствах Поднебесной китайцами, а именовались "племя табгачи". Симбиоз китайских и тюркских народов не только создал "гремучую смесь" пассионарности и ускорил развитие новой нации, но и помог державе Тан сильно расшириться на Запад.Активность на западном направлении была характерна как для большинства китайских династий, так и для соседних народов, не раз покорявших Поднебесную. Завоевав Китай и двигаясь по Шёлковому пути, монгольские орды династии Юань (1279-1368 н.э.) покорили полмира, дошли до Карпат и Чёрного моря. Спустя три века насчитывавшие всего 500 тысяч человек племена маньчжур сначала победили правившую Китаем династию Мин (1368-1644 н.э.), а затем расширили пределы своей династии Цин (1644-1911 н.э.) на Синьцзян, Монголию, Тибет. После свержения власти Цин в Китае начался период смуты и войн, западные окраины попадали под контроль разных военных группировок, но оставались частью Поднебесной.Ситуация в западных областях начала меняться к лучшему после провозглашения в 1949 году КНР. Советская помощь в создании новых отраслей промышленности, неизвестных ранее областей науки и техники преображала Китай, особенно западные провинции. Но период стабильности и развития продолжался недолго, и с началом "великого скачка" в 1958 году китайский Запад разделил участь всей страны. Только после 1978 года Китай вернулся на траекторию развития. Однако локомотивом прогресса стали приморские провинции на Востоке, где были созданы специальные экономические зоны, куда потекли капиталы и технологии сначала "заморских китайцев" из Гонконга, Тайваня и других районов "Большого Китая", а затем Японии, США, государств Европы.Тень отсталости и бедности накрыла китайский Запад, в состав которого сейчас включают провинции Ганьсу, Гуйчжоу, Цинхай, Шэньси, Сычуань, Юньнань, а также город центрального подчинения Чунцин и пять автономных национальных районов (Нинся-Хуэйский, Синьцзян-Уйгурский, Гуанси-Чжуанский, Внутренняя Монголия и Тибет). На эти районы приходится свыше 70% территории КНР, но менее 30% населения и всего около 15% ВВП. Диспропорция в развитии восточных и западных провинций стала не просто очевидной, но и опасной.В 1999 году в Пекине приняли стратегическую программу "Великое открытие и развитие западных районов". Конечно, и до этого решения на китайском Западе кое-что открывали, кое-что развивали. Достаточно вспомнить о железной дороге между Ганьсу и Синьцзяном, о первой в мире высокогорной скоростной Цинхай-Тибетской железной дороге. Космодромы Цзюцюань в провинции Ганьсу и Сичан в провинции Сычуань. Центры ядерных исследований в Ганьсу и Цинхае. Нефтяные прииски Юймэнь и предприятия цветной металлургии в Цзяюйгуань в той же Ганьсу. Нетрудно заместить, что эти, да и большинство других новостроек имели военное, стратегическое значение и несильно поднимали уровень благосостояния. Вот почему принятая в 1999 году программа считается точкой отсчёта новой комплексной политики одновременного наращивания производственного потенциала и улучшения жизни людей, которую можно назвать "Разворот на Запад".Дан приказ им всем — на Запад!Для начала, как водится в КНР, была создана специальная рабочая группа во главе с премьер-министром Чжу Жунцзи. Группа подключила учёных и местные власти, разработала обширный многолетний план. Акцент в нём делался на развитие путей сообщения и телекоммуникаций, энергетику, борьбу с загрязнением окружающей среды. Только за одну 10-ю пятилетку, к 2006 году, на развитие инфраструктуры было потрачено более 1 триллиона юаней (около 120 млрд. долл.). Стимулирование сразу принесло плоды — западные регионы на протяжении последующих лет показывали средний рост ВВП на уровне свыше 10%.Ещё одним толчком стал мировой финансовый кризис 2008-2009 годов. Китайское руководство решило бороться с ним за счёт резкого увеличения вливаний средств в инфраструктурное и жилищное строительство. Именно тогда по всей стране началось создание сети скоростных железных и шоссейных дорог. Современные терминалы аэропортов и вокзалов, университетские городки и школьные комплексы, административные здания и музеи, идеальные шоссе между большими и малыми городами преобразили западные провинции.Посетив недавно провинции Шэньси и Ганьсу после десятилетнего отсутствия, я просто не узнал старые места. Практически в любом городе и городке появились кварталы новостроек, сгруппированные в "район развития", к которым от старой застройки ведут отменного качества широкие дороги. Отстроенная за счёт государства инфраструктура быстро обросла объектами частных инвесторов: многоэтажные жилые комплексы, торговые центры. Удобные транспортные магистрали привлекли новые предприятия, как китайские, так и иностранные.Существенную роль сыграли дополнительные льготы для заморских инвесторов в западные районы: на 15% снизили налог на прибыль, позволили вкладывать капиталы в энергетику, сельское хозяйство, сферу услуг, телекоммуникации, создавать филиалы инженерно-проектных компаний, адвокатских контор, страховых компаний. Стоит упомянуть и про льготы, предоставленные местными властями. Это освобождение от налога на прибыль, на импорт материалов и оборудования на 2-5 лет, сокращение вдвое регистрационного сбора и сбора за аренду земли, разработку природных ресурсов. Синергия правительственных мер стимулирования и местных льгот позволила добиться зримых успехов в то самое время, когда во всём мире только и говорили про финансовый кризис, про рецессию и стагнацию. Но самое интересное было ещё впереди…Разворот на Запад идёт по Шёлковому путиОсенью 2013 года китайский руководитель Си Цзиньпин выдвинул инициативу создания "Экономического пояса Шёлкового пути", подразумевающую ускоренное совместное развитие Китая и стран, расположенных в ареале знаменитого торгового маршрута. Эта инициатива, вскоре дополненная ещё одной под названием "Морской Шёлковый путь XXI века", оказалась настолько неожиданной и масштабной, что поначалу вызвала непонимание и даже недоверие в странах Евразии, в том числе и России. Прошло немного времени, и недоверчивые взгляды стали меняться на восхищённые. Предсказавший как-то "конец истории" американский философ японского происхождения Фрэнсис Фукуяма назвал двойную инициативу, получившую общее сокращённое название "Один пояс и один путь" (ОПОП), не иначе как "крупнейшей стратегией XXI века". В своей статье для "Проджект Синдикейт" он написал: "Если проект ОПОП оправдает ожидания китайских плановиков, то вся Евразия — от Индонезии до Польши — преобразится в течение жизни одного поколения. Китайская модель будет процветать вне Китая, повышая доходы, а значит, и спрос на китайскую продукцию на новых рынках, которые заменят стагнирующие рынки в других частях света".Действительно, предложив соседям по Евразии эскиз колоссального плана совместных инфраструктурных и промышленных проектов, Китай исходит из понятного стремления увеличить сбыт своей продукции за счёт создания новых и расширения существующих рынков. Китай уже осуществляет строительство дорог, туннелей и плотин, технопарков и зон свободной торговли в странах Центральной Азии, в Пакистане, Индонезии и на Цейлоне, в Греции, Венгрии, Сербии и Белоруссии.При этом Китай никого не хочет "осчастливить" насильно. Впрочем, добровольцев хватает с избытком. По состоянию на середину 2016 года соглашения о сотрудничестве с Китаем в рамках ОПОП подписали более 30 стран, создано 46 зон сотрудничества с 17 странами. В созданный недавно для финансирования программ ОПОП Азиатский банк инфраструктурных инвестиций с капиталом в 100 млрд. долл. вступили 57 стран. Ещё бы, Пекин объявил о намерении вложить 1.4 трлн. долл. в реализацию программ наземного и морского Шёлковых путей! Ещё один новый финансовый институт — Фонд Шёлковый путь с капиталом в 40 млрд. долл. — нацелен в первую очередь на Россию и страны Центральной Азии.В нашей стране к Новому Шёлковому пути относятся неоднозначно. Ориентирующиеся на США и его европейских союзников политические силы, СМИ и наладившие коррупционные схемы с Западом деловые круги то открыто, то исподтишка критикуют китайскую инициативу. Пекин подозревают то в стремлении "колонизировать" Россию при помощи более эффективной экономики, то, наоборот, в стремлении использовать наши природные и людские ресурсы ради предотвращения неминуемого краха якобы идущей на дно китайской экономики.Как складывается паззл под названием "Шёлковый путь"Нынешнее состояние инициативы "Один пояс и один путь" похоже на большой "паззл", фрагменты которого только начинают собираться. При этом китайская часть "паззла" уже в значительной степени готова. В этом я убедился, совершив в течение 2016 года серию поездок по всей протяжённости Нового Шёлкового пути.В самом начале я осмотрел огромный морской порт Ляньюньган, где сходятся наземный и морской участки Нового Шёлкового пути, откуда берут начало железнодорожный "Новый Шёлковый путь" и скоростное шоссе "Китай-Западная Европа", которое должно дойти до Санкт-Петербурга. В городе Чжэнчжоу я увидел перекрёсток уже построенных высокоскоростных железных и шоссейных дорог, которые пересекают весь Китай с Севера на Юг и с Востока на Запад. Там же мне показали фундамент "электронного Шёлкового пути" — недавно открытый логистический терминал электронной торговли для зоны Нового Шёлкового пути. Я видел, как в "сухопутном порту" поезда загружаются контейнерами, которые через Казахстан, Россию, Белоруссию и Польшу отправляются в германский Гамбург.В Сиани, который на протяжении двух тысяч лет был столицей Поднебесной и служил отправной точкой старинного Шёлкового пути, мне показывали не только терракотовое воинство императора Цинь Шихуан-ди, но и созданные в расчёте на взаимодействие со странами Запада "Зону освоения высоких технологий" и новый логистический центр.Провинция Ганьсу поразила темпами развития "Нового Ланьчжоу" — созданного по мировым стандартам кластера заводов, лабораторий, логистических центров неподалёку от стратегической железной дороги "Новый Шёлковый путь" и скоростного шоссе "Китай — Западная Европа". Построенный с советской помощью в 50-е годы завод тяжёлого машиностроения, переместившийся на новую площадку, дал продукцию через 20 месяцев после начала строительства. Завод лаков и красок — через 8 месяцев. Эти и другие предприятия уже выпускают товары для стран Центральной Азии и Ближнего Востока, планируют расширить экспорт в Россию, Иран, на рынки Восточной и Западной Европы. В пустыне я объехал поля с тысячами ветрогенераторов и солнечных батарей, объединённых в экспериментальную электросеть. В древнем городе Увэй я бродил по циклопическим залам нового Центра радиационной медицины с уникальными установками облучения раковых клеток тяжёлыми ионами. Прямо со стен средневековой крепости Цзяюйгуань на Шёлковом пути я отправился в цеха металлургического завода, выплавляющего специальные стали с добавками редкоземельных элементов.В Синьцзяне, граничащем сразу с восемью государствами Евразии, мне показали Зону свободной торговли Хоргос на стыке рубежей Китая и Казахстана. Именно из Хоргоса может начаться движение по южному маршруту Нового Шёлкого пути — на Пакистан и Иран. Через другой пограничный город, Алашанькоу, через Казахстан идут поезда, проходящие по территории России. В главном городе Синьцзяна Урумчи быстро достраивают собственную СЭЗ. На улицах пятимиллионного города видно немало студентов из стран Центральной и Южной Азии.Совершенно очевидно, что, приступая к нынешней фазе "Разворота на Запад", китайцы не собираются заниматься благотворительностью. Они "переходят реку, ощупывая ногами подводные камни". Развивая инфраструктуру Нового Шёлкового пути, они в первую очередь заботятся о скорости перемещения грузов между собственными промышленными центрами, об удобстве всё более мобильных граждан Китая — предпринимателей, рабочих, студентов, туристов. Наращивая производство высокотехнологичной и экологичной продукции, они заботятся о выравнивании уровней развития западных и восточных провинций. Предлагая сотрудничество соседям по Евразии, китайцы не только стремятся выйти на их рынки, но и готовы открыть собственные, в том числе и рынок быстро растущей электронной торговли.Обустройство китайского Запада ещё далеко не завершено. Ещё не слились в общенациональные сети скоростные железные и шоссейные дороги, не заполнены новые технопарки и зоны свободной торговли. Ещё не распаханы все залежные земли, не устранены бедность сельских жителей и экологические проблемы промышленных центров.Однако достижения первых трёх лет после выдвижения инициативы "Один пояс и один путь" дают основания полагать, что китайский "Разворот на Запад" действительно становится "крупнейшей стратегией XXI века" и ещё при нашей жизни до неузнаваемости преобразит огромные пространства Евразии.Источник

03 сентября, 10:02

Русские Курилы. Профессор РУДН – о разменной карте в отношениях РФ и Японии

Полную версию программы "За рубежами" с Юрием Тавровским слушайте в аудиозаписи и читайте ниже. Россия и Япония: возможна ли дружба? И. ИЗМАЙЛОВ: Пришёл Измайлов. "За рубежами", предстоящие полчаса мы говорим о Японии, а вторую половину часа по традиции будем смотреть, о чём пишут иностранные СМИ. Из последних сообщений: Владимир Путин предложил премьеру Японии поддержать настрой бизнеса обеих стран на сотрудничество. Всё это сегодня происходит на Дальнем Востоке — на форуме, после которого ожидается визит главы российского государства в Японию. С нами сегодня Юрий Тавровский, востоковед, профессор Российского университета дружбы народов, автор книги "Двухэтажная Япония". Приветствуем вас, Юрий Владимирович! Ю. ТАВРОВСКИЙ: Добрый день! И.И.: Я посмотрел блогосферу, которая всегда очень остро реагирует на слово "Курилы". Не хотелось бы идти поверхностно по этому вопросу. Было произнесено слово "компромисс", и пресс-секретарь президента, комментируя эту историю, упоминал эту тему. Владимир Путин чётко сказал, что Россия не торгует территориями. Но здесь что интересно: корреспондент Блумберга, спрашивая сегодня президента, привёл в пример китайскую историю, как территориальная проблема решалась в Китае. Во-первых, было сказано, что более 40 лет эта история длилась, а во-вторых, интересно президент сказал: "Во-первых, хочу подчеркнуть (это очень важно) — у нас с Китаем доверительные отношения к тому времени". И здесь, насколько я понимаю, речь идёт о том, чтобы выстроить доверительные отношения в первую очередь, а потом уже говорить о каких-то компромиссах. Скажите, что нужно сделать, чтобы отношения с Японией у нас стали такими же крепкими, хочется верить, доверительными, как с Китаем, или это невозможно? Потому что и президент говорил о том, что следы Второй мировой по-прежнему перед нами, и Китай и Япония на это очень остро реагируют. Ю.Т.: Я думаю, действительно, вы правы: невозможно выстроить такие доверительные отношения. Прежде всего потому, что Китай — это суверенная страна, а Япония — это не суверенная страна. И те следы Второй мировой войны, о которых шла речь, проявляются в Японии, в Германии, в других странах. У китайцев есть такое выражение: "править соседями на длинных вожжах". Вожжи можно натянуть, можно отпустить, но всё равно они остаются вожжами. И.И.: То есть это не слух? Ю.Т.: Боюсь, что нет. Я точно знаю, что в Японии снимают премьер-министров американцы. Это случилось не так давно, года четыре назад, с премьер-министром Хатоямой, который посмел начать выполнять свои обещания избирателям. Он обещал с Окинавы вывести американские базы. Как только он посмел попросить американцев передвинуть одну из баз, как через две недели он перестал быть премьер-министром. Там, естественно, были и другие вопросы. Поэтому нам, конечно, с японцами доверительные отношения выстроить невозможно. Но двигаться в направлении каких-то нормальных, более хороших отношений можно и нужно. И момент настал. И.И.: А каких тогда? Вы говорите, что Япония не суверенна. Как бы мы, собственно, не хотели нормальных отношений, не даст хозяин? Ю.Т.: Да. И.И.: А тогда зачем это всё? Реально, если заявления сделаны, экономическое сотрудничество, торговое — это всё прекрасно. Но, получается, мы не сможем прийти к цели. Ю.Т.: А какая цель? Как вы считаете? И.И.: Отношения с Китаем, например… Ю.Т.: А зачем нам такие отношения, как с Китаем, с Японией? И.И.: Отношения партнёрские и отношения… Наверно, слово "дружба" неуместно, но в широком смысле отношения доверительные, мирные, а не такие, что никогда не знаешь, всадят тебе кинжал в спину или нет… Ю.Т.: Но мы-то с Китаем движемся в сторону военно-политического союза. Мы сейчас достигли стратегического партнёрства, но мы сейчас всё ближе к военно-политическому союзу. Естественно, с японцами у нас таких отношений не будет. У нас разные геостратегические интересы. Поэтому я думаю, что с японцами мы можем развивать экономическое сотрудничество (какое угодно: гуманитарное, культурное и так далее), и это будет замечательно, это будет устраивать и их, и нас. И.И.: Это максимум торгово-экономическое сотрудничество? Ю.Т.: Да. И.И.: С другой стороны, эксперты говорят, что в восприятии японцев вопрос островов, территориальный для них вопрос, он как бы важнее торгово-экономических. Ю.Т.: Это частично верно. Это относится к элите, к политиконформирующей элите.   У японцев территориальные проблемы со всеми соседними государствами Юрий Тавровский И со всеми по поводу островов. С нами это Курилы, с корейцами — остров Токто, с китайцами — Дяоюйдао, или Сенкаку. Ну и что? Не развивать отношения ни с кем? Нет, это, конечно, не так. И я считаю, что сейчас наступило самое время продвинуться по этому пути повышения степени доверия через экономическое сотрудничество. Потому что в Японии сейчас правит очень интересный человек, очень необычный человек — премьер-министр Синтаро Абэ. Это деятель мирового масштаба. Это такой самурай из фильмов, но самурай разумный, который не выходит один драться против армии, а выходит драться только тогда, когда он знает, что может победить. Он, безусловно, патриот. Я бы даже сказал, он националист. И его очень тяготят эти американские вожжи, как и японскую элиту. У меня бывают встречи с достаточно высокопоставленными японцами, и, что называется, при выключенных микрофонах они об этом говорят, и они всё помнят: как американцы их разбили во Второй мировой и как американцы сбросили бомбы. И.И.: И европейцы говорят… Ю.Т.: Счётец есть. Есть счётец, к нам выписанный, есть счётец, выписанный к американцам. Так вот, Абэ понимает, что на его премьерском сроке, да и вообще в обозримом будущем, американцы японцев не отпустят совсем, вожжи спущены не будут. Но удлинить их можно, и он это пытается сделать. Он встречается с Путиным, он во время последней майской встречи предложил очень интересный пакет экономического сотрудничества, и сейчас во Владивостоке ожидаются очень интересные всякие вещи. Чем может помочь Япония России в обход санкциям? И.И.: А какие? Какое сегодня может быть сотрудничество? Их товары опять сюда к нам рынок отправят? Ю.Т.: Нет. По моим данным, они готовы приобрести акции "Роснефти" на 1 триллион йен (1 триллион йен — это примерно 10 миллиардов долларов или 10% капитала "Роснефти"). Там где-то около 20% сейчас будет выставлено на продажу. Это не купи-продай, согласитесь, это серьёзный акт, и если это получится, то это будет очень интересная и далеко идущая сделка. И.И.: Но купить наши акции? Ю.Т.: Но это же помощь в условиях санкций. Когда американцы говорят вообще ни рубля нам не давать… И.И.: С другой стороны, "Роснефть" много кто хочет купить сейчас. Ю.Т.: Но вы сами понимаете, что это будет решать Путин. И.И.: Я имею в виду, что этот триллион японцы дадут не потому, что они такие хорошие, а потому, что это лакомый кусочек… Ю.Т.: Да. Но это и не то, чтобы Абэ привёз там какие-то плохо замаскированные взятки в обмен на то, что ему кусочек островов отпилят. И.И.: Я говорю немножко о другом. Я говорю о том, что торгово-экономическое сотрудничество — не разовая сделка, а взаимовыгодное сотрудничество? Ю.Т.: Да. Японцы хотят зайти далеко. Это взаимозависимость. Мы точно так же будем зависеть от них, как они от нас. Потому что они сейчас зависят от ближневосточной нефти, газа и всего такого прочего, и они хотят, естественно, уменьшить эту зависимость, потому что там неспокойно. Им это нужно. И.И.: Можно же просто заключить с ними договор. Зачем же нам отдавать им часть "Роснефти"? Ю.Т.: Так делается в мире. Когда налаживается сотрудничество, страны и компании входят друг в друга капиталами, акциями Юрий Тавровский Я считаю, что это абсолютно нормально, и приветствовал бы такие инициативы дальше. У нас намечается новый шаг в сотрудничестве в области ядерной энергетики. Мы им очень помогли с разгребанием последствий аварии на "Фукусиме". И.И.: Первое время мы говорили им: "Давайте вам поможем", а они отвечали, что не нуждаются в помощи... Ю.Т.: Не пускали нас, да. Но я был год назад как раз в Хиросиме с нашим крупным ядерщиком, который на самом деле им помогал, потому что он помогал разгребать наш Чернобыль и за это он получил орден японский, очень высокий, с какими-то бантами, мечами, сакурами и так далее. И им наш опыт очень важен, поскольку они полностью закрыли всю ядерную программу, а сейчас хотят её возобновлять, опять же, чтобы снизить зависимость от углеводородов. Здесь у нас может быть очень интересное сотрудничество. Японцы нам предлагают сотрудничество в области возобновляемых источников энергии. Тут мы действительно можем получить от них какие-то новые технологии: это и ветер, и водород, получение водорода в качестве топлива. Это всё очень интересно. И.И.: Знаете, это похоже на ту давнишнюю историю, которая одно время называлась "От Лиссабона до Владивостока": ребята, мы вам — ресурсы, а вы нам — технологии. Так как сейчас ввели санкции Европа и Соединённые Штаты, с Запада у нас нет сейчас шансов получать технологии, товары и всё прочее в таком серьёзном вопросе. Значит ли это, что мы сейчас просто ищем тех, кто в таком вопросе сможет нам помочь? Ю.Т.: Конечно. Курильский спор: пути решения  И.И.: Помните, одно время, когда Владимир Путин заступил на свой пост, может быть, так же мы не особо обращали внимание на отношения с Китаем, а они развивались довольно интересно. Так и тут. Мы не особо обращали внимание, может быть, в информационном пространстве. Сейчас же происходит обмен передовыми технологиями и в энергосбережении, и в угольной отрасли. Возможно, мы можем надеяться, что с японцами получится выйти на уровень довольно серьёзного сотрудничества. Скажите, есть вероятность вырвать Японию из рук американцев и сделать из неё своего союзника? И тут я вас хочу спросить о компромиссе. В современной сложнейшей геополитической обстановке, это может перевесить стоимость двух островов, как на ваш взгляд? Ю.Т.: Во-первых, я считаю, что не удастся вырвать Японию в обозримом будущем, я думаю, в ближайшие лет 20—30. И.И.: А у нас есть это понимание? Иллюзий не питают у нас? Ю.Т.: Конечно, нет. Но можно не вырвать Японию, чтобы она стала нашим союзником (но это вообще немыслимо), а просто помочь Японии стать независимым государством или, как говорит премьер-министр Абэ, нормальным государством. Это подразумевает и отмену Конституции… И.И.: То есть суверенным государством всё-таки? Ю.Т.: Суверенным. Создать армию (не силы самообороны), получить атомную бомбу, против чего китайцы, например, очень сильно выступают, и корейцы. Абэ говорит: "Я хочу, чтобы у нас была нормальная страна". Это тоже, я думаю, лет 10—15 займёт. И.И.: Но все хотят свободы… Ю.Т.: Все хотят. Сейчас все во всём мире выходят из-под американского глобализма. Идёт разлад. И.И.: У нас смеялись над этим одно время, но в этой формуле "свобода лучше несвободы", может быть, открылось нечто большее. Ю.Т.: Поэтому на это не надо рассчитывать. И вообще нам это не по силам. Надо трезво оценивать свои возможности. Играть в какие-то уж совсем большие игры не стоит — это нам слишком дорого обойдётся. Компромисс. Сейчас все говорят о компромиссе. И.И.: И все начали говорить о курильской проблеме. Ю.Т.: Да, курильская проблема. Вы знаете, я уже 50 лет занимаюсь ей. Вернее, 50 лет мы говорим про эту проблему. И.И.: Это для них проблема. Для нас проблемы не было. Ю.Т.: Раньше мы не признавали просто существование проблемы Курил. Но будем смотреть трезво на вещи: проблема есть Юрий Тавровский Что может сделать Путин? У него есть отходные позиции. Это позиция 1956 года, когда советское правительство предложило передать — не отдать, а передать — две южные группы островов в обмен на мирный договор и вывод американских баз с японской территории. Он, в принципе, может сказать: давайте сначала наладим сотрудничество, а потом мы можем начать рассматривать формулу 1956 года. И.И.: То есть не отдать Курилы, а передать их? Ю.Т.: Передать. Если мы отдаём, то мы чужое отдаём, то, что мы присвоили. А это наше. Есть такая тонкость. И.И.: Передать окончательно? Ю.Т.: Да. В той или иной форме — опять же, совместное сотрудничество, совместное использование. И.И.: А японцам, получается, не так просто вывести американские базы. Но им очень хочется острова. Ю.Т.: Им очень хочется острова, но у них позиция, национальный консенсус — или четыре острова, или ничего. То есть два они, опять же, не возьмут. Они не могут себе позволить. Ни один премьер-министр Японии в обозримом будущем не сможет этого сделать. Поэтому мы можем смело им говорить: "Да-да-да, остров после того как…" Два острова. Вот это и есть позиция Путина. И.И.: То есть, понимая, что американцев они не смогут выгнать, можно говорить что угодно? Ю.Т.: Да. Так же Путин действовал и с китайцами. Когда уже вся граница была согласована и только этот большой Уссурийский остров оставался несогласованный, он говорит: ребята, давайте половина острова станет китайской, половина станет российской. И проблема границы закрылась с точки зрения международного права навсегда. И это великое достижение Путина. Мы, востоковеды, всегда будем помнить его за это, потому что не дай бог с Китаем иметь 1 сантиметр несогласованной границы. Это аукнется. Вот смотрите, как с японцами было. В 1978 году японцы с китайцами хотели быстро-быстро установить дипотношения, договор заключить о мире, дружбе и всём другом хорошем, но была проблема островов Сенкаку, Дяоюйдао. И Дэн Сяопин сказал: "Давайте оставим это следующим поколениям". И оставили следующим поколениям. И вот сколько лет прошло, и пришли новые поколения, и сейчас там всё на грани войны. Поэтому никто не знает, что будет через 20 лет, через 40, как у нас с китайцами дела пойдут. Сейчас наши национальные интересы совпадают, а дальше? И.И.: Поэтому я и спросил про это совпадение. Даже сейчас, в ситуации санкций против России, обострении геополитической ситуации иметь рядом с собой Китай не как противника, а как союзника гораздо лучше. Ю.Т.: Абсолютно верно. Лучше быть богатым и здоровым. Японцы, в общем-то, понимают, что островов в обозримом будущем они не получат. И Абэ это понимает. И.И.: Интересно спросить у вас как у японоведа: это хорошее качество японского народа, что, несмотря на войны, несмотря на то, что они с не очень хорошей стороны себя показали, они что-то об этом помнят? Ю.Т.: Безусловно. И.И.: Я к чему. Стоило бы нам тоже помнить, что если бы Владимир Путин не произнёс эти слова, что Львов, Киев — это тоже вообще-то наши города, их брали наши деды, юридически они отторгнуты были не с точки зрения международного права и так далее… Полезно это — стоять на своём? Вы говорите, нет, они не увидят этих островов в ближайшее время, невозможно, но они, даже с точки зрения собственного внутреннего протокола должны заявить эту проблему. Ю.Т.: Наверно, это хорошо. Но они вовсе не помнят о том, что они натворили. Они не хотят о плохом помнить. Я был в прошлом году в Токио в музее великой бомбёжки Токио. Когда в 1945 году за одну ночь напалмовыми бомбами американцы сожгли 100 000 человек. То есть это больше, чем в Хиросиме и Нагасаки. Это в день бомбёжки, не считая тех, кто потом умирал. И об этом — тишина. И вот этот музей, в котором я был, открылся три или четыре года назад, а когда я работал в Японии, там стоял один камень, к которому приходили люди и плакали на нём. Потому что 100 000 человек пожгли. А этого не было, не надо об этом помнить! В китайском городе Нанкин китайцы говорят —  300 000, японцы говорят — 100 000, но всё равно людей замучили. Не надо, не хотят они об этом помнить. Это нормальная человеческая психика, правильно? Мы же не хотим помнить о своих неудачах, о своих, может быть, ошибках. И они точно так же. Ну вот они проиграли войну. Они проиграли войну нам. Они считают, что мы в последнюю минуту нарушили договор о нейтралитете, ударили, так сказать, в спину и так далее. У нас своя аргументация. Но вот так они помнят —избирательно. Избирательная память. И.И.: Но, с другой стороны, сегодня корреспондент "Блумберга", мне это показалось несколько странным, произнес слово "Калининград", то есть какое-то внедрение в информационное пространство темы, которой нет, он у Путина спросил типа: "А что вы Калининград?" Но, с другой стороны, немцы корректно молчат на эту тему, а японцы не забывают о Курилах. Ю.Т.: Понимаете, японцы не забывают о Курилах, но они потеряли не только те острова, о которых мы с вами говорили. Например, они потеряли острова Тихого океана, которые сейчас американцы заняли, — Маршалловы, Каролинские. И если вы думаете, что японцы про них забыли, то это далеко и далеко не так. И.И.: В каких-то случаях народная память… Ю.Т.: Да, народная память. Знаете, поскольку мы с вами люди средств массовой информации, мы знаем, как это делается. Один эксперт сказал, три газеты перепечатали, потом на телевидении дискуссия, и понеслась.    

02 сентября, 17:24

Китай становится лидером

Саммит G20 в Ханчжоу: форма и содержаниеСаммит "Большой двадцатки" в городе Ханчжоу, назначенный на 4-5 сентября, заранее был объявлен самым главным дипломатическим событием нынешнего года для Китая. Власти Поднебесной любят и умеют проводить у себя статусные спортивные соревнования, включая Олимпийские игры, саммиты АТЭС, ШОС и БРИКС, всевозможные ЭКСПО, международные ярмарки, конференции и т.д.Если раньше иностранных гостей привозили преимущественно в Пекин и Шанхай, то в последние годы география престижных мероприятий расширилась. Недавняя встреча премьер-министров ШОС, например, прошла в городе Чжэнчжоу. А эмблемы с надписью "G-20" заполонили улицы города Ханчжоу, одной из восьми древних столиц Китая, которую за красоту издавна считают "земным Раем". Выбор новичков международной дипломатической деятельности происходит не совсем случайно. В Чжэнчжоу до переезда в Пекин работал премьер Госсовета КНР (глава правительства) Ли Кэцян. Ну, а из Ханчжоу провинцией Чжэцзян с 2002 по 2007 год руководил нынешний китайский лидер Си Цзиньпин. Под крупные международные мероприятия центр выделяет дополнительный бюджет, сооружаются новые аэропорты и уникальные здания, ремонтируются старые и строятся новые дороги…Не стало исключением и мероприятие в Ханчжоу. Собственными глазами в начале августа удалось оценить только часть приготовлений: введённый месяцем ранее строжайший режим безопасности не позволил даже специально приглашённым российским журналистам приблизиться к "Спортивному центру ЭКСПО" — спешно переоборудованному в конгресс-центр зданию стадиона. По тем же причинам не удалось получить серьёзную информацию и от представителей городских властей — они широко улыбались и заверяли, что приготовления закончатся в срок и всё пройдёт замечательно. Хорошо, что существуют "обычно хорошо информированные источники". Это, в первую очередь, издания из Гонконга. В газете "Саут Чайна морнинг пост" была опубликована подборка материалов о саммите в Ханчжоу.Оказывается, правительство, с учётом непростой финансовой ситуации, смогло выделить всего 60 миллионов юаней (9 млн. долл. США), предложив местным властям поискать средства в городском бюджете (160 млрд. юаней). Скрытые резервы действительно нашли и осуществили 650 проектов улучшения облика города. Помимо традиционного асфальтирования и озеленения главных улиц, обновления фасадов и развешивания множества флажков и плакатов, построили новое шоссе из аэропорта, проложили велодорожки по берегам красивейшего озера Сиху, установили десятки тысяч лампочек для подсветки исторических зданий. Заодно снесли несколько обветшавших кварталов в пригородах, ликвидация которых была намечена на более поздние сроки."Над Ханчжоу — голубое небо!". Под этим девизом осуществляется целая программа обеспечения благоприятной экологической обстановки в дни саммита. В самом Ханчжоу, центре современной высокотехнологичной промышленности, все предприятия будут закрыты с 26 августа по 6 сентября, рабочие отправляются во внеплановый отпуск. В соседнем Шанхае, также издавна страдающем от смога, заводы закрываются ещё раньше — 24 августа. Жёсткие меры применяются ко всем предприятиям в радиусе 300 километров от Ханчжоу.Соседи "земного Рая" помогут, чем смогут, и в других областях. Шанхай прислал спецподразделения полиции, обладающей немалым опытом обеспечения безопасности на международных мероприятиях. Им составят компанию курсанты полицейских училищ из нескольких городов Восточного Китая. В самом же Ханчжоу полиция работает в усиленном режиме уже несколько месяцев, патрулируются улицы, то и дело перекрываются магистрали, на вокзалах и в гостиницах действуют круглосуточные пункты сплошной проверки документов и багажа. Помогать участникам саммита будут знающие языки волонтёры из числа студентов, но только члены комсомола и партии. Впрочем, простые люди тоже не останутся без дела — 760 тысяч бдительных бабушек и дедушек с красными повязками будут с неподдельным вниманием следить за своими двориками и подъездами, сообщая обо всём подозрительном в полицию.Прощание с глобализациейНеизбежно возникает вопрос: зачем нужна такая колоссальная подготовка ради двухдневного совещания, пусть даже мирового масштаба? Ответов несколько. Во-первых, знаменитые "китайские церемонии" никуда не делись и в XXI веке. Безукоризненное выполнение церемоний как основы любого порядка входит в главное понятие учения Конфуция — "ли". Сюда же стоит добавить всё ещё сохраняющееся у китайцев ощущение новичков на международной сцене, стремление играть по правилам "цивилизованных стран" сразу во всех организациях — от ООН, МВФ или ВТО до АТЭС, БРИКС, ШОС.Во-вторых, хозяева саммита сформулировали его повестку как "строительство инновационной, энергичной, взаимосвязанной и инклюзивной мировой экономики". Они исходят из того, что в совокупности страны "двадцатки" представляют 90% мирового ВВП и 80% мировой торговли. Добиваясь перевода собственной экономики на рельсы инноваций, они признают своих главных гостей лидерами развития экономики и инноваций и надеются почерпнуть их опыт.В-третьих, китайские руководители, похоже, всё ещё возлагают на "большую двадцатку" свои надежды. Освоив правила игры из учебника глобализма, китайцы за минувшее десятилетие не только почти не пострадали от мирового финансового кризиса 2008-2009-х годов, но и приумножили свои ресурсы и капиталы. Естественно, они хотят "продолжения банкета" по опробованным правилам глобализма. В Пекине не забыли, что с начала своей деятельности в 2008 году "Большая двадцатка" сыграла положительную роль в смягчении и преодолении пика финансового кризиса. Сейчас в китайской столице надеются, что организация способна превратиться из антикризисного механизма в структуру долгосрочного глобального управления, подготовить и осуществить системную реформу мировых финансов и экономики. Нынешний саммит как раз призван сыграть связующую роль между днями сегодняшним и завтрашним с временами десятилетней давности.Конечно, участники "восхождения на вершину" в китайском Ханчжоу будут соблюдать все правила этикета. Главы 77 государств и международных организаций (на правах хозяина Пекин пригласил поучаствовать в саммите страны АСЕАН и Африканского союза и даже соседний Казахстан) произнесут округлые речи, примут заранее согласованные документы. Замминистра финансов КНР Чжу Гуанъяо недавно сообщил журналистам, что "шерпы" лидеров "Большой двадцатки" с начала года определили 9 приоритетных направлений и 48 руководящих принципов структурных реформ мировой экономики, разработали систему показателей оценки результатов реформ, приняли "Инициативу о создании глобального союза инфраструктурной взаимосвязанности".Хотелось бы, чтобы лидеры "Большой двадцатки" и их коллеги вышли из зала заседаний в Ханчжоу с просветлёнными лицами и, взявшись за руки, сразу включились в перестройку мировой экономики в духе предложенного Китаем "строительства инновационной, энергичной, взаимосвязанной и инклюзивной мировой экономики", ранее одобренных всем миром "Целей развития ООН" и других замечательных документов. Но что-то мешает поверить в такое развитие событий.От глобализации к регионализацииПрежде всего, преодоление острой фазы мирового кризиса и положительная динамика развития экономики в США и Европе ослабили тягу к совместным действиям. "Большая двадцатка" по-прежнему рассматривается как чрезвычайный комитет по выходу из финансового кризиса и в новых условиях теряет свою актуальность. Рекомендации из Ханчжоу имеют не много шансов быть положенными в основу реальных мероприятий правительств и центробанков стран-участниц.Кроме того, построенное американскими архитекторами здание глобализма, одним из символов которого стала "Большая двадцатка", на наших глазах ими же и разваливается. Вместо глобализма они спешно возводят новые сооружения — суперрегиональные блоки. Транстихоокеанское торговое партнерство (ТПП) уже создано, хотя пока только на бумаге. Отчаянные усилия прилагаются для создания аналогичной структуры в Атлантическом регионе — (ТТИП). Само собой разумеется, "чересчур эффективным" китайцам места в новых блоках не предложено. И это при том, что с 2008 по 2015 год вклад Китая в рост мирового ВВП составил 47%. В прошлом году мировая торговля продемонстрировала двузначный отрицательный рост, в то время как доля Китая в мировой торговле с 12,2% повысилась до 13,8%.Противостояние доллара и юаня, американской и китайской экономик, становится всё заметнее и уже сопровождается акциями по сдерживанию Китая не только экономическими и финансовыми, но также и военно-политическими мерами. В начале существования "Большой двадцатки" Китай ещё выполнял завет Дэн Сяопина "держаться в тени" и действовал в рамках схемы глобализации и "вашингтонского консенсуса". Однако начатый в 2014 году переход к созданию национально ориентированной экономики "Новая норма" и соответствующей модели внешней политики сулит антагонистические противоречия по линии Китай-США. Америка не хочет расстаться с монополией на мировое управление и не станет себя ни в чём ограничивать в борьбе с очередным конкурентом. Об этом в последние месяцы красноречиво сказали оба кандидата в президенты США.Крушение однополярного мира, ненадолго возникшего после распада Советского Союза, проявляется в повсеместном росте центробежных настроений. Россия, несмотря на небывалое экономическое, военное и информационное давление, неуклонно расширяет поле независимой внешней политики и всё более явно тяготится правилами "вашингтонского консенсуса" в экономике и финансах. Выход Великобритании из Евросоюза начал процесс дезинтеграции этого важнейшего для системы глобализации экономического блока. Покончить со статусом американских протекторатов стремятся влиятельные круги Японии и Южной Кореи. Параллельно продолжается создание неподконтрольных Вашингтону экономических (ЕАЭС, ШОС, БРИКС) и финансовых (АБИИ, Новый банк БРИКС, Фонд "Шёлковый путь") структур. С блоком ТПП конкурирует проект соглашения о региональном комплексном экономическом партнёрстве в Восточной Азии (РСЕП). Даже американские союзники Япония и Южная Корея ведут с Китаем переговоры о создании зоны свободной торговли. Реализация инициативы "Один пояс и один путь" может означать возникновение зоны экономического взаимодействия и свободной торговли в масштабах всего материка Евразии.На фоне инициированных США процессов деглобализации, Россия и Китай отстаивают свои национальные интересы. В условиях экономической дискриминации и военно-политического окружения они постоянно повышают уровень координации своих действий. Это проявляется на многих международных площадках, в том числе и "Большой двадцатке". Китайцы оказали нам поддержку при подготовке и проведении саммита в Санкт-Петербурге три года назад. В свою очередь наши "шерпы" оказали максимальное содействие китайским в подготовке саммита в Ханчжоу. В сентябре руководители наших стран встретятся в этом городе впервые после принятия в июне нынешнего года "Совместного заявления Китая и России об укреплении глобальной стратегической стабильности". Вряд ли эта возможность наполнить реальным содержанием столь важный документ будет упущена.От российско-китайского взаимопонимания и взаимодействия зависит очень многое не только на саммите "Большой двадцатки" в Ханчжоу. А будет зависеть — ещё больше.Юрий Тавровский

30 августа, 11:45

Казахстан собирает благодарности

Казахстан торжественно отметил 25-летие закрытия Семипалатинского ядерного полигона. В целом Нурсултану Назарбаеву удается весьма успешно реализовывать инициативы, имеющие огромное значение для всего мира

Выбор редакции
24 июля, 10:07

СГА вынуждают объединиться всех, кто неугоден СГА

«Дороже денег» («Китаист Юрий Тавровский — о высшей математике российско-китайских отношений»).

Выбор редакции
21 июля, 09:15

Дороже денег

Китаист Юрий Тавровский — о высшей математике российско-китайских отношений

13 июля, 19:34

Слово Дня. Выпуск №141. Юрий Тавровский. Прессинг.

Вердикт суда в Гааге по Южно-Китайскому морю и его последствия для мира и войны обсуждают ведущий программы "Слово Дня" Иван Вишневский и Юрий Тавровский – китаевед, профессор Российского университета дружбы народов, член Президиума Евразийской академии телевидения и радио. #ДеньТВ #СловоДня #Тавровский #Китай #Япония #Гоминьдан #ЧанКайши #Тайвань #США #Филиппины #Малайзия #Вьетнам #острова

02 июля, 16:01

Юрий Тавровский «Китайцы называют русских "задирами". И рассчитывают на Россию»

«Новый руководитель Китая, генеральный секретарь КПК Си Цзиньпин после своего прихода к власти сформулировал образ нового Китая, образ, который сейчас воплощается в реальность во всех деталях - от борьбы с коррупцией внутри страны и реализации громадных инфраструктурных проектов и вплоть до объявления открытого соперничества с США на международной арене. И Россия в этих китайских построениях играет очень важную роль - как тыл Китая, как источник ресурсов, как путь в Европу и как незримый партнёр на мировой арене»Профессор Российского университета дружбы народов, член Изборского клуба Юрий Тавровский рассказывает об итогах визита В.В. Путина в Китай и о будущих перспективах взаимодействия двух стран в рамках воможного противостояния с США.Оригинал взят у izborskiy_club

Выбор редакции
29 июня, 15:00

Юрий Тавровский «Китайцы называют русских "задирами". И рассчитывают на Россию»

«Новый руководитель Китая, генеральный секретарь КПК Си Цзиньпин после своего прихода к власти сформулировал образ нового Китая, образ, который сейчас воплощается в реальность во всех деталях - от борьбы с коррупцией внутри страны и реализации громадных инфраструктурных проектов и вплоть до объявления открытого соперничества с США на международной арене. И Россия в этих китайских построениях играет очень важную роль - как тыл Китая, как источник ресурсов, как путь в Европу и как незримый партнёр на мировой арене»Профессор Российского университета дружбы народов, член Изборского клуба Юрий Тавровский рассказывает об итогах визита В.В. Путина в Китай и о будущих перспективах взаимодействия двух стран в рамках воможного противостояния с США.

28 июня, 18:24

Реакция. Выпуск 71. Юрий Тавровский «Китайцы называют русских "задирами". И рассчитывают на Россию»

«Новый руководитель Китая, генеральный секретарь КПК Си Цзиньпин после своего прихода к власти сформулировал образ нового Китая, образ, который сейчас воплощается в реальность во всех деталях - от борьбы с коррупцией внутри страны и реализации громадных инфраструктурных проектов и вплоть до объявления открытого соперничества с США на международной арене. И Россия в этих китайских построениях играет очень важную роль - как тыл Китая, как источник ресурсов, как путь в Европу и как незримый партнёр на мировой арене» Профессор Российского университета дружбы народов, член Изборского клуба Юрий Тавровский рассказывает об итогах визита В.В. Путина в Китай и о будущих перспективах взаимодействия двух стран в рамках воможного противостояния с США. #ДеньТВ #Тавровский #Китай #коррупция #Путин #граница #шёлковыйпуть #РЖД #расстрелы #Япония #Вьетнам

07 июня, 14:28

Против российско-китайского сближения играют влиятельные силы

Против российско-китайских отношений активно работают силы, которые не заинтересованы в этом сближении. Во-первых, российско-китайского союза боится Запад. Во-вторых, такие силы есть и в России. Это и круги, напрямую связанные с Западом и иногда просто выполняющие их заказ. И очень влиятельные силы, не заинтересованные в том, чтобы у нас начала реализовываться китайская экономическая модель. Китай давал до недавнего времени 10% прироста ВВП, сейчас опустился до 6,5%. Но всё равно это лучше, чем наши -3%. Люди, которые отстаивают нынешнюю модель экономики, всячески пытаются сдерживать информацию о китайской модели, пытаются заострить внимание на проблемах Китая и не допустить улучшения наших отношений

01 июня, 17:56

Слово Дня. Выпуск №112. Юрий Тавровский. Союз

"Против российско-китайских отношений активно работают силы, которые не заинтересованы в нашем сближении. Китайцы пока не почувствовали на себе такое давление, какое ощущаем мы. Но думаю, что новый президент США начнёт новый этап сдерживания Китая". О конференции "Россия и Китай: к новому качеству двусторонних отношений" и о саботаже развития этих отношений говорит китаевед, профессор Российского университета дружбы народов, член Президиума Евразийской академии телевидения и радио Юрий Тавровский. Программа Ивана Вишневского.

31 мая, 08:46

Шанхайский дух не поспевает за временем

Сфера безопасности диктует новые правила взаимодействия государств ШОС23–24 мая в Ташкенте проходило заседание Совета министров иностранных дел государств – членов Шанхайской организации сотрудничества (СМИД ШОС). Оно стало заключительным аккордом в подготовке саммита ШОС, посвященного 15-й годовщине образования этой организации, который пройдет в столице Узбекистана ровно через месяц, 23–24 июня. Приоритетом деятельности ШОС с самого начала ее существования является сфера безопасности. В Ташкенте был согласован солидный пакет документов, нацеленных на углубление взаимодействия в этой области. В то же время становится все более очевидно, что ШОС в ее нынешнем виде не поспевает за стремительным нарастанием новых вызовов и угроз – как по периметру внешних границ, так и внутри стран – членов организации.Первые шагиРаспад СССР – по словам Владимира Путина, крупнейшая геополитическая катастрофа ХХ века – изменил не только судьбу народов Советского Союза, разбросав их по так называемому постсоветскому пространству. Была сломана устоявшаяся архитектура мироустройства, поставлена под вопрос нерушимость границ. Опасность хаоса осознавалась лидерами юных постсоветских государств, которые пошли на «цивилизованный развод» и создали Содружество Независимых Государств (СНГ). Полный хаос действительно удалось предотвратить, однако конфликтов между недавними членами одной советской семьи и гражданских войн избежать не удалось. Одной из главных зон нестабильности стала Центральная Азия с ее застарелыми традициями межнациональных и межконфессиональных конфликтов, подчас произвольно установленными границами и территориальными претензиями соседних государств. Не стоит забывать о близости к региону все еще тлевшего очага войны – Афганистана, о начавшихся актах агрессии против стран Ближнего и Среднего Востока.Потребность в координации усилий в области безопасности стран Центральной Азии и их крупнейших соседей стала материализоваться в двусторонних соглашениях, в совместных миротворческих операциях, в мирном решении пограничных проблем. Пожалуй, первой попыткой наладить многостороннее взаимодействие стала встреча лидеров КНР, России, Казахстана, Киргизии и Таджикистана 26 апреля 1996 года в Шанхае. За первым шагом последовали другие, и «шанхайская пятерка», пополнившись Узбекистаном, в 2001 году стала Шанхайской организацией сотрудничества (ШОС). Характерно, что участие в первом саммите и подписании учредительных документов стало одной из первых международных акций президента России Владимира Путина.За 15 лет, прошедших после первого саммита, ШОС доказала эффективность такой формы «семейной жизни», как «совместное ведение хозяйства без заключения формального брака». Организация с самого начала не собиралась стать очередной «семьей» по образцу военных блоков и не стала ею. Но стремление к совместному решению проблем безопасности сохранилось и даже усилилось в современных условиях. Привлекательность «совместного ведения хозяйства» была убедительно продемонстрирована принятым на саммите ШОС в Уфе в июле прошлого года решением о присоединении к ней Индии и Пакистана, стремлением пойти по этому пути у Ирана и других стран Евразии.За минувшие полтора десятилетия «шанхайский дух» знал взлеты и падения. Его первые усилия были вызваны реальной потребностью в безопасности, и родилась новая международная структура. Усилия нарастить на этот костяк экономическое, гуманитарное и иное сотрудничество с самого начала были второстепенными. Иначе из тех же стран – членов ШОС не возникли бы такие крупные экономические инициативы, как Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС), Таможенный союз (ТС), Евразийский экономический союз (ЕАЭС) или «Один пояс и один путь» (ОПОП). Неудивительно, что и пришедшее сейчас к ШОС «второе дыхание» тоже связано в первую очередь с потребностью в безопасности на фоне новых вызовов.Новые времена, новые вызовыПровозгласив в 2011 году стратегию «Поворот к Азии» (Pivotto Asia), США приступили к открытой фазе сдерживания Китая, особенно усилив прессинг побережья и морских рубежей КНР. Стягивание дополнительных сил ВМФ США к берегам Китая, обновление военных союзов с Японией, Южной Кореей и Австралией, налаживание взаимодействия с Филиппинами, Вьетнамом и другими странами Южных морей, создание очагов военной напряженности в Южно-Китайском море и вокруг островов Дяоюйдао/Сэнкаку – это далеко не полный перечень компонентов набирающей скорость реализации «Поворота к Азии».Примерно в то же время западные границы России также испытали усиление давления: обострилась проблема ЕвроПРО, войска НАТО стали окапываться в странах бывшего Варшавского договора и даже республиках СССР.Растет напряженность и на рубежах центральноазиатских стран. К афганскому источнику, продолжающему генерировать угрозы для региона, добавился новый – так называемый ДАИШ (арабская аббревиатура "Исламского государства", запрещенного в России). Действуя сейчас преимущественно в Ираке и Сирии, эта террористическая структура уже засылает своих резидентов в Туркмению и Казахстан, Узбекистан, Таджикистан и Киргизию, готовит в своих лагерях и на полях боев кадры для рывка на просторы Центральной Азии и китайского Синьцзяна. Параллельно продолжаются попытки США устроить в странах Центральной Азии цветные революции.О том, что ослабление давления на внешние рубежи ШОС не предвидится, убедительно говорит создание ТТП и грядущее создание ТТИП. Не допуская в эти экономические группировки Китай и Россию, Запад четко прочертил геоэкономические и геополитические рубежи конфронтации ХХI века. Вслед за новыми экономическими группировками неизбежно будут созданы и военные, как это было в Европе с НАТО.Страны – члены ШОС по-разному реагируют на геополитический вызов Запада. Одной из форм такого ответа стало создание ЕАЭС. Другая – выдвижение инициативы ОПОП. Эта инициатива, недаром названная Фрэнсисом Фукуямой крупнейшей геостратегической новацией ХХI века, вызывает как растущий интерес стран Евразии, так и откровенный страх в США. Еще только создаваемый ОПОП становится в глазах американских стратегов реальной угрозой не только благодаря потенциальной экономической важности этого трансконтинентального суперпроекта, но еще и из-за того, что они рассматривают его сквозь призму «теории Маккиндера».Эта теория лежит в основе геостратегических построений американских внешнеполитических ведомств и генеральных штабов. Еще 100 с лишним лет назад английский ученый Халфорд Маккиндер писал, что heartland, или «сердцевинная земля», простираясь от берегов Янцзы до Волги, от Персидского залива до Арктики, является «архимедовым рычагом», который способен перевернуть весь мир. «Контролирующий heartland станет контролировать «Мировой остров» (материк Евразия), а контролирующий этот остров будет командовать всем миром». Для стратегов Запада нет ничего страшнее перспективы создания российско-китайской «сердцевинной земли» с примыкающими к ней регионами. Пытаясь по отдельности сдерживать Россию и Китай, ставших чересчур непослушными, западные стратеги не просчитали долгосрочные последствия. В результате Москва и Пекин стали сближаться подчас даже вопреки намерениям части своих элит, которые остаются сторонниками все еще господствующего в мире «вашингтонского консенсуса». Не допустить или хотя бы замедлить реализацию суперпроекта «Один пояс и один путь» – такова важнейшая задача американской дипломатии и пропаганды, военного истеблишмента и разведывательного сообщества.Формат и правилаРастущее военно-политическое давление ощущают не только Россия и Китай. У стран ШОС накоплен некоторый опыт взаимодействия, созданы специальные структуры борьбы против «трех зол» (экстремизм, сепаратизм, терроризм). Это прежде всего Организация Договора коллективной безопасности (ОДКБ), Антитеррористический центр СНГ (АТЦ) и Региональная антитеррористическая структура ШОС (РАТС). Все они в последнее время проявляют больше активности. Китай и некоторые страны региона договариваются о создании новых локальных структур безопасности, поступают сообщения о размещении подразделений НОАК в пакистано-китайском экономическом коридоре к порту Гвадар и т.д.Однако общей программы обеспечения экономической безопасности, адекватной новым вызовам, пока не существует. Первым шагом в этом направлении можно считать решение лидеров России и Китая о сопряжении ЕАЭС и ОПОП. Несмотря на довольно вялый процесс реализации принятого в мае 2015 года решения, можно надеяться на более плодотворные результаты в обозримом будущем. Что же касается области военной безопасности, то здесь никакого движения не наблюдается.На этом пути существуют препятствия, созданные самими участниками ШОС. Ее устав определяет, что она является региональной международной организацией, которая отстаивает принципы неприсоединения к блокам, непротивостояния и непротиводействия третьим сторонам и не может стать военным союзом. Таким образом, не только затрудняется взаимодействие с военным блоком, каким является ОДКБ, но и тормозится наращивание стратегического взаимодействия России, Китая и стран Центральной Азии. С учетом присоединения к ШОС Индии и Пакистана, действующие ограничения будут мешать использованию открывающихся возможностей создания масштабной структуры безопасности в Евразии.Не приходится сомневаться, что потребность в такой структуре рано или поздно будет удовлетворена. События в Крыму, Восточной Украине и особенно в Сирии продемонстрировали решимость России отстаивать свои интересы. Нетрудно заметить, что формат использования российских ВКС и ВМС в Сирии идеально подходит для обеспечения безопасности инфраструктурных магистралей масштаба Экономического пояса Шелкового пути, а также подавления баз даже самых боеспособных экстремистов.Рост мощи китайских вооруженных сил будет ускоряться в контексте долгосрочной программы «Китайская мечта о великом возрождении китайской нации». Эта мощь неизбежно будет проецироваться за границы Поднебесной. Уже сейчас появляются первые заморские базы, действует первая авианосная группа, китайские миротворцы стали самыми многочисленными в мире, происходят важные реформы в структуре ВС и пересматривается военная доктрина.Реалии геополитической обстановки в Евразии диктуют не просто насыщение российско-китайского стратегического партнерства новыми формами военного взаимодействия, но и подключение к нему других стран, заинтересованных в региональной стабильности и развитии. Настало время задуматься о создании новой международной структуры в сфере безопасности. Уже сейчас стоит начать оптимизацию и координацию имеющихся форм коллективной безопасности. К деятельности штабных структур ОДКБ и АТЦ СНГ могли бы подключиться наблюдатели от Китая. Наблюдатели или даже целые подразделения НОАК могли бы принимать участие в антитеррористических учениях КСОР ОДКБ. Учения ШОС стоило бы приблизить к существующим и возможным маршрутам Нового шелкового пути и проводить их чаще, чем один раз в год (генсек НАТО Столтенберг рассказал, что альянс и его члены в 2014 году организовали около 200 учений). По аналогии с базами ОДКБ в странах – членах новой организации и в ключевых точках транспортных маршрутов можно было бы строить постоянные склады тяжелой военной техники и аэродромы сил безопасности.Сыгравший роль первопроходца, ШОС не может стать новой структурой евразийской безопасности, у нее другой формат, другие правила. Но возникший 20 лет назад «шанхайский дух», добрые традиции «совместного ведения хозяйства» наверняка облегчат создание нового, небывалого по размаху международного сообщества «Евразийская безопасность». Юрий Тавровский

27 мая, 16:26

Мнение: количество военных баз США в Японии не уменьшится никогда

Барак Обама стал первым президентом США, посетившим японский город Хиросима. Но его цель – не извинения за бомбардировки, а укрепление военного американо-японского взаимодействия. Такое мнение в эфире радио Sputnik выразил политолог Юрий Тавровский.

20 мая, 19:06

Слово Дня. Выпуск №104. Ю. Тавровский, П. Трощинский. Координация

"Нам очень важно держать свой флаг в юго-восточных морях, которые омывают страны АСЕАН - мы ведь евразийская держава, а не только европейская и не только азиатская. В последнее время пошли разговоры, что разворот на восток не удался, никаких зримых результатов нет. Это не так!" О саммите РФ-АСЕАН и интересах Китая в этом процессе говорят: - китаевед, профессор Российского университета дружбы народов Юрий Тавровский; - кандидат юридических наук, ведущий научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН и Центра политических исследований и прогнозов Павел Трощинский. Программа Ивана Вишневского. Для оказания поддержки каналу День-ТВ можно использовать следующие реквизиты: — Яндекс–кошелек: 4100 1269 5356 638 — Сбербанк : 6761 9600 0251 7281 44 — Мастер Кард : 5106 2160 1010 4416

01 апреля, 17:01

"Драконы" и "демоны" Поднебесной. Новый цикл в истории Китая.

Юрий ТавровскийНи в одном комментарии по итогам закончившихся на днях ежегодной сессии китайского парламента, Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП) и предшествовавшей ей сессии Народного политического консультативного совета Китая (НПКСК) — мне не встретилось слово "исторические". Между тем, оба события имеют самое непосредственное отношение к истории.Дело не только в том, что депутаты утвердили предложенный в октябре 2015 года на V пленуме правящей Компартии план развития КНР на 2016-2020 гг. Предстоящие 5 лет — отрезок времени достаточно протяжённый не только в жизни каждого человека, но и в текущей истории Китая. Важно не только то, что по итогам 13-й пятилетки все граждане КНР, число которых должно достигнуть 1,4 млрд., выйдут на уровень "сяокан", т. е. "среднего достатка". Тем самым должна быть выполнена первая из двух "столетних задач" программы "Китайская мечта" — к 100-летию образования Компартии Китая построить общество средней зажиточности, искоренить бедность и отсталость.Но самое, на мой взгляд, важное — законодательное закрепление разворота китайской экономики к "новой норме", которая призвана остановить негативные тенденции последних лет и обеспечить выполнение главной задачи программы "Китайская мечта" — превратить Китай к 2049 году в могучую мировую державу.Есть ли основания беспокоиться партнёрам КНР?Исторические масштабы происходящих в Китае событий не впервые ускользают из поля зрения зарубежных экспертов. Они напоминают "лягушку, глядящую на небо со дна колодца". Главное, что волновало "лягушек", следивших за ходом двух сессий: состоится ли "жёсткая посадка" китайской экономики. Часть наблюдателей искренне желает, чтобы такая "посадка" состоялась и Китай перестал угрожать глобальной гегемонии США. Другие столь же искренне надеются, что замедление темпов развития экономики Китая не подорвёт его роль локомотива мировой экономики, в последние годы обеспечивавшего более 25% роста всей мировой экономики.Думаю, и те, и другие получили вполне убедительный ответ. Премьер Госсовета КНР Ли Кэцян в "Докладе о работе правительства Китая" наряду с множеством других показателей и цифр, привёл такие: ВВП Китая в 2016 году вырастет на 6.5-7%, а в последующие 5 лет должен составлять как минимум 6.5%. Это меньше, чем фиксировавшиеся еще 15-20 лет назад двузначные цифры, но вполне достаточно, чтобы оставаться локомотивом мировой экономики. Как отметил Председатель КНР Си Цзиньпин на недавнем саммите "Группы 20" в Турции, Китай уверен в своей способности поддерживать средние и быстрые темпы экономического роста, тем самым продолжая создавать возможности для развития других стран.Есть ли основания для недовольства у населения КНР?Само собой разумеется, успокоить мировое сообщество было важной, но не главной задачей китайского руководства. Гораздо важнее для официального Пекина — показать обозримые перспективы национальной экономики самим китайцам. Что же, детально обсуждённый и утверждённый на двух сессиях 13-й пятилетний план даёт все основания для оптимизма. Поставьте себя на место китайского гражданина, читающего базовые ориентиры своего будущего.Темпы роста народного хозяйства в грядущие 5 лет не опустятся ниже 6.5%. Это позволит к 2020 году удвоить объём ВВП и доход на душу населения по сравнению с 2010 годом. Нам в России и во многих других странах, переживающих спад или медленное развитие на грани статистической ошибки, о таких показателях можно только мечтать. Весь Европейский Союз, например, показал рост в 1.8%.Рост цен не превысит 3% в год. Опять же, мы можем только позавидовать такой низкой инфляции. В 2015 году в России она официально составила 12,9%.Будет создано более 10 млн. новых рабочих мест в городах в 2016 году и около 50 млн. — за всю 13-ю пятилетку, что обеспечит уровень безработицы в городах на уровне не более 4,5%. Показатели безработицы довольно низкие для России (6.3%), США (7.3%), Франции (10.6%), Испании (26%) и подавляющего большинства других стран мира.Потребление воды, энергии, а также выбросы СО2 снизятся, в расчёте на единицу ВВП, на 23%, 15% и 18% соответственно. Поставлена задача обеспечить голубое небо, свободное от смога, примерно в 80% дней года. Проблемы окружающей среды в Китае достигли критических масштабов — это была цена за ускоренное развитие. Но теперь ситуация будет улучшаться — об этом говорят опубликованные показатели. Безусловно, они придутся по вкусу не только жителям городов и целых промышленных районов — за 5 лет средняя продолжительности жизни в Китае вырастет на 1 год. Жизненные интересы сотен миллионов китайцев затронет и то, что к 2021 году на долю постоянных городских жителей будет приходиться 60% населения страны. Урбанизация расширяет внутренний рынок, повышает уровень культуры, ведёт к изменению образа жизни всей нации. Одновременно запланировано снижение числа сельских жителей, живущих за чертой бедности, борьба с нищетой во всех бедных уездах и районах Китая, и окончательная победа над этим наследием прошлого к 2020 году.В докладе правительства КНР, помимо этих понятных простому читателю цифр и показателей, содержится также множество макроэкономических, специальных финансовых терминов и выкладок. Их сейчас изучают и активно обсуждают не только российские учёные, сотрудники аналитических подразделений банков и промышленных групп, но и их коллеги во всём мире. Недаром спокойное, уверенное и оптимистичное выступление Ли Кэцяна на сессии ВСНП в считанные часы позитивно повлияло на котировки нефти, металлов, зерна, других товаров реального сектора экономики, что отразилось и на глобальных валютных рынках.Реально ли решение поставленных задач?В реализме поставленных целей убеждает, например, честное признание Ли Кэцяна о предстоящих "серьёзных трудностях и вызовах". Иначе и быть не могло — колоссальная махина китайской экономики только-только переводится с одних рельс на другие. Глава китайского правительства отметил, в частности, что из-за снижения активности глобальной торговли и других факторов в прошлом году общий объем импорта-экспорта Китая пошёл на спад вместо ожидавшегося роста. Вяло шёл рост инвестиций, оставалась острой проблема избыточных производственных мощностей. Часть предприятий сталкивалась с трудностями в своей производственной и хозяйственной деятельности, сильно разнилась конъюнктура в разных регионах и отраслях. Были налицо острые противоречия между доходами и расходами госбюджета, наблюдались потенциальные риски в финансовой и других сферах. Ли Кэцян назвал также проблемы в области здравоохранения, образования, обеспечения достойной старости, безопасности пищевых продуктов и медикаментов, распределения доходов, городского управления и т. д..Новые вызовы будут возникать и на путях перехода к "новой норме". К 2020 году рост экономики и благосостояния на 60% должен достигаться за счёт научно-технологических инноваций. До недавнего времени рост обеспечивался всё более крупными государственными капиталовложениями, удержанием на низком уровне доходов трудящихся. Предстоит оздоровление структуры промышленности: неэффективные предприятия-"зомби" и избыточные мощности будут выводиться из строя. То же самое относится к производствам, сильно загрязняющим окружающую среду. Всё это высвободит в ближайшие годы от 2 до 6 миллионов работников. Поэтому, наряду с упомянутым выше созданием новых рабочих мест, предусмотрены и программы переподготовки.На какое-то время возможно падение доходов бюджета. Поэтому принято решение уже в нынешнем году раздвинуть рамки допустимого дефицита до 2,18 трлн. юаней (335,38 млрд. долларов США), что на 560 млрд. юаней больше, чем в прошлом году, и составляет 3% от ВВП; У КНР есть и "страховочная сетка" — золотовалютные запасы достигают 4 трлн. долл. Только США "задолжали" Китаю 1.2 триллиона!Серьёзным вызовом остаётся качество управления. Премьер Госсовета признал, что "часть кадровых работников либо совсем бездействует, либо не умеет работать, либо действует беспорядочно". Актуальной остается проблема коррупции, обострившаяся в "тучные годы". Начавшаяся с 2014 года общенациональная кампания системной борьбы с "мухами и тиграми", т.е. мелкими и крупными коррупционерами, непременно даст ощутимые плоды уже в скором будущем, поможет ускорить развитие экономики и оздоровить социальную обстановку. Но сейчас нередко наблюдается, с одной стороны, страх перед наказанием за участие в коррупционных цепочках, а с другой стороны — неспособность выйти из таких цепочек, неумение работать в новых условиях. Тем не менее, уже сейчас серьёзные аналитики близки к единому мнению: 13-я пятилетка в КНР будет выполнена по ключевым, если не по всем показателям. Начнётся ли новый "золотой век" Китая?В 2021 году, когда настанет время подводить итоги выполнения задач 13-й пятилетки, самим китайцам и остальному миру станет ясно, что достигнуты не только количественные цели. Возникнет, по существу, новый Китай, живущий по новым правилам экономики и социальной жизни. К тому времени "новая норма" станет просто нормой и основой очередного исторического цикла продолжительностью как минимум три десятилетия.При взгляде на историю КНР, можно отметить существование циклов, каждый из которых длился около 30 лет. Первый цикл, связанный с именем Мао Цзэдуна, длился по 1976 год. Внутри этого цикла были успешные и провальные этапы, менялись экономические, внутриполитические и внешнеполитические установки. Однако весь цикл носил чёткий отпечаток политической воли и интеллекта Мао Цзэдуна.После смерти "великого кормчего" и недолгого переходного периода с 1978 года начался цикл Дэн Сяопина. Он смог раскрепостить созидательную энергию китайской нации, заложил основы "социализма с китайской спецификой" и создал уникальную экономическую систему сосуществования крупной государственной собственности с частным средним и малым предпринимательством, вывел КНР на мировые рынки товаров и технологий, ограничивал внешнеполитическую активность ради накопления сил и последующего рывка вперёд. Обеспечив беспрецедентные темпы развития в течение 80-х—90-х годов прошлого века, принципы Дэн Сяопина стали в начале ХХI века постепенно утрачивать динамизм и эффективность.Это стало ясно ещё до прихода в Чжуннаньхай нового руководства во главе с Си Цзиньпином. Но только к 2011 году удалось сформулировать и утвердить комплекс экономических и социальных реформ, получивших название "новой нормы". Если этот комплекс удастся успешно осуществить к 2021 году, когда истечёт обычный 10-летний срок деятельности нынешнего Генерального секретаря ЦК КПК и Председателя КНР, то он, скорее всего, продлится примерно до начала 2040-х годов, когда предстоит перейти к выполнению выдвинутого ещё в 2012 году следующего долгосрочного стратегического плана под названием "Китайская мечта о великом возрождении китайской нации". Возможно, на этом завершится очередной 30-летний цикл в истории Китая, будут пересмотрены отдельные принципы, или даже созреют условия для нового цикла. Но у меня нет сомнений в том, что тридцатилетний "цикл Си Цзиньпина" станет новым "золотым веком", а сам он войдёт в историю Китая как один из крупных героев.Путём Великого ЮяКитайцы — люди истории. Даже самые простые и малограмотные из них знакомы с основными событиями и героями прошлого благодаря популярным театральным представлениям, сказкам и мифам. Один из таких мифов повествует о борьбе со страшным потопом, который загнал немногих выживших людей в горные пещеры и на верхушки деревьев, где они "вили гнезда, как птицы". Это предание основывалось на исторических фактах: катастрофические наводнения в бассейне реки Хуанхэ, где зародилась китайская нация, уносили жизни сотен тысяч людей, погребали под толстым слоем ила богатые города и обильные поля.Во времена легендарного императора Яо, возможно, правившего четыре тысячи лет назад, часто случались разливы Хуанхэ, получившей прозвания "Мать-река" и "Горе Китая". После многих неудачных попыток справиться со стихией император призвал мудреца по имени Гунь, который стал строить высокие дамбы и на некоторое время усмирил реку. Но та вскоре отомстила людям. Новые наводнения, новые лишения. В гневе император велел казнить Гуня, а его сыну по имени Юй — довести дело до конца. Поняв бесперспективность традиционного наращивания дамб, Юй стал рыть каналы. При этом он использовал могучего дракона, который своим хвостом прокладывал новые русла рек. Обычные драконы строили каналы, а большая чёрная черепаха подвозила грунт и иные стройматериалы. Потоп прекратился, реки и каналы стали орошать земли, царство разбогатело. Благодарный император вручил бразды правления Поднебесной Юю, который основал династию Ся и вошёл в мифы и историю древнего Китая как Великий Юй.Эта история вспоминается при анализе первых лет правления Си Цзиньпина. Подобно Великому Юю, он начал действовать в очень неблагоприятных условиях. Падали темпы роста хозяйства. Небеса над городами затопили серые волны смога. Кичливые "мандарины" собирали всё большую мзду с купцов и простонародья. Заморское царство-гегемон требовало всё новых уступок и придвигало войска к китайским границам. Становилось ясно, что беда рано или поздно прорвёт существующие дамбы.Председатель Си не стал "наращивать дамбы" и вкладывать новые сотни миллиардов в строительство шоссе, железных дорог, жилых кварталов и содержание убыточных предприятий. Он заранее разработал план спасения. Если Великий Юй изменял русла рек, то Си Цзиньпин решил развернуть всю работу "мастерской мира" с обслуживания заморских рынков на удовлетворение спроса собственного народа. Он хочет поменять устаревшее оборудование "мастерской", безбожно коптящей небо и требующей всё больше сырья. К концу своего правления в 2021 году он намерен покончить с нищетой. Он ведёт дело к тому, чтобы перестать отдавать заработанные тяжким трудом народа деньги "на сохранение" в казну крупного царства-гегемона, а тратить их на благоустройство и обогащение Поднебесной.Как известно из мифов, Великий Юй в поисках помощи в борьбе с потопом посещал "Страну крылатых, Страну обнажённых, Страну неумирающих, Страну кипящей воды, Страну людей с одной рукой и тремя туловищами, Страну собакоголовых, а на севере — Страну истинных людей". Не ограничиваясь пределами своего Срединного государства, Си Цзиньпин тоже прокладывает новые каналы связей с соседями по всем сторонам света. Он не только взялся за расчистку пересохшего русла Великого Шелкового пути и строительство новых маршрутов, но и собирается превратить прилегающие к ним земли в зону общего процветания. Им движет старая китайская мудрость: "Богатые соседи — мирные границы". Подчёркнутое дружелюбие нынешний руководитель проявляет и к России, северному соседу Китая.Само собой разумеется, разворот русла развития полуторамиллиардной нации происходит не без проблем. История повторяется. Насылавший на людей наводнения бог воды Гун-гун с помощью демонов и оборотней строил козни Великому Юю. Похоже, Си Цзиньпину тоже приходится несладко. Но у него, как у Великого Юя, тоже есть надёжные помощники. Его "волшебный дракон" — это Коммунистическая партия, мощная и разветвлённая сетевая структура управления. В руководстве партии преобладают сторонники "новой нормы". Для преодоления скрытого сопротивления консерваторов Си Цзиньпин активизировал внутри партии "комиссии по проверке дисциплины", а вне КПК — параллельные механизмы власти в виде "малых руководящих групп". Эти органы объединяют настроенных в пользу решительных реформ "малых драконов" в партии, молодых учёных и профессионалов. Смелые действия Си Цзиньпина пользуются одобрением и активной поддержкой разных слоёв современного китайского общества и особенно молодежи.Наследнику Великого Юя предстоит повернуть течение главных рек китайского хозяйства в новые русла, построить новые надёжные каналы на мировые рынки, усмирить сонмы злых демонов внутри страны и за её пределами. От успеха или неудачи этой титанической задачи будет зависеть не только целая глава в пятитысячелетней истории Китая, но и, возможно, вся судьба человечества.Источник

15 марта, 12:19

Надо больше развивать сотрудничество с Китаем - Тавровский

Профессор Российского университета дружбы народов Юрий Тавровский полагает, что реализация проекта "Экономический пояс Шелкового пути" системно улучшит российско-китайские отношения.  …

Выбор редакции
14 марта, 18:29

Юрий Тавровский: Китай вступил на путь процветания

Профессор Российского университета дружбы народов Юрий Тавровский рассказал об основных тенденциях в китайском экономике на долгосрочный период.  …

Выбор редакции
14 марта, 14:15

Политолог: экономика Китая переориентируется на внутренний рынок

Двигателем китайской экономики теперь в первую очередь будет внутренний рынок, китайский потребитель будет диктовать свои условия, считает профессор Российского университета дружбы народов Юрий Тавровский.

01 марта, 17:20

Китайские элиты вчера, сегодня и завтра

Юрий ТавровскийКитайские элиты издавна являются предметом внимания и изучения мировой науки. Ещё бы — ведь именно они обеспечили устойчивость китайской цивилизации: единственной непрерывно существующей и развивающейся вот уже почти пять тысяч лет. Никакие нашествия «варваров» или вторжения «цивилизованных наций», никакие катастрофы и невзгоды не смогли уничтожить «матрицу» из иероглифики, традиционных философских и этических учений, а также уверенности в превосходстве Поднебесной над ближними и дальними соседями, не смогли вытеснить эту «матрицу» из китайской нации, и особенно из её элиты. При соприкосновении с другими цивилизациями китайцы заимствовали от них полезные элементы и применяли к собственным нуждам, китаизировали. Так было с пришедшим из Индии буддизмом, с тюркскими приёмами ведения войны, с монгольскими административными нормами, с советской социалистической системой, с американской капиталистической системой… Правящие элиты вместе со своими царствами, империями и республиками переживали периоды расцвета и упадка, но в Китае всегда находилось достаточно пассионарных, умных и умелых людей, чтобы снова нарастить плоть на костяк, который из века в век держит государство и общество. Элиты современного Китая вызывают самое пристальное внимание именно сейчас, поскольку КНР достигла небывалого за последние столетия уровня экономического, военного и политического могущества. Впереди открываются просторы, по которым китайские кормчие ещё никогда не прокладывали путь. Силы, вовлечённые в обсуждение дальнейшего курса, придерживаются подчас противоположных взглядов, и поиск «золотой середины» идёт с видимыми трудностями. Это касается как экономики и внутренней политики, так и глобальной стратегии. От выбора долгосрочного курса и даже от принимаемых тактических решений всё явственнее зависят не только будущее самого Китая, но и соседей, всего мира. Сами же решения зависят от качества элиты. Формирование новой китайской элиты началось в рамках компартии Китая ещё в 20-е годы ХХ века, ускорилось после прихода КПК к власти в Китае в 1949 году. Всего через 20 лет в ходе «культурной революции» первое поколение коммунистической элиты было в значительной степени ликвидировано. Создание, по существу, новой элиты с использованием остатков кадров предыдущего поколения приняло упорядоченный характер только после преодоления «смутного времени» маоцзэдуновских экспериментов 60–70-х годов. Отбором кадров для продвижения вместо узкого круга приспешников Мао Цзэдуна и его жены Цзян Цин снова занялся Организационный отдел ЦК КПК, во многом копировавший методы деятельности соответствующей структуры ЦК КПСС. Растущую роль при решении судьбы перспективных кадровых работников стали играть успехи в выполнении партийных решений, особенно параметров экономического развития. Дело дошло до того, что в партию стали принимать успешных предпринимателей, хотя для этого и пришлось принять целый ряд решений, включая изменения в Устав компартии. Элита приобрела национальный, а не классовый характер. Меритократический принцип стал определяющим в немалой степени благодаря совпадению с традиционным для китайского общества механизмом выдвижения талантов, который просуществовал почти две тысячи лет, вплоть до начала ХХ века. Этот механизм под названием «кэцзюй» состоял из экзаменов нескольких уровней и служил «кадровым лифтом», позволявшим провинциалам и простолюдинам занимать ключевые посты в столице и даже при дворе Сына Неба. Как в старину, так и сейчас немалую роль играют родственные и земляческие связи, но на первый план выходят всё же «деловые и политические качества». Ещё один механизм формирования, а точнее — селекции нынешней элиты называется «Комиссия по проверке партийной дисциплины ЦК КПК». По существу, это важнейшая спецслужба, возглавляемая сейчас Ван Цишанем, одним из семи членов Постоянного комитета Политбюро ЦК. Типичным примером формирования китайских элит сегодня может служить судьба двух наших современников, председателя КНР Си Цзиньпина и его отца Си Чжунсюня. ЗАВХОЗ С МАУЗЕРОМ Как и многие другие создатели КНР, Си Чжунсюнь вырос в провинции (Шэньси, северо-запад Китая) в зажиточной крестьянской семье. Он родился в 1913 году, всего через пару лет после свержения маньчжурской династии Цин. Семи лет от роду пошёл в начальную школу, где, наряду с традиционным конфуцианским образованием, получал начатки «западного знания». В 13 лет он, уже ученик средней школы, вступил в комсомол, а через два года, будучи студентом педучилища, за участие в демонстрации был арестован и оказался в тюрьме. Вышел он оттуда уже членом компартии и профессиональным революционером. В то время Китай напоминал лоскутное одеяло из больших и малых территорий, подконтрольных тем или иным «милитаристам», местным военачальникам. По решению компартии Си Чжунсюнь идет служить в гоминьдановскую армию с заданием со­здавать коммунистические ячейки. Задание было выполнено — в 1932 году поднимается восстание. Вместе с группой сослуживцев Си Чжунсюнь идёт на соединение с другими мелкими отрядами солдат и партизан, становится партийным секретарём небольшого опорного района, а на следующий год вместе с кадровым военным Лю Чжиданем, выпускником созданной в 1924 году офицерской школы Хуанпу, создаёт освобождённый район Шэньси—Ганьсу. Стратегия компартии в то время заключалась в создании опорных баз, их расширении, слиянии и формировании освобождённых районов. На северо-западе эта тактика приносила успех — к 1935 году в составе Шэньси — Ганьсу числилось целых 22 уезда. Несмотря на свою молодость, двадцатилетний Си Чжунсюнь получил целый букет должностей в комсомольских, партийных, военных органах власти. Пожалуй, главным из них был пост председателя правительства освобождённого района. В Центральном Китае у коммунистов успехи были меньше. Выбитые войсками Чан Кайши со своих опорных баз в провинции Цзянси, бойцы Красной Армии под руководством Мао Цзэдуна, Чжу Дэ и Чжоу Эньлая были вынуждены с боями отступать через весь Китай. Эта почти непрерывная битва на марше получила в истории название «Великий поход». За 370 дней, с октября 1934-го по октябрь 1935 года, бойцы прошли 9000 километров. Из 100 тысяч участников Великого похода в начале пути до укреплённой базы Лю Чжиданя и Си Чжунсюня добрались только 8 тысяч. Именно там, в мягких лёссовых почвах, был создан пещерный город Яньань, откуда до 1947 года Мао руководил революцией, сопротивлением японским войскам и гражданской войной. В Китае часто говорят: Лю Чжидань и Си Чжунсюнь спасли Мао Цзэдуна и всю компартию. Но Мао Цзэдун, в свою очередь, спас Лю Чжиданя и его соратников. Среди окопавшихся в горах и пещерах коммунистов непрерывно велась идейная борьба. То одних, то других объявляли «контрреволюционерами», «уклонистами», «капитулянтами». Лю Чжидань и другие командиры были раскритикованы прибывшими из шанхайского подполья борцами за идейную чистоту и приговорены к смерти. Си Чжунсюнь вспоминал, что от расстрела его отделяло всего четыре дня. Но тут со своим отрядом появился Мао Цзэдун. Решения заезжих комиссаров были отменены. Лю Чжидань и Си Чжунсюнь снова стали уважаемыми товарищами. Взявший власть в свои руки Мао Цзэдун вскоре отправил отряд Лю Чжиданя сражаться с местным «милитаристом» Янь Сишанем, и в феврале 1936 года партизанский герой погиб при не выясненных до конца обстоятельствах. Си Чжунсюню повезло больше. Он продолжил революционную карьеру, занимал всё новые административные и партийные посты. Главной его заботой было снабжение быстро растущих вооружённых сил, политического руководства во главе с Мао Цзэдуном, партийных школ и военных училищ, были ещё революционные газеты и издательства, ансамбли песни и пляски… Председатель правительства отвечает за всё. Знающему местные реалии уроженцу провинции Шэньси пришлось отбиваться от настойчивых советов раскулачить зажиточных крестьян и расправиться с крупными землевладельцами. Он настоял на снижении арендной платы и ссудного процента, что помогло земледельцам увеличить производство продовольствия. Впрочем, «яньаньскому завхозу» приходилось заниматься и другими делами. Ещё в июне 1945 года на VII съезде КПК Си Чжунсюнь стал кандидатом в члены ЦК, а в августе получил назначение на пост заместителя заведующего организационным отделом ЦК, который отвечал за кадровые назначения. Но это было не главное испытание — в марте 1947 года Яньань захватили войска Гоминьдана. Си Чжунсюнь снова берёт в руки маузер и в качестве политкомиссара воюет рядом с уже тогда прославленным командиром Пэн Дэхуаем. Череда битв приводит к освобождению Яньани и переходу всего Северо-Западного Китая под контроль компартии. Но даже после провозглашения 1 октября 1949 года Китайской Народной Республики бои продолжались на юге и западе, неспокойно было и на северо-западе — бунтовали племена тибетцев, не сложили оружие и привыкшие за годы смуты к самостийности отряды китайских мусульман. Партийное руководство предложило Си Чжунсюню войти в руководство Северо-западным бюро ЦК, обеспечить там стабильность. В зону ответственности попали не только хорошо известные ему провинции Шэньси, Ганьсу и Нинся, но и обширные сопредельные территории, населённые беспокойными национальными и религиозными меньшинствами. Следуя конфуцианской идее «золотой середины» и используя врожденные дипломатические таланты, молодой руководитель отложил маузер в сторону и предложил мирное решение. Он добился посредничества высокоуважаемых религиозных деятелей, освободил уже схваченных главарей и добился умиротворения без «классовой борьбы». ИЗ ГОРНЫХ ПЕЩЕР — В ЗАПРЕТНЫЙ ГОРОД Многочисленные таланты Си Чжунсюня оказались востребованы в Пекине, и он в сентябре 1952 года получил довольно неожиданное назначение — руководителем отдела пропаганды ЦК КПК. Вместе с женой его поселили в Чжуннаньхае, юго-западном углу Запретного города, до 1911 года служившего резиденцией Сына Неба. Там с помощью советских архитекторов было создано «царское село» с резиденциями для высшего руководства, зданиями важнейших учреждений, залами заседаний, а также службами жизнеобеспечения, включая распределители, больницы, кинозалы, Именно в Чжуннаньхае и родился Си Цзиньпин, там его отдали в специальный детский сад, а затем в специальную школу… Вчерашние бойцы и командиры Красной Армии, преимущественно крестьянские дети, стали новыми хозяевами жизни. Впитав историю Китая из классических романов и спектаклей народного театра, они воспринимали приход к власти коммунистов как победу очередного крестьянского восстания, а в своем руководителе Мао Цзэдуне видели основателя новой династии. Сами они тоже становились персонажами классических романов: генералами, сановниками, министрами, судьями… Сохранившие связи с Мао Цзэдуном и его ближайшими сподвижниками заняли посты в Пекине. Служившие у командиров армий, которые стали секретарями провинциальных парткомов, ехали в непривычные большие города и, как могли, управляли ими — ведь большинство чиновников отбыло на Тайвань. Остатки элиты гоминьдановской эпохи сократились до минимума в результате кампании борьбы с «правыми элементами» в 1957 году, ударившей по предпринимателям и промышленникам, творческой интеллигенции, чиновникам. Новая элита называлась ганьбу, «кадровые работники». По традиции ещё императорского чиновного сословия их разбили на разряды, от которых зависели зарплаты и иные блага. Они постепенно меняли свои ватные куртки и штаны защитного цвета на костюмы, щеголяли в шляпах и габардиновых плащах, привыкали к езде на лимузинах и жизни на государственных виллах. Недостаток образования восполнялся за счёт ускоренного обучения в партийном Народном университете и «кузнице кадров» для высшего руководства — Партийной школе ЦК КПК. Складывавшаяся на глазах новая элита в своем большинстве оставалась искренне привержена высоким революционным идеалам, стремилась к облегчению жизни простого народа, была настроена очень патриотически. Эта элита могла гордиться не только личными успехами, но и своим вкладом в возрождение Родины. Китай, подобно сказочной птице феникс, восставал из пепла. Задания первого пятилетнего плана развития народного хозяйства были выполнены и перевыполнены. Промышленное производство в 1957 году превысило показатели 1952 года на 141 %. Тяжёлая промышленность и машиностроение устанавливали рекорды — КНР стала на 60 % удовлетворять свои потребности в машинном оборудовании. Появились отсутствовавшие ранее отрасли: автомобилестроение, тракторостроение, авиастроение, военная промышленность. Руководство СССР оказывало КНР всемерную экономическую и научно-техническую помощь. В 1953–1956 годах были заключены соглашения о содействии в реконструкции и строительстве 156 крупных индустриальных объектов, выданы льготные кредиты на осуществление этих и других проектов. В 1954 году Москва безвозмездно передала Пекину свыше 1400 проектов промышленных предприятий и свыше 24 тысяч комплектов различной научно-технической документации. Тысячи высококвалифицированных специалистов из СССР стали советниками практически во всех сферах жизни КНР. В свою очередь, тысячи студентов приехали в советские университеты, сотни китайских технических специалистов повышали квалификацию на наших заводах и в конструкторских бюро. В 1959 году в свою первую зарубежную поездку отправился Си Чжунсюнь — в качестве вице-премьера он побывал в Советском Союзе, где изучал опыт развития металлургии и тяжёлой промышленности.Впечатляющий успех первой китайской пятилетки, достигнутый в значительной мере благодаря массированной помощи СССР, не только доказал эффективность советской модели, но и вскружил головы Мао Цзэдуну, а также его сторонникам в руководстве КПК, которые задумали превратить страну в «чистый лист бумаги, на котором можно писать самые красивые иероглифы». Мао настаивал на создании десятилетнего плана развития, причём призывал выполнить его за три года под лозунгом «три года упорного труда — десять тысяч лет счастья». За 36 месяцев Мао Цзэдун надеялся сравняться по сельскому хозяйству с Японией, за 15 лет догнать Англию, а за 20 лет — США. Был разработан фантастический план на первые 5 лет «десятилетки». Промышленное производство в 1958–1962 годах предполагалось увеличить в 6,5 раз, сельскохозяйственное — в 2,5 раза. Рекордные ориентиры в сельском хозяйстве должны были быть достигнуты за счёт масштабных ирригационных работ, глубокой вспашки земли, загущения посадок злаков, а также борьбы против «четырёх вредителей»: крыс, воробьёв, мух и комаров. «ОГОНЬ ПО ШТАБАМ!» УНИЧТОЖЕНИЕ РЕВОЛЮЦИОННОЙ ЭЛИТЫ Обрушившееся на страну рукотворное бедствие было сравнимо с результатами японской агрессии, продолжавшейся с 1931 по 1945 год. По официальным данным, жертвы китайской нации за 14 лет сопротивления Японии составили 35 миллионов убитых, погибших от ран, эпидемий и голода. Лучи «красного солнышка Мао» всего за три года «большого скачка» в промышленности и «народных коммун» на селе сожгли от 20 до 35 миллионов человек. Первое поколение новой элиты, всё ещё тесно связанное с народом, не могло не сопереживать своим родным и землякам, не могло не видеть приближения катастрофы общенационального масштаба. Летом 1959 года «восстал» маршал Пэн Дэхуай. На Лушаньской парткоференции овеянный славой герой китайской революции и командующий китайскими войсками в Корейской войне (1950–1953), министр обороны, вице-премьер и член Политбюро ЦК КПК осудил «большой скачок». Он поставил вопрос о личной ответственности руководителей партии, включая Мао Цзэдуна, за катастрофу, критиковал отступление от принципов коллективного руководства. Пэн Дэхуая поддержали три члена Политбюро. Мао Цзэдун публично признал допущенные ошибки и отказался от поста председателя КНР, хотя и оставался председателем КПК и, главное, председателем Военного совета ЦК КПК. Но «великий кормчий» не был бы ещё самим собой, если бы не отомстил коварно и жестоко. Вскоре Пэн Дэхуая обвинили в «военном заговоре против центральной линии партии». Основания — пребывание в СССР в течение месяца с официальным визитом в конце 1957 года и четырёхдневная остановка в Москве на пути из Восточной Европы в июне 1959-го. Сотрудничество с советскими коллегами становилось компрометирующим обстоятельством на фоне резкого ухудшения межпартийных и межгосударственных отношений после разоблачения культа личности Сталина на ХХ съезде КПСС. Конечно, на таком фоне не могла остаться безнаказанной и поездка Си Чжунсюня в Советский Союз. Вместе со своим начальником, премьером Госсовета (правительства) Чжоу Эньлаем, вице-премьер Си Чжунсюнь старательно избегал участия во внутрипартийных дрязгах и сосредотачивался на хозяйственных делах, пытаясь уменьшить ущерб от «большого скачка». Но неутомимые сотрудники партийной спецслужбы во главе с палачом компартии ещё с яньаньских времен и одиозным помощником Мао по имени Кан Шэн собирали на всех компромат. Час Си Чжунсюня пробил в августе 1962 года, когда по инициативе Кан Шэна на пленуме ЦК был заслушан вопрос о романе «Лю Чжидань». Согласие бывшего начальника агитпропа Си Чжунсюня на публикацию книги о своём старом товарище по освобождённому району Шэньси сочли «контрреволюционным поступком» — ведь среди действующих лиц романа присутствовали также Гао Ган и Пэн Дэхуай, видные деятели компартии, которые теперь были врагами «великого кормчего». Избранная обвинительная формулировка означала тяжкие последствия как для самого «виновного», так и членов его семьи. Только заступничество Чжоу Эньлая спасло его заместителя, хотя Кан Шэн уже сшил дело о «контрреволюционной группировке Си Чжунсюня» и требовал для её членов смертной казни. Следствие партийных спецслужб по делу Си Чжунсюня продолжалось 16 лет, и всё это время он был разлучен с женой и детьми. Сначала «контрреволюционеру» пришлось пройти много сеансов «самокритики», а затем в 1965 году последовало назначение на пост заместителя директора тракторного завода в городе Лоян. Но уже на следующий год развернулась «великая пролетарская культурная революция», и начались настоящие испытания: Си Чжунсюня доставили в пекинскую тюрьму, допрашивали «с пристрастием». Такая же судьба ждала тысячи, десятки тысяч не только ганьбу, но также учёных и военных, журналистов и артистов. По существу, шло политическое, моральное и физическое уничтожение целого поколения элиты, сложившейся в «яньаньский период» (1935-1947) и после создания КНР в 1949 году. Под лозунгом «Огонь по штабам!» юные учащиеся из отрядов хунвэйбинов и молодые рабочие цзаофани по наводке органов госбезопасности выбили из системы управления накопивших опыт кадровых работников. Мао Цзэдун добился поставленной цели — он создал «чистый лист бумаги»». Но «написать на нём самые красивые иероглифы» не удалось. Действовавшая от имени «красного солнышка» его жена Цзян Цин смогла сколотить немногочисленные объединения ультралевых деятелей в ведущих университетах, вооружённые рабочие отряды в своём родном Шанхае и в нескольких городах поменьше. Но ревкомы, сменившие традиционные органы власти на местах, просуществовали недолго из-за своей полной управленческой беспомощности. Неудивительно, что после смерти Мао Цзэдуна в декабре 1976 года Цзян Цин и другие члены «банды четырёх» вместе со всеми своими сторонниками на местах были мгновенно сметены в результате бескровного переворота, осуществлённого остатками «старой гвардии» в Политбюро при поддержке верхушки армии и госбезопасности. ЛАПТИ ДЛЯ ХОДЬБЫ ПО ГРЯЗИ По существу, Мао Цзэдун вычеркнул из созидательной жизни сразу два поколения пассионариев: старую элиту и шедшую ей на смену грамотную молодёжь. Выполнившие роль погромщиков активные хунвэйбины были сосланы в деревни для «перевоспитания со стороны бедняков и низших середняков». В глухих деревнях они на многие годы прервали учёбу и лишились возможности получить высшее образование. Некоторые успели обзавестись семьями и не смогли вернуться в города даже после окончания ссылки. Миллионы молодых людей стали одноразовыми «лаптями для ходьбы по грязи», которые после использования брезгливо выкидывают… Сыну «контрреволюционера» Си Чжунсюня в общем-то сильно повезло — он остался в живых. Да, его как «черное отродье контрреволюционера» сначала изгнали из уютной квартиры и престижной школы в Чжуннаньхае. Затем стали таскать на допросы, сажать в камеру, отправили в колонию — «учебную группу по исправлению малолетних преступников». Он бежал, голодал, скитался по улицам, как беспризорник. Самого худшего ему удалось избежать, только добравшись до деревни, где жила бабушка. Каждый день она давала внуку пить козье молоко и спасла будущего председателя КНР от смерти. В декабре 1968 года началась кампания высылки молодёжи в сельскую местность. Си Цзиньпин оказался в глухой деревне одной из беднейших китайских провинций — Шэньси. Местные жители относились к «городским умникам» плохо, хотя те трудились из последних сил. Жили горожане в пещерах, вырытых в мягком лёссе. Эти норы кишели блохами, и для борьбы с ними под циновки, выполнявшие роль матрасов, подкладывали принесенные с полей гербициды. В отчаянии Си Цзиньпин сбежал к матери в Пекин и там снова попал в «учебную группу». Полгода спустя его освободили, и молодой человек почёл за благо вернуться в Шэньси. Там он получил обучение на разных «факультетах деревенского университета»: пахал землю, носил на коромысле навоз и уголь, строил дамбы. Си Цзиньпин из последних сил урывками читал учебники и немногие оставшиеся незапрещёнными литературные произведения из стоявшего рядом с койкой деревянного ящика. Внутренняя энергия переполняла «грамотного молодого человека», ему хотелось учиться. В 1973 году сосланным пекинцам предложили заочно пройти вступительные экзамены в престижный столичный университет Цинхуа. Си Цзиньпин успешно выдержал испытание и вошёл в квоту из двух человек, выделенную на весь уезд. Но университет не мог принять юношу с «контрреволюционной» биографией. К счастью, в том же году дело его отца, Си Чжунсюня, было переквалифицировано с «контр­революционной деятельности» на «противоречия внутри народа», что позволило Си Цзиньпину в 1974 году с десятой попытки вступить в партию. Вскоре его даже избрали секретарем партячейки деревни, а в октябре 1975 года, после семи лет ссылки, — зачислили на химико-технологический факультет престижного столичного университета Цинхуа как «представителя рабочих, крестьянских и солдатских масс». Но долгожданная учёба началась не сразу — в университете развернулась кампания «критиковать Дэн Сяопина, давать отпор правой тенденции пересмотра приговоров». Со всей страны в Цинхуа за опытом потянулись любители и профессионалы «классовой борьбы». Учеба в университете Цинхуа, ставшем штабом новой погромной кампании, была приостановлена. Закончить университет ему удалось в 1979 году, но химиком Си Цзиньпин так и не стал…

19 января, 17:56

Слово Дня. Выпуск №21. Юрий Тавровский. План

Программа Ивана Вишневского. Профессор РУДН Юрий Тавровский о том, почему упали темпы развития экономики Китая и том, кого это должно беспокоить в первую очередь.

15 января, 10:52

Что мешает развороту на восток? (14.01.2016)

Об этом развороте в России было объявлено ещё два года назад. Но вместо сближения с Китаем произошло падение товарооборота. Масштабные совместные проекты приостановлены. Перспективы сотрудничества весьма туманны. Что же ждёт российско-китайские отношения в будущем? На эти и другие вопросы в студии «Точки зрения» отвечают заместитель Председателя ЦК КПРФ Дмитрий НОВИКОВ, президент Центра исследований Азиатско-Тихоокеанского региона Сергей САНАКОЕВ, заместитель директора Института Дальнего Востока РАН Андрей ОСТРОВСКИЙ и профессор Российского университета дружбы народов Юрий ТАВРОВСКИЙ. Ведущий – Дмитрий АГРАНОВСКИЙ.